Жанр: Фантастика
Колесо Времени 04. Восходящая тень
...замерли, слившись с похожим
на гоготание гусей гомоном толпы. Перрин ехал медленно, боясь покачнуться в
седле. Фэйли держалась рядом и внимательно за ним наблюдала. Если она
передумала один раз, то может передумать и опять, а ему вовсе не хотелось
снова с ней спорить.
За Лужайкой было полно народу. Жители Эмондова Луга и окрестные фермеры
теснились плечом к плечу, но, завидя Перрина и Фэйли, люди расступались,
давая им дорогу. И опять все принялись повторять его имя в сочетании с
прозвищем Златоокий. Повторяли и слово "троллоки", но, кажется, не
испуганно, а удивленно. Со спины Ходока Перрину было видно, что люди
толпились и дальше, за крайними домами, растянувшись до самого частокола.
Опушка леса находилась теперь не менее чем в шестистах шагах от края
деревни. Между частоколом и лесом лежало открытое пространство, усеянное
низенькими, почти вровень с землей, пеньками. Ближе к краю деревни люди
тесным кольцом обступили Аланну, Верин и двоих мужчин. Мельник Джон Тэйн,
обнаженный по пояс - так сподручнее было рубить лес, - утирал кровь с бока,
на котором теперь не было ни царапины. Аланна склонилась над другим
лесорубом, седеющим малым, которого Перрин не знал. Когда она выпрямилась,
мужчина вскочил и несколько раз подпрыгнул, будто не веря, что ноги его
держат. И он, и мельник взирали на Айз Седай с почтением и трепетом.
Люди так плотно сгрудились вокруг Аланны и Верин, что даже не могли
потесниться, чтобы пропустить Ходока и Ласточку. Зато возле Айвона и Томаса
оставалось открытое пространство, ибо никто не решался подойти вплотную к
свирепым с виду боевым жеребцам. Неровен час покусают или потопчут. До
Томаса Перрину удалось добраться без особых хлопот.
- Что случилось? - спросил юноша.
- Троллок. Только один. - Седовласый Страж говорил с Перрином, но при
этом ни на миг не упускал из виду Верин, да еще и поглядывал в сторону леса.
- В одиночку они не очень опасны. Троллоки не умны. Хитры - да, но не умны.
Лесорубы прогнали его прочь, хоть он и пустил им немного крови.
Из-за деревьев появились Девы, бегущие с обернутыми головами, на лицах
вуали - Перрин даже не мог отличить одну от другой. Они, словно змеи,
проскользнули между кольями и так же ловко, почти не замедляя бега,
пронеслись сквозь толпу. Люди сторонились, насколько это было возможно в
такой давке. К тому времени, когда Девы добрались до Фэйли, они уже сняли
вуали. Фэйли склонилась с седла.
- Сюда движется около пятисот троллоков, - сообщила ей Байн. - В
миле-двух за нами. - Голос ее звучал спокойно, но темные глаза возбужденно
поблескивали. Так же, как и серые глаза Чиад.
- Я так и думал, - невозмутимо промолвил Томас. - Скорее всего, этот
приблудный троллок отбился от своей шайки, решив разжиться едой. Надо
полагать, скоро они нагрянут.
Девы кивнули.
Перрин с беспокойством указал на толпу:
- Скоро нагрянут, а здесь столько народу. Почему вы не велели им
укрыться?
Ответил ему Айвон:
- Твои земляки не очень-то склонны слушаться пришельцев. Тем более
когда глазеют на Айз Седай. Вот ты, пожалуй, сумел бы навести порядок.
Перрин, однако, был более чем уверен, что уж кому-кому, а Верин с
Аланной не составило бы труда навести порядок и без него.
Так почему же они, зная, что с минуты на минуту могут появиться
троллоки, ничего не предпринимали и только дожидались меня? Неужто только
ради того, чтобы возложить всю ответственность на та'верена? Это было бы
слишком просто и слишком глупо. Не хотят же Томас с Айвоном или Верин с
Аланной принять смерть от троллоков, дожидаясь, пока та'верен скажет им, что
делать. По-видимому, Айз Седай считают необходимым использовать его даже
ценой смертельного риска для всех, включая и себя. Но во имя чего?
