Жанр: Юмор
Рассказы
...ормулы, формулы. Егор исписал два листа и
начал третий, искоса поглядывая вбок - грыз ногти Кузнецов,
тер нос Захарчук, ага, вляпались, ну сейчас мы вам покажем...
- Есть! - крикнул он наконец и хлопнул по листам ладонью. Зашелся
трелью звонок, но никто не трогался с места. Алиса подошла, посмотрела
на кипу исписанных листов, быстро прошлась по строчкам пальцем.
- Егор, это правильно, но твой зубодробительный стиль решения за
версту видно, - сказала по-доброму насмешливо , - ну зачем же решать в
лоб, когда можно сделать вот так...
Написала на доске три строчки, отряхнула руки от мела и ушла
в лаборантскую. Все зашевелились, народ потек к выходу, но доска
была на кафедре, за столом, выше голов, и кое-кто не трогался с
места, глядя на неровные белые строчки. Егор присвистнул, потом
повернулся на ритмичный глухой звук - зажмурившись, Кузнецов бился
головой о парту, приговаривая "дурак, дурак...".
- Кузнец, кончай, тебе черепушка еще понадобится! - крикнул
кто-то, и многие захохотали. Егор очнулся от транса, качнул головой,
оценивая красоту решения - да-а, и как просто, почему же сразу в голову
не пришло...
Класс пустел - Егор встал, собрал тетради, тронулся к выходу.
Спускался по лестнице медленно, так же медленно открыл входную дверь
и поплелся по школьному двору. Народ уже практически весь расползся,
никто не тащил к себе в гости, не подбивал клинья пойти в бассейн
или еще куда... спокойный такой конец учебного дня.
Показалось, что решить задачу можно было еще короче, если
сократить фокусное расстояние сразу... ну-ка прикинем... Ммм, так,
а если...
Сильный толчок в спину застал Егора врасплох. Быстро перебирая
ногами, он все же ухитрился не упасть, влетая в "пенал", только чуть
не вьехал головой в стену. Резко обернулся.
Выход преграждали пятеро. Муха, двое незнакомых ровесников Егора,
в сторонке - чистенький Головин, он-то что здесь делает... Но тот, кто
стоял впереди, понравился Егору меньше всего... потому что хорошо был
ему знаком, даже слишком хорошо. Шайтан... Уже и погонялу новую успел
себе заработать. В секции этого высокого узкоглазого парня называли
подобрее - Китаец, хотя тот, понятно, не имел к Поднебесной никакого
отношения, являясь не то узбеком, не то таджиком. Егор еще отрабатывал
начальные стойки в потной толпе новичков, когда Китаец с Семенычем уже
порхали по залу размазанным черно-серым вихрем: черное кимоно сенсея
Юры, серое - Китайца... Конечно, Семеныч был много круче, но все равно
никто дольше Китайца не мог продержаться против него. Странный узбек
был помешан на единоборствах, и ходил на тренировки не как Егор - три
раза в неделю вечером, а ежедневно и даже дважды в день - с каждой из
четырех групп. Красовался красивой повязкой "а-ля камикадзе" на лбу,
хотя в ней и не было необходимости - жидкие сероватые волосы, даже
падая на лицо, не закрывали Китайцу глаз. Юра-большой хмурился и
говорил ему не раз - "Сними, не выпендривайся", но Китаец избавился от
повязки, только когда бывший дзюдоист Мишин по счастливой для себя
случайности слегка придушил его ей, соскользнувшей на горло.
Всего человека три в секции, не считая сенсея, могли составить
достойную конкуренцию Китайцу: Юра-маленький, тренирующий утренние
группы, старший ученик Леха, сдавший уже экзамен на желтый пояс, и еще
пожалуй Костолом - квадратный дядя, от ударов которого противника
сносило в сторону вместе с поставленным блоком... Егор в их число не
входил и даже не пытался, признавая за собой неумение и нежелание
столько фанатично тренироваться.
А теперь, похоже, придется попытаться войти. Или все на одного?
