Жанр: Мемуары
О жизни и творчестве николая гумилева
...собе, ибо та, понимая, что совершила
воровство, с перепугу может даже уничтожить все, чтоб
не быть обвиненной в воровстве и спекуляции...
Сегодня, перебирая свой архив, я нашел в нем листок,
со сделанными мною в свое время выписками из
африканского дневника Н. Г. "..."
к был подробным, записано было
эта выписка сделана из него только для
некоторых моментов хронологии путе-(неподписанной)
статье, опубликованной в
Б. П. Козьмина об экспедиции этой, мною ска
Йесной
1913 г. по представлению ак. В. Радлова
командирован Академией наук в качестве началька
африканской экспедиции на Сомалийский полуостров
для изучения неисследованных племен галла,
* и Ар. и для составления коллекций предме[канского
быта по маршруту: ДжибуI
— Харрар — Шейх-Гуссейн — Гинир. Чевернулся
в Россию, привезя коллекции для
(М||[тропологии и этнографии.
яция в Африку Гумилева и командированного
году Кохановского была первой снаряженной
антропологии и этнографии экспедицией за все
существования...
илев получил командировку от Музея антропоВ
этнографии Академии наук для поездки вАбисС
научными целями. Директор музея В. Радлов
|Д письмо Чемерзину, в котором попросил русВйеланника
в Абиссинии получить для Гумилева
тельное письмо от абиссинского правительгтЦроме
того, Радлов направил просьбу в Главное
ййское управление выдать Гумилеву из Арсесолдатских
винтовок и 1000 патронов к ним.
ия наук ассигновала для экспедиции Гумилева
• и.
апреля 1913 года в 7 часов вечера на пароходе Доого
флота
Тамбов
Гумилев и его любимый
инк
Коля-маленький
— Н. Сверчков вышли из
н четырнадцать дней находились в море. ПриДжибути.
В Джедде ловили акулу. Это действо
в рассказе, напечатанном в
Ниве
в 1914 гоназваннем
Ловля акулы
и в книге Гумилева
.пальмы.
Джибути ехали сначала в пассажирском, потом
, потом на дрезине. Приехав в Дире-Дауа,
водчика и ашкера (проводника). Дальше
^Харрар — верхами. В Харраре купили мулов, переменили
переводчика. Ездили обратно в Дире-Дауа,
наняли ашкеров. Вернулись в Харрар, где в ожидании
разрешения идти в Атуси жили у турецкого консула,
с которым познакомились на пароходе Тамбов
. Собирали
коллекции, покупая различные предметы быта.
Фотографировали, были в Индийском театре, обедали
у Камиль Галеба, были у Дедязмача Тафари, фотографировали
его и принцессу Лидж Иассу. Знакомились
с местными жителями.
4 июля с вьюками на мулах вышли в пустыню с
целью достигнуть городов Шейх-Гуссейна и Гинира.
Ночевали в палатке и под открытым небом, охотились,
блуждали без дороги. Ашкеры попадались ненадежные.
На пути встречались деревни. Переправлялись вплавь
через реку Уаби, кишащую крокодилами, болели лихорадкой,
голодали, перебивались без воды. Достигли
Шейх-Гуссейна, фотографировали город и Священную
книгу. Гумилев вместе с хаджи Абдул Меджидом и Кабар
Абассом написал историю Шейх-Гуссейна. Дальше—
в Гинир. Шли три дня. По пути в реке искали золото.
В Гинире немного отдохнули, гуляли по городу,
покупали вещи и продукты. Затем вышли в обратный
путь другой дорогой. Снова переправа через Уаби, снова
дожди, глубокая непроходимая грязь. Пришли в Аслахардамо.
Дальше — в Харрар.
С 4 июня по 26 июля Гумилев вел краткий путевой
дневник.
