Жанр: Любовные романы
Брачный контракт
...bsp;— Леди Джерси
доверительно наклонилась к ней:
— Смотреть, как ты мчишься по жизни эти последние восемь...
— Семь!
— ..семь лет, было так интересно! Однако, хотя такая независимость
очень подходит тебе, я бы не рекомендовала ее другим молоденьким
девушкам. — Она со значением посмотрела на Синтию. — Тебе давно
пора выйти замуж. Вы с Максом будете лучшей парой сезона, возможно, лучшей
парой всех сезонов, и я приложу к этому руку.
— Прошу прощения, леди Джерси, но граф Трент может и проиграть.
Леди рассмеялась.
— Сомневаюсь. Кроме того, — она пожала плечами, — не могу
понять, почему такая умная женщина, как ты, хочет, чтобы он проиграл.
— Я тоже пыталась сказать ей об этом, — вмешалась Синтия.
— Умница, — одобрительно кивнула леди Джерси. — Похоже, у
тебя много здравого смысла. Надеюсь, ты сможешь повлиять на мисс Эффингтон.
Синтия выпрямилась и расправила плечи, словно солдат, получающий от
командира опасное задание.
— Попробую, но она такая упрямица.
— Она же Эффингтон, — согласилась леди Джерси и обменялась понимающим взглядом с Синтией.
Пандора чуть не задохнулась от возмущения.
— Тот факт, что я Эффингтон, не имеет никакого отношения к...
— Наоборот, моя дорогая, твоя родословная по обеим ветвям семьи имеет
непосредственное отношение к этому делу. Именно поэтому я и уверена, что все
будет хорошо. А я-то боялась, что этот год будет скучным. Доброго
вечера. — Она повернулась и зашагала сквозь толпу, которая расступалась
перед ней", а затем снова смыкалась.
— Она сказала, что у меня есть здравый смысл. — Взгляд Синтии
следовал за виконтессой. — Она думает, что этот год для меня будет
успешным и...
— Ей известно о нашей игре, — сурово закончила Пандора. — А
если знает она, то знают и все остальные. Это станет любимой темой для
обсуждения.
— Но ты же не думала сохранить это в тайне?
— Если честно, то я вообще об этом не думала, — Пандора помолчала
несколько секунд. — Но мне не нравится, что все будут наблюдать за
каждым моим шагом.
Синтия смерила подругу удивленным взглядом.
— Все и так следят за каждым твоим шагом.
— Не сомневаюсь, уже заключаются пари на то, кто из нас выиграет.
— Прости меня, Пандора, но если бы я участвовала в этом, то поставила
бы на графа Трента.
— И почему же? — раздраженно спросила Пандора. — Ты моя
лучшая подруга. Где же твоя преданность?
— Ее победил мой здравый смысл, — улыбнулась Синтия. — Не
забывай, граф Трент уже прошел три из двенадцати испытаний.
— Ничего подобного! — Пандора сунула пакет в руки Синтии. —
Это может считаться только одним заданием. Таковы правила.
Синтия рассмеялась:
— Правила? И это ты настаиваешь на правилах?
— Должны же быть хоть какие-то законы.
— А Трент о них знает?
— Еще нет. — Пандора прищурилась. — Но когда раздразненная
лиса вылезет из своей норы, я сообщу, в какую именно игру мы будем играть.
— Я бы хотела присутствовать при этом. — Синтия несколько
мгновений разглядывала подругу. — Леди Джерси права. Эта ваша с Трентом
игра станет самым интересным событием сезона.
— Я так рада, что нашла свое предназначение — развлекать
общество, — сухо заявила Пандора. Она окинула взглядом толпу внизу. Ей
уже не нужно искать Макса — леди Джерси выполнила за него его работу.
Предполагал ли он это, но его просьба к патронессам Альмака только поднимет
ставки. Сейчас это касалось не только ее будущего, но и ее гордости.
Несмотря на те будоражащие чувства, что он будил в ней, теперь она никак не
может проиграть.
