Жанр: Фантастика
Брат Посвященный 1. Брат посвященный
.... Мы не встретили никаких следов разбойников, однако слышали много рассказов о
путниках, которым повезло меньше. Вот тут, - Комавара указал пальцем примерно на середину пути
между Сэй и столицей империи, - нас задержали враждующие кланы Бутто и Хадзивара, но в конце
концов нам разрешили проехать, так как они убедились, что мы не представляем угрозы ни тем, ни
другим. Я сам ничего не платил - отказался сделать это! - хотя остальные предпочли заплатить,
нежели ждать. Хадзивара живут за счет поборов с путешественников, они задерживают каждого в
расчете получить деньги с тех, кто спешит. Они вот-вот установят официальный налог за проход
теснины. Надеюсь, хоть это заставит императора предпринять какие-то меры.
- Гм... весьма неудобное положение.
- Да, и этому пора положить конец. Недопустимо, чтобы междоусобица затрудняла движение по
императорским водным путям! Бутто и Хадзивара просто обложили данью тех простаков, что
соглашаются им платить. А император им позволяет! - Комавара отхлебнул вина, смущенный
собственной вспышкой.
- Я тоже обеспокоен этой ситуацией и не желаю, чтобы меня задерживали на пути в Сэй. Вы не
запомнили расположение боевых линий, когда проплывали через ущелье?
Князь Комавара отставил бокал, облокотился на стол и принялся изучать карту, вглядываясь в
сложную сеть линий. В задумчивости он начал потирать бровь, и этот жест напомнил Сёнто Комаварустаршего.
Территория, ставшая причиной раздора между кланами Бутто и Хадзивара, представляла собой
участок Большого Канала, окруженный неприступными скалами. На карте этот участок выглядел как
расширение канала с маленьким, почти идеально круглым островком посередине, из-за чего ущелье
походило на глаз с островом-зрачком - средоточием бушевавшего вокруг него урагана. По обе
стороны от ущелья были расположены шлюзы; вход и выход из шлюзов контролировался армиями
противоборствующих кланов, каждый из которых имел ленные владения на своем берегу канала и
занимал землю противника только вокруг захваченных шлюзов.
Комавара Самиями как воин и уроженец Сэй - единственной провинции, вынужденной
защищать свои границы, - живо интересовался ходом войны, и Сёнто считал, что познания молодого
князя могут оказаться очень полезными.
Комавара снова провел пальцем по карте.
- Южные шлюзы находятся под контролем рода Бутто. Их земляные укрепления на территории
Хадзивары стоят вдоль всего фланга. Эти укрепления выросли не за одну ночь, и их постройка была
грамотно спланирована с учетом местности. - Комавара провел воображаемую дугу вдоль западного
берега реки. - Внешние фортификации, которые включают в себя глубокие рвы, земляные валы и
стены, укрепленные на случай осады, тянутся отсюда, с утесов над водой, и заканчиваются у выхода
гранитного пласта, примерно вот здесь. - Узким пальцем Комавара ткнул в карту. - Внутренние
фортификации сделаны из прочного дерева и сзади защищены утесами. Мост через канал с обеих
сторон обнесен каменным частоколом, но на восточном берегу, со стороны Хадзивары, укреплений нет,
хотя расстояние между сторожевыми башнями, расставленными вдоль берега канала, не превышает
полета стрелы.
Клану Хадзивары не пришлось строить подобных защитных сооружений, так как они захватили
императорскую сторожевую башню у северных шлюзов. Башня стоит на обнаженном пласте горной
породы, который образует естественную крепость, большую и совершенно неприступную. Многие до
сих пор спорят, не с ведома ли Сына Неба произошел захват, но лично я в этом сомневаюсь. Полагаю,
люди Хадзивары завладели башней с помощью самой простой тактики - подкупа. Это в их духе. Им
удалось продвинуться по равнине вплоть до холмов. Здесь Бутто их остановили, и с тех пор линия
фронта больше не смещалась.
- А что вы думаете насчет частоколов? Можно ли их преодолеть? - спросил Сёнто.