Цель экспедиции — собрать этнографические сведения,
материалы по истории культуры, фольклора. Условия
экспедиции были тяжелыми. % Районы, по которым
надлежало пройти, были малоизучены, Гумилев практически
был первый из европейцев; который с серьезными
научными целями проходил по этим землям. Маленькая
экспедиция продвигалась... записывались точные,
скупые сведения о дорогах, о местных жителях,
о погоде, о климате, об условиях жизни... Все — сухо,
подробно. А вечерами, когда темная ночь приходила и
замирала, Гумилеву грезились истории — одна таинственнее
другой...
На старинных виньетках часто изображали
Африку в виде молодой девушки, прекрасной, несмотря
на грубую простоту ее форм, и всегда окруженной
дикими зверями. Над ее головой раскачиваются
обезьяны, за ее спиной слоны помахивают хоботами,
лев лижет ее ноги, рядом на согретом солнцем утесе
нежится пантера
.
Свое задание Гумилев выполнил блестяще — привеlie
им экспонаты легли в основной африканский
Музея этнографии в Петербурге.
*** ...Есть Музей этнографии в городе этом,
Над широкой, как Нил, многоводной Невой,
г-' В час, когда я устану быть только поэтом,
ч • Ничего не найду я желанней его...
...Я хожу туда трогать дикарские вещи,
''' Что когда-то я сам издалека привез...
э Вернувшись из Африки, Гумилев снял комнату на
Васильевском острове. Снова в Тучковом переулке —
вторая тучка
. В Царское приезжал лишь по праздннкам.
'. Вышел
Гиперборей
с пьесой Гумилева
Актеон
,
которую он написал после возвращения из Африки.
^ - Возобновились заседания
Цеха Поэтов
.
• Можно предположить, что на каждом заседании Гумилев
старался, чтобы
Цех
и группа акмеистов официально
были равны и воспринимались как совершенно'
самостоятельные, независимые группировки. Все
время повторялось, что
Цех
— свободная от всяких
групп и партий организация, общество, где самое важное—
свободные беседы о творчестве, об искусстве, где
признаются и уживаются различные точки зрения. Тем
не менее конечно же каждый раз Гумилев высказывался
совершенно определенно в защиту акмеизма, он
использовал любую трибуну для пропаганды своих
- взглядов, доказательств своих поэтических принципов.
Идея нуждалась в обосновании и в практическом освоении
— Гумилев на слушателях проверял твердость и
оригинальность своих аргументов.
Анна Ахматова:
И если Поэзии суждено цвев
20-м веке именно на моей Родине, я, смею сказать,
всегда была радостной и достоверной свидетельвввдй...
И я уверена, что еще и сейчас мы не до конца
Зи*ем, каким волшебным хором поэтов обладаем, что
русский язык молод и гибок, что мы еще совсем недавне
пишем стихи, что мы их любим и верим им
.
Гумилев был уже далек от Вяч. Иванова — сила
обаяния иссякла, удивление талантом, магией мастерства
уступила место спокойному анализу творчества.
Многое уже Гумилев не принимал в его творчестве, но
тем не менее почтение к мастерству, глубине интеллектуального
постижения мира и искусства конечно же
осталось, и кроме того, никогда личная неприязнь не
была для Гумилева поводом для сведения творческих
счетов. Гумилев всегда был в творчестве выше своих
личных симпатий и антипатий — он пытался по "крайнеймере
остаться справедливым, вдумчиво отнестись к трудам
тех людей, с которыми у него не было душевной
близости.
Вернувшись из африканской экспедиции, Гумилев
стремится наверстать упущенное: не пропускает ни одного
интересного события в городе — концерта, литературного
вечера, спектакля, не отказывается ни от одной
встречи и пирушки, он всегда считал, что все, что дарит
нам случай, — богатство для поэта. Случайная улыбка,
разговор о пустяках, прогулки, мучительные бессонницы
— все для поэта благо и благодать.
Из дневника Лукницкого
29.01.1926
АА:
...стремление Николая Степановича к серьезной
работе нашло почву в Цехе
. Там были серьезные,
ищущие знаний товарищи-поэты: Мандельштам, Нарбут,
которые все отдавали настоящей работе, самоусовершенствованию.
