Жанр: Фантастика
Плоский мир 17. Интересные времена
..., здесь даже очага посреди нет.
- Довольно безвкусно, как мне кажется. Аляповато.
- Чиво?
- Типичный чужеземный тронный зал.
- А я бы выкинул отсюда большую часть барахла. Построил бы свежую солому на пол,
повесил на стены пару щитов стало бы гораздо уютнее.
- Чиво?
- И сколько столов сюда можно вместить! Прикиньте, какая пирушка получилась бы.
Коэн пересек огромное пространство, отделяющее Орду от трона, над которым нависал
гигантский, богато украшенный балдахин.
- Смотрите-ка, у него над стулом зонтик.
- Небось, крыша течет. С черепицей всегда так. Хорошее тростниковое покрытие
гарантирует вам сорок лет полной сухости.
Трон был сделан из лакированного дерева, но украшен большим количеством
драгоценных камней. Коэн, не долго думая, уселся на него.
- Ну? - спросил он. - У нас получилось, а, Проф?
- Получилось. Теперь осталось только уцелеть, - ответил бывший учитель.
- Прошу прощения, - вставил Шесть Благожелательных Ветров. - Я не совсем понял:
получилось - что?
- Значит, ты так и не догадался, что мы собирались украсть? - усмехнулся Профессор
Спасли.
- Нет...
- Империю.
Несколько секунд выражение лица сборщика налогов не менялось, но затем губы Шести
Благожелательных Ветров раздвинула улыбка ужаса.
- Пожалуй, прежде чем продолжить, требуется позавтракать, - сказал Профессор
Спасли. Нельзя ли кого-нибудь позвать?
Застывшая улыбка все еще не сошла с лица сборщика налогов.
- Но... но... таким способом нельзя захватить империю! - выговорил наконец он. -
Для этого нужна армия, как у вельмож! А просто так войти... Это против правил! И... и... тут
тысячи стражников!
- Да, но все они остались снаружи, - возразил Профессор Спасли.
- И охраняют нас, - объяснил Коэн.
- Нет, они охраняют настоящего императора!
- Меня, стало быть, - ответил Коэн.
- Правда, что ли? - подал голос Маздам. - Й кто же умер, оставив тебе императорский
престол?
- А никто и не должен был умирать, - пояснил Профессор Спасли. - В нашем случае
это называется узурпацией.
- Точно, - подхватил Коэн. - Просто говоришь, "Эй ты, Гунга Дин, протри уши и
слушай, что тебе говорят: бери ноги в руки и уматывай на какой-нибудь остров с глаз
подальше, не то..."
- Чингиз, - мягко прервал его Профессор Спасли, - не мог бы ты воздержаться от
разговоров в такой оскорбительной манере? Это нецивилизованно. Тут все-таки присутствует
представитель Агатовой империи.
Коэн пожал плечами.
- Вам все равно придется разбираться со стражей и... и... прочим, - сказал Шесть
Благожелательных Ветров.
- А может, нет, - ответил Коэн. - Объясни ему, Проф.
- Ты когда-нибудь видел, э-э, предыдущего Императора? начал Профессор Спасли.
- Разумеется, нет. Его мало кто видел, ведь... Слова замерли у него на устах.
- В том-то и все дело, - кивнул Профессор Спасли. Ты очень быстро схватываешь. Как,
впрочем, и полагается лорду Главному Сборщику Налогов.
- Но у вас ничего не получится, потому что.. Шесть Благожелательных Ветров опять
умолк
До него дошел смысл последней фразы Профессора Спасли.
- Лорд Главный Сборщик? Я? Черная шляпа и рубиново-красная пуговица?
- Да.
- А сверху еще перо, если хочешь, - щедро добавил Коэн.
Сборщик налогов погрузился в размышления.
- Значит... если есть, скажем, простой районный администратор, который очень жестоко
обращается с персоналом, в особенности со своим заместителем, который трудится не покладая
рук день и ночь, и этот администратор за свою жестокость заслуживает хорошей взбучки...
- Поскольку ты лорд Главный Сборщик Налогов, этот вопрос полностью в твоей
компетенции.