- Вломи ему, Шайтан, - прорезался Муха. Остальные заухмылялись
в предвкушении бесплатного шоу. Китаец принял красивую позу, плавно
перетек из нее в другую и оказался метрах в двух от Егора.
"Тесен мир" - тоскливо подумал Егор, смещаясь в сторону - "он же
вроде неблизко живет, как здесь оказался...", и кольнуло запоздалое
сожаление - не растянул сегодня утром связки, поленился, вообще
зарядку не сделал... С тех пор, как ушел из секции, с самодисциплиной
стало похуже. Но уходить пришлось - за занятия нужно было платить,
а с деньгами стало туго, да и та атмосфера какая-то не такая появилась
с уходом Юры-большого - нормальные ребята один за другим откалывались,
а те, что приходили им на замену, напрягали - и из-за мата через слово,
и вообще.
Подсечку Егор все-таки проглядел, не успел среагировать, но,
теряя равновесие, все же зацепил Китайца за свитер, и упали они
вместе. Однако, падая, новоявленный Шайтан ловко вывернулся из захвата
и оторвался от Егора, мимоходом чувствительно пинанув его в живот.
Миг - и он уже откатился кувырком, вскочил, когда Егор только начал
подниматься, ожидая второго, третьего, четвертого удара - но Китаец
стоял, ждал, пока Егор окончательно встанет. Он играл, ему было
интересно, тонкие губы широко улыбались. Еще бы, кому не нравится его
любимое дело. Муха одобрительно гоготал, кто-то показывал Китайцу
большой палец.
Не отрываясь от асфальта, из полуприседа Егор метнулся вперед,
стелясь понизу - Китаец увернулся. Тогда, выпрямившись, Егор применил
свою любимую связку - боковой рукой в голову, противник поднимает
руку для защиты, открывая бок - и тут же по незащищенному боку маваши...
Но с Китайцем это не прошло, он даже не стал парировать ногу второй
рукой, а просто разорвал дистанцию наоборот - проскочил вплотную
и за полсекунды Егор получил локтем в лоб, коленом в грудь, и еще,
уже падая, чуть не словил уромаваши в голову.
Упав, Егор ощутимо проехался затылком по асфальту, и мгновенно
вскипело внутри слепое бешенство. В ладонь уперлось что-то ребристое,
круглое - железный арматурный прут, и Егор сжал пальцы, вставая...
- Псих! - заорал Головин, пятясь, но Егор уже бросился на них -
и лысые брызнули в стороны, пригибаясь и прикрывая руками головы.
Муха остался стоять, недоуменно открыв рот, слишком медленно
въезжая в изменившийся расклад. Егор пошел на него, ведь Муха
стоял между ним и Шайтаном, но в голове, над всей крутящейся в ней
мутно-красной каруселью, тихо шептал голос: "нельзя убивать...
нельзя калечить...", и потому Егор взял прут за концы и его серединой
двинул Муху в лоб - сильно, но не резко. Тот с размаху сел на
землю, и только тогда очухался, резво заперебирал ногами, пропахивая
задом траву примыкающего к пеналу облезлого газона... но Егор
уже шел на Китайца, страшно оскалившись, выпучив глаза и чертя
воздух перед собой крест-накрест железным прутом. Тот отступал,
медленно, и в узких глазах его не было страха - даже сейчас он
был опасен, и хорошо сознавал это. Спустя пару секунд он вообще
остановился, пружинисто приседая... Момент был решительный.
- Убью, гад! - заорал Егор и ринулся вперед. С оружием -
нунчаками, шестами и прочей дрянью они на тренировках не работали,
но против лома, как говорится... Кед Китайца больно пнул его под
колено, но Егор не упал, и что было силы махнул железякой, метя
тому в голову. Китаец вскинул руку в блоке, и тут же взвыл,
сжимая ее кистью другой - что-то хрустнуло, когда железо
коснулось руки пониже локтя. Егор тут же вновь ударил прутом -
теперь уже как шпагой, на укол, целясь в живот, добавил ногой в голову,
когда тот согнулся - и Шайтан упал. На его щеке отпечаталась подошва
кроссовка, правой рукой он по-прежнему сжимал левую, и вот теперь
он был испуган.
