Жанр: Учеба
Античная литература
...людей.
Вместе с развитием общества меняются и формы первобытного
мышления, что позволяет выделить несколько стадий развития древнейшей
мифологии.
а) Фетишизм. Известно, что производительные силы первобытного
общества проходят две стадии своего развития: присвояюЩУЮ
и производящую. В первом случае человек, отождествляя себя с
природой, т. е. понимая ее очеловеченно (а это значит прежде всего
одушевленно), находит для себя в этой природе только готовые
Гора Олимп находится на севере Греции, в Фессалии.
Рис. 2. Круг Бриоксиса, Деметра из
Книда. Деталь. Мрамор. Ок. 480 г. до
н. э.
тоже есть некоторое обобщение.
"Миф" по-гречески и значит не что
иное как "слово". Следовательно,
миф тоже есть то или иное обобщение;
и те живые существа, о которых
повествует мифология, всегда
являются тем или иным обобщением,
поскольку им, как чему-то
общему, всегда подчиняется определенная
область действительности
как совокупность того или иного
множества или даже бесконечного
числа частных явлений. Но род еще
не мыслится здесь отвлеченно, т. е.
дифференцированно-логически. Род
тут пока еще самый настоящий
человеческий род, т. е. бесконечное
объединение предков и потомков.
Перенесенный в таком виде на природу
и мир (и в то же самое время
играющий роль логического общего
понятия), он и является мифологией,
т. е. тем или иным богом, демоном
или героем, которые оказываются
обобщением определенной области
действительности и которым
так или иначе подчиняются все частные явления. Недаром В. И. Ленин
писал, что "идеализм первобытный: общее (понятие, идея) есть о т -
дельное существо", признавая "возможность превращения (и
притом незаметного, несознаваемого человеком превращения) абстрактного
понятия, идеи в фантазию (iпIеШегIiiаапг' = бога)" \
Первобытное мышление мифологично, и мифология, в свою
очередь, есть разновидность первобытного мышления. Однако, несмотря
на то что мифология и мышление в первобытные времена
пронизывают друг друга, они по самой своей природе совершенно
различны: миф все одушевляет и, будучи всегда полон смутных,
аффективных реакций на такое же смутное жизненное окружение, во
всякой человеческой практике стремится найти магию; мышление же
во всем стремится найти научные закономерности и человеческую
практику стремится осознать, разумно направить и технически усовершенствовать.
Слияние и борьба мифологии и мышления существуют
целые тысячелетия, поэтому необходимо изучить прогрессивное развитие
человеческого мышления, идущего сначала по путям мифологии, а в
дальнейшем развивающегося самостоятельно. Основным принципом
исследования античной мифологии является рассмотрение мифологии
не как вечной и неподвижной картины, пусть хотя бы и прекрасной, но
Iп Iеiгiег Iпяапг - в последнем счете. Ред.
'Ленин В. И. Полн. собр. соч., т. 29, с. 329-330.
как вечно развивающегося человеческого мышления, отражающего
собой такую же текучую, такую же беспокойную и творчески развивающуюся
историческую действительность.
Все мифологические образы, кроме того, должны исследоваться не
изолированно, но как элементы более или менее обширных периодов
общего развития греческой мифологии. Такими периодами являются:
древнейшая, дофессалийская, или доолимпийская, основа античной
мифологии, порожденная еще периодом матриархата; фессалийская,
или олимпийская, связанная с патриархатом и примитивными формами
раннего крито-микенского рабовладения, централизацией мифологии
вокруг горы Олимп' и переходом к художественно развитому и
строгому героизму. В дальнейшем - в связи с разложением первобытнообщинной
формации и падением крито-микенской культуры - появляются
утонченные формы героизма у Гомера. Затем наивная' и
нетронутая мифология гибнет как самостоятельное творчество, продолжая,
однако, играть огромную роль как художественная форма для
выражения идеологии полисного рабовладения и эпохи эллинизма.
