Жанр: Фантастика
Тютюнин 1. Тютюнин против цру
...ась и, сделав страшные глаза, негромко сообщила:
- Это я вам звонила. Отмыкай дверку.
Джонсон был готов ко всяким неожиданностям, но тут он здорово удивился.
Впрочем, дверь все же открыл, и довольная старуха плюхнулась на соседнее сиденье.
- Трогай, чего встал! Хочешь, чтоб меня сцапали? Ты-то под книжкой дипломатической,
а у меня только пенсионное удостоверение.
"Действительно. Чего это я?" - по-английски подумал Джонсон и поехал по улице
дальше, на ходу соображая, что ему делать.
- Вы.., что-то собираетесь предложить Соединенным Штатам? - спросил он, делая
поворот направо и глядя, как с запозданием к нему цепляется "хвост" русской контрразведки.
- Ну дак а то? - Старуха поправила вязаную панамку и, похлопав по лежавшей на
коленях сумке, сообщила:
- У меня, между прочим, и бинокль есть.
- Очень хорошо. Как вас зовут?
- Изольда Васильевна Живолупова. Но мои любимым позывным всегда был Зи-Зи.
- Позывной?
- Да. Я сорок лет в органах. Правда, с перерывами на две отсидки. Но это мне зачислили
в стаж - могу принести справку.
- Так вы работали в спецслужбах?
- Работала. А теперь меня не ценят, а милицейский майор Шароемов вообще старой
дурой обозвал. А я, между прочим, факт обнаружила.
- Какой факт? - Джонсон еще раз глянул в зеркало заднего вида и снова повернул,
чтобы сидевшие на "хвосте" контрразведчики не скучали.
- Факт секретный, но расскажу я об нем, лишь когда вы меня на службу примете.
"Ну вот. Сейчас начнет требовать деньги", - догадался Джонсон.
- Вы, мэм, хотя бы намекните, а то за что же я буду вам деньги платить?
- Не деньги, милок, а токмо доллары. И не просто доллары, а этот.., как его? Кэш!
- Ну хорошо - сколько вы хотите? - спросил церэушник, продолжая следить за
"хвостом" в зеркало заднего вида. Он решил ехать к ближайшему парку, чтобы высадить там
сумасшедшую старуху - именно таковой она ему и показалась.
- Я хочу... - Живолупова набралась решимости и выпалила:
- Двести хочу!
- Чего двести? - уточнил агент Джонсон, ожидая услышать про миллионы или даже
миллиарды. В последнее время он имел много случаев общения с подобными людьми. Один
даже представлялся важным человеком из самых верхов и обещал продать Камчатку за десять
миллиардов. Причем соглашался получить в качеств "аванса и доброй воли" всего сто тысяч.
- Чего двести? Ну.., долларов, - сказала Живолупова и напряженно уставилась на
американца, ожидая его вердикта.
- Окей, я согласен.
- В месяц! - тут же добавила старуха.
- Пусть будет так, - снова кивнул Джонсон, недовольный тем, как медленно едут за
ним русские. Так и отстать недолго.
- Аванс дадите?
- Йес. То есть да. Двадцать "баксов" устроит?
Джонсон вынул из кармана деньги и протянул сумасшедшей старухе. Он надеялся, что
теперь она оставит его в покое и попросит остановить машину, чтобы сбежать с добычей,
однако Живолупова, напротив, решила тут же выложить все, что знала.
- В общем, шеф, слушайте меня внимательно. Наблюдаемый мною Сережка Тютюнин
может лица изменять. Не свое, конечно, евоную-то харю никак не изменишь, а вот для своих
собутыльников - пожалуйста.
- Вы сами видели, мэм?
- Сама видела. Хочешь поклянусь?
- Не надо. Но скорее всего это был... Как по-русски? Глюк!
- А вот и нет. Я в одном журнале прошлогоднем вычитала, что это называется
би-о-плас-ти-ка. И что наши военные добилися в этом деле высоких результатов. Где-то на
Урале.
На это Джонсон ответил улыбкой.
- Ага, поулыбайся, поулыбайся. А вот ты думаешь, кто у тебя в руководителях?
Американец? А вот, может, уже и нет - какой-нибудь наш "Ваня" с Вологодской губернии. Но
это можно проверить - знаешь как?
- Как? - не удержался Джонсон.
