Жанр: Фантастика
Хроники Стивена Фишера или Спираль 3. Облачные замки
... Я только одного не
понимаю: как это оружие могло попасть в их руки. Мы, наверное, никогда этого и не
узнаем. Но, однако, есть одна вещь, о которой вы не рассказали. Вы спрятали копье -
где? Что с ним?
- Оно в безопасности...
- В безопасности?
Теперь выражение ее лица читалось без труда. Прежняя полуистерическая ярость
превратилась в нечто гораздо более сдержанное и направленное, но все так же светилась в
ее глазах.
- В безопасности? Как вы осмеливаетесь быть в этом уверены? Вы даже понятия не
имеете, с каким огнем играете! Половина наших рыцарей рыщет по всей Сердцевине в
поисках копья - как и не менее половины наших врагов, уж можете не сомневаться. И
если вам каким-то образом удалось обезопасить его от них, это в лучшем случае чистое
везение идиота!
- Послушайте, - удалось мне вставить свое слово, - я понимаю, что вы мне не
верите, но...
Она подняла брови.
- О нет, я вам верю. Причем - по поводу этого дела - безоговорочно!
- Это что-то новенькое. И может быть, даже хорошее. Отчего такая резкая
перемена?
- Вовсе и не резкая. Я поверила вам в ту же секунду, когда узнала, что именно вы
его и похитили.
Я расхохотался. Может, она все-таки не в своем уме.
- Я... не совсем улавливаю...
- Хотите сказать, что продолжаете считать меня сумасшедшей? Нет, мистер
Фишер. То, что мной было не так, и в физическом, и в умственном смысле, - исправлено.
Это путь Санграаля. Да, я поверила вам потому, что вы оказались в состоянии похитить
копье. Потому что вы смогли дотронуться до него безнаказанно. А это по силам только
рыцарям. Ни один из простых смертных не смог бы даже близко к нему подойти, а уж
если у несчастного еще и намерения дурные... впрочем, вы и сами видели. Только тот, кто
обладает огромной силой, может держать его голыми руками.
- Да! - Я нервно сглотнул при воспоминании обо всем этом. - Я ничего не
чувствовал. Так вы полагаете, что Ле Стриж меня каким-то образом защитил?
- Если бы он мог кого-нибудь защитить, он прежде всего защитил бы себя самого.
Значит, хотя меня это и удивляет, Грааль позволил вам украсть копье. В этом должен быть
какой-то смысл, о котором я могу только гадать. Я изучала ваше досье в Департаменте; но
мои личные соображения в счет не идут. Но мой долг - идет И каждую секунду
опасность, нам угрожающая, все возрастает. - Она повернулась ко мне; глаза ее
сверкали. - Вы понимаете, что это значит? Без копья Грааль существует лишь как бы
наполовину - он утратил всю силу, направленную вовне. А если копье попадет в лапы
врагов, они смогут преодолеть и его защиту. - Она оглянулась на маленькую площадь, на
колонну, и бастион, и башню за ними и вздрогнула. - Брокен мог бы с этим справиться.
И еще с полдюжины других темных сил. Даже неудачная попытка может оставить здесь
ужасные шрамы.
- Какие шрамы?
- Вы разве не видели развалины, разбросанные тут по всей округе? Вы не
задумались, откуда они взялись? Когда-то люди могли безбоязненно селиться по всей
земле Гейленталя, и наша община разрослась и стала селиться далеко за пределами
крепостных стен. Но я имела в виду весь европейский континент - на его теле и так
немало ран. Итак, мистер Фишер, где же копье?
- Ну, если это так срочно, я объясню вам, и вы сможете послать...
- Нет! Никого мы посылать не станем! - Она вытащила из кармана блокнот и чтото
в нем записала. - Пойдемте! Это срочно!
Она не стала слушать моих возражений и, схватив меня за руку, потащила обратно к
воротам. Выйдя на площадь, мы чуть не столкнулись с лейтенантом, который ковылял там
с разорванной из-за наложенной широкой повязки штаниной. Женщина ответила на его
почтительное приветствие:
- Вас освободили от исполнения обязанностей? Очень хорошо, значит, вы можете
доставить мое донесение во дворец. На него требуется незамедлительный ответ. А затем
снова ступайте туда. Может, Грааль и сжалится над вами.
