Жанр: История
Древнерусская игра 1-3.
...отталкивался
- лодка не спеша внедрялась в кусты без особого треска, постепенно...
Отсветы полыхавшей баржи едва долетали до нас - отсюда до центра событий
было метров четыреста, не меньше.
Тут я наконец отметил присутствие поблизости еще одной ладьи - слегка
тронутая пламенем по корме, она камуфляжно темнела во мраке. А между тем
именно на ней происходило главное шоу - уткнувшись в борт баржи носами, на
воде мелко вибрировали крошечные лодочки, штук семь или восемь. Время от
времени рядом с лодочками забавно плюхалось в воду что-то тяжелое - должно
быть, трупики убитых. Народ на барже развлекался вовсю - в огненных бликах
то и дело прослеживались тонкие желтые полоски натруженных мечей.
- Плескун кличет народ на подступ, - тихо сказал Лито, выправив из-под
прически чуткое ухо. - Знаком чую его глас... Указывает холопам на гареву
ладью - треба, мол, на берег утаскивать терет... Денег, гласит, ищите -
остаток нехай пламенеет...
- А Рогволод чего говорит? - полюбопытствовал я, недоумевая про себя, кто
есть Плескун и почему его имя должно быть знакомым.
- Рогволода не чую, - сказал Лито, подумав. Глухо брякнув железками, он
поднялся на ноги и жестом приказал Гнедану оставить в покое трещавшие под
руками ветки:
- И понову внятна Плескунова речь... оставити, мол, живыми вождей
алыберских... Эко слово! речь незнаема тече... алыберска! Тужно алыберам
доводится: опаслива речь, поспешна. А Рогволода... нет, не чуемо Рогволода.
Молчит.
- Или убит, - предложил Гнедан.
- Или в кустах, Метанку за талию держит, - завершил я логическую цепочку.
Любопытно было все-таки созерцать эту разборку: Рогволодовы "разбитчики"
работали качественно, слаженно. От горящей баржи уже потянулся к берегу
караван плотиков, нагруженных добычей. Несколько мужиков с берега махали
плотикам факелами - один из мужиков принимал свертки, юрко грузил их на
телегу - и вдруг замер: всплеснул руками, будто не веря своему счастью,
напрягся - и прилег лицом на травку. Очевидно, стрелой задели. Такие дела.
Глаза примирились с присутствием темноты и адекватнее фиксировали
события: вот уже виден ряд остроконечных касок поверх борта ладьи -
нерусские мужики с оранжевыми от пламени лицами приникли к неуклюжим
арбалетам... Наши явно теснили алыберов: арбалетчики сбились на носу в
кучку, и только некий энтузиаст с огромным палашом в руке бегал за их
спинами, золотисто блестя доспехами.
- Туго дело купецко, - резюмировал Гнедан, отвернувшись от зрелища и
глубже нахлобучивая шлем на уши. - Пир теперь Рогволоду - победа...
- Ну что ж: время и нам пошакалить на чужом застолье, - сказал я, тихо
удивляясь фигурности собственной речи. - Пора трогать, ребятки, к ягоднику -
Рогволод с Метанкой ждать не будут. Любовь не терпит и не ждет, как сказал
поэт.
Подчиненные дружно полезли из лодки в воду, намокая штанами по самые
завязки от меча. Неуверенно нащупывая босыми подошвами илистое дно, наш
батальон десантировался на берег. Лагерь Рогволода буянил кострами и пьяными
криками чуть в стороне - постоянно имея в виду спину Гнедана, вышагивавшего
впереди с обнаженным мечом в руке, мы с Лито приближались к ягоднику.
Заядлые звуки затухавшей битвы и разгоравшегося пиршества постепенно
слились с шумовым фоном, и в протяжной тишине наши шаги стали ужасно
отчетливы. Вскоре и расщепленный дуб замаячил на границе зрительного
восприятия - травка здесь, на опушке, была мягкая и сонная, а от земли
конкретно пахло эфирными маслами. Как по команде - словно почувствовав
романтичность декораций - огромная лунища вырулила из-за облака, и все
окрестные вампиры заступили на боевое дежурство. Не будь я в кольчуге, еще
подумал бы, стоит ли прогулка выручки - но жесткий меч принципиально качался
на бедре, и я решил, что полянка очень симпатичная и ничуть не страшная.
