Жанр: Любовные романы
Как две капли воды
...я выступать, чтобы
поблагодарить за поздравления.
— Тогда я должна попросить, чтобы назавтра тебе по—гладили
костюм, — убежденно заявила Эйвери.
— Нет, вы послушайте! — Нельсон восхищенно стук—нул по стону
кулаком.
Тейт бросил на нее колючий взгляд, точно хотел со—рвать с нее маску
двуличия. Если в узком кругу он и по—дозревал кого-то в измене, то прежде
всего ее. Если у него и имелись какие-то сомнения насчет надежности и
пре—данности своих родных, он умело их скрывал. И был до невероятия спокоен
для человека, вся жизнь которого могла резко измениться не далее как на
следующий день.
Тем не менее Эйвери догадывалась, что его бесстраст—ность была напускной. Он
излучал непоколебимую уве—ренность лишь ради того, чтобы, глядя на него, не
нерв—ничали остальные. Вполне в его духе, подумала она.
С нетерпением ожидая, когда они вернутся в гостиницу и останутся наедине,
она обрадовалась тому, как быстро Тейт обо всем условился с Эдди и Джеком.
— Пойду пройдусь по Риверуок, — сказал Джек, обла—чаясь в
пиджак. — Дороти-Рей и Фэнси смотрят в номере фильм. Сентиментальная
муть, я такое не перевариваю, так что лучше сбегу ненадолго.
— Я спущусь с тобой вниз, — решил Эдди. — Хочу проверить, не
забыли ли мы поставить в вестибюле стенд для газет.
Они ушли. Мэнди уже спала у себя в комнате. Эйвери подумала, что сейчас у
нее будет время еще раз объяс—ниться с Тейтом. Возможно, на этот раз он не
осудит ее так безоговорочно. Но, к ее разочарованию, он взял с собой ключ от
номера и направился к двери.
— Пойду посижу немного у родителей.
— Тейт, ты видел в аэропорту Вэна? Я пыталась дозвониться ему дамой, но
его еще не было. Хочу, чтобы он привез пленки, чтобы...
— Ты, похоже, устала. Не жди меня.
Он ушел и никак не возвращался. Наконец, измученная длинным, ужасным днем,
большую часть которого она провела в заточении, Эйвери легла.
Тейт так и не пришел к ней. Проснувшись среди ночи, не ощущая рядом тепла
его тела и не слыша его дыхания, она в панике ринулась из спальни и
распахнула дверь.
Он спал на диване в гостиной.
Это добило ее.
Сначала он был потерян для нее на долгие месяцы из-за подлостей Кэрол. А
теперь — из-за ее собственной лжи.
47
Боли, терзавшие внутренности Айриша вечером пе—ред сном, не шли ни в какое
сравнение с желудочной пыт—кой, выпавшей на его долю утром в день выборов.
Рассвет выдался ясным и прохладным. В связи с пре—красной погодой во всем
штате намечалась повышенная активность избирателей. Но атмосфера в редакции
ново—стей
Кей-Текс
была совсем не такой безоблачной. На—чальник означенной
редакции определенно вышел на тропу войны.
— Никчемный ты сукин сын, — торжественно отчека—нил Айриш, швыряя
телефонную трубку. Когда Вэн не объявился у него и в шесть тридцать, как
предусматрива—лось программой, он снова принялся звонить ему на квар—тиру. И
снова не дождался ответа. — Куда он пропал?
— Может, едет? — подал из лучших чувств голос дру—гой оператор.
— Может, — буркнул Айриш, зажигая сигарету, кото—рую первоначально
собирался просто держать во рту. — А пока он едет, я посыпаю туда тебя.
Если поспешишь, еще захватишь отъезд Ратледжей из гостиницы. А нет — жарь
что есть духу за ними в Кервиль. И отчитывайся каждые пять минут, —
прорычал он в спину оператору, который стремглав кинулся из комнаты вместе с
коррес—пондентом. Оба благодарили Бога за то, что уносят ноги целыми и
невредимыми.
Айриш опять схватился за телефон и набрал номер, который уже успел запомнить
наизусть.
— Доброе утро, — проворковал приятный голос. —
Паласио дель
Рио
.
— Мне необходимо говорить с миссис Ратледж.
— Извините, но я не могу вас...
— Знаю, но это важно.
— Если вы назовете свое имя и но...
