Жанр: Фантастика
Князь Тишины 2. Дракон мелового периода
...больше недели. - сдержанно заметил он. - Я вытащил
полкафедры из летних отпусков. Лучшие мастера реальности страны днем и ночью
ищут пропавшую трансформированную материю, но не находят даже ее следов.
Понимаете - она исчезла вся, сразу и бесследно! Это фантастика!
- Ничто не появляется из ничего и не исчезает никуда. - возразил Хохланд. -
Закон сохранения вещества действует одинаково во всех мирах. Ищите дальше. Нам
нужна эта материя... а еще больше нам нужен мастер реальности, который с ней
поработал.
Я съежилась под своим чертополохом. Тон Хохланда не сулил мне ничего хорошего.
- Ну, мастера найти будет проще. - сказал седой. - По крайней мере, мы знаем,
кто он такой. А выяснить, где он прячется сейчас. - это только вопрос времени.
- Только умоляю - никакой огласки. Мы и так едва замяли скандал со снятой
иллюзией. Никаких публичных обвинительных процессов, никаких государственных
тюрем. Брать его надо быстро и тихо...
- Без шума и пыли. - усмехаясь, процитировал седой. - Я все понимаю. Как только
он будет в наших руках, тут же переправим его в подвалы академии и там
неторопливо, обстоятельно побеседуем с нашим умельцем о загадочных фокусах с
материей...
Я почувствовала, что холодею. Они что, серьезно?
- Нет, только не в подвалы. - возразил Хохланд. - Из подвалов выходят. А из моей
лаборатории, раз попав туда, не может выйти никто. Кроме меня, конечно. А
выпускать его нельзя, сами понимаете, ни при каких обстоятельствах, даже после
того, как он все нам выложит...
- Ваша лаборатория? Хм, спасибо. Очень любезно с вашей стороны предоставить ее в
наше распоряжение. Только, знаете ли, подвалы академии как-то надежнее - место
удобное, проверенное...
- Не доверяете мне, Андрей Михайлович?
- Что вы, как можно, Теобальд Леопольдович...
Старики пустились в долгий и бессмысленный спор, видимо, уже не в первый раз
деля шкуру неубитого медведя. Я, съежившись, лежала в траве. Наверно, надо было
сматываться, но услышанное было настолько ужасно... Запереть меня в подвалах
академии? Может, они еще и пытать собираются? Что им от меня надо, в конце
концов?! Я же ничего такого не делала! А я-то собиралась все рассказать сегодня
Хохланду... Тут-то он и засадил бы меня в свою лабораторию, из которой нет
выхода. Я вспомнила черный лес, и меня передернуло от страха.
В следующую секунду мне на плечо опустилась тяжелая рука и придавила к земле.
Другая рука в замаранной глиной рукавице зажала мне рот. Как я ни пыталась
вырваться, но меня снова и снова тыкали носом в сухую траву.
- Хочешь отсюда выбраться? - прошептал знакомый голос.
Я попыталась укусить зажавшую мой рот ладонь, чтобы хоть на мгновение
освободиться и заявить Джефу, что не желаю иметь с ним дела, но он не отпускал.
- Я могу тебя вытащить за ворота, так что никто ничего не заметит. - едва слышно
добавил он. - Но если пикнешь, нам обоим хана.
С этими словами Джеф убрал ладонь. Я успела один раз вздохнуть, после чего мне
на голову накинули холстяной мешок. В таких мешках работники академии таскали
книги из библиотеки Этот был здоровенный, и я уместилась в нем целиком. Джеф
взвалил мешок на плечо и, тяжело ступая, куда-то пошел.
В мешке было душно, но вполне можно дышать. Джеф шел мерным шагом, но я даже
сквозь холстину слышала, как колотится его сердце. Постепенно шум стройки начал
затихать, Джеф пошел быстрее, и я поняла, что мы покинули территорию библиотеки.
- Выпусти меня. - попросила я. - Кажется, уже можно.
В ответ Джеф швырнул мешок на что-то жесткое.
- Молчи. Еще рано. - прошептал он. - Мы у ворот, тут полно рабочих. Ты когданибудь
ездила в багажнике?
- Где-где?