Земляники, должно быть, полно...
Я еще думал о землянике, а Гнедан уже замер как отмороженный. И это
понятно: он наступил на труп. Труп лежал на травке лицом вниз - и, наверное,
кошмарно улыбался. Я ободрительно похлопал Гнедана по плечу и, стиснув зубы,
чтоб не стучали, вопросительно заглянул ему в лицо.
В желтых Гнедановых глазах, моргавших в прорезях стальной личины,
мелькнули сильные эмоции.
- Ты знал его? - трагично спросил я. Очевидно, Гнедан только что потерял
родственника или друга - я соболезно потупился...
- Да, - рыжий слегка кивнул. - Это княжич Рогволод. Лито бросился к телу
и перевернул его лицом к лунному свету. Княжич был рослым смазливым
мальчиком лет восемнадцати - в новеньких модных доспехах, надетых поверх
жемчужно блестевшей кольчуги, он казался накачанным до невозможности. Метр
девяносто, подумал я, оценив рост покойного - и еще раз вздохнул,
соболезнуя. Тяжко опустившись на колени, я помолчал немного - и негнущимися
от горя пальцами отстегнул с пряса княжича плотно набитый кошелек. Пятна
лунного света опустились на лицо убитого, и реально показалось, что он
улыбается мне - крупными белыми зубами из-под тонкой верхней губы, поросшей
щеточкой темных усов.
- Я сейчас просто забеременею от удивления. Нет, они все-таки появились -
кто бы мог подумать! - послышался вдруг детский голос откуда-то сверху. - Не
прошло и полгода! Я тут мерзну со страшной силой, а они, видите ли, княжича
разглядывают.
Метрах в трех от земли на дубовой ветке сидела, болтая в воздухе ровными
ножками, одна моя знакомая ведьма. Она и правда казалась замерзшей:
маленькое тело, облитое холодной луной, влажно блестело - от росы. Я
приблизился и ухватил железными пальцами скользкую босую пятку.
- Низвергайся, - сказал я почти влюбленно.
- И не подумаю! - Ведьмочка злилась. - Вы не заметили, что опоздали на
добрых десять минут? А знаете, каким опасностям подвергается честная девушка
наедине с пьяным княжичем? Фу, какие у него усики колючие! Проходит минута,
другая - клиент звереет, начинает переходить грани - а никого нет! - Она
пожала плечами и выдернула пятку. - Пришлось мне самой его отключить.
- Ты - настоящая профессионалка! - сказал я, удивляясь жуткой силе
ведьминых чар.
- Ха! Исто ведь загубила княжича, навья дочка! - радостно подхватил Лито.
Он слегка поддел княжича топорищем - и все услышали, как мертвяк слабо
простонал.
- Мяукает, - ужаснулся я и зачем-то отступил на шаг.
- Ясное кино, мяукает! - огрызнулась девчонка. - Твое счастье, что не
рычит! Крепкая у парня психика - долго не отключался. Измучилась с ним - на
месяц вперед наколдовалась. Меду хочу!
- Га! - икнул Гнедан и склонился над туловищем. - Живый! Живый, гад, -
беспамятен, однако. Ну то ничего: наш будет княжич! - добавил он, обнажая
долгое лезво меча.
- А мой - поясок! - Метанка как-то медленно соскользнула с ветки и
приземлилась в траву. - Меду хочу, - донеслось из травы. - Серьезно.
- Мед будет в пятницу, - озабоченно пообещал я и, отодвинув Гнедана,
бросил взгляд на оживающего Рогволода. Моя рука сама собой углубилась в
складки плаща, наполовину скрывавшего тело. У левого бедра нащупалось что-то
узкое и тяжелое. Секунда - и я выпрямился, держа в руках неожиданно длинный
и тяжелый меч в замшелых ножнах...
