Жанр: Любовные романы
Наконец-то
...вязь только из-за расписки, и ,
с какой стороны ни посмотри, выходило, что она собирается продавать свое тело.
Впрочем, вчера, когда они занимались любовью, она чувствовала себя совершенно
счастливой. Но это событие никак не соотносилось в ее сознании с той постыдной сделкой,
которую они заключили. Их близость была незапланированной, и она не думала о том, что
отдается за расписку брата. Сегодня же все выглядело по-другому. Заранее намеченное
свидание напоминало холодный расчет проститутки. И в то же время Арабелла не могла взять
назад свое слово. Они четко обговорили все условия, и Джереми уже получил документ,
дающий ему право на расписку. Все пути к отступлению были отрезаны.
Она отвела глаза и тихо проговорила:
- Как скажешь. Я теперь в твоем распоряжении.
Мысленно выругавшись, Тони схватил ее за плечи и повернул к себе лицом.
- Мне бы очень не хотелось, чтобы ты так думала! - воскликнул он и оттолкнул ее от
себя. - Я, наверное, сошел с ума, когда предложил тебе эту сделку.
- Ты жалеешь? - сухо спросила она.
Он взглянул на нее с усмешкой.
- Жалею ли я о нашей любовной связи? О нет, моя дорогая, ничуть.
Сердце Арабеллы радостно подпрыгнуло, но она больше ничего не успела спросить:
Тидмор уже спускался с крыльца и, подойдя к карете, прервал их разговор.
Тони отклонил приглашение Арабеллы зайти и в дом, холодно простился и, оставшись на
ступеньках, нетерпеливо ожидал, когда приведут его лошадь. Арабелла проводила его
недоуменным взглядом. Поймет ли она когда-нибудь этого человека? Разлюбит ли она
когда-нибудь этого человека?
Вот оно! Она наконец призналась себе, что любит Тони Даггета и, видимо, будет любить
всегда - хоть он и не заслуживает ее любви.
Но это ровным счетом ничего не меняет. Придется закрыть свое сердце на замок и
решительно сопротивляться его порывам. Да, она любит Тони, но не хочет стать жертвой его
очередного обмана. В конце концов, он всего лишь обворожительный распутник, очень
красивый и очень богатый. Однажды она застала его в объятиях Молли Добсон... Эту боль
нельзя забывать!
Не одна Арабелла думала о Молли Добсон. Проснувшись на другое утро, Сапог решил
разыскать проститутку. Он не знал, где она сейчас живет, но, переговорив с приятелями, быстро
получил ее адрес. Его не удивило, что дом, в котором обитала Молли, располагался ближе к
печально известной Сильвер-стрит, чем к роскошным особнякам на вершинах холмов.
"Девочка катится по наклонной", - вздохнул он, поднимаясь по затертым дощатым ступеням
и стуча в некрашенную дверь.
На его стук вышла растрепанная женщина в дырявом чепце и грязном фартуке. Увидев на
крыльце джентльмена, она присела в неуклюжем реверансе и пригласила его в дом. Похоже,
Молли оказывала услуги любому, кто мог заплатить, а не была содержанкой какого-то одного
мужчины.
Его провели в убогую комнатушку, служившую гостиной. Он обошел ее, держа в руках
свою шляпу с короткими полями. Хотя здесь и было несколько симпатичных предметов:
голубая атласная софа, пара изящных столиков, красивый ковер, прикрывавший неотесанные
половицы, но над всем этим витал дух запустения. Интересно, на что Молли потратила ту
кругленькую сумму, которую он дал ей пять лет назад?
Долго ждать не пришлось. Молли впорхнула в комнату в голубом шелковом платье,
щедро обнажавшем ее пышные прелести. На ее лице, еще не утратившем былой красоты,
играла призывная улыбка. Впрочем, улыбка эта сразу померкла, когда Молли увидела гостя.
С разочарованным видом она притворила за собой дверь. В ее небесно-голубых глазах
сквозила тревога.
- Зачем ты пришел? - сердито спросила она.
- Что за вопрос, дорогая Молли? Я пришел повидаться с тобой, моя радость.
- Я вижу, ты все такой же сладкоречивый, - сухо сказала она, глядя на него.