Комавара посмотрел на князя - может быть, великий генерал проявляет к нему снисхождение? -
однако потом решил, что князю Сёнто нет в том нужды. Комавара понял, что Сёнто полностью
осведомлен о ситуации и просто проверяет более молодого союзника: выясняет известную ему
информацию, оценивает его точку зрения. Комавара внутренне собрался, сознавая, что многое в его
будущем зависит от того, что он сейчас ответит.
- На мой взгляд, очевидных слабых мест фортификации не имеют. К тому же обе. стороны
владеют тем преимуществом, что со спины их защищают утесы, и противоположные берега,
соединенные мостами, полностью находятся под их контролем на многие ри вперед.
Чтобы занять любую из цитаделей, необходимо захватить мосты и отрезать их от крепости.
Лобовая атака большими силами и длительная осада обеспечат нам успех, но на это уйдет много
месяцев, а мосты тем временем будут восстановлены, что наверняка спасет осажденных. - Комавара
поймал себя на том, что размышляет вслух. - Тайная вылазка. Скрытность и неожиданность - вот все,
что я могу предложить. Надо захватить мосты или придумать иной способ пробраться в крепость. Да,
задача трудная, почти неосуществимая, однако иного выхода я не вижу. - Комавара опять умолк,
лихорадочно соображая, и понял, что хотя он. и не знает, как попасть в цитадель, но без захвата
крепостей, охраняющих проход по каналу, обойтись нельзя. "Я не выдержал испытание", - подумал он
и постарался скрыть овладевшее им чувство поражения.
Сёнто кивнул, не отводя глаз от карты.
- Все мои генералы утверждают то же самое. Пока что мы не нашли решения. Возможно, оно
нам и не понадобится. Благодарю вас за совет. - Сёнто кивнул, как будто ответ князя его
удовлетворил, и принялся медленно сворачивать карту. Он снова подал какой-то неуловимый знак,
потом повернулся к гостю и неожиданно спросил: - Вы не будете возражать, если мы немного
задержимся и поговорим с моим вассальным купцом? То, что он скажет, может вас заинтересовать. -
Тон Сёнто означал то, что для таких высокородных князей, как они, это дело совершенно пустячное, но
им придется немного потерпеть присутствие вассального торговца, как терпят присутствие очень
старого и дряхлого родственника.
- Почту за честь, князь Сёнто. Это вовсе меня не стеснит, - отозвался Комавара, копируя
учтивую и чуть ироничную манеру собеседника.
В это мгновение они заметили Танаку, который поднимался по склону холма. На нем был все тот
же халат, и шел он так, как подобало слуге, - опустив глаза и всем своим видом выражая смирение.
Зная о разговоре, который произошел между торговцем и стражником, Сёнто чуть не рассмеялся, когда
увидел Танаку, изображающего подобострастие. Лучше бы ему не переигрывать, подумал князь,
ощутив смутные опасения.
Танака приблизился к летнему домику, опустился на мелкий гравий и поклонился, намеренно не
поднимая глаз. Князь долгим взглядом посмотрел на купца, и внезапно его охватила странная усталость.
Вокруг него и без того достаточно происков и фальши.
- Танака-сум, - решительно произнес Сёнто, изумив торговца почтительным обращением к
нему при посторонних, - хватит притворяться, у нас нет времени на этот театр. Князь Комавара
понимает, что ты не просто вассал. Отобедай с нами. - Сёнто взмахом руки приказал слугам поставить
еще один столик.
"Ну вот, пусть юноша видит все как есть, - подумал Сёнто. - Утром я был прав. Мне некогда
нянчиться с детьми",
Если такой поворот и оскорбил молодого князя, то он ничем не выдал своих эмоций.
- Князь Комавара, позвольте представить вам Танаку-сум, моего верного советника, -
проговорил Сёнто. - Танака-сум, честь имею представить тебе сына старинного друга и союзника
Дома Сёнто, князя Комавару Самиями.
