Жанр: Любовные романы
Наконец-то
...хнулся Тони.
- Как ты можешь шутить в такой момент? - вскричала Арабелла. Сердце ее сжималось
от страха за мужа.
Тони обнял и нежно поцеловал ее.
- Со мной ничего не случится, я тебе обещаю.
- А я обещаю вам, мэм, что спасу его от беды, - решительно сказал Патрик.
Арабелла вздохнула и освободилась из теплых объятий Тони.
- Ладно, ловлю вас обоих на слове. И когда же ты собираешься говорить с моей
мачехой?
- Чем раньше, тем лучше. Мы не можем объявить о нашей свадьбе и открыто начать
совместную жизнь до тех пор, пока не разоблачим Сапога. - Он достал из жилетного кармана
золотые часы и хмуро взглянул на циферблат. - Если я потороплюсь, то успею заехать к
миссис Монтгомери прямо сегодня.
Патрик вежливо отошел в дальний конец комнаты, чтобы молодожены могли проститься
наедине.
Арабелла испуганно заглянула в любимое лицо.
- Пожалуйста, будь осторожен, - попросила она дрожащим от волнения голосом.
- Не беспокойся, милая. Теперь, когда исполнились мои самые заветные мечты, я стал
дорожить жизнью. - Он приник к ее губам, вложив в пылкий и нежный поцелуй всю силу
своей любви. - Не бойся за меня, - добавил он с усмешкой, - я чертовски везуч.
Вскоре Арабелла стояла у парадного крыльца Гринли и махала Тони рукой. В глазах ее
блестели слезы, а сердце наполнилось ледяным страхом. Чтобы как-то приободриться, она
сказала себе, что Тони Даггету действительно чертовски везет в жизни, и вернулась в дом, изо
всех сил стараясь не думать о плохом.
Тони и Патрик не стали терять времени даром. Выехав из поместья Арабеллы, они
пришпорили лошадей и пустились галопом по пыльной дороге, ведущей в Хайвью. Друзья
почти не разговаривали, да и как было говорить на такой бешеной скорости? Чтобы сократить
путь, они свернули с главной дороги и углубились в лес - в девственную чащу, густо
переплетенную лианами. Здесь всадники сбавили темп, но продолжали ехать молча. Тишину
нарушал лишь топот копыт, треск сучьев да шелест кустов. Через полчаса они остановили
своих взмыленных лошадей в полумиле от Хайвью.
Патрик мрачно спросил:
- Значит, ты решительно не хочешь чтобы я поехал на встречу с Мэри?
- Не хочу, приятель, - мягко отозвался Тони. - Я сам с ней поговорю.
- В таком случае, - сказал Патрик, тяжко вздохнув, - прости. У меня нет другого
выхода...
С этими словами он с размаху ударил друга кулаком в челюсть. Тони покачнулся от
неожиданности, голова его резко запрокинулась. Не дав ему опомниться, Патрик оглушил его
рукояткой пистолета по виску. Тони застонал и без чувств повалился на бок.
Лицо Патрика было суровым и решительным. Спешившись, он проворно взялся за дело и
вскоре немного отошел назад, чтобы полюбоваться на результат. Тони полулежал на своем коне
с кляпом во рту. Руки его были крепко привязаны к луке седла, а ноги в сапогах - к стременам.
"По крайней мере не упадет", - с удовлетворением подумал Патрик. Спохватившись, он
достал из жилетного кармашка Тони злополучную записку и аккуратно переложил ее к себе.
Проделав все это, он снова вскочил в седло и медленно двинулся дальше, ведя коня Тони
в поводу и внимательно оглядывая окрестности. Наконец он нашел подходящее укромное
местечко, привязал коня Тони к дереву, а сам выбрался из леса.
Подъехав к парадному крыльцу, Патрик бросил поводья чернокожему мальчугану,
который выбежал из-за угла дома, и сказал ему, соскакивая с лошади:
- Подержи. Я ненадолго.
У входных дверей его встретил встревоженный Джереми.
- Ничего не случилось? - прошептал он, пожимая Патрику руку.