2. Периоды развития мифологии. Под мифологической архаикой
мы понимаем тот древнейший период мифологии - дофессалийский,
или доолимпийский, который относится ко временам еще матриархального
рода, т. е. к периоду собирательско-охотничьего хозяйства и
начальных ступеней производящего хозяйства. Процесс жизни воспринимается
древним человеком в беспорядочно нагроможденном виде.
Поэтому человек не только делает все материальным и физическим,
живым, а иной раз даже одушевленным и разумным, но все окружающее
он мыслит слепым, т. е. движимым какими-то непонятными
силами. В результате этого принципом оформления всех вещей и
явлений является для первобытного сознания принцип беспорядочности,
несоразмерности, диспропорции и дисгармонии, доходящих до
прямого уродства и ужаса. Мир и природа представляют для первобытного
человека некое живое и одушевленное физическое тело. А так
как первобытный человек видит перед собой только Землю с составляющими
ее предметами и Небо, то Земля (греч. сЫЬоп), живая, одушевленная,
все из себя производящая и все собой питающая, включая и
Небо, которое она тоже из себя здесь рождает, - есть основа
мифологии эпохи матриархата. Эта древнейшая мифология и называется
хтонической. Как женщина является на данной ступени главой рода,
матерью, кормилицей и воспитательницей, так и Земля является здесь
источником и лоном всего мира, богов, демонов, людей.
Вместе с развитием общества меняются и формы первобытного
мышления, что позволяет выделить несколько стадий развития древнейшей
мифологии.
а) Фетиш и зм. Известно, что производительные силы первобытного
общества проходят две стадии своего развития: присвояюЩУЮ
и производящую. В первом случае человек, отождествляя себя с
природой, т. е. понимая ее очеловеченно (а это значит прежде всего
одушевленно), находит для себя в этой природе только готовые
Гора Олимп находится на севере Греции, в Фессалии.
продукты, необходимые ему для поддержания материальной жизни.
Природа здесь, с одной стороны, вся одушевлена, а с другой стороны,
ойа вся состоит только из физических ^предметов и сил, за пределами
которых человек ничего не видит и не знает и ничего не может знать и
видеть. Что же такое вещь, которая и одушевленна и в то же время насквозь
материальна, насквозь физична? Такая вещь есть фетиш, и такая
мифология есть фетишизм. Таким образом, древний человек понимает
фетиш как средоточие магической, демонической, живой силы. А так как
весь предметный мир одушевлен, то магическая сила "разлита" по
всему миру и демоническое существо никак не отделяется от предмета, в
котором оно обитает.
Фетишизм в древней Греции охватывает все области действительности.
Приведем ряд примеров из литературных первоисточников.
В первую очередь, среди фетишей мы находим богов и героев в виде
необработанных, грубых деревянных или каменных предметов. Таковы,
например, богиня Латона на Делосе - в виде полена, Геракл в Гиетте
- в виде камня, братья Диоскуры - в виде двух бревен с поперечными
брусьями в Спарте. Фетишами были и предметы, изготовленные
руками человека, например копье Ахилла, исцелившее героя Телефа.
Фетишистское значение имели растения, животные и сам человек, а
также все части его тела. Так, виноградная лоза и плющ были фетишами
Диониса, и бог иной раз прямо именовался "Плющом". Афина в
одном из орфических гимнов так и именуется - "Змея". Критский Зевс
воспринимался некогда как бык, а "совоокость" Афины и "волоокость"
Геры тоже явно указывают на их древнее тождество с совой и коровой
(так называемый зооморфизм). Змея, бык и корова, наделенные
магической силой, представляют собой тоже самые настоящие фетишы.
Что касается человека, то его органы - сердце, диафрагма, почки,
глаза, волосы, кровь, слюна - сначала понимались не как носители
душимо как сама душа в виде материального тела, т. е. фетиша. У Гомера,
н^ример, диафрагма мыслится как субъект, как сознающее себя
"Я". Вместе с кровью душа покидает тело.