- Так по водке! - Живолупова усмехнулась, удивляясь такой недалекости своего нового
начальства. - Если водку русскую пьет - значит, того! Наш человек - российский. Наш без
водки долго не может.
Джонсон невольно вспомнил рассуждения одного важного генерала. Тот очень хвалил
русскую водку.
- В вашей нелегкой командировке, Хэнк, есть свои плюсы, и прежде всего - водка. В
России вы сможете пить ее сколько угодно и любых сортов.
- Вы так любите водку, сэр? - спросил его тогда Джонсон.
- Не всякую, Хэнк, а только русскую. И, кстати, наш Директор тоже. Тут мы с ним
находим общий язык...
В свете этих воспоминаний слова сумасшедшей на вид старухи принимали совершенно
иное значение. Что, если этот генерал - русский? А если Директор? Да что там Директор -
если сам Президент?! Джонсон слышал, что и он иногда прикладывается к "Столичной".
От этих мыслей Хэнку Джонсону стало жарко. Заехав в какой-то переулок, он
остановился и, подождав, пока из-за угла появится "хвост", поехал дальше.
Итак, насколько велика была вероятность подобного события - использования русскими
этой самой биопластики? Ничтожные доли процентов. Но даже если ничтожные доли, разве
можно от этого отмахиваться?
"Нет, отмахиваться не будем", - решил Джонсон и, выбравшись из лабиринтов
исторического центра, поехал по радиальному шоссе.
- Я предлагаю.., вернее, я приказываю вам, агент Зи-Зи, продолжать наблюдать за этим
паразитом Сережкой э-э...
- Тютюниным, - подсказала Зи-Зи.
- Вот именно. Наблюдать и собирать информацию. Вы скажете мне свой адрес, и я буду
отправлять вам инструкции по почте. Договорились?
- Это самое... Йес, сэр.
Джонсон покосился на нового агента. Он все еще пребывал в некотором сомнении.
- А как же вы, Изольда Васильевна, попали в спецслужбы?
- Это давно было. По комсомольскому набору - страну от врагов народа защищать. -
Зи-Зи вздохнула. - Эх, хорошее было времечко! Молодое.
- Вы где-нибудь этому учились?
- А как же! Ускоренные курсы имени Парижской коммуны. Потом повышала уровень в
Германии...
- В Германии? То есть в ГДР?
- Да что вы, шеф, какая ж вам ГДР в тридцать девятом году? Меня сам товарищ Мюллер
очень ценил.
- Товарищ Мюллер? А товарищ Канарис вас не ценил?
- Нет, это другое управление было. Мы больше по политическим работали...
Решив позже проанализировать разговор со старухой, Джонсон высадил ее возле театра
кукол и возвратился в посольство.
Обрадованный тем, что шеф вернулся в целости и сохранности, Смит подал ему выпить.
Джонсон сделал пару глотков, прежде чем понял, что это водка.
- Почему вы подали мне водку, Смит? - поинтересовался он.
- Просто я сам предпочитаю водку, вот и все.
- Ну да, конечно.
Делая вид, что пьет, Джонсон стал осторожно наблюдать за Смитом. Похож он на
русского или нет?
"Глупость какая. Так ведь можно и до паранойи дойти".
- В ваше отсутствие, шеф, нам снова сделали блестящее предложение.
- Что на этот раз?
- Планы высадки русских на Венере.
- Повременим пока. Но посылать подальше мы их не будем.
- Думаете, это не полная чепуха, сэр?
- В России ни в чем нельзя быть полностью уверенным. Ни в чем.
32
Очередной рабочий день Сергея Тютюнина прошел вполне обычно. Было нападение моли,
однако удалось отбиться обычным дихлофосом. Потом ему пытались всучить пыжика под
видом бобра.
В обед бухгалтер Фригидин снова воровал сахар, а потом позвонила врачиха Света и
поинтересовалась, почему он ей в морг не звонит.
Одним словом, ничего особенного. К девятнадцати ноль-ноль Серега уже был дома и
застал жену за вязанием.
- Чего это ты делаешь? - поинтересовался Тютюнин.
- Девчонки посоветовали, - сказала она. - Говорят, успокаивает.
- И чего, правда успокаивает? - Серега и сам чувствовал непонятный мандраж. Так бы
и выпил чего-нибудь.
