Жанр: Юмор
Рассказы
...ыренок совсем не имел зубов.
Но очень хотел быть белым и пушистым.
А потому засасывал всех насмерть.
Однажды коты собрались на крыше поорать.
И разбулили "нового суслика" Гену.
Он вылез из норки в бампере "Джипа-Чероки" и поубивал котов ломом.
"Против лома нет приема" - любит повторять суслик Гена.
Двое долго занимались черной магией.
И стали неграми.
Во облом-то, а.
Старый баран издох на вершине горы Раздолбай.
Монах Гмых-оглы сделал из его ребра дудку и наигрывал на ней вальс
Голубой Дунай".
А барану было все равно.
Кабан Е. воровал редьку у пенсионера H.
Тот возмутился и огрел кабана поленом.
Кабан, нехорошо ухмыляясь, выхватил бейсбольную биту...
Но бита не выхватилась.
Так и кончилась история ничем.
Художник Шизов рисовал картины.Они назывались так :
"Окаменевшие сопли горного зайца",
"Шахматная пешка отгрызает мизинцы хоккеистам",
"Кошки на тракторе борются с врагом",
"Бинокль душит Чапаева".
Люди дохли от смеха, глядючи на эти картины.
А Шизов пропивал их одежду.
Рецидивист Гуня писал прекрасные картины опасной бритвой на
лицах встречных прохожих. Искусство требует жертв.
Сикамура был очень неудачливым ниндзя.
То сюрикеном себе глаз выбьет, то в дерьме утонет.
Его все утешали, а один самурай даже подарил меч-катану.
Но Сикамура все равно расстривался и ночами,надев балахон,мучал кошек.
Племя кракозябра убивало всех, кто не знал слова "няма".
Однажды пришел к ним человек и попросил еды.
"Ты знаешь слово няма?" - спросили его кракозябры.
"Нет" - ответил человек.
И они убили его.
Самурай Хоцу Кака всегда убивал своих врагов ударом в спину.
Духи предков спрашивали его: "А как же Бусидо, кодекс чести самураев?"
" А что - Бусидо? " - отвечал им Хоцу Кака. И духи молчали.
Так и продолжалось все по-старому.
Тигренок Вилли ненавидел капканы и всегда писал на них "Приманка-дерьмо".
Охотники бесились и устраивали на Вилли засады и облавы, но все зря.
Потому что кто-то должен писать на капканах.
Блюм был великим магом.
Вышел он как-то к морю и повелел - "Замерзни!".
"На фига?" - удивилось море.
"И действительно, на фига?" - подумал Блюм.
И вернулся обратно очень задумчивый.
Однажды удав Каа с шумом вломился в незнакомую пещеру.
"А-а, дрожите, Бандар-Логи!" - заревел он, "это - Танец Голода!"
"Братан" - сказали ему из темноты, - "вообще-то это Адский Колодец..."
Помянем хорошим словом доброго старого Каа.
Max Cherepanov, 2:5010/108.6 (Среда, 05 Августа 1998г.)
Диплом
Вот, почитайте, будущие и настоящие студенты, авось вам будет
интересно и полезно... ;)
Воспоминания студента кафедры ЭВМ
о годах, проведенных в здании
родного технического университета
Д И П Л О М
П р о л о г
Твердая, пахнущая свежей корочкой и гербовой бумагой синяя
книжица, с двуглавым орлом на обложке. Я верчу ее в руках, сидя
за столом, и вспоминаю бессмертные строки Пушкина из "Скупого
рыцаря" - "Казалось бы, немного... но скольких человеческих
проклятий, обманов, слез, рыданий и молений она тяжеловесный
представитель..." [ цитата по памяти, претензии не принимаются :) ].
Часть 1. Поступление
Смешно, как выбирался вуз - просто запало в голову где-то
слышанное - "ЧГТУ, приборосторительный"... И пошел именно туда на
подготовительные курсы - говорили, с них легче поступать. Так-то
оно так, но вот ходить на них три раза в неделю после школы
порядком доставало. Тем более, что класс наш в школе был физикоматематический,
и давали там материал не в пример лучше, чем на
курсах. Когда физичка с курсов не смогла решить задачку из тех,
что мы щелкали десяток за урок, и я вышел к доске и раскидал все
за пару минут - это стало карт-бланшем на пропуск занятий до самых
вступительных экзаменов.