Тот ободряюще улыбнулся:
-Все в полном порядке. - Приобняв Джереми за плечи, он тихо продолжил: - Только
не вздрагивай и не кричи. Я оставил Тони за домом, вон в той рощице. Иди к нему. Но сюда его
ни за что не пускай, как бы трудно это ни было. - Пальцы Патрика впились в плечо юного
Монтгомери. - Поклянись честью, что не пустишь.
Джереми кивнул, растерянно глядя на него:
- Клянусь честью.
Патрик слегка расслабился.
- Молодец! Я вернусь и все объясню. А теперь ступай!
Только на полпути к рощице Джереми осознал всю странность поведения Патрика. Что
происходит? Почему он должен идти к Тони? И почему нельзя пускать Тони в поместье? Не на
шутку встревожившись, Джереми зашагал быстрее.
Красивое лицо Патрика не выражало никаких чувств, когда он в сопровождении
дворецкого Лоренса вошел в уютную гостиную. К счастью, хозяйка была одна. С галантной
улыбкой он склонился к ее руке и сказал:
- Добрый день, мэм. Надеюсь, я вас не побеспокоил?
Мэри явно озадачил визит малознакомого джентльмена с весьма сомнительной
репутацией.
- Нет, - ответила она с холодной учтивостью. - Хотя, признаюсь, я была удивлена,
когда Лоренс сообщил ваше имя.
- Я вас понимаю, - отозвался Патрик, усаживаясь в предложенное кресло. Он положил
на колени свои жокейские перчатки и взглянул на Мэри. - А вообще вам следовало ожидать,
что я когда-нибудь к вам приеду. - Она удивленно вскинула брови, и он погрозил ей
пальцем. - Ну перестаньте! Неужели вы думали, что ваше пособничество в заговоре
пятилетней давности останется нераскрытым?
Миловидное лицо Мэри побледнело. Она схватилась за горло.
- Ч-что вы имеете в виду?
Патрик оскалился:
- Только то, мэм, что пришло время платить по счетам. Вы целых пять лет пожинали
плоды вашей интриги, пора наконец держать ответ.
- Не понимаю, о чем вы, - пролепетала Мэри и, собравшись с духом, добавила уже
тверже: - Я нахожу ваши слова оскорбительными и прошу вас немедленно уйти из моего
дома... иначе я позову дворецкого, и он вышвырнет вас отсюда!
Патрик небрежно развалился в кресле, достал из кармана изрядно помятую и
потрепанную записку и швырнул ее на колени Мэри.
- Прочтите, - сказал он, - а потом можете звать дворецкого.
Мэри развернула листок и прочла текст. Когда после долгой паузы она опустила записку
на колени и посмотрела на Патрика, ему показалось, что она состарилась сразу лет на десять.
Встретившись с откровенно презрительным взглядом своего гостя, Мэри опустила глаза,
вздохнула и произнесла с напускной безмятежностью:
- Боюсь, я все еще не понимаю. Какое отношение имеет ко мне эта записка?
- Я пришел сюда не для того, чтобы играть с вами в кошки-мышки, - хмуро ответил
Патрик. - Если вы и дальше будете отнимать у меня время, моя цена возрастет. - Он резко
изменил свою ленивую позу и, подобравшись, подался вперед. Его глаза походили на острые
льдинки, а в голосе послышались металлические нотки. - Пять лет назад вы помогли
расстроить свадьбу Тони и Арабеллы. Вы тайно следили за своей падчерицей и сообщили
одному из Даггетов, где и когда они встречаются, а он позаботился об остальном. Записка, что
лежит у вас на коленях, служит тому доказательством. Итак, скольковы заплатите мне за
молчание?
Мэри начала было возмущаться, но, увидев выражение его лица, замолчала. Устало
откинувшись в кресле, она заговорила со страданием в голосе:
- Я не желала Арабелле зла. Но ее отец был категорически против этого брака, и когда
мне предложили испортить ее отношения с Тони... я охотно согласилась. - Она обхватила
руками свою светло-русую голову. - Вы не представляете, что я пережила за последние годы!
Я видела, как страдает Арабелла и понимала свою вину. Мне было нелегко. - Она подняла
голову и посмотрела на Патрика. - Поверьте, я не желала ей зла! Наоборот, я хотела... ее
спасти. Но все оказалось напрасно. Тони Даггет вернулся. Арабелла по-прежнему его любит и
при первой возможности выйдет за него замуж. А теперь оеще вы пришли обвинять меня в
старых грехах.
