Жанр: Фантастика
Князь Тишины 2. Дракон мелового периода
...гновение даже забыла, с кем
разговариваю. Книга Корина из первых рук! Я могу восстановить ее целиком, и
тетрадка Джефа перестанет быть единственным экземпляром, и более того - это
будет работающий экземпляр!
Но тут из паралича вышла Машка. С яростным воплем она набросилась на призрака в
теле Мишки и с криком "Изыди, нечистый!" принялась вытряхивать Мишку из шинели.
Прежде чем я успела что-то предпринять, шинель была безжалостно сорвана. Мишка
не особенно-то и сопротивлялся. Он стоял, как манекен. - казалось, толкни, и
упадет.
- Мишенька! Миленький! Очнись! - услышала я Машкин крик. Мишка, закатив глаза,
не реагировал. Шинель валялась на полу, как тело убитого. Я хотела ее подобрать,
но побоялась.
- Не тряси. - наконец выговорил Мишка, вяло пытаясь отстраниться от Машки.
Сестра испустила дикий вопль и повисла у Мишки на шее, как будто он вернулся с
того света.
- Хватит орать, всех перебудишь. - одернула я ее. Нет, я тоже была рада, что все
обошлось - но такой шанс был упущен!
- Я что-то говорил? - пробормотал Мишка, В его глаза возвращался разум. - Черт,
голова болит! Надел шинель, услышал голос и больше ничего не помню.
- Не ты. - сказала я. - Призрак Корина. А Машка его спугнула, и он ушел. Все
испортила!
- И слава Богу. - выкрикнула сестра. - Мишенька... что с тобой?
Мишка, бледный, как мертвец, клонился набок. Мы с Машкой подхватили его и
совместными усилиями положили на кровать. Машка стащила с него кроссовки. Я
подобрала с пола шинель, на всякий случай заглянув в рукава, как будто там мог
скрываться призрак. Мишка что-то пробормотал, потом задышал ровно и вроде как
уснул.
- Какой он горячий! - услышала я плачущий голос Машки. - Гелька, что делать-то?
- Ничего с ним не будет. - сказала я, сердясь, что Машка помешала дослушать
призрака. Пока она хлопотала над Мишкой, я в уме повторяла слова Книги, пытаясь
вникнуть в их смысл. Волчица... храм... белый дракон... черный дракон... башня
лжи... истинный целитель. Опять он. Истинный целитель, который что-то знает,
чего не знаю я... Задумавшись, я не сразу услышала Машкины всхлипывания.
- Ну что с тобой? - устало спросила я. Сестра сидела на краю кровати и
заливалась слезами.
- Мишку... жалко... - выговорила она, глотая слезы. - А если не очнется? Вдруг
он инвалидом останется?
- Не останется. - принялась я утешать Машку. - Он пережил потрясение, а теперь
просто спит. Так всегда бывает, когда вселяется призрак. Я читала.
- Правда? - жалобно спросила Машка. Все ее лицо было в разводах от слез и мела.
- Он проспит до утра и проснется здоровый. - сказала я. - Иди умойся. Ну
посмотри на себя - сущее пугало...
Неожиданно Машка опять зарыдала.
- Ну что с тобой такое? - огорчилась я. Машка, всхлипывая, залепетала что-то
неразборчивое.
- Никогда он меня не полюбит... такую уродину...
Я была поражена.
- Машка, что ты несешь? Ты же красивая!
- Я? - горько переспросила сестра, размазывая по лицу мел. - Я же инвалидка, ты
что, не в курсе? Знаешь, как меня в школе обзывали? Лихо одноглазое! Он никогда
не посмотрит на такую...
- Но... - Я не находила слов, пораженная такой слепотой. Мне, да и всем
окружающим, было совершенно очевидно, что Мишка к Машке неравнодушен.
- Но он же сегодня побежал тебя спасать! Рискуя жизнью!
- Он просто добрый... он всех спасает... Машка снова залилась слезами. Я
растерялась и расстроилась. Чувствуя, что еще чуть-чуть, и зареву за компанию с
сестрой, я села рядом с Машкой на кровать и обняла ее за плечи.
- Я тебе помогу. - пообещала я. Машкино лицо сразу просветлело;
- С глазом?
Она взглянула на меня с такой надеждой, что стало совестно.