Математичка с курсов полюбила меня после того, как однажды
в уравнении получился корень - два в двадцатой степени, и на призыв
посчитать на калькуляторе, сколько же это все-таки будет, я тут же
буркнул, не поднимая головы:
- Миллион сорок восемь тысяч пятьсот семдесят шесть!
Какой программист не помнит степеней двойки? Но откуда ей-то
было это знать...
На занятия по литературе я совсем не ходил - там, в общей группе
на тридцать человек, вообще творился маразм...
И вот настали они, вступительные экзамены. Трясучка! Мандраж!
Поступать обязательно надо, особенно нам, парням - в спину дышит
призрак потного сержанта, кто не поступит - загремит в ближайший
призыв в армию, это хор-роший стимул.
Первый экзамен - физика. Мне дают билет... смотрю, ничего не
понимаю. Подзываю физичку:
- Вы мне по ошибке что-то для младших классов школы дали?
Но нет, все в порядке. Это и есть экзаменационный билет.
Фыркая, расправляюсь с задачей и семью вопросами где-то за
полчаса.
- Вот...
Прикопаться не к чему. Оценка - пятьдесят баллов из пятидесяти
возможных. Система такая - пятидесятибалльная. Новинка приемного
процесса. Уходил из аудитории, небрежно помахивая пачкой черновиков,
тепло вспоминая нашу школьную учительницу физики - Аллу Михайловну
Гриншпан. Ох, и пикировались же мы с ней... но натаскала она нас
будь здоров.
Второй экзамен - математика. Народу чуть больше - медалисты
сдают вместе с нами. Им хорошо - только математику и сдавать, по
физике и литературе закончившим школу с медалью автоматом засчитывают
50 баллов.
Математика - штука тонкая. Ходят слухи, что слишком многие
хорошо сдали физику, и потому билеты по математике приказано усложнить.
Глядя в билет, верю этому - задачки неприятные, особенно последняя,
параметрическое уравнение. Ну, поехали...
Назавтра узнаю - ровно сорок баллов. Мне кажется, что этого будет
мало... и спустя пять дней, уплатив дополнительную денежку, я снова пишу
математику, на этот раз с жестокой температурой от гриппа, шатаясь за
партой и едва держа ручку в руках. Болит голова, а ведь засчитывается
не лучший результат из двух, а последний... и опять это поганое
параметрическое уравнение...
Но - не зря, не зря! Сорок пять. Покатит.
Литературу пишем скопом, в огромном зале, контролируют нас аж
пять человек. Читаю с доски темы - "Нравственный выбор героев Чехова"...
не то... что-то мне эта тема не нравится... вторая и третья темы
выглядят совсем незнакомо. Зато четвертая - "Современная авторская
песня" - то, что надо. Начинаю шпарить текст, не останавливаясь,
стараясь писать разборчиво и не слишком закручивать предложения.
Благо больше половины песен Высоцкого помню наизусть - отличный
цитатный материал.
Потом читаю список на стене - 44 балла. За что? Прихожу на
апелляцию - там творится что-то невообразимое. Оказывается, многие
писали на первую тему, про Чехова, а это была тема-ловушка - ну,
нет у героев Чехова нравственного выбора, а многие его расписывали.
И ребятам снимали по 20-30 баллов за содержание... У меня, выясняется,
сняли 6 баллов за одну пропущенную запятую. Попытки выдать это
за авторский стиль успеха не приносят... ладно, проехали.
После вступительных в университет выпускные школьные кажутся
смешными. Тема на сочинении: "Моя любимая книга"... восемь страниц
на одном дыхании по "Мастеру и Маргарите". Файф-файф.