Хотя ее репутация и была во многом дутой, она — Шалунья с Гросвенор-сквер —
сохранит это прозвище до конца, и ни один мужчина, каким бы красивым, умным
или очаровательным он ни был, не победит ее.
На кону ее репутация, а с каждым проходящим днем, как подозревала Пандора, и
ее сердце.
Глава 7
ШТРАФ НАЗНАЧЕН — Это... — На пол перед Максом опустилась изысканная шемизетка. Он
удивленно поднял глаза. Над ним возвышалась Пандора. — Это неспортивно.
— Почему же? — Он поднял эту деталь нижнего белья. и с
любопытством оглядел ее, стараясь подавить торжествующую улыбку. Он знал,
что если выждать, то Пандора сама придет к нему. — Мне казалось, что из
всех испытаний это было самым спортивным.
— Вы ошиблись. — Пандора скрестила руки на груди. — Что вы
делаете на полу? Никогда не предполагала, что увижу графа Трента в таком
положении.
— Ну не знаю. — Он оперся на локти. Его взгляд поднялся с
выглядывающих из-под подола платья кончиков туфель к ее бедрам и выше, к
груди, а затем к губам, таким полным и волнующим. — Мне это положение
кажется замечательным.
— Правда? — спросила Пандора уже не так свирепо и чуть
задыхаясь. — Вы похожи на мальчишку, который прогуливает школу.
— Я веду себя крайне недисциплинированно в данный момент. — Его
взгляд задержался на ее лице, и Пандора нервно прикусила нижнюю губу. —
Однако должен признать, никогда еще не изучал такую интересную проблему.
— Какую проблему?
Вместо ответа он ухмыльнулся.
— Я имею в виду, что это такое? — быстро сказала она, махнув рукой
в сторону разбросанных по ковру бумаг.
Собранная им литература о мифах и легендах Древней Греции уже не умещалась
на столе, и ее пришлось разложить на полу. Он нашел многочисленные описания
подвигов Геракла древних и современных авторов, включая и родителей Пандоры.
Макс похлопал рукой по ковру.
— Посмотрите сами.
— Я лучше постою.
— Как хотите. — Он пожал плечами.
— Хорошо воспитанный джентльмен поднялся бы на ноги, — неожиданно
резко произнесла Пандора.
— Хорошо воспитанная леди никогда бы не швырнула в лицо джентльмену
предмет женского белья. Кроме того, вы сами назвали меня негодником,
распутником, повесой и чудовищем.
— Но вы могли бы по крайней мере быть хорошо воспитанным чудовищем.
— Неужели? — Он лениво поднялся на ноги. — А в чем тогда
выгода быть чудовищем?
— Выгода? — чуть заикаясь, спросила Пандора.
— Конечно. Воспитанное чудовище никогда бы не назначило встречу
незамужней леди в уединенной комнате, или на кладбище, или... — он посмотрел
ей в глаза, — в своем доме.
Пандора чуть побледнела.
— Возможно, я ошиблась. Возможно, вы вовсе не чудовище...
— Да нет же, я именно чудовище. — Он был так близко, что ощущал,
как с каждым вдохом поднимается ее грудь. — Чудовища, как и шалуньи, не
подчиняются диктату общества. — Он заметил, как потемнели ее голубые
глаза. — И чудовище, не колеблясь, воспользуется своим преимуществом,
чтобы получить то, что оно хочет.
— Да? — прошептала Пандора.
Ему всего лишь стоило наклонить голову, и он мог поцеловать ее в губы.
— И чудовище никогда не играет в игры, которые оно не собирается
выиграть.
— Оно... — У Пандоры перехватило дыхание.
Его губы легонько коснулись ее рта, и она отшатнулась, словно обжегшись.
— Вы не выиграете, — дрожащим голосом произнесла Пандора. — Поэтому я и пришла сюда.
— Да? — Макс разочарованно усмехнулся. — Я думал, вы
появитесь раньше, учитывая, как страстно вы хотели поговорить со мной.
— Страстно? — Ее тон мгновенно стал резче. — Вовсе нет.