- Беги, урод, лучше беги! - зарычал Егор, снова замахиваясь.
И Китаец побежал. Только тогда Егора отпустило - рассеялся туман
перед глазами, снова стало слышно, как скворчат птицы и в отдалении
играет магнитофон, выставленный в окно.
Что-то орали матерно из отбежавшей на безопасное расстояние
кучки. Егор сделал вид, что гонится за ними, и кучка всосалась
в заросли вокруг детского городка. Вернулся, прихрамывая, подобрал
с земли слетевшие часы, надевать не стал, засунул в карман. Взял
дипломат, и пошел домой - нервно, поминутно оглядываясь назад, не
выпуская арматурины из руки. Бросил ее только возле подъезда. Мелькнула
мысль - может, взять прут с собой, таскать в дипломате... теперь
она вызвала только улыбку. Да и что стоит железо без ярости, а ее
в карман не засунешь.
Вспомнился Юра-большой, держащий за воротники двоих развоевавшихся
пацанят, чей учебный спарринг ненароком перешел в боевой - и как он
им строго втолковывал: "Бешенство, мальцы, последнее дело - голову
туманит, отшибает соображаловку. А происходит оно от недостатка сил -
когда их достаточно или в избытке, боец хладнокровен. Никогда голову
в кумитэ не теряйте, озверевшего подловить - раз плюнуть...". Эх,
Юрий Семеныч... Одно дело - спортзал. Другое - улица.
Открыл своим ключом дверь, стал разуваться.
- Егорушка, ты? - спросила мать с кухни.
- Ага, - отвечал он, пристраивая куртку на вешалке.
- Как в школе?
- Да нормально. Пятак по алгебре получил, - отвечал Егор,
ощупывая перед зеркалом вскочившую на лбу шишку.
- Все по алгебре да по алгебре. Английский бы подтянул...
Егор скорчил зеркалу рожу. Англичанка относилась к типу
людей, несовместимым с ним психологически.
- Иди мой руки, - донеслось с кухни, - пельмешками тебя
сегодня побалую...
Отражение улыбнулось и радостно подмигнуло Егору.
Пельмени - это вещь.
Max Cherepanov 2:5010/108.6 27 Aug 98 21:39:00
Пять рецензий на С.Лукьяненко
¦-¦ ЛАБИРИНТ ОТРАЖЕНИЙ
¦-¦ С.Лукьяненко
Для многих знакомство с творчеством Сергея Лукьяненко началось
именно с этой книги. Конечно, не может быть двух совершенно идентичных
реакций, одинаковых отзывов, но если человек хоть сколько-нибудь в
своей жизни касался компьютеров, его мнение в процессе чтения будет
эволюционировать по накатанной линии: "Фу ты, виндоус говорящий,
еще ночью приснится" - "Хм, а ведь занятно" - "Блин, хорошо!" -
и, наконец, "Рулез-рулез-рулез" !
Естественно, "Лабиринт" - это киберпанк. Более того, можно даже
утверждать, что киберпанка как такового до "Лабиринта" и не было -
настолько все остальное, претендующее на принадлежность к этому
жанру, бледнеет в сравнении. Автору удалось решить колоссально
сложную задачу - написать так, чтобы не вызвать кривую улыбку у
спецов, и в то же время сохранить читабельность текста для "чайников".
Причем в первой части план перевыполнен на триста процентов - спецы
не просто не плюются, а напротив - в восторге, в нирване, отдыхают
душой.
Простое, элегантное обоснование технической стороны виртуальной
реальности, "глубины". Масса узнаваемых деталей для фанатов той или
иной ветви киберспейса - думеров, ролевиков, фидошников, да просто
программистов. Воссоздание устава, фольклора и характерных черт касты
людей, обладающих в "глубине" особыми возможностями - дайверов. Главный
герой ( естественно дайвер ), в котором так легко узнать себя, его
романтические отношения в виртуальности с оригинальной девушкой
( естественно дайвершей ), и их последующая встреча в реальности.
Проблема Неудачника, достойная отдельной книги. Блеск...