Итак, имеем 139 баллов - это довольно неплохо. Прихожу
подавать документы... О, Господин Случай! Приборостроительный
факультет большой, специальностей масса. Ползу пальцем по строчкам,
выбираю почти наугад - чуть-чуть не пошел на прикладную математику,
как отец, но в последний момент увидел строчку "Вычислительные машины,
комплексы, системы и сети". О, это мое. Сдаю бумажки...
Спустя несколько дней - общее собрание абитуриентов ПС-а. На
мою специальность проходной балл - 131, значит, я прохожу с запасом.
Все хоккей! Веселое лето... недели пролетают как дни, а дни - как часы.
От поездки в колхоз уклоняюсь - еще чего, нашли дурака.
И вот 4-го сентября - первый день занятий.
Ходим по широченным коридорам, разинув рот и глазея вокруг.
Все в новинку - огромные аудитории, семинарские занятия, молоденький
паренек-аспирант, ведущий практику по "вышке" - высшей математике,
немногим старше нас:
- Меня зовут Юрий... Михайлович, - после паузы, словно
сомневается в том, а будем ли мы его называть по имени-отчеству.
Мы - студенты! Море новых знакомств, и восстановление старых -
в моей группе оказываются двое ребят из моего школьного класса.
Учеба кажется легкой - задания по программированию на паскале
вызывают только улыбку, в вышке не все понятно, но вроде никто и
не спрашивает особо - благодать... На лекциях хочешь - пиши, хочешь -
читай, хочешь - спи... Обращение преподавателей на "вы" - так
приятно и непривычно. Хотя, и отношение другое - учителя в школе
от нас чего-то добивались, а здесь видно, что этим - все равно, в
сущности наплевать. Ну и ладно. Взрослая жизнь! Пьянки - обнимашечки -
целовашечки...
Семестр проходит быстро, и в первую же сессию выяснилось, что
универ от школы отличается не только в лучшую сторону. В школе
учителя бегают за тобой: "Сдай работу, ну сдай!". В универе наоборот,
ты бегаешь за преподом: "Возьмите работу, возьмите!". Еще спасает
первобытная наглость:
- Я не могу поставить вам зачет - ведомости уже сданы.
- А что же мне делать?
- Идти в деканат, брать направление за деньги...
- Но я же не виноват, просто так получилось!
И - хлоп-хлоп наивными глазищами. Случалось, и ставили задним
числом за так.
Зачеты проблемой не стали... На первый же экзамен, паскаль,
я шел, засунув руки в карманы и насвистывая. Шапками закидаем! Мы-то
не знаем паскаль? Да я с семи лет на нем проги писал! Банзай!
Неожиданность - программу надо писать ручкой на бумаге. Фу,
какой маразм, есть же дисплейный класс. И теоретический вопрос...
бред. Какая еще теория в паскале? Ну, напишем, чего помним...
Результат - "неуд". КАК? Да ты что мелешь, дядя?
- Вот в программе вы не поставили в пяти местах после операторов
точки с запятой. Пять ошибок - программа не засчитывается.
Длинно и непечатно, но про себя...
- А в теории нужно было представить диаграммы Бэкуса-Наура... я
на лекции рисовал. А вы, молодой человек, на них ходить не удосужились.
Это был ледяный душ.
Второй экзамен - дискретная математика. Я готовлюсь всерьез,
всего экзаменов четыре, и три двойки означают отчисление без разговоров.
Билет попадается хороший, и препод спокойный - "пишите хоть что-нибудь,
что именно вы там написали - дело десятое...". Результат - "хорошо".
Затем - высшая математика. Принимает суровый женщин, читавший
нам лекции. Я чуть было не выезжаю на той же наивной наглости, решив
практику, но этого мало - нужно еще накатать теорию, и не абы как, а
вывести все формулы. Когда мы углубляемся в дебри теории и ей
становится ясно, что я ни бум-бум в геометрическом смысле производной,
это производит страшный эффект: "Каак? Вы не знаете геометрического
смысла производной?" - и лицо такое, словно я только что на ее глазах
сжег государственный флаг. Без вариантов - неуд, придете еще! Ах ты
с-с...
Два облома, я балансирую на грани.