Он встретился взглядом с Фэйли, и та едва заметно кивнула, будто прочла
его мысли. Но сейчас задумываться надо всем происходящим не было времени.
Обежав глазами толпу, Перрин увидел Брана ал'Вира, Тэма ал'Тора и Абелла
Коутона, о чем-то совещающихся, сдвинув головы. Мэр держал на плече длинное
копье, а на голове его красовался старый, помятый стальной шлем. Кожаная
безрукавка с нашитыми на нее стальными бляхами тесно облегала его плотную
фигуру.
Протолкавшись сквозь толпу, Перрин подъехал к ним, и все трое вскинули
глаза.
- Байн говорит, что троллоки движутся сюда, а Стражи считают, что на
нас скоро нападут! - Перрину приходилось кричать, гомон толпы заглушал его
речь. Однако люди, стоявшие поближе, расслышали его слова и притихли.
"Троллоки", "троллоки нападут" - передавалось из уст в уста, и эти
слова распространялись как круги по воде. Кто-то испуганно заохал.
Бран заморгал:
- Так ведь все к тому и шло, верно? Да, мы готовы и знаем, что делать,
разве не так?
Выглядел он довольно забавно: кожаная безрукавка чуть не лопалась по
швам, а стальной колпак качался при каждом кивке, но на лице мэра была
написана решимость.
- Перрин сказал, что скоро здесь будут троллоки, - возвысив голос,
объявил Бран. - Каждый из вас знает, что ему делать. По местам! Живей!
Толпа пришла в движение и раскололась. Женщины повели детишек домой,
мужчины направились кто куда. На первый взгляд, смятение только усилилось.
- Я пригляжу, чтобы пастухи загнали стада, - сказал Абелл Перрину и
нырнул в толпу.
Кенн Буйе, с алебардой в руках, пробрался сквозь людской водоворот. Его
сопровождали угрюмый Хари Коплин со своим братом Дарлом и старый Байли
Конгар, спотыкавшийся на каждом шагу, будто уже успел зля набраться - скорее
всего, так оно и было. Однако из всей компании только Байли держал свое
копье так, будто собирался им воспользоваться. Кенн приветствовал Перрина,
прикоснувшись ко лбу. Так поступали многие, и юноше всякий раз становилось
неловко. Одно дело - молодые ребята, а совсем другое - взрослые мужчины,
вдвое старше его самого.
- Ты неплохо держишься, - шепнула Перрину Фэйли.
- Жаль только, что я понятия не имею, чего хотят Верин и Аланна, -
пробормотал он, - а надо бы знать. На этом конце деревни были установлены
две из шести сооруженных под приглядом Стражей катапульт - рамы из бревен,
досок и крученых канатов с похожими на огромные ложки оттягивающимися
метательными рычагами.
Айвон и Томас, сидя на конях, наблюдали, как взводят толстые рычаги.
Айз Седай внимательно следили за тем, как в эти самые "ложки" укладывали
крупные, фунтов по пятнадцать - двадцать весом, камни.
- Они хотят, чтобы ты командовал, - тихонько промолвила Фэйли. - Для
того ты и на свет родился.
Перрин фыркнул. Он родился на свет, чтобы работать в кузнице.
- Мне было бы легче, знай я, зачем им это нужно.