- Помогу, чем смогу. - уточнила я.
- Спасибо, Гелечка!
Машка подозрительно быстро успокоилась.
- Слышала - чем смогу! Никаких гарантии.
- Да, да, я поняла.
- Наверняка превратно...
Мы с Машкой вернулись в Утишье, когда уже совсем рассвело, слишком
взволнованные, чтобы спать. В воротах нас встретила разъяренная бабка, которая
прождала всю ночь. Она долго ругалась в глубоко шокировавших меня выражениях, а
Машку вдобравок выдрала пучком крапивы, после чего заперла нас обеих в избе.
Экзекуция волшебным образом оказала успокаивающее воздействие, и остаток дня мы
проспали беспробудным сном.
14. И снова волшебные цветы. Поход за купавой.
- Смотри, всего одиннадцать, а уже темнеет. - сказала Машка, широко загребая
веслами. - Белые ночи кончаются.
Мы плыли по Утке на лодке-плоскодонке. Воздух был прохладный, сырой и пах дождем
и тиной. Весла с глухим всплеском погружались в мутную от недавнего дождя воду,
полную всякой живности и растительности. Речка была неширокая, с вкрадчивым
течением. Справа берег был низкий, травянистый; смутно виднелись баньки,
изгороди и лодочные сараи, а подальше уютно светились вечерние огоньки Утишья,
Слева в воде полоскал корни и ветви сплошной ольхово-ивовый лес. Небо над лесом
светилось виниловыми красками заката.
- Лето кончается. - поправила ее я.
- Что ты, весь август впереди.
- Неважно. Теперь с каждым днем лета будет все меньше и меньше. Смотрела фильм
"Лангольеры"? Там самолет попал во вчерашний день, и оказалось, что мир каждое
утро создается, а вечером - разрушается. И вот они вышли из самолета, а вокруг -
никого... только мир распадается. Сначала потихоньку, потом сильнее, а под конец
они взлетают, а земля под ними разваливается и исчезает в космическом
пространстве. Так и с летом.
- Да ну тебя с твоими страшилками. - зевнула Машка. - Опять за старое. Мало тебе
дракона...
- Сама что-нибудь придумай.
- А чего там придумывать? Вот видишь лес? Из него иногда выходят дикие кабаны.
Мой дядька один раз видел. Он тут ходил на ночную рыбалку, и вдруг треск,
хрюканье, из леса выломился здоровенный кабан, залез в воду да и поплыл...
- Куда? К нему?
- Нет, на другой берег. Жрать в огороды. Но мог и напасть. Кабаны, они тупые и
свирепые.
Им в любой момент моча в голову ударяет, и тогда они последний разум теряют и
начинают крушить все подряд...
Я с опаской посмотрела на темную стену зарослей. Все-таки хорошо, что я отсюда
через три дня уезжаю. Хотя и за три дня всякое может случиться. Дикое место это
Утишье. Колдовское, непредсказуемое и опасное.
- А знаешь. - заявила вдруг Машка, как будто (итая мои мысли. - мне последние
дни чего-то не хватало. Я не могла понять - чего. А сейчас дошло: дракона мне
белого не хватает! Хочешь верь, хочешь не верь! Я тут съездила к ручью, и такая
тоска на меня напала... Пусто там как-то, скучно, обычно. Хоть бы какая змеюка
белая из ямы выплыла...
- И тебя - хап!
- Он людей не ел. - печально сказала Машка. - Если бы ел, то ему на карьере
такой случай представился... Он нас просто попугал. Или поиграть хотелось. Жаль,
что ты его убила.
- Ну, приехали. Да я нас всех спасла!
- И все-таки зря... Знаешь, что мне Мишка как-то раз сказал? Если ты оживила
многоножку, то она должна тебе служить.
- Но ведь не служила! - с досадой возразила я. - Думаешь, я сама об этом не
думала? Думаешь, не пробовала наладить с ней контакт? Это же многоножка,
понимаешь - гигантский червяк! Тупой! Попробуй наладь контакт с червяком!
- Представляешь, как здорово было бы иметь собственного ручного дракона... -
принялась фантазировать Машка. - Летаешь на нем где хочешь, и никто тебе поперек
слова не вякнет, А он еще и защищать тебя может...