Гости обменялись поклонами, причем Танака намеренно склонился ниже, чем Комавара, после
чего присоединился к князьям в летнем домике. Слуги поставили перед ним столик и наполнили медом
его чашу.
- Мы говорили о походе в Сэй, - объяснил торговцу Сёнто. - Князь Комавара недавно
совершил путешествие на юг по каналу.
Танака опустил чашу.
- И теперь вы собираетесь вернуться в Сэй вместе с князем Сёнто?
- Я пока не думал об этом, хотя мне действительно в скором времени надо быть дома. Не хочу,
чтобы мое отсутствие затягивалось.
- Будем рады, если вы пожелаете ехать вместе с нами, князь Комавара, - сказал Сёнто. - Мы
отправляемся уже через несколько дней и собираемся двигаться довольно быстро. Справитесь ли вы к
этому сроку с вашими делами в столице?
- Это очень щедрое предложение, князь Сёнто, поэтому я постараюсь сделать все возможное,
чтобы успеть с делами.
- Постарайтесь, князь, ваше общество будет мне очень приятно. - По знаку Сёнто появился
слуга, который подал еще меду. - Танака-сум, так что там за предприятие, о котором ты говорил?
Думаю, это будет интересно моему гостю.
Танака отставил чашку и сдержанно откашлялся.
- По просьбе князя Сёнто я заключил сделку о скупке урожая корры у одного землевладельца,
чьи плантации расположены на самом южном из островов, принадлежащих варварам. Боги были
немилостивы, и на остальных островах плантации корры погубил сильнейший ураган. Ужасное
несчастье сделало нас владельцами всего запаса этой специи в империи. В силу неблагоприятных
обстоятельств, упомянутых мною, ожидается резкое повышение цен на корру. Разумеется, нам придется
потратиться, чтобы защитить оставшийся урожай от бессовестных набегов варваров, но все же, если
будет на то воля Ботахары, мы получим хорошую прибыль. - Танака взглянул на Сёнто и продолжил:
- В дело вложены значительные средства, поэтому по указанию князя Сёнто я занимаюсь поиском
компаньонов, которые разделили бы с нами риск убытков... а также доходы. По семейным причинам
один из наших уважаемых друзей не смог далее участвовать в предприятии. Как вы уже поняли, его
выход из дела заставил нас искать нового партнера или партнеров.
- Мне неизвестны ваши планы, князь Комавара, - вступил Сёнто, - но для вас это неплохая
возможность начать торговлю, и ваше участие будет только приветствоваться. Вы могли бы вложить
любую сумму, которой согласитесь рискнуть, ну, например... - Он посмотрел на Танаку.
- Например, двести тысяч рил.
Князь Комавара ошарашенно покачал головой:
- Это слишком великодушно с вашей стороны, князь Сёнто, - запротестовал он и хотел сказать
что-то еще, но не находил слов.
- Конечно, вам придется отдавать некоторую часть прибыли Дому Сёнто, князь Комавара, - тут
же прибавил Танака и потеребил кольцо на мизинце. - Скажем... двенадцать, нет, десять частей из ста.
Молодой князь на мгновение задумался.
- Двенадцать, если вы хотите, чтобы я вошел в дело.
- Нет-нет, десять - обычная доля, князь Комавара, - заверил Сёнто, бросив взгляд на торговца,
впрочем, Танака предусмотрительно избегал смотреть на хозяина.
- Ваше предложение - большая честь для меня, князь Сёнто, однако, думаю, вы понимаете, что
я не приму его, пока не смогу убедиться, что вами движет не милосердие, - твердо сказал Комавара.
"Зачем, зачем такому богатому и влиятельному человеку, как Сёнто, делать это для мелкой сошки вроде
меня? Неужели он действительно питал столь глубокое уважение к моему отцу?"
Казалось, что Сёнто обдумывает слова князя, хотя на самом деле мысли его снова и снова
возвращались к рассказам Комавары о необъяснимом поведении варваров. Да, решил Сёнто, в своих
предположениях молодой воин близок к истине.
