Жанр: Фантастика
Ралион 6. Двести веков сомнений
...Звуки, запахи, ощущение битвы - хорошо хоть, его самого пока не замечают! Вокруг шла
битва - вернее сказать, резня. Островитяне, Воины Орла, таинственным образом исчезали в
ночи, чтобы появиться прямо перед новой жертвой. Лишь вдалеке, ближе к морю, всё шло не
так гладко - там участь солдат Лерея не была столь очевидна.
Рядом с ногой Клеммена в землю вонзилось копьё. Выхватив его, юноша стремглав
кинулся на площадку; едва не упал, поскользнувшись.
Ему показалось, что он слышит приглушённый смешок.
И... ночной бой прекратился. Вновь тишина, мирный пейзаж. Никаких тел. Никакой
бойни.
Но копьё, лежащее перед ним, на тусклой зеркальной поверхности.
Брызги крови на штанах.
Так что же это - на самом деле?!
Несколько раз Клеммен поднимал взгляд на изваяние и опускал вновь. Какой же мощью
должен обладать бог, чтобы творить подобное, когда почитателей его не осталось?!
Он отодвинул копьё подальше, устало уселся, потирая ушибленную лодыжку.
Но отдыха так и не получилось.
К утру Клеммен был совершенно измотан. Каждые десять-пятнадцать минут вокруг
святилища оживали сцены кровавого прошлого острова. Вдобавок выяснилось, что его,
Клеммена, прекрасно видят. Если только он не скрывается на отполированной обсидиановой
поверхности. И то - сам он и оставался невидим, но стрелы и копья могли его поразить.
Бог умел быть весьма настойчив.
Термос остался где-то снаружи; и к утру стало ясно, что отыскать его уже не удастся.
А в коллекции Клеммена появилось: три стрелы (одна, похоже, отравленная), два
метательных копья, один прекрасной работы кинжал, множество дырок и пятен крови на
одежде и немало ссадин и ушибов.
Едва взошло солнце, Клеммен услышал явственный голос:
"До встречи, смертный..."
Клеммен дал бы очень много, лишь бы эта встреча более не состоялась.
9. Сделка
Венллен, Лето 70, 435 Д., рано утром
- Ясно, - Д. с сочувствием посмотрел на Клеммена, равномерно перемазанного сажей,
пеплом и кровью. - Оставь "трофеи"... да ступай отсыпаться. Молодец.
- Нет-нет! - воскликнул он испуганно, когда пакетик с пятью пёрышками лёг на
стол. - Это, друг мой, спрячь. И верни на остров, если получится. Я бы на твоём месте к ним
никогда не прикасался. С богами шутки плохи. Так легко позволить себя перехитрить...
Клеммен поморгал и, пожав плечами, спрятал пакетик.
- Когда следующий раз? - спросил он слегка заплетающимся языком.
Д. поднял удивлённый взгляд.
- Через десять дней. Нет-нет... никаких разговоров. Сейчас же отдыхать. Потом, всё
потом.
И небрежным движением руки открыл портал.
Сил хватило только на то, чтобы ополоснуть лицо. Никогда ещё Клеммен так не радовался
при виде кровати. Каждый следующий раз тяжелее предыдущего, успел он подумать вяло. Слаб
я для таких поручений.
Ничто не напоминало о ярком солнце снаружи. Внутри царила благословенная тьма и
покой.
Как следует выспаться не удалось. Спустя всего лишь пять часов Клеммену приснилась
одна из кровавых сцен, свидетелем которой он был минувшей ночью, и всё - отдых
закончился. Остаток дня ненгор ощущал себя дряхлым стариком.
Что поделать. Издержки профессии.
Венллен, Лето 71, 435 Д., рано утром
- Можешь не огорчаться, - посоветовал Д., когда они убедились, что на всех трёх
кристаллах нет и следа записи. - Обычное дело. Ещё никому не удавалось запечатлеть его.
Старик с характером. - Д. бросил взгляд на стол, на котором были разложены трофеи. - А вот
это кое-что. Можешь гордиться. За последние шестьдесят лет только тебе удалось вернуться с
трофеями. Кстати, знаешь, кому это удалось в предыдущий раз?
- Кому?