- Стоп-стоп! Не вздумай вынимать его из ножен! - Метанка вдруг вскочила и
повисла у меня на руке. - Ты что, озверел? Это же алыберский меч! Рогволод
его на ладье взял, у купца отобрал!
- Ну и что теперь? - Я ласково стряхнул Метанку с плеча. Пальцы легли на
холодную витую рукоять...
- А-а!!! - взвизгнула Метанка и прыгнула на шею - с необъяснимой силой
отдирая кольчужные рукавицы от меча. - Брось! Брось его, говорю! - заорала
она, пытаясь укусить меня в щеку. К счастью, Гнедан и Лито подоспели вовремя
- оторвали ведьму и усадили обратно в травку.
- Это ж меч алыберских царей, кретины! - не унималась из травы
разъяренная полуденица, отбиваясь от Гнедановых рук. - Он же страшный,
жуткий! Он огнем жжет! Любое волшебство на корню выжигает! Пучинный меч, от
страшного Неделимого бога! Не трожь его, идиот, - хуже будет!
Я замер, разглядывая потемневшую рукоять - такую толстую, что мои пальцы
не охватывали ее полностью. По перекладине вилась серебряная проволока -
какие-то кактусовые листья... А прямо по центру мягко блестел золотой крест
с троичными концами, похожими на венчики лилий.
- Слышь, Славко! - Я почувствовал, как Лито дергает за локоть. - И верно,
брось ты этот меч! Похоже, Метанка не врет... Больно опасное оружье - наши
божки не любят такое... Алыберский-то Бог сильнее наших истуканов - а потому
и меч подобный много непорядка натворить может... Не пойму даже, откуда он у
купца завзялся? Страшная вещь, сильная...
- Ой, мне уже тошно! - захныкала девчонка в траве. - От него жар идет, у
меня голова раскалывается! Отдавайте поясок - и пустите меня домой! Я тут
больше не могу...
Ведьме, и верно, приходилось туго - много сил потратила на княжича, а
теперь еще этот меч! Гнедан поставил ее на ноги - пошатываясь, Метанка молча
пошла куда-то прочь. Даже про поясок позабыла.
- Меда хочу... - донеслось из-за дуба. А потом все:
только легкое фырканье, словно ночная птица порхнула. Подождав, пока
птица улетит, Гнедан решительно шагнул к распростертому княжичу.
- Поспешать надо! - глухо сказал он, берясь обеими руками за рукоять
меча. - Ненарок Рогволодовы холопи сюда забредут.
Словно подтверждая правильность этого предположения, откуда-то с реки
донесся слабый переливчатый звон - голос боевого рога. Гнедан мимолетно
прислушался - и кивнул шевелюрной головой:
- Уже рог слышно - уж не ищут ли Посвиста? Живей покончим княжича, а меч
алыберский в болотной мочваре схороним.
- Только поглубже зарыть, дабы Стожар не проведал, - встревожился Лито. -
А то гневать будет! Страх какой: пучинный меч алыберский близу самого
святилища Стожарова схоронен! Коли проведает Стожар, смертью нас покарает!
- Минутку! - Я вдруг задумался. - Стожар, стало быть, готов убить
всякого, кто завалится к нему в гости с этим мечом?
- Заразит на месте, насмерть! - выдохнул Лито.
Зачем тогда нам тратить силы и нервы? Зачем убивать Рогволода, если это с
успехом проделает Стожар - едва узнает, что именно Рогволод затащил на его,
Стожарову, территорию страшный иноземный инструмент!
- Отбой! - сказал я Гнедану, который сосредоточенно примерялся, как бы
ловчее отрубить вражью голову. - Побоись греха, рыжий нехристь!
Гнедан тупо заморгал ресницами, будто не знал, что такое грех. Я
объяснил: не стоит марать руки княжьей кровью. Если божки пронюхают, у нас
возникнут проблемы... Начнется следствие, возбудят дело по факту убийства...
Кому это нужно?