Он нажал на рычаг, прервав ее слащавые рулады, и тут же позвонил Вэну.
Потянулись бесконечные гудки, под аккомпанемент которых Айриш метался по
комнате, на—сколько ему позволял телефонный провод.
— Ну дайте мне только до него добраться, — отобью ему яйца ко всем
чертям.
Тут он схватил за шиворот посыльного, который на свою беду попался ему под
руку:
— Эй, поезжай туда и вытряхни эту задницу из крова—ти.
— Кого, сэр?
— Вэна Лавджоя. О ком еще может идти речь, дурья башка? —
нетерпеливо взревел Айриш. И почему это именно сегодня все или куда-то
запропали, или вконец отупели? Он накарябал адрес Вэна на листке бумаги,
су—нул его мальчишке, который был ни жив ни мертв от страха, и грозно
предупредил: — Без него не возвращайся.
Эйвери появилась на пороге отеля, сжимая влажными пальцами ладошку Мэнди, а
другой рукой машинально держась за локоть Тейта. Улыбаясь перед
бесчисленными камерами, она от души надеялась, что ее лицо не дергается и не
кривится. По пути к лимузину, ожидавшему у подъезда, Тейт показывал поднятый
вверх большой палец и самым обворожительным образом улыбался в нацелен—ные
на него объективы. Они так похожи на дула пистоле—тов, мелькнула у Эйвери
мрачная мысль. Уверенный голос Тейта перекрыл шум городского транспорта и
гул толпы:
— Чудесная погода, как раз для выборов. Хороша и для избирателей, и для
кандидатов.
На него обрушился шквал вопросов, касавшихся значительно более серьезных
тем, чем погода, но Эдди быст—ро провел их к машине и усадил на заднее
сиденье. К сво—ему большому огорчению, Эйвери поняла, что он тоже едет с
ними в Кервиль, и она снова не сможет побыть на—едине с Тейтом. Утром тоже
ничего не получилось. Когда она проснулась, он уже встал и оделся.
Завтракать он тоже спустился один, пока Эйвери приводила в порядок себя и
Мэнди.
Лимузин тронулся с места, и она оглянулась, пытаясь разглядеть через заднее
стекло Вэна. На глаза ей попалась команда
Кей-Текс
из двух человек, но
камеру держал не Вэн, а какой-то другой оператор. Приему? — недоумевала
она. Где же он?
Не оказалось его и в толпе репортеров, собравшихся на избирательном участке
в Кервиле. Ее беспокойство росло с каждой минутой, и в конце концов Тейт
накло—нился к ней и прошептал:
— Улыбнись же, Бога ради. А то ты выглядишь так, будто я уже проиграл.
— Я боюсь.
— Боишься, что я проиграю еще до конца голосова—ния?
— Нет. Боюсь, что ты погибнешь. — Несколько мгно—вений она
выдерживала его взгляд, пока не вмешался Джек с каким-то вопросом.
Обратная дорога в Сан-Антонио казалась просто не—скончаемой. В этот день
движение было более сильным и за городом, и в центре. Когда они выходили из
лимузина, Эйвери снова окинула взглядом толпу у подъезда. И заме—тила
знакомое лицо, но совсем не то, которое хотела уви—деть. Через улицу, у
дверей зала для приемов, стоял седой мужчина. А Вэна опять нигде не было.
Ведь Айриш ей обещал.
Что-то случилось. Когда они вошли к себе в номер, она извинилась, прошла в
спальню и позвонила. После десяти звонков в редакции новостей сняли трубку.
— Айриша Маккейба, пожалуйста, — выдохнула она.
— Айриша? Хорошо, пойду его поищу.
Ей самой доводилось работать в дни выборов, и она знала, какой это кошмар и
какие нагрузки выпадают то—гда на службу информации. Все трудились с
предельной интенсивностью.
Айриш
, — шептала она в нетерпении. И все
вспоми—нала, как стоял на тротуаре Седой, неподвижный и на—стороженный,
словно часовой.
— Алло?
— Айриш? — воскликнула она, сразу обмякнув от об—легчения.
— Нет. Так вы с ним хотели поговорить? Секунду.
— Это Эйв... — Она едва не всхлипнула, когда ее опять не стали слушать.
Но тут трубку взяли еще раз.
— Алло? — неуверенно произнес мужской голос. — Алло?
— Да, кто там? Эдди, ты, что ли?