Обе Айз Седай смотрели на него: Верин - по-птичьи склонив голову набок,
а Аланна прямо, с легкой улыбкой на губах. Добиваются ли они обе одного и
того же? Одинаковы ли их мотивы? Вечно с этими Айз Седай одна морока -
больше вопросов, чем ответов. Порядок установился удивительно быстро, а за
щетиной острых кольев вдоль западного края деревни выстроились, опустившись
на правое колено, мужчины - никак не меньше сотни. В руках они беспокойно
вертели копья, алебарды, рогатины или просто насаженные на жерди косы. То
здесь, то там попадался человек в шлеме, а кое-кто нацепил на себя отдельные
части старинных доспехов. Позади копейщиков выстроилось в две шеренги вдвое
больше народу. Каждый держал в руках двуреченский длинный лук, а на поясе
имел два колчана. Мальчишки подносили целые охапки стрел, и лучники втыкали
их перед собой в землю остриями вниз. Командовал, по всей видимости, Тэм -
он выравнивал шеренги, обмениваясь шуточками с каждым стрелком. Бран
вышагивал рядом с ним, стараясь приободрить земляков, которые, впрочем, не
особо в этом нуждались.
К удивлению Перрина, Даниил, Бан и другие парни из его отряда высыпали
из домов и собрались вокруг него и Фэйли. Все они были вооружены луками.
Выглядела эта компания несколько странно - по всей видимости, Айз Седай
Исцелили тех, кто получил самые тяжкие раны, а остальных оставили на
попечение Дейз Конгар с ее припарками и мазями. В результате парни, которые
вчера едва держались в седле, вышагивали как ни в чем не бывало, а другие,
получившие всего лишь легкие раны, прихрамывали и все еще носили повязки.
При виде ребят Перрин удивился, но был недоволен тем, что они принесли. Леоф
Торфинн - белая повязка на его голове словно странная шапочка нависала над
глубоко посаженными глазами - притащил длиннющий шест, на котором развевался
флаг с волчьей головой, такой же, как на Лужайке, только поменьше.
- Это еще откуда? - негодующе спросил Перрин.
- Кажется, его велела сделать одна из Айз Седай. Милли Айеллин передала
его папаше Вила, но Вил нести не захотел, вот я и взял.
Вил ал'Син слегка понурился.
- Мне тоже не захотелось бы таскать эту штуковину, - сухо заметил
Перрин.
Все расхохотались, видимо, приняв его слова за шутку. Через минуту
рассмеялся даже Вил.
Заостренные колья выглядели устрашающе, но Перрин сомневался, что они
смогут сдержать натиск троллоков. Хорошо, конечно, если сдержат, но он
предпочел бы, чтобы во время боя Фэйли находилась в более надежном месте. Он
посмотрел на девушку, и ему показалось, что она вновь прочла его мысли.
Прочла и не одобрила. Попробуй он отослать ее, она наверняка заартачится.
Никакие доводы на нее не подействуют, а поскольку он пока еще слаб, скорее
она оттащит его обратно в гостиницу, чем он ее. Судя по тому, с каким
решительным видом сидела Фэйли в седле, она всерьез вознамерилась защищать
его, если троллоки прорвутся. Придется за ней приглядывать, больше ничего не
остается.
Неожиданно девушка улыбнулась, и Перрин почесал бородку. А вдруг она и
вправду умеет мысли читать?
Шло время, солнце поднималось все выше и уже начинало припекать. То и
дело из домов выбегали женщины, любопытствуя, как дела. То здесь, то там
мужчины порывались сесть отдохнуть, но не успевали они скрестить ноги, как
невесть откуда появлялись Там с Браном и гнали их назад в строй. Байн
говорила, что троллоки примерно в миле, ну, в крайнем случае, в двух от
деревни. Обе Девы сидели на корточках неподалеку от частокола и преспокойно
играли в ножички. Троллокам давно пора бы появиться, если они вообще
собираются нападать. Перрин чувствовал, что устает, но под бдительным
взглядом Фэйли старался держаться прямо. И тут пронзительно зазвучал рог. -
Троллоки! - выкрикнула дюжина голосов разом, и из Западного Леса с дикими
завываниями хлынула орда звероподобных чудовищ. Они мчались через вырубку,
размахивая кривыми мечами-косами, шипастыми топорами, копьями и трезубцами.
Позади них восседали на черных конях три Мурддраала. Исчезающие метались во
всех направлениях, гоня троллоков вперед, но, как ни стремительны были их
движения, черные плащи неподвижно свисали с плеч.