— Судя по вашим запискам, вы сгорали от нетерпения встретиться со мной.
— Запискам? — Глаза Пандоры расширились, словно она не могла
понять, о чем он говорит.
— Неужели вы забыли? Такие короткие, но требовательные послания с
приглашением посетить ваш дом. — Макс замолчал и притворился, что
роется в памяти. — Возможно, я перепутал вас с другой дамой, которая
хотела...
— Смутно припоминаю, — резко оборвала его Пандора, — что я
черкнула какое-то письмо...
— Четыре письма.
Пандора пожала плечами:
— Вы превратно поняли мои намерения.
— Из записок, которые вы с трудом припоминаете, я понял, что вам
хочется обсудить со мной правила нашей игры — или я не прав?
— Правила очень важны, — сказала Пандора, старательно избегая
смотреть на Макса. Она прошлась по библиотеке, разглядывая шкафы с
книгами. — Без правил наступает анархия.
— Это было бы ужасно, — с трудом удерживаясь от смеха, сказал
Макс. Все эти годы Пандора только и делала, что нарушала правила, и этот
внезапный поворот на сто восемьдесят градусов выглядел очень забавно.
Похоже, она боится его победы. — Так что вы собираетесь сказать?
Пандора одарила его милой улыбкой:
— Во-первых, вы не можете проходить два испытания одновременно. Вы не
можете говорить, что достали пояс царицы амазонок и добыли коней Диомеда.
— Почему же?
— Это нечестно.
— Нечестно по отношению к кому?
— По отношению к спортивному духу игры. — Пандора промаршировала к
столу и принялась разглядывать ворох бумаг. — Во-вторых, вы не имеете
права покупать свои победы.
— Снова спортивный дух?
— Да. — Пандора взяла один из листов, — Так вы изучаете
греческие мифы?
— Подвиги Геракла в основном. Очень поучительно.
В разных книгах героя называют разными именами, и содержание его подвигов
меняется от книги к книге. К своей огромной радости. Макс понял, что и он
может толковать их как хочет.
— Понимаю. — Пандора бросила листок обратно на стол и повернулась
к нему. — Кроме того, надо ввести ограничение по времени. Я не могу
позволить вам вечно заниматься этой игрой. Так что можете сразу признать
свое поражение.
— С какой стати? Но если вы собираетесь прекратить игру...
— Никогда! Лучше меня съедят дикие звери в джунглях Африки, чем я
позволю вам даже надеяться на победу.
— Как хотите. — Он пожал плечами, словно ему было все равно,
проглотят ее дикие звери целиком или съедят по кусочкам.
— Я предложила бы установить срок... э... две недели.
— Две недели? Тогда я точно проиграю. Три месяца.
— Цивилизации возникали и исчезали за три месяца. — Пандора чуть
помолчала. — Я даю вам три недели.
— А я соглашусь на два месяца.
— Один месяц. Или лучше четыре недели.
— Согласен.
— Считая с того момента, когда мы согласились на эту игру.
— Значит, мне остается около трех недель.
— Да, но вы уже прошли два испытания. — Пандора сладко улыбнулась
ему.
— Хорошо, — согласился Макс, хотя он все еще не понимал, как ему
справиться с остальными. — Что-нибудь еще?
— Так как это игра, я бы предложила, чтобы за каждое выполненное
испытание вы получали очко.
— Значит, мне надо набрать двенадцать очков?
Пандора кивнула.
— Все правила?
— Не совсем. — Она упорно разглядывала свою руку. — Есть еще
одно.
— Да?
Она глубоко вздохнула и подняла на него глаза.
— Мне кажется, между нами больше не должно быть... э-э-э... интимности.
— Интимности? — с интересом переспросил Макс.
— Да. Интимности. — Пандора насупилась. — Поцелуев!
— О! — Он с трудом подавил улыбку. — Таких интимностей.
— Это неспортивно и несправедливо.
— По отношению к духу игры?
— Да, — с облегчением выдохнула Пандора.