- Zu Befehl, Ritterin Laidlaw!* [Слушаюсь, госпожа рыцарь Лайдлав! (нем.)] -
произнес он покорно, попытался звякнуть шпорами, моргнул и захромал прочь.
- Возьмите экипаж! - крикнула она вдогонку.
- Лайдлав, - повторил я. - Значит, вот как вас зовут. Неплохо, происходите из
старинного рода угонщиков скота, а? Но я все равно ассоциирую вас с номером тысяча
семьсот двадцать шесть.
Она проигнорировала мое замечание и крикнула что-то часовым, стоявшим перед
городскими воротами. В следующее мгновение все высыпали из караульного помещения
наружу, застегивая пояса и по пути хватая кивера, строясь в шеренги. За ними неуклюже
ковылял Драговик; встав перед строем, он сделал каменное лицо и весь обратился во
внимание.
- Ммм! - только и сказала она. - Кто еще из офицеров на дежурстве?
- Только я, госпожа! Все остальные на Тайном совете или на крепостной стене.
- Что ж, мы не можем их снять с постов. Такое впечатление, что ваше излишнее
рвение получит большую награду, чем вы того заслуживаете. Следуйте за нами с шестью
стражниками и выберите самых лучших людей для опасной миссии в Сердцевине.
Он щелкнул шпорами и склонил голову, его землистое лицо так и засияло.
- Zu Befehl! Zu Befehl, Ritterin!* [Так точно! Слушаюсь, госпожа рыцарь! (нем.)]
- Постойте-ка... - начал я.
Она резко повернулась ко мне:
- Ждать нельзя. Мы должны немедленно достать копье. Я и несколько стражников
- на случай, если я вас переоценила. Этот ваш вертолет гораздо быстрее наших
дирижаблей.
- Что? А почему вы не хотите взять с собой целый полк?
Она скорее кивнула, чем помотала головой:
- У нас нет лишних. Я известила рыцарей, но не думаю, что мы возьмем с собой
кого-то из них. Мы не имеем права ослаблять оборону, даже ради возвращения копья. Да
и потом придется переодевать их в подходящее для Сердцевины обмундирование, на что
уйдет уйма времени. И вдобавок придется использовать дирижабли. А это привлечет
ненужное внимание. Нет, единственный путь - небольшая молниеносная атака.
- Послушайте, в мой вертолет можно впихнуть четверых, от силы пятерых
пассажиров...
- А ваших друзей на это время проводят в город в качестве гостей. Что же касается
вас, то вам придется смириться с постановлением Грааля. Если все, что вы говорите, -
правда и вы докажете свою искренность, приведя нас к копью без плутовства, вам нечего
бояться. А теперь в путь! Предстоит неблизкий перелет.
- А может, и нет, - произнес я.
Она обернулась ко мне и нахмурилась:
- Что вы хотите этим сказать?
- Доберемся до вертолета - тогда посмотрим.
Я протянул руку в кабину и включил переговорное устройство. Оно не станет здесь
работать лучше, чем радио, но пейджер должен был зарегистрировать последнюю запись
компьютера "Си-Трана". Я ввел шифр и проверил страницу, открывшуюся на мониторе.
То, что высветилось, доставило мне облегчение.
- Штутгарт! - сказал я. - Я так и предполагал. Сообщение выслали прямо перед
нашим прилетом.
- Я начинаю понимать... - медленно произнесла темноволосая женщина. - Но
если ты послал его туда, то не слишком ли просто будет нас вычислить?
- Туда, сюда и куда угодно, - проговорил я, с удовлетворением замечая
подозрительный взгляд, которым она меня одарила. - Ты со временем все поймешь. Но
лучше нам отправляться. - Я повернулся к Молл и Джипу: - Вы уверены, что не имеете
ничего против?
Усмешка Джипа была суше, чем когда-либо.