Он не видел ее пять лет. Эта женщина сохранила свою привлекательность, но выглядела
уже не на тридцать, а на тридцать пять. Время и распутная жизнь, которая была ее ремеслом,
начали сказываться на внешности. Золотистые волосы потускнели, в томном взгляде появилась
расчетливость, тонкие черты лица посуровели. Зато великолепная фигура стала еще лучше:
по-девичьи тонкую талию дополняли теперь более зрелые, округлившиеся формы.
- Ладно, киска, не будем ссориться. - Он засмеялся и отвел взгляд. - У меня к тебе
предложение. Я хорошо заплачу.
Ее враждебность тут же исчезла.
- Сколько? - оживилась она.
Он обвел комнату презрительным взглядом.
- Во всяком случае, тебе хватит, чтобы подыскать жилье получше.
Молли уселась в кресло напротив.
- Что я должна делать?
- Сначала ответь на несколько вопросов, - небрежно сказал он, сложив ладони
домиком. - Пару месяцев назад я слышал, будто ты на содержании у Дэниела Лейтона. Это
правда?
Услышав имя Лейтона, Молли испуганно вздрогнула.
- Ну и что? - резко спросила она. - Деньги, которые ты мне дал, кончились, а девушке
необходимо следить за собой. Не понимаю, какое тебе до этого дело.
- Кончились? Насколько я понимаю, этих денег, если ими распорядиться с умом, должно
было хватить тебе и твоему щенку до конца жизни.
Молли фыркнула и пожала плечами.
- Ты промотала их?
У меня были карточные долги, - призналась она и взглянула на своего гостя,
вопросительно вскинув бровь. - Вот уж не думала, что ты можешь ревновать. Мне всегда
казалось, что тебе все равно, с кем еще я встречаюсь.
- Ошибаешься, - ласково проговорил он. - Особенно я не люблю, когда твои ухажеры
меня шантажируют. У Лейтона было одно очень важное письмо, и получить его он мог только
от тебя.
Молли побледнела и спросила охрипшим голосом:
- Какое письмо?
- То самое, которое я написал тебе пять лет назад и которое строго-настрого велел
уничтожить.
- Ах это! - Пальцы ее беспокойно затеребили платье. - Я хотела его уничтожить, но
закрутились такие дела... ты же помнишь. Одним словом, вылетело из головы. - Она
заискивающе улыбнулась. - Все получилось так, как мы задумали, и я... просто убрала письмо
в ящик комода и забыла о нем. Правда.
- Понятно. И каким же образом оно попало к Лейтону? Он случайно нашел его, когда
рылся в твоих вещах?
Молли судорожно глотнула. Она всегда немножко побаивалась этого человека, даже когда
была его любовницей. Их связь продолжалась недолго: он был красивым и щедрым, но питал
склонность к жестокости и слишком часто пускал в ход кулаки. Она порвала с ним без
сожаления.
Молли быстро оценила ситуацию. Лейтон не появлялся почти неделю... а сейчас в ее
гостиной сидел гораздо более состоятельный джентльмен. Джентльмен, с которого она могла
сорвать гораздо больший куш.
Наконец решившись, она медленно спросила:
- Сколько ты мне заплатишь, если я расскажу про Лейтона?
Губы его сложились в тонкую линию.
- Все зависит от сведений.
Такой ответ ее не особенно устраивал, однако лучше взять деньги, чем нарваться на
тумаки. Молли пожала плечами6
- Лейтон случайно нашел это письмо и спросил, кто его написал. Я сказала.
- Вот как? А ведь я, помнится, неплохо заплатил тебе за молчание. Ты поклялась
держать язык за зубами и больше никогда со мной не встречаться. Выходит, я зря потратился?
- Говорю же тебе, все получилось случайно! Я не хотела, чтобы он узнал о наших
делах, - поспешно сказала она, испуганно глядя на него. - Он пришел ко мне, как только я
переехала сюда из прежнего дома. Повсюду были разбросаны вещи - я еще не успела их
разобрать. Он стал смеяться надо мной, заглянул в один из сундуков и наткнулся на это письмо
- клянусь тебе, я не знала, что оно там! - Ее тон был не слишком уверенным. - Он подумал,
что это записка от моего бывшего любовника, начал читать вслух...