Городецкий сблизился с Николаем Степановичем
осенью 1911 года — перед Цехом
, незадолго. Весной
1911-го с Городецким у Николая Степановича не было
решительно ничего общего и никаких отношений. Интересно
следить за датами собраний Цеха
: с одной стороны
— количество собраний в первом, втором, третьем
году (сначала 3 раза, потом 2 раза в месяц, а потом и
еще реже). С другой стороны, видно, что собрания у
Городецкого перестали бывать.
Нимфа
, как ее звали, жена Городецкого Анна
Алексеевна, искала развлечений, веселья, и конечно же
такие собрания с казавшимися ей скучными и неинтересными
людьми, как Николай Степанович, Мандельштам,
например, были ей не по душе...
Сергей Городецкий, пожалуй, интересовал Гумилева
больше, чем кто-либо в тот год. Люди столь различные
оказались волею судьбы вместе — их объединила общая
желание следовать новым принципам в искусстве,
свои, новые традиции и ломать устоявшиеся
Георгий Иванов писал, что, как правило, сходятся
~J" тпько крайности и только этим можно объяснить этот
г. Странный союз.
4- Началось знакомство, вероятно, в 1908 году: Гуми-'
лев был приглашен участвовать в альманахе Городец\
хого
Кружок молодых
, а в 1909 году Гумилев при.^ЙШасил
Городецкого участвовать в журнале
Остров
.
•Дружбы и привязанности душевной не возникло, осталось
— знакомство, более того, Гумилев довольно резко
^говорил о Городецком, а Городецкий язвительно ото^
звался о сборнике
Жемчуга
, написав рецензию под
псевдонимом Росмер '.
\'! И тем не менее в 1911 году, после возвращения Гу1|?лева
из Абиссинии, они сблизились.
Городецкий,—
1-е §оворила Ахматова, — искал в то время очередной спа."*ртельный
круг
.
•С',*- Гумилев конечно же, понимая различие характеров
v У ^темпераментов, стремился объяснить самому себе, что
•'-„ зке их сблизило, что ему понравилось в этом человеке,
• ._
что ему было интересно в нем. В его творчестве Гуми,
tjeeu ищет ответ и вот как объясняет свой интерес:
\ Сергея Городецкого невозможно воспринимать
\ |0лько как поэта. Читая его стихи, невольно думаешь
-, больше, чем о них, о сильной и страстной и вместе
С -тем по-славянски нежной, чистой и певучей душе че-
"яовека, о том расцвете всех духовных и физических
, ?ил, который за последнее время начинают обозначать
.уловом акмеизм
. Гордость без высокомерия и неж-'
• Звость без слезливости, из этих элементов сплетается
\JHiop4ecTBo Городецкого. По форме его стихи напомиЧ*ЯЯК"т
нам уже пройденный поэтом этап символизма.
^^рЙЛи стиль писателя есть взаимодействие между его
{.ЗЙрутренним законом и законами языка и стихосложе"%,||вя,
то Сергей Городецкий вместе с символистами от|(1ет
предпочтение первому...
.
$^•8 1913 году Гумилев участвовал в чествовании при^•расавшего
в Петербург Э. Верхарна.
~^fB декабре этого года вышел последний, двойной, ножурнала
Гиперборей
. На этом издание прекратиIfe*
^° Другим сведениям, под псевдонимом Росмер
выступил
1"" йй Гиппиус,
8 течение 1913 года написано:
Зима 1912/13 года — стихотворение Ислам
(В ночном кафе
мы молча пили кьянти..
).
9 апреля — стихотворение Я сегодня опять услышал
.
.
Около 23—24 апреля — стихотворение
Когда зеленый луч,
последний на закате...
.
Вторая половина мая — стихотворение
Когда вступила в
спальню Дездемона...
.
Лето — стихотворение
Африканская ночь
.
Сентябрь — пьеса
Актеон
.
Конец года — перевел поэму Вьеле Гриффеяа
Кавалькада
Изольды
.
Написано стихотворение
Я вежлив с жизнью современною...
