Жанр: Фантастика
Трилогия Бартимеуса 2. Глаз голема
...ебников. Разумеется, они не могли заявить о себе в открытую, однако могли действовать втайне,
подрывая могущество своих врагов. Они могли обнаруживать магические артефакты, избегать скрытых
опасностей и, главное, нападать на волшебников и их подлых прислужников.
Эти откровения с самого начала завораживали Китти. Она видела, как Стенли в день тренировки
уверенно различил магический кинжал среди шести обычных предметов, каждый из которых был
спрятан от него в отдельной картонной коробке. Она следовала по пятам за Тимоти, который ходил
взад-вперед по магазину мистера Пеннифезера, разыскивая на слух волшебное ожерелье, спрятанное в
банке с кистями.
Магические предметы были основой стратегии их организации. Китти то и дело видела, как члены
организации приносят в магазин сверточки или мешочки, которые они вручали Энн, правой руке
мистера Пеннифезера, чтобы та спрятала их в надежное место. В этих сверточках и мешочках
находились краденые артефакты.
- Китти, - сказал ей мистер Пеннифезер как-то вечером, - я в течение тридцати лет изучаю
наших отвратительных властителей и, как мне кажется, сумел определить их наиболее слабое место.
Они чрезвычайно жадны до всего: денег, власти, положения, чего угодно, - и непрерывно из-за всего
этого грызутся. Однако ничто не возбуждает в них большей страсти, чем магические безделушки.
Китти кивнула:
- Всякие волшебные кольца и браслеты, вы это имеете в виду?
- Не обязательно драгоценности, - уточнила Энн. Они с Евой сидели вместе с Китти и мистером
Пеннифезером в подсобке магазина, рядом с рулонами ватмана. - Это может быть что угодно: посохи,
вазы, лампы, деревяшки. Вот, например, тот стакан с мулером, который мы в тебя швырнули, - он ведь
тоже считается магическим артефактом, так, шеф?
- Считается. Потому мы его и украли. Потому мы и воруем все эти вещи, при любой
возможности.
- Этот стакан, кажется, был из дома в Челси, так ведь? - продолжала Энн. - Того, куда Ева со
Стенли проникли по водосточной трубе, пока в парадных комнатах шла вечеринка.
Китти разинула рот от изумления.
- Но ведь это ужасно опасно, разве нет? Ведь дома волшебников защищены... ну, всякими там
заклинаниями?
Мистер Пеннифезер кивнул:
- Да, защищены, хотя насколько это мощные заклинания - зависит от того, насколько
могуществен сам волшебник. У того волшебника из Челси была всего лишь сигнализация, невидимые
магические веревки, натянутые по всей комнате. Естественно, Стенли без труда через них переступил...
Мы тогда раздобыли немало ценных предметов.
- А для чего они вам? - спросила Китти. - Ну, разумеется, если не считать того, что вы
швыряетесь ими в меня.
Мистер Пеннифезер улыбнулся:
- Артефакты - основной источник силы любого волшебника. Мелкие чиновники - такие, как
помощник министра сельского хозяйства, бывший владелец стакана с мулером, - могут позволить себе
только слабые артефакты, в то время как могущественнейшие из волшебников стремятся завладеть
вещами ужасающей мощи. Они все цепляются за артефакты, потому что все они ленивы и искусство их
приходит в упадок. Ведь куда проще поразить врага с помощью волшебного кольца, чем вызывать из
бездны какого-нибудь демона.
- И к тому же куда безопаснее, - добавила Ева.
- Вот именно. Так что, сами видите, Китти, чем больше магических предметов мы раздобудем,
тем лучше. Это заметно ослабит волшебников.
- И мы сможем пустить их в ход сами! - тут же добавила Китти.
Мистер Пеннифезер помолчал.
- На этот счет мнения расходятся. Вот Ева, к примеру, - он слегка осклабился, - она полагает,
что подражать волшебникам - опасно с точки зрения этики. Она считает, что артефакты следует
просто уничтожать. Однако я - а фирма, в конце концов, принадлежит мне, так что последнее слово
остается за мной, полагаю, что против таких врагов следует использовать любое оружие, которое нам
доступно. В том числе и их собственную магию.