Я вдруг вспомнила, как дракон вынес меня из мелового моря, а потом налетел на
Эзергиль. Нет, существо глупее рыбы на такое не способно. Неужели я что-то
упустила?
- Знаешь, он иногда как будто угадывал мои желания. - сказала я. - Один раз из
трех. Но только я начинала думать - ура, он меня понимает, как вдруг раз - и
дракон что-нибудь выкинет по-своему, или вообще не отреагирует.
- Может, он твои мысли читал? Дракон-телепат?
- Это червяк! Летающий глист! Он не мог читать мысли. Ему нечем их читать. Все,
его завалило, и хватит об этом. Как там Мишка?
- Вроде ничего. Я к нему вчера ходила. Он лежит, но чувствует себя получше, и
температура вроде спадает.
- А что врач сказал?
- Говорит, менингит.
- Ха, какой еще менингит! Мишка ему про призрака рассказывал?
- Ага, конечно. После этого ему не менингит, а белую горячку поставят.
Огни Утишья скрылись за излучиной реки. Теперь кабаний лес рос по обоим берегам.
Свисающие над водой ветви не внушали доверия. Я попросила Машку выгрести на
фарватер.
- Близко уже этот остров?
- Еще минут десять.
- А поближе ты не могла найти свою купаву? Мы же в темноте ее просто не найдем!
- Поближе она не растет. Чудо, что еще на острове выросла.
- Вернее, чудо, что ты ее нашла.
- Спасибо дождям. Вот прекратятся они, по-наплывут на остров браконьеры, и
прощай купава. Так что надо ею воспользоваться, пока не нашел кто-нибудь другой.
Вчера Машка, забирая с острова какие-то снасти, случайно наткнулась на эту самую
купаву и с тех пор ходила сама не своя. Купавой местные называли некий
невиданный цветок и приписывали ему массу необыкновенных свойств. Зачем он
Машке, я не вполне понимала.
- Объясни толком - он лекарственный?
- Вроде того. И не только. Ну, в общем - купава.
- Волшебный, что ли?
- Не совсем. Ну, понимаешь - купава!
- Знаешь, один раз спрашиваю знакомого ребенка: кто такой покемон? Зверек,
робот, мутант или нечто среднее? А ребенок посмотрел на меня как на дурочку и
отвечает: "Покемон - это покемон"! Тебе это ничего не напоминает?
Река впереди разделилась на два рукава, огибая особенно запущенный участок леса.
Машка направила лодку прямо к нему.
- Вот и остров. Я пойду первая. Не шуми, смотри под ноги. Тут змеи водятся.
- Слушай, я не хочу туда! На фига нам эта купава.
Машка повернулась ко мне, нахмурилась очень строго сказала:
- Не шуми. Не злись. Помолчи и ни о чем не думай. А не то купава завянет.
Мы плыли метрах в двух от берега, выбирая место, чтобы причалить. Весла тихо
скребли по дну. Вдруг Машка перестала грести. Она воткнула весло в дно, и лодку
стало медленно разворачивать вокруг ее оси.
- Смотри, вот купава. - тихо сказала она. Я вгляделась в сумеречные заросли и с
трудом рассмотрела то, на что показывала Машка: желтую глянцевитую чашечку
цветка, напоминающего очень крупный лютик. Цветок выглядывал из листьев так
осторожно, как будто в любой момент был готов спрятаться обратно. Потянув носом,
я уловила сладковатый, ненавязчивый запах.
- Руками не трогай. - предупредила сестра. - Она вянет по любому поводу. Даже
дышать на нее нельзя. Человеческое тепло и дыхание для купавы ядовиты.
Лодку развернуло к берегу другим бортом. Я, невольно затаивая дыхание, смотрела
на купаву, пытаясь понять, чего в ней такого особенного. С острова, алчно пища,
прилетел комар и начал пристраиваться мне на шею. Я хотела было прихлопнуть его,
но Машка аккуратно перехватила мою руку.
- На агрессию купава тоже плохо реагирует? . рассердилась я.
- Ага.
- А что она сделает, если ее сорвать? Заплачет?
- Нет, просто завянет. Очень быстро. На моей шее кормились уже два комара. Машка
смотрела на купаву так, как будто чего-то от нее ждала.