— Я.
— Это, э... Кэрол.
— Господи, где ты?
— В спальне. Разговариваю. — Видимо, он ответил ей по спаренному
аппарату из гостиной.
— Ладно, только давай побыстрее, о'кей? Нам нельзя занимать телефон.
Он повесил трубку, она продолжала ждать. Но у тех, кто находился в ту минуту
в редакции, были дела поваж—нее, чем разыскивать шефа в день, когда и без
того дел по горло. В унынии она, наконец, нажала на рычаг и присое—динилась
к семейству, собравшемуся в гостиной.
Улыбаясь и поддерживая разговор, она тем не менее по-прежнему терялась в
догадках и успокаивала себя, воображая, что Вэн сейчас внизу, в зале,
устанавливает штатив с камерой, чтобы вечером запечатлеть, как она
надеялась, празднование победы Тейта.
Пока Эйвери все равно не могла ничего предпринять. Наверное, изменение
планов у Айриша произошло по какой-то вполне безобидной причине, подумала
она. А у нее от неведения просто разыгралось воображение. Ай—риш и Вэн
знают, где ее искать, если в этом будет необхо—димость. Твердо решив держать
себя в руках и не панико—вать, она подошла к дивану, на котором вытянулся
Тейт.
Верный своему слову, он ездил на избирательный уча—сток одетый совсем по-
будничному, в кожаную куртку и джинсы. С совершенно невозмутимым видом он
обсуждая с Зи меню ленча.
Эйвери присела на подлокотник дивана. Он машинально положил руку ей на бедро
и стал по-хозяйски по—глаживать ее по колену. Зи отошла, и он с улыбкой
взгля—нул на нее:
— Привет.
— Привет.
И туг он все вспомнил. Она видела это по его глазам, ласковое выражение
которых быстро поглотила холодная непримиримость. Он убрал руку.
— Я тут хотел задать тебе один вопрос.
— Какой?
— Ты предохранялась?
— Нет. Как и ты.
— Вот кошмар.
Но в этот день даже его откровенная неприязнь не могла заставить ее
держаться от него в отдалении. Она намеревалась до самой ночи находиться с
ним бок о бок.
— Айриш, тебя спрашивают по второму каналу.
— Ты что, не видишь, что я уже и так на телефоне? — заорал он в
ответ, перекрывая всеобщий гвалт. — Пусть подождут. Так, — это
было сказано в трубку, которую Айриш держал в руке, — ну а стучать ты
пробовал?
— Да я все руки отшиб, мистер Маккейб. Его нет.
Айриш отер ладонью багровое лицо. То, что говорил ему курьер, ни в какие
ворота не лезло.
— В окна заглядывал?
— Пытался, но шторы опущены. Я даже слушал через дверь, но там внутри —
ни звука. По-моему, там никого нет. И стоянку я проверил, тоже пусто, машины
нет.
Айриш как раз собирался сам спросить про машину и, когда его вопрос
предупредили, лишь пробормотал:
Бог ты мой
. Он надеялся, что Вэн просто
отсыпается после разгульной ночи, но теперь стало окончательно ясно, что это
не так. Раз нет его фургончика, то как пить дать нет и его самого.
Айриш рассудил, что продравший глаза Вэн тоже ему не дозвонился и отправился
прямиком в
Паласио дель Рио
, но, связавшись с работавшей там командой,
убедил—ся, что они тоже его не видели.
— Ладно, спасибо. Возвращайтесь сюда. — Он нажал на светящуюся
кнопку на панели и хмуро буркнул: — Маккейб слушает. — В ответ раздался
длинный гудок. — Эй, меня ведь вроде спрашивали по второму аппарату?
— Спрашивали.
— Там гудок.
— Наверное, повесили трубку.
— Это был мужчина? — забеспокоился он.
— Женщина.
— Назвалась?
— Нет. Но была вроде как малость не в себе.
У Айриша моментально подскочило давление.
— Почему ты мне не сказал?
— Да говорил я!
Господи! Спорить с этими остолопами не имело смыс—ла. С шумом захлопнув за
собой дверь, он ввалился к себе в кабинет. Айриш не знал наверняка, что
звонила именно Эйвери, но внутренний голос подсказывал ему, что это была
она. Может, нутро у него так жутко и ныло из-за этого несчастного
внутреннего голоса.