- И понял, что это довольно странная любовная записка?
- Да, - кивнула она.
- И тогда ты ему все рассказала, - произнес он со зловещим спокойствием.
Молли тряхнула золотистыми кудрями.
- Не все. - Она отвела глаза и помолчала. - Но кое-что.
- Однако этого было вполне достаточно для шантажа, - зло прорычал он, так и не сумев
сдержаться. - И что же ты получила взамен?
Она боялась ему лгать, поэтому сказала правду:
- Он дал мне денег, чтобы я смогла уехать в Новый Орлеан и устроиться там.
Ему так и хотелось прибить эту глупую сучку. Он глубоко вздохнул, пытаясь
успокоиться. Нет, она ему еще нужна!
Смахнув воображаемую пылинку с рукава своего безупречного сюртука, он небрежно
сказал:
Я дам больше. Тебе хватит не только на переезд в Новый Орлеан, но и на хороший дом
здесь, в Натчезе. Я буду содержать тебя до тех пор, пока ты не найдешь себе нового
покровителя. А поскольку сегодня на меня напал приступ щедрости, - ласково улыбнулся он,
сверх того я подарю тебе несколько новых платьев, чтобы ты могла выставить свои прелести в
самом выгодном свете.
Молли просияла. Она не ожидала, что он так спокойно воспримет ее предательство.
Может, она напрасно его боялась? Надо было сразу обратиться к нему, а не ждать подачек от
Лейтона. Вспомнив о Лейтоне, Молли нахмурилась:
- А как же Лейтон? Он может нам помешать. И потом, письмо у него. Он забрал его
несколько недель назад.
Ага, вот и ответ на самый важный вопрос - ему даже не пришлось его задавать!
- Насчет Лейтона не волнуйся. Он тебя больше не побеспокоит.
Молли застыла.
- То есть?
- А та разве не слушала? Беднягу Лейтона недавно зарезали. Такая трагедия!
Молли смотрела на него, как кролик на удава. Его лицо не выражало ничего, кроме
вежливого сожаления, но по ее спине побежали мурашки.
- З-зарезали? - наконец выдавила она.
Он кивнул:
- Да. Очень жаль! Впрочем, такова жизнь. Сегодня ты весел и бодр, а завтра уже в
могиле. - Он снова улыбнулся. - Тебе повезло, что я пришел со своим предложением именно
сейчас. Ведь Лейтон мертв, и, значит, ты осталась без покровителя.
Губы Молли дрогнули в слабой улыбке. Уж не он ли и убил Лейтона? Впрочем, это
мужские дела, стоит ли в них соваться. Главное, чтобы ей платили за услуги. Она пожала
плечами, гоня прочь неприятные мысли.
- Твое предложение мне нравится больше, чем предложение Лейтона. - Она
соблазнительно улыбнулась. - Момент и в самом деле подходящий. Итак, что я должна
делать?
Он быстро объяснил.
Выслушав, Молли поморщилась, но согласно кивнула.
Он встал ос кресла, подошел к ней и больно ущипнул за подбородок.
- Смотри, не подведи меня, Молли. Я играю с очень опасным противником.
Ее сердце сжалось от страха.
- Знаю. Не подведу.
Он улыбнулся.
- Я вижу, на тебя можно положиться, киска. Возьми своего мальчика и ждите моего
сигнала. Мы преподнесем Тони маленький сюрприз.
Тем же утром Арабелла тоже получила сюрприз - причем не самый приятный.
Вернувшись в пятницу из Натчеза, она провела несколько часов за обычными делами, а затем
поднялась к себе в спальню, собираясь хорошенько выспаться. И это ей удалось.
Когда она проснулась, в окно светило яркое солнце, а на голубом небе не было ни
облачка. Впервые за последние дни Арабелла встала с постели бодрая. С удовольствием
позавтракав в солнечной комнате, она принялась обсуждать с миссис Тидмор разные
нововведения, которые, по их мнению, необходимы в Гринли.