Последний экзамен - начертательная геометрия. По счастью,
принимают либерально, да и с пространственным воображением у меня
всегда было в порядке - "отлично". Уфф...
Два дня пересдач - и возможность спихнуть ровно два экзамена.
У тех, кто имеет всего одну двойку, есть право на ошибку. У меня нет.
Про пересдачи не буду - грустно. Выбил две тройки вместо
"параш", хотя и изучил предметы лишь немногим лучше. "Поставьте три,
больше не надо" - улыбаясь, говорил в лицо математички, "мне так мало
нужно для счастья...". Со скрипом, по поставила. И на том спасибо.
Все!
Ты в депрессии? Сходи к студентам после сессии! Водка как
вода, и мир ласков, как котенок, урчащий под ухом... Время было такое -
стипендию платили еще всем, а не только хорошистам и отличникам,
и гулять было на что. Мы пили и вспоминали двоих товарищей, не
выдержавших этой сессии и угодивших в лапы военкомата. А между прочим,
как раз назревала заварушка в Чечне...
Второй семестр первого курса мало чем отличается от первого.
Те же легкие зачеты и троечно-четверочные экзамены. Запомнился
физик Измайлов, отличный мужик, его потом убило молнией - он
долго слушал меня, задавал вопросы, а я из кожи вон лез - боролся
за тройку, а он после очередного ответа "не знаю" покачал головой
и говорит:
- Ничем не могу помочь...
"Все, абзац" - думаю.
- Только три...
Фу ты ну ты. Я-то думал, забананит сейчас...
Лето...
Летом мы проходили забавную практику на юниксе, а потом
отвечали на дурацкие вопросы типа "Хто атэц кибернэтики?". Затем
опять был колхоз, в который я снова не поехал - ну, не люблю
физическую работу и ржавую воду.
Во время подачи документов на поступление потолкались
среди абитуры, нагнали страху:
- У тебя сколько баллов?
- Сто сорок пять...
- У-у, мало! Готовь портянки...
- Что, правда?
- Канешна, правда - вон Витьку 148 не хватило...
Потом еще терзали паренька из приемной комиссии - "а это
хорошая специальность? А говорят, там преподаватели - звери?"
Так увлеклись, что не заметили доцента с нашей кафедры:
- А вы что тут делаете? Во второй раз поступить хотите?
- А мы... того... этого... уже уходим.
Отойдя за угол, складываемся пополам от смеха...
И вновь учеба... Мы шли по коридорам - опытные, матерые
волки второкурсники, какими мы себе казались, и толкали друг
друга локтями:
- А первачки-то, первачки! Ходят, лопушатся...
Тогда мы еще не знали того, что второй курс на нашей
специальности - самый тяжелый.
В сессию сразу это сразу стало ясно. Дело было не в материале,
хотя и в нем тоже - это сейчас кажется тьфу и растереть, а тогда
казалось ого-го. Дело было в нас - первый курс, по сути, был
разминкой, по-настоящему грузить начали только сейчас, а мы
были не готовы к этому. К тому же сыграла свою роль эйфория -
как же, второй курс, пальцы веером, сопли пузырем...
На философию я, например, не ходил - "не наболтаю что ли?".
А философ попался въедливый, мстительный старикан, и заставил
отрабатывать каждое занятие. Видов самоосознания, например,
требовалось изложить четыре, и именно тех, что он давал на лекции,
а не от фонаря. Но хуже всего было с электротехникой... пришлось
даже заниматься с преподом дополнительно. За деньги, ес-но. В
общем, последний зачет я получил, когда два экзамена были уже
позади - недопуск автоматически означает двойку. Опять пиковая
ситуация, опять все на грани фола...
Когда пришел пересдавать физику, сразу ляпнул с порога -
( уже другому человеку, понуднее, Измайлов ушел на повышение )
- Мне больше тройки не надо, поставьте, чего там...
Тот посмотрел в потолок и говорит:
- Есть необходимость принести методички из типографии...
Нет проблем.
Математичка долго пыхтела, не хотела ставить вожделенный
трояк. Я пошел ва-банк:
- Давайте поспорим, что в следующем семестре я вам сдам
экзамен на "отлично"?