Вместо ответа над моей головой захлопнулась крышка. Заурчал мотор, зашуршал
гравий под колесами, и мы поехали по грунтовке к Старой Деревне. Машина лихо
прыгала по колдобинам, меня бросало из стороны в сторону и било о крышку
багажника. Потом машина повернула налево и пошла ровнее - должно быть, мы
выехали на шоссе. На железнодорожном переезде меня подбросило еще раз. Я
подумала, что пора бы Джефу остановиться и открыть багажник, но он снова свернул
налево, и машина начала разгоняться. "Собирается ли он вообще выпустить меня?" -
встревожилась я.
Стало совсем нечем дышать. Титаническими усилиями я выпростала из мешка голову и
руки и принялась колотить в крышку багажника.
Через несколько минут мои старания увенчались успехом - Джеф остановил машину. Я
услышала его шаги снаружи и закричала:
- Ты выпустишь меня или нет?! Мы давно уехали со стройки!
- Вот что я тебе скажу. - холодно произнес Джеф, не открывая багажника. - У тебя
два выхода. Или ты молчишь и делаешь то, что я скажу. Или дам по голове и снова
засуну в мешок. Лично мне второй вариант кажется проще и приятнее. Ну?
- Сволочь, ты меня обманул! - заорала я в бешенстве. Это же надо было так глупо
попасться!
- Дошло наконец. - усмехнулся Джеф. - Ну так что? Будем молчать или нет?
Я ничего ему не ответила, подумав, что если Джеф оглушит меня и посадит в мешок,
то удрать от него будет еще сложнее.
- Я тебя правильно понял? - насмешливо спросил Джеф. - Отлично. Тогда вот
указания. Пока я тебя везу, ты молчишь. Когда я остановлюсь и открою багажник,
ты должна лежать в мешке и не дергаться. Я отнесу тебя в укромное место, и там
мы спокойно поговорим. Не волнуйся, ничего страшного с тобой не случится. Если
бы я хотел наказать тебя за Книгу, то сделал бы это еще в прошлый раз.
- То есть ты хочешь просто поговорить?
- Да... почти.
- Ради этого меня надо тащить в мешке?
- Я просто не хочу, чтобы тебя увидели. Поверь, в том месте, куда мы едем, тебе
совершенно незачем светиться.
- А что за место?
- Увидишь. Ты там уже наверняка бывала. Несколько секунд я размышляла. Похоже,
Джеф не врал. Да и другого выхода у меня не было.
- Договорились. - крикнула я. - Вези.
4. Подвалы Академии художеств
Ехали мы очень долго. По пути я кое-как натянула на себя мешок, не уверенная,
что поступаю правильно. Потом Джеф снова куда-то меня тащил, задевая за углы, и
спускался по лестницам; с грохотом открывались и закрывались двери; кто-то
заговорил с Джефом, требуя пропуск, а потом оба расхохотались... Наконец в
последний раз лязгнул засов, и Джеф со вздохом облегчения вытряхнул меня из
мешка на бетонный пол.
- Ну наконец-то. - проворчала я, жмурясь от света. - Меня уже укачало. Где мы?
Джеф коротко подстриг черные волосы и похудел еще сильнее, но в общем особо не
изменился. Одет он был странновато: поверх оранжевого рабочего комбинезона -
белый медицинский халат нараспашку. Он приветственно кивнул мне, сладко
потянулся и упал на стул. Нашарив на конторском столе пакет с соком, он стал
жадно пить прямо из коробки.
- А сама как думаешь?
Я посмотрела по сторонам, с каждым мгновением удивляясь все сильнее и сильнее.
Больше всего это низкое и длинное помещение напоминало лабораторию. Куда ни
глянь - везде непонятная аппаратура, стеклянные шкафы, могучая дверь, как в
бомбоубежище, и ни одного окна в поле зрения.
- Ну и что это такое?
- Подвал Академии художеств. - невозмутимо попивая сок, сообщил Джеф. -
Лаборатория при кафедре экспериментальной алхимии.
Я мгновенно вскочила на ноги и бросилась к двери.
- Можешь не трудиться. - крикнул мне в спину Джеф. - Там кодовый замок.
- Предатель! - закричала я, оборачиваясь к нему. - Так ты с ними! Заманил меня,
урод! А я-то тебе поверила!