Переведены (большею частью осенью и в конце года) почти
все стихотворения
Эмалей и камей
Теофиля Готье
Написана драматическая сцена
Игра
.
Напечатано:
Стихотворения.
Персей
(приложение к жур.
Нива
, № 1);
Влюбленная в Дьявола
(в сб.
Сатанизм
. М., к-во
Заря
);
Нет тебя тревожней и капризней .
и
Вилла Боргезе
(приложение
к жур.
Нива
, № 2);
Тразименское озеро
(приложение к
жур.
Нива
, № 4),
На Палатине
(приложение к жур.
Нива
,
№ 5);
Да, мнр хорош, как старец у порога
. (Нива, № 34);
Дездемона
(Нива, № 46);
Неаполь
(Заветы, № 5);
Пятистопные
ямбы
(Аполлон, № 3),
Переводы: Теофияя Готье —
Загробное кокетство
,
Костры
и могилы
;
Средь шумов и криков
— из вариаций на тему
Венецианский
карнавал
,
Поэма женщины
(Северные записки, № 12);
Слепой
и
Песня
{жур.
За 7 дней
, № 43); Франсуа Вийона —
строфы из
Большого завещания
и баллада
О дамах прошлых
веков
(Аполлон, № 4).
Статья —
Наследие символизма и акмеизм
(Аполлон, № 1).
Рецензии:
Вяч. Иванов. Нежная тайна
(Гиперборей, № 4);
„Я. Любяр. Противоречия" (Гиперборей, № 4);
Антология современной
поэзии. Изд. 2-е, переработанное и дополненное
(Аполлон,
№ 2).
Письмо о русской поэзии
:
Вячл Иванов. Нежная тайна. Изд,
„Оры" СПБ
; В. Гарднер. От жизни к жизни Изд „Альциона".
М;
А. Скалдин. Стихотворения. Изд. „Оры"
;
А. Рославлев.
Цевница Изд. „Союз" СПБ
;
Я= Любяр, Противоречия Три тома,
СПБ
;
В Курдюмов. Пудреное сердце, СПБ
;
В. Шершеневич,
Carmina. М.
(Аполлон, № 3),
О Гумилеве:
И В Инсаров. О
Цехе Поэтов
(газ.
Нижегородец
. Нижний
Новгород, № 198, 211, 216, 248).
B. Львов-Рогачевский. Символисты и наследники их (Современник,
№ 6).
Б. С. (Б. Лавренев). Замерзающий Парнас (Жатва, № 4).
Вступление от редакции к статье А. Долинина
Акмеизм
(Заветы,
№-5),
C. Городецкий. Некоторые течения в совр. русской поэзии
(Аполлон, № 1).
' v- A. E. Редько. У подножия африканского идола (Русское богатство,
№ 7).
М. Кузмин. Рецензия на
Чужое небо
(Литературное и научИО'популярное
приложение к жур
Нива
, № 1).
В. Брюсов Новые течения в русской поэзии. Акмеизм (Русс,кая
мысль, № 4)
А Долинин Акмеизм (Заветы, № 5).
Влад. Гиппиус. Литературная суета (Речь, 17 февраля)
Д Философов. Акмеисты и М. П. Неведомский (Речь, 17 февраля)
ЗА М. Неведомский. Еще год молчания. Наша художественная
литература в 1912 году (жур.
За 7 дней
, № 1), Глава из статьи,
С. 12.
В. Ховин. Модернизированный Адам (сб.
Небосклоны
эгофутуристов
Изд-во
Петербургский глашатай
, 1913).
Г. Иванов. Стихи в журналах 1912 года. Обзор (Аполлон,
N? 1). Упоминания об Н. Г. и о журнале
Гиперборей
.
1914
И все идет душа, горда своим уделом...
Гумилев — частый гость
Бродячей собаки
в ту
зиму.