Ухмылка Шести Благожелательных Ветров грозила залезть на затылок.
- А по поводу нового порядка налогообложения... - начал он. - Я лично всегда считал,
что себестоимость воздуха куда выше той цены, которую за него платят...
- Мы выслушаем твои идеи с чрезвычайным интересом, - перебил его Профессор
Спасли Потом. А пока, пожалуйста, распорядись насчет завтрака.
- Да, и позови сюда всех тех, кто считает, будто бы видел императора, добавил Коэн.
Преследователь нагонял.
Забуксовав, Ринсвинд повернул за угол и нос к носу столкнулся с перегородившими
проход тремя стражниками. Эти стражники были очень даже живы и вдобавок вооружены
мечами.
Кто-то пушечным ядром врезался ему в спину, свалил его на землю и проскакал мимо.
Ринсвинд закрыл глаза.
Послышались пара глухих ударов, стон, а затем очень странный железный шум.
Это был шлем, он волчком крутился на полу.
Ринсвинда рывком вздернули на ноги.
- Ты что, весь день здесь собрался валяться? - рявкнула Бабочка. Бежим дальше. Они
следуют за нами по пятам!
Ринсвинд бросил взгляд на распростершихся стражников и вприпрыжку побежал за
девушкой.
- Сколько их всего? на бегу спросил он.
- Пока семеро. Но двое теперь хромают, а у одного возникли проблемы с дыханием.
Быстрее!
- Но ты... Как ты их?..
- Ты всегда вот так понапрасну расходуешь Дыхание?
- Честно говоря, до сих пор не встречал никого, кто мог бы бежать так же быстро, как я!
Они повернули за угол и едва не врезались в еще одного стражника.
Бабочка даже не остановилась. Она сделала Плавный, женственный шаг вперед, вихрем
повернулась и ударила человека ногой в ухо с такой силой, что тот закрутился вокруг
собственной оси и приземлился на голову.
Бабочка сделала паузу, восстанавливая дыхание, и поправила растрепавшиеся волосы.
- Надо разделиться, - сказала она.
- О нет! - воскликнул Ринсвинд. - В смысле, я же обязан тебя защищать!
- Я иду обратно, к остальным. А ты отвлеки стражников, уведи их куда-нибудь...
- И вы все так умеете?
- Разумеется, - раздраженно ответила Бабочка. - Я же говорила тебе, что мы
сражались со стражниками. Ладно, речь не об этом... Если мы разделимся, один из нас точно
уцелеет. Подлые убийцы! Они рассчитывали, что вся вина падет на нас!
- А я предупреждал. Однако, по-моему, вы сами добивались его смерти?
- Да, но мы ведь мятежники. А они - дворцовая стража.
- Э-э...
- Впрочем, не будем тратить драгоценное время. Встретимся на Небесах.
Она стрелой унеслась прочь.
- Э...
Ринсвинд огляделся. На мгновение воцарилась тишина.
В конце коридора показались стражники, но передвигались они крайне осторожно, как и
подобает людям, которые только что повстречались с Бабочкой.
- Туда!
- Это она?
- Нет, это он!
- Держи его!
Ринсвинд опять набрал скорость, свернул за угол и вдруг обнаружил, что находится в
тупике, который, учитывая приближающийся сзади грохот шагов, вполне мог стать последним
тупиком в его жизни. Однако поблизости обнаружилась дверь. Ринсвинд пинком растворил ее,
вбежал в комнату и затормозил...
Внутри царил мрак, но, судя по гулкости звуков, пространство было большим, а
определенный газовый компонент в воздухе наводил на мысль о конюшне.
Однако был и свет, источником которого служил огонь. Ринсвинд подобрался к огню и
увидел, что над ним висит огромный, размером с человека, котел, полный кипящего риса.
Немного спустя, когда его глаза несколько привыкли к полумраку, Ринсвинд разглядел
чьи-то фигуры. На плитах, протянувшихся вдоль обеих стен огромной комнаты, лежали люди.
И тихонько похрапывали.