- Стив, есть в этом мире места, где мне больше никогда не придется платить ни за
один чертов стакан выпивки, если там услышат, что я побывал здесь. Думаешь, я упущу
такую возможность? Я знаю парней, которые душу бы продали, чтобы оказаться сейчас на
моем месте!
К моему вящему удивлению, женщина ему улыбнулась:
- Скажите им, что не обязательно идти на такие жертвы. Любого, у кого добрые
намерения, здесь ждут с распростертыми объятиями. Вы же понимаете, что будете здесь
не в качестве заложников? В обычное время вам была бы предоставлена полная свобода
передвижения, но в настоящий момент...
Молл улыбнулась в ответ:
- Сие понятно. Я тоже не возражаю против оказанной мне чести, мадам. Но, Стив, в
этом предприятии для тебя кроется опасность, от которой у меня душа в пятки уходит. Я
должна быть с вами!
Я покачал головой:
- Я больше не намерен рисковать ни тобой, ни Джипом. И потом, это не займет
много времени - просто туда и обратно. Вот увидишь.
Капитан и двое самых дюжих и уродливых стражников пытались втиснуться на
заднее сиденье. Четверо других, вызванные для сопровождения Джипа и Молл, бросали
тем временем на своих подопечных оценивающие взгляды. Женщина откинула назад свой
меч и с изяществом уселась на переднее сиденье, причем я тут же вспомнил - ну ничего
не мог с собой поделать - об одном чрезвычайно симпатичном виде сзади. Но, поймав на
себе иронический взгляд Молл, я поспешно натянул шлем и помахал всем рукой на
прощание. Мотор взвыл, и мы поднялись в воздух, причем никаких предупредительных
знаков на панели не высветилось.
- Я прекрасно могу найти дорогу туда! - проговорил я в переговорник,
вмонтированный в шлем, когда верхушки деревьев и фигуры размахивающих руками
людей растаяли вдали. - Меня больше беспокоит возвращение.
Женщина слегка скривила рот и поправила микрофон.
- А вот это не должно вас волновать! Туда или обратно - дорогу путникам
открывает сам Грааль. Если он пожелает, вы сможете прийти и уйти в любое время, а если
не захочет, то можете хоть миллион лет искать его. - Ее лицо затуманилось. - Только
если вы не настоящий мастер в этом деле, как Ле Стриж, будь он проклят! Он кружил
возле наших границ долгие годы - он и его чудовища!
Она нетерпеливо скрестила пальцы и замолчала. Система звукоизоляции обрекла
наши голоса висеть в пустоте, как будто это были единственные звуки во всей Вселенной.
От этого возникло странное ощущение интимности. Конечно, остальные нас слышать не
могли. Я взглянул на нее:
- А как твое имя?
Она уставилась на меня в упор:
- Почему я должна тебе говорить?
- Не должна. Но нужно же к тебе как-то обращаться. Я не могу каждый раз
называть тебя "госпожа рыцарь". Если я стану так говорить, то буду походить на ньюйоркского
таксиста.
Она ничего не ответила. Я сосредоточил все внимание на полете. Погода начинала
меняться, небо затягивалось тучами. Я смотрел на монитор чаще, чем на лобовое стекло.
Внезапно она проговорила:
- Элисон. Меня зовут Элисон.
- О'кей, Элисон. Мне наконец сбросили сообщение. Минут через двадцать мы
должны быть на месте.
Она обернулась к стражникам, которые летели без шлемов и сгруппировались так,
что подбородки упирались в колени, и подала им знак. Я в душе надеялся, что Драговика
сдавили как следует. Через некоторое время она заговорила опять:
- Эти двое... твоих друзей, штурман и женщина с мечом - она ведь из
елизаветинских времен* [Вторая половина XVI в - эпоха правления королевы Елизаветы
I Английской.], - я их совсем не такими представляла.
- Благодарю великодушно, Элисон. Да, они весьма благовоспитанные. Нелегко это
далось, но я старался.
Она ухмыльнулась:
- Не строй из себя идиота. Ты рассказывал о них такое, что я вообразила себе
каких-то головорезов. Они мне понравились. Молл и... Джип - это имя или фамилия?