- Тебя неинтересно обманывать. - продолжал издеваться Джеф, пока я металась по
помещению в поисках другого выхода. - Раз обманешь, два, другой бы давно
параноиком стал, а ты продолжаешь верить.
Убедившись, что из лаборатории не выбраться, я постаралась взять себя в руки.
- Что дальше? - спросила я, усевшись на стол перед Джефом. - Будешь меня пытать
и добывать сведения?
- Что ты? - картинно изумился Джеф. - Я же не какой-нибудь старый инквизитор
типа Хохланда. Мне никаких сведений от тебя не нужно. Я и так знаю, кто устроил
вселенский катаклизм, оживив древнее море. Я даже догадываюсь, куда оно потом
делось, - правда, это только моя гипотеза.
Джеф поставил на стол сок и поглядел мне в глаза.
- И я знаю то, чего не знаешь даже ты сама. - как ты это сделала. Именно в связи
с этим я тебя сюда и притащил.
- Я чего-то не понимаю. - нахмурилась я. - Так ты не заодно с Хохландом и
прочими академиками?
Джеф рассмеялся:
- Поразительная догадливость! Конечно, нет! Скажу тебе по секрету, меня-то они и
ищут. Считают, что тот катаклизм устроил я, ха-ха!
- А. - сообразила я. - так это тебя они собирались заточить в подвалы академии?
- Ага.
- Тогда что ты тут делаешь?!
- На то две причины. Во-первых, пока все профессора околачиваются возле
библиотеки, академия для меня - самое безопасное место. Никому не придет в
голову, что я прячусь именно там, куда меня собираются заточить. Я же работал
тут много лет, у меня в академии полно знакомых, и многие мне кое-чем обязаны...
- Книжечки краденые, помню-помню... А вторая причина?
- Вторая причина - это оборудование. Джеф встал со стула и положил ладонь на
низкий металлический шкаф, похожий на старинный холодильник "Морозко".
- Оборудование кафедры экспериментальной алхимии уникально. Все эти агрегаты
служат одной цели - преобразованию материи. Например, это - атанор, алхимическая
печь, в которой и происходит процесс выращивания философского камня. Не знаю,
удалось ли им что-нибудь вырастить...
- Все это замечательно; уникальное оборудование и все такое - только при чем тут
я?
Джеф, слегка прищурившись, задумчиво посмотрел вдаль и сказал;
- Да вот, хочу провести один эксперимент.
- Ну и проводи, а я тебе зачем?
- А без тебя никакого эксперимента не получится.
Я на всякий случай встала так, чтобы нас с Джефом разделял стол, и спросила:
- А поподробнее?
Джеф глянул на часы;
- Изволь. Время у нас пока есть. Тогда в подземелье, когда ты испортила Книгу,
даже и не знаю, почему я тебя сразу не убил...
- Ты меня проклял. - напомнила я.
- Ах, да. Тебе на самом деле повезло, что ты рассказала о сером мире. Я сначала
думал, что ты не всерьез, а потом дошло - и правда ведь, девчонка ничего не
знает о субпространстве! Боится его, дурочка! Сама, не будучи иллюзионистом,
как-то туда влезла, а теперь страдает. Меня это все долго прикалывало. Думал -
сказать тебе или нет? А тогда, в подвале, я решил; пусть помучается, да
подольше, как я. А когда узнает, что мучилась без причины, так будет страдать
еще сильнее. И сказал тебе, что субпространство - это реальность, а все
остальное иллюзия. В принципе, не особо и соврал.
Потом ты куда-то уехала - мне было уже наплевать, а я остался думать, как можно
исправить дело с Книгой. Выходило - никак. На что годна Книга, если целый кусок
ее вырван и съеден? Я даже в депрессию впал от безысходности... Но как-то в июле
в моем домене случилась странная штука. Дело было вечером. Сидел я на балконе,
пил какую-то шипучку и предавался мрачным мыслям. Вдруг чувствую - с неба
капает! Что за бред, думаю, откуда в пустыне вода? И тут как ливанет! Гром,
молния, штормовой ветер... кстати, снова видел дракона - на этот раз белого... и
вроде не одного. Я такого ливня даже в нашем мире не припомню. А в моем домене
дождя не могло быть в принципе. В Хоразоне во внутреннем дворе стояла вода чуть
не по колено. Вся буря длилась с полчаса. Потом стихло. Такой воздух стал
хороший, свежий, ну прямо морской! Я понюхал и догадался - дело нечисто. И
послал на разведку Эзергиль. А когда она вернулась и сказала, что видела новое
море, а на его берегу - тебя... тут-то у меня мысль и заработала.