Эпиграф к роману - первый куплет из несуществующего "гимна
хакеров". Но "Лабиринт" и сам стал таким гимном, в хорошем смысле
этого слова культовой книгой для тысяч и тысяч людей, посвятивших
компьютерам изрядную часть своей жизни. "Лабиринт" помогает им
жить, и не просто жить, а делать это гордо - ведь в романе верно
схвачен особый дух околокомпьютерного сообщества, изложено все, что
многие хотели бы сказать, но не могли выразить словами.
Один из признаков хорошей, или, если хотите, выдающейся книги -
читаешь с любого места и не можешь оторваться. "Глубина-глубина, я
не твой..." ;-)
¦-¦ ОСЕННИЕ ВИЗИТЫ
¦-¦ С.Лукьяненко
Название романа навевает ассоциации с некоторыми серо-тягомотными
советскими текстами 70-х годов, но читатель, рискнувший раскрыть книгу,
будет приятно удивлен.
Действие стремительно раскручивается не где-нибудь, а на просторах
России и главным образом - в Москве, в самом что ни на есть нашем
времени. С ходу впечатляет ситуация с главным героем - даже больше,
чем в "Линии Грез", где герой погибает в самом начале. Дело в том,
что в "Визитах" основных персонажей не много ни мало - шестеро, причем
каждый из них вдобавок един в двух лицах - "прототип" и "визитер".
Неудивительно, что автору так тяжело далось написание романа - любой,
кто хоть раз брался за перо, хорошо знает, как трудно переключаться по
ходу дела даже между двумя персонажами, что же говорить о двенадцати.
Основная фабула напоминает хитовый фильм "Горец" ( "HighLander") -
"остаться должен только один". Но если в "Горце" немного неясно, для
чего же последнему бессмертному необходимо остаться именно одному, то
в "Визитах" не приходится прибегать к отвлеченной красоте поединков
на сверкающих мечах, ибо в романе существует полноценная мотивация,
борьба Идей - Силы, Власти, Добра, Творчества, Знания и Развития,
каждую из которых олицетворяет свой "визитер" - соответственно
военный, политик, женщина-врач, писатель, старик-ученый и мальчикпоэт.
Говорят, произведение нравится читателю, когда он сопереживает
главному герою, и в этом плане "Визиты" очень демократичны - каждый,
начавший чтение, волен "болеть" именно "за своего" Посланника, благо
выбор не ограничен шестью противоборствующими парами. Что же это за
партия, в которой расстановка сил известна заранее? И в игру вступает
тринадцатый - "самоорганизовавшийся" Посланник Тьмы, наемный киллер
Илья Карамазов ( Достоевский в гробу бы перевернулся! ), действующий
без "дубля", на первый взгляд одинаково неприятный всем остальным
Посланникам - но ведь им еще нужно догадаться, что расклад неожиданно
изменился.
Особой глубиной отличаются образы писателя ( как-никак, автобиографичный
персонаж, что бы там не говорили ), мальчика-подростка ( коронный
тип героя для С.Л. ), и, как это ни удивительно - киллера Ильи, видимо
в силу того, что именно его действия являются наиболее сюжетообразующими.
Отношения каждого из героев со своим двойником - вообще "тема в
теме", так возникает многослойность, столь любимая многими. И тот факт,
что даже Борис Натанович Стругацкий, обыкновенно не слишком щедрый
на персональную похвалу, положительно отзывался о "Визитах", что-нибудь
да значит.
Конечно, не все идеально. Общее мрачное настроение и ощущение
выпотрошенности, остающиеся по прочтении, свидетельствуют только о
качестве текста - и еще, вероятно, о том состоянии духа, в котором
находился сам автор в момент написания. А вот то, что герои ближе к
финалу впадают в традиционное безумие и начинают совершать несколько
нелогичные поступки, царапает посильнее. Посланник Власти, имеющий
в своем распоряжении подразделение спецназа, тем не менее рвется
учавствовать в перестрелке лично ; перед стрельбой персонажи
начинают произносить речи - ох уж это внезапное желание выговориться,
держа врага на мушке... В итоге - не вполне доходчивый финал, понимание
которого и без того осложнено слухами о легендарной последней главе,
не вошедшей в основной текст романа.