- Понятия не имею, никогда не спрашивал. И вовсе я не выставлял их
головорезами, ты сама это придумала. Они самые лучшие друзья - лучше не бывает.
- Думаю, так и есть. Интересно... - Она тряхнула головой. - Мистер Фишер, вас
трудно вычислить.
- Поэтому я и не решился до конца отдаться бухгалтерскому делу. Если вам нужен
человек с математическим складом ума, обратитесь к Джипу. Врожденные способности
плюс около восьмидесяти лет обучения, с некоторыми перерывами. Ну а мне, полагаю,
представляться вам смысла не имеет.
- Да, я о вас много знаю. Даже слишком.
- Ну да, досье, ты говорила. Знаешь, в каком я восторге от мысли о нем!
Я яростно дернул дроссель и хватил джойстик так, что машина ходуном заходила.
- Прекрати! - заорала она так, что у нас обоих чуть барабанные перепонки не
лопнули. - Что еще оставалось делать? Ты, например, ни в чем не подозревал фон
Амернингена, но от Департамента не скроешься. Мы знали, что он замешан в этой
неофашистской ерунде, хоть я, конечно, тогда и не предполагала, что за всем этим стоит.
И вдруг выплываешь ты, его новый партнер-вундеркинд, создавший этот удивительный
"Си-Тран" и умноживший его и без того немалые богатства. А ты - ты производил
благоприятное впечатление, господин Чистоплюй. Но, боже мой, твоя личная жизнь! -
Она с отвращением присвистнула. - Выходило, что ты этакий хладнокровный сукин сын,
ты... - Она пожала плечами. - Я тебя просто возненавидела. Все эти случайные
интрижки, таинственные исчезновения...
Я застонал:
- Господи, женщина, твое чертово досье, что, не делает скидки на время? Вся эта
канитель была лишь эпизодом, я таким уже давно не занимаюсь! Да и тогда переживал изза
этого не меньше других. Конечно, и потом у меня бывали мимолетные увлечения, но
они кое-что да значили. Или я хотел, чтобы значили А что до исчезновений...
- Я знаю. - Она вздохнула. - Я должна была догадаться, но это мне в голову не
пришло. В конце концов, с тобой случалось когда-нибудь такое, чтобы ты прошел на
улице мимо человека и подумал: а может, это еще один странник со Спирали? Не
сражается ли он в свободное время с драконами или не торгует ли какими-нибудь
диковинными вещами?
- Да-да, конечно, такое бывает и со мной. Иногда это кажется довольно забавным.
Она выглядела удивленной.
- Вот как? Но ты никогда не думал так обо мне, правда? Или о бароне фон
Амернингене. Ну и ладно. А что до тебя, то я никак не могла поверить, что такой человек
может быть действительно чистым, тем более один из Совета директоров. И когда мы
стали копать глубже и ничего не нашли, совершенно ничего, это только лишний раз
убедило меня, что у тебя превосходная маскировка. И я возненавидела тебя еще больше.
- Пока тебя жареный петух не клюнул.
Она покачала головой:
- Я тогда и собой не очень-то была довольна. И Департаментом тоже. И вообще
миром. Но ты был последней каплей.
- Ну спасибо, - сказал я. - Это понятно.
- Ничего ты не понял! Видишь ли, я забила себе голову идеалами. Собственно,
поэтому-то я и занялась расследованием. Меня возмущало, почему никто ничего не
предпринимает, я решила сама что-нибудь сделать. Но чем больше я старалась, тем
меньше получалось. Это было похоже на плавание в смоле. Я все чаще и чаще стала
ловить себя на том, что ругаюсь с коллегами и работниками Департамента. Они только
занимались собственной карьерой и нисколько не пытались изменить мир к лучшему. -
Она забарабанила пальцами по рукоятке меча. - Я же говорила, что ты не поймешь.