- Князь Комавара, я не намерен проявлять по отношению к вам милосердие, да вы в нем и не
нуждаетесь. Я всего лишь предлагаю вам небольшую услугу в обмен на то, что необходимо мне самому,
причем необходимо уже сейчас. Мне нужны ваши советы - я понял это еще при первом нашем
разговоре. Я также ценю верность - качество, которым род Комавара славится издревле и которое
дороже любых денег. Если вы хотите открыть торговлю от своего имени, я предоставлю вам такую
возможность. В ответ я рассчитываю, что вы сопроводите меня в Сэй, так как ваше знание северной
провинции может мне очень пригодиться.
Комавара молчал. Он взвешивал слова Сёнто, как будто они были из одного лишь бесплотного
воздуха, но не находил в них и тени обмана. "Я связываю себя и свою судьбу с Домом Сёнто", - думал
он, и эта мысль почему-то вызвала у него беспокойство. Он протянул руку за своим бокалом и глотнул
вина, потом поставил бокал на столик и сказал:
- Князь Сёнто, Танака-сум, я принимаю ваше предложение. Я счастлив услышать ваше мнение и
могу лишь надеяться, что мои советы будут столь же ценны, как ваши вложения.
"Ну вот и все. Я сделал свой выбор", - промелькнуло в голове Комавары.
- Ничуть в этом не сомневаюсь. - Сёнто жестом приказал слугам подать еще вина. - По
традиции, отметим заключение сделки трапезой. Танака, ты пообедаешь с нами?
На лице торговца отразилась короткая внутренняя борьба.
- Благодарю за приглашение, ваша светлость, но у меня так много дел, которые я должен
закончить до вашего отъезда...
Сёнто повернулся к Комаваре:
- Моих вассалов просто невозможно удержать от исполнения их обязанностей. Бесполезно даже
и пытаться. Весьма распространенная проблема, не так ли?
- Полагаю, большинство сюзеренов просто мечтают испытывать такое затруднение, князь Сёнто.
- Танака-сум, я преклоняюсь перед твоим чувством долга. Разделим стол в другой раз.
Танака поклонился князьям и удалился, двигаясь с тем спокойным достоинством, которое так
восхищало Сёнто.
- Итак, князь Комавара, надеюсь, вдвоем мы насладимся трапезой не хуже, чем втроем.
Комавара кивнул. Слуги принесли обед - простые, очень вкусные блюда, красиво Поданные в
летний домик с видом на пруд желтых кувшинок. Под влиянием хорошей еды, изысканного вина и
общения с Сёнто Комавара почти что пришел в экстаз. Похоже, что быть союзником Сёнто не так
страшно, как ему казалось раньше.
- Князь Сёнто, еда настолько восхитительна, что удовлетворила бы даже вкусам самого
императора.
Сёнто слегка поклонился.
- Рад, что вам понравилось. Чаю?
- Благодарю, с удовольствием.
Послышался шелест шелковых одеяний, и на тропинке появилась княжна Нисима в
сопровождении двух фрейлин и молоденькой служанки. В лунном сиянии она показалась Комаваре
обворожительной, но сейчас лучи солнца освещали девушку во всей ее красе, как освещают поутру
нежные цветы вьюнка.
Облаченная в кимоно цвета молодой травы с узором в виде опадающих листьев гинкго княжна
Нисима Фанисан Сёнто выделялась среди своего окружения, точно сверкающая капля росы, вобравшая
в себя весь солнечный свет. Она остановилась, чтобы получше рассмотреть кустарник у дорожки, и изпод
воротника, закрывавшего ее изящную шею, выглянул краешек золотистого нижнего кимоно. Князь
Комавара был совершенно очарован и одновременно испытывал глубокое волнение.
Завидев отчима, Нисима послала ему полную искренней любви улыбку. Молодая женщина отдала
зонтик служанке и, сняв сандалии, вошла в летний домик. Оба князя церемонно ответили на ее поклон.
- Нисима-сум, очень любезно, что ты решила составить нам компанию.