Непрерывно, резко и настойчиво трубил рог. Едва появился первый
троллок, навстречу ему полетело десятка два стрел. Самый дальний выстрел не
дотянул до цели шагов сто.
- Прекратить! Вы, недоумки с овечьими мозгами! - заорал Там.
Бран вздрогнул и вытаращился удивленно на него. Некоторые из друзей и
знакомых Тэма заворчали: дескать, троллоки не троллоки, а выслушивать такую
брань они не намерены, - но Там оборвал разговоры:
- Не стрелять, пока я не подам знак! - и спокойно, словно на них не
неслись сотни троллоков, спросил у Перрина:
- С трехсот шагов?
Перрин кивнул. С чего это Тэм вздумал спрашивать у него? Триста шагов!
Как быстро может пробежать триста шагов троллок? Перрин ослабил петлю, на
которой висел топор. Рог трубил не переставая.
Копейщики за рядами кольев уперли древки в землю и выставили копья
вперед, будто заставляя себя оставаться на месте. Девы закрыли лица вуалями.
Лавина троллоков неудержимо катилась вперед. Огромные, в полтора
человеческих роста чудища с рогами, клыкастыми мордами или птичьими клювами
свирепо завывали. Они жаждали крови.
Пять сотен шагов... четыре...
Троллоки неслись словно кони, уже растягиваясь цепью. Неужели Девы не
ошиблись и их всего пять сотен? Казалось, их тысячи и тысячи.
- Готовьсь! - скомандовал Тэм, и разом поднялись две сотни луков.
Парни, толпившиеся возле Перрина, в подражание старшим поспешно выстроились
в несколько рядов под своим дурацким знамеНем. Три сотни шагов. Перрин уже
различал уродливые морды, искаженные злобой и яростью, - различал так ясно,
будто они были в ярде от него.
- Стреляй! - скомандовал Тэм. Натянутые тетивы щелкнули одновременно,
словно гигантский кнут. Следом послышался стук деревянных брусьев об
обтянутые кожей бревна - сработали катапульты.
На троллоков дождем посыпались стрелы, и множество чудовищ повалилось
на землю. Правда, некоторые тут же поднялись и заковыляли дальше,
подгоняемые Исчезающими. Звуки рога слились с гортанным ревом. В гущу
нападающих упали выпущенные из катапульт камни - и взорвались, разбрызгивая
пламя и острые осколки.
В черной массе наступавших образовались зияющие бреши.
Перрин вздрогнул от неожиданности, да и не он один. Так вот зачем Айз
Седай возились возле катапульт. Он рассеянно подумал о том, что может
случиться, если, заряжая катапульту, кто-нибудь уронит такой камушек. Снова,
снова и снова взлетали тучи стрел. Стучали катапульты, огненные заряды
разрывали троллоков в клочья. Но, падая и поднимаясь, рыча и завывая, они
рвались вперед. Теперь они были близко, и лучники стали выбирать цели. Люди
с яростными криками посылали стрелу за стрелой навстречу черному валу
смерти.
И неожиданно яростная атака захлебнулась. На всем поле не осталось ни
одного троллока, который держался бы на ногах. Только один Исчезающий, весь
утыканный стрелами, шатаясь, размахивал мечом. Конь Мурддраала носился по
вырубке с пронзительным ржанием, заглушавшим вопли раненых и умирающих
троллоков. Рог умолк. То здесь, то там какой-нибудь троллок поднимался на
ноги и опрокидывался навзничь. Несмотря на крики и стоны, Перрин слышал
тяжелое дыхание окружавших его людей - каждый будто пробежал десяток миль. У
него самого сердце едва не выскакивало из груди.
Неожиданно кто-то громко крикнул "ура!", и этот возглас был подхвачен
сотнями ликующих голосов. Люди с воодушевлением потрясали оружием и обнимали
друг друга. Многие подбегали к Перрину, чтобы потрясти ему руку. Из домов
высыпали женщины, смеясь и радостно крича, и бросились обнимать мужей и
сыновей.