- А... далеко ли до Стожарова чтища? - спросил я и почувствовал, как в
голове жирными гроздьями вызревает хитрость. Узнав, что до капища не более
получаса гребли по реке, я решил, наконец, проявить себя как начальник:
- Короче, так: слушай мою команду. Гнедан! Бери княжича на плечи и
начинай медленно двигаться в направлении Стожарова святилища. Приказов не
обсуждать! Лито!
- Ну?
- Не "ну", а "слушаюсь, товарищ прапорщик". Пойдешь последним и будешь
прикрывать с воздуха.
Уверенно размахивая алыберским мечом (в ножнах, разумеется), я повернул
обратно - туда, где осталась лодка. "Я назову нашу лодку "Стремительный".
Или нет - "Незримый", - подумал я. И вздохнул: а меда, и правда, хочется.
- А вот, братки, меду бы сейчас, а? - обернулся я к Гнедану, тащившему на
плечах сонного пленника.
- Угу, - ответил Гнедан слегка озадаченно. Мне показалось, что на самом
деле Гнедан не хотел меда - ему и без меда было чем заняться. Он тащил
княжича. Это упражнение очень полезно для накачивания правильных мышц на
груди, на бедрах и в области поясницы. Я бы и сам понакачивал, но у меня уже
была тяжелая кольчуга, которая, между прочим, ничуть не облегчала движений.
Я понял это на пятнадцатой минуте продирания через лесной бурелом - тело
начинало постанывать. К счастью, "Незримый" уже маячил в прибрежных
кустиках, и, доверив весла рядовому Лито, я растянулся на мокром дне
лодочки, глядя на проплывавшие вверху древесные верхушки, склоненные к воде.
"Незримый" все-таки развалился. Он долго потрескивал, намекая на то, что
четверым экипированным бандитам должно быть тесно в двухместном челноке, но
бандиты надеялись на лучшее. Ничего страшного не произошло: лодка
перевернулась возле самого берега и никто не утонул. Даже княжич Рогволод,
хотя он и был без памяти и в этом состоянии никак не хотел плыть
самостоятельно. (В скобках замечу, что в качестве спасательного жилета
пятикилограммовая кольчуга не работает и даже немного потягивает ко дну.) По
счастью, мы уже радикально приблизились к Стожаровому святилищу - от воды
поднимался крутой холм, вершина которого была симметрично замаскирована
соснами. Среди этих-то сосен и фигурировало божественное жилище.
Говорят, днем над лесом маячили столбы - разные тотемы и сторожевые
вышки. К сожалению, я выбрал для посещения чтища темное время суток и не мог
насладиться панорамой. Луна выжидательно косилась поверх облачных
завихрений, а птички то и дело дурными голосами выкрикивали из темноты
что-то неприветливое. Одним словом. Стожар выбрал для загородного дома
весьма романтичный уголок страны.
Мои подчиненные уже успели постигнуть всю низменную глубину моего плана -
Гнедан с явным восхищением глянул на меня и, довольный, потащил тело княжича
туда, где начиналась запретная зона Стожарова святилища. При этом он
возбужденно насвистывал нечто удивительно похожее на Гимн Советского Союза.
- Вон зришь ли ручей, где кобылы? Эво Стожарова межа. Како ручей перейти,
будя уже к нему в гости, - объяснял Лито. Будучи по натуре трусоват, слепой
эльф тоже радовался, что Рогволода не придется убивать саморучно.
Я обернулся к ручью и увидел двух лошадей - они были белые и толстые.
Где-то уже видел таких животных... Я вспомнил обнаженную кавалеристочку,
приглашавшую к себе на вечеринку. Ее звали Стозванкой... Надо зайти к
девочке в гости - после разборки с княжичем. Я вгляделся в темневшие на
вершине холма лесные массивы - два-три неловких голубых огонька
прогуливались там, вдалеке, между деревьями... На душе стало как-то тихо
и... покойно. Даже слишком. Расслабив ноги, чтоб не содрогались колени, я
горячо понадеялся, что Стожар в случае чего будет со мной не так строг.