- Очень любезно, что вы пригласили меня сюда, дядя. - Девушка достала из рукава веер в
форме большого листа гинкго и начала непринужденно обмахиваться. - Князь Комавара, как приятно
снова видеть вас так скоро. Вам понравился прием у императора?
- Очень понравился. Звуки вашей музыки с того вечера запали мне в память и теперь услаждают
мои дни.
- Вы слишком добры, - отвечала Нисима; было видно, что похвала не оставила ее равнодушной.
- Ты уже познакомилась с нашим новым духовным наставником? - поинтересовался Сёнто.
Нисима изучающе посмотрела на Сёнто, пытаясь отыскать на челе отца следы переживаний после
утреннего покушения, однако не увидела в его лице ни забот, ни тревог. Князь выглядел совершенно
безмятежным, и Нисима украдкой покосилась на его гостя.
- Еще нет, мой господин, но, насколько мне известно, он должен прийти сюда.
Сёнто кивнул головой в сторону тропинки - юный монах ордена ботаистов не спеша поднимался
по склону.
"Да, - подумала Нисима, - это он, я его помню". Маленький монах на бойцовской площадке
вновь встал у нее перед глазами. Остальные единоборцы были такими огромными, а этот мальчик
выглядел совсем хрупким и в то же время совершенно спокойным. То же спокойствие чувствовалось в
нем и сейчас. Глядя на приближающегося брата-ботаиста, Нисима вдруг ощутила внезапную робость,
ей захотелось немедленно спрятаться. Почти в панике она посмотрела по сторонам, но годы обучения
выдержке взяли свое, и девушка справилась с нахлынувшим волнением. Однако этот всплеск эмоций
встревожил ее и вывел из равновесия.
Суйюн остановился у порога летнего домика и поклонился своему господину и его гостям.
- Брат Суйюн, присядьте рядом с нами, - пригласил Сёнто и сделал знак слугам. Те убрали
отдельные столики и вместо них поставили один большой стол, за которым хватало места всем
четверым. Этот жест удивил Нисиму: обычно за общим столом собирались только члены семьи.
Князь официально представил Суйюна княжне Нисиме и князю Комаваре. Ни та, ни другой ничем
не выдали своего явного интереса к юному инициату. Особенное любопытство разбирало Нисиму,
которая слышала о том, какую силу продемонстрировал монах утром.
Слуги подали все необходимое для чайной церемонии, и княжна Нисима, одна из самых
знаменитых хозяек столицы, занялась приготовлением чая, одновременно поддерживая беседу. На
князя Комавару, которого немного пугали чересчур рафинированные манеры столичных женщин, такт
и обаяние Нисимы произвели огромное впечатление.
Чайная церемония, как и другие занятия аристократов, была особым ритуалом со своей эстетикой,
хотя столичная знать придерживалась канонов не так строго, как некоторые фанатичные секты,
существовавшие в империи. Используя неистощимое воображение, княжна Нисима умела оживить
традиционную церемонию и придать ей оригинальность. Сегодня она решила представить гостям нечто
особенное, такое, что никто из них не мог бы связать с классическим чаепитием. Теперь Нисиме
оставалось только придумать, как воплотить свою идею естественным и непринужденным образом.
- Вы поедете в Сэй вместе с князем Сёнто, брат Суйюн? - спросил монаха Комавара. Он
отчаянно старался не пялиться на княжну, хотя это усилие заставило его собрать в кулак всю волю
солдата.
- Если князь Сёнто пожелает того, - сухо ответил Суйюн.
В сердце Нисимы внезапно вспыхнула досада на монаха за его холодность и сдержанность. Все
они такие, думала девушка. Глядя на Суйюна, сидящего напротив нее, она пыталась разобрать истинное
лицо этого человека за непроницаемой маской. Такая же одержимость овладевала Нисимой и в общении
с братом Сатакэ, предыдущим духовным наставником Сёнто. Она готова была на любые уловки и
проказы, лишь бы заставить Сатакэ-сум улыбнуться или разозлиться - проявить хоть какие-нибудь
человеческие чувства, однако почти всегда ее попытки оканчивались полной неудачей.