— Мы не имеем права рисковать духом игры, и все же.. — Макс
изобразил замешательство, сцепил руки за спиной и принялся ходить по
комнате. — Должен признаться, я немного смущен.
— Смущен? — с недоверием спросила она. — Это очень простое и
понятное всем правило. Никаких поцелуев.
— Так кажется только на первый взгляд. Однако есть трудности в
определении ваших слов.
— Моих слов? — фыркнула она. — Поцелуй есть поцелуй. Что
здесь непонятного?
— Многое. — Он шагнул к ней. — Например, если я встречусь с
вами на балу, нарушу ли я правила, если возьму вас за руку, — он взял
ее за руку, — поднесу ее к губам, — он провел губами по затянутой
в перчатку руке, — и поцелую ее?
— Это не будет нарушением, — нехотя признала Пандора.
— Отлично. — Он отпустил ее руку и придвинулся ближе. — Если
разрешено целовать руку, то почему нельзя целовать щеку? — Он двумя
пальцами поддел ее подбородок, а потом легонько поцеловал сначала в одну
щеку, затем в другую. — Французы считают это простым жестом вежливости.
— Мы не французы, — еле слышно выдохнула Пандора.
— Да, но мы уважаем вежливость. — Он заглянул ей в глаза и увидел
там отражение собственного желания. — Будет ли разрешен такой поцелуй?
— Не знаю. — Ее взгляд метнулся в сторону, словно она обдумывала,
куда бежать. Но за ее спиной был стол.
— Если вы считаете это вполне приличным, тогда что же в вашем понимании
неприлично?
— Что?!
— Скажем, просто в виде примера, я решу обнять вас. — Он обнял
ее. — А вы обнимете меня...
— Нет!
— Я просто хочу убедиться, правильно ли я понял ваши правила.
— Хорошо, но только как наглядный пример.
Она осторожно обвила руками его шею, и по его телу прокатилась горячая
волна. Он инстинктивно прижал ее к себе. Глаза Пандоры расширились, но она
не стала сопротивляться.
— Теперь я бы вообразил вот это...
Он легонько поцеловал ее ухо, затем провел губами по шее. Пандора
вздрогнула. Его губы на мгновение задержались, затем продолжили свое
движение.
— Да. — Она закрыла глаза и чуть наклонила голову. — Это категорически воспрещается.
— Наверное, и это надо запретить. — Макс коснулся губами ее рта,
собираясь всего лишь подразнить ее, не более, но Пандора сама с силой
притянула его к себе.
Вся сдержанность мгновенно улетучилась, его губы приоткрылись, и язык
коснулся ее языка, лаская его. Пандора прижималась так, словно от этого
зависела ее жизнь. Один поцелуй сменялся другим, его руки скользнули еще
ниже, прижимая ее к себе, показывая, как он возбужден. Боже, он не сможет
прожить без этой женщины еще целый месяц!
— Дора! — Он подергал зубами мочку ее уха. — Забудь о глупой
игре. Выходи за меня замуж.
— Макс... — Она провела рукой по его волосам.
— Я хочу тебя, а ты хочешь меня. Мы созданы друг для друга. — Макс
с трудом выговаривал слова. Она казалась ему одновременно подарком небес и
исчадием ада. — В тебе есть все, что я хочу видеть в жене. — Макс
был так занят своими ощущениями, что не заметил, как напряглась Пандора.
Она чуть отстранилась, заглядывая ему в глаза.
— И?
— И — что? — Страсть затуманила его мозг так сильно, что он не
хотел думать.
— И это все? — холодно спросила она.
— Да! — Что он сказал? — Нет! — Пандора высвободилась и
быстро отошла в сторону. — Нет, разумеется, нет.
Она сложила руки на груди. Ее лицо пылало румянцем. Она походила на женщину,
которая впервые испытала страсть. Желание вновь проснулось в нем, и он думал
лишь о том, как он нежно будет держать ее в своих объятиях.
— Я имел в виду... — Что, черт побери, он имел в виду? — Глупо
продолжать то, исход чего ты знаешь заранее.
— Заранее? — резко переспросила Пандора. Может, он перепутал
страсть с гневом?