Я решил слегка изменить направление нашего разговора:
- Грааль не так уж сильно изменил тебя. Ты все еще делаешь чересчур поспешные
выводы. Что до меня, то я заложил прочный фундамент карьеры еще в колледже -
удачное начало бизнеса, налаживание контактов, опоры - и постепенно двинулся в
политику. Я решил, что поступаю мудро, стал вроде бы свободным и независимым Только
почему-то, чем лучше шли дела, тем меньше все это меня волновало. Я же сказал тебе, что
это был только этап. А потом однажды ночью я свернул за угол...
- И тебе открылась Спираль!
Я слышал, как дрожит ее голос.
- Боже мой, да! Я перепугался до смерти. Потом я никак не мог вспомнить, что
произошло. Думал, что напился или меня настиг нервный срыв... Прошел целый год,
прежде чем я снова решился туда отправиться. Сначала у меня не получалось, но потом -
это было все равно, что второй раз потерять невинность, мне это не слишком-то
понравилось...
Ее щеки мгновенно вспыхнули, и она своими темными глазами искоса взглянула на
меня, так что я сделал из этого кое-какие выводы. Этот какой-то скандинавский разрез
глаз, из-за которого хмурый взгляд казался прилипшим к лицу, сейчас выглядел довольно
экзотично, и в то же время от него веяло спокойствием, а рот был скорее чувственным,
чем тяжеловесным. Носогубные складки все так же резко очерчивали рот, но изгиб,
который они ему придавали, стал казаться насмешливым и умным, даже чуть смешливым,
- мне он определенно нравился. Я решил, что хочу увидеть, как она улыбается понастоящему,
только не одну из тех хмурых осуждающих усмешек, которыми она
награждала меня до сих пор. Она увидела, что я на нее смотрю, и отвернулась,
уставившись в иллюминатор.
- Мне стало больно, а потом я испугался до потери пульса, - продолжил я. -
Словом, я сунул нос не в свое дело, а потом вся эта круговерть налетела на меня и, как
сильный удар кулаком, столкнула мою жизнь.
Она обернулась ко мне с удивлением:
- В сторону Спирали?
Я знал, что это не оставит ее равнодушной.
- Прямо туда. Мне пришлось воспользоваться помощью Стрижа. Так-то я и стал
его должником - по крайней мере он это утверждает, - и таким образом ко мне попал
этот меч. И я пристрастился к людям Спирали. Но я решился снова испытать все это
только через семь лет, семь лет забвения того, что произошло. Я вспоминал об этом
только иногда, в мечтах.
- А я потерялась, - сказала она. - Я поехала на лыжах не по тому склону, по
крайней мере так думала. А потом упала и вывихнула ногу. Каждый шаг доставлял
адскую боль, и о том, чтобы ехать дальше, не было и речи. Наступила ночь, и снег пошел
сильнее. Я села на снег и заплакала, как маленькая девочка. Затем вдалеке я заметила свет;
я заставила себя подняться и пойти, опираясь на лыжные палки. Добравшись до этого
места, я обнаружила, что это монастырь, настоящий средневековый монастырь на окраине
крошечной деревушки. Хозяева говорили на латыни. Но, услышав, что я говорю поанглийски,
они перешли на него. Они поили меня глинтвейном и вправили мой вывих.
Казалось, они привыкли к тому, что к ним попадают люди со всех концов Спирали, - они
пытались мне это объяснить, но я тогда не поняла. Там был мужчина, он не говорил ни на
одном из знакомых мне языков, и выглядел он... боже мой, он, должно быть, был совсем
древний, у него был кремневый нож! И бронзовый топор. Но он был весьма учтив.
Беспокойный, но учтивый. Я ушла на следующий день, но я хотела вернуться и принести
подарки. Дорогу я запомнила. Только когда попыталась...
- Ты не смогла попасть туда?
- Нет. О нет! Все, как ни странно, оказалось на месте. Только на этот раз деревушка
рядом с монастырем была объята пламенем. Там шла битва, а у меня был пистолет. - И
снова щеки ее вспыхнули. - Служебный, из Департамента, я его все время с собой
носила, от мужчин защищаться. В общем, я ввязалась в драку, и нужно было видеть, как
удивились эти существа!
- Существа?