Со слов Эзергили я понял, что имело место превращение мертвой материи в живую.
Ты спросишь: что в этом особенного? Разве все мы не создаем домены? Нет!
Создавать свое и превращать чужое - это разные вещи. Потом, если хочешь, объясню
разницу. Но второе - гораздо сложнее. А уж превращать мертвое в живое... В
общем, я задумался. Перед отъездом я тебя хорошо запугал и считал, что с Чистым
Творчеством для тебя покончено. И вдруг ты оживляешь море. Откуда такой прорыв?
Что изменилось?
- Да - что? - спросила я, слушая Джефа с огромным вниманием.
- А вот что. Мы с тобой совсем забыли о некоем съеденном листке.
- Ты серьезно считаешь, что из-за того огрызка я смогла...
- Это и есть та самая версия, которую я хочу проверить экспериментально. -
кивнул Джеф. - А именно; что в тебе так удачно изменилось поле того злодейского
поступка.
Я слушала Джефа, и веря, и не веря. Что он такое говорит? Я давным-давно забыла
про этот несчастный обрывок! Не рехнулся ли Джеф? Что тут можно проверять? И
как?
Последний вопрос я задала вслух:
- Что ты собираешься со мной делать?
- Не знаю, сможешь ли ты понять... Тебе знакомо выражение "философский камень"?
Я вздрогнула;
- Да... приблизительно.
- Люди считают, что это такая волшебная штуковина, чтобы превращать свинец в
золото. Но мало кто знает, что это лишь ее побочный эффект. Философский камень -
хотя мне не нравится это слово, потому что никакой это не камень - имеет
чудесное свойство; он заставляет материю стремиться к совершенству. Превращаться
из худшего в лучшее, из мертвого в живое. Улучшаться до бесконечности. Об этом и
идет речь в Книге Корина.
- Я уже в курсе. - пробормотала я.
- Съев лист из Книги, ты обрела способность превращать и улучшать материю.
Значит, часть Книги не пропала. Утратив свою бренную оболочку, она сохранила всю
свою силу. Она живет в тебе!
- И что это значит? - Во мне зашевелились нехорошие предчувствия.
- Это значит, что ее можно попытаться извлечь!
Энтузиазм Джефа почему-то не вызвал у меня ни малейшего отклика.
- Извлечь, значит...
- Именно.
- Из меня. Утраченную часть Книги Корина.
- Ее самую.
- И оборудование припас...
- Как видишь.
- А вот этого не хочешь?!
Я показала Джефу фигу и бросилась в другой конец лабораторного подвала. Там,
между двумя шкафами, виднелась еще одна дверь. Джеф припустил за мной, схватил
за плечо, но мне удалось вырваться. Я уронила какую-то вешалку, чтобы его
задержать, стукнулась об угол железного стола, добежала до двери, дернула ее на
себя и обнаружила, что она закрыта снаружи. Тогда я шмыгнула за ближайший стол с
приборами и с вызовом посмотрела на Джефа.
- Что тебе надо от меня?
- Чтобы не металась тут, как курица. - Джеф обогнул стол. Я спряталась за какойто
облепленный датчиками аппарат. - Чтобы не сопротивлялась... по крайней
мере... минуту...
- Что ты хочешь со мной сделать?
- Я же сто раз сказал: провести эксперимент.
- Отойди от меня, маньяк!
Я заметила, что Джеф пытается загнать меня в угол между аппаратом и застекленным
стеллажом. А еще - что, несмотря на внешнее спокойствие, он начинает злиться. А
я, хотя тоже была изрядно зла, понимала, что в драке с Джефом сила будет не на
моей стороне. Если он захочет скрутить меня, я вряд ли смогу помешать. Только
покалечусь.