- Мне, - Д. лучезарно улыбнулся. - Ну ладно. Садись, запиши впечатления.
- Какие там впечатления, - хмуро ответил Клеммен, его передёрнуло. - Сплошная
кровь. Каждые несколько минут. Я думал, с ума сойду.
- Всё равно запиши, - Д. вручил самопишущее перо, Клеммен со вздохом
подчинился. - Да, кстати - завтра Новый Год, не забыл? Мы тут собрались отметить его,
небольшой дружной компанией. Присоединишься?
- Если не слишком поздно, - ответил Клеммен. У него были другие планы. Впрочем...
почему бы и нет? Новогодний праздник в Хоунанте проходит очень интересно.
- Нет, не очень, - пообещал Д. - Мы давненько не собирались - то война, то другие
напасти. Искренне надеюсь, что Новый Год пройдёт весело.
Клеммен уклончиво пообещал прийти, на том беседа и завершилась.
А я-то думал - чего это горожане суетятся? - подумал Клеммен, в отличном настроении
двигаясь по улице. Да ведь праздник! Что-что, а Новый Год здесь отмечают на всю катушку.
Одних только Храмовых торжеств не менее пяти, все эффектные, незабываемые. По слухам, в
Новый Год и Воин, и Хранительница являются во плоти - увидеть бы хоть раз!
Что, не успел насмотреться на богов? - ехидно поинтересовался внутренний голос.
Откуда этот голос? Или это тоже - проявление чего-то там внутреннего? Если так, то скоро
меня будут звать Клеммен-сумасшедший и пугать мной ребятишек.
Внутренний голос тут же умолк.
Интересно, успею до завтра отыскать заготовку из дерева получше? Похоже, я знаю, что
подарить Андари. Новогодний подарок - единственный вид подношения (не считая тех, что
приносят к смертному одру), на который не распространяется ни один таэркуад . Надо этим
воспользоваться.
Может, просто зайти в монастырь да попросить у Чёрточки? Но там можно ненароком
повстречаться с самой Андари.
В Парке Времени добывать - тоже нехорошо. В священной роще ещё опаснее. Прямо
хоть хватайся за первую попавшуюся деревяшку! Впрочем... есть в Академии один человек,
который может помочь. Древесину там, понятно, вовсе не для скульптур заготавливает, но если
как следует попросить...
Что-то ткнулось в бок острым углом.
Тетрадь.
Клеммен едва рот не разинул от изумления. Это что же - так с ней и путешествовал всё
это время? Совсем с ума сошёл! С другой стороны, из дому только что вышел, возвращаться
неохота. Ладно. Он переложил тетрадь в более просторный внутренний карман, хорошенько его
застегнул. Вот тоже проблема - где её хранить? Или уж сдать Д., да и дело с концом?
Ну уж нет. А насчёт дерева... начну с Академии.
Построив планы на ближайшее будущее, Клеммен пришёл в благодушное состояние духа.
И направился прямиком к ближайшей закусочной - в Академии кормят хорошо, но пока ещё
до столовой доберёшься...
Академия, остров Тишартц, Лето 71, 435 Д., после обеда
Клеммен задумался и ошибся дверью. Но незаметно улизнуть не получилось.
Человек поднял голову, посмотрел на вошедшего.
- А, Клеммен! - улыбнулся он. Вот незадача, подумал юноша, стараясь не выдать своих
чувств. Пальер Тенверийский, по прозвищу Шкаф, во многом оправдывал прозвище.
Во-первых, сложением. Во-вторых, он распоряжался крупнейшим архивом сведений, не
подлежащей широкой огласке. Допуск у него выше, чем даже у Д. Заодно Шкаф страшно
словоохотлив и очень обижается, если его перебивают посреди фразы.
- Как раз перебирал твоё досье, - Пальер указал на стол, посреди которого лежала
обширная папка. Клеммен машинально протянул к ней руку, но Шкаф с хитрой улыбкой
остановил её на полпути.
- Нет, приятель, - пояснил он. - Ты же знаешь. Своё досье читать не дозволяется
никому.
- Тебя это тоже касается? - изумился Клеммен. Волею случая родственники Шкафа -
родом из Веннелера; можно было либо радоваться, либо огорчаться, но "свой" человек в
архивах у Клеммена имеется. И довольно надёжный. Несмотря на обманчивую простоватую
внешность, Шкаф весьма умён. Во всех смыслах.