Патрик встал, забрал у нее записку и снова сунул к себе в карман.
- Я мог бы вас пожалеть, но мои симпатии целиком на стороне Арабеллы и Тони.
Напишите своему сообщнику, что его гнусная тайна раскрыта. Мне нужно много денег, чтобы я
держал язык за зубами. Иначе я разоблачу ваше злодейство. Я дам вам знать, когда и где мы
встретимся. Произведем обмен: вы получите записку, а я - деньги. Если мы разойдемся
по-хорошему, Тони и Арабелла никогда не узнают, кто их предал.
Бледные щеки Мэри окрасились слабым румянцем!
- Вы ничего не докажете!
- А мне и не нужно ничего доказывать. Я просто покажу Арабелле эту записку и скажу,
что вы помогли разлучить ее с Тони. Как вы думаете, - спросил он со злорадной усмешкой, -
кому из нас она поверит?
- Зачем вы это делаете? - воскликнула Мэри. - Ведь вы богаты и не нуждаетесь в
деньгах.
- Вот здесь вы ошибаетесь. Мужчины с моей репутацией всегда нуждаются в деньгах. В
последнее время я здорово поиздержался, знаете ли. И я очень рад, что подвернулся такой
легкий способ возместить мои траты.
Патрик насмешливо поклонился и зашагал к выходу. Взявшись за серебряную дверную
ручку, он бросил через плечо:
- Напишите вашему сообщнику, да побыстрее. Я человек нетерпеливый. Не заставляйте
меня ждать.
Глава 20
Когда Патрик подошел к ожидавшим его Джереми и Тони, брат Арабеллы встретил его
суровым взглядом и нацеленным пистолетом. Мельком взглянув на Тони, Патрик убедился ,
что тот по-прежнему крепко привязан к лошади, но, судя по метавшим молнии глазам, уже
очнулся и пребывает в бешенстве.
- Я поклялся вам, что удержу его, - прорычал Джереми. - Но прежде чем вы сделаете
еще хоть шаг, потрудитесь объяснить, что происходит.
- Ничего особенного, - небрежно отозвался Патрик. - Просто я тоже дал клятву и
должен ее сдержать. - Он наткнулся на гневный взгляд Тони. - Я обещал твоей беременной
жене оградить тебя от опасности. - Он обезоруживающе улыбнулся. - Можно ли осуждать
человека за то, что он выполнил свое обещание?
Все такой же растерянный, Джереми подозрительно смотрел на Патрика.
- Ничего не понимаю. Почему Тони связан?
- Убери пистолет и я тебе все объясню, - беззлобно сказал Патрик, подходя к Тони и
расстегивая кожаные ремни, которыми Даггет был привязан к лошади. - Твой
новоиспеченный зять решил подставить себя под удар Сапога, - объяснил он Джереми, не
прекращая своей работы, - а я ему помешал.
Как только Тони развязали руки, он вырвал кляп изо рта и недовольно воскликнул:
- Черт побери, Патрик! Мы же решили, что пойду я.
- Нет, это ты так решил, - спокойно возразил Блэкберн. - У меня был другой план.
Возможно, не самый лучший, но он хотя бы на время оградил тебя от беды... Прежде чем
ругаться, ответь-ка мне не один вопрос: ты бы на моем месте поступил иначе?
Тони поморщился и нехотя покачал головой:
- Нет, и ты это прекрасно знаешь! Но Сапог рано или поздно выйдет на мой след, а ты
встал у него на пути. Теперь ему придется сначала убрать тебя.
- Совершенно верно, - вкрадчиво отозвался Патрик, - вот тут-то мы его и поймаем. -
Он вскинул бровь. - Ведь ты не дашь ему меня убить?
- Конечно, нет, - буркнул Тони.
Джереми озадаченно слушал их обоих и наконец не выдержал:
- Может, кто-нибудь объяснит мне, в чем дело?
Тони и Патрик многозначительно переглянулись. Им не хотелось рассказывать Джереми
об участии Мэри в событиях пятилетней давности.