Тогда легко было обещать... я ей сокровища Махмуд-шаха
обещал бы. Но поставила... я думал, забудет.
Затем я, не в силах снять пиджак, валялся на диване,
расслабленный, с наркоманской улыбкой на губах, и слушал
"Наусов":
"Светла как печаль, безмятежна как сон -
Ты влетаешь как птица, садишься на пальцы,
И я снова спасен..."
Попойка и прочее будут потом...
Второй семестр второго курса отличался от первого мало.
Разве что наша группа стала еще на три человека меньше. Много
было английского - преподавательница была душевной, приятной
женщиной, и на экзамене я читал ей стихи Роберта Бернса, а
потом уходил с пятеркой в зачетке. На сессию вышел вовремя,
экзамены все сдавались с первого раза, и вот - вышка.
- Ну-с, молодой человек, очевидно, сдаем на пять?
Хыыы...
Но билет попался несложный, день - солнечный, настроение у
всех - хорошее. И расстались мы, теперь уже - навсегда, курс вышки
кончался, с улыбкой и не держа друг на друга зла. А получил я
"хорошо".
Ле-е-ето...
Третий курс - переломный момент, экватор. С него уже отчисляют
гораздо реже, хотя материал не становится проще - но меняемся мы,
к третьему году обучения усваиваем все ньюансы высшей школы - главное
сдать, а как - неважно, и мастерство в применении шпаргалок, "бомб",
взаимопомощи уже отточено. Приходит спокойствие опытных фронтовиков,
наметанный глаз сразу определяет, как нужно действовать - где наехать,
где взять на жалость, где можно так или иначе договориться, а где
нет других вариантов, как выучить. Меняется отношение к нам
преподавателей - они становятся чуть мягче, фамильярней, проще. Это
еще не халява, но уже первые ее чайки... И в свете такого отношения
открываются простые истины - преподы тоже люди, им постоянно бывает
нужно написать программу, набить что-то, отсканить...
Экзамены уже не так страшны, но становится труднее просто
выйти на сессию - много зачетов, а иной зачет состоит из массы
сложных лабораторных работ, с наскока не одолеешь, нужно регулярно
работать. Здесь меня часто выручает напарник - Андрей, мы сдружились
еще на втором курсе, и за время учебы в универе он стал едва ли
не самым лучшим моим другом. Подумать только - а пойди я на приму,
мы бы так и не встретились.
Добавляется еще военная подготовка - ох и дурдом... Скука
смертная, убийство дня в неделю.
Сцепив зубы, выползаю на сессию. Экзамены сдаются без напряга,
одна пятерка, две четверки, две тройки... Финиш.
Второй семестр третьего курса... правильно, похож на первый.
Запомнился самый "страшненький" экзамен, проектирование секционных
микропроцессоров - так вышло, что сдавали мы его в мой день рождения,
- и это меня спасло, позволило обойтись без единой пересдачи. А ведь
иные твердые хорошисты сдавали эту муть раза три.
Четвертый курс на нашей специальности очень похож на третий.
Потерь больше нет, совсем - все неспособные держаться на плаву давно
потонули. На экзаменах все притворяются - мы, что не списываем, а
преподы - что не видят нашего притворства. Такие вот обоюдные жмурки...
Интересные предметы мелькают - занятия психологией, как часы отдыха,
разгрузки. Даже экзамены сдаю без троек - две пятерки, две
четверки. Но стипендию мне все равно не платят, какой-то из курсовых
проектов подкачал.
Во втором семестре влепляют обидную тройку на ровном месте -
по периферийным устройствам. Опять стипендия тю-тю.
А военку я бросил, так ничего и не сказав родителям - не смог
больше прокисать заживо, обострилась аллергия на командиров.
Все-таки, что дает высшее образование, и чего у него не отнять -
кругозор расширяется. Пусть половина материала устарела, пусть
встречаются время от времени неудобные преподы - но тренируется
сама "мыслительная функция", исчезает страх перед неизвестным. Из
вчерашних школьников пекутся уверенные в себе, изворотливые
молодые спецы.
