Жанр: Фантастика
Раз герой, два герой
...; Я понял, понял, — перебил его Хорин. — Но все равно слишком долго тянуть
нельзя. Мне ведь тоже не так-то просто удержать моих призраков.
— Считай овец.
— Что-о?
— Одна овца, две овцы, три овцы... — пояснил Шах. — Как только насчитаешь
стадо в четыре сотни голов, пни меня в бок.
— А сам?
— Сам... — зевнул Шах, — я не умею считать до четырехсот.
— Как же, как же...
Но Шах уже не слышал его. Он лежал на спине, смежив веки и мысленно был
далеко-далеко от этого склона—в огромном замке, где живет девушка с серыми
глазами, золотыми волосами, пахнущими, словно волшебный цветок.
— Шах, вставай.
— А? Что?
— Четыреста двадцать одна овца, — прошептал имперец. — Еще полсотни этих
проклятых белых кучерявых блеющих тварей, и мои призраки точно разбегутся в
разные стороны.
— Уже иду, — отозвался Шах, вставая. — Эй! — воскликнул он, увидев, что
Хорин берется за лямку своего мешка. — Ты что, собрался тащить его с собой?
— Да, а что?
— В уме повредился? — Для наглядности Шах проиллюстрировал свой вопрос
универсальным межрасовым жестом. — Брось и все. До ближайшего воришки, который
мог бы позариться на него, три дня пути.
— Вообще-то, — неуверенно заметил имперец, — я собирался кое-что взять из
него.
— И когда же ты собрался это делать? — с иронией осведомился Шах. — Или ты
думаешь, что типы в замке, кем бы они ни были, услышат от тебя в разгар боя
что-нибудь вроде твоего обычного:
Простите, пожалуйста, не могли бы на минутку
перестать нападать на меня, потому что для того, чтобы отразить ваш натиск, мне
необходимо достать кое-что из мешка за спиной
?
— Вообще-то я собирался оставить его у стен замка, — сказал Хорин,
выпуская лямки и берясь за завязки. — Но, пожалуй, я соглашусь с твоим мнением
— по поводу мешка, а не моих умственных способностей.
Он осторожно извлек из мешка памятный Шаху деревянный ящичек, достал из
него пистолеты, внимательно их осмотрел, аккуратно досыпал порох на полку
одного из них и, выпрямившись, засунул оба пистолета за пояс на спине.
— Ну-ну, — прокомментировал его действия Шах. — Если не боишься
отстрелить себе задницу... пошли, что ли.
— Пошли, — кивнул Хорин. — Сейчас только подам сигнал к началу
представления.
Привыкший к эффектным внешним проявлениям магии Шах на всякий случай
втянул голову в плечи, не без оснований ожидая, что его друг либо сорвет с неба
молнию, либо расколет холм у них под ногами. Однако Хорин ограничился лишь тем,
что вытянул вперед правую руку и, быстро шевеля пальцами, изобразил несколько
замысловатых фигур.
— Можно идти, — сказал он, опуская руку.
— Что, все? — недоверчиво переспросил Шах. Вместо ответа Хорин вновь
вытянул руку, указывая на противоположный от них склон долины.
— Ой-е!
Сотворенные имперцем фантомы — общим числом три штуки — внушали...
множество разнообразных чувств.
Первым из них был дракон неопределяемой разновидности — в отличие от Шаха
Хорин в основном получал представление о драконах, разглядывая рисунки в
книгах, а далеко не все иллюстраторы, особенно это относилось к старинным
любовным романам, располагали при создании нужного им образа более достоверной
информацией, нежели похвальба подвыпившего накануне в соседнем трактире
странствующего рыцаря. Впрочем, по мнению Шаха, главным в сотворенном Хорином
драконе была не порода, а размах крыльев — никак не меньше сотни саженей.
Того же мнения, похоже, придерживались и давешние красные змеедраконы —
путем наблюдений Шах установил, что их в желтой пелене скрывается минимум двое.
Стоило дракону имперца расправить крылья, изображая таким образом готовность к
взлету, как круживший над замком красный призрак стремительно спикировал в
спасительный желтый туман.