- Ну, с этим легко, - Шкаф указал на окошко в стене, забранное стальной крышкой. -
Знаешь, что делают в таких случаях? Просят надёжного приятеля его... полистать. Это не
возбраняется, - и громогласно расхохотался.
Пришлось улыбнуться. С чувством юмора у Шкафа, как всегда...
- Да, ты, наверное, по делу? - встрепенулся Пальер. - А я тебя тут отвлекаю...
Невероятно! Шкаф вспомнил, что у других тоже могут быть дела! Надо этим
пользоваться, да побыстрее.
- Да, - Клеммен лихорадочно пытался что-нибудь придумать. Осенило его
неожиданно. - Мне нужны досье всех, кто обучался у Д. У моего начальника.
- Вот как! - Шкаф отвык удивляться, чему бы то ни было. - Так-так-так... Список
большой, развлечения тебе надолго. Приложи-ка сюда руку... всё, спасибо. Знаешь, сколько у
него учеников было?
- Сколько? - на слово "было" Клеммен решил пока внимания не обращать.
- Сорок девять. Включая нас с тобой. Я его, как видишь, разочаровал - ушёл сюда, с
бумажками возиться. А ты уйти на покой ещё не думаешь? Не надоел тебе наш папочка?
- Иногда думаю, - Клеммен помедлил, и сообщил - в общих чертах - итог своего
визита к Менвермориллидду. Так или иначе, Шкаф всё равно узнает: у него, как и у Клеммена,
прекрасная память. А материалы по всем делам Шкаф обязан просмотреть перед сдачей в архив
Можно себе представить, как выглядела проверка его на... лояльность. По слухам, без
специальной защиты и охраны Шкаф почти никогда не покидает Академии.
- Здорово, - вынес вердикт Шкаф, слушавший рассказ с неподдельным интересом. -
Тебе бы книги писать. Рассказываешь - заслушаться можно. Ага, вот твой заказ, - он
протянул Клеммену коробочку с кристаллами. - Одноразовые. После прочтения разрушаются,
ну в общем, как обычно. Новый Год где встречаешь?
- Д. меня приглашает, - начал было Клеммен и понял, что цель достигнута. Шкаф скис.
Он не очень любил Д. Видно, сильно они не поладили, ведь Д., насколько мне известно,
человек вовсе не злопамятный.
Хотя, что я, в сущности, о нём знаю?
Кстати... Шкаф ведь тоже "повторно родился"! Отметим. Многовато собирается
совпадений.
- Ну, счастливого праздника, - Клеммен обменялся со Шкафом рукопожатием и
поспешил в коридор.
На этот раз не следует торопиться, открывая дверь. Вот она, мастерская. Точно она?
Точно.
Бруски дерева удалось получить без затруднений, и Клеммен решил ещё раз поговорить с
Тенгавером.
Странно, подумал ненгор, в который раз обходя пустынные коридоры. Я же именно здесь
заходил к декану! Что у него, скрытая дверь? Чтоб студенты не донимали?
Вот она, лестница, вон окно. Всё на месте, кроме двери. Где-то здесь была справочная...
сейчас узнаю, куда он делся.
Тут он почувствовал взгляд.
Поднял голову. У дальнего конца коридора стояла та самая женщина, что беседовала с
девушками-близнецами. Что интересно, в той же самой одежде. Что, постоянно в разъездах?
Интересно - может быть, она знает?
- Здравствуйте! - объявил Клеммен громко, направляясь в её сторону. - Извините, не
могли бы вы...
Куда она исчезла?
Бегом пробежал остаток коридора. Приоткрыта дверь в другой коридор - в соседний
корпус. Вот невезение! Перед праздниками все разъехались.
Скрипнула дверь в дальнем конце коридора.
Проклятье, выругался Клеммен, побежал в ту сторону.
Похоже, незнакомка играет с ним в прятки.
Во-о-он тот проход - за приоткрытой дверью. Не оттуда ли послышались шаги?
Коридор, и ещё один, и ещё. Кто ж так строит?! Тут путеводитель нужен, а не...
Клеммен резко остановился, ему сразу же стало не до смеха.