Пришла госпожа Халява! Пятый курс - все, уже без пяти минут
дипломники, и можно гнуть пальцы - но уже как-то не хочется. Лениво.
- Изучили тему?
- Мнэ-э-э...
- Ладно, верю - изучили. Взрослые же люди...
Гы. Халява, сэр... Пошли, пивка попьем.
С большинством преподавателей - отношения приятельские или
около того.
Семестр на пятом курсе только один - сдали какие-то смешные
экзамены, пятерки-четверки, и стали готовиться к главному,
государственному экзамену по всему пройденному материалу.
Три месяца отпущено на подготовку к госу, но никто, конечно,
не готовится - не впихнешь пять лет в три месяца при всем желании,
так нечего и пытаться. Книжки вот не спеша собирали, благо книжками
на госе можно пользоваться. Из списка утвержденной литературы. Но кто
разберется в завалах книг на столах, что там утвержденное, а что
нет. Впрочем, это все равно.
Четыре вопроса - четыре часа... Минуты утекают сквозь пальцы.
Сосредоточенное переписывание развернутых ответов из книг. Капли
пота стекают по вискам...
Через пару дней я смеюсь у доски объявлений - у меня пять.
Гордиться нечем - пятерки почти у половины. Двоим не повезло -
неуд. Они спокойно сдадут гос перед самой защитой диплома, через
три месяца. Не без помощи добрых людей, конечно - студенческая,
блин, солидарность.
Еще на три месяца можно расслабиться... большинство, и я в том
числе, сделали диплом за полторы-две недели до его защиты. Самым
муторным было собрать кучу подписей от консультантов - экономика,
безопасность жизнедеятельности, технологическая часть, рецензия,
нормоконтроль, подпись руководителя... Но вот нарисовали демолисты -
8 штук формата А1, собрали все подписи...
Защита диплома. Четверо человек за столом - один незнакомый,
остальные с нашей кафедры. Все наши - технари, а у меня - программный
диплом, разработка на Clippere. Никто из сидящих за столом не знаком
с этим языком, это сильно упрощает дело. Нужно говорить. Понеслась...
мне рассказывали, что перед комиссией многих вдруг охватывает внезапная
робость, и они начинают что-то мямлить, теряться. Какая ерунда. Говорю,
говорю... не сказано и трети заготовленной речи, как меня останавливают.
Вопросы. Очень легкие - отвечаю навскидку. Зачитывают отзыв, рецензию.
Прикапываются к замечаниям в отзыве, что более неприятно - но я был
бы дурак, если бы не приготовился по этой части. Быстро, уверенно
отвечаю.
Разумеется, "отлично". А "хорошо" поставили только двоим.
Только полчаса спустя, во время отмокания в буфете внизу,
начинает _отпускать_ - расслабляются мышцы живота, развязываются
затянутые клубки нервов, вытекает наружу все напряжение, спрессованое
внутри за эти две недели. Все, все, отбой...
Э п и л о г
Дипломы вручали торжественно... на нашем потоке четыре красных
диплома, из них три - в нашей группе. Приятно, хоть и не у меня.
Представление снимается на видео... рукопожатие заведующего кафедрой,
аплодисменты, напутственные речи.
Взяли пять лет жизни и дали взамен - кому красную книжечку,
кому синюю...
Про ресторан не буду - оно тяжело слушать на сушняк и пустой-то
желудок... ;)
Никогда больше мне не сдавать экзамен... не вынимать из-под полы
украдкой тетрадь с лекциями... не оформлять отчетов по лабораторным...
не ехать на семинар, судорожно вспоминая в троллейбусе, на какую же
он будет тему. Вроде радоваться должен, и все-таки немного грустно -
привык ведь. Пусть даже большая часть приобретенных в универе навыков
мне нигде больше не пригодится.
"Альма-матер, альма-матер,
Прежних дней пиры,
Не забудем аромата выпускной поры..."