Это поместье было построено тринадцать лет назад для ее дедушки по материнской
линии, когда он с женой переехал из Англии в Натчез, поближе к своей единственной внучке
Арабелле. Здешний дом не блистал роскошью особняка Хайвью, но был очень уютным и
располагал достаточным количеством просторных комнат.
Арабелле нравилось гостить в Гринли, когда были живы дедушка с бабушкой, но она
никогда не думала, что в один прекрасный день это поместье станет ее собственностью.
Бабушка умерла три года назад от лихорадки. Не успела Арабелла пережить эту потерю, как
следующей зимой неожиданно скончался дедушка - отек легких.
Арабелла очень горевала по ним, и долгое время мысль о Гринли отзывалась болью в ее
душе. Она назначила Тидморов присматривать за хозяйством и практически забыла о своем
поместье.
Удивительно, как быстро все изменилось! Она и не думала покидать Хайвью - приехав
туда пятнадцать лет назад из Англии, она считала это поместье своим домом.
Сначала предполагалось, что она поживет в Гринли, пока в Хайвью гостит кузина Агата.
Но с каждым днем в Арабелле крепло решение перебраться сюда насовсем и наконец-то зажить
самостоятельной жизнью.
После Хайвью жизнь в Гринли сначала показалась ей слишком тихой и спокойной, однако
очень скоро именно эти стороны местного бытия сделались для нее особенно
привлекательными и она с воодушевлением взялась за переделку дома. Арабелла уже
представляла себе высокие окна большой гостиной с зелеными бархатными шторами и
лакированный дощатый пол, застеленный шерстяным ковром бледно-зеленых и розовых тонов.
Они с миссис Тидмор как раз обсуждали этот вопрос, когда в комнату вошел мистер
Тидмор и объявил:
- Мисс, приехала ваша мачеха.
- Мэри? Странно... - Арабелла нахмурилась, надеясь, что ее догадки ошибочны. -
Проводите ее сюда, а потом принесите нам лимонаду, - попросила она с улыбкой.
Дворецкий поклонился и вышел.
Миссис Тидмор встала.
- Утром я велела кухарке испечь пироги. Пойду посмотрю, готовы ли они. Если да, я
пришлю один вам сюда с малиновым вареньем.
Арабелла взглянула на нее с благодарностью.
После ухода экономки она встала и нервно расправила юбку из желтого батиста. Она
надела старое платье, собираясь после разговора с миссис Тидмор пройтись по кладовым. Ее
волосы были убраны в строгий пучок на затылке и прикрыты желтым чепцом. Вид, конечно,
был не для приема гостей, но не могла же она отказать собственной мачехе!
Вздохнув, она стала ждать. С первых же слов Мэри Арабелла поняла, что правильно
угадала причину ее неожиданного визита.
- Ох, Белла, скажи мне, что это неправда! - вскричала мачеха, влетев в комнату и
порывисто прижав девушку к груди. - Неужели ты опять встречаешься в этим ужасным
человеком?
Осторожно высвободившись из объятий Мэри, Арабелла посмотрела на нее с легкой
улыбкой:
- Я вижу, твой брат даром времени не терял. Он уже рассказал тебе, что видел меня и
Тони в Натчезе?
- Значит, это правда! - воскликнула Мэри. На ее миловидном лице читались ужас и
непонимание. - Белла! Как ты могла? И это после всего, что он с тобой сделал?
Арабелла открыла рот, но тут же его и закрыла: в комнату царственно вплыла Агата
Ратледж. Увидев Арабеллу, она погрозила ей пальцем и произнесла своим обычным властным
тоном:
- Позор! Посмотри, как ты расстроила свою любимую мачеху! Вчера Ричард рассказал
нам новость, и с тех пор она сама не своя. Она хотела немедленно запрягать карету и мчаться к
тебе , я ее еле отговорила. Из-за тебя бедняжка всю ночь не сомкнула глаз.
Тетя Агата при высоком росте обладала внушительными формами. У нее, как и у всех
Кингсли, были красивые голубые глаза, правда, чуть-чуть навыкате, что на удивление хорошо
сочеталось с прямым носом, крупным ртом и волевым подбородком. К таким чертам лица
очень подходили гордая стать и светлые волосы. В молодости Агата считалась весьма
симпатичной девушкой. Да и теперь, на рубеже шестого десятка, она не утратила своей
женской привлекательности. И хотя фигура амазонки слегка погрузнела, а некогда
светло-русые локоны засеребрились, лицо выдержало проверку временем: овал лица остался
все таким же четким, а глаза по-прежнему живо блестели.