Короткий коридор, начинавшийся под лестничным пролётом, заканчивался тупиком.
Впрочем, нет.
Заканчивался ничем .
Чернотой, из глубин которой не было видно ни единого лучика света.
И тихо... здание будто вымерло... Ничего себе шуточки! Клеммен вспотел от напряжения
мысли. Сообщить Д.? Что за загадочные порталы... прямо в Академии, без предупредительных
надписей! И вообще - кто она такая, эта женщина?
"Вас используют, как наживку"...
Ну нет, подумал Клеммен, начиная медленно пятиться. Руку всё время держал на
"ключе". В случае чего - его и след простыл.
"Наживку иногда съедают"...
Отступил ещё на пару шагов, и провал со звонким щелчком схлопнулся. Образовался
тупик, как и положено.
Клеммен поднёс было ко рту переговорное устройство, как вдруг задумался. Ведь
придётся объяснять, зачем потребовалась в такое время Академия, что он выспрашивал у
Шкафа.
В сердцах Клеммен стукнул кулаками по тому месту, где был портал.
Ладно. Сообщить сообщу, но местной охране. Шёл, дескать, вижу - дыра... ну и так
далее. Чтоб совесть была чиста.
Ведь я шёл сюда за деревянными брусками? Так я их получил. Всё остальное не
считается. А кристаллы - посмотрю, когда и если будет время. Кристаллы должны "прожить"
две недели.
До ближайшего поста охраны путь оказался неблизким...
Парк Времени, Лето 71, 435 Д., ближе к вечеру
Д. прав - лучше места для уединения не найти. Правда, тут же заявилась белка,
обследовала все карманы и осталась недовольна размером подношения. Долго суетилась у
дерева, то забиралась на него, то оглядывалась на человека и вновь слезала. Подумаешь, дупло.
Вряд ли это её дом - в такое дупло впору на повозке въезжать. Или там у неё тайник?
Прячь, прячь, я не смотрю.
Что у нас есть?.. Два ясеневых, два из лиственницы. Один из дуба. Все небольшие. Да и
мастер не очень-то жалеет их: девять десятых уходит в брак. Вырезать амулеты или там
магические палочки - занятие тонкое, с непредсказуемым результатом.
Пока я соображал, что бы такое вырезать, белка ещё несколько раз взбиралась на дерево с
дуплом. В конце концов стало понятно: когда же этот тугодум подойдёт сюда!
Пришлось подойти.
Белка исчезла в дупле, долго чем-то там шуршала.
Высунула голову наружу. В зубах у неё был зажат кусок коры. Хороший кусок, с мою
ладонь величиной. Заметив, что я стою прямо под дуплом, она выронила кусок изо рта. И лихой
спиралью спустилась вниз. Умчалась, не оглядываясь. Будто я гнался за ней.
Я осмотрел "подарок". Плотная кора, как заготовка - не пойдёт. И подозрительно
хорошо сохранилась. А, ну конечно...
Как я сразу не понял!
"Нос", который чуял всё магическое - внешне походит на крохотный ножик для
конвертов. Стоило поднести его к куску коры, и слабо заметное свечение индикатора быстро
померкло.
Я отвёл "нос" подальше.
Спустя полминуты свечение восстановилось. Сиарх! Кто принёс кору сюда, в это дупло?
В отличие от древесины каменного дуба, кора его поразительно легка, хотя не менее прочна. Не
знаю, что понимают звери и птицы в магии, но привычка сиархов раз в восемнадцать лет
полностью сбрасывать кору снабжает самых смышлёных прекрасным изоляционным
материалом. А здешние белки вовсю грызут так называемые королевские орехи, которые не
всякий человек расколет одним ударом молотка. Такими зубами и сиарх можно разгрызть.
Ну, спасибо... за новогодний подарок! Нет, определённо надо будет сюда вернуться,
отблагодарить её. Подарков "для души" грызунам никто не делает (я лично в этом смысла не
вижу), а вот толк в угощении понимают все.
Долго я сидел у ручья, но так ничего и не придумал. Ничего страшного. Пусть это будет
экспромт, если вообще что-то будет. Я положил белкин подарок вместе с заготовками, на
прощание выпил воды из ручья.
Ужасно заломило зубы - и летом, и зимой этот ручей не замерзает, оставаясь неизменно
ледяным.