Все-таки мы - стожаричи, его фамильное племя, родные избиратели, так
сказать.
Пока я размышлял, мы успели перешагнуть ручей и вторглись на территорию
чтища. Гнедан аккуратно положил тело Рогволода на землю - и, переводя
дыхание, залюбовался могучей красотой поверженного воина.
- Ну и мерзкий козлище! - сказал он удовлетворенно и закинул голову к
ночному небу, изучая расположение светил. - Погода уже к полуночи пошла!
Скоро и Стожар сюда поспеет - он завсегда к полуночи домой ворочается.
- На этот раз дома его ожидает сюрприз, - улыбнулся я. - В гости к нему
завалился пьяный княжич Рогволод собственной персоной, да еще и с
лазерно-радиоактивным алыберским мечом в руках! Что за неожиданность! Какой
пассаж!
По-прежнему улыбаясь, я приблизился к Рогволоду и склонился над ним, дабы
пристегнуть к поясу княжича пресловутый меч. Разогнуться я не успел.
Что-то неумолимо жесткое ударило снизу вверх в живот! - я удивился, что
не чувствую боли - но уже понял, что княжич Рогволод смотрит на меня сквозь
полуприкрытые веки! А тут и боль, как поток раскаленного стекла, вспорола
брюхо... Княжич ударил снизу тяжелым сапогом, вырывая у меня из рук
алыберский меч в ножнах, - сквозь болезненный сполох в мозгу я осознал, что
медленно перелетаю через тело Рогволода и приземляюсь на собственную голову.
На какое-то время я уснул. А вот княжич Рогволод не спал - он уже все
увидел, все понял. Да, это они - подлые ободранцы, тусующиеся вокруг
гниющего в изгнании князя Всеволода. Литка, слепой наркоман с улыбкой
дегенерата, рыжий громила Гнедан - и сам сероглазый прелестник Мстиславушка,
амбициозный рабич, отбивающий у меня купецкие караваны... Как легко и
приятно я поддел его сапогом!
В тот миг Рогволод был по-своему красив. Я бы немедленно писал с него
врубелевского демона - или нет, ангела мести. Р-раз - скрипнув дорогим
доспехом, княжич пружинисто вскочил на ноги... Гнедан успел дернуться в
сторону, но тяжелая рукавица настигла его - удар пришелся в скулу - и рыжий
панк, закидывая голову, обрушился в траву.
Не отвлекаясь более на Гнедана, фигура в доспехах с кратким взвизгом
стали развернулась в сторону Лито. Теперь Рогволод перемещался довольно
медленно - наклонив голову и медвежно покачивая руками. Он надвигался как
советский танк на Бельгию - сквозь легкую желтизну в глазах я видел все это
и трепетно пожалел молодого и красивого Лито.
Ха! - вжжжжих! Голубовато прогудел по воздуху эльфийский топор, и
бронированный медведь удивленно отпрянул. Золотистый высвет желтой луны
плеснул по зеленой тоге слепого воителя - вжжжих!, вжжжих! - свирепо
наяривал топор из стороны в сторону, и шаг за шагом тонкая фигура эльфа
теснила советский танк - Бельгия с честью встретила бронированную угрозу с
Востока.
Я так обрадовался за Лито, чти отыскал в организме силы приподняться над
землей. Увы: радость была недолгой. С непостижимой скоростью, никак не
вязавшейся с имиджем медведя, Рогволод припал к земле и скользнул под
зарвавшегося эльфа - Лито кратко вздохнул и согнулся пополам, необратимо
теряя любимый топор. Мне стало любопытно. Впрочем, я уже примирился с
фактом, что каждый встречный в этой варварской стране носил под доспехами
черный пояс мастера айкидо. Это замечательно. Это высокий уровень
физического воспитания масс. Жаль только, что лично у меня такого пояса не
было.