Арабелла искренне старалась полюбить тетю Агату, но почему-то через пять минут
общения им хотелось вцепиться друг другу в волосы. Сегодняшнее утро не было исключением.
Арабелла внутренне ощетинилась, на языке уже вертелся язвительный ответ, и вдруг до нее
дошло: Агата сердится не из-за того, что она, Арабелла, была в компании со скандально
известным Тони Даггетом, а из-за того, что она расстроила Мэри... Это открытие ее поразило.
А что, если попробовать другую тактику?
- Доброе утро, тетя Агата, - произнесла она вежливо. - Я вижу, вы благополучно
добрались. - Сделав глубокий вдох, она добавила: - мне очень жаль, что мои действия
причинили вам столько неприятностей, ведь вы даже не успели как следует отдохнуть с дороги.
Агата, которая явно ожидала злого отпора, уставилась на Арабеллу, точно перед ней вдруг
предстало какое-то невиданное чудовище о двух головах, и долго, с подозрением, разглядывала
племянницу. В конце концов она решила принять оливковую ветвь мира и, фыркнув, сказала:
- Ты же знаешь, как Мэри за тебя переживает. Постарайся не причинять ей лишних
волнений. Эгоизм - плохая черта. В твоем возрасте пора бы уже это усвоить.
Арабелле понадобилось немалое усилие, чтобы удержать на лице улыбку, но ее руки,
спрятанные в складках юбки, невольно сжались в кулаки.
В этот момент в комнату вошел Тидмор и, следуя указаниям Арабеллы, поставил большой
поднос с закусками и лимонадом на низкий столик из красного дерева. Дамы молча дождались
его ухода.
Когда за дворецким закрылась дверь, Мэри опустилась в кресло, обтянутое
бледно-желтым полосатым шелком.
- Это правда, Белла? - спросила она с укором. - Ты действительно была вчера в
Натчезе вместе с Тони Даггетом?
Вежливым жестом предложив Агате сесть, Арабелла начала разливать лимонад по
стаканам. Не поднимая глаз, она ответила с напускным спокойствием:
- Да. Я была вчера в Натчезе с Тони.
Мэри испуганно вскрикнула:
- Ох, милая! Неужели ты позволишь этому монстру опять разбить твое сердце?
- Он не монстр, - холодно отозвалась Арабелла, протягивая гостьям стаканы с
лимонадом.
- Я так и знала! Он только недавно вернулся и уже успел тебя околдовать! Ты что,
забыла, сколько страданий этот человек причинил тебе пять лет назад? Вот уж не думала, что
ты такая... такая...
- Дура? - подсказала Арабелла с кривой усмешкой.
- Вот именно!
- Не торопись изводить себя, дорогая, - неожиданно вмешалась Агата. - Сначала
выслушай Арабеллу. Если она встречалась вчера с Тони Даггетом, значит, у нее была для этого
веская причина.
Арабелла и Мэри уставились на нее, открыв рты. Еще не было случая , чтобы Агата
вступилась за Арабеллу. Слегка смутившись, Агата взбодрилась глотком лимонада и
пробормотала:
- Во всяком случае, мне так кажется.
Мэри растерянно заморгала и спросила у Арабеллы:
- Ну? У тебя в самом деле была веская причина?
Арабелла замялась, пытаясь решить, о чем можно рассказать мачехе, а о чем не следует.
Разумеется, она умолчит про свои визиты к Лейтону и Тони Даггету - так же, как и про
попытку ограбления на темной дороге. Однако ей вряд ли удастся скрыть ночное нападение: о
нем знают Тидморы и остальные слуги, значит, через какое-то время слух дойдет и до Мэри.
Арабелла нехотя начала:
- В среду ночью ко мне в спальню забрался вор с ножом.
Мэри охнула, ее голубые глаза округлились от ужаса. Агата же и бровью не повела.