- Не знаю. Пока у меня не получается, но, если за сегодня не научусь, я эти спицы, блин,
в косичку заплету!
- Значит, не помогает, - сделал вывод Сергей и ушел на кухню. Кот Афоня побежал за
ним следом, ожидая, когда откроют холодильник, однако ему ничего не перепало, поскольку
Тютюнин просто сел за стол и задумчиво уставился в стенку.
Зазвонил телефон. Серега снял трубку.
- Але.
- Привет разведке. Чем занимаешься? - Это был Леха.
- Только с работы пришел. Ужинать собрался.
- Слушай, Серег, я вот чего подумал - трехлитровку-то с этой отравой мы ведь с собой
привезли.
- Правда, что ли?
- Ну! Я чего подумал, ты говорил, что у тебя врачиха знакомая. Может, мы эту ботву
проверим как-то. Анализ сделаем, гадость отфильтруем. Там же почти три литра спирта - не
выбрасывать же?
- Выбрасывать нельзя, - согласился Тютюнин.
- Ну так я тебе сейчас занесу образец.
- Да ты что... - Серега понизил голос. - У меня жена дома.
- Не боись, я в мензурочке от клея принесу - что я, не разведка, что ли? Сейчас буду.
Серега помыл руки, достал из холодильника кусок сала - для себя и утиное крылышко -
для Афони.
На стук холодильника пришла Люба.
- Чего это ты сало-то гложешь? Суп, что ль, не будешь есть?
- Могу и суп, - угрюмо отозвался Тютюнин. После вчерашнего у него еще остался
неприятный осадок, и потому хотелось вести себя независимо.
В дверь позвонили.
- Ой, кто это? - удивилась супруга. - Мама вроде не собиралась.
- Хорошо, что не собиралась. Это Леха пришел - клей мне принес, - сказал Сергей и
поднялся, чтобы открыть.
- Это вы теперь и клей пьете, алкаши несчастные? - крикнула ему вдогонку Люба. Или
вы его нюхаете?
Хлопнула дверь, и улыбающийся Леха в сопровождении Сергея вошел на кухню.
- Мы его, Любаня, на хлеб намазываем, - пояснил Окуркин.
- Покаж, что за клей?
- А вот. - Леха скромненько пристроил на край стола стеклянный пузырек.
Люба решительно взяла пузырек и, открыв его, понюхала.
- Что-то ваш клей спиртом попахивает.
- Ну не будем же мы, Любань, такими наперстками употреблять, - заулыбался Леха. -
Это ж себя не уважать. Люба устало махнула рукой и ушла в комнату.
- Чего это с ней?
- Да после вчерашнего отойти не может.
- А-а. Ну это конечно... Ладно, Серег, я пошел, а то Ленка меня контролирует. Говорит
- через пять минут не вернешься, засчитаю побег.
Когда Леха ушел, Сергей, позабыв про сало, взял пузырек и, встряхнув его, посмотрел на
свет.
Однако стекло было темным и Тютюнин ничего не увидел.
Тогда он снял крышку и по примеру Любы понюхал. Пахло, как и в прошлый раз,
какими-то фруктами или ягодами. Хорошо пахло.
Что-то коснулось ноги Сергея, он посмотрел под стол. Это был Афоня, сожравший утиное
крылышко и теперь желавший, чтобы с ним поиграли.
- Отвали. Здоровый уже за бантиком бегать... - сказал ему Сергей и снова понюхал
пузырек.
"А что будет, если лизнуть крышку? - подумал он. - Да ничего не будет - там
полкапли. С полкапли никуда не улетишь".
И Тютюнин смело лизнул крышку.
С ним ничего не случилось, а на языке остался привкус какой-то валерьянки.
Кот снова толкнул Серегу, а потом несильно царапнул по ноге когтями.
- Э, ты чего это, совсем оборзел? - серьезно спросил его Тютюнин. - Или эта штука и
правда на валерьянку похожа?
Сергей снова понюхал пузырек, но теперь его содержимое вовсе не издавало никаких
запахов.
"Выдохлась микстура, - решил Тютюнин. - Наверно, уже совсем не работает".
Решив, что пора перейти к увеличению экспериментальной дозы, он наклонил пузырек,
чтобы капнуть себе на ладонь. Хотелось получить каплю, но вылилось целых пять.