* Вспоминает С. С уд ей кип:
„Бродячая собака"
была открыта каждый вечер. Каждый входящий долЙен
был расписаться в огромной книге, лежащей на
аналое перед большой зажженной красной свечой. Лубянка
входила со двора и проходила, как через игольТОе
ухо, маленькую дверь. Главная же дверь на улицу
Открывалась только для своих. На окнах были ставни,
ifta ставнях были написаны фантастические птицы. На
стене между окон я написал Цветы зла
Бодлера.
Ахматова грустно улыбалась:
Все мы бражники здесь, блудницы,
как невесело вместе нам!
На стенах цветы и птицы
' * томятся по облакам.
Кузмин написал знаменитый гимн
Бродячей соба,
который начинался, кажется, строфой:
Не боясь собачей ямы,
наши шумы, ваши гамы
посещает, посещает,
посещает Сологуб.
У входа, — продолжал вспоминать Судейкин, — всетояли
или Пронин (хозяин кабачка. — В. Л.), или
ревич, или Цыбульский. Поэты, музыканты, артисты,
умные пускались даром. Все остальные назывались
фармацевтами
, и бралось с них за вход по внешнему
виду и по настроению.
Вечера были объявленные и необъявленные. На необъявленные
вечера входная плата была от одного рубля
до трех.
На этих вечерах бывали экспромтные выступления
поэтов, музыкантов и артистов. На вечер объявленный,
то есть подготовленный (а готовились часто месяц к
одному вечеру), входная плата была от пяти рублей и
выше.
Разве можно описать все вечера Бродячей собаки
,
все постановки, все спектакли...
Решалось все просто. А почему не устроить вечер
романса Зои Лодий? А почему и не устроить? А почему
не устроить вечер Ванды Ландовской? А почему и не
устроить? А почему не устроить вечер Далькроза с конкурсом
императорского балета, вечер Цеха Поэтов
,
вечер чествования Козьмы Пруткова, вечер современной
музыки, доклад о французской живописи? А почему
и не устроить?
Так осуществлялись вереницы вечеров. У нас был
свой оркестр, в котором играли: Бай, Карпиловский,
братья Левьен, Хейфец, Эльман.
Я опишу вам, как могу, несколько объявленных вечеров.
Вот один: Вертеп кукольный. Рождественская
мистерия
1. Слова и музыка Кузмина. Постановка Евреинова.
На маленькой сцене декорация: на фоне синего
коленкора написана битва между ангелами и черно-красными
демонами. Перед синим доминирующим
пятном стояло ложе, обтянутое красным кумачом. Красным
кумачом затянуты все подмостки. На красном
ложе золотой Ирод в черном шерстяном парике с золотом.
В углу коричневый грот, освещенный внутри свечами
и выклеенный сусальным золотом. Весь зал переделан,
чувствуется как бы тайная вечеря
. Длинные
узкие столы, за ними сидит публика, всюду свечи...
Двадцать детей из сиротского дома, одетые в белое,
с золотыми париками и серебряными крыльями ходили
между столами с зажженными свечами и пели. А на
сцене черт соблазнял Ирода, рождался Христос, происходило
избиение младенцев и солдаты закалывали
Ирода...
На^этот вечер в первый раз к нам приехал великолепный
Дягилев. Его провели через главную дверь и
1 Этот вечер состоялся 6 января 1913 года,
посадили за стол. После мистерии он сказал: Это не
Аммергау ', это настоящее, подлинное!
Времена менялись все быстрее, и у нас появился в
оранжевой кофте Маяковский.
А почему бы не устроить вечер поэтов и художников?
А почему бы не устроить!
Радаков, создатель Сатирикона
, сделал ширму,
перед которой выступал Владимир Маяковский. Кульбин
сделал ширму для Василия Каменского. Бурлюк
сделал ширму для самого себя. Я для Игоря Северянина.
Молодой, здоровый, задорный энтузиазм царил на
этом вечере. Бродячая собака
— какие воспоминания,
какие видения, залитые полусветом...
Из дневника Лукницкого
19.04.1925
АА рассказывает, что увлечение Николая Степановича
А. Губер происходило обычно в Собаке
... АА хотела
уезжать оттуда с последним поездом в Царское,
а Николай Степанович решил оставаться до утра — до
7-часового поезда.