- Если не скажешь, что затеял, я тебе тут все стекло раздолбаю! Всю
аппаратуру! - пообещала я. - Камня на камне не оставлю, этими самыми руками!
Эта угроза Джефа остановила. Он перестал гонять меня по лаборатории, глубоко
вдохнул и сказал:
- Ну ладно, черт с тобой. Все объясню. Смотри сюда.
Он указал на один из столов у окна. На нем стоял прибор. Я злобно засмеялась.
Над белоснежным столом на сияющем штативе висело нечто вроде замысловатой
капельницы; переплетение прозрачных трубок, колб с делениями и металлических
штуковин с устрашающими зажимами.
- Подойди поближе, тебе оттуда не видно...
- Ишь какой заботливый! К этой хреновине подойти, ага? Может, еще и голову туда
засунуть?
- Для начала будет достаточно руки. - сказал Джеф, делая быстрый бросок влево.
На мгновение я потеряла его из виду. Этого мгновения было достаточно. В глазах
ярко вспыхнуло белое пламя, и лаборатория исчезла. Когда она появилась снова,
все вокруг изменилось, и не в лучшую сторону.
Я обнаружила, что сижу - вернее, полулежу кулем - на стуле перед загадочной
капельницей, затылок болит, виски ноют, а левая рука от локтя намертво
зафиксирована в той самой железяке с зажимами.
- Не дергайся. - предупредил Джеф, заметив, что я зашевелилась. - Иглу сломаешь,
и тебе кранты.
- Какую еще... - Тут я заметила, что из вены торчит толстая игла. От нее тянулся
тонкий прозрачный пластиковый шланг, по которому в стеклянную колбу бежала моя
кровь.
- Сволочь! - взвыла я, пытаясь вытащить иглу свободной рукой.
Джеф мигом перехватил ее.
- Мало тебе? Сейчас еще раз стукну! - прошипел он. - А потом свяжу и запихаю в
атанор!
- Зачем тебе моя кровьи Вампир проклятый!!!
- Разве ты не поняла? - удивился Джеф.
Я же все рассказал. Ах, да - самое главное забыл. На чем мы остановились? Итак,
я стал думать, как извлечь из тебя эту самую утраченную часть Книги. Сиди
смирно, тебе говорят! - Джеф держал меня за руку и говорил быстро, как будто
надеясь словами удержать от дальнейших попыток вырваться.
- В одной из Книг Блужданий - не скажу, в какой - я нашел рецепт уникального
эликсира. Это зелье соединяет душу с телом...
- А мне-то что?!
- Как - что? Сейчас дух Книги Корина связан с твоей плотью. С помощью моего
эликсира я улавливаю дух Книги, извлекаю его, соединяю с плотью Книги, и он
снова становится моей собственностью. Рецепт включает в себя кровь, мед и
волшебные цветы.
- Какие-какие цветы?
- Неважно. Главный компонент - кровь.
- Да ты маньяк. - вырвалось у меня.
- Только сейчас догадалась? - съязвил Джеф. - Знаешь, когда речь заходит об этой
Книге, каждый маньяком...
Неожиданно что-то щелкнуло, и железная дверь, закрытая на кодовый замок,
распахнулась настежь. За ней толпились какие-то люди, и вид у них был далеко не
мирный.
- Вот он где, мерзавец! - раздался вопль. Мне показалось, что я узнала скрипучий
голос Хохланда.
Я еще не успела сообразить, что к чему, но Джеф отреагировал мгновенно. Он
схватил меня, перебросил через плечо и кинулся ко второй двери в дальнем конце
лаборатории. Трубка капельницы натянулась, я почувствовала болезненный рывок.
Позади нас с лязгом обрушилась кровососная установка.
- Ловите его! - надрывался Хохланд. - Скорее!
- Счас! - прошипел Джеф, торопливо набирая код на второй двери. Мновение спустя
он уже несся по коридору. Я, как кукла, висела у него на плече. Бетонный пол
коридора прыгал под головой. Где-то орали, грохотали дверями, в ушах гудело от
прилива крови и топота многочисленных преследователей.
- Держите его! Во двор побежал!