Аннвеланд, Лето 71, 435 Д., вечер
Клеммен стоял у зеркала, озабоченно поглядывая на ссадины. Не украшают, точно. До
завтрашнего вечера не заживут. А к магии прибегать неохота.
Когда он в сотый раз потрогал непрестанно чесавшееся место чуть правее губы,
отражение в зеркале подмигнуло ему.
Юношу немедленно бросило в жар.
Первый рефлекс сработал безукоризненно. Клеммен включил - усилием мысли -
"напарника", специальный кристалл. Который, в отличие от традиционных килианов , умел
записывать ощущения. И только ощущения. Ресурс у него был ограниченным, менять его было
занятием болезненным - "напарник" полагалось вживлять под кожу - но именно благодаря
"напарнику" большинство внезапно погибших агентов Бюро смогли быстро и безошибочно
вернуть отыскать и вернуть к жизни. Или, по крайней мере, не дать соскользнуть туда, где
царствует Владыка Нежити.
Впрочем, "напарник", скорее всего, включился бы и сам - от сильной боли, например.
Отражение ещё раз подмигнуло и, оглянувшись, подтащило поближе к зеркалу отражение
кресла. И удобно устроилось там. На всё это Клеммен глядел, оцепенев. Затем сковывавший его
лёд растаял, он привычно потянулся в карман - за "безделушками".
- Не суетись, ничего не обнаружишь, - послышалось откуда-то прямо перед ним. До
ненгора не сразу дошло, что звук раздаётся из того места, где, если бы отражение было
обычным отражением, находился бы он сам.
Или наоборот?
- Незачем, - слышать собственный голос было не очень приятно. - Есть очень
серьёзный разговор. Можешь не беспокоиться, никто об этом не узнает.
- Кто вы?
Отражение расхохоталось.
- Приглядись внимательнее, ненгор .
Последнее слово было произнесено с издевательскими нотками.
- Что вам нужно? - спросил Клеммен, в конце концов.
- Люблю правильные вопросы, - одобрило отражение и согнало с лица усмешку. -
Тетрадь, мой дорогой друг. Всего лишь тетрадь.
- А взамен?
- Взамен? Ну, для начала, жизнь.
Клеммен нашёл в себе достаточно самообладания, чтобы презрительно усмехнуться. На
самом деле он перепугался так, как не пугался уже очень, очень давно - с того момента, как
двое грабителей с оружием встретили его в переулке, рядом с банком.
- Я же не имею в виду твою жизнь... - лениво протянул двойник. - Ты и так умер,
хотя ещё узнаешь, что такое настоящая смерть. Поговорим о жизни кого-нибудь другого...
угадай, о чьей?
Нет! - крикнул внутри внутренний голос. Не думай о ней! Не вспоминай её имя!
Поздно.
- Андари? - спросил Клеммен одними губами, почувствовал, что из середины живота
начинает распространяться непереносимый холод.
Двойник широко улыбнулся.
- Тебе есть, что терять. Значит, долго уговаривать не придётся. Надеюсь, не
потребуется... устранять ещё кого-нибудь, для демонстрации?
- Что же это за тетрадь такая? - Клеммен искал любой повод, чтобы отсрочить
очевидный приказ с той стороны.
- Нужно ли тебе знать? - скривилось отражение. - Ты и так отдашь её. Смотри, не
вырони. Тетрадь старая, ветхая. Давай её сюда. - Двойник поднялся, подошёл к стеклу
вплотную, протянул руку.
- Что значит - "сюда"? - Клеммен отступил на шаг.
- То и значит, - отражение нахмурилось. - Не играй со мной, красавчик... -
отражение положило пальцы на заживающую ссадину и тут же это место пронзила острая боль.
Клеммен вскрикнул, схватившись за щёку; отражение, усмехаясь, надавило ногтями посильнее.
Так больно не было ещё никогда.
Клеммен отнял окровавленную ладонь от щеки и убедился, что не может ни говорить, ни
кричать.
- Давай, быстро, - двойник холодно смотрел на него. В отличие от Клеммена, с лицом у
двойника всё было в порядке. - Иначе твоей подруге станет очень нехорошо. Прямо сейчас.