- Зачем мы сюда приплыли? - спросила я раз в десятый.
- Слушай, я не знаю. - буркнула Машка. - думала, ты мне поможешь.
- Да чем же?
- У нас болтают, что купава волшебная. Я-то раньше не верила, а теперь, после
всех наших дел с драконом и Мишкиным духом в шинели, подумала: черт его знает,
только не может быть, чтобы такой чувствительный цветок был обычным. Я хотела,
чтобы ты глянула. Может, разберешься - какие у нее свойства, чего она может...
- Я тебе что, знахарка? - слегка растерявшись, сказала я. - Или ботаник?
- Да мне подумалось - вдруг можно как-нибудь Мишке помочь? - искоса глядя на
меня, произнесла Машка.
"Врет. - решила я. - У Мишки и так уже температура спадает. Купава ей нужна для
чего-то другого".
- Подгреби поближе. - попросила я. - Сейчас я буду с ней разговаривать.
Машка, аккуратно шевеля вторым веслом по догнала лодку под самый берег. Я
уставилась на желтый бутон, прислушиваясь и еще не зная, услышу ли что-нибудь
вообще. Не обращая внимания на предостерегающий жест Машки, я прикоснулась
пальцами к чашелистикам. Купава отчетливо вздрогнула и подалась назад. Впрочем,
возможно, это сестра от возмущения качнула лодку.
"Я же не могу общаться с этим цветком, если от него не будет никакого отклика. -
мысленно оправдалась я перед ней. - Шокирую его для начала, а там посмотрим".
Судя по тому, что цветок купавы почти закрылся, общаться ей со мной не хотелось.
Я слышала множество разных звуков: тихие всплески под нависающими ветками,
комариный звон на грани ультразвука, Машкино сопение, шелест листьев, далекий
скрип какой-то водяной птицы. Не слышала я только купавы. "По-моему, это самый
обычный цветок, который просто хочет спать. Вообще-то уже темно... Ишь,
чувствительная. Того не любит, сего... Сорвать бы тебя, да в венок. Кстати,
именно так с цветами и общаются. Сплести венок, пустить по воде, загадать
желание. Машке, что ли, предложить? Нет, у нее рука не поднимется - она на
купаву даже дышать боится. "Чудо, что расцвела", ха!
А я вот не побоялась уничтожить чудо - убила дракона. Он меня спас, из моря
вытащил, хотя я даже не просила, а я его так отблагодарила... по-человечески.
Он случайно погиб, возразила я себе. Я не хотела его гибели. Просто сказала
"сгинь", он и улетел прямо в каменеющее море. Я, наоборот, до конца надеялась,
что этот дракон - для меня. Мое порождение. Мой дух из камня.
И многое свидетельствовало, что так оно и есть. Вон, даже Мишка заметил. Тогда,
у костра, дракон набросился на него и на Машку, а меня не трогал. А потом... я
крикнула "Отойди!" - дракон так и сделал. А мы думали, что он нас
подкарауливает, огня боится...
Почему он стал меня спасать? И почему накинулся на Эзергиль? Отпустил-то он ее
по моему приказу, но напал сам! Как такое может быть? Будь он разумным, это
значило бы, что он полетел меня защищать, как предполагала Машка. Но мой дракон
- это просто многоножка. Какая-то морская тварь из мелового периода. Она не
может читать мысли. Просто не поймет их - у нее нет мозгов. Она их просто не
поймет.
А что если дракон воспринимает не мысли, а чувства? Чужие ощущения? Тут ведь
думать не надо! Я глядела на купаву - казалось, весь берег пропитался ее
ненавязчивым ароматом - и чувствовала, что близка к разгадке. Итак, дракон
воспринимает чувства и желания. Для этого не надо быть разумным. Надо быть
просто телепатом, как сегодня предположила умница-Машка. Вернее, не просто
телепатом, а эмпатом, который воспринимает чужие желания и чувства, как свои.
Почему бы и нет? Я создала его, и как мое творение (нормальное, а не такое, как
Князь Тишины!) он хочет того же, чего хочу я. Он считает что мы с ним - единый
организм. Он не отделяет себя от меня и слушается меня, как будто я его мозг,
реагирует на прямые приказы и действует сам в случае опасности.