Заварив и подав чай по всем правилам, княжна Нисима принялась расспрашивать Комавару о его
родной провинции, о варварах и их обычаях. Комавара отвечал ей, следя за тем, чтобы разговор не
выходил за приличествующие рамки.
- Ими движут иные побуждения, госпожа Нисима. Вы не сможете понять их уклад в привычном
для нас смысле. И кто знает, что произойдет дальше? Я не умею предсказывать будущее, поэтому
прошу меня извинить. - Комавара отвесил иронично-искренний поклон.
- Князь Комавара, вам не нужно извиняться за неумение предсказывать будущее. Уж это я могу
делать и сама.
Прекрасно знакомый с чувством юмора своей падчерицы Сёнто подхватил игру:
- Ниси-сум, как же так вышло, что я не подозревал об этом твоем таланте? Или он просто
затерялся среди множества других дарований?
- Нет, мой господин, - лукаво улыбнулась Нисима. - Все так, как вы и предположили. С вашей
проницательностью вы бы обязательно заметили эту блестящую способность вашей любимой дочери,
но, видите ли, дело в том, что я сама открыла ее только сегодня утром. Это случилось сразу после
восхода солнца. Я сидела и расчесывала волосы, и вдруг на меня снизошло... - девушка широко
раскрыла глаза, - Великое Озарение! Да-да, именно так, и я тут же подумала, что обязана предсказать
всем своим близким их будущее. Я решила, что это им очень пригодится.
- Вот как, - произнес Сёнто, сохраняя серьезное выражение лица. - Значит, Великое Озарение!
Известен ли братьям-ботаистам сей феномен, Суйюн-сум?
- Конечно, ваша светлость. Все знают, что чаще всего Великое Озарение осеняет людей, когда
они расчесывают волосы. Как раз поэтому монахи-неофиты наголо бреют головы, чтобы Великое
Озарение не стукнуло их раньше, чем они будут готовы к столь знаменательному событию. - Закончив
высказывание, Суйюн едва заметно улыбнулся, отчего Нисима внутренне затрепетала.
"Живой человек под маской!" - едва успела подумать она, но улыбка уже исчезла, и напротив за
столом снова сидел один из Молчаливых, лицо которого выражало абсолютное бесстрастие.
- Ну что ж, госпожа Предсказательница, лично мне очень интересно узнать результаты вашего
Великого Озарения, если вы окажете нам честь и поделитесь откровениями, - шутливо проговорил
Сёнто.
- Охотно, мой господин, хотя должна предупредить всех вас... я не имею никакого отношения к
тому, что вы услышите о своем будущем, - ни к плохому, ни к хорошему.
- Договорились. Наша судьба зависит только от богов, - сказал Комавара и, вспомнив про
монаха, добавил: - Если будет на то милость Ботахары.
Все собравшиеся сделали вид что не слышали упоминания о богах - мифических созданиях, веру
в которых сменила ботаистская религия, - но слова молодого князя все же заставили Сёнто подумать:
"Он и вправду провинциал".
Из рукава кимбтю Нисима извлекла изящный мешочек из черной кожи, украшенный узором в
виде цветов белой глицинии. Она потрясла мешочек, и, услыхав звон монет, все тотчас рассмеялись:
хорошо знакомый звук означал, что внутри находятся гадательные монетки кован-синг.
Кован-синг был одним из бесчисленных способов прорицательства, распространенных в Ва. За
многие века предсказатели будущего перепробовали почти все: кости, черты лица, камни, кристаллы,
кишки животных, карты, даже доску ги-и. Тем не менее история доказала, что самый верный способ
гадания - это кован-синг, так как им пользовались еще древние люди - те самые, на смену которым
пришли Пять Князей, а было это так давно, что о точной дате летописцы спорили до сих пор.
- Ну, кто первый? - спросила Нисима, позвенев монетками.
- Предоставим эту честь князю Комаваре, - предложил Сёнто.
Чтобы освободить на столе место для монеток, чашки и бокалы сдвинули в сторону.