Джеф, тяжело дыша, куда-то целенаправленно меня нес. От удара отлетела в сторону
дверь, в глаза мне ударил свет, и бетон коридора сменился вытоптанной травой и
гравием. Мы оказались на заднем дворе академии. Передо мной промелькнул высокий
забор, мусорные бачки, штабель почерневших досок, облезлый вагончик на колесах,
в каких живут строители, с до боли знакомой надписью "ОА Феникс" на боку... Джеф
ринулся к вагончику, влетел туда и захлопнул за собой дверь.
- Ф-фу! Успели! - задыхаясь от бега, выдохнул он и опустил меня на пол. - Учись!
Все рассчитано по секундам...
Дверь вагончика распахнулась, и внутрь заглянул какой-то запыхавшийся лаборант.
Скользнув по нам равнодушным взглядом, он крикнул куда-то назад: "Тут никого!" и
исчез, небрежно хлопнув дверью.
- Ты ему глаза отвел, что ли? - спросила я, приглаживая пятерней растрепавшиеся
волосы.
- Им отведешь, как же. Просто во дворе академии нас уже нет.
- А где мы?
- В Хоразоне, где же еще?
Я выглянула в окно, занавешенное все той же тряпочкой с отпечатками грязных
пальцев. Снаружи стояли помойные бачки, росла трава и бегали туда-сюда люди
Хохланда.
- Значит, ты восстановил вход?
- Разумеется. Как же мне жить без входа в родной домен?
- И установил его во дворе академии? Ну ты и обнаглел!
Джеф пожал плечами. Я, не переставая приглаживать волосы, на шаг приблизилась к
двери.
- Ну, от Хохланда ты, допустим, смылся. А что дальше?
- Как - что? Будем продолжать то, что начали...
- Ага, жди! - крикнула я и, прежде чем Джеф успел шевельнуться, выскочила
наружу. В тот же миг на меня обрушилась волна такого жара, словно я с разбегу
бросилась в печку. Ноги по щиколотку зарылись в раскаленный песок.
- Я же сказал. - повторил Джеф, втаскивая меня, ошеломленную и полуослепшую,
обратно в вагончик. - Мы - в Хоразоне.
5. Плен в Хоразоне-1. История Эзергили.
Солнце ползло по небу медленно, как часовая стрелка. Нежно-бирюзовое на
рассвете, небо попеременно становилось лимонным, потом розовым, потом яркосиним,
в то время как солнце из дрожащего вишневого диска превращалось в
раскаленную золотую каплю. Чем ближе к полудню, тем ослепительнее и огромнее
становилось оно, и тем бледнее - небо. Синева выцветала, как ткань, и наконец
совсем сгорала в невыносимом солнечном пламени. В полдень небо и солнце
сливались в пылающий белым огнем вселенский пожар, и смотреть наверх было
совершенно невозможно.
В эти часы я пряталась в самом темном углу камеры и сидела там с закрытыми
глазами, слушая доносящиеся снизу звуки. Днем в башне Джефа все как будто
вымирало, но я знала, что эта тишина обманчива. Стоит предпринять хоть малейшую
попытку к бегству, как через пару минут Джеф уже будет здесь со своими угрозами.
Я ничего не могу сделать - это ведь его домен. К тому же как мастер реальности
Джеф гораздо опытнее меня. А если он куда-то отлучается, так остается Эзергиль.
"Перестань. - грустно говорит она. - А то мне придется помешать тебе силой". И я
перестаю, потому что знаю: если не послушаюсь, то мне будет плохо, а ей - еще
хуже. Ведь по сути она здесь такая же пленница, как я.
Шел третий день моего заточения. Я перепробовала кучу планов побега. Сначала все
казалось так просто. Неужели какая-то каменная башня сможет удержать мастера
реальности?
Смешно! В любой момент я могу развалить тут все на части, превратить в песок!
Сотворить танк, истребитель, могу сама превратиться в дракона или боевой
вертолет. Могу, в конце концов, просто дематериализовать дверь и спокойно уйти.
Но стоило приступить к творчеству, как появлялся Джеф и с легкостью блокировал
все мои старания. Превращение материи требовало усилий и времени, а он уничтожал
все сделанное мной за считанные секунды и снова уходил. На второй день я
перестала рваться на свободу. Вечером, принеся мне ужин в своих лучших традициях
- банку "колы" и коробку с растворимой лапшой, Джеф с довольным видом похвалил
меня за покорность и смирение.
