Жанр: Фантастика
Огнерожденный
..., правда, - сказал Фарах. - Ты же помогал Састиону. Отдавал ему силу Огня.
Если бы не ты, наставник бы ослабел, не смог сдерживать демона, и нам всем пришел бы конец.
- Правда? - тихо спросил Грендир.
- Конечно. Пусть другие думают, что главное - зарубить больше врагов. Но мы-то, все
мы, кто был там, знаем, что для победы важно все. И ты сделал не меньше, чем мы. Правда,
Килрас? Килрас!
- Что? - вскинулся здоровяк, открывая уцелевший глаз. - О чем ты?
- Я говорю, Грендир хорошо поработал.
- Это точно. Правильно. А больше всех сделал Састион. Кабы не он, нам всем крышка. А
ты, Грендир, вовремя ему помог... И ты, Фарах, молодец. Как ты ловко с мечами-то придумал.
Я бы так не смог.
Грендир шумно вздохнул, потер замерзший нос. Потом поднялся с лежанки и перебрался
поближе к Килрасу.
- Спасибо, ребята, - сказал он. - А то я себя таким дураком чувствовал!
- Не ты один, - буркнул Килрас. - Я тоже. Как чучело. Вроде и не сделал ничего
такого. А они как вороны. Раскаркались.
Фарах откинулся на спину и улегся поудобнее. Подтянул под голову чью-то котомку и до
подбородка закутался в ворох одеял. Он лежал на спине, смотрел в ночное небо и слушал
тихую беседу друзей, делившихся впечатлениями от схватки. Ему было хорошо и уютно.
Юноша думал о том, что сейчас все в порядке, и этого достаточно. Что было - прошло, а что
будет - знать не дано. Главное, что сейчас, в этот самый момент, он жив и здоров, как и его
друзья. Для счастья большего н не надо.
Убаюканный потрескиванием костра и басовитым шепотом Килраса, Фарах и сам не
заметил, как уснул.
10
Разбудил его громкий разговор. Фарах вздрогнул, вырываясь из объятий сна, и открыл
глаза. Разговаривали Килрас и Грендир. Они спрашивали у кого-то, что случилось. Фарах резко
сел, оглядываясь по сторонам, а руки уже сами шарили по поясу, пытаясь нащупать рукоятку
меча.
Грендир и Килрас стояли у костра, с тревогой всматриваясь в сгустившуюся темноту.
Судя по всему, была еще глубокая ночь, и света от костра едва хватало, чтобы осветить
ближайшие деревья. У фургона возвышался Састион. В широко раскрытых глазах отражалось
пламя костра. Жрец раздувал ноздри, словно принюхиваясь к ночному ветру.
- Они идут, - сказал он. - Я чувствую. Они идут!
Фарах вскочил на ноги и принялся рыться в тюках, раскиданных возле костра.
Дрожащими руками он лихорадочно шарил по одеялам, пытаясь найти хоть что-нибудь,
похожее на оружие.
- Кто, кто идет? - воскликнул Грендир, хватаясь за плечо Килраса, обнажившего меч.
- Орда, - отозвался Састион. - Они наступают. Демона с ними нет, но я чувствую
темное колдовство. Животные.
- Надо предупредить Вальдора, - глухо сказал Килрас. - И поскорее.
- Меч! - крикнул Фарах, продолжая рыться в одеялах. - Дайте мне меч!
Словно отзываясь на его крик, в темноте взвыли боевые трубы. Лес разом наполнился
криками солдат, приказами командиров и лязгом обнажаемых мечей.
- Ради Всеблагого! - завопил Фарах, выпрямляясь. - Дайте же мне меч!
Грендир обернулся и бросил другу меч в деревянных ножнах. Вчера, перед боем, он
получил его от Тасама, но ему так и не довелось пустить оружие в ход.
- Держи, - сказал Грендир. - У тебя лучше получается.
Фарах на лету подхватил оружие, обнажил его, а ножны заткнул за пояс. Это оказался
обычный обоюдоострый полуторник, чуть лучший, чем тот, что он держал в руках вчера. Фарах
вцепился в его рукоять обеими руками, до боли сжимая пальцы. Сразу стало легче.
Почувствовав в руках оружие, он успокоился.