Впрочем, пять или одна - на ладони почти что ничего и не было.
Сергей слизнул настой и прислушался к своим ощущениям. Ничего не происходило, он
оставался на собственной кухне, рядом тихо урчал холодильник, а из крана капала вода. Все это
было так знакомо.
Вот только как он оказался на полу?
Тютюнин решил подняться, однако, даже встав на ноги, не достал головой до сиденья
табуретки.
"Паралич!" - пронеслось у него в голове. Решив ползти в комнату - к Любе, Сергей
заметил, что бежит легко и даже его пушистый хвост... Стоп! Хвост!!!
Повернув голову, Тютюнин увидел, что у него действительно есть пушистый хвост. И еще
у него были четыре лапы, и усы, и когти!
"Что я наделал!" - хотелось закричать Сергею, однако из его пасти вырвалось только
жалобное мяуканье. На ум стали приходить финалы ужасных детских сказок и фразы вроде "Не
пей из копытца - козленочком станешь!".
Тютюнин галопом выскочил в комнату и, бросившись в ноги ничего не подозревавшей
Любе, завыл что было мочи:
- Любонька! Солнышко, помоги мне! Вызови "скорую помощь", Люба! Посмотри, в
каком я состоянии!
- Ой, Афоня! Ты чего, сдурел? Ты мне на ноге небось синяк поставил!
- Да что твой синяк! Ты посмотри, в кого я превратился! Нужно же что-то делать -
Лю-ю-юба!
- Ну ладно, поняла я тебя. Не ори... - Супруга Тютюнина со вздохом отложила свое
вязанье, подхватила Серегу под живот и потащила, как ему показалось, в ванную.
"Правильно! Как я сам не догадался! Колдовство снимают водой! Молодец, Любаня!"
Впрочем, Сергей ошибался. Жена быстро отперла входную дверь и выбросила его на
лестничную площадку.
- Иди уже, гоняй своих кошачьих девок, шалопутный!
Двери захлопнулись, пораженный Тютюнин лег на холодный кафель, поскольку
ослабевшие лапы отказывались его держать.
Где-то внизу хлопнула дверь. Поначалу Серега никак не отреагировал на этот звук, однако
затем в его голове словно сверкнула ослепительная вспышка. Ну да - как же он мог забыть,
это же дверь 144 квартиры!
Позабыв про свои невзгоды, Тютюнин метеором слетел по ступенькам и увидел ее.
Это была она - пепельная красавица Маруся. Трехлетняя кошка, переехавшая в их дом
еще зимой.
Как же она была хороша! За такую Серега был готов отдать все.
- Привет, Марусь, - сказал он, замедляя шаг, словно бы проходя мимо по своим делам.
- А мы знакомы? - Маруся позволила себе улыбку, а затем, как бы невзначай
коснувшись его грудкой, спрыгнула на следующий лестничный пролет.
Тютюнин сейчас же последовал за ней.
Маруся снова прыгнула, и Серега повторил ее маневр. Он представлял себя с Марусей
парой влюбленных снежных барсов, ведущих любовную игру в горах Памира.
Однако скоро горы закончились, и Тютюнин вслед за Марусей выскочил во двор.
Смело прошмыгнув перед носом полуслепого дога Гоши, пара ошалевших кошек взлетела
по дереву на крышу старого гаража, а затем обрушилась на стоявшие в ряд мусорные баки.
Хвостик Маруси так и мелькал перед Серегой, окончательно сводя его с ума. Казалось,
счастье было так возможно, однако жестокая подножка заставила Тютюнина ткнуться мордой в
асфальт, а потом раз пять перевернуться через голову.
С трудом поднявшись после таких каруселей, Серега посмотрел по сторонам и в паре
метров от себя увидел двух котов: Сему и Артура.
Сема был вторым котом в семье, и ему всегда не хватало еды, а аппетитом он мог
соперничать даже с доберманом.
Артур, напротив, происходил из семьи бездетных архитекторов, и его кормили едой из
самого настоящего кошачьего ресторана. Иногда ему это надоедало, и тогда Артур вылавливал
из аквариума стодолларовых рыбок. За лакомые куски со своего стола Артур держал Сему за
раба-телохранителя. А постоянный голод, помноженный на глупость, делал рослого Сему
страшным оружием в лапах Артура.