Когда переломанные конечности Лито исчезли в высокой траве, я невольно
напрягся и тяжело поднялся на ноги. Оставалось надеяться на превосходство
боевых искусств будущего. Грамотно распределив вес тела и акцентированно
заблокировав корпус в одну линию с бедрами, я приготовился к битве по
канонам уличного карате. Напрасно. Презрительно перешагнув через
попискивавшего эльфа и на ходу пристегивая к поясу алыберский меч, Рогволод
отвернулся и накренился прочь - вон из святилища! Кажется, он понял, что со
Стожаром ему лучше не встречаться.
Рогволод просто уходил. Никто не нападал на него - и он отправился домой.
Зачем ему глупые ребята с топорами в привычных руках, когда дома есть теплое
кресло и чашечка ячменного кофе? Я почувствовал, что не в силах бежать за
ним следом. Оставался один способ задержать княжича в святилище - вызвать
огонь на себя!
- Ты куда, прохожий? - торопливо спросил я, предусмотрительно сохраняя
боевую позу. - Э-эй, прохожий! Закурить не найдется?
Рогволод приостановился, слегка сдвинул голову в профиль - но тут же
снова двинулся прочь.
- А в глаз? - поинтересовался я. - Слышь, ты, интеллигент плоскостопый!
Куда побежал? А ну - стоять!
Тихо в ночном лесу - только хрипы избитых товарищей да шорох удаляющихся
шагов. Очевидно, на такого рода оскорбления парень не реагировал. Пришлось
напрячь словарный запас архаизмов.
- Эй, угнетатель! Барчук! Контра буржуйная! Поди сюда, я тебе покажу, за
что Рылеев в сибирских рудах сидел! Я тебе припомню товарища Баумана! Гнида
помещичья!
Бесполезно. Погружение в историю продолжалось.
- Ах ты, подлый враг, собака ты. Турецкий царь! Змей подколодный, поганое
разбоищще! - Рогволод существенно замедлил шаг - заклинания начинали
действовать, и я повысил тон. - Пнуть тебя в висок, чтоб посыпался песок!
Выходи на честный бой!
И тут меня осенило: я вспомнил волшебное слово. Скрестив руки на груди, я
прищурился - и спокойно добавил:
- Мерин непарнокопытный. Вот ты кто.
Через секунду расстояние между нами сократилось вдвое. Мелко перебирая
полусогнутыми, стальной советский медведь ужасающе приближался. Я ощутил
себя маленькой скромной Японией, которая, конечно, хотела бы заполучить
Курильские острова - но в принципе не настаивает. Японский менталитет
нарастал в сознании по мере приближения княжича. "Банзай! Камикадзе!
Хиросима... - бормотал я про себя. - Харакири...".
Я встретил Рогволода прямым ударом правой ноги в корпус. К сожалению,
позабыл про тяжелую кольчугу, облегавшую мои бедра чуть не до колен. Поднять
мощную конечность оказалось сложнее, чем я думал. Ловкой подсечкой Рогволод
помог мне поскользнуться, и Япония познала горечь поражения.
Я успел увернуться от добивающего удара сапогом - и взял низкий старт.
Отрываясь от железного преследователя, в три прыжка преодолел череду
поваленных бревен, прогнивший пенек и невысокий частокол из заостренных
прутьев (я взял барьер мастерски, как учили в школе на уроке физкультуры).
Сосны расступились, и я на пятой скорости влетел в настоящий город: черные
силуэты высоких столбов с грубо вырезанными мордами идолов, какие-то
колышки, понатыканные вокруг и обвязанные тряпками...
- Ну, здравствуй, извращенец, - сказал я вполголоса и обернулся. Я
почувствовал, как босые подошвы моих ног греет земля языческого чтища - я
был стожарич, и я был у себя дома.
Княжич этого не понял. Не принял во внимание. Просто с лету неловко
двинул правым плечом, после чего так же неловко разогнулся металлический
сустав локтя - и тяжкий кулак водвинулся мне в живот (уже знакомый
читателю). Рыжая кипучая боль брызнула из горла к глазам, и мне стало
обидно. Досадно стало, насколько я помню.