Хотя слово "люди" тут не совсем подходит. Вполне возможно, эти существа когда-то
были людьми или, по крайней мере, имели людей среди своих предков, пока кто-то сотни лет
назад не выдвинул весьма оригинальное предложение: "А давайте-ка посмотрим, насколько
большим и Жирным может стать человек. Вырастим-ка по-настоящему здоровенных
засранцев".
Рядом с каждой мирно дремлющей гигантской фигурой, облаченной в нечто
напоминающее подгузник, стояла миска. Причем каждая миска вмещала в себя достаточно
риса, чтобы двадцать человек разорвало в клочья. Судя по всему, эти миски предназначались на
тот случай, если чудовище среди ночи вдруг проснется и захочет слегка перекусить.
В дверном проеме возникли двое Ринсвиндовых преследователей. Они постояли,
привыкая к темноте, затем очень осторожно, вздрагивая от каждого колыхания живых
курганов, двинулись вперед.
- Эй, эй, эй! - прокричал Ринсвинд. Замерев, стражники вытаращились на него.
- Вставатики, вставатики! Солнышко уже давно светит!
Схватив гигантский черпак, Ринсвинд заколотил им по котлу с рисом.
- Подъем! Руки на ширину... э-э... в общем, что у вас там самое широкое... и начинаем
наклоны! И раз, и два!..
Спящие зашевелились.
- Оооооорррррр?
- Ооооооааааоооооооор!
Помещение затряслось, когда на пол разом опустились сорок стволооподобных ножищ.
Плоть перегруппировалась в пространстве, и в полумраке Ринсвинду вдруг показалось, что на
него взирают двадцать небольших пирамид.
- Хаааароооооооххххх?
- У этих людей, - прокричал Ринсвинд, в от чаянии тыча пальцем в своих
преследователей, у этих людей есть бутерброд со свининой!
- Ооррруоррррааах?
- Оооооррррр?
И с горчицей!
- Ооооорррр!
Двадцать очень маленьких голов дружно повернулись. Отвечающие за мыслительную
деятельность нейроны - общим числом восемьдесят - пробудились к жизни.
И пол покачнулся. Борцы начали движение в направлении стражников, движение
медленное, но неостановимое, помешать которому может лишь столкновение с другим борцом
или с континентом.
- Оооорррр!
Ринсвинд кинулся к двери в дальнем конце помещения. Он оказался в комнатушке, где
два человека сидели, потягивая чай и играя в бакару-сан, а третий наблюдал за игрой.
- Борцы совсем оборцели! - крикнул Ринсвинд. - По-моему, они собираются сбежать!
Один из игроков швырнул фишки.
- Проклятье! Ведь их кормили не больше часа назад!
Похватав сети, плетки и защитную одежду, троица бросилась усмирять борцов, оставив
Ринсвинда в полном одиночестве.
В этой комнатушке была еще одна дверь, через которую Ринсвинд и вышел - со
спокойной небрежностью. У него не было опыта спокойно-небрежного выхождения в двери, но
он посчитал, что сейчас вполне заслужил такое право.
За дверью его ждал еще один коридор. И Ринсвинд опять побежал. Отсутствие погони
еще не причина, чтобы не бежать.
Лорд Хон складывал бумажный листок.
Это получалось у него блестяще, поскольку он умел целиком и полностью
сосредотачиваться на задаче. Ум лорда Хона был подобен ножу - пусть даже со слегка
искривленным лезвием.
Створка двери откатилась в сторону. Слуга, раскрасневшийся от бега, бросился на пол.
- О лорд Хон, вознесшийся...
- Воистину, - отозвался словно издалека лорд Хон, который как раз формировал
решающую складку. - Что теперь пошло не так?
Мой господин?
- Я спросил, что случилось.
- Э... Мы убили императора, как нам и было приказано...
- Приказано кем?
- О мой господин! Вами!
- Неужели? - проронил лорд Хон, складывая листок вдоль.
Стражник закрыл глаза. Мелькнуло видение, мгновенное предвидение будущего. В этом
видении присутствовал кол. Наконец стражник продолжил:
- Но... заключенных нигде нет, господин! Мы услышали, как кто-то приближается, а
потом... потом мы увидели двух человек, господин. Мы сейчас преследуем их. Но все
остальные исчезли.