Все части сложились в единую картинку, не противореча друг другу. Я разгадала
тайну дракона.
- Машка. - прошептала я. - Я все поняла.
- Ну?! - Сестра подалась вперед.
- Я напрасно погубила дракона!
- При чем тут дракон? Что говорит купава?
- Да при чем тут купава?! Дракон! Не надо было с ним сражаться и охотиться на
него! Он был неагрессивый! Я ему могла приказывать телепатически! Просто надо
было не суетиться и лезть в драку, а посидеть в тишине и подумать.
Машка смотрела на меня, хлопая глазами.
- Ну что уж об этом, теперь-то? - сказала она наконец.
- Ничего! - Я злобно плюнула в воду. - Поплыли домой.
- А купава?
- Ничего в ней нет, в твоей купаве. Самый обычный цветок. Только пахнет как
ненормальный, мне уже худо от этого запаха...
- Я тебе не хотела говорить... - начала Машка и смущенно замолчала.
- Что еще?!
- Этот цветок не единственный. Здесь целые заросли купавы. Весь остров ею
покрыт. Поэтому и запах сильный.
- Так зачем ты мне мозги парила?
- Я просто подумала - если бы ты поверила, что этот цветок волшебный, он бы и
стал волшебный, а?
Я ядовито расхохоталась:
- Вот так, разводим наивных чародеев?
- Ну извини, облом вышел. - пробормотала Машка. - Я думала - может, получится,
как с драконом. Помнишь, ты насчет него нафантазировала, и он ожил...
- Дракон умер! - отрезала я.
- Не факт. - покачала головой Машка. - Знаешь, о чем я вдруг вспомнила? Слова
духа Корина: "Белый дракон сразится с черным, обрушится башня..."
- И что? Я тоже их помню.
- Так вроде твой дракон ни с кем еще не сражался... кроме меня. Но я на черного
дракона не особо похожа...
- К чему ты гнешь?
- К тому. Ты уверена, что убила его? - Я его не убивала. - мрачно сказала я. - Я
ему сказала "сгинь". Он нырнул, и море закаменело.
- Так получается, что ты его просто прогнала! - воскликнула Машка.
- И что?
- Да что ты сегодня такая тупая? Позови его обратно!
По спине у меня побежали мурашки.
- Ничего из этого не выйдет.
- А ты попробуй. Позови его... телепатически.
Чувствуя, как нарастает во мне волнение, я сосредоточилась, прикрыла глаза и
позвала дракона. Потекли секунды.
- Ну как? - через полминуты спросила Машка.
Я открыла глаза и сказала:
- Давай сделаем вот что: сплетем из этой купавы по венку, бросим в воду и
загадаем по желанию.
- Думаешь, сбудется? - с сомнением спросила Машка.
- Мне кажется, да.
Машка вытащила весло из илистого дна, и мы поплыли вдоль берега. Присмотревшись,
я убедилась, что он действительно сплошь зарос купавой. Ее сочные стебли,
украшенные полузакрытыми бутонами, утомленно склонялись к воде. Мы их
безжалостно рвали и скручивали, сплетая в венки.
Вскоре венки были готовы.
- Я загадала. - сказала я и бросила венок в Утку. Он, медленно кружась, поплыл
вдоль берега.
- Я тоже. - сказала Машка и надела венок себе на голову.
- Ты чего? А бросить? Оно же не сбудется!
- Сбудется. Я прослежу.
- Ты чего загадала? Чтобы Мишка поправился?
- Фигня, он и так почти поправился. Другое.
- Что другое?
- Секрет. А ты чего загадала? Насчет дракона?
- Не-а. Извини, пока тоже секрет.
- Ну, если не дракон, тогда мне не угадать.
- Поплыли обратно?
Машка развернула лодку и мощными гребками погнала ее обратно в Утишье. Весь
обратный путь мы молчали, переглядывались и загадочно улыбались.
- Ты чего на меня косишься? - сдерживая смех, спросила Машка, когда за излучиной
показались огни Утишья.
- Просто так. А ты чего улыбаешься?
- А сама?
- Потому что знаю, что ты загадала. - сказала я. Машка не ответила, только
сдвинула венок со лба. Вид у нее был страшно довольный. Через несколько минут
киль лодки зашуршал по песчаному дну.