Улыбнувшись, Тони спрыгнул с лошади.
- Видишь ли, после твоего отъезда из Гринли кое-что прояснилось. Мы узнали, почему
Сапог напал ночью на твою сестру. Ему надо было забрать записку, написанную им пять лет
назад и приглашавшую Молли в охотничий домик. Записка эта каким-то образом попала в руки
Лейтону. Вероятно, Молли была сообщницей Лейтона, ведь он ее содержал. Она отдала ему
записку, объяснив, о чем там идет речь. Они вдвоем или только один Лейтон начали
шантажировать Сапога. Сапог решил это пресечь и явился к Лейтону домой - к несчастью, в
тот самый день, когда туда пришла твоя сестра. Видимо, Арабелла спутала им все карты.
Записка случайно попала в ее документы, которые Лейтон сбросил на пол, и в конце концов
оказались в ее сумочке.
- Лейтон это понял, - взолнованно подхватил Джереми, - и попытался забрать
записку, когда Арабелла возвращалась домой после разговора с вами!
Тони кивнул:
- Совершенно верно. В ту же ночь коварный Сапог убил Лейтона и, не найдя у него
записки, догадался, что она у Арабеллы. - Взгляд его омрачился. - Я не хочу даже думать о
том, что могло с ней случиться, если бы она не ударила его графином.
- Но почему он не предпринял второй попытки? - задумчиво спросил Патрик. - Ведь
он уже совершил одно убийство, чтобы завладеть этой проклятой запиской. Что же его
остановило?
- Не знаю, - признался Тони. - Но думаю, что он решил на время затаиться. Посуди
сам, записка пропала, у Лейтона ее не оказалось, а нападение на Арабеллу прошло неудачно.
Бьюсь об заклад, он тысячу раз пожалел о своем глупом демарше.
- Почему же глупом? - удивился Джереми.
- Потому что его действия привлекли к нему наше внимание. Мы стали гадать, чего
именно он хотел от Арабеллы. Конечно, записка все равно когда-нибудь нашлась бы, но это
могло случиться и через полгода, и через год. К тому времени твоя сестра наверняка забыла бы,
когда в последний раз брала с собой ридикюль, и никто из нас не связал бы завалявшийся в нем
клочок бумаги с Лейтоном и его попыткой дорожного ограбления. Сапог разбудил спящую
собаку, и это было его ошибкой.
Джереми кивнул, явно удовлетворенный таким объяснением. Тони и Патрик напряженно
ждали, когда в его голове возникнет неизбежный вопрос.
Наконец это произошло.
- Но зачем вы сюда приехали? - недоуменно спросил он у Патрика. - Если бы вы
хотели поговорить со мной, вы бы не стали выпроваживать меня из дома. - Его глаза тревожно
блеснули. - Значит, вам нужна была моя мама. Но при чем здесь она?
- Видишь ли... она может нам помочь, - поспешил ответить Тони, бросив растерянный
взгляд на Патрика.
- Как? - с подозрением спросил Джереми.
Патрик подергал себя за мочку уха.
- Это трудно объяснить, - осторожно начал он. - Одним словом, нам кажется, что
Сапог воспользовался ее любовью к твоему отцу. Возможно, она знает имя злодея. Мы уже
догадались, что это один из родственников Тони по линии Даггетов. Осталось лишь выяснить,
кто именно.
- Мама знает его имя?
- По всей видимости, да, - нехотя ответил Тони.
- И она вам его назвала? - поинтересовался Джереми у Патрика.
Патрик покосился на Тони, тот поморщился и пожал плечами.
- Нет, - пробормотал Патрик. - Я ее об этом не спрашивал.
- Что?! Но почему? Если мама знает, кто преступник, почему вы не попросили ее назвать
его имя? Это же так просто!
- Я сделал вид, что мне уже известно его имя, - смущенно признался Патрик.
Пока ему удавалось обходиться полуправдой, отвечая на вопросы юноши. Но это было
нелегко. Патрик не знал, как бы Тони повел разговор с Мэри Монтгомери, но он со своей
стороны сделал все, что мог. Застигнутая врасплох, его собеседница призналась в давнем грехе.