Когда сознание человека укрепляется и когда под влиянием роста
производительных сил он уже получает некоторую возможность всматриваться
в предметы и явления, а не просто только инстинктивно ими
пользоваться или инстинктивно их избегать, тогда и окружающая
природа расчленяется для него в виде тех или иных областей, участков,
групп, разных видов или типов предметов. Человек не просто в ужасе
убегает от непонятных ему сил, а начинает всматриваться в них,
расчленять их и, по возможности, пользоваться ими. Только на этой
ступени развития сознания первобытного человека наступает та стадия
древнейшей мифологии, которую можно назвать фетишизмом в собственном
смысле слова, потому что только здесь впервые фетиш фиксируется
как таковой, а не просто вопринимается только инстинктивно и
смутно.
б) Анимизм. Когда усвояющая деятельность человека поднимается
на ступень производящей и когда вещи уже не берутся, не
присваиваются в готовом виде, тогда человек начинает интересоваться
вопросами их производства, т. е. их состава, их смысла и принципов
их строения. Однако для этого необходимо отделить идею вещи от самой
веши. А так как вещами здесь являются фетиши, то необходимо, чтобы
создалось умение отделять идею фетиша от самого фетиша, т. е. отделять
магическую силу демона вещи от самой вещи. Так совершается
переход к анимизму.
Так же как и фетишизм, анимизм (греч. апiпiчх - дух, апiта - душа)
тоже имел свою историю. Вначале демон вещи настолько неотделим
от вещи (даже хотя бы он от нее и отличался), что с уничтожением
вещи прекращает свое существование и этот демон вещи, наподобие
греческой гамадриады, нимфы дерева, умирающей вместе с порубкой
самого дерева.
В дальнейшем растет самостоятельность и этих демонов, которые
теперь не только отличаются от вещей, но и способны отделяться от
них и сохраняться в течение более или менее длительного срока после
уничтожения этих вещей. Такова греческая дриада, тоже нимфа дерева,
но уже остающаяся в живых после уничтожения самого дерева.
Этот демон далее становится своего рода обобщенным мифическим
существом, т. е. источником или родителем всех вещей, подпадающих
в качестве видовых представителей под соответствующее
родовое понятие. Греческий Океан, например, это река вообще,
которая, во-первых, дана в виде одной, особенно большой, особенно
быстрой, особенно глубокой, охватывающей притом всю Землю реки,
и, во-вторых, это родитель всех вообще рек на земле.
^ Боги и демоны античной мифологии есть прежде всего существа
^^э физические, материальные и чувствительные. Они обладают самым
обыкновенным телом, хотя это тело и может мыслиться возникающим
из разных видов материи. Если античные люди представляли себе,
что самая грубая и тяжелая материя - это земля, вода же есть нечто
более разреженное, а воздух еще тоньше, чем вода, и тоньше воздуха
огонь, то демоны так и мыслились - состоящими из всех этих стихий,
начиная от самой обыкновенной земли и кончая огнем. Богов же
представляли себе состоящими из материи еще более тонкой, чем огонь,
а именно из эфира.
Древнейшее анимистическое представление греков выражено в
мифе о Мелеагре. Этолийскому герою Мелеагру, когда ему было только
семь дней, богини судьбы Мойры предсказали, что его жизнь
кончится, как только сгорит полено, горевшее в очаге. Мать
Мелеагра выхватила это полено из очага, затушила его водой и спрятала.
Когда же она захотела отомстить сыну за убийство ее братьев во
время калидонской охоты, она вновь зажгла это полено, и Мелеагр
скончался, как только сгорело полено. В этом случае в горящем полене
включена магическая сила, являющаяся причиной всей жизни данного
человека.
Древние анимистические демоны, как правило, представляются в
беспорядочном и дисгармоничном виде. В этих случаях обычно говорят
0 тератологии, т. е. о веке чудовищ и страшилищ (греч. iегах - чудо и
чудовище), символизирующих силы земли.