— Конечно. Я собираюсь выиграть, и тогда ты выйдешь за меня замуж.
Учитывая то, что произошло между нами, совершенно очевидно, что ты хочешь
меня так же сильно, как я тебя. — Он шагнул к ней.
Пандора уперлась руками ему в грудь, не давая подойти ближе.
— Наша игра продолжается.
Выражение ее лица было таким же невыразительным, как и слова.
— Если вы этого хотите, — помедлил он.
— Хочу. — Пандора поправила платье, старательно избегая его
взгляда, и он с удовлетворением заметил, как дрожат ее руки. — Я уже
говорила и повторю снова — я не хочу выходить за вас замуж.
— У меня сложилось другое впечатление.
— Вы ошиблись, Макс. То, что сейчас произошло, просто временное
помешательство. Этого больше не случится. — Она гордо задрала
подбородок и пошла к двери.
— Как хочешь.
Пандора, мгновенно остановившись, повернулась к нему.
— Вы мне не верите? — удивленно спросила она.
— Ни на йоту.
— Вы чудовище, Маке!
Ее глаза вспыхнули, и он снова подивился страстности ее натуры. Как она
волнует его! Ради нее он пройдет все испытания, придуманные древними
греками.
— Должна сказать, пусть это даже противоречит правилам, — на ее
губах играла слабая улыбка, — вы отлично целуетесь.
Пандора выплыла из комнаты с таким достоинством, какого он никогда еще не
видел. Макс сокрушенно покачал головой. Она, похоже, забыла собственный
девиз:
Самое лучшее в правилах — это то, что их можно нарушать
.
ИГРОКОВ СТАЛО БОЛЬШЕ Граф Трент сидел за столом и читал книгу. Услышав шорох, он лениво
перевернул страницу и, не поднимая головы, заметил:
— Не ждал, что вы вернетесь так скоро. Вы уже передумали?
От удивления Синтия замерла на месте.
— Прошу прощения?..
Макс резко поднял взгляд.
— Мисс Уитерли? — Он вскочил. — Я не... — Он чуть наклонил
голову, пытаясь рассмотреть, есть ли кто за ней. — Вы одна?
Она оглянулась:
— Думаю, да.
Макс обошел стол.
— Должен сказать, приятная неожиданность.
Синтия улыбнулась. Слуга, который ввел ее в библиотеку, вышел и закрыл за
собой дверь. Ее глаза обежали помещение, и она почувствовала себя в ловушке.
Больше всего на свете ей хотелось провалиться сквозь землю.
Макс догадывался о ее замешательстве и с сочувствием смотрел на нее.
— Чему обязан этой честью?
— Я не должна была приходить сюда, — еле слышно пробормотала
Синтия. Почему она вообразила, что ей хватит мужества поговорить с графом?
Если об этом кто-то узнает, она будет обесчещена. Это было немыслимо и
неприлично. Явный результат ее дружбы с Пандорой.
— Садитесь. — Граф Трент улыбнулся.
Синтия мысленно согласилась с мнением Пандоры: его глаза действительно были
удивительного серого цвета.
— Простите за беспорядок.
— Беспорядок... — Она оглянулась, впервые заметив разбросанные бумаги
на полу. — Ой, это похоже на дом Эффингтонов.
Макс рассмеялся:
— Неудивительно. Я же изучаю греческие мифы.
— Как предусмотрительно. — Ее напряжение исчезло. —
Разумеется, именно этого следовало ожидать от лиса.
Его брови взмыли вверх.
— Какого лиса?
— Не важно.
Синтия опустилась в кожаное кресло и крепко обхватила колени. Она впервые
пришла одна в дом к мужчине, и не знала, с чего начать.
— Мисс Уитерли? — Она подняла голову и встретилась взглядом с
Максом. В его глазах читалось любопытство. — Чем я могу вам помочь?
И тут Синтия поняла, что, несмотря на свою репутацию, перед ней сидит очень
добрый и внимательный человек. А такой мужчина достоин ее лучшей подруги.