- А как же лозунги? Как же революционные листовки? Неужели вы не обнаружили
никаких следов настоящих преступников?
- Ничего, господин.
- Ясно. Теперь жди.
Руки лорда Хона продолжали ловко складывать листок, но сам лорд перевел взгляд на
дру-г0го человека, также присутствовавшего в комнате.
- Ты имеешь что-нибудь сказать, Две Огненные Травы? - любезно осведомился он.
Революционный вождь пристыженно опустил глаза.
- Красная Армия обходится довольно дорого, - заметил лорд Хон. - Одни
типографские расходы... И ты не можешь сказать, что я вам не помог. Мы отперли двери,
убили стражников, дали вам мечи этих несчастных и карту - и что же? Теперь мы даже не
можем обвинить их в убийстве императора - да остается он мертвым еще десять тысяч лет, -
ведь их и след простыл. А люди будут задавать вопросы. Не могу же я поубивать всех. Кроме
того, в здание проникли какие-то варвары.
- Это всего-навсего незначительные неувязки, мой господин... - Две Огненные Травы
загипнотизированно следил за руками, ласкающими бумажный листок.
- Да? Вот только я не люблю неувязки. Стражник? Спасай свою жалкую душонку. Уведи
его. Придется нам прибегнуть к другому плану.
- Мой господин!
- Да, Две Огненные Травы?
- Когда вы... когда мы договорились... когда было заключено соглашение, что Красная
Армия дослужит вашим целям, вы обещали мне безопасность.
Лорд Хон улыбнулся.
- Ах да. Припоминаю. Я, по-моему, сказал что не отдам ни устного, ни письменного
приказа о твоей смерти. И я должен держать свое слово - иначе кто я такой?
Он провел пальцами по последней складке и раскрыв ладони, поставил маленькое
бумажное украшение на лакированный столик подле себя.
Две Огненные Травы и стражник дружно уставились на фигурку.
- Стражник... уведи его, - сказал лорд -он. Это был чудесным образом сложенный
бумажный человечек.
Вот только на голову бумаги не хватило.
Ближайшее окружение императора, как выяснилось, насчитывало около восьмидесяти
человек. Все они пребывали в различных стадиях разбуженности.
При виде того, кто восседал на троне, окружение остолбенело.
А Орда остолбенела при виде окружения.
- Кто эти старые ослицы с кислыми физиономиями, что в переднем ряду? - прошептал
Коэн, подкидывая в воздух метательный но Для чего они могут сгодиться? Уж не для этого
точно.
- Это жены бывшего императора, - прошипел Шесть Благожелательных Ветров.
- Мы же не обязаны на них жениться?
- Думаю, нет.
- А почему у них ступни такие маленькие? -спросил Коэн. - Мне нравятся женщины с
большими ступнями.
Шесть Благожелательных Ветров объяснил. Лицо Коэна окаменело.
- Я многое узнаю о цивилизации, - заметил он. - Длинные ногти, искалеченные ноги и
слуги, бегающие с какими-то бумажками. Ха.
- Ради всего святого, что здесь происходит? - спросил мужчина среднего возраста. -
Кто ты такой? И кто эти старые евнухи?
- А ты кто такой? - Коэн извлек меч из ножен. - Мне надо знать, что выбить на твоем
надгробии...
- Думаю, сейчас самое время представиться, - прервал его Профессор Спасли. Он
выступил вперед. - Это, - продолжил он, - Чингиз Коэн, убери меч, Чингиз, так сказать,
профессиональный варвар, а это - его Орда. Они захватили ваш город. И...
- Захватчики-варвары? - высокомерно произнес мужчина, игнорируя его вопрос. -
Захватчики-варвары приходят тысячами! Верхом на Низкорослых лошадках и бешено вопя!
- А я говорил, - вставил Маздам. - Но разве меня кто-нибудь слушает?
- ...Они несут с собой пожары, ужас, насилие. Кровь реками льется по улицам!
- Кстати, мы еще не завтракали, - Коэн опять подбросил нож.
- Ха! Да я скорее умру, чем покорюсь таким, как вы!
Коэн пожал плечами.
- Что ж ты раньше не сказал?
- Упс, - только и смог выговорить Шесть Благожелательных Ветров.