- Отвратительные. Чем-то похожи на волков, полулюди, приспособленные для
жизни в горах, всепроникающие и сильные, как гиббоны, и волосатые. Местные жители
называли их Ruebezahlern*. [Рюбецаль - в германской мифологии горный дух,
воплощение непогоды и обвалов (нем.).]
Как бы там ни было, но эти монахи стали первыми, с кем я подружилась на Спирали.
Многие путники попадали в их приют.
- Что-то вроде таверны, наверное. Тихая гавань на границе Спирали. Как бар в
Бангкоке.
Она наградила меня крайне старомодным взглядом:
- Тебе бы туда! Во всяком случае, я пристрастилась к путешествиям по Спирали.
Иногда с теми, кого я там встречала, иногда в одиночку. Сначала это пугало, но в то же
время и завораживало.
Я услышал, как в микрофоне, вмонтированном в шлем, раздается мое прерывистое
дыхание.
- И ты, возвращаясь в Сердцевину, никогда ничего не забывала?
- Нет. По-настоящему никогда. Я не могла этого забыть. Когда я слишком долго
туда носа не совала, вся эта история начинала временами вылетать из головы, казаться все
больше и больше похожей на сон, но как только это начиналось, я сразу возвращалась
назад. Я боялась потерять это. Но было еще кое-что. Каким-то непостижимым образом
там мне удавалось то, что не удавалось в обычной жизни. Полная противоположность, и
от этого я только еще больше злилась на то, что происходит здесь и винила себя.
Действительно, почему я могу творить добро там, но здесь у меня ничего не выходит?
- И ты почувствовала, что разрываешься надвое?
Я не знаю, почему решился сказать это. Она посмотрела на меня с удивлением:
- Да, хотя... Впрочем, нет, не хочу рассказывать тебе об этом. В общем, Грааль
позвал меня, и я повиновалась. Но я не хотела оставлять и Сердцевину, Департамент -
они почему-то стали казаться более реальными. От напряжения меня кидало то туда, то
сюда, пока наконец я и вправду не испугалась, что разорвусь на части, совершенно
сломаюсь. Вот в каком состоянии я пребывала, когда мы начали тебя проверять. - Она
смущенно поежилась, но не отвела взгляда. Я бы так не смог. - Ты... ты казался
чертовски преуспевающим - такой самодовольный и холеный, одетый с иголочки и
вообще красавчик. А на твою машину у меня не хватило бы денег, даже если бы я
получала зарплату в Европейском союзе. И главное, у тебя была такая мерзкая личная
жизнь. Хотя чем дальше, тем меньше у тебя, как выяснилось, было этой самой личной
жизни.
Но все равно я думала, что все странники должны быть непременно похожи на меня
- такие же несчастные неудачники. Мне и в голову не приходило, что ты такой же, как я.
Или, может, я видела только одну сторону твоей натуры, а то, что в тебе было лучшего,
оказывалось... где-то спрятанным. И я подумала: дайте мне только добраться до него - и
тогда я смогу свободно уйти в Гейленберг, по-настоящему свободно. - Она вцепилась в
угол панели управления и вздрогнула. - Вот поэтому я и стала гоняться за тобой, даже
когда мой босс попытался прекратить расследование, потому что оно уводило в никуда.
А потом ты меня поймал и избил до посинения. Тут я стала лакомым кусочком для
психиатров... И опять отложила свой отъезд. Тогда-то я и решила тебя пристрелить. -
Она вытерла губы тыльной стороной ладони. - Господи, и что я тебе все это
рассказываю? Но тогда... Если бы ты был человеком фон Амернингена, ты не стал бы
оставлять меня в живых. Но ты даже вернул мне пистолет... - Она откинулась на спинку
кресла. - Я чуть не пустила себе пулю в лоб. Я ничего не понимала и все же была
уверена, что ошиблась, да, ошиблась. Это оказалось последней каплей. Я бежала. Я
бежала навстречу Граалю, и он принял меня и вылечил Он вернул мне меня самое -
какой я должна была быть. Годы, прошедшие с тех пор, были просто...