Ева поерзала в своем кресле.
- Мне кажется, Китти, - сказала она, - что, используя подобные вещи, мы уподобляемся
волшебникам. А если так, чем мы лучше их? Не стоит поддаваться дурному искушению.
- Ба! - Старик пренебрежительно фыркнул. - А как еще мы можем подорвать владычество
сильных мира сего? Для того, чтобы дестабилизировать правительство, требуются прямые атаки. Рано
или поздно народ поднимется и поддержит нас.
- И когда же? - осведомилась Ева. - Пока что никаких...
- Мы, в отличие от волшебников, магии не обучаемся, - перебил ее мистер Пеннифезер. - Так
что нашей морали ничто не угрожает. Однако благодаря кое-каким исследованиям - например, тем
сведениям, которые можно вычитать в украденных нами книгах, - мы можем узнать достаточно, чтобы
управиться с простейшим оружием. Вот ваш стакан с мулером, Китти, - он потребовал всего лишь
несложного заклинания на латыни. Этого достаточно для небольших... проявлений нашего
неудовольствия. Ну, а более сложные артефакты мы можем хотя бы хранить в безопасности, там, где
они недоступны волшебникам.
- А я думаю, что мы идем неверным путем, - тихо возразила Ева. - Несколько мелких взрывов
погоды не сделают. Они всегда будут сильнее. Мы...
Тут мистер Пеннифезер стукнул своей тростью по прилавку, так громко, что Ева с Китти обе
вздрогнули.
- Так что же, вы предпочли бы сидеть сложа руки?! - возопил он. - Пожалуйста!
Возвращайтесь обратно в стадо баранов, живите не поднимая головы, тратьте свою жизнь впустую!
- Я не это имела в виду. Я просто не понимаю...
- Магазин закрывается! Поздно уже. Вас наверняка дома заждались, госпожа Джонс.
У родителей Китти камень с души свалился, когда они узнали, что она сумела вовремя заплатить
судебный штраф. Они всегда были нелюбопытны - не стали и теперь особо допытываться, откуда
взялись деньги, с радостью поверив сочиненной Китти байке про неведомого благодетеля, основавшего
фонд для исправления судебных ошибок. Они с некоторым изумлением наблюдали, как Китти все
больше и больше меняется: шли летние каникулы, а она все дни проводила со своими новыми друзьями
в Саутуорке. Ее отец, в частности, не скрывал своего удовлетворения.
- Вот так-то лучше, - говаривал он. - А от этого мальчишки, Гирнека, держись подальше. А не
то он снова втравит тебя в неприятности.
Китти продолжала навещать Якоба, однако визиты эти были краткими и малоприятными. Силы к
Якобу возвращались медленно, и его мать постоянно дежурила у постели больного, отсылая Китти
восвояси, как только замечала малейшие признаки того, что Якоб утомился. Так что рассказать ему про
мистера Пеннифезера Китти никак не удавалось, а кроме того, и сам Якоб был всецело поглощен своим
изуродованным, чешущимся лицом. Он сделался замкнут. Китти казалось, что он слегка завидует ее
силе и здоровью. Постепенно она стала все реже заходить к Гирнекам, а через несколько месяцев
перестала совсем.
В обществе мистера Пеннифезера Китти удерживали две вещи. Во-первых, благодарность за то,
что он уплатил ее штраф. Она чувствовала, что это накладывает на нее определенные обязательства.
Мистер Пеннифезер никогда об этом не упоминал, но вполне вероятно, что старик понимал ее чувства.
Однако, если так, он ни разу не попытался ее разубедить.
Вторая причина во многом была куда более важной. Китти хотелось как можно больше узнать о
той "устойчивости", которую обнаружил в ней мистер Пеннифезер, и выяснить, на что она способна.