А что дальше? Поиски работы, рысканье по морю жизни. Снова встает
забытый было призрак военной службы. Кто пошел в аспирантуру, или,
к примеру, ребенка настрогал - им хорошо, а остальные... кто-то
устраивается работать на "Маяк", кто ищет другие варианты. Расползаемся
по городу, стране и миру, господа свежеиспеченные молодые специалисты.
Вы не все мне нравились во время учебы. Но все равно - удачи.
© Max Cherepanov, 1998. Private of SU.STUDENT, No forward!
Max Cherepanov, 2:5010/108. 6 (Пятница, 07 Августа 1998г. )
Кто пока учится на 1-2 курсе, наверное думает: как оно там будет, на
военной кафедре? А вот так...
НЕСВОЕВРЕМЕННЫЕ МЫСЛИ СТУДЕНТА С ВОЕННОЙ КАФЕДРЫ
"Семь часов тридцать минут!" - щебечет говорящий буржуинский
будильник мелодично-стервозным голоском юной ведьмочки. Как, ведь,
кажется, только-только прислонил голову к подушке...
О-о, как не хочется вставать. Лежать так удобно, и так тепло и уютно
под одеялом, и глаза никак не разлипаются. Ведь лег в три ночи, зачитался
опять Стругацких, а сейчас только семь... Спать, провалиться опять в сладкую
дрему...
- Сынок, у тебе сегодня военка! Давай воздвигайся!
Гррр... Скриплю зубами, но встаю. Умываюсь, ем, одеваюсь, еду - все механически,
как зомби. Небо еще черное, лишь свет фар машин, фонари да грязно -
белый снег под ногами. Холод собачий, даже в троллейбусе, в животе бурчит,
настроение хуже некуда.
Приехал. Поднимаюсь по лестнице на четвертый этаж. Пакет болтается в
руке - сумки на военную кафедру проносить нельзя. Как же, боятся, что бомбу
пронесу... будто в пакете этого сделать нельзя. Позвольте представиться -
террорист Муса, имею задание взорвать вахту... Бред.
Так и есть, на развод опоздал. Из-за закрытой еще двери слышится
"Здрасьте, товарищи студенты!" и нестройное "Гав-гав-гав!" в ответ. Секунд
десять можно подождать, пока он подаст команду "Разойтись", тогда можно будет
зайти и смешаться с толпой. Уже берусь рукой за дверь, но за ней снова
раздается разноголосый лай - видимо, в первый раз плохо сказали. Наконец,
там слышен шум голосов, приглушенный матерок, топот ног, я просачиваюсь в
полуоткрытую дверь и теряюсь среди ребят моего взвода. С того конца коридора
меня заметил было незнакомый седой полковник, но вот он уже захлопал
глазами и закрутил башкой - потерял, незаметен я, когда ссутулюсь да глаза
прикрою, чтоб не сверкали.
Заваливаемся в класс. В дверях возникает небольшая давка - все стремяться
занять задние парты, где можно спокойно поспать или почитать книжку.
Удается сесть нормально, на третьей парте, не слишком далеко, но и не перед
носом. Ждем преподавателя. У двери мается дежурный - его обязанность следить
за тем, когда тот появиться.
Как обычно, наш майор опаздывает на полчаса. Можно сесть поудобнее и
закрыть глаза. Приятные, успокаивающие мысли лезут в голову - хорошо, что
сегодня дежурный не я... И завтра тоже не я... Тепло, все расплывается, расплывается,
расплыва...
- Взво-о-од! Встать !
Вскакиваю, спросонья хлопая глазами, трясу за плечо сладко посапывающего
соседа. Вплывает майор Т. - полный, обычно добродушный человек, но сейчас
он явно не в себе. Дежурный начинает было тараторить свой обычный рапорт,
но Т. машет рукой - отставить. Все шумно садятся, шуршат, устраиваясь. Майор
тоже садится, непонимающим взглядом смотрит в журнал. На лице его написан
жесточайший похмельный синдром. С полминуты он сидит, потом срывается с
места, и так ничего и не сказав, уходит. Народ блаженно падает на парты -
кажется, еще немного можно вздремнуть,
...Закладка в соц.сетях