Оставалось обычно 5—6 человек. Сидели за столом...
АА:
Я поджимала губы и разливала чай... А Николай
Степанович усиленно флиртовал...
А потом — Татиана Адамович...
Первое знакомство — несколько банальных случайных
фраз. Потом — нечаянные встречи, неосторожные
слова.. и так быстро становятся привычными и восхищение
прелестной женщины стихами, и так необходима
восторженность в глазах, когда поэт рассуждает о поэзии
и страсти в долгих прогулках по покрытому снегом
городу.
Женскому сердцу мало говорят слова... Тот, кого
любит женщина, всегда герой и, увы, всегда немного
кукольный герой, — насмешливо говорил Гумилев, — но
как приятно чувствовать себя этим героем
. Быть может,
слова Байрона о женщинах:
Невозможно жить
ни с ними, ни без них
— веселили его особенно в ту
зиму...
1 Здесь — не вульгарно; по названию средневекового городка,
где продавали всевозможные подделки под произведения искусства,
Из дневника Лукницкаго
24.03.1925 "
Я вчера много говорил с В. С. Срезневской о Татиане
Адамович. Та мне рассказала, что считает роман
с Таней Адамович выходящим из пределов двух обычных
категорий для Н. С. (первая — высокая любовьз
к АА, к Маше Кузьминой-Караваевой, к Синей звезде),
вторая — ставка на количество — девушек... Роман с Таней
Адамович был продолжительным, но, так сказать,
обычным романом в полном смысле этого слова.
В. Срезневская сказала, что однажды в разговоре с Николаем
Степановичем она упомянула про какой-то
факт. Он сказал:
Да, это было в период Адамович
.—
А долго продолжался этот период?
Николай Степанович
стал считать по пальцам:
Раз... два... три, почти
три года
.
Когда я сегодня рассказал об этом АА, она ответила:
Да не три года, но, во всяком случае, долго... И это
был совершенно официальный роман: Николай Степанович
совершенно ничего не скрывал
.
9.06.1925
АА:
Таня Адамович редко (только в парадных случаях,
когда много гостей бывало), но бывала в доме
у Гумилевых. А Николай Степанович у нее постоянно
бывал...
Я:
Красивая ли была Таня?
АА:
Красивая? Красивой она не была, но была интересной...
Я:
Понимала ли стихи?
АА:
Понимала... Ну это Жорж (Георгий Адамо
вич —поэт, брат Т. А. —В. Л.) ее натаскал... Всегда
просила читать ей стихи...
Я:
В каком году вы отошли физически
от Николая
Степановича?
АА ответила, что близки они были ведь очень недолго.
До 14 года — вот так приблизительно. До Тани
Адамович... Николай Степанович всегда был холост.
Я не представляю себе его женатым
.
Я спросил АА, как произошло у Николая Степановича
расхождение с Адамович? АА рассказала, что она
думает об этом. Думает она, что произошло это постепенно
и прекратилось приблизительно где-то около вы*
еКодчана. Резкого разрыва, по-видимому, не
%
'аня Адамович, по-видимому, хотела выйти замуж
голая Степановича, потому что был такой служиколай
Степанович предложил АА развод (1).
„,:
Я сейчас же, конечно, согласилась! — Улыба•—
Когда дело касается расхождения, я всегда мо„гально
соглашаюсь!
^Сказала Анне Ивановне, что разводится с Николаем
ановичеы. Та изумилась:
Почему? Что?
—
Коля
сам предложил
. АА поставила условием, чтоб
остался у нее в случае развода. Анна Ивановна
эдовала. Позвала Николая Степановича и заявиг„~тут
же при АА:
Я тебе правду скажу, Леву я
w^e Ани и больше тебя люблю...
ДА смеется:
Каково это было услышать Николаю
жновичу, что она Леву больше, чем его, любит?
;А снова рассказывала, как она
всю ночь, до утра
ta письма Тани и как потом никогда ничего об
к„ не сказала Николаю Степановичу.