Судя по всему, единственным способом это выяснить было присоединиться к организации. Кроме того,
это сулило ей цель в жизни, обретение смысла существования и, вдобавок, приятное ощущение
принадлежности к замкнутому, тайному кружку, недоступному подавляющему большинству людей. И
вскоре Китти уже начала сопровождать остальных в их вылазках.
Поначалу она оставалась простым наблюдателем: стояла на страже, пока Фред или Ева писали на
стенах антиправительственные лозунги или забирались в машины и дома волшебников в поисках
артефактов. Китти стояла в темном уголке, теребила серебряную подвеску у себя в кармане, готовая
свистнуть, едва завидев какие-либо признаки опасности. Потом стала сопровождать Глэдис или Стенли,
когда те выслеживали волшебников по аурам предметов, которые те имели при себе. Китти запоминала
адреса для будущих налетов.
Временами ей случалось видеть, как Фред или Мартин ближе к ночи уходили из магазина по
делам иного рода. В таких случаях они одевались в черное и мазали лица сажей; под мышкой они
держали небольшие, но тяжелые сумочки. Куда и зачем они идут - никто открыто не говорил, но на
следующий день в газетах неизменно появлялись сообщения о необъяснимых атаках на
государственную собственность. Китти оставалось только сделать выводы.
Мало-помалу Китти, будучи умна и решительна, стала играть все более значительную роль. У
мистера Пеннифезера было заведено отправлять своих друзей на дело небольшими группками, где у
каждого были свои обязанности. И несколько месяцев спустя он назначил Китти главой одной из таких
групп, куда входили Фред, Стенли и Ева. Тупая агрессия Фреда и несдержанная прямота Евы всегда
мешали им работать вместе, однако Китти удалось обуздать их настолько эффективно, что они не раз
возвращались из экспедиций в закрома волшебников с ценной добычей. В числе прочего они раздобыли
пару больших голубых шаров: мистер Пеннифезер сказал, что это, по всей видимости, шары с
элементалями, вещица весьма редкая и ценная.
Вскоре время, проведенное отдельно от товарищей, стало казаться Китти немыслимо скучным.
Чем дальше, тем сильнее презирала она своих узколобых родителей и ту пропаганду, которой ее
пичкали в школе. А ночные предприятия, в которых ей доводилось участвовать, напротив, приводили ее
в восторг. Однако они были сопряжены с немалым риском. Однажды вечером некий волшебник
застукал Китти и Стенли, когда те выбирались из окна его кабинета с магической шкатулкой в руках.
Он вызвал мелкую тварь в обличье горностая, которая погналась за ними, изрыгая языки пламени.
Караулившая внизу, на улице, Ева швырнула в демона стакан с мулером. Это отвлекло демона и дало
им возможность благополучно уйти. В другой раз в саду одного волшебника на Тимоти напал
сторожевой демон: он подкрался сзади и облапил мальчика тощими синими руками. Тимоти бы
несдобровать, но Нику удалось снести твари голову древним мечом, который они украли буквально за
минуту до того. Тимоти выжил благодаря своей устойчивости к магии, однако потом всегда жаловался
на легкий душок, от которого никак не мог избавиться.
Помимо демонов, их постоянной головной болью была полиция. И в конце концов случилось
несчастье. По мере того как организация предпринимала все более отважные вылазки, ночной полиции
на улицах становилось все больше. Однажды осенним вечером на Трафальгарской площади Мартин со
Стенли приметили демона под личиной. Демон нес амулет, распространяющий мощные магические
вибрации. Тварь удрала от них, однако оставила после себя отчетливое эхо, по которому Тим без труда
ее отыскал. Вскоре им удалось загнать демона в угол в безлюдном переулке. Ребята успешно
противостояли всем уловкам демона, но, к несчастью, магическая стычка привлекла внимание ночной
полиции. Китти и ее товарищи бросились врассыпную, преследуемые тварями, похожими на стаю псов.
На следующий день все вернулись к Пеннифезеру - кроме одного. Тима больше никто не видел.