Из шатра сотника, стоявшего на краю поляны, выскочили сразу трое: Вальдор, Тасам и
Картан. Им навстречу, из темноты, вынырнули десятники, кричащие, что враг наступает.
- Вальдор, - крикнул Жрец. - Они идут по краю леса, а не через равнину! Наверно, за
ночь обошли нас с левого фланга!
- Проклятие! - отозвался сотник. - Перик, уводи лучников! Все назад! Мечников и
копейщиков вперед. Сюда, живо!
- Факелы, - крикнул Тасам, бросаясь в темноту, к костру своего десятка. - Нужны
факелы!
Вальдор подбежал к Жрецу, схватил его за рукав:
- Где они? Откуда идут, куда?
- Они уже близко. Орда идет прямо сюда, на свет костров. У тебя две-три минуты,
сотник, не больше.
Вальдор махнул рукой и побежал в темноту, изрыгая на ходу проклятия. Поляна опустела.
У костра остались только воспитанники и Жрец.
- Грендир, иди сюда, - крикнул Састион. - Килрас, Фарах, станьте перед костром.
Будьте готовы. Васка! Васка, сучье вымя, где ты!
Из фургона высунулась всклокоченная голова воспитанника:
- Я тут. Что делать?
- Пусть Сасим сожжет этот трахнутый сундук! Мне надоело заботиться о куче бумаг, в
то время когда надо заботиться о людях. А ты... дай руку!
Фарах и Килрас стояли плечом к плечу, держа в руках обнаженные мечи. Клинки уже
искрились - воспитанники готовились пустить в ход силу Огня.
Фарах чувствовал, как из темноты надвигается незримая сила, холодная как лед. В груди
неприятно кольнуло. Знакомое чувство - он уже встречался с этой силой. В ночь, когда убегал
от Жрецов Темного Пламени. Фарах чувствовал, как страх идет ему навстречу, прячась до поры
среди деревьев, прикрываясь темнотой. Он готовился броситься вперед, таился перед атакой.
Фарах знал это. Знал, что еще пара минут, и страх выпрыгнет из засады. И это заставляло
Фараха все сильнее сжимать меч.
Не выдержав напряжения, он обернулся и увидел, как на поляну выбежал Тасам, а за ним
его десяток солдат.
- Мы тут! - крикнул бывший сотник. - Вальдор расставляет войска. Ему нужно совсем
немного времени, чтобы выдвинуть вперед мечников. Надо только немного продержаться.
Совсем немного!
Мечники же молча и деловито выстроились рядом с Фарахом и Килрасом, в одну
шеренгу. Они обнажили клинки, выставили их вперед и застыли. Воины не суетились, не
беспокоились. Они уже знали, что такое бой. Каждый из них был готов ко всему.
Фарах окинул взглядом строй, пытаясь сосчитать оружие. Десяток клинков. Ну еще
Тасам. Пожалуй, удастся еще раз зажечь мечи, как тогда, на поле. Сил хватит ненадолго,
толком отдохнуть не удалось, но теперь за спиной сотня Вальдора. Свежие силы, рвущиеся в
бой. Должно получиться. Все должно получиться.
Он увидел, как Састион поднял правую руку и повел ею в воздухе, словно пытаясь
отвести невидимую пелену. Тотчас прямо перед Фарахом вспыхнула елка, мгновенно
обратившись в огромный факел. За ней - вторая, потом третья. Темнота заплясала, порвалась
на куски и отхлынула в сторону, обнажая то, что скрывала.
Их было много, очень много. Темные фигуры рывками двигались между деревьями,
прятались за стволы. Фарах с шумом втянул воздух ноздрями. Орги. И кто-то еще. Что-то
страшное и темное.
Орда, застигнутая врасплох светом от горящих деревьев, подалась назад, потом
опомнилась, взревела сотней глоток и бросилась в атаку.
Фарах во все горло проорал знакомые слова, навечно впечатанные в память, и вскинул
руку зажигая клинки мечников. Он успел. Меч последнего солдата вспыхнул за секунду до
того, как на строй накатила волна оргов.
Пылающие клинки легко кромсали плоть великанов, щедро сея смерть. Но те
наваливались кучей, брали числом, и люди просто не успевали их убивать. Строй распался.