Однако Арабелла был права: ее мачеха оказалась серьезным противником. Вряд ли она назвала
бы ему имя злодея, если бы он вопреки совету Арабеллы задал ей прямой вопрос. Мэри не
любила ни его , ни Тони. Она им не доверяла. Было бы глупо ждать от нее помощи.
Патрик понимал, что Арабелла правильно оценила характер мачехи, поэтому не стал
требовать от Мэри, чтобы та разоблачила его сообщника. Он притворился, что знает имя
преступника, и попытался ее шантажировать. Такая тактика, на его взгляд, была самой удачной.
- Но зачем? Она бы вам сказала. Знаете что, - возмутился Джереми, - по-моему, вы
раздуваете из мухи слона.
- Черт возьми! - вскричал Патрик, уязвленный его словами. Он пытается уберечь
Джереми от горькой правды, а в ответ - такая неблагодарность! - Ничего бы она мне не
сказала, дурачок!
- Не понимаю... Вы же сами говорите, что мама хочет вам помочь. Почему бы ей не
назвать имя преступника?
Патрик бросил на Тони страдальческий взгляд.
- Потому что она его боится, - быстро вмешался Тони, сочиняя на ходу. - Он ей
угрожал. Говорил, что убьет тебя и других детей, если она его разоблачит. Но Мэри поможет
нам заманить злодея в ловушку. По просьбе Патрика она напишет ему - сообщит, что записка
у него.
Джереми с явным недоверием выслушал объяснения Тони и Патрика. Он чувствовал, что
они что-то недоговаривают. Однако основные факты укладывались в более-менее стройную
картину. К тому же на данный момент у него не было желания выяснять, каким образом Мэри
оказалась втянутой в эту грязную историю. Главное, что она не отказалась им помочь.
- И что же теперь? - тихо спросил Джереми.
- Будем ждать, когда Сапог, как мы условно назвали злодея, придет меня убивать, -
весело сказал Патрик, обращаясь к Джереми и радуясь благополучному завершению трудного
разговора. - Вам с Тони предстоит приятная задача - позаботиться о о том, чтобы я остался
жив. Надеюсь, мы схватим Сапога раньше, чем он отправит меня на тот свет.
- А по-моему, гораздо легче и безопаснее проследить за слугой, который повезет записку
Мэри по указанному ею адресу, - сухо возразил Тони. - Я уверен, что, пока мы тут с вами
беседуем, она уже пишет послание Сапогу. Франклин живет отдельно, в своей холостяцкой
городской квартире. Альфред обретается на семейной плантации Риверс-Бенд. Так что мы без
труда вычислим преступника.
Тони не ошибся: в этот самый момент Мэри действительно писала Сапогу записку. Но она
не собиралась отдавать ее слуге. Сильно встревоженная разговором с Патриком, она не сразу
пришла в себя после его ухода. Ей понадобилось несколько минут, чтобы собраться с мыслями
и успокоиться. Наконец она села за письменный стол и быстро набросала текст. То, что
записка, адресованная Молли Добсон, до сих пор сохранилась, заставляло ее волноваться за
судьбу собственного послания. Она решила не доверять его слуге, а лично вручить адресату.
Даггет прочтет бумагу и уничтожит - в таких он был крайне осторожен. Она поджала губы.
Странно, как это он проворонил ту давнюю записку к проститутке. Но былых ошибок уже не
исправишь. Сейчас ей надо как можно скорее известить его об угрозах этого мерзавца
Блэкберна, и пусть он срочно принимает меры.
Отдать записку адресату оказалось довольно легко. Они встретились на небольшом
званом вечере у Гейлов. "Небольшой" в данном случае означало, что там собралось человек
тридцать. Пробираясь сквозь нарядную толпу и кивая своим знакомым, Мэри незаметно сунула
в руку Даггету сложенный листок.
Арабелла и Джереми тоже были у Гейлов и тайком следили за Мэри, но не смогли
сообщить Тони и Патрику ничего примечательного, встретившись в тот же вечер с ними в
Гринли.