Вторым был синий, словно его только что вырубили из ледяной глыбы, варвар
— рогатый шлем, пластинчатый панцирь, торчащая сосульками борода, боевой молот,
гнусная ухмылка, все это, разумеется, соответствующих тридцатисаженному росту
габаритов. Ну а замыкал троицу... точнее, замыкала... или замыкало...
— Что это за тварь?
— Это, — замялся Хорин, — как бы получше объяснить... плод коллективного
творчества.
— Скорее уж коллективного кошмара, — буркнул Шах. — Лично я не
представляю, что нужно сотворить над собой, дабы додуматься до такого. Что вы
курили? Эсдуранский навоз?
— Акирион, — вздохнул Хорин. — Очень модное среди столичной богемы
увлечение. Розовенький такой порошок... его не курят, а втягивают через нос...
или употребляют более экзотическими способами, главное — чтобы как можно больше
попало на слизистую.
— Спасибо, что предупредил, — серьезно сказал Шах.
Порожденный расторможенным воображением лицеистов монстр и впрямь
впечатлял. Голый череп — эльфийский, судя по узким, полыхающим алым огнем
глазницам — твари был оснащен двумя парами загнутых назад рогов, из
оскалившейся рядами клыков пасти стекала зеленоватая слюна. Ног — или, скорее,
опорных лап — было всего две, зато хватательных лап — четыре. В верхней правой
монстр сжимал жуткого вида копье с тремя зазубренными наконечниками, в нижней
левой болтался обрывок цепи с ошейником.
Больше же всего Шаха поразила тянущаяся вдоль спины твари грива длинных
черных волос, тщательно заплетенных в тонкие косички.
— Не знаю, как насчет зверушек в тумане, — повернулся Шах к Хорину, — а
меня тебе напугать удалось. Прямо душа в пятки ушла.
— Очень хорошо, — серьезно сказал имперец. — С энергетической составляющей
нашей личности, сосредоточенной в области пяток, мы будет практически невидимы
для призраков.
— Угу, — Шах, прищурившись, всмотрелся в желтое марево, — которые, похоже,
все собираются как раз под нами... все, сколько их там было. Некоторых даже из
тумана выпихивают.
— Что ж, я рассчитывал именно на такой эффект, — степенно кивнул Хорин.
Тройка сотворенных им фантомов по-прежнему продолжала возвышаться на
противоположном склоне — дракон тяжело взмахивал крыльями, не отрываясь,
однако, при этом ни на вершок от земли, варвар и гривастая тварь грозно
размахивали своим оружием, также не трогаясь с места.
— Сейчас призраки внизу напуганы и растеряны. — Хорин зябко поежился,
поплотнее закутываясь в плащ. — Но долго это не продлится. Либо они побегут
прочь от этой новой угрозы...
— Эй, — озадаченно произнес Шах. — Мы же окажемся у них на пути.
— Они будут слишком заняты бегством, —
успокоил
героя Хорин.
— Да я тебя сейчас... — Шах осекся, пристально вглядываясь вниз.
— Призраки исчезли, — удивленно сказал он. — Все до единого.
— Спасибо, что предупредил! — крикнул Хорин, вновь выбрасывая вперед
правую руку. Повинуясь этому жесту, фантомы на противоположном склоне дружно
развернулись...
— Они убегают! — возмущенно воскликнул Шах. — Твои проклятые фантомы...
— Естественно, они убегают, —отозвался имперец. — Они ведь действительно
фантомы... в том смысле, что, прости за невольный каламбур, реальной призрачной
силой почти не обладают. И самый ничтожный из призраков замка может... кстати,
что они делают?
— Бегут, — раздраженно отозвался Шах, — следом за твоими. — Затем глаза
его расширились, он бросил быстрый взгляд на ухмыляющегося Хорина... на
противоположный склон, за которым только что скрылся последний призрачный страж
замка... и с размаху хлопнул имперца по плечу так, что тот едва не улетел
кубарем вниз по склону.
— Они удрали! Вся проклятая орда призраков, все, сколько их сидело в этом
орком деланном желтом тумане, ломанулась за твоими недоделками! На это ты
рассчитывал, да?
— Как говоришь ты в подобных случаях, — усмехнулся Хорин, — угу! Конечно,
далеко они не убегут, — задумчиво добавил он, — наверняка существует какое-то
заклятие, притягивающее их к замку, иначе они бы давно разбрелись по всей
Пустоши. Но думаю, что нам хватит времени спокойно дойти...