Фараха и Килраса оттеснили за костер, к фургону, и там они встали намертво, работая мечами,
как заведенные. К Састиону подпускать оргов нельзя, ни в коем случае. Вся надежда была
только на него. Солдаты отошли назад и заняли круговую оборону вокруг фургона. Они даже
не пытались контратаковать, просто старались выжить.
Састион вовремя пришел на помощь. Он снова сотворил огненную стену, окружив и
фургон и солдат непроходимым жарким барьером. Орги, пытавшиеся пройти сквозь него,
вспыхивали алым пламенем и падали в снег, разбрасывая вокруг себя капли огня. Тех, кто все
же пробился сквозь стену огня, добивали солдаты.
Получив краткую передышку, Фарах осмотрелся. Орда, бесновавшаяся за огненной
стеной, не стояла на месте. Широким потоком она огибала пылающее кольцо с двух сторон и
уходила в темноту, к сотне Вальдора. Судя по крикам и воплям, доносившимся из темноты, там
тоже шел бой. Обернувшись, Фарах отметил, что из десятка мечников уцелели восемь человек,
считая Тасама. Грендир отступил к фургону и теперь сжимал в руках лук, найденный у костра.
Васка поддерживал Жреца. Тот стоял у фургона, привалившись к его дощатому боку, и
непрерывно бормотал моления. Сасима нигде не было видно, наверно, он прятался в фургоне.
Наконец, не выдержав напряжения, Жрец закрыл глаза и замолчал. Стена огня
побледнела, а потом и вовсе исчезла, оставив после себя только россыпи искр на телах мертвых
великанов. Уцелевшие орги перепрыгивали через груду мертвых братьев и снова шли в атаку.
Фарах взмахнул мечом, погружаясь в бездумную круговерть ударов, выпадов и отскоков.
Ему пришлось тяжело: великаны шли нескончаемым потоком, а отступать было некуда. Он
даже не мог глянуть, как там друзья, ему некогда было оборачиваться. Он рубил и колол, едва
успевая глотать холодный воздух, наполненный тяжелым запахом горелой плоти и свежей
крови.
Мертвые орги мешались под ногами. Вскоре Фарах уже ходил не по снегу, а по трупам,
оскальзываясь в лужах крови. Один раз он все-таки упал, и к нему бросились сразу три орга. Не
вставая, он подрубил ноги одному и сжался в ожидании удара. Но над ним пролетела белая
искрящаяся стрела, пробила уцелевших великанов насквозь и отбросила их в сторону. Это
Састион перевел дух и снова пустил в ход силу Огня.
Ободренный Фарах вскочил на ноги и взмахнул мечом. Теперь то здесь, то там
вспыхивали искры-стрелы, прожигавшие по два-три великана за один раз. Жрец не терял
времени даром и бил наверняка, в упор, экономя силы.
Стараясь уцелеть, Фарах махал мечом, как мельница крыльями, но сразу заметил, что
трупы оргов под его ногами начали шевелиться. Оступившись, он кувыркнулся в сторону, и это
его спасло. На том месте, где он только что стоял, трупы раздвинулись, и над ними вскинулось
гибкое тело огромной змеи.
- Змеи! - завопил где-то за спиной Грендир. - Ледяные змеи!
Упругое гибкое тело, толщиной с ногу, просвечивало насквозь, словно было сделано из
стекла. Большая тупоносая голова качалась из стороны в сторону, ища жертву. Пасть с двумя
прозрачными клыками, искрящимися синим светом, изрыгала тихий свист. Это была самая
настоящая ледяная змея, точно такая, как в рассказах Танвара. Она билась, вырываясь из-под
тел оргов, стремилась дотянуться до ошеломленного Фараха, а он лежал на спине и
завороженно разглядывал чудовище. Только когда гибкий хвост, вырвавшись наконец,
хлестнул по трупам, Фарах очнулся и откатился в сторону. Вскочив на ноги и шагнув вперед,
он сделал выпад. Пылающий меч без труда разрубил голову змеи, и та рассыпалась на
блестящие куски, как разбитая ваза.
Но это было только начало. По всей поляне из снега поднимались головы ледяных змей,
шедших в атаку. Орги отступили, разошлись в стороны и канули в темноту: они спешили к
мечникам Вальдора, туда, где не было пылающих мечей.