Все четверо собрались в главной гостиной. Тидмор принес мужчинам виски, а Арабелле
- чашку горячего мятного чая. Поставив на столике графин и серебряный чайник, он с
поклоном удалился. Ему наверняка показалось странным, что его госпожа в столь поздний час
принимает двух не отличающихся примерным поведением джентльменов, пусть и в
присутствии брата. Но, как и положено вышколенному слуге, он даже бровью не повел.
Сбросив на пол возле дивана коричневые атласные туфельки, Арабелла спрятала
уставшие ноги под желтые шелковые юбки и сказала с усмешкой:
- Представляю себе, как Тидморов удивляет мое поведение! Сначала я решила жить
отдельно от семьи, а теперь привела в дом мужчин с сомнительной репутацией.
- Как ты думаешь, они могут разболтать? - встревожился Тони.
Арабелла покачала головой:
- Нет. Эти люди меня не предадут. Они любят меня и тревожатся за мое будущее, но
держатся всегда очень тактично.
Тони сидел рядом с ней на диване, вытянув длинные ноги.
- Тебя нельзя не любить, милая, - сказал он, целуя ей руку. - Я тоже тебя люблю.
- Может, хватит? - недовольно проворчал Патрик, но в его серых глазах плясали
веселые лучики. - Мы должны обсудить серьезные вещи. Будешь любезничать со своей женой
в другое время.
Арабелла смущенно вспыхнула, а Тони расхохотался.
- Ладно, - согласился он и взглянул на Джереми, который стоял, облокотившись на
каминную полку. - Значит, вы ничего не видели? Совсем ничего?
- Ну почему же? - вздохнул Джереми. - Мы многое видели. На вечере были все трое
Даггетов. Мама поздоровалась и поболтала с каждым из них. Но я не заметил, чтобы она
передала кому-то записку.
- Да, - подхватила Арабелла. - Со стороны могло показаться, что она пришла туда
только затем, чтобы приятно провести время с друзьями. Кузина Агата почти не отходила от
Мэри, и я не заметила, чтобы она оставалась наедине с твоим дядей или с кузеном
Франклином... - Она задумалась. - Или с Берджизом. Мэри говорила с каждым из них, но
это был обычный светский разговор. Я тоже не видела, чтобы она что-то кому-то передала.
Патрик, сидевший в кресле напротив дивана, встал и зашагал по комнате.
- Я был уверен, - сказал он с досадой, - что она отправит записку через слугу. Если бы
она это сделала, мы бы сейчас уже знали, кто сообщник.
- А мы даже не можем утверждать, что она уже отдала ему записку, - тихо заметил
Джереми. - Возможно, пока мы здесь с вами гадаем, слуга из Хайвью везет Сапогу послание
мамы.
- Ну спасибо, братик, за такое предположение! - язвительно сказала Арабелла. - Как
только убийца получит записку, мой муж окажется перед лицом смертельной угрозы.
- Черт возьми, Белла, я просто пытаюсь предусмотреть все возможные варианты! -
возмутился Джереми. - Тони и Патрик весь день сидели в кустах и следили, не выйдет ли из
поместья кто-нибудь из слуг, а мы с тобой на протяжении всего званого вечера кружили возле
мамы, как коршуны над кроликом. Она, наверное, решила, что у нас не все дома. Во всяком
случае, кузина Агата бросала на меня довольно странные взгляды. - Он смущенно
усмехнулся. - Она даже похвалила меня, сказав, что я очень заботливый сын.
Слова Джереми вызвали улыбку. Наступила короткая пауза, во время которой мужчины
пили виски, размышляя над ситуацией.
- Ну? - наконец спросил Джереми. - Что мы теперь будем делать?
Тони усмехнулся:
- Нам остается только ждать. Патрик прав: очень скоро Сапог придет его убивать.
Блэкберн насмешливо поклонился:
- Для дорогих друзей мне ничего не жалко, даже собственной жизни. - Он
посерьезнел. - Интересно, получил ли Сапог записку? Или, как предположил Джереми, она
еще в пути?
Сапог не выказал никакого удивления, когда на вечере у Гейлов Мэри вложила ему в руку
плотно сложенный листок. Он продолжал мило улыбаться и вообще вел себя как ни в чем не
бывало. Но бумажный клочок жег его ладонь, и он поспешил убрать его в жилетный карман.