— А если мы побежим, — крикнул Шах, бросаясь вниз, — то его будет еще
больше.
Втайне от себя самого Шах очень надеялся, что они смогут добежать хотя бы
до замковых ворот.
Понятно, что сбыться этим надеждам было не суждено. Примерно в сотне
саженей от замковых стен юный герой углядел в желтой мгле перед собой цепочки
желтых же неярких огоньков.
Реакция Шаха была отменной. Он не только сумел затормозить перед
огоньками, но и выдержать удар в спину, нанесенный запыхавшимся Хорином.
— Что случилось?
— Прибежали! — огрызнулся герой, на всякий случай отступая на пару шагов
назад.
— Это магическая защита! — уверенно заявил имперец, выслушав данное Шахом
описание преграды. — Скорее всего, она же сдерживает призраков, так что стоит
нам попасть за нее, и мы окажемся в безопастности.
— Угу, — кивнул Шах. — Только ты упустил еще один вариант.
— Какой же?
— Что она не дает кому-то вырваться!
— В любом случае, — Хорин схватился за виски и сосредоточенно уставился
вперед, — нам нужно преодолеть ее. И быстро! Призраки могут вернуться с минуты
на минуту. Так... что я знаю о магических охранных системах? Они делятся на...
— Прекрати! — Для вящей убедительности Шах слегка встряхнул имперца за
плечо. — У нас нет времени на твои дурацкие магические фокусы!
— Но как же тогда.
— Просто, — отозвался герой, выхватывая меч. Хорин зажмурился.
Шах осторожно начал просовывать лезвие меж двух рядов огоньков. Дальше...
дальше... до тех пор, пока рука не оказалась на той стороне по локоть... и не
произошло ровным счетом ничего.
— Так, теперь посмотрим, что у нас внизу, — пробормотал герой, пряча меч и
опускаясь на четвереньки. — Первый ряд едва над землей, под ним не проползешь,
а вот между ним и вторым... главное, чтобы голова прошла... и она прошла... Эй,
Хорин!
Имперец осторожно открыл один глаз.
— Что?
— Не будешь ли так любезен, — прошипел Шах, — взять в свои нежные ручки
мои грязные сапоги и очень аккуратно, на вытянутых руках, подать их мне?
— Но... они же на тебе?
— Именно. И, раз до тебя не дошло с первого раза, объясняю — я хочу, чтобы
ты подал мне их вместе с ногами!
— Как-то все слишком уж легко! — пожаловался Шах, налегая плечом на
калитку в замковых воротах. — Всего лишь один магический барьер... десяток
отравленных шипов... полдюжины ловушек... пьяный гобл прошел бы эту ограду,
задерживаясь лишь для того, чтобы избавиться от лишнего эля в брюхе.
— Ты герой, тебе виднее, — отозвался Хорин. — Кстати, эта калитка,
по-моему, открывается наружу.
Шах одарил имперца злобным — и совершенно незаслуженным — взглядом и,
упершись сапогом в ворота, что было силы рванул калитку на себя.
Силы у героя оказалось много. По крайней мере больше, чем рассчитывали
неведомые мастера, которые прилаживали калитку к воротам. Несмотря на то что
железные петли, на которых висела калитка, выглядели весьма основательно,
геройский рывок выдрал их, что называется,
с мясом
, в результате чего калитка
сначала с размаху врезалась Шаху в лоб, заставив героя отлететь на добрую
сажень и рухнуть на землю, а затем упала на него сверху.
— Лучше тебе все же не пользоваться Старой Речью, — заметил Хорин,
прислушиваясь к доносящимся из-под калитки звукам. — Ты очень сильно коверкаешь
слова... особенно когда волнуешься, — добавил он, приподнимая злополучную
калитку.
— Курреат даг твои советы! — выкатившийся из-под калитки Шах осторожно
дотронулся до занявшей рее пол-лба шишки и со стоном отдернул руку.
— Не думаю, — весело сказал имперец, — что мои советы, особенно введенные
таким экзотическим способом, будут способствовать его пищеварению.
— Думать вообще вредно! — огрызнулся герой, заглядывая в
свежеобразовавшийся проем.
— То, что этот процесс не относится к числу твоих любимых, я тоже заметил.
— Тесс! — прошипел Шах, вытягивая меч.