Бросок был очень точен.
- Как его все-таки звали? - громко спросил Коэн, перекрывая звук падающего на пол
тела. -Кто-нибудь здесь знает, как его звали?
- Чингиз, - вмешался Профессор Спасли, -сколько можно повторять: когда люди
говорят, что скорее умрут, они вовсе не имеют в виду, что действительно предпочитают смерть.
Во всяким случае, не всегда.
- Зачем же тогда они это говорят?
- Так принято.
- Опять цивилизация?
- Боюсь, что да.
- Давайте утрясем этот вопрос раз и навсегда! Коэн встал. Поднимите руки, кто скорее
умрет, чем примет меня как императора?
- Есть кто-нибудь желающий? - спросил Профессор Спасли.
Ринсвинд трусил по очередному коридору. Из этого здания, что, вообще нет выхода?
Несколько раз ему казалось, что вот он наконец-то вырвался отсюда, но на поверку
оказывалось, что это всего лишь очередной дворик, образованный крыльями огромного дворца,
с фонтанами, издающими мелодичное "тинь-тинь", и плакучими ивами.
А дворец тем временем пробуждался. Послышались...
...Шаги у него за спиной. Кто-то бежал.
- Эй... - окликнул чей-то голос. Ринсвинд юркнул в ближайшую дверь. Комната, в
которой он очутился, была полна пара, вздымающегося большими гневными волнами.
Ринсвинд едва разглядел фигуру какого-то человека. Тот, обливаясь потом, крутил огромное
колесо. В мозгу Ринсвинда было мелькнула мысль о камере пыток, но тут он почуял запах
мыла, и ее заменила другая догадка: прачечная! Изнуренные и бледные, но невероятно чистые
фигуры оторвались от своих тазиков и без всякого интереса воззрились на пришельца.
Работающие здесь слуги не были похожи на людей, которые держат руку на пульсе
событий.
Ринсвинд вприпрыжку прошелся между кипящими котлами.
- Так, продолжайте в том же духе. Молодцы. Вот-вот, лучше три. Ну-ка, посмотрим, как
эти выжималы выжимают. Отлично. Есть тут еще один выход? Хорошие пузыри, просто
отличные пузыри. Э...
Один из работников прачечной, по виду главный, бросил на Ринсвинда подозрительный
взгляд. Судя по всему, он собирался что-то сказать, но не успел.
Повиляв по дворику, который представлял собой настоящий лабиринт из развешанного по
веревкам белья, Ринсвинд наконец привалился к стене, чтобы перевести дыхание.
Пожалуй, хоть это и противоречит общим Принципам, иногда надо все же остановиться и
немного подумать.
Итак, за ним гонятся. То есть гонятся за бе^ щим человеком в изрядно обгорелой
остроконечной шляпе и линялом красном балахоне.
Ринсвинду потребовались большие усилия, чтобы привыкнуть к этой мысли. Ведь если на
нем будет надето что-то другое, за ним перестанут гоняться.
На одной из бельевых веревок хлопали рубашки и штаны, раздуваемые легким ветерком.
Судя по их виду, портновское искусство имело к ним ровно такое же отношение, какое рубка
дров имеет к резьбе по дереву. Кто-то освоил искусство пошива трубы и на том остановился.
Однако такую одежду носили все гункунгцы.
"Дворец - это город в городе, сообщил ему внутренний голос. Тут полным-полно
народу, и каждый спешит по какому-то своему делу.
Следовательно... следовательно, надо снять шляпу", рассудительно добавил голос.
Ринсвинд сомневался. He-волшебник вряд ли способен оценить весь ужас этого
предложен! Волшебник скорее снимет с себя балахон и штаны, чем откажется от шляпы. Ведь
без шляпы он может сойти за обыкновенного человека. До него снова донеслись вопли. Глас
разума прекрасно понимал, что если ему не удастся настоять на своем, то вскоре он будет так
же мертв, как и все остальные части Ринсвинда, а поэтому саркастически добавил: "Hу
прекрасно, продолжай цепляться за эту несчастную шляпу. Кстати, именно из-за нее мы влипли
в эту заваруху. Вот только на чем ты собираешься ее носить? Головы-то у тебя скоро не будет"
Руки Ринсвинда также почуяли, что времена вот-вот станут не просто интересными, а
прямо-таки захватывающими, хотя и весьма непродолжительными. В общем, руки решили
взять дела в свои пальцы. Они медленно потянулись, сняли с веревки пару штанов и рубаху и
затолкали их под балахон.