Хлебнув антацида прямо из бутылки, он опять схватил трубку, набрал номер
гостиницы и услышал все тот же невозмутимый голос. Когда он потребовал,
чтобы его соединили с апартаментами Ратледжей, телефонистка завела все ту же
песню.
— Послушай ты, сучонка, я плевать хотел на все твои фиговые инструкции
и каких там кретинов ты должна соединять по первому требованию. Мне нужно,
чтобы ты немедленно позвонила ей в номер. Немедленно, поняла? Не соединишь,
я лично туда к вам заявлюсь, чтобы свер—нуть твою сучью башку.
Она отключилась.
Айриш метался по кабинету, пыхтя и изрыгая клубы дыма, как паровоз. Эйвери,
наверное, места себе не нахо—дит, она может решить, что они ее просто
бросили.
Этот недоносок Вэн не явился в отеле, как было условлено. Будь он там, она
бы его видела и знала, что ей есть на кого положиться. А самого Айриша с ней
не соеди—няли — так откуда ей знать, что он отчаянно пытается с ней
связаться.
Выскочив из кабинета, он торопливо набросил куртку.
— Я ненадолго выйду.
— Выйдете?
— Оглохли вы все, что ли? Вый-ду!! Позвонит кто или придет, пусть ждет
или оставит сообщение. Вернусь, как только смогу.
— Но куда же?.. — Вопрос подчиненного повис в воз—духе вместе с
дымом от сигареты кинувшегося прочь Ай—риша.
— Вы уверены, что его нет? — Эйвери не верила своим ушам. — Я
звонила совсем недавно, и...
— Мне кто-то сказал, что он ушел, и в комнате я его не вижу, так что,
похоже, он действительно вышел.
— Куда?
— Никто не знает.
— Но не мог же Айриш взять и уйти с работы в день выборов.
— Послушайте, мадам, тут у нас дурдом, в особенно—сти после того, как
смылся Айриш, поэтому вы скажите, оставить ему сообщение или нет?
— Нет, — отрешенно произнесла она. — Никаких
со—общений. — Чувствуя себя брошенной на произвол судь—бы, она повесила
трубку, снова прошла в гостиную и автоматически поискала глазами Тейта.
Он беседовал с Нельсоном. Зи тоже стояла рядом, яко—бы прислушиваясь к их
разговору, но ее выдавало свойст—венное ей выражение завороженности, с
которым она неотрывно смотрела на Тейта. Ее занимал явно он один.
Джек и Эдди были внизу, наблюдая за приготовления—ми в зале и пристально
следя за постоянно поступающими результатами. До закрытия участков
оставалось еще не—сколько часов, но предварительные данные показывали, что
Тейт пока опережает Деккера. Большого отрыва не было, но новичку удалось по
меньшей мере дать хорошую острастку напыщенному сенатору.
Дороти-Рей некоторое время назад пожаловалась на головную боль и удалилась к
себе в комнату, чтобы ненадолго припечь. Фэнси устроилась на полу вместе с
Мэнди. Они вместе раскрашивали картинки.
Вдруг Эйвери осенило.
— Фэнси! — окликнула она. — Пойди-ка сюда на ми—нутку.
— Зачем?
— Я хочу... хочу попросить тебя об одном одолжении.
— Бабушка велела мне заниматься ребенком.
— Я сама ее займу. К тому же ей скоро спать. Ну, по—жалуйста. Это
важно.
Фэнси неохотно поднялась и пошла за Эйвери в спаль—ню. После достопамятного
происшествия с ней стало на—много приятнее иметь дело. Время от времени в
ней про—сыпалась прежняя строптивость, но в целом она держа—лась гораздо
дружелюбнее.
Закрыв за собой дверь, Эйвери поспешно выложила ей в ладонь маленький
ключик:
— Слушай, надо кое-что сделать.
— Вот с этим ключом?
— Он от абонентского ящика. Нужно, чтобы ты туда съездила и взглянула,
нет ли в нем чего. Если есть, вези сюда и отдай мне, только мне, в
собственные руки.
— Что, собственно, происходит?
— Пока не могу тебе объяснить.
— Не могу же я нестись куда-то неизвестно зачем и...
— Пожалуйста, Фэнси. Это ужасно важно.
— Тогда почему ты просишь меня? Мне если и дают какие поручения, то
сплошь дерьмовые.