Рука сама собой полезла внутрь, в карман, где хранилась тетрадь.
По пути запястье коснулось цепочки, на которой висел треугольник.
В голове Клеммена словно потревожили огромный пчелиный рой. Клеммен ощутил
вибрацию и сильный жар; и то, и другое исходило из треугольника. Амулет сам собой
повернулся, деревянной стороной вниз.
Очередная угроза застряла у отражения в горле.
Двойник неподвижно застыл.
Страх, вязкими потоками прижимавший Клеммена к земле, схлынул. И... отражения не
стало.
Вернее, осталось - обычное. Его собственное, - со щекой, разодранной едва ли не до
кости, с вылезающими из орбит глазами, в которых читались боль и ужас.
Кресло стояло на прежнем месте.
Послышался треск, уголок зеркала откололся; трещины пошли по поверхности зеркала.
Несколько раз Клеммен подносил к губам переговорное устройство, но всякий раз
напрочь забывал, о чём хотел сообщить.
Отражение не шутило - сообщить кому-нибудь ещё непросто.
Пришлось прибегнуть к заживляющему эликсиру - боль была едва переносима. В
довершение всего исчерпал свой ресурс и отключился "напарник". Он умел извещать об этом
единственным образом: вызывая ощущение лёгкого жжения в том месте, где внедрён.
Ну уж нет. Новый "напарник" Клеммен поставит после праздника. Потом. Всё потом.
Подумаешь, очередное нарушение инструкции... интуиция подсказывала, что взыскания от
Кинисс - наименьшее из неприятностей, что подобрались совсем близко. Влип с этой
тетрадью. Спрятать её, срочно. Но где?
Треугольник перестал быть тяжёлым, остыл; перестал вибрировать. Нисколько не
возражал против того, чтобы его повернули вниз золотой стороной.
Оставаться до наступления темноты в этой комнате Клеммену не хотелось, он решил
отправиться куда-нибудь. Скажем, в Венллен. Посмотреть на подготовку к праздникам, а
заодно и узнать, не случилось ли чего-нибудь с...
Медальон едва заметно шевельнулся.
Нет, не случилось, подумал он. С уверенностью.
Из дому он почти выбежал - так, словно все привидения мира гнались по пятам.
Венллен, Лето 71, 435 Д., около полуночи
- Клеммен! Вот не ожидал! Ну ты даёшь! Слушай, а ты неплохо зарабатываешь!
Я вздрогнул, услышав эти слова. Айгес. Тот самый, вместе с которым я "работал" у
Буарта. Проклятие, он узнал меня! Тоже мне, "смена облика", "смена облика"!
Губы сами собой сложились в подобающую улыбку. Хорошо, что я не в форменной
кожаной одежде, и не в парадной. Шуму было бы куда больше.
- С тебя два пива! - довольно ухмыльнулся Айгес, без приглашения усаживаясь
напротив. Отвык я от подобной компании, точно. А теперь надо очень быстро вспомнить былые
привычки. И так уже ползаведения на нас косится.
- Это ещё за что? - спрашиваю с подозрением.
- Как был скрягой, так и остался, - лёгкое презрение тронуло его губы. А я-то, наивный,
собирался о чём-нибудь приятном подумать, одиночеством насладиться...
- Ладно уж, - я подозвал официанта, Айгес одобрительно хлопнул меня по плечу.
- Вижу, уговорил-таки своего дядюшку... - он критически осмотрел меня. - И
неплохо уговорил. Чем занимаешься-то?
- Так, - я повертел пальцами в воздухе, изобразил, как мог, страдальческую гримасу.
Предварительно оглянувшись. - Приходится разъезжать... словом, по торговой части.
- То-то я вижу - нарядился, словно ольт. Неужели, думаю, нынче мода такая.
Очень надеюсь, что на лице у меня ничего не отразилось. И ведь не спровадишь его, не
привлекая внимания! Не скажешь "извините, мол, вы обознались"! Провалиться ему...
- Как ты меня узнал? - пора брать инициативу в свои руки. - Где обретаешься? По
прежнему у старика Буарта?
- Ну уж нет, - протянул он пренебрежительно. - Я теперь с караванами хожу.