- Ты привел нас к великой победе, мой мальчик, - заявил Бран. Лицо его
сияло, стальной колпак сбился на затылок. - Не знаю, право, можно ли мне
теперь так тебя называть. Великая победа, Перрин!
- Да ведь я-то тут ни при чем, - возразил Перрин. - Я сидел на лошади,
только и всего. Вы все сделали сами.
Но Бран, как и все остальные, не слушал его. Смущенному Перрину ничего
не оставалось, как приосаниться и сделать вид, будто он обозревает поле, и
через некоторое время его оставили в покое.
Тэм не присоединился ко всеобщему ликованию - выйдя за линию кольев, он
внимательно рассматривал мертвых троллоков. Стражи тоже не склонны были
предаваться веселью. Огромные туши в черных кольчугах заполняли все
расчищенное пространство. Их было сотен пять, а то и шесть. Возможно,
некоторым удалось отступить и скрыться в лесу, но ни один не лежал ближе чем
в пятидесяти шагах от частокола. Перрин увидел еще двух Исчезающих,
корчившихся на земле. Хотелось верить, что их было трое и все они полегли.
Между тем двуреченцы принялись громогласно восхвалять Перрина:
- Слава Перрину Златоокому! Слава! Слава! Слава! Ура!
- Они должны были предвидеть, - пробормотал Перрин. Фэйли вскинула на
него глаза, и он пояснил:
- Исчезающие должны были предвидеть, что атака не удастся. Посмотри
вокруг. Теперь и мне это ясно, ну а уж они должны были сообразить с самого
начала. Если это все их силы, то зачем они полезли на верную смерть? А если
троллоков больше, то почему они не навалились все разом? Будь их вдвое
больше, нам пришлось бы отбиваться у частокола, а возможно, они даже
прорвались бы в деревню.
- У тебя хорошее природное чутье, - заметил Томас, осадив коня рядом с
ним. - Верно, это была пробная атака. Кто-то хотел проверить, не струсят ли
твои земляки, вызнать, насколько все готово к обороне и как она
организована, а может, и что-нибудь еще, о чем я не догадываюсь. Но эта
атака, точно, была пробная. Теперь они знают. - Страж указал на небо, где
кружил одинокий ворон. Обычный ворон спустился бы вниз пировать среди
трупов. Птица сделала еще один круг и полетела к лесу. - Они нападут снова,
но не сразу. Я видел, как два или три троллока удрали в лес, их рассказы
отобьют у других охоту соваться под стрелы. Полулюдям придется напоминать им
о том, что Мурддраалы пострашней смерти. Но атака будет. И наверняка еще
большими силами. А насколько большими, зависит от того, сколько Безликих
прошло Путями и сколько они привели троллоков. Перрин скривился:
- О Свет, а что если их тысяч десять?
- Маловероятно, - промолвила подошедшая Верин. Она рассеянно
поглаживала боевого коня Томаса. Свирепый жеребец стоял смирнехонько, словно
пони. - Во всяком случае, сейчас это маловероятно. Я думаю, что даже
Отрекшемуся не под силу благополучно провести Путями большой отряд. Один
человек рискует погибнуть или впасть в безумие прежде, чем доберется до
ближайших Врат, но, скажем... тысяча человек или тысяча троллоков, скорее
всего, привлекут Мачин Шин в считанные минуты. Он и нагрянет, как осы
налетают на мед. Скорее всего, они перемещаются отдельными отрядами в
десять, двадцать, от силы пятьдесят троллоков, и между этими отрядами
поддерживается определенный интервал. Конечно, мы не знаем, сколько таких
шаек они проводят и как часто. Скорее всего, в Путях они несут потери, хотя,
возможно, Отродья Тени приманивают Черный Ветер меньше, чем люди, но...
Гм... любопытная мысль... Интересно... - Погладив вместо юлки коня сапог
Томаса, она побрела в сторону, погрузившись в свои размышления. Страж,
пришпорив коня, последовал за ней.
- Если ты сделаешь хоть шаг к Западному Лесу, - спокойно произнесла
Фэйли, - я тебя за уши отволоку обратно и уложу в постель.