— Я думала, мы друзья, — вспылила Эйвери. — Мы с Тейтом
недавно выручили тебя из переделки. За тобой должок.
Фэнси немного поразмышляла, потом пару раз под—бросила ключик на ладони:
— А где это?
Эйвери дала ей адрес почтового отделения.
— Ба, да это за тыщу миль.
— Сама жаловалась полчаса назад, что тебе надоело сидеть на привязи в
этой собачьей гостинице. Да, точно так ты и заявляла, слово в слово. Ну так
что?
Должно быть, сам вид Эйвери и ее горячность убедили Фэнси в срочности и
серьезности данного ей поручения. Она пожала плечами:
— О'кей.
— Спасибо! — Эйвери стиснула ее в объятиях. Уже на пороге спальни
она опять остановилась: — Не афишируй свой уход. Просто уйди как можно
незаметнее. Если ста—нут расспрашивать, я тебя прикрою.
— С чего это такая конспирация? Ты часом не кадришься к почтальону, а?
— Поверь, это очень важно для Тейта, для всех нас. И быстрее
возвращайся.
В гостиной Фэнси подхватила свою сумку и направи—лась к дверям.
— Скоро вернусь, — бросила она через плечо.
Никто даже не оглянулся на нее.
Фэнси села на табурет и положила на полирован—ную стойку небольшой
прямоугольный пакетик, который вынула из ящика. К ней подошел усатый, крепко
сбитый бармен.
Ему досталась поистине ангельская улыбка:
— Джин-тоник, пожалуйста.
В его добродушных голубых глазах появилось сомнение:
— А сколько вам лет?
— О, вполне достаточно.
— Сделайте два джина с тоником, — на соседнюю та—буретку присел
какой-то мужчина. — Я плачу за даму.
— Ради Бога, — пожал плечами бармен.
Фэнси бросила оценивающий взгляд на нежданного союзника. Похож на чиновника.
Какое-нибудь там стра—хование или компьютеры. Лет около тридцати. Возмож—но,
женат. Ищет, как бы отвлечься от тяжких обязанно—стей, которые взвалил себе
на плечи ради костюмчика от модельера и шикарной тикалки на руке.
Место было фешенебельное, сюда наведывались и се—мейные, и холостяки. Кругом
безвкусный антиквариат и кущи какой-то растительности с огромными
глянцевиты—ми листьями. В час коктейля, когда толпами подваливала на своих
БМВ
и
поршах
денежная братия, тут все хо—дуном ходило.
Пока Фэнси изучала своего соседа, он изучал ее. Судя по тому, как
разгорелись у него глаза, он считал, что ему хорошо подфартило.
— Спасибо за джин, — сказала она.
— Пожалуйста. Ведь в вашем возрасте уже вполне можно пить, верно?
— Разумеется. В моем возрасте пить можно, нельзя только самой платить.
Они засмеялись и чокнулись.
— Джон.
— Фэнси.
— Фэнси?
— Фрэнсин, если вам так больше нравится.
— Значит, Фэнси.
Ее начинали обхаживать. Фэнси без труда распознала ритуал, ей были прекрасно
знакомы все правила. Черт возьми, да она, можно сказать, сама изобрела
большую их часть. Часа через два, а то и меньше, если они быстро распалятся,
она окажется в постели с новым знакомым.
После того как Эдди нанес ей такую сердечную рану, она поставила крест на
мужиках. Все они сволочи. Все хотят от нее одного — того же, что запросто
могли бы купить у самой дешевой потаскухи.
Мать сказала ей, что когда-нибудь она встретит пар—ня, которому будет по-
настоящему небезразлична и кото—рый станет относиться к ней с уважением и
добротой. Однако Фэнси не слишком этому поверила. Неужто она должна теперь
сидеть, помирая со скуки, пока совсем не разучится разводить ноги, и
поджидать принца, который опять ее разработает?
Фигушки. Она уже три дня как пай-девочка. Пора и порезвиться. И этот Джим,
или Джо, или Джон, как и всякий другой, сгодится на то, чтобы ее слегка
развлечь.
Она как шарахнутая поскакала за тридевять земель по поручению Кэрол, но уж
стремглав нестись обратно в гостиницу, чтобы вместе со всеми прочими
приклеиться к телевизору, она не намерена. Рано или поздно она, конеч—но,
туда доберется. Но сначала чуть-чуть повеселится.