Дверь распахнулась. Это опять были стражники, на этот раз новые, к которым
присоединились двое погонщиков цумистов. Один из них указывал на Ринсвинда плетью.
Ринсвинд нырнул под арку и выскочил в сад.
В садике обнаружилась небольшая пагода. В окружении плакучих ив хорошенькая
девушка стояла на мостике через ручей и кормила птичек.
А рядом какой-то человек что-то рисовал на плитке.
Коэн потер руки.
- Значит, желающих нет? Отлично. С этим разобрались.
- Гм.
Стоящий в переднем ряду человечек продемонстрировал изумительную игру, показывая,
что руку он нет, не поднимает, руки он держит при себе.
- Прошу прощения, но... - запинаясь, проговорил он. - Это все, конечно, мое богатое
воображение, но что будет, если мы вдруг решим позвать стражу?
- Мы убьем вас всех еще до того, как они успеет войти в дверь, - небрежно ответил
Коэн, как бы говоря о совершенно очевидном факте. - Еще вопросы? добавил он, обращаясь к
дружному хору охов и ахов.
- Э-э... у императора... то есть у прошлого императора... было несколько особенных
стражников...
Послышался звенящий звук. Что-то маленькое и многоконечное запрыгало по ступенькам.
Это была метательная звездочка.
- Мы с ними встречались, - ответил Малыш Вилли.
- Отлично, отлично, - поспешил согласиться коротышка. - Значит, с ними все
улажено. Десять Тысяч Лет Жизни Императору!
Императорское окружение отреагировало этот призыв довольно вяло.
- Как тебя зовут, молодой человек? - спросил Профессор Спасли.
- Четыре Больших Рога, мой господин.
- Хорошо. Очень хороню. Сразу видно, ты далеко пойдешь. Какова твоя должность?
- Я главный помощник лорда-камергера, мои господин.
- А кто из вас лорд-камергер?
Четыре Больших Рога указал на человека, который некоторое время назад предпочел
умереть. Что и требовалось доказать, сказал Профессор Спасли. Те, кто умеет
приспосабливаться, очень быстро поднимаются по служебной лестнице. Не правда ли, лорд
новый камергер? А теперь император желает завтракать.
- И что императору будет угодно откушать? осведомился свежеиспеченный
лорд-камергер, в очередной раз являя чудеса сообразительности и приспособляемости.
- Император кушает все. Но сейчас вполне сойдет мясо, только куски побольше, и пиво,
несколько бочонков. Вскоре ты и сам поймешь, что с кормлением нового императора никаких
трудностей не возникнет. - Профессор Спасли улыбнулся понимающей улыбочкой человека,
которой единственный способен оценить удачную шутку. - Император не слишком-то
одобряет нетрадиционные блюда. Их он обычно называет "скользкой чужеземной мерзостью,
фаршированной глазами и тому подобным". Нет, император предпочитает простую, здоровую
пищу - например, сосиски. Их готовят из различных органов животных, провернутых через
мясорубку и помещенных в полый отрезок кишечника. А-ха-ха. Но если хотите действительно
ублажить его, то подайте на стол большие жаренные куски мяса. Я правильно говорю, мой
господин?
Коэн тем временем разглядывал разношерстное собрание придворных. Когда целых
девяносто лет сражаешься с мужчинами, женщинами, троллями, гномами, великанами и
всякими зелеными многоногими тварями (а однажды - с громадным разъяренным раком), то
волей-неволей научишься читать по лицам.
- А? - Коэн оторвался от своих наблюдений. - О-о! Угу. Вполне подойдет. Большие
куски. Послушай, господин Сборщик Налогов... что эти люди делают во дворце?
- А что бы вы хотели, чтобы они тут делали?
- Ничего. Имел я их всех.