Потеря Тима потрясла ребят и вскоре повлекла за собой еще одно несчастье. Несколько членов
организации, в том числе Мартин и Стенли, потребовали перейти к более смелым действиям против
волшебников.
- Мы можем подстеречь их на Уайтхолле, когда они все съезжаются в Парламент, - говорил
Мартин. - Или напасть на Деверокса, когда тот будет покидать свой замок в Ричмонде. Если они
останутся без премьер-министра, это их здорово расшевелит. Сейчас нужно устроить им встряску,
чтобы поднять народ.
- Рано еще, - брюзгливо отвечал мистер Пеннифезер. - Мы пока слишком мало знаем. А
теперь убирайтесь, оставьте меня в покое.
Мартин был худощавый, темноглазый парень с тонким, прямым носом. Китти никогда прежде не
встречала настолько напряженного человека. Ей говорили, что его родители погибли от рук
волшебников, но при каких обстоятельствах, Китти так и не узнала. Мартин никогда не смотрел в глаза
тому, с кем разговаривал; всегда немного вниз и вбок. Каждый раз, как мистер Пеннифезер отвергал его
очередное предложение, Мартин поначалу страстно спорил, а потом вдруг уходил в себя, и лицо у него
делалось каменное, словно ему было не под силу выразить всю силу обуревавших его чувств.
Через несколько дней после гибели Тима Мартин не явился на вечерний сбор. А когда мистер
Пеннифезер зашел к себе в кладовую, то обнаружил, что потайной чулан открыт и один из шаров с
элементалями исчез. Несколько часов спустя произошло нападение на парламент. Шар с элементалями
был брошен в самую гущу членов парламента, несколько человек погибло. Сам премьер-министр чудом
избежал смерти. А труп юноши на следующий день вынесло на галечную отмель Темзы.
Мистер Пеннифезер недели на две сделался еще более замкнутым и раздражительным, чем
обычно. В магазин он почти не спускался, кроме как по делам Сопротивления. Энн докладывала, что он
с головой ушел в свои ворованные книги по магии.
- Он хочет раздобыть более эффективное оружие, - говорила она. - До сих пор мы все порхали
по верхам. Если мы хотим отомстить за Тима и Мартина, нам нужны более глубокие познания.
- Но сумеем ли мы справиться с ними? - возразила Китти. Тим ей особенно нравился, и его
гибель потрясла девочку. - Эти книги написаны на сотне языков! Он в них ничего не разберет.
- Он нашел одного человека, - сказала Энн. - Такого, кто сумеет нам помочь разобраться.
И действительно: примерно в это же время к группе присоединился новый человек. Мистер
Пеннифезер очень ценил его мнение.
- Мистер Хопкинс - ученый, - сказал он, представляя его остальным. - Очень сведущий
человек. Он неплохо разбирается в тайнах этих проклятых волшебников.
- Я делаю все, что в моих силах, - скромно сказал мистер Хопкинс.
- Он служит клерком в Британской библиотеке, - продолжал мистер Пеннифезер, похлопав его
по плечу. - Как-то раз я едва не попался, пытаясь... хм... присвоить книгу по магии. Мистер Хопкинс
защитил меня от охраны, дал возможность уйти. Я был благодарен, мы разговорились. Никогда еще я не
встречал настолько образованного простолюдина! Он многому научился, читая хранящиеся там тексты.
Увы, несколько лет тому назад его брата убил демон, и он, как и мы, стремится отомстить. Он знает...
Сколько языков вы знаете, Клем?
- Четырнадцать, - ответил мистер Хопкинс. - И семь диалектов.
- Вот! Видели? Увы, он, в отличие от нас, не обладает устойчивостью к магии, однако его
познания способны очень сильно помочь нам в борьбе.
- Я сделаю, что смогу, - сказал мистер Хопкинс.