,'Я говорю, вспоминая сообщения Зубовой1, что блародство
Николая Степановича и тут видно: он сам
/рил опиум, старался забыться, а Зубову в то же вре[я
пытался отучить от курения опиума, доказывая ей,
" это может погубить человека.
АА по этому поводу сказала, что при ней Николай
Степанович никогда, ни разу даже не упоминал ни об
(уме, ни о прочих таких слабостях и что, если б АА
[ала бы что-нибудь такое, Николай Степанович не[енно
н навсегда рассорился бы с нею. А между
АА уверена, что еще когда Николай Степанович
с нею, он прибегал к этим снадобьям. АА уверена,
_ Таня Адамович нюхала эфир и что
Путешествие
страну Эфира
относится к Тане Адамович.
АА задумчиво стала пояснять:-
Жизнь была на•лько
тяжела, что Николаю Степановичу так
Гдно было, что вполне понятно ег"о желание за1ТЬСЯ„.
Зимой Гумилев организовал
Готианскую комиссию
поэзии Теофиля Готье.
1 А. И. Зубова — знакомая Гумилева. Научный работник. Ей поен
Гумилевым в 1920 или 1921 году один из его рукописных
райков —
Персия
.
1 марта в издательстве М. Попова вышел сборний
Теофиля Готье
Эмали и камеи
в переводе Н. Гумилева.
Знаток французской литературы А. Я. Левинсон так
оценил эту книгу:
Мне доныне кажется лучшим памятником
этой поры в жизни Гумилева бесценный перевод
Эмалей и камей
, поистине чудо перевоплощения в облике
любимого им Готье. Нельзя представить, при коренной
разнице в стихосложении французском и русском,
в естественном ритме и артикуляции обеих языков,
более развитого впечатления тождественности обоих
текстов. И не подумайте, что столь полной аналогии
возможно достигнуть лишь обдуманностью ремесла:
тут нужно постижение более глубокое, поэтическое
братство с иностранным стихотворцем
.
Из воспоминаний С. Маковского:
Гумилев настолько
восхищался французским учителем, что хотел
быть похожим на него и недостатками. Готье не понимал
музыки. Не раз говорил мне Николай Степанович,
не без гордости, что и для него симфонический оркестр
не больше как „неприятный шум"
.
Из дневника Лукницкого
28.05 1925
АА говорила о том, что Николай Степанович читал
Готье, который открыл
французских поэтов, до этого
забытых, стал сам изучать этих поэтов, обратился к
ним, вместо того чтобы воспринять от Готье только
прием и перенести его на русскую почву, самому обратиться
к русской старине — напр, к Слову о полку
Игореве
и т. д.
От этого и получился — французский Гумилев
.
Объясняет это АА исключительной галломанией, до сих
пор существующей в России. То же происходит и в живописи.
Так отчасти делает Бенуа (с французами, ot=
крытыми Гонкурами, — Грез и др.). Правда, Бенуа параллельно
с изучением французов изучает и русскую
древнюю живопись, которая прекрасна.
Но у Николая Степановича есть период и русских
стихов — период, когда он полюбил Россию, говоря
о ней так, как француз о старой Франции.
Это — стихи от жизни
, пребывание на войне дало
Николаю Степановичу понимание России — Руси. За|ки
такого русского Гумилева
были раньше — нашер,
военные стихи Колчана
, в которых сквозит
1
а сторона только — православие, но в которых еще
„ f?w?T этих тем.
*&~ Правда,
Андрей Рублев
написан под впечатле"
дагем статьи об Андрее Рублеве в
Аполлоне
. Впечат^|рвие
— книжное, но это нисколько не мешает отнести
*"Ю к
русскому Гумилеву
. К этому же циклу отно*еятся
и такие стихи, напр., как
Письмо
и
Ответ се*.;!ij"bi
милосердия
— сами по себе очень слабые, очень
^Злободневные и вызвавшие еще тогда, в 15 году,
5- |рреки АА, Лозинского и других. Потом — пе
...Закладка в соц.сетях