Змеи оказались опаснее великанов, они выныривали из-под ног, не давая стоять на месте,
и защиты от их укусов не было. За несколько секунд трое солдат были сбиты с ног и растерзаны
гибкими ледяными тварями. Остальные еще держались и даже сражались. Непрерывно
переступая по трупам оргов, они размашисто срубали головы змей, как мальчишки срубают
палкой репьи на поле. Жрец продолжал разить врагов огненными искрами, а Грендир, у
которого кончились стрелы, ловко орудовал копьем, отпихивая змей в сторону от Састиона.
- Держитесь, - кричал Тасам. - Держитесь!
Внезапно на поляне стало людно. Десятка два мечников, ведомые Вальдором, вынырнули
из темноты, бесшумно, как призраки, и с ходу кинулись в бой. Фарах встретил их
восторженным криком и взмахнул мечом. Похоже, сотня пошла в контратаку.
- Надо их задержать! - крикнул Вальдор, оказавшийся рядом. - Войска
перестраиваются! Надо держать эту поляну, отвлекать оргов на себя.
Договорить он не успел. На поляну хлынул новый поток врагов, пришедших на смену
уничтоженным змеям. Солдат, вооруженных обычными мечами, смяли и отбросили к фургону.
Фарах потерял из виду Вальдора и вдруг оказался в кольце великанов.
Разя мечом направо и налево, он сумел вырваться из кольца и пробиться к Жрецу.
Састион несколькими огненными лучами рассеял десяток оргов, но их было слишком много.
Строя давно не было, бой превратился в беспорядочную свалку. Солдаты дрались изо всех сил,
делали невозможное, но все же гибли. Орги давили их массой, заваливали грудами тел, в конце
концов валили с ног и добивали.
На глазах Фараха Вальдор обычным мечом убил двух оргов ударами в глаза, но третий,
кинувшийся со спины, ударом дубины разбил голову сотника и втоптал его тело в снег.
Фарах вскрикнул и рванулся вперед. Зарубив великана, убившего сотника, он отступил в
сторону, свалил мощными ударами еще двоих и оказался рядом с Килрасом, без устали
орудовавшим мечом, и Тасамом, прикрывавшим спину воспитанника. Его меч едва светился,
силы бывшего сотника были на исходе.
- Надо отходить! - крикнул Фарах. - Вальдор убит!
- Нет! - проревел Тасам, обрубая лапы сунувшегося к нему орга. - Стоять! Держаться!
Фарах не успел ответить. Впереди, среди пылаюших елей полыхнуло голубое пламя, и
сражение вдруг прекратилось.
Великаны, как по команде, прыснули в разные стороны и растворились в темноте, оставив
после себя груды мертвых тел. Люди, оставшиеся одни на поле боя, стали медленно отступать
назад, к фургону, пытаясь снова собраться в строй.
Фарах, отступавший вместе со всеми, - задержался и оглянулся. Уцелевших осталось
немного. Пятеро из десятка Тасама и еще десяток из тех двадцати, что привел за собой Вальдор.
Солдаты, повинуясь указаниям Тасама, образовали полукруг, закрыв спинами уставшего
Жреца, еле державшегося на ногах. Его с двух сторон поддерживали Васка и Грендир, и только
поэтому он еще не упал.
Передышка пришлась как нельзя кстати, но такое поведение Орды настораживало. Фарах
не видел в этом ничего хорошего и обернулся к Жрецу.
- Састион, - позвал он. - Что происходит? Орги отходят?
- Нет, - ответил Жрец. В его голосе слышалась смертельная усталость. - Они никуда
не ушли. Орда тут, снова готовится. Но там, впереди, что-то притаилось... что-то страшное. Но
не могу понять - что.
- Демон?
- Нет. Магическая тварь, пропитанная злым колдовством... Но это не главное. Орда -
там. Вся.
- Сколько их? - перебил Жреца Тасам. - Ты можешь их сосчитать?
- Им нет числа, - тихо ответил Жрец. - Это не разведчики. Это - войско.
Бывший сотник выругался. Фарах устало опустил угасший меч. Он чувствовал, как в
груди зарождается и поднимается вверх, к горлу, холодный ком, мешающий дышать. Страх.
Страх смерти. Только сейчас он вдруг отчетливо понял, что все они обречены. Вся армия.