Сколько Китти ни пыталась вспомнить, как выглядит мистер Хопкинс, она каждый раз
обнаруживала, что это на удивление трудно. Не то чтобы в нем было что-то необычное - на самом
деле, как раз напротив. Нетрудно было вспомнить, что волосы у него прямые, мышиного цвета, что
лицо у него гладкое и чисто выбритое. Но молод он или стар - сказать было не так-то просто. Мистер
Хопкинс не имел никаких особых примет, странных привычек или особенностей выговора. В целом,
можно сказать, в этом человеке было нечто настолько забываемое, что, даже находясь в его обществе,
когда он о чем-то говорил, Китти ловила себя на том, что не обращает на него внимания: слова слышит,
а о том, кто их говорит, совершенно не думает. Весьма любопытная особенность.
Поначалу прочие члены организации относились к мистеру Хопкинсу с некоторым подозрением, в
первую очередь потому, что он, не обладая устойчивостью к магии, не участвовал в их вылазках за
артефактами. Однако его сильной стороной была информация - и он быстро доказал остальным, что
мистер Пеннифезер пригласил его не зря. Работа в библиотеке - и, возможно, его удивительная
неприметность, - давала ему возможность подслушивать разговоры волшебников. В результате ему
нередко удавалось предсказывать их передвижения, что позволяло совершать налеты на их владения,
пока их самих не было дома. Он слышал разговоры об артефактах, недавно приобретенных у Пинна, что
давало мистеру Пеннифезеру возможность организовывать максимально выгодные грабежи. А главное,
мистер Хопкинс сообщил им изрядное количество новых заклинаний, что позволяло шире использовать
новое оружие. Его советы были столь точны, что вскоре все привыкли полагаться на них безоговорочно.
Мистер Пеннифезер оставался лидером организации, однако же ум мистера Хопкинса сделался для них
путеводной звездой.
Шло время. В пятнадцать лет Китти, как и все, закончила школу. Школа дала ей начальное
профессиональное образование, однако же монотонная работа на фабрике или должность секретарши,
которую предлагало ей государство, Китти не устраивали. Ей представился приятный выход: по
предложению мистера Пеннифезера, и к большому удовлетворению своих родителей, Китти сделалась
продавщицей в его магазине. Она научилась вести бухгалтерские книги, резать ватман и сортировать
кисти по десяти сортам волоса. Платил мистер Пеннифезер немного, но Китти все устраивало.
Поначалу ей нравилось участвовать в тайных и опасных акциях. Она ощущала приятный трепет в
груди, проходя мимо государственных служащих, торопливо замазывающих какой-нибудь очередной
лозунг, или видя в "Тайме" возмущенный заголовок с жалобой на новое похищение. Через несколько
месяцев она, чтобы избавиться от родительского надзора, сняла себе комнатку в запущенном
многоквартирном доме в пяти минутах ходьбы от магазина. Она чуть ли не круглыми сутками была на
ногах: днем работала в магазине, ночью совершала вылазки с товарищами; лицо ее сделалось бледным,
а взгляд - жестким от постоянной угрозы провала и потерь. Не проходило и года без очередной
катастрофы: Еву убил демон в доме в Мэйфэре - ее устойчивости оказалось недостаточно, чтобы
выстоять перед его нападением; Глэдис погибла во время пожара на складе, начавшегося от
оброненного шара.
Круг сужался. Внезапно возникло ощущение, что власти пытаются их выследить. Новый
волшебник Мэндрейк взялся за дело всерьез: ребята видели демонов в обличье детей, которые
расспрашивали про Сопротивление и предлагали на продажу магические артефакты. В пабах и кафе
появились шпионы-люди, обещавшие хорошо заплатить за сведения об организации. На собраниях в
подсобке магазина воцарился дух осажденной крепости. Старик сдавал и делался все раздражительнее,
а его юные помощники - все беспокойнее. Китти видела, что надвигается кризис.
И тут состоялось судьбоносное собрание, на котором перед ними была поставлена куда более
серьезная задача, чем прежде.
21
- Идут!