- Да у меня и в мыслях такого не было, - солгал Перрин, разворачивая
Ходока спиной к лесу.
В конце концов, размышлял он, один человек и огир могут незаметно
пробраться в горы. Это возможно, но... Так или иначе Путевые Врата
необходимо закрыть. Только тогда Эмондов Луг можно будет спасти.
- Ты же сама меня от этого отговорила, разве не помнишь?
Зная, что они там, он, пожалуй, сумел бы их отыскать. Три пары глаз
лучше, чем две, особенно если одна из них - его глаза. А здесь от него все
равно нет никакого толку. Ежели набить его кафтан соломой да усадить на
Ходока на манер пугала, результат будет тот же. Неожиданно с юга, со стороны
Старого Большака, донеслись пронзительные крики.
- А он уверял, что скоро они не сунутся! - прорычал Перрин и ударил
пятками Ходока.
Глава 45. МЕЧ ЛУДИЛЬЩИКА
Перрин и Фэйли галопом пересекли деревню и на южной околице наткнулись
на взбудораженную толпу. Люди настороженно всматривались вдаль, некоторые
уже наложили стрелы на тетивы. Старый Тракт, проходивший через брешь в
частоколе, был перегорожен двумя фургонами. Ближайшая к частоколу низенькая
каменная стена, ограждавшая посадки табака, находилась шагах в пятистах от
околицы. Между ней и частоколом расстилалось сжатое ячменное поле,
утыканное, словно сорняками, стрелами. Видать, здесь уже и пострелять
успели. Где-то далеко поднимались клубы дыма - судя по всему, горели поля.
Здесь находились Кенн Буйе, Хари и Дарл Коплины. Байли Конгар обнимал
за плечи своего кузена Вита, костлявого мужа Дейз, который, судя по его
физиономии, мечтал лишь о том, чтобы родственничек перестал дышать на него
перегаром. Ни от кого не исходил запах страха, все испытывали лишь радостное
возбуждение. Ну, а от Байли разило еще и элем. Человек десять, не меньше,
стараясь перекричать друг друга, рассказывали о сражении.
- К нам тоже сунулись было эти троллоки, - похвалялся Хари Коплин, - но
мы им дали жару.
Его поддержали одобрительными возгласами, но многие с сомнением
переглядывались и переминались с ноги на ногу.
- У нас здесь тоже есть герои, - громким, хрипловатым голосом заявил
Дарл, обращаясь к Перрину. - Те ребята, что были с тобой, не единственные
храбрецы в Двуречье.
Он был покрупнее братца, но с такой же, как у всех Коплинов, узкой,
словно морда хорька, физиономией и вечно кислой миной - будто незрелой хурмы
наелся. На Перрина он смотрел исподлобья, конечно, когда считал, что тот
ничего не заметит. Скорее всего, на самом деле он вовсе не жалел о том, что
не оказался там, где действительно произошел бой, просто Коплины вечно
считали себя обиженными, такой уж нрав у всего этого семейства.
- Надо бы выпить! - громко заявил старый Байли, но, не встретив
поддержки, разочарованно понурился.
Над дальней каменной оградой появилась чья-то голова. Человек тут же
нырнул назад, но Перрин успел приметить ярко-желтый кафтан.
- Какие еще троллоки, - сердито проворчал он. - Это же Лудильщики! Вы
стреляли в Туата'ан. Уберите фургоны с дороги!
Он привстал на стременах и, приложив ладони ко рту, крикнул:
- Выходите, не бойтесь! Никто вас не обидит! Я же сказал, уберите
фургоны! - рявкнул он растерянно уставившимся на него землякам. - Ну и ну!
Это надо же! Принять Лудильщиков за троллоков! И соберите свои стрелы. Рано
или поздно они вам понадобятся.
Несколько человек нерешительно двинулись с места.
- Эй, выходите! - снова крикнул Перрин Лудильщикам. - Никто вас не
обидит!
Заскрипели несмазанные оси, и фургоны откатили по сторонам дороги.