Гесиод подробно говорит о порожденных Небом-Ураном и Землей1
еей титанах, циклопах и сторуких. В последних чудовищность под17
Ц
^
ЗI^Л., ' -"иi)ь^^^
ла.
черкнута особенно, потому что каждое такое существо имеет 100 рук и
50 голов. Сюда же надо отнести и стоглавого Тифона - порождение
Земли и Тартара (по другой версии - его породила Гера, ударив
ладонью по земле и получив от нее магическую силу).
Среди порождений Земли необходимо указать Эриний - страшный,
седых окровавленных старух с собачьими головами и со змеями в
распущенных волосах. Они охраняют уставы Земли и преследуют
всякого преступника против Земли и прав родства. Точно так же от
Ехидны (прекрасной девы с телом змеи) и Тифона рождаются собака
Орф, медноголосый и пятидесятиголовый, кровожадный страж Аида -
Цербер, Лернейская гидра, Химера с тремя головами - львицы, козы
и змеи с пламенем изо рта. Сфинкс, убивающий всех, кто не разгадывал
его загадок, а от Ехидны и Орфа - Немейский лев. Демоны, в которых
соединяются вид человека и животного, называются миксантропическими
("смешанные" с человеком). Таковы сирены - птицы и женщины,
кентавры, в которых соединились тела человека и коня. Все это
свидетельства неотделимости древнего человека от природы, когда он
еще не выделял себя из нее, а чувствовал себя неотъемлемой частью
природы.
Вся эта стихийно-чудовищная мифология матриархата (Медуза Горгона,
Сфинкс-"душительница", Ехидна, Химера - чудовища женского
рода) получает свое обобщение и завершение в мифологии Великой
матери или Матери богов. Эта мифология и этот дикий культ в классические
времена Греции, конечно, были оттеснены на задний план, и о
них едва помнили. Но в глубинах догомеровской истории, в эпоху матриархата,
а также в эллинистически-римский период, когда происходило
возрождение архаики, эта мифология и этот культ имели огромное
значение.
В развитом анимизме трансформация демона или бога приводит к
антропоморфическому, т. е. очеловеченному, их пониманию. И этот
антропоморфизм именно у греков достигает своего наивысшего
оформления, выражаясь в целой системе настоящих художественных
или пластических образов. Грек прекрасно знал, какого цвета волосы у
Аполлона, какие брови или борода у Зевса, какие глаза у Афины
Паллады, какие ноги у Гефеста, как кричит Арес и улыбается
Афродита, какие ресницы у Афродиты и какие сандалии у Гермеса.
Анализируя в мифах образы античных богов, демонов и героев
достаточно подробно, мы столкнемся еще с одной чертой, составляющей
универсальное свойство любого бога, демона и героя, - это то, что
мы называем историческими пережитками, рудиментами, или реликтами.
Как бы совершенно ни был развит антропоморфический образ
бога, демона или героя в античной мифологии, он всегда содержал в
себе черты более раннего, а именно чисто фетишистского, или хтонического
развития, например, совиные глаза - у Афины, змея - постоянный
атрибут мудрой Афины, глаза коровы - у Геры. К позднейшим
героизированным формам матриархальной мифологии относятся,
прежде всего, знаменитые греческие амазонки. Это - явный рудимент
среди нематриархальной и уже чисто героической мифологии. Амазонки-
женское племя, живущее, по мифам, в Малой Азии, на реке Фермо- .
18
донте, на острове Лемносе или в районе Меотиды и Понта Эвксинского,
во Фракии или в Скифии. Амазонки не допускали мужчин в свое общество
и признавали их только ради продолжения потомства, истребляя всех
родившихся мальчиков. Вооруженные с ног до головы, всегда на конях,
они проводят время в войнах. Патриархальная, т. е. героическая,
мифология почти всегда изображает победу над амазонками какого-нибудь
героя. Их побеждали Геракл, Тезей, Беллерофонт, Ахилл.