- Ты чего, Афоня, не здороваешься? - издалека начал Артур.
- Ага, эт самое... - поддержал его Сема.
- Извините, - сказал Серега. - Я вас не заметил.
- Он нас не заметил, Сема. - Артур вздохнул и, выпустив на лапе когти, осмотрел свой
новый маникюр.
- Ага, эт самое, не замечает.
Сема усмехнулся и пошевелил помятыми ушами. Рядом с холеным и красивым Артуром
он выглядел старой кроличьей шапкой, облитой олифой.
- Я тебя предупреждал, кот помойный, что Маруся со мной гуляет, а? - угрожающе
произнес Артур.
- Маруся гуляет с кем хочет, - парировал Серега. - Маруся - кошка свободная.
Он понимал, что его станут бить, однако честь была дороже.
- Придется тебя проучить, котяра. Артур покосился в сторону своего слуги и со скукой в
голосе сказал:
- Сема, начинай.
Здоровяк поднял брюхо с земли и, встав на все четыре лапы, направился к жертве.
Отступая к мусорным контейнерам, Серега заметил на крыше гаража Марусю. Она заняла
удобное место и собиралась наблюдать драку, словно это был спектакль.
Сема взмахнул лапой. Серега хотел перехватить удар, но тяжелая оплеуха сбила его с ног.
Пришлось быстро вскочить на ноги, однако, неповоротливый с виду, Сема был уже рядом. Он
снова сделал ложный замах, однако ударил Тютюнина твердой, словно деревянная колотушка,
головой.
Перед глазами Сереги поплыли разноцветные круги - он и не предполагал, что в
кошачьих драках используются столь варварские приемы. Понимая, что дело нешуточное,
Тютюнин сжал лапу в кулак и встретил противника жестким апперкотом. Сема жалобно
мяукнул и чуть не упал, однако все же удержался.
- Бей его, толстый! Бей, чего смотришь! - скомандовал Артур, и Сема бросился на
дерзкого противника всей тушей.
Он свалил Серегу и стал топтаться по нему, как слон, угрожая сломать ребра. А
подскочивший Артур уловил момент и всадил в Серегин бок отшлифованные маникюром
когти.
Тютюнин заревел, как тигр, и, применяя кошачью тактику Афони, выстрелил задними
лапами вверх, заставив тяжелого Сему шлепнуться на спину.
- Браво! Браво! - закричала Маруся с гаражной крыши, а над головой лежавшего
Тютюнина взвилась лапа Артура. Теперь он метил своими когтями прямо в глаза.
Пришлось выставить блок, но хитрый Артур ударил в живот. Тютюнин снова взвыл, и его
кошачья шкура затрещала.
"Они же мне всю мездру попортят!" - пронеслось в его голове, и, извернувшись, он
подсек Артуру передние лапы, а затем добавил по усам выпущенными когтями.
Артур жалобно запищал.
- Держись, босс! Я уже иду! - крикнул ему Сема, разгоняясь для окончательного удара.
Он мчался, словно паровой каток, намереваясь размазать Серегу о мусорный контейнер. В
последний момент Тютюнин изо всех сил, что у него оставались, оттолкнулся и взмыл в воздух,
а Сема, пролетев под ним, врезался в стальную стенку тяжелого контейнера, ухитрившись
сдвинуть его с места.
Приземлившись на крышку одного из баков, Серега с трудом перепрыгнул на крышу
гаража.
- Очень мило, Афоня! Очень мило! - не поднимаясь с подстилки из сухих листьев,
промурлыкала Маруся. - Я и не знала, что ты такой герой. Может, я и для тебя как-нибудь
выделю минутку.
- Не нужна мне твоя минутка! - с горечью в голосе произнес Серега. - Не нужна.
- Это почему же, бедненький Афонька?
- Потому что гадина ты, Маруська! Самая последняя гадина.
С трудом передвигая лапы и припадая на переднюю левую, Серега кое-как поднялся на
свой этаж и, остановившись под дверью, закричал:
- Люба! Люба, открой - это я! Люба-а-а!
В боку и брюхе саднило, болели ребра и ободранная морда. Серега не вполне понимал,
кто он сейчас и в каком состоянии.
- Да открывай же, Люба!
Хозяйка услышала рев побитого кота и наконец отворила дверь.