Стенли караулил у решетчатого окошка в двери, следя за торговым залом магазина. Он стоял там
уже довольно долго, напряженный и неподвижный. Теперь он оживился, отодвинул засов, распахнул
дверь. И отступил в сторону, сдернув с головы кепку.
Китти услышала знакомое приближающееся постукиванье трости. Она встала со стула и
потянулась, разминая застывшую, ноющую спину. Остальные тоже встали. Фред потер шею и
выругался себе под нос. В последнее время мистер Пеннифезер стал больше обычного настаивать на
соблюдении мелких условностей.
Единственным источником освещения в подсобке был фонарь, стоящий на столе, - время было
позднее, и они опасались привлечь внимание пролетающих мимо шаров. Мистер Хопкинс, вошедший
первым, остановился на пороге, чтобы дать глазам время привыкнуть к полумраку, потом отодвинулся в
сторону, пропуская мистера Пеннифезера. В слабом свете фонаря иссохшая фигурка их предводителя
казалась еще меньше обычного.
Он вошел, шаркая ногами, точно оживший скелет. Замыкала шествие могучая, надежная фигура
Ника. Когда все трое очутились в комнате, Ник мягко прикрыл за ними дверь.
- Добрый вечер, мистер Пеннифезер, сэр.
Голос Стенли звучал не так бодро, как обычно.
Китти послышалось в нем тошнотворное фальшивое смирение. Ответа не последовало. Мистер
Пеннифезер медленно приближался к плетеному креслу, в котором прежде сидел Фред. По всей
видимости, каждый шаг давался ему с большим трудом. Наконец он сел. Энн подошла и переставила
фонарь в нишу рядом с ним. Его лицо оказалось в тени.
Мистер Пеннифезер приставил свою трость к креслу. Медленно, палец за пальцем, стянул с рук
перчатки. Мистер Хопкинс встал рядом с ним, аккуратный, тихий, совершенно незаметный. Ник, Китти,
Стенли и Фред тоже оставались на ногах. Это был обычный ритуал.
- Ну-ну, садитесь, садитесь.
Мистер Пеннифезер положил перчатки к себе на колени.
- Друзья мои, - начал он, - мы многое совершили и пережили вместе. Мне нет нужды
останавливаться на том, чем мы пожертвовали, или... - тут он осекся и закашлялся, - или ради какой
цели. В последнее время я полагал - и мой добрый Хопкинс поддерживал это мнение, - что нам
недостает ресурсов для того, чтобы продолжать борьбу с нашим врагом. У нас недостаточно денег,
недостаточно оружия, недостаточно знаний. Мне представляется, что теперь мы имеем возможность это
исправить.
Он умолк, сделал нетерпеливый жест. Подбежала Энн, подала ему стакан воды.
Мистер Пеннифезер шумно отхлебнул.
- Да, уже лучше... Так вот. Мы с Хопкинсом отсутствовали, изучая некие документы,
похищенные из Британской библиотеки. Документы старые, девятнадцатого века. Благодаря им нам
стало известно о существовании обширного хранилища артефактов, многие из которых обладают
значительной магической силой. Если мы сумеем овладеть хотя бы их частью, это позволит коренным
образом улучшить наше положение.
- А у какого волшебника они хранятся? - спросила Энн.
- На данный момент они не доступны никому из волшебников.
Стенли выступил вперед.
- Мы отправимся куда хотите, сэр! - горячо воскликнул он. - Во Францию, в Прагу... Да хоть
на край света!
Китти подняла глаза к небу. Старик хихикнул.
- Так далеко ехать не придется. Точнее, достаточно будет пересечь Темзу.
Он подождал, пока уляжется ошеломленный гомон.
- Эти сокровища хранятся не в каком-нибудь далеком храме. Они совсем близко, в месте, мимо
которого мы с вами проходили тысячу раз. Я сейчас все скажу, - он поднял руки, чтобы унять
нарастающий шум, - тише, прошу вас, я все сейчас скажу. Это место находится в центре города, в
центре империи волшебников. Я говорю о Вестминстерском аббатстве.