Резюме - самая глубокая на текущий момент вещь Лукьяненко. Усиленно
рекомендую.
¦-¦ РЫЦАРИ СОРОКА ОСТРОВОВ
¦-¦ С.Лукьяненко
Начатая как спор с В.П.Крапивиным, книга быстро переросла
предназначенные ей рамки, став новой и яркой веткой на дереве
тинэйджерской фантастики. Но только ли тинэйджерской? Да,
"Рыцари" - книга о детях... но не для детей. Или не только для
них.
Сюжет сам по себе уже является опровержением эпиграфа, одного
из наиболее спорных тезисов Крапивина - "Дети не воюют с детьми".
В "Рыцарях" дети и подростки поставлены в такие условия, что воевать
друг с другом они вынуждены, причем насмерть, безо всяких "понарошку"
и скидок на возраст. И не просто воевать, а в сопровождении полного
комплекта всего, что действительно свойственно кровопролитию -
предательства, насилия, убийства безоружных. Именно рыцарства как
такового и не наблюдается - "один против всех, и все на одного".
Некоторая искусственность созданного мира компенсируется
безысходностью игровой ситуации - прошло несколько лет с момента
написания повести, а споры не утихают и по сей день - читатели "считают"
ситуацию за героев, пытаются найти выход - баррикады на мостах,
дипломатия, флотилии лодок, самодельные копья, укомплектование всех
арбалетами... Ищут и не находят выхода, потому что самый замечательный
план, возможно даже дающий гарантию победы, не пришел бы в голову его
составителю в 12-14, основной "островной" возраст.
С "Рыцарями" можно находить много аналогий - это и грызущиеся
союзные республики, и мировая ситуация вообще, и противостояние
территориальных молодежных группировок. Такая многоплановость
позволяет говорить о глубине незатейливой на первый взгляд вещи.
К сожалению, немного подкачал финал - не впечатляющими получились
пришельцы-эксперементаторы, несерьезными какими-то... лучше бы им
остаться за кадром, таинственными и всемогущими. Но все равно,
неожиданный для "Рыцарей" "почти хэппиэнд" оказался приятным сюрпризом.
Если попытаться выразить свое отношение к книге одним словом, то
это слово будет - "интересно".
¦-¦ ЛИНИЯ ГРЕЗ
¦-¦ С.Лукьяненко
"Больше всего Кей не любил детей" - такой простой фразой
начинается самая странная космоопера, которую мне приходилось
читать. Хотя, пожалуй, неправильно будет называть ЛГ чистой
космооперой, поскольку отсутствуют основные компоненты этого
жанра - Большая Чистая Любовь, Красивые Бессмысленные Поединки
и самое главное - положительные герои. Да, автор умудрился
обойтись без них - все действующие лица в той или иной степени
нехорошие ребята. Ну, разве что "супер" Кей Дач со скрипом тянет
на условно-положительного, да и то...
Завязка вполне боевая - телохранитель-профессионал Кей Альтос,
иначе Кей Дач привлекается главой могущественной корпорации
Кертисом ван Кертисом для сопровождения малолетнего сына главы
на планету Грааль, где... правильно, исполняются все желания.
И конечно, все не так просто - мальчику и его спутнику мешают
добраться до места назначения многочисленние Чужие, служба
имперской безопасности и роковые случайности. Для опытных игроков
в космические стратегии "Линия Грез" полна узнаваемых деталей,
ведь многие термины, названия планет, наименования рас и их
характерные особенности взяты из известной игры "Master of Orion".
Но и только - "Линия" бесконечно далека от новеллизации, это
совершенно самостоятельная в сюжетном отношении вещь. Правда,
можно усмотреть аналогии с "Пикником на обочине" Стругацких...
Действительно, так и подмывает назвать Кея Шухартом. "Счастье
всем, даром, и пусть не один обиженный не уйдет" - мы все помним
это. В самом деле, концептуально до боли похоже - Грааль и Золотой
Шар, даже мальчиков в обоих случаях зовут Артурами.