— На самом деле, милорд, — она сделала глубокий вдох, пытаясь
совладать с собой, — это я могу вам помочь.
— Да?
— Я хочу, чтобы вы знали, что можете рассчитывать на мою помощь, если
вы намерены жениться на Пандоре.
— Откуда такое великодушие? — Макс положил руки на стол. —
Простите, мисс Уитерли, но, судя по словам Пандоры, именно вы сочли, будто я
имею какие-то обязательства по отношению к вам. Разумеется, я думал, что и
вы так считаете, поэтому ваше желание способствовать нашей женитьбе кажется
мне весьма странным.
Мгновение Синтия недоумевающе смотрела на него.
Затем неожиданно рассмеялась.
— Милорд, ничего подобного я не считала. — Глупость ситуации
позволила ей расслабиться. — Вы не делали ничего неподобающего, а за
время нескольких танцев мы едва ли обменялись парой фраз.
— Приношу свои извинения, — с облегчением отозвался он.
— Принимаю, хотя и подозреваю, что то минимальное внимание, которое вы
уделяли мне, было направлено вовсе не на меня.
— Да, но... — На красивом лице графа отразилось смущение.
Синтия никогда еще не приводила мужчин в замешательство, и сейчас ее
охватило какое-то странное удовольствие. Вот, оказывается, что такое власть
над мужчиной.
— Послушайте, милорд, — продолжила она уже более уверенно, —
Пандора мне как сестра. Я хочу, чтобы она была счастлива. — Синтия
посмотрела ему в глаза. — А вы тот мужчина, который сделает ее
счастливой.
Он смотрел на нее с выражением смущенного восторга. Это тоже было в новинку
для Синтии.
— Благодарю вас, но Пандора с этим едва ли согласится.
Синтия нахмурилась, размышляя, может ли она открыть секреты своей подруги.
— Она никогда не признается в этом. — Синтия решила сделать все,
чтобы способствовать счастью Пандоры, пусть даже та не согласится с ней в
этом. — Вы разозлили ее, милорд. Она считает вас наглым и слишком
самоуверенным.
— И это убедило вас в том, что я самый подходящий муж?
Синтия рассмеялась:
— Да.
— Боюсь, я вас не совсем понимаю.
Синтия одарила его таким взглядом, словно перед ней был глупый ребенок.
— Звучит нелогично, но я никогда еще не видела, чтобы Пандора вела себя
таким образом. Она считает мужчин забавными и временами смешными, но ее
внимание никогда еще не задерживалось на ком-либо настолько долго, чтобы его
отношения с ней так раздражали ее. — В этот момент Синтия осознала, как
забавны мужчины. — Это понятно?
— Да, — медленно проговорил он.
— Хорошо. — Синтия встала. Все оказалось не так плохо, как она
думала. Нет, разговор определенно был очень приятным. Она шагнула к
двери. — Я совершенно уверена...
Дверь внезапно распахнулась, и в комнату влетел высокий блондин. Синтия
резко отступила в сторону.
— Макс, ты прав! Абсолютно прав. О чем я думал раньше? Бежать
недостойно джентльмена.
Незнакомец почти бегом пересек комнату.
— Тем не менее это самый простой способ и, возможно, самый приятный.
Жаль, что ты отказался. — Он посмотрел на графа, терпеливо
улыбавшегося, как человек, который видел подобное не раз. — Но я не
успокоюсь, пока не найду выхода из этой ситуации.
Мужчина буквально излучал энергию, и Синтию не удивило бы, если бы он
запрыгнул на стол и разразился длинной речью.
— Клянусь, я спасу тебя, Макс, нравится тебе это или нет.
Кто он такой? Они не встречались раньше. Она была уверена, что вспомнила бы
— и равным образом была уверена, что такой мужчина едва ли заметил бы ее.
— Лори, — начал граф Трент, но гость взмахом руки заставил его
замолчать.
— Макс, я не могу позволить тебе выполнить это глупое соглашение.
Он был самым великолепным мужчиной, которого когда-либо встр
...Закладка в соц.сетях