Предсказание Ламераноса оказалось правдивым.
- Надо отходить, - хрипло сказал Фарах. - Тасам!
- Нет, - шепотом ответил бывший сотник. - Войска перестраиваются. Сотня Вальдора
полегла почти вся, но сдержала первую волну. Сейчас за нашей спиной выстраиваются мечники
из центра. Им нужно время, чтобы занять оборону, только так армия может уцелеть. Никто не
ждал этого удара. Вся надежда на нас. Орда споткнулась о нас, как о камень. Мы заноза в ее
пятке, мы ей мешаем пройти. Наши воины и так сделали много, но нужно сделать еще больше.
Мы должны держаться. До последнего.
- Опять подвиг? - спросил Грендир, кривя потрескавшиеся до крови губы. - Новая
легенда?
Бывший сотник тяжело вздохнул и, глядя мимо Грендира, тихо ответил:
- Подвиг на войне - это всегда результат чьей-то глупости.
Фарах закрыл глаза. Теплый комок в середине живота, дающий Силу, быстро таял,
уступая место ледяному страху. Во время боя ему некогда было бояться, но теперь, имея
возможность оценить произошедшее, он ужаснулся. Орда! Непобедимая Орда катилась валом,
ударяя в незащищенный фланг войска. Сальстакцы этого не ждали, они не были готовы к
ночной атаке. Думали, что Орда, как всегда, ударит в центр. И теперь люди должны были
расплатиться за свою глупость, за недомыслие своих командиров.
Горящие ели, подожженные Жрецом в начале боя, ярко вспыхнули и разом погасли.
Темнота навалилась на поляну, теперь ее освещал лишь пылающий костер в центре, чудом
уцелевший во время схватки.
- В строй! - скомандовал Тасам. - Фарах, мечи!
- Если получится, - пробормотал юноша. - Но я попробую.
Они вернулись в строй. Мечники стояли молча, не переговариваясь, напряженно
всматриваясь в сгустившуюся темноту. Туда, откуда ожидали новой атаки. В лесу было тихо.
Потухшие ели потрескивали, по их обожженным стволам бегали огоньки, напоминая
встревоженных светлячков. Даже орги притихли - попрятались за деревьями, словно сами
чего-то испугались. Фараху не хотелось даже думать о том, что могло напугать великанов. Это
было слишком страшно. Он пробормотал молитву, зажигавшую оружие, но сил хватило только
на три меча. Потом он остановился, понимая, что еще немного и у него не останется сил даже
на то, чтобы зажечь свой собственный клинок.
- Жаль, - шепнул Тасам. - Жаль.
Где-то впереди взвыли орги, затрещало надломленное дерево, гулко ухнуло и упало в
снег. В темноте ворочалось что-то огромное, идущее напролом через лес к костру, к строю
солдат, вцепившихся в рукояти мечей. Напуганные, но не отступившие, они были готовы
стоять насмерть, до последней капли крови. И все же, когда из темноты показалось чудовище,
многие вскрикнули от ужаса.
Сквозь деревья к поляне медленно двигалась огромная туша, напоминающая великана,
сложенного из кусков льда. Величиной она была с трех оргов, не меньше. Толстые ноги,
круглые, не сгибающиеся, напоминали сваи моста. Массивное тело, похожее на огромную
полупрозрачную бочку, венчала маленькая квадратная голова, внутри которой плескался синий
огонек. Огромные угловатые ручищи, усеянные длинными ледяными шипами, волочились по
земле, задевая стволы деревьев. Это был оживший ночной кошмар.
Строй дрогнул. Солдаты невольно подались назад, отступая перед чудовищем. Фарах,
застыв на месте, с ужасом смотрел на монстра, понимая, что огненный меч на этот раз не
поможет.
- Вот и все, - горько сказал Тасам и сплюнул в снег. - Это стор. Ледяное чудовище,
порожденное демонами. Я слышал о них раньше.
Килрас глухо зарычал, как пес, предупреждающий о том, что будет драться до
последнего.
- Уходите, - коротко бросил Састион и, оттолкнув Грендира, стал протискиваться
вперед.
- Куда? - крикнул Тасам. - Назад!
Састион оттер плечом Фараха.