Несколько Туата'ан в пестрых одеяниях перелезли через ограду, потом еще
несколько, и все они торопливо зашагали к деревне, хотя, казалось, боялись
того, что ждет их впереди, не меньше того, от чего бежали. При виде
высыпавших им навстречу людей Лудильщики сбились в кучу и едва не повернули
обратно. Двуреченцы принялись собирать свои стрелы, с любопытством
поглядывая на Туата'ан. Те пребывали в растерянности и топтались на месте.
У Перрина сжалось сердце. Всего двадцать человек - мужчины и женщины да
горстка ребятишек. Пестрые кафтаны и платья были изодраны, перепачканы в
грязи, а у некоторых - это Перрин увидел, когда они подошли поближе, - и в
крови. Неужели из всего каравана больше никто не спасся? Он с облегчением
вздохнул, увидев, что Ила ведет с трудом передвигающего ноги Раина. На лице
женщины красовался огромный синяк, но главное - и она, и ее муж остались в
живых.
Не дойдя до прохода в частоколе, Туата'ан снова остановились,
настороженно глядя на заостренные колья и толпу вооруженных людей. Детишки
прятали лица в материнских юбках. Ото всех Лудильщиков исходил запах страха.
Фэйли спрыгнула с лошади и, подбежав к ним, обняла Илу. Похоже, на ту это
подействовало несколько успокаивающе.
- Мы вас не обидим, - повторил Перрин. - Добро пожаловать к нашим
кострам.
Мысленно он корил себя за то, что не сумел убедить их укрыться в
Эмондовом Лугу. Я должен был этого добиться! Должен был, сожги меня Свет!
- Лудильщики, - скривился Хари. - Зачем нам нужна эта шайка воришек?
Больно надо собирать в деревню всякое отребье.
Дарл открыл было рот, по-видимому, желая поддержать Хари, но не успел.
Из толпы послышался возглас:
- Кто-кто, а уж ты. Хари, помолчал бы. Большего мастака собирать всякое
отребье во всем Двуречье не сыщешь.
Раздался смех, и Дарл предпочел закрыть рот. Правда, смеялись немногие,
да и те, кто смеялся, смотрели на перепачканных, оборванных Лудильщиков без
особой симпатии.
- Хари прав! - заявила растолкавшая мужчин Дейз Конгар. - Лудильщики
еще хуже обычных воришек. Они крадут наших детей.
Она грозно замахала перед носом Кенна Буйе указательным пальцем,
который был потолще большого пальца самого кровельщика. Тот попытался
отступить, но в такой тесноте это было непросто.
- Тебе бы впору самому об этом подумать, раз уж ты член Совета Деревни,
- загрохотала Дейз, на голову возвышаясь над ним. - А ежели не желаешь
слушать Мудрую, я соберу Круг Женщин прямо здесь, и мы сами обо всем
позаботимся!
Некоторые мужчины одобрительно закивали. Кенн, искоса поглядывая на
Мудрую, почесал редеющие волосы.
- А... ну... Перрин, - начал он скрипучим голосом, - ты ведь сам
знаешь, что о Лудильщиках идет дурная слава, и потому...
Перрин развернул коня и остановился лицом к землякам, и Буйе осекся.
Люди подались назад перед жеребцом, но Перрин этого даже не заметил.
- Мы не прогоним ни одного человека, - произнес он срывающимся от
напряжения голосом. - Ни одного! Или, может, вы хотите скормить этих детишек
троллокам?
Ребятишки тонко заскулили, и Перрин пожалел, что у него вырвались эти
слова. Но Кенн Буйе покраснел, как свекла, да и Дейз, похоже, смутилась.
- Конечно, мы их примем, - грубовато заявил кровельщик и повернулся к
Дейз, надувшись, словно петух-забияка, готовый наскочить на мастиффа. - А ты
можешь собирать свой Круг Женщин сколько угодно! Совет никого не позволит
прогнать, так и знай!
- Ты, Кенн Буйе, как б
...Поділитися у соцмережах