Припарковаться в непосредственной близости от гос—тиницы оказалось
невозможно. Наконец, Айриш отыскал свободное местечко через несколько
кварталов. До вести—бюля он добрался уже порядком взмокший. Даже если дорогу
в апартаменты Ратледжей придется торить с по—мощью подкупа, он готов на это
пойти. Необходимо встретиться с Эйвери. Вместе они могут сообразить, куда
подевался Вэн.
Вероятно, он совершенно напрасно переживает, и они уже отыскали друг друга.
Господи, лишь бы так оно и было.
Он принялся пробиваться сквозь тургруппу из какой-то азиатской страны,
дружно стоявшую в очередь на ре—гистрацию. Терпение никогда не входило в
число добро—детелей Айриша. Прокладывая себе путь с помощью лок—тей в толпе
туристов, которые трещали без умолку, он так и чувствовал, как у него
поднимается давление.
Вдруг посреди всей этой неразберихи кто-то тронул его за локоть:
— Привет.
— А, привет, — ответил он, увидев знакомое лицо.
— Вы Айриш Маккейб, правильно? Друг Эйвери.
— Да.
— Она вас ищет. Пойдемте.
Они пересекли шумный вестибюль. Спутник Айриша провел его через несколько
дверей к служебным лифтам. Они вошли, и за ними сомкнулись серые двери.
— Спасибо, — сказал Айриш, вытирая рукавом вспо—тевший лоб. —
А что, Эйвери сама... — Еще не договорив, он осознал, что прозвучало ее
подлинное имя. Он поднял глаза: — Так вы все знаете?
Улыбка:
— Да. Знаю.
Айриш увидел пистолет, но не успел даже отметить в сознании, что ствол
направлен прямо ему в лицо. Сердце его дало сбой, он схватился за грудь и,
словно подкошен—ный, рухнул на пол лифта.
Лифт спустился на самый нижний этаж. Пистолет был снова поднят и направлен
на открывающиеся двери, но необходимости стрелять не возникло. Снаружи никто
не ждал.
Убийца поволок тело Айриша по короткому коридор—чику в узкий закуток, где
стояли автоматы с едой, кото—рыми пользовались служащие отеля. Закоулок
освещался четырьмя люминесцентными трубками под потолком, но их было легче
легкого разбить глушителем, укрепленным на стволе пистолета.
Засыпанное матовыми осколками и укрытое непрони—цаемым мраком, тело Айриша
Маккейба осталось лежать на полу у автоматов. Торопливо возвращавшийся к
лифту человек был уверен, что к тому времени, как труп обнару—жат, известие
о гибели старого тележурналиста затмится сообщением о другой смерти.
Телевизионное время было практически целиком отда—но отчетам о ходе выборов.
В гостиной апартаментов Тейта стояли три телевизора, и Ратледжи смотрели
одно—временно три программы. За президентский пост шла упорная борьба, и
подводить итоги до сих пор было рано. Несколько раз освещался и ход событий
в Техасе, где раз—ворачивался один из самых захватывающих в стране
по—единков за место в Сенате между пока занимающим его Рори Деккером и
бросившим ему вызов Тейтом Ратледжем.
Когда сообщили, что Ратледж несколько опережает своего соперника, по
гостиной пронесся радостный гул. От неожиданности и испуга Эйвери прямо
подскочила. Она была в полном смятении, ощущая себя на краю про—пасти и на
грани нервного припадка.
Всеобщее возбуждение передалось Мэнди, и она вко—нец разбаловалась. В конце
концов, пришлось пригласить гостиничную няню, чтобы та занималась с девочкой
в соседней комнате, а семья могла полностью сосредото—читься на результатах
выборов.
Поскольку Мэнди была на время пристроена, Эйвери целиком погрузилась в
тревожные мысли о Тейте, заодно недоумевая, куда же пропали Вэн и Айриш. Их
исчезнове—ние ставило ее в тупик. Она три раза звонила в редакцию. Ни того,
ни другого там не оказалось, и никто ничего о них не знал и не ведал.
— Но в полицию-то вы сообщили? — спросила она в последний свой
звонок. — С ними же могло что-то слу—читься.
— Послушайте, если вы хотите заявить об их исчезно—вении, валяйте. Но
кончайте названивать и дергать лю—дей. Мне и без того есть чем заняться.
Трубку бросили. Эйв
...Закладка в соц.сетях