Охранником. - По его лицу было отчётливо видно, насколько велика пропасть, разделяющая
охранников и каких-то там рассыльных... - Вот, вчера возвратился. Как раз к Новому Году.
Кстати, не желаешь составить компанию?
О боги, сохраните и помилуйте!
- Не могу, - я развёл руками. - Сам понимаешь. С дядей и всей его весёлой
семейкой. - Произнося эту ложь, я вспомнил Д., и стало так смешно, что только огромными
усилиями удалось не разразиться истерическим хохотом.
- Понимаю, - кивнул он, отхлебнул из своей кружки. - Ну, заходи после. Живу я там
же, да и старых приятелей забывать не стоит, верно?
Неужели он собирается уходить? Какое счастье, подумал я опрометчиво.
- Верно, - говорю. - Как только выберется денёк... мы часто через Венллен проходим.
- Вот и славно! - улыбается он и, не обращая внимания на выражение моих глаз,
заказывает ещё пива. Ну да, за чужой счёт пьёт всякий... У Айгеса на это особый нюх. Так.
Срочно нужен повод, чтобы уйти отсюда. Как только он выпьет три кружки, язык у него
развяжется окончательно.
Я уже начал воспринимать его реплики, как туман, как просто часть окружающего
пространства - не переставая, конечно, вразумительно и со смыслом отвечать. И тут он
неожиданно наклонился поближе и многозначительно подмигнул.
- Давно хотел тебя спросить... Как тебе удалось?
Первые несколько мгновений я совершенно искренне ничего не понимал. Затем взглянул
ему в глаза и понял всё.
Спустя мгновение я мысленно считал до десяти - сдерживался, чтобы не схватить его за
горло и не свернуть шею. Или перерезать ему горло обломком кружки. Или воткнуть лежащий
на столе нож ему в грудь.
Ярость схлынула почти моментально, оставив совершенно неожиданное для меня самого
чувство. Неловкость, смешанную со снисходительностью. Как если бы ребёнок в присутствии
посторонних задал мне неприличный вопрос. Осознавая, что подобного делать не положено.
- Не понимаю, о ком ты, - произнёс я, не отводя взгляда.
- Да ладно, - он отодвинулся и рассмеялся. Тут я понял, что в кулаке по-прежнему
сжимаю вилку. Неторопливо разжал пальцы. Погнутая вилка упала на пол, но в гаме и шуме
никто этого не заметил. - Тейпес, извозчик, два раза видел, как ты заходил к ней в дом. Мы
ему не поверили - он мне теперь ящик киншиарского должен! Серьёзно, Клеммен, как тебе
удалось?
- Не понимаю, - в конце концов, мне удалось совладать с мимикой. - Я у многих
бывал дома. Как и ты, кстати.
- Да брось, - презрительно откинулся он на спинку стула. - Не хочешь говорить - не
говори. Я что, не понимаю? Всё понимаю. Только дураком меня считать не надо, хорошо? У
тебя же всё на роже написано, ты притворяться в жизни не умел, - и он расхохотался вновь.
К его (и отчасти своему) изумлению я тоже рассмеялся.
- Да, - согласился я. - Не умею, это точно. Но подробностей не будет.
- И не надо, - улыбочка вновь коснулась его губ. - Главное я уже понял.
Хорошо, что я не взглянул в этот момент в его глаза. Тогда бы, наверное, точно не
сдержался. И Новый Год я встретил бы очень, очень невесело. Но Айгес неожиданно глянул на
часы и куда-то заспешил.
- Прости, старина, - он хлопнул меня по спине. - Ребята ждут. В общем, не теряйся,
удачи! - он подмигнул (я этого не видел, но ощутил), и скрылся в толпе на площади.
Мне показалось, что я извалялся в помойной яме - было странно, отчего проходящие
мимо не отворачиваются, зажав нос.
Вечер был испорчен. Я хмуро глядел на закапанную пивом скатерть (аккуратностью
Айгес никогда не отличался) и понял, что надо уходить.
Но куда?
Пройти мимо её дома?
Не стоит. Раз за мной так откровенно следили, то не преминут продолжить сие
увлекательное занятие - вдруг удастся что-нибудь подсмотреть! Я начинал понимать, отчего
Правитель смотрел на меня таким странным образом - там, на приёме. Я закрыл
...Закладка в соц.сетях