Впрочем, я плохо помню. Рогволод так смешно дергался, размахивая
кулаками, что у меня даже в боку заболело. Потом заболело в левом плече,
заныло бедро и вскоре - коленка. От смеха перехватило дыхание - когда один
из ударов пришелся в грудь в том месте, где на кольчуге имелась дырка.
Надо заметить, мои восточные навыки сразу отошли на второй план. Я быстро
понял, что удар железной рукавицы не наносит особенного вреда, если
встречать его корпусом немного вскользь, по касательной. С другой стороны,
на каждое атакующее движение тратилось ужасно много энергии -
пятикилограммовыми рукавицами много не помахаешь. Вобрав голову в плечи и
закрывая лицо от мелькавшего мимо железа, я позволил Рогволоду погреметь о
мое тело кулачищами. Когда княжич немного устал, я просто быстро обнял его
за плечи и в ту же секунду ударил головой в аристократическое лицо (по
счастью, Рогволод, как и я, не носил шлема). Это подлый удар, тут я
согласен. Так дерутся грязные кавказцы на московских рынках.
Медвежья туша слегка обмякла, а черты Рогволодова лица заметно исказились
- не столько от гнева, сколько от постороннего воздействия. Мотанув
ушибленным лицом, княжич дернулся и разорвал мои объятия. Осознав, что пора
пускать в дело последние доводы королей, тяжелую артиллерию и установки
залпового огня, он нетвердо отшагнул назад и... нащупал на поясе рукоять
алыберского меча. Я не успел даже вскрикнуть - Рогволод тихо рыкнул, облизал
окровавленные усы и... грациозно вытянул из ножен страшное лезвие.
Да. Вот где начался цирк. Мне это лезвие показалось пучком ярко-оранжевых
электродов - вместо оружия в ножнах был настоящий факел, который вспыхнул
так ярко, что ослепленный Рогволод выронил пламенеющий клинок на землю.
Словно кто-то с размаху плеснул оземь тяжелый и жирный комок возгоревшейся
нефти - и плазма тут же расплескалась вокруг, желтым и жидким оловом
забрызгивая наши штаны, кольчуги и древесные стволы поблизости...
Электрическое облако колких искр зрелищно колыхнулось к небу, наполняя мрак
миллионом алых разрядов, и я уже не видел княжича, а он - меня. Я никогда не
видел, как взрываются бензоколонки - но Стожарово святилище рвануло,
наверное, ничуть не хуже.
Отцы родные, сколько там было пламени! Забавное множество. Сосновые
деревца с готовностью занялись, и сверху посыпалась черная проволока
обугленной хвои. На какое-то мгновение я вновь обнаружил княжича - он
валялся на коленях в желто-дымной луже горящей травы и обеими руками сбивал
огонь со своих распущенных темных волос. Вот почему умные люди всегда носят
каску! Или на худой конец фуражку.
Прикрывая глаза рукавицей, я нырнул поближе к Рогволоду - ив самый раз:
огромная прогоревшая ветка приземлилась сверху туда, где я находился
накануне. Мимо приземлилась - а это хорошая примета: могла бы и по черепу.
Рогволод, разумеется, попытался бежать - выпрыгнув из вихреватого
огневого марева, темной обугленной тенью мелькнул мимо меня - но вдруг
поскользнулся и покатился по тлеющей траве. Я увидел Гнедана, который
навалился на него сверху, заламывая руки за спину... Гнеданова рубаха
конкретно курчавилась по подолу суетливыми язычками пламени...
- Тщетно бежать тебе, Рогволод! - долетел до меня голос Лито. - Или ты
позабыл, что из святилища Стожарова нет выхода никому, кроме кровного
стожарича! Отпусти его. Гнедка! Все равно никуда не сбежит теперь! Он -
сребрянин, а не стожарич! Откуда ему знать Стожаровы потайные выходы?
- Ах ты, поджигатель! - Осторожно прыгая по горящей траве, я приблизился.
- Ну погоди: сейчас Стожар вернется с
...Закладка в соц.сетях