- Ты тут спишь, что ли? Не дозовешься тебя, - пробурчал Серега и захромал прямо на
кухню - попить воды.
- Афонечка, да ты весь в крови! Ты подрался или упал?
- Занимался борьбой нанайских мальчиков, - обронил Сергей и, добравшись до блюдца
с водой, начал ее жадно лакать.
- Я сейчас бинты принесу!
- Неси, уф-ф.
Серега вздохнул и вдруг понял, что сидит на табуретке.
Первые секунды он еще чувствовал боль от полученных в драке ран, но затем увидел
ободранного Афоню, который лежал возле блюдца и дожидался Любу с ее бинтами.
- Афонька, брат! - воскликнул Сергей, присев рядом с котом. Тот посмотрел на хозяина
понимающим взглядом и снова стал пить воду.
Прибежала Люба с бинтами и большим флаконом одеколона "Шипр".
- Подставляй бок, Афоня, - сказал Сергей. Кот послушно повернулся.
Люба продезинфицировала ему рану на боку и на морде.
- У него еще на животе, - сказал Тютюнин.
- Ой, и правда. И кто же его так?
- Сема и Артур.
- Вот гады. За что же они так нашего котика не любят?
- Они его за Маруську избили.
- За какую Маруську? - Люба удивленно уставилась на Серегу.
- Ну, из 144 квартиры.
- Ты всех девок, что ли, в доме знаешь? - Глаза жены недобро сузились.
- Дура ты! Маруська - это кошка!
- А-а-а...
- Вот и тебе и а-а... Ты не думай, Афоня. Я им этого не прощу - завтра же оба получат
по полной программе. Артур так в особенности - это же он кричал: "Бей его, толстый!" Он
всем верховодит, Афоня. А ты небось не знал? И еще - с Маруськой не водись. Она стерва.
Когда меня били, она с крыши смотрела, как будто ей это кино какое!
- Сережа, с тобой чего происходит?
- А? - Тютюнин очнулся и посмотрел на жену. - Чего такое?
- Ты чего городишь? Будто кот чего-то кричал...
- А.., это я так. За Афоню переволновался.
Сергей поднялся с пола и ушел в комнату, чтобы там, сидя у телевизора, разобраться со
своими ощущениями.
Утром Серега встал на час раньше, чтобы успеть сбегать к мусорным контейнерам. На
правах хозяев помойки Сема и Артур всегда присутствовали при пересыпке отбросов в
мусоровоз, а значит, место встречи было определено.
- Ты куда это в такую рань собрался? - потягиваясь, поинтересовалась Люба.
- Да тут халтурка подвернулась.
- Как Афоня?
- Вроде спит. Правда пьет много - я ему воды доливал.
Быстро проглотив остывший чай, Тютюнин скоро обулся и выскочил из квартиры. Лифт
оказался сломанным, и Сергей стал спускаться по лестнице.
Пробегая мимо 144-й квартиры, он на секунду задержался, но затем поскакал вниз с еще
большей скоростью.
Во дворе он оказался вовремя. Неповоротливый, словно навозный жук, мусоровоз как раз
сдавал назад, готовясь начать погрузку мусора.
Серега быстро обошел гаражи и довольно заулыбался, увидев Артура и Сему, которые
сидели под кирпичной стенкой гаража и молча инспектировали работу мусоровоза.
Очень кстати Тютюнину на глаза попалась доска от ящика. Он уже решил, что первым
будет Сема. Ему надо врезать сразу, а потом заняться Артуром. С ним у Сергея были особые
счеты.
За шумом машины коты не заметили опасности, и первый удар оказался для них
совершенной неожиданностью. Получивший его Сема квакнул, словно лягушка, и ринулся в
узкую щель между контейнерами, отчаянно пробуксовывая лапами.
Артур метнулся в сторону, надеясь сигануть через ящики, однако Серега сбил его в полете
доской.
Заскрежетала подача, и первый железный бак начал подниматься. Стоявший в стороне
шофер со скукой наблюдал за действиями Тютюнина и время от времени дергал рычаги,
управляя механизмами.
Между тем Артур все же вырвался из замкнутого пространства. Сергей помчался следом
за ним. Сделав отчаянный бросок, он достал кота последним пинком, и тот покатился кубарем,
прямо в руки своей хозяйки.