Китти услышала, как все ахнули, ощутила, как по спине пробежал возбужденный холодок.
Аббатство? Но кто же решится...
- Вы имеете в виду гробницу, сэр? - спросил Ник.
- Именно, именно. Мистер Хопкинс, не будете ли вы так добры объяснить далее?
Клерк кашлянул.
- Благодарю вас. В аббатстве погребены многие из величайших волшебников прошлого: Глэдстоун,
Прайс, Черчилль, Китченер и многие другие. Они покоятся в тайных склепах глубоко под
землей, а вместе с ними лежат их сокровища, артефакты такой мощи, о какой нынешние слабосильные
глупцы могут лишь мечтать.
Как всегда, когда говорил мистер Хопкинс, Китти почти не думала о нем самом - она была
всецело поглощена его словами и тем, что из них вытекает.
- Но ведь они наложили проклятие на свои гробницы, - начала Энн. - И любого, кто
проникнет туда, ждет ужасная кара.
Мистер Пеннифезер одышливо расхохотался из глубины своего кресла.
- Нынешние власть имущие - все как один лишь жалкие подобия магов былых времен -
действительно сторонятся этих гробниц, как чумы. Они трусы, все до единого. У них трясутся
поджилки при одной мысли о том, как страшно могут отомстить их предки, если их прах будет
потревожен!
- Ловушек вполне можно избежать, если все тщательно спланировать, - сказал мистер Хопкинс.
- Мы не разделяем почти суеверного страха волшебников. Я поискал в архивах и обнаружил склеп, в
котором хранятся такие сокровища, что и во сне не приснятся. Вот послушайте.
Клерк извлек из кармана пиджака сложенный листок бумаги. Он развернул его в гробовой
тишине, достал из того же кармана небольшие круглые очки и водрузил их на нос. И стал читать:
- "Шесть золотых слитков, четыре статуэтки, украшенные самоцветами, два кинжала со
вделанными в рукоять изумрудами, ониксовые четки, оловянный кубок..." А, вот кое-что интересное:
"Заколдованный кошелек из черного атласа, с пятьюдесятью золотыми соверенами".
Мистер Хопкинс поднял голову и взглянул на них поверх очков:
- На первый взгляд, этот кошелек не представляет собой ничего особенного, но знайте, что
свойство его таково: сколько бы золота оттуда ни вынимали, он никогда не пустеет. Полагаю, он может
стать неисчерпаемым источником средств для вашей организации.
- Мы сможем купить оружие! - пробормотал Стенли. - Чехи охотно продадут нам что угодно,
были бы деньги...
- Были бы деньги, а купить можно все! - хохотнул мистер Пеннифезер. - Продолжайте, Клем,
продолжайте. Это далеко еще не все!
- Так, посмотрим... - мистер Хопкинс снова заглянул в свою бумагу. - Кошелек... Ах да, и
хрустальный шар, в котором - цитирую: "можно увидеть будущее и тайны всех погребенных и
схороненных вещей".
- Только представьте себе! - воскликнул мистер Пеннифезер. - Вообразите, какую силу это
нам даст! Мы сможем заранее предвидеть каждый шаг волшебников! Мы сможет отыскать утраченные
чудеса прошлого, забытые всеми драгоценности...
- Нас никто не остановит! - прошептала Энн.
- Мы будем богаты! - сказал Фред.
- Если только это правда, - вполголоса заметила Китти. N
- Там имеется также сумочка, - продолжал мистер Хопкинс, - в которую можно ловить
демонов - это может оказаться полезным, если мы только сумеем найти соответствующее заклинание.
И кроме того, масса других, менее ценных предметов, в числе которых... так-так... плащ, деревянный
посох и некоторые другие личные вещи. Однако кошелек, хрустальный шар и сумочка являются
наиболее ценными сокровищами.
Мистер Пеннифезер подался вперед, ухмыляясь, точно гоблин.
- Ну что ж, друзья мои, - спросил он, - как вы думаете: стоит ли игра
...Закладка в соц.сетях