- Не беспокойся. - сказал он. - тебе недолго осталось тут сидеть. Скоро шумиха
вокруг лаборатории спадет, академики снова займутся библиотекой, и тогда мы
вернемся и закончим начатое. А после этого я тебя отпущу. Честное слово!
Когда я слышала это "честное слово", меня начинало трясти от злости. Одно я
знала точно: нельзя позволить Джефу сделать то, что он задумал. Даже если ему
действительно нужна "всего одна маленькая пробирочка крови". Так что теперь я
сидела в темном углу и думала. Надо было придумать нечто такое, что Джеф не
сможет дематериализовать, или обнаружить его слабое место. Пока мне приходило на
ум только одно.
Эзергиль. Вот оно, слабое место Джефа. Она подчиняется ему не по доброй воле, а
из-за каких-то чар. Узнать бы, что это за чары, да снять их, и тогда Джеф
лишится своего единственного помощника, а нас станет двое. Вдвоем с таким
союзником, как Эзергиль, вполне можно рассчитывать на успех!
Склоняясь к закату, солнце снова превратилось в багровый диск, и небо заиграло
всеми цветами радуги. Исчерченная волнообразными тенями пустыня казалась дном
высохшего моря, и мне вспоминалась моя первая, случайная попытка демиургии в
мастерской Антонины. Нет, в этой пустыне не мог бы вырасти никакой кустик.
Когда солнце коснулось краев барханов, пришла Эзергиль и принесла ужин - пиццу с
ветчиной в полиэтиленовой пленке и яблочный сок. На этот раз она была одета
совсем без затей и потому на себя не похожа - черные джинсы, красный топ и
сандалии на шнуровке, а волосы связаны в длинный живописный хвост.
- Это уже лучше, чем лапша. - одобрила я, забирая еду. - Посиди со мной, ладно?
Давай хоть поговорим о чем-нибудь. Или тебе запрещено?
- Нет. - ответила Эзергиль. - Но о Хоразоне лучше не спрашивай - все равно не
отвечу.
- Не больно-то интересно. - с набитым ртом ответила я. - М-м, вкусно! Хочешь
кусочек?
Эзергиль покачала головой и села на пятки в дверном проеме. За ее спиной
виднелась лестница, ведущая вниз, в жилые апартаменты Джефа. Оттуда веяло
прохладой.
- У Джефа там кондишен, что ли? - спросила я, не переставая жевать. - Неплохо
устроился. А где он сам, кстати?
- В отъезде. Но для тебя от этого ничего не меняется.
- Ну почему же не меняется? Вот, с тобой могу поговорить спокойно. Давно мы так
не разговаривали, да? Последний раз, помнишь, у тебя в домене, на горе Лушань?
Те два раза, когда ты мне прокусила руку, и у моря, не считаются.
При упоминании о горе Лушань Эзергиль вышла из своей летаргии, вздохнула и
поморщилась. Должно быть, эти воспоминания ей сейчас тягостны, подумала я, но
все равно продолжала;
- Ты тогда сказала, что нашла мир поля. Правда?
Эзергиль кивнула в ответ.
- И что там было? Что он собой представляет?
Эзергиль снова вздохнула. С тремя корявыми синими буквами на лбу она почему-то
казалась ненастоящей - самым натуральным биороботом, как назвала себя на берегу
мелового моря.
- Ну давай расскажу, если тебе интересно. - начала она. - Все мои проблемы
начались из-за увлечения семиотикой...
- Чем-чем?
- Знаковыми системами. Помнишь, я иероглифы на руках рисовала? Меня одно время
здорово цепляли все эти теории - мир как книга, управление материей через слова
и символы, и прочая муть...
- Да это не муть. - растерянно возразила я. - Наверно... Я с таким не
сталкивалась, но звучит любопытно. Управление материей через слова, хе... Это
заклинаниями, что ли? Но при чем тут мир поля?
- Слушай дальше. В апреле Катька Погодина отдала мне видеокассету с клипом...
- Ту самую, с "Бурзумом"?
- Ага. Там, говорит, как раз по твоей части - действующее зашифрован
...Закладка в соц.сетях