- Артусик! Мой Артусик! - закричала хозяйка. - Этот хам убил его! Мой Артусик!
Рядом с хозяйкой кота стоял ее муж, который делал вид, что его ничего не касается.
- Что ты стоишь, Викентий?! Немедленно дай этому хаму в рог! - истерично закричала
дама. - Дай в рог этой падле за нашего Артусика!
- Прошу тебя, пожалуйста, без этой ненормированной лексики. Прошу тебя.
- Ну так набей ему лицо!
Викентий, даром что архитектор, был на две головы выше Сереги и в три раза шире в
плечах.
- Может быть, мы отойдем? - предложил он Тютюнину. - За гаражи, вы не против?
- Не.., не против, - ответил Серега. Свою досочку он уже потерял и теперь не знал, чем
сможет ответить этому гиганту. Жизнь переменчива, и после торжества справедливости
Тютюнин рисковал налететь на большие неприятности.
Прикинув на всякий случай путь к отступлению, он решил, что сумеет забраться на
крышу гаража, используя вчерашний маршрут.
- Ладно, дальше не нужно идти. Нас и так уже не видно, - сказал архитектор.
- Как хотите... - пожал плечами Тютюнин.
- Меня зовут Викентий Иванович, - произнес гигант. - А вас?
- Сергей Тютюнин, - представился Серега. И зачем-то добавил:
- Простой рабочий человек.
Викентий Иванович протянул руку, Тютюнин с опаской ее пожал. Он ожидал, что
архитектор его схватит, однако ничего такого не случилось.
- Видите ли, Сергей, этот кот очень дорог моей жене. Но я сам к кошкам отношусь
нейтрально...
Викентий оглянулся, и Сергей снова приготовился к нападению.
"Щас вдарит!" - подумал он, однако Викентий медлил.
- Сам я, Сергей, очень люблю аквариумных рыбок, а Артусик, он за этот только год
сожрал их уже на три тысячи долларов...
- Три тыщи?! - вырвалось у Тютюнина.
- Вот-вот, друг мой. Вы меня понимаете, а эта с.., а моя супруга считает, что это пустяки.
У архитектора дернулась щека, он откашлялся:
- Не могли бы вы, Сергей, сделать так, чтобы Артусик... Гм... Чтобы однажды он.., ну,
не пришел ночевать? И совсем не пришел... - Сказав это, Викентий Иванович выжидательно
посмотрел на Серегу.
- Я даже не знаю...
- Вы не волнуйтесь, Сергей, я вам заплачу. Вот, пожалуйста. - С этими словами
архитектор достал из кармана сотню американских денег и протянул Тютюнину. - За кота
столько хватит?
- Я не могу так сразу сказать, - растерялся Тютюнин. - Сам-то я кошек не убиваю.
Специалиста искать нужно.
- Я понимаю. Тогда давайте сделаем так: вы возьмите эти деньги и пока ищите
специалиста, а при случае давайте Артусику по башке. Договорились?
- Ну это я и без специалиста могу, - пообещал Серега и взял сотню.
- Большое вам спасибо, Сергей! - Викентий с чувством пожал Тютюнину руку и
добавил:
- Вы, пожалуйста, пока постойте тут. Сейчас мы с женой уедем, и тогда вы выходите.
- Понял, Викентий. Без проблем.
Архитектор вышел из-за гаражей и направился к черной "тойоте", в которой уже сидела
его жена.
Выглянув из-за угла, Сергей увидел, как владелица кота о чем-то спросила мужа. В ответ
тот провел по горлу ладонью и сел за руль. Однако на этом все не закончилось, и в следующую
секунду на архитектора, судя по всему, посыпались упреки. Тютюнин видел только трясущийся
парик под чернобурку и широко раскрытой рот супруги Викентия.
"Да, хороший мужик, а с женой не повезло", - подумал Серега, от души жалея нового
знакомого. Наконец машина тронулась и, объехав пришпиленное прищепками белье,
выкатилась со двора.
Тютюнин сейчас же выбежал из своего укрытия и заспешил домой. Уже в прихожей он
столкнулся с Любой, которая собиралась на работу.
- Ты почему вернулся? Забыл, что ли, чего?
- Ничего не забыл. На вот, положи в комод, - сказал Серега, протягивая жене деньги.
-
...Закладка в соц.сетях