Что же тогда в "Линии" особенного? Сюжет. Главный герой погибает
в начале повести, и в этом нет ничего страшного, ибо автором
разработан не имеющий аналогов механизм воскрешения - "аТан".
Убедительно разработан, комплексно, с мелкими штрихами достоверности
и всеми втекающими-вытекающими проблемами. Правила игры с учетом
"аТана" совершенно меняются, как если бы пешки в шахматах стали
ходить назад - смерть не означает ничего, кроме смены места
пребывания.
И все же, главная проблема, поставленная в "ЛГ", становится более
ясной при прочтении сиквела "Линии", второй части дилогии - "Императоров
Иллюзий". Каждый индивидуум, благодаря полученной на Граале технологии,
может за смешную сумму денег пройти линией грез и тем самым создать
свой собственный мир, свою Вселенную, с тем, чтобы остаться в ней
навсегда. Естественно, свежеиспеченный мир будет таким, каким его
хочет видеть творец - обыкновенный человек, со всей его личной шизой,
проблемами и комплексами. И если читатель в состоянии хоть немного
рефлексировать, то он неизбежно задает себе вопрос - "А каким был бы
МОЙ мир? Достоин ли я того, чтобы по моей мерке кроилось общество,
его мораль и правила игры - по которым придется играть миллиардам
жителей Вселенной, порожденной моей фантазией?"
Да, "Линия грез" заставляет задуматься. И как побочный эффект -
навсегда отбивает охоту играть в "Master of Orion". Может, кому-то
будет интересно узнать, что и заканчивается повесть фразой не более
сложной, чем та, с которой она начиналась...
¦-¦ МАЛЬЧИК И ТЬМА
¦-¦ С.Лукьяненко
Все началось с того, что главный герой, подросток Данька, заболел.
Не очень серьезно, но достаточно, чтобы узреть Солнечного Котенка,
проводника в иной мир - не в тот, из которого не возвращаются, а
просто параллельный. Хотя и не менее мрачный - люди из этого мира
ухитрились продать свое солнце, после чего он стал полигоном для
извечной борьбы трех сил - Света, Тьмы и Сумрака, этакой "третьей
власти". Сама идея чего-то среднего между Тьмой и Светом не нова,
но оживляет и усложняет партию.
Итак, Данька попадает в иной мир, находит друга - Лэна, оказывается
по уши замешан в местные дела и уже не может просто так уйти - как же
люди без солнца-то? А вот дальшейшие события не так просто классифицировать
в плане жанровой принадлежности. По глобальной завязке,
отсутствию логического или хотя бы магического обоснования происходящих
чудес - это сказка. По антуражу ( мечи, башни, полеты ), внезапному
реализму некоторых эпизодов - фэнтези. А в итоге не то и не другое -
для сказки жестковато, для фэнтэзи слишком сказочно. Получился стык
жанров, и стык удачный...
О чем эта книга? О том, что не всегда Свет означает Добро, а Тьма -
Зло. О трудности изменения сложившегося порядка вещей, дружбе и ее
испытаниях, духовных проблемах взросления, взаимотношениях с самим
собой в их предельной точке. Сказка, все-таки сказка. Но какая-то
не детская. Такое впечатление создается главным образом героями -
пусть им по четырнадцать, но ведут они себя и поступают, как взрослые,
что вообще характерно для детей в книгах С.Л. ( исключая те, что были
написаны в соавторстве с Ю.Буркиным ).
Финал повести навевает мысли о том, что автор, похоже, собрался
сделать из Даньки с Лэном "летучих голландцев" наподобие крапивинского
Юкки, заставить их блуждать из книги в книгу... Так, в "Не время для
драконов" уже можно было встретить упоминание о них, скоро еще
где-нибудь объявятся.
Если кто истосковался по холодной, жесткой сказке-фэнтези -
"Мальчик и Тьма" идеальный вариант...
P.S. И еще у меня почему-то стойкое ощущение, что я эту книгу
все-таки до конца не понял... :(
Закладка в соц.сетях