- Не волнуйтесь, никто не пострадал, - поспешно добавила Арабелла.
- Вор с ножом? - вскричала Мэри. - Он тебе угрожал? Милая, ты, наверное, до смерти
испугалась?
Арабелла улыбнулась:
- Вовсе нет. Я пришла в ярость!
Агата кивнула:
- Я бы на твоем месте почувствовала то же самое. Каков наглец! - Она выжидательно
смотрела на Арабеллу. - Надеюсь, ты его проучила?
Проникаясь все большей симпатией к Агате, Арабелла с вызовом ответила:
- Само собой. Я ударила его графином по голове и выбежала из спальни. Когда я
вернулась вместе с Тидмором и другими слугами, злодея уже не было, но на графине осталась
кровь, значит, я его ранила.
- Арабелла! - воскликнула Мэри, напуганная столь дикой выходкой своей
падчерицы. - Ты дралась с этим типом?
- Молодец! - пробасила Агата. - Клянусь Боком, я сделала бы то же самое! Еще не
хватало, чтобы всякие негодяи пугали невинных женщин в их же собственных домах! Поделом
ему.
- Да, конечно, - пролепетала Мэри, немного успокоившись. - Но неужели тебе совсем
не было страшно?
- Сначала было, - призналась Арабелла, - но потом я так разозлилась, что забыла про
страх. - Она грустно добавила: - Ты же знаешь, какая я вспыльчивая - в детстве ты часто
меня за это ругала.
Мэри ласково улыбнулась:
- Пожалуй, на этот раз твоя вспыльчивость сослужила тебе хорошую службу. - Она
вдруг нахмурилась. - Но какая же связь между ночным вором и твоим появлением в Натчезе с
Тони Даггетом?
- Э... видишь ли, я была слегка встревожена случившимся - ты, конечно, можешь себе
это представить, - сочиняла на ходу Арабелла, - а в пятницу мне надо было ехать в Натчез, к
мистеру Хэйту. Я хотела уже отказаться от этой поездки, но тут подвернулся Тони и, узнав о
моем затруднении, вызвался меня проводить. Ну я и согласилась.
Доверчивая по натуре, Мэри удовлетворенно кивнула. С ее точки зрения, это было вполне
разумным объяснением, она сама никогда не выходила из дома без сопровождения, желательно
мужского. Но тетю Агату было не так-то просто обвести вокруг пальца: она лукаво взглянула
на Арабеллу, как бы говоря "кому ты рассказываешь сказки", вскинула бровь, но смолчала.
- Я тебя понимаю, - после паузы заговорила Мэри. - Обстоятельства сложились так,
что ты была вынуждена поехать с Тони. Но ведь ты не собираешься возобновлять с ним
отношения, Белла? - взволнованно спросила она.
Арабелла не умела лгать. Ей не хотелось обманывать мачеху, но выхода не было.
Вчерашние события показали, что Тони не даст ей оттеснить его в Тень, впрочем, она уже
жалела, что такая жестокая мысль вообще пришла ей в голову. Пусть он жестоко обошелся с
ней, но он не заслуживает того, чтобы с ним обращались, как с последним ничтожеством.
Конечно, она не будет на каждом углу Натчеза кричать о своем романе с Даггетом, но и делать
вид, что они незнакомы, было бы смешно.
Арабелла вздохнула.
- Мое сердце для него закрыто, - тихо сказала она, - но я не намерена избегать его
общества, если мы случайно встретимся на людях.
- О Белла, не говори так! - горько вскричала Мэри.
- Ей не остается ничего другого, - спокойно произнесла Агата. - Ясно как день, что
девочка до сих пор его любит!
Глава 12
Выражение неподдельного ужаса на лице Мэри чуть не рассмешило Арабеллу. Однако
положение было слишком серьезным, и перед ней стоял непростой выбор: солгать или сказать
правду?
Вообще-то она не собиралась посвящать мачеху или кого бы то ни было в свои сердечные
тайны. Но предложение Агаты требовало ответа. Арабелла вздохнула. Проще было бы солгать
- сказать, что она равнодушна к Тони Даггету... но что-то в ней восставало против этого. Она
стыдится своей любви? Нет, хотя без этого чувства ее жизнь текла бы гораздо спокойнее.