Точно так же в дошедших до нас мифах рассказывается о вступлении
в брак богинь со смертными героями, а это в период патриархата и
героизма уже звучало как странная экзотика и как рудимент давно
ушедшей старины (ср. Фетида и Пелей, Афродита и Анхис).
в) Ранняя классика. С переходом от матриархата к патриархату
развивается и новая ступень мифологии, которую можно
назвать героической, олимпийской или классической мифологией, основанной
на гармоническом и художественном восприятии мира.
В мифологии этого периода появляются герои, которые расправляются
со всеми чудовищами и страшилищами, некогда пугавшими
воображение человека, задавленного непонятной ему и всемогущей
природой.
Вместо мелких божков и демонов появляется один главный,
верховный бог Зевс, а все остальные боги и демоны ему подчиняются.
Патриархальная община водворяется теперь и на небе, или, что то же, на
горе Олимп. Зевс сам ведет борьбу с разного рода чудовищами,
побеждает титанов, циклопов, Тифона и гигантов и заточает их под
землю или даже в Тартар. Гесиод оставил нам красочные картины
титаномахии и тифонии ("Теогония", 666 -735, 820-880); о победе же
Зевса над гигантами можно прочитать у Аполлодора и Клавдиана.
За Зевсом идут другие боги и герои. Аполлон убивает пифийского
дракона и основывает на этом месте свое светилище. Тот же Аполлон
убивает двух чудовищных великанов, сыновей Посейдона, Ота и
Эфиальта, которые выросли настолько быстро, что, едва возмужав,
уже мечтали взобраться на Олимп, овладеть Герой и Артемидой и,
вероятно, царством самого Зевса ("Одиссея", XI, 305-320). КадМ тоже
убивает дракона и в этой местности основывает город Фивы (Овидий,
"Метаморфозы", III, 1-130), Персей убивает Медузу (там же,1У,
765-803), Беллерофонт -Химеру ("Илиада", VI, 179-185), Мелеагр -
Калидонского вепря ("Илиада", IX, 538-543). Совершает свои 12 подвигов
Геракл, Тезей убивает Минотавра.
Вместе с тем появляются и боги нового типа (их греки называли
олимпийскими). Женские божества получили теперь новые функции в
связи с эпохой патриархата и героизма. Гера стала покровительницей
браков и моногамной семьи, Деметра - планомерного и организованного
земледелия, Афина Паллада - честной, открытой и организованной
войны (в противоположность буйному, анархическому и аморальному
Аресу), Афродита стала богиней любви и красоты (вместо прежней
Дикой, всепорождающей и всеуничтожающей богини), Гестия стала
оогиней домашнего патриархального очага. И даже Артемида, за
которой остались древние охотничьи функции, приобрела теперь
красивый и стройный вид и стала образцом милого и дружелюбного
Рис. 3. Афина и Геракл. Роспись донышка килика. Ок
480 г. до н.э.
отношения к людям. Возросшее ремесло, ставшее существенным фактором
хозяйства, потребовало для себя тоже соответствующего бога, а
именно Гефеста, о котором в XX гомеровском гимне рассказывается
как о покровителе вообще всей цивилизации. Богами специально
патриархального уклада жизни стали Афина Паллада и Аполлон,
которые славятся мудростью, красотой и художественно-конструктивной
деятельностью. А Гермес из прежнего примитивного божества стал
покровителем всякого человеческого предприятия, включая скотоводство,
искусство, торговлю, водительство по дорогам земли и даже
загробного мира.
Не только боги и герои, но и вся жизнь отображалась в мифах в
совершенно новом оформлении. Прежде всего, преображается вся
природа, которая раньше была наполнена для человека страшными и
непонятными силами. Теперь природа воспринимается греками умиротворенно
и поэтично. Нимфы рек и озер, океаниды, или нимфы морей
нереиды, а также нимфы гор, лесов, полей и т. д. раньше представлялись
в диком и ужасном виде. Но теперь значительно возросла власть
человека над природой; теперь он уже умел более спокойно ориентироваться
в ней, пользоваться ею для своих надобностей, рассматривать
ее (вместо того, чтобы прятаться от нее), находить в ней красоту.