- Это действительно стор, - спокойно сказал Жрец. - Но он - порождение не
колдунов, а самого Тайгрена. Уходите, пока не поздно. Ваша совесть чиста. Вы ничего не
сможете сделать.
Чудовище заскрежетало, как ломающаяся льдина, и выбралось на край поляны. Оно было
неповоротливым, двигалось медленно, но этой глыбе скорость была и не нужна. Ему было
достаточно силы: огромные ручищи поднялись, легко ломая елку, мешавшую пройти к костру.
Фарах заметил, как орги, идущие за стором, шарахнулись в стороны, чтобы не попасть под
падающее дерево.
- Тасам! - закричал Састион, вскидывая руки. - Уводи людей. Все назад! Уходите!
Фарах отступил, чувствуя противную слабость в ногах. Ему хотелось бежать отсюда во
всю прыть, без оглядки, не думая о последствиях... Но он не мог - это стало бы
предательством. Он просто не мог бросить Састиона.
- Отходим! - заорал очнувшийся Тасам. - Мечники, отступаем к центру! Надо
предупредить наших! Живо, сучьи дети!
Солдаты попятились, потом с видимым облегчением стали поворачиваться и убегать в
темноту, за фургон. Никто и не подумал ослушаться командира. Дураков не было.
Чудовище, сотрясая землю, двинулось вперед. Састион шагнул ему навстречу, не опуская
рук. Он прокричал вслух какие-то слова, незнакомые Фараху, и вспыхнул с головы до пят,
обращаясь в пылающий факел.
- Учитель! - завопил Грендир и рванулся вперед. Фарах успел ухватить его за руку,
дернул на себя и повалил в снег.
Жрец, раскинув руки, превратившись в пылающий белым огнем крест, шел к стору,
двигаясь легко и быстро, словно летел над землей.
- Учитель! - снова крикнул Грендир.
- Это старая молитва Внутреннего Огня, - глухо сказал Васка. - Самопожертвование.
Я переписывал ее из книги Састиона. Это конец. Он уходит от нас.
Пылающая фигура Жреца подлетела к чудовищу и, увернувшись от удара огромной лапы,
прилипла к массивному тулову стора, обняв ледяную тушу горящими руками. Чудовище
взревело, тяжело заворочалось на месте, размахивая руками. Орги завопили, бросились в
разные стороны, но потом, словно опомнившись, двинулись к костру, стараясь держаться
подальше от обезумевшего стора.
Увидев оскаленные морды врагов, Фарах очнулся. Он вдруг увидел себя со стороны. И
Састиона, и друзей, и фургон. И толпу оргов, идущих на него. Подмастерье понял, что все
кончено, но еще не все потеряно.
- Бежим! - заорал он, рывком поднимая Грендира на ноги. - Спасайтесь!
Он толкнул Килраса в плечо. Тот вздрогнул, словно удар его разбудил, выругался и сунул
меч в ножны. Подхватив с двух сторон Грендира, продолжающего горестно звать Састиона,
друзья бросились в темноту, туда, куда ушли мечники.
- Васка! - орал на бегу Фарах. - Сасим! Уходите!
Никто не отозвался. Но Фарах не собирался останавливаться, ноги сами несли его вперед.
Он чувствовал себя стрелой, пущенной в цель, и просто не мог остановиться. Ужас снова гнался
за ним по пятам, как той ночью в Таграме. Он спасал свою жизнь.
И все же, добравшись до деревьев на другом краю поляны, друзья остановились. Килрас
споткнулся, потянул Грендира на себя, и Фарах обернулся. В глаза бросилось светлое пятно -
поляна у фургона ярко освещалась костром, и было хорошо видно, что там происходит.
Стор продолжал топтаться на месте, ревя и размахивая лапами. Пылающие останки
Састиона, уже утратившие человеческую форму, превратились в бесформенные комки горелой
плоти и намертво вплавились в тело стора. Они все еще горели, прожигая чудовище насквозь,
заставляя его метаться по поляне в поисках спасения.
Орги уже проскочили костер и подбирались к фургону. А у него, у самых колес, лежал
Васка. Над ним, стоя на коленях, склонился Сасим. Задняя часть фургона горела; видимо,
братья все же исполнили наказ Састиона и сожгли тайные книги. Они совершили свой
маленький подвиг и должны были поплатиться за это жизнью.