- Как ты думаешь, сбудется? - спросила Машка. - А здорово я придумала с этой
купавой?
- Завтра увидим. - сказала я. - Эй, ты куда? К бабке в другую сторону!
- А я не к бабке. Хочу проверить, сбылось ли мое желание.
- Хоть венок сними! - крикнула я вслед Машке. - Напугаешь инвалида!
- Ни за что! - донеслось до меня, и вскоре Машка исчезла в сумерках, направляясь
в сторону Краснозаводского.
"Не могла до завтра подождать". - проворчала я ей вслед, возвращаясь к лодке.
Мне, может, тоже интересно посмотреть, сбылось ли то, что я загадала. Но я это
увижу только при ярком свете. А пока я влезла в лодку, села на банку и стала
ждать, пока вернется мой дракон.
Это не имело никакого отношения к купаве. Когда я позвала его, то почувствовала,
что он меня услышал. Так что сейчас он уже плывет сюда.
15. Отъезд. Секрет китайского шара.
- Манька, где она? - донесся бабкин крик со двора.
- А я откуда знаю? Что я за ней, присматриваю, что ли?
- Ищут меня. - сказала я вслух. - Отозваться? Из-за укропных веников бесшумно
высунулась голова дракона. В пахучей тени под вениками угадывалось его длинное,
свившееся в кольцо туловище. Глаза - яблочные косточки - блеснули красным, как
вечернее солнце в черном омуте.
- Ты все молчишь. - сказала я. - Только шипишь иногда, в бою. Ишь, молчаливый
убийца. Ну, иди сюда, шею почешу.
Дракон послушно скользнул ко мне и подставил шею. Шкура у него была странная: не
то крошечные чешуйки, не то жесткая шерсть, на ощупь прохладная. Я принялась
чесать дракону загривок, потом пощекотала нижнюю челюсть... Ласкать его было
ужасно приятно и слегка жутковато. Хотя я буквально упивалась властью над
зверюгой - одолела, приручила! - но где-то в глубине, под желудком, сидел страх
- а вдруг я что-то сделаю не так, и ему не понравится, и тогда... Тем более что
по реакции дракона невозможно было понять, что ему нравится, а что нет. Он
просто слушался. Вел себя так, как будто действительно был частью меня.
- Как бы тебя назвать? Может, Снежок? Во дворе раздавались звонкие Машкины воли
и хриплые бабкины. Меня продолжали искать. Наверняка бабке взбрело в голову
одарить меня очередным тулупом или фамильной периной. Отзываться не хотелось.
Было хорошо в компании с драконом.
- Не о том я думаю. - сообщила я дракону. - Назвать тебя еще успею. А вот куда
тебя девать...
Это действительно была проблема. Оставлять дракона в Утишье не хотелось
категорически. Но как быть в городе? Куда спрятать такого "домашнего любимца"?
Не говоря уже о том, что в поезд с драконом меня не пустят, зверя надо кормить -
покупать ему рыбу или отпускать охотиться. Я представила себе, как приезжаю на
Витебский вокзал, выхожу из вагона, а вслед за мной навстречу родителям
выползает дракон...
- Что же нам делать? - спросила я дракона, обнимая его голову обеими руками и
прижимая к себе. - Машка за тобой тут, конечно, присмотрит, но ты ведь хочешь со
мной поехать?
Дракон неожиданно мягко освободился из моих рук и засунул морду в валявшийся на
полу рюкзак.
- Ты чего? - удивилась я.
От следующего движения змея рюкзак перевернулся, и из него вывалилось все
содержимое. Я рассмеялась;
- Хулиганишь? Эй, не трогай... А, вот ты зачем туда полез!
Я подняла с пола хохландовский подарок.
- Вот, видишь - шар. А я про него и забыла. Это мой талисман. На самом деле это
просто массажный шар, но у меня с детства дурацкая привычка - объявить какойнибудь
необычный предмет талисманом и таскать его с собой, пока не надоест.
Тяжеленький вообще-то талисманчик. Смотри - на нем твой портрет...
Дракон глядел на шар, как будто понимал мои слова. А я замолчала, внезапно
удивившись совпадению - ведь шар действительно обвивал белый змеевидный дракон.
Это явно неспроста...