Хорин также выхватил шпагу. Однако, к его вящему удивлению, Шах не
изготовился рубить приближающееся к ним неведомое чудище, а всего лишь прижал
холодную сталь клинка к пылающему лбу.
— У-у-у.„ как хорошо-о-о!
— Там, — имперец мотнул головой в сторону ворот, — кто-нибудь есть?
— Нет, — отозвался Шах, ныряя в проем. — Равно, — заметил он, дождавшись,
когда Хорин оказался рядом с ним, — как и во дворе. Что весьма неприятно.
— Почему?
— Как сказал однажды мой учитель, — Шах опустил меч, — покойный. Если ты
прошел почти все подземелье без проблем, это вовсе не значит, что там никого
нет. Это значит всего лишь то, что все монстры, сколько бы их там ни было,
истекая слюной, глядят на самую последнюю дверь.
— Интересная мысль.
— Хочешь пари? Мы дойдем до самого сердца обитающего тут зла, не встретив
ни одной живой души!
Забегая немного вперед, можно отметить, что пари Шах выиграл — но не
честным путем, а лишь благодаря точно подобранной формулировке. Ибо
преградившая им путь четверка — два высоких белых скелета с шипастыми дубинками
и два небрежно слепленных из кровавого мяса големов — душами явно не обладала.
— Эй, маг! — Шах оглянулся назад. Позади них на лестницу вышло еще два
скелета. — Как насчет справиться с ними?
— Нет проблем, — отозвался имперец. — Дай мне трое суток, хорошую
библиотеку и все необходимые ингредиенты... большая часть которых, к слову
сказать, имелась в моем мешке.
— Трое суток там тоже имелось? — крикнул Шах, прыгая вперед.
Как и давешние храмовники, четверка сверху, похоже, и в мыслях — если к
ним вообще можно было применить это выражение — не держала, что противник при
их столь подавляющем численном превосходстве посмеет атаковать. Скелеты только
начали заносить для ударов дубинки, когда Шах, ужом проскользнув меж ними, пнул
левый скелет чуть ниже колена.
К вящему разочарованию героя, скрепляющее кости заклятье оказалось прочным
— ссыпаясь вниз по ступенькам, скелет не только не развалился на составляющие,
но даже ухитрился не выпустить дубинку.
Разворачиваясь, Шах срубил скалившийся на него череп второго скелета,
возвратным движением отделив — на всякий случай — основание позвоночника от
таза. Затем герой на миг отвлекся на прозвучавший снизу вопль: Хорин, к ногам
которого скатился первый скелет, выхватил из рукава серебряный кинжал и,
наклонившись, вогнал его точно в полыхавшую алым огнем глазницу. Скелет
немедленно вспыхнул — так что имперец едва успел отдернуть руку, а его
сотоварищи внизу дружно издали тот самый вопль и не менее дружно ретировались с
места боя.
Все же Шах успел качнуться назад — кулак голема просвистел перед самым его
носом и, пробив в стене соответствующих размеров дыру, застрял. Пока голем с
тихим чавканьем пытался извлечь его обратно, Шах развернулся к его товарищу и,
поудобнее перехватив меч, с размаху рубанул его сверху вниз, разрубив
практически пополам — от макушки до живота.
На голема это не произвело ровно никакого впечатления. Разрубленные пласты
мяса схлопнулись так быстро, что Шах едва успел выдернуть меч. Озабоченно
хрюкнув, голем дождался, пока его собрат не высвободится окончательно, а затем
оба монстра неторопливо двинулись на героя, оставляя за собой большие кровавые
следы.
— Ктрегуруп! — пробормотал Шах, пытаясь высоким выпадом достать выпученные
белесые буркалы голема справа. Голем небрежно махнул лапой, сталь заскрежетала
о кость, и меч героя отбросило в сторону с такой силой, что Шах с трудом
удержал его в руке.
— Как насчет выпивки? — раздался насмешливый голос позади монстров.
Озадаченные големы замерли. В этот миг в воздухе над их головами
материализовались две большие жестяные кружки. Возникли — и перевернулись,
обдав големов потоком мутной жидкости, распространявшей вокруг хорошо знакомый
Шаху запах гоблинской спотыкаловки.
— А еще, — сказал довольно улыбающийся Хорин. — Я умею добывать огонь...