- Сасим! - заорал Фарах, выворачивая легкие наизнанку.
Но брат не собирался покидать брата. Сасим еще успел поднять голову, посмотреть в
сторону Фараха и махнуть на прощание рукой. А потом толпа разъяренных оргов бросилась
вперед и скрыла близнецов от взглядов друзей.
Фарах взвыл и прикусил губу до крови. Килрас гулко ухнул, потянул меч из ножен и
подался вперед, но товарищ ухватил его за плечо.
- Отходим, - бросил он. - Им не помочь. А мы еще можем выбраться. Ты, я и Грендир.
Килрас медленно опустил голову. Согласился - неохотно, но согласился. Подхватив
рыдающего Грендира, друзья бросились в темноту.
Пробираясь сквозь заснеженные кусты, протискиваясь между толстых стволов, они
слышали, как следом идет смерть. Орги пустились в погоню. Они жаждали крови беглецов,
хотели догнать ускользающую добычу и растерзать ее. Великанам труднее было пробиваться
сквозь заросли, но они не отставали.
Друзья бежали изо всех сил, не думая ни о чем. Просто бежали вперед, в темноту, куда
глядят глаза. Думать не было ни сил, ни времени. Они просто спасали свои жизни. Грендир,
захлебывающийся воплями, сильно мешал, его приходилось тащить на руках, но друзья даже не
думали о том, чтобы его бросить, это казалось невозможным.
Когда орги уже дышали в спину, а Фарах начал задыхаться, впереди, среди деревьев, они
увидели множество светящихся точек.
- Факелы, - выдохнул Килрас. - Наши!
- Нажми, - бросил на бегу Фарах. - Быстрей!
Тратя последние силы, они помчались к факелам, проваливаясь по колено в глубокий
снег, продираясь сквозь заснеженные заросли. Теперь они знали, куда бежать.
Из темноты донесся крик. Рядом с Фарахом свистнула стрела, но Килрас завопил,
проклиная стрелка, и больше никто не стрелял.
- Тасам! - закричал Фарах, надеясь на то, что сотник где-то впереди, среди солдат. -
Орги, Тасам!
С ходу друзья проломились сквозь кусты и вывалились на большую поляну, заполненную
мечниками. Народу здесь было много, полсотни человек, не меньше. И все кричали. Разом.
- Сюда! - раздалось из толпы. - Фарах, сюда!
Сразу десяток рук подхватил юношу и потащил сквозь строй, как куль с крупой. Его
оторвали от друзей, и они сразу затерялись в толпе.
- Килрас! - кричал Фарах. - Килрас!
Но ему никто не ответил. Вместо этого с края поляны донеслись отчаянные крики боли.
Орги, преследовавшие друзей, налетели на мечников.
Фараха уронили в снег и даже не подумали поднять. Он встал на ноги и оказался среди
толпы мечников, спешащих навстречу великанам. На него уже никто не обращал внимания.
Килрас исчез, и Грендир вместе с ним. Он снова остался один.
Его чуть не сбили с ног, толкнули раз, другой. Совершенно ошалев, он вытащил меч из
ножен и тоже побрел вперед, двигаясь в общей куче, цепляясь свободной рукой за плечи
солдат.
Внезапно мечники, идущие перед ним, прыснули в стороны, и прямо на Фараха вывалился
огромный орг, размахивающий дубиной. Развернувшись, он одним ударом свалил двух солдат,
оказавшихся поблизости. Фарах вскрикнул, бросился вперед, выкрикивая молитву, и попытался
проткнуть великана мечом. Но клинок не вспыхнул. У воспитанника не хватило сил его зажечь,
и меч только слегка кольнул врага.
Тот взревел и отмахнулся свободной лапой, как от надоедливой мухи. Огромная ладонь,
поросшая жесткой вонючей шестью, сбила Фараха с ног. Удар отбросил его вбок, к деревьям.
Падая, он сильно ударился спиной и затылком о толстый ствол ели и сполз по нему в снег. Сил
не было. Встать он не смог, только поднял голову. Перед глазами вертелись разноцветные
круги, в ушах стоял глухой звон, словно сотня молотобойцев взялись разом ковать мечи.
Последнее, что он увидел, - д
...Закладка в соц.сетях