- Ну прямо пророчество. - задумчиво сказала я дракону. - Может, это твой
талисман? Дракон смотрел на шар.
- Ну хочешь, подарю его тебе? Снаружи, прямо под дверью, раздался торжествующий
бабкин голос;
- Ах, вот она где сидит! Ангелина, ты что там притаилась?
- Я сейчас. - крикнула я. - Уже слезаю.
К моему ужасу, снаружи заскрипели ступеньки.
- Прячься! - шепотом приказала я дракону и ринулась навстречу бабке. Та одолела
уже половину лестницы.
- Что ты там делаешь? - с подозрением спросила бабка. - Не одна, что ли? Хахаля
привела?
- Какой еще хахаль?! - Я перегородила вход, мысленно проклиная бабку за
догадливость.
- Нет уж, я проверю... - Несмотря на мое сопротивление, бабка влезла и обшарила
весь чердак, но никого не нашла.
- Слазь и иди собираться. - сердито приказала она,спускаясь с чердака.
- Через полминуты. - пообещала я. А захлопнув за ней дверь, обернулась и
прошептала: - Вылезай!
И дракон вылез. Вернее, возник - на том месте, где лежал шар.
- Ты был в шаре? - еще не веря, спросила я. - А как ты это делаешь?
Дракон молча посмотрел на меня. Будь он человеком, я могла бы поклясться, что он
улыбается. Тоже мне, приколист нашелся.
Да как бы он это ни делал, подумала я, чувствуя, как с плеч валится тяжкий груз
нерешенной проблемы. Все-таки не случайно мне в свое время приглянулся этот шар.
Похоже, вопрос транспортировки дракона решился. Я взглядом простилась с
чердаком, велела дракону отправляться в шар, кинула шар в рюкзак и полезла вниз.
В избе все было перевернуто вверх дном особым, предотъездным, манером. Вековой
сундук был распахнут. Из него, как всходящая опара, вываливалась фамильная
перина. Стол и лавки уставлены банками с вареньями и соленьями и завалены
связками сушеной рыбы. Бабка обстоятельно, с размахом, собирала гостинцы для
моих родителей. Сегодня вечером приедет Машкин дядя на своем легендарном,
поцарапанном медведями "Запорожце" и отвезет меня со всеми сумками, вьюками и
чемоданами в Краснозаводское, где посадит на поезд до Питера.
В большом полиэтиленовом пакете, перевязанном крест-накрест бечевкой, лежала
Мишкина шинель. Шинель была мне подарена еще утром.
- Все равно я никогда в жизни ее больше не надену. - сказал Мишка. - А тебе
пригодится - пальто себе сошьешь" в стиле "милитари". Если мать вдруг хватится,
скажу - моль съела...
- Значит так. - непримиримым тоном начала бабка. - Я отправляю твоей матери вот
этот капот, и ты его без разговоров отвезешь...
- Гелька! - донесся с улицы Машкин крик. Я воспользовалась поводом и быстро
сказав:
"Меня зовут", улизнула от бабки во двор.
Машка с сияющим видом стояла перед крыльцом. Половину ее лица закрывали темные
очки.
- Ты чего такая радостная? - спросила я. - От того, что я уезжаю?
- А как ты думаешь?
- Ну тогда от любви.
Машка была в таком хорошем настроении, что даже не стукнула меня под дых.
- А почему ты в очках? - спросила я.
- Глаз от света берегу. На всякий случай.
- Покажи-ка мне его еще раз.
Машка, не чинясь, сняла очки. Оба ее глаза - и зеленый, и синий - смотрели на
меня сияющим взглядом.
- Спасибо. - сказала она. - В тысячный раз.
- В тысячный раз говорю, что это не я.
- Я понимаю, что это купава. Но желание-то ведь ты загадала?
Я промолчала. Конечно, я была очень рада, что все получилось так, как я
задумала, и мое загаданное на венок желание сбылось. Но глядеть в Машкин оживший
синий глаз было почему-то жутковато.
Мы вернулись в избу - поучаствовать в сборах.
- Ты к нам еще приедешь? - спросила Машка, когда барахло было увязано в тюки и
запихано в чемоданы.
- Не знаю. - сказала я.
С улицы донесся треск двигателя "Запорожца".
- Вот и Се
...Закладка в соц.сетях