из пальца.
Голема слева от Шаха пламя охватило как раз в тот миг, когда он начал
разворачиваться в сторону новой угрозы. Отчаянно взревев, монстр ринулся
вперед... снес перила и свалился в провал межлестничных пролетов. Пару вздохов
спустя снизу донеслось звучное
плюх
, возвестившее о том, что даром левитации
данный монстр наделен не был.
Шах легко уклонился от бросившегося на него второго голема, занес меч...
опустил его, прислушиваясь к грохоту и воплям, доносящимся из двери сверху, за
которой скрылся объятый огнем монстр, и одобрительно кивнул.
— Кажется, — заметил он, пряча меч в ножны, — на нашем пути стало одной
засадой меньше.
За дверью оказался зал, живо напомнивший Шаху внутренние помещения Дома
Пенных Волн. Стены справа и слева были так далеко, что почти терялись в
полумраке, а образованный двумя рядами колонн — каждая толщиной с пузо горного
тролля — коридор тянулся, казалось, на пару верст.
И засада здесь действительно была — пространство у входа было усыпано
белеющими костяками, а чуть дальше догорал давешний голем, распространяя вокруг
отвратительный запах паленого мяса.
— Педалагю преодолеть этот зал побыгее, — промычал Хорин, старательно
зажимая нос.
— Угу. Побежали.
Перейти на шаг и спокойно вздохнуть друзья сумели лишь в сотне саженей от
входа. И как раз в этот момент Шах почувствовал, как вымощенный красным
мрамором пол под их ногами ощутимо содрогнулся.
— Заметил?
— Что?
Пол содрогнулся еще раз.
— По-моему, — озабоченно сказал Хорин, — сюда направляется кто-то очень
большой.
Пол содрогнулся в третий раз, а затем чуткие уши юного героя уловили еще
один звук — хриплое клокотание, словно где-то неподалеку огромные кожаные мехи
раздулись, втягивая воздух...
— Бежим!
Прежде чем опомнившийся Хорин последовал примеру героя, Шах уже оторвался
от него на добрый десяток саженей — и отнюдь не выказывал намерения хоть
немного сбавить темп, дабы позволить своему напарнику нагнать его.
Позади них раздался грохот. Оглянувшись, Хорин увидел, как в пролом на
месте двери неуклюже протискивается голова — пока еще только голова — красного
Дракона, и очень быстро начал сокращать разрыв между собой и Шахом.
Необходимо заметить, что драконы — и Шах отлично помнил об этом — на
коротких дистанциях способны перемещаться весьма быстро. На первых двух-трех
сотнях саженей дракон запросто догонит любую лошадь, включая даже жар-коней и
адских аргамаков. Если же лошадь находится за пределами указанной дальности...
то у дракона остается возможность взлететь.
Правда, в данном случае взлететь дракон не мог — этому препятствовала не
столько высота потолка, сколько ширина образованного колоннами прохода. Двое же
друзей, которым его появление явно придало дополнительную прыть, пожалуй, также
не уступили бы сейчас любому фавориту столичного ипподрома.
Сообразив, что на этот раз добыча имеет достаточно много шансов уйти,
дракон взревел и, пригнув вытянутую шею над самым полом, разинул пасть...
— А-а-а!
Убежать от катящегося по залу огненного потока было невозможно — это понял
как Шах, начавший лихорадочно вспоминать подходящие к случаю выражения Старой
Речи, так и Хорин, который, обернувшись, скрестил перед лицом руки и выкрикнул
что-то в тот самый момент, когда извергнутое драконом пламя настигло их.
Понятно, что выдержать напор дыханья настоящего красного дракона наспех
поставленный магом-недоучкой щит никак не мог. Он и не выдержал.
Точнее — не выдержали корни, цеплявшие сотканный из частиц Воздуха щит.
Вздыбив несколько мраморных плит, они с треском лопнули, и освободившееся от
них магическое плетение подобно скорлупке понеслось вперед на гребне огненной
волны.
Разумеется, оба друга оказались на его пути. Щит подхватил их, пронес
сквозь оставшуюся часть зала... длинный узкий коридор за ним и, вылетев из
него, с разгону врезался в толстый каменный парапет, в полет через который его
невольные пассажиры незамедлительно отправились. За парапетом их ждали две с
половиной сажени высоты и усыпанная песком арена.