Арабелла сделала глубокий вдох, посмотрела на мачеху и тихо сказала:
- Тетя Агата права. Я все еще его люблю.
- Что? Этого ужасного человека? Говорят, он убил обеих своих жен? Как ты можешь его
любить?
Пять лет назад Мэри и отец Арабеллы уже задавали ей этот вопрос, но как тогда, так и
сейчас она не знала, почему Тони Даггет завладел ее сердцем - и, кажется, завладел навсегда.
Арабелла печально вздохнула:
- Ты, конечно, права, но... когда речь идет о Тони, я перестаю слушать голос разума.
Как и следовало ожидать, у Мэри тут же началась истерика. Она причитала сквозь слезы,
что Арабелла губит свою жизнь, что Тони абсолютно не годится ей в мужья.
- Вспомни его прошлое! Он непременно убьет тебя, что мы будет тогда делать?
Бурные рыдания сменились горькими всхлипываниями. Сердце Арабеллы разрывалось на
части. Она понимала, что Мэри желает ей только добра, но все же испытывала невольное
раздражение. В конце концов, она не наивная девочка, которая решила швырнуть свое будущее
под ноги первому встречному проходимцу!
Мери плакала, а тетя Агата ругала Арабеллу за то, что она расстроила мачеху. Арабелла
оказалась между двух огней. С одной стороны, ей надо было утешать Мэри, а с другой - не
сорваться на Агату.
Когда Мэри наконец перестала лить слезы, Арабелла чувствовала себя совершенно
разбитой.
С трудом сохраняя спокойствие, она проводила обеих женщин к карете и помахала им на
прощание, стараясь не смотреть в несчастное, осунувшееся лицо мачехи. Меньше всего ей
хотелось причинить боль дорогим людям. Тяжело вздохнув, Арабелла медленно поднялась на
крыльцо и вошла в дом. Напряжение бурной встречи с родственницами вылилось в дикую
головную боль. У нее пропало всякое желание заниматься хозяйственными делами. Вместо
того, чтобы обходить кладовые, она, бледная и уставшая, кое-как доплелась до своей спальни и
без сил упала на кровать, где и пролежала остаток дня.
Под вечер Марта приготовила ванну в гардеробной комнате, примыкавшей к спальне
Арабеллы. Понежившись в теплой воде, Арабелла немного воспрянула духом, а легкий ужин в
просторной столовой, расположенной в боковой части дома, и совсем исправил ее настроение.
Арабелла решила прогуляться. Было еще светло. С реки тянуло свежестью, насыщенной
ароматом цветущих магнолий.
Ей не хотелось думать о Тони и о неприятном разговоре с родственницами, но она не
могла отвлечься от этих мыслей. Арабелла и сама прекрасно понимала, что глупо любить Тони
Даггета. Но спор с мачехой внес ясность в ее запутанные чувства. Теперь Арабелла точно знала,
что до сих пор любит этого человека!
Однако любовь не заслоняла от нее всех недостатков Даггета. Когда-то он жестоко
обманул ее, и она не допустит, чтобы это повторилось.
То, что Ричард сообщил Мэри про их совместную поездку в Натчез, было даже к
лучшему. При всей разношерстности местной публики, здесь был довольно узкий светский
кружок, и Мэри рано или поздно узнала бы эту новость - не от Ричарда, так от кого-нибудь
еще. Хотя бы от того же мистера Хэйта.
Назойливо жужжащая мошкара заставила Арабеллу вернуться в дом. Отпустив на ночь
слуг, она принялась бродить по комнатам. Прикидывая будущие переделки.
Но сейчас это ее не увлекло, и вскоре она поднялась наверх, чтобы пораньше лечь спать.
Переодевшись в ночную рубашку, Арабелла удобно устроилась в постели с томиком стихов
английского поэта Вордсворта и целый час скользила взглядом по витиеватым описаниям
итальянских и французских пейзажей, потом отложила книгу, задула свечу у кровати и быстро
заснула, укрывшись одеялом до подбородка.
Ей снился Тони. Его глаза смеялись, губы нашептывали разные ласковые
...Закладка в соц.сетях