- Вы готовы узнать свое будущее, князь Комавара? - вопросила княжна.
Комавара кивнул, и Нисима быстрым движением бросила на стол семь серебряных монеток. Все
подвинулись поближе, чтобы рассмотреть выпавшую комбинацию.
- Я определенно вижу Лодку, князь Комавара, символ путешествия и процветания, -
проговорила Нисима, не сводя глаз со стола.
- А если чуть-чуть сдвинуть две монетки, получится Облако, не так ли? - невинно спросил
Сёнто.
Как всем было известно, Облако означало любовное увлечение, и замечание Сёнто слегка
обеспокоило Комавару. Княжну Нисиму, однако, намек отца ничуть не смутил.
- Как скажете, дядя, но прошу простить мое несогласие с вами: Лодка здесь выражена гораздо
более явно, чем Облако.
- Отдаю должное вашим глубоким познаниям, - кивнул Сёнто падчерице.
- Посмотрите, князь Комавара, вот эта монетка портит линию корабля. - Нисима легонько
коснулась монеты указательным пальцем, стараясь не сдвинуть ее с места. - Она говорит об
опасности, о чем-то, чего следует остерегаться. Возможно, Лодка указывает на предстоящий вам
обратный путь в Сэй. Богатство и процветание тоже могут таить в себе угрозы, князь. Монетка,
обозначающая мачту, легла не совсем верно - ваша мачта падает, а значит, опасность угрожает вам в
самом недалеком будущем. Сказать точнее сможете только вы сами. - Нисима дотронулась до
следующей монетки - единственной, которая не входила в очертания Горы Божественного
Вдохновения. - Старший кован - искушение; монета легла веером вверх. Лишь время покажет, что
скрывается за веером. Одно могу утверждать наверняка: соблазны и искушения сыграют какую-то роль
в вашей дальнейшей жизни и, возможно, повлияют на ваше благосостояние. До конца я не уверена, но
соблазны - рискованная вещь. - Нисима подняла глаза, и серьезные лица зрителей напомнили ей, что
она собиралась всего лишь немного развлечь гостей. - Кажется, вы притягиваете к себе опасности,
князь Комавара, - зловеще зашептала княжна. - Наверное, с нашей стороны неблагоразумно сидеть
так близко от вас. - Она сделала страшные глаза и осмотрелась по сторонам, будто ожидала, что с
небес на них свалится что-нибудь ужасное. Оценив представление, все засмеялись. Голосом старой
ведьмы Нисима проскрежетала: - Держите острый меч наготове, молодой князь. Мир велик и полон
опасностей! Будьте внимательны, они подстерегают вас сзади, спереди... и с боков тоже. Опасность,
опасность, опасность... - Голос ее затих, и зрители благодарно захлопали.
Слуги принесли воды, и княжна Нисима прервалась, чтобы заварить новую порцию чая.
- Теперь вы, дядя. Пришел ваш черед.
- Я польщен.
Нисима собрала монетки в кожаный мешочек и опять позвенела ими. Она дважды открывала
мешочек и собиралась бросить монеты, но останавливалась, словно вдохновение покинуло ее. С
шаловливой улыбкой девушка кинула взгляд на отца.
- Тебе нравится меня мучить, правда? - спросил тот.
Нисима рассмеялась и бросила серебряные монетки. Длинный рукав кимоно плавно колыхнулся
от изящного движения ее руки. Сёнто поставил на стол локоть, закрывая получившуюся фигуру от глаз
дочери, и воскликнул:
- Ах, Ниси-сум! Ты и не представляешь, какая интересная и необычная комбинация мне выпала!
Продолжая смеяться вместе с остальными, он убрал руку.
- В самом деле, дядя, очень интересно! Кто бы мог подумать, что вам выпадет Дракон? Правда,
контуры не такие четкие, как у Лодки князя Комавары... Вот глаза, а вот загнутый хвост. Дракон
одновременно символизирует власть и тайну.
Нисима замолчала,
...Закладка в соц.сетях