Очнулся Шах от издевательского хохота, раздававшегося, казалось, со всех
сторон одновременно.
Боль была всюду. Шах и не подозревал, что в человеческом теле существует
так много мест, в которых она бы могла угнездиться.
Справа от него раздался негромкий стон. Шах чихнул, выбросив при этом не
менее полпуда набившегося в нос песка, перекатился на бок и попытался сесть. С
третьей попытки ему это удалось.
— Браво. — Голос был столь же издевательский, как и предшествовавший ему
смех. — Отважные герои, мужественно преодолев все преграды, сумели добраться до
самого сердца Убежища Зла. Любопытно было бы узнать, что они собираются делать
дальше?
Только теперь Шах решился открыть глаза. Они с Хорином находились у
подножия стены, окружавшей небольшую — примерно дюжину саженей в поперечнике —
круглую арену. Арена была усыпана мелким зеленоватым песком, частички которого
герой сейчас ощущал буквально везде — во рту, под веками, в волосах, в сапогах
и даже... в общем, действительно везде. В стенах же наличествовало множество
забранных решетками проходов — и эта деталь Шаху крайне не понравилась.
А в воздухе точно над центром арены висел большой — в рост человека —
кристалл. Шах не сумел удержать на нем взгляд дольше пары вздохов — смотреть на
него прямо было чуть ли не больнее, чем на солнце, хотя герой был готов
поклясться, что кристалл не светился... по крайней мере в доступном для людских
глаз виде.
Внутри кристалла изгибались, свиваясь в причудливом танце, алые и багровые
струи, длинные узкие грани время от времени словно бы наливались кровавым
отблеском... потом Шах заметил, как мелко-мелко дрожат острые грани, услышал
низкий, на грани слышимости гул и почувствовал, как его тело начинает
превращаться в студень.
— Ниакраса иргх апи, — услышал он быстрый шепот Хорина. — Виурра сио.
Именем Четвертого заклинаю...
— Надо же, — с наигранным удивлением произнес давешний голос. — Еще
пытается трепыхаться!
Только теперь Шах сумел разглядеть его обладателя — прямо напротив них на
белом, словно вылепленном из свежевыпавшего снега троне восседал толстенький
человечек в черном халате, чем-то неуловимо напомнивший герою давешнего мэтра
Флюсса. На голове у человечка возлежала, слегка съехав на левое ухо, корона,
которой пара обильно украшенных драгоценными камнями рогов придавали сходство с
варварским шлемом.
— Нуте-с. — Человечек подался вперед. — Раз уж вы такие живучие...
поведайте, зачем пожаловали, гости дорогие?
— Мы пришли... — Хорин наконец сумел последовать примеру Шаха и поднялся
на ноги. Правда, со стороны было заметно, что удерживаться на них более-менее
вертикально стоит имперцу значительных усилий. — Мы пришли сюда покарать Зло!
— Что, сразу все? — переспросил человечек. — Тогда вы, молодые люди,
ошиблись дверью. Вам надо к Владыке Преисподней... Северной Тьме... к Черным
Властелинам, в конце концов. Последних, если мне не изменяет память, на данный
момент насчитывается целых восемь.
— Не нравится мне это, — пробормотал Шах. — Этот Верховный Злодей ведет
себя хуже, чем бродячий актеришка. Таких Злодеев не бывает.
— Ты тот, — выкрикнул Хорин, — кто насылает полчища кошмарных тварей на
беззащитные селения!
— Допустим, — кивнул человечек. — Хотя в этом утверждении можно оспорить
почти каждое слово. Во-первых...
Шах тоскливо вздохнул. Ему начинало казаться, что схватка с Верховным
Злодеем начинает приобретать черты философского диспута, а в этом виде разборок
герой плавал очень мелко, предпочитая — по примеру своего учителя — разрешать
все подобные вопросы хорошим ударом меча.
Однако он недооценил своего компаньона. Едва увидев, что восседающий на
троне чародей собрался произнести речь, включающую в себя не менее двух
предложений, Хорин выхватил из-за спины пистолет и выстрелил.
Грохот выстрела слился с протяжным звоном. Кашляющий Шах выпал из облака
порохового дыма как раз вовр
...Закладка в соц.сетях