- Прошу прощения, мой господин? Он их , - перевел Профессор Спасли.
Вид у свежеиспеченного лорда-камергера стал слегка опешивший.
- Вы?.. Всех сразу?.. Здесь? - Это фигуральное выражение, юноша. Таким образом
император дает понять, что желает чтобы все быстро покинули помещение.
Придворные заторопились прочь. Внятная пиктограмма стоит тысячи слов.
Некоторое время спустя художник Три Надежные Лягушки поднялся на ноги, вытащил из
ноздри кисточку, снял с ветки мольберт и попытался думать о чем-нибудь хорошем.
Сад очень изменился.
Ива погнулась. Пагода была уничтожена вышедшим из-под контроля цумистом, который
сожрал крышу. Голуби улетели. Мостик сломался. Его модель, наложница Нефритовый Веер,
убежала вся в слезах после того как выбралась из декоративного прудика.
А еще кто-то украл его соломенную шляпу.
Поправив то, что осталось от его одеяний, Три Надежные Лягушки постарался взять себя
в руки.
Плитка с наброском была, разумеется, раздавлена.
Он вытащил из сумки еще одну и потянулся за палитрой.
Прямо посредине которой красовался отпечаток гигантской подошвы.
Он едва не расплакался. От картины исходили такие хорошие вибрации. Он чувствовал,
знал, что эта его картина войдет в историю. А краски? Эти люди вообще представляют себе,
сколько в наше время стоит киноварь?
Три Надежные Лягушки вздохнул и покачал головой. Осталась только синяя краска. Ну
ничего, он им покажет, что такое настоящий мастер...
Пытаясь не обращать внимания на царящую вокруг разруху, Три Надежные Лягушки
сконцентрировался на событиях недавнего прошлого.
"Итак... - думал он. - Нефритовый Веер по мостику убегает от человека, который
размахивает руками и кричит: "Прочь с дороги!", а следом за ним несутся человек с плетью,
три стражника, пятеро стиральщиков и борец цумо, который так разогнался, что не может
остановиться".
Придется, конечно, немного упростить, но...
Преследователи - не считая цумиста, чье телосложение не позволяло совершать столь
сложные маневры завернули за угол.
- Куда он подевался?
Они находились во дворике, с одной стороны Которого стоял свинарник, а с другой
располагалась помойка.
Прямо посредине дворика лежала остроконечная шляпа.
Один из стражников схватил за руку товарища, который попытался было сделать шаг
вперед.
- Осторожнее, - предостерег он.
- Это же всего лишь шляпа.
- Ага, а остальное где? Не мог же он просто взять и... исчезнуть... превратиться...
Стражники попятились.
- Ты тоже слыхал?
- Говорят, он взмахнул руками, и в стене от такая дырища появилась!
- Это что! А я слышал, прилетел он к нам на невидимом драконе.
- Но что мы скажем лорду Хону?
- Я не хочу, чтобы от меня осталась горстка праха!
- А я не хочу докладывать лорду Хону, го мы его упустили. Хватит бед и без этого. А я
только купил себе новый шлем...
- Ну... мы могли бы взять с собой шляпу. Как вещественное доказательство.
- Верная мысль. Возьми ее.
- Я? Почему я? Ты возьми!
- На нее может быть наложено какое-нибудь ужасное заклинание.
- В самом деле? Значит, если я до нее дотронусь, то ничего? Спасибо! Пусть ее возьмет
кто-нибудь из этих!
Стиральщики попятились, гункунгская привычка к повиновению испарилась точно
утренняя роса. Стражники были не единственными до кого дошли слухи о Великом
Волшебнике.
- Только не мы!
- Получите срочный заказ на стирку носков!
Стражники обернулись. Из свинарника появился какой-то крестьянин. Он тащил мешок, а
лицо его было прикрыто широкополой соломенной шляпой.
- Эй, ты!
Человек рухнул на колени и принялся колотить головой о землю.
- Только не убивайте меня! Стражники переглянулись.
- Мы тебя не убьем, пообещал один из них, - если ты подойдешь к вон той шляпе и
поднимешь ее.
- К какой шляпе, о могучий во
...Закладка в соц.сетях