Только приехав после званого вечера домой и закрывшись в кабинете, он наконец
прочитал послание Мэри. Оно его не столько встревожило, сколько разозлило. И чем больше он
думал, тем меньше волновался.
"Итак, записка Молли попала к Блэкберну, - неторопливо размышлял Сапог. - Очень
интересно! И он пытается шантажировать миссис Монтгомери... и меня. Интересно, кто это
придумал - Тони и Блэкберн?" Сапог не верил в угрозу Патрика. Он знал, что Тони и
Блэкберн действуют заодно.
Он мерил шагами небольшой кабинет, рассеянно похлопывая себя по губе запиской Мэри.
Надо что-то предпринять. Но что? Мэри ему не опасна. И никогда не была опасна - только
поэтому она до сих пор жива. Эта женщина будет держать язык за зубами: не в ее интересах,
чтобы правда выплыла наружу. Обычно приличные дамы как огня боятся малейшего скандала,
связанного с их именем, и Мэри Монтгомери скорее умрет, чем признается в своем
неблаговидном поступке. Так что с ее стороны ему ничего не грозит - во всяком случае, пока.
А вот Тони и Патрик... этих двоих надо убрать. И разумеется, Арабеллу.
Сапог нахмурился. "И зачем я только напал на нее в ту ночь? - в который раз пожалел
он. - Все равно ничего не добился, только получил графином по голове!" Он невольно тронул
то место, куда его ударила Арабелла, и в нем опять заклокотала злость.
Какая досадная ошибка! И вот теперь приходится пожинать плоды собственной глупости.
Заявившись к ней в спальню, он как будто сказал: "У тебя есть одна любопытная вещица,
поищи как следует!" Он снова взглянул на записку, которую держал в руке. Значит, Арабелла
все-таки нашла этот проклятый листок. Интересно, где? Но сейчас перед Сапогом стоял другой,
более важный вопрос.
Тони, Патрик, Арабелла - все они должны умереть. Но как? Самое главное - проделать
все так, чтобы избежать подозрений.
Сапог вздохнул. Он никогда не думал, что станет убийцей. Если честно, он вообще ничего
не планировал. Все получалось само собой.
Началось с Мерси. Он хотел только замутить воду и посмотреть, какая рыбка в ней будет
ловиться. Когда жена Тони сбежала с любовником, ему не составило труда шепнуть пару слов
на ушко одному из первых сплетников Натчеза, заранее зная, что этот болван тут же прибежит
к Тони и все ему выложит - разумеется, сильно приукрасив.
Нет, он не желал смерти Мерси. Но обрадовался такому исходу. И надеялся, что Тони
повторит судьбу своего отца - напьется до беспамятства и свернет себе шею. Но этого не
случилось. Ну что ж, как говорится, не все коту масленица!
А вот Элизабет просто не повезло. Конечно, Сапог огорчился, когда Тони женился во
второй раз.
Но Сапог еще не был готов к убийству. Он выжидал. Чтобы завладеть всем наследством, а
не только теми жалкими крохами, что достались его семье, надо было оставить Тони
бездетным. Он, конечно, размышлял над тем, как избавиться от Элизабет, однако в тот вечер у
него были другие намерения. Она застала его врасплох, когда он рылся в ее шкатулке с
драгоценностями.
Трудно сказать, кто из растерялся больше, но у него по крайней мере хватило ума достать
пистолет и застрелить ее, а потом убежать через веранду второго этажа. О Боже, как же ему
было страшно, когда он перелезал через ограду и мчался к своей лошади, спрятанной в
ближайшем лесу! Сердце его ухало в груди, словно кузнечный молот. Ему казалось, что этот
стук слышно за пять миль. Но никто ничего не слышал.
Это было его первое убийство. Сапог долго приходил в себя, но со временем он начал
смотреть на подобное злодеяние как на верный способ достижения цели.
"Глупая гусыня сама напросилась на пулю. Если бы она ушла вместе с Тони на ужин к
Блэкберну, то осталась бы жива. Во всяком случае, в ту ночь. Впрочем, родить я бы ей все
равно не дал".
На тот момент Сапог сильно поизде
...Закладка в соц.сетях