- Годы? - Я чуть не выпустил дроссель, который хотел запустить. - Господи, но
это было всего лишь пару ночей назад! Я с тех пор даже и не спал как следует... Хотя, нет,
я чудно выспался в долине Гейленталь.
- Надо думать, - проговорила она, и лицо ее внезапно смягчилось. - Я помню,
как в первый раз там заснула. Но ты же знаешь, что такое Спираль. Для меня с тех пор
прошло пять лет.
- Да, я понимаю. Но если уж на то пошло, ты выглядишь куда моложе, чем прежде.
И тут она все-таки улыбнулась, и это само по себе было величайшим превращением
из тех, которые я в ней до сих пор наблюдал. Но не успел я ей об этом сказать, как в моих
наушниках тихонько запиликала радиосвязь. Мы приближались к Штутгарту, и я начал
медленно выходить из-за облаков, стараясь не угодить в другой воздушный коридор.
Настроившись на волну местной диспетчерской, я приготовился уже послать им
контрольное сообщение, но тут женщина - нет, Элисон - положила руку мне на колено.
Я не ожидал такой фамильярности и буквально окаменел, хотя она просто хотела меня
остановить.
- Только не на вертолетную площадку, - произнесла она в переговорник. - Ты не
мог бы посадить вертолет как можно ближе к тому месту, где находится копье? Это
гораздо безопаснее.
Я нервно моргнул. Те дни, когда можно было спокойно порхать повсюду, давно
миновали; с тех пор слишком много авиакатастроф произошло над городами. С другой
стороны, мы держали курс на окраину города, и сесть там было бы проще, чем пытаться
пробиться через охрану аэропорта с кучей гусар. Я развернул машину, чтобы обогнуть
город, и сделал такой маневр, как будто улетаю назад, но продолжал снижаться. Если бы
чертов ландшафт не был таким плоским, я бы с легкостью обманул радары. А так мне
пришлось довольно долго лететь назад, а потом возвращаться, прыгая вверх-вниз,
выписывая кренделя, и молить Бога, чтобы мы не наткнулись на линию электропередачи,
ветряную электростанцию или еще какое-нибудь препятствие. Но наконец моим глазам
предстали геометрический орнамент промышленных построек и сеть железнодорожных
путей. Я осторожно посадил машину за подходящих размеров складом.
- Мы не можем оставлять его здесь надолго, - резюмировал я, когда от
воздушного вихря, поднятого винтами, целая пирамида пустых коробок разлетелась во все
стороны и поднялось облако пыли. - Кто-нибудь обязательно настучит, и нам на хвост
сядут полицейские. Но нам и не потребуется много времени!
Я распахнул дверцу, и в кабину ворвался прохладный, омытый дождем ночной
воздух. Драговик и стражники высыпали наружу, затыкая пальцами уши, в которых не
смолкал гул винтов. Когда вниз сошла женщина по имени Элисон, Драговик подскочил к
ней и прикрыл собой, едва я высунулся из кабины. Что, ветер, что ли, подул оттуда? Это
следовало, без сомнения, объяснить его беспощадным стремлением к успеху.
- Это далеко отсюда? - прорычал он.
- Две минуты, - ответил я и повернулся к комплексу построек, расположенных в
другом конце площадки.
- Ты точно знаешь, куда идти? - настойчиво спросила Элисон, когда мы быстро
шагали по скользкому асфальту, а Драговик и стражники бросали вокруг хмурые взгляды.
- Проблем с охраной не возникнет? А с сигнализацией? Мы знаем пару-тройку полезных
приемов обращения с ними.
- Никаких проблем не возникнет. Я владелец этого места, то есть моя компания.
Я порылся в кармане в поисках футляра с ключами; из плотного кармана его было не
так-то просто достать. Наконец я выудил пластмассовую полоску с тоненькими
очертаниями вставленного в нее чипа. Когда мы дошли до ворот, я вставил ее в отверстие,
произнес несколько слов в скрытый микрофон и прижал ладонь к загоревшейся зеленым
светом открывшейся панели. Ждать пришлось не больше секунды, и
...Закладка в соц.сетях