Теперь власть над морской стихией принадлежала не только грозному
Посейдону, но и весьма мирному, приветливому и мудрому богу морей
Нерею. Нимфы, рассеянные по всей природе, получили красивый,
милый вид; ими стали любоваться и поэтически их воспевать.
Всем теперь правил Зевс, и все стихийные силы оказались в его
руках. Раньше он сам был и ужасным громом, и ослепительной
молнией; и не было никакого божества, к которому можно было бы
обратиться за помощью против него. Теперь же гром и молния, равно
как и вся атмосфера, стали не больше как атрибутом Зевса; и от
разумной воли Зевса стало зависеть их использование.
Характерно окружение Зевса на Олимпе. Около него Ника - Победа
- уже не страшный и непобедимый демон, но прекрасная крылатая
богиня, которая является только символом мощи самого же Зевса.
фемида раньше тоже ничем не отличалась от Земли и была страшным
законом ее стихийных и беспорядочных действий. Теперь она богиня
права и справедливости, богиня прекрасного человеческого правопорядка,
и она - тоже возле Зевса, как символ его благоустроенного
царства. Детьми Зевса и Фемиды являются Оры - веселые, прелестные,
благодетельные, вечно танцующие богини времен года и государственного
порядка, справедливейшим образом ниспосылающие с неба атмосферные
осадки, открывая и закрывая небесные ворота. Рядом с Зевсом
также и Геба, богиня и символ вечной юности, и мальчик-виночерпий
Ганимед, некогда похищенный с Земли Зевсом-орлом. Даже Мойры, эти
страшные и неведомые богини рока и судьбы, управлявшие раньше всем
мирозданием, трактуются теперь как дочери Зевса и ведут блаженную
жизнь на светлом, легком, веселом и красивом Олимпе.
Веселое, изящное и мудрое окружение характерно теперь и для Аполлона
с его музами, и для Афродиты с ее Эротом и другими игривыми
демонами любви, с ее харитами-грациями, символом красивой, изящной,
веселой и мудрой жизни, с ее вечными танцами, улыбкой и смехом,
беззаботностью и непрерывными радостями.
Человеческий труд также получил теперь свое дальнейшее и эффективное
развитие. По повелению богини земледелия Деметры Триптолем
разъезжает теперь по всей земле и всех учит законам земледелия. Звери.
приручаются человеком (отголосок чего мы находим хотя бы в мифе о
Геракле и усмирении им диких коней Диомеда). Гермес и Пан следят за
стадами и не дают их никому в обиду. '
Появляются знаменитые мифические художники (и среди них
Дедал), которые поражают мир своими открытиями и изобретениями,
своим художественно-техническим творчеством. Так, Дедал построил
на Крите знаменитый лабиринт, великолепные здания спасшему его
царю Кокалу, площадку для танцев Ариадны, соорудил.крылья для своего
полета с сыном Икаром (известнейший рассказ об этом и о трагической
гибели Икара см. у Овидия - "Метаморфозы", VIII, 183-235).
Боги Посейдон и Аполлон строят стены города Трои ("Илиада", XXI,
^0-457). Характерен миф об Амфионе, заставлявшем своей игрой на
лире камни складываться в стены Фив. Сохранились мифологические
предания о таких выдающихся певцах, как Мусей, Эвмолп, Фамирид,
Лин и особенно Орфей, которым приписывались черты, характеризующие
их как деятелей восходящей цивилизации. Орфей укрощал пением
^Ури, грозы и диких зверей, что тоже было символом власти человеческого
интеллекта и человеческого творчества над силами природы.
В лице Геракла эта героическая эпоха достигает наивысшего
Рис. 4. Вазописец Андокид. Церетанская гидрия
с изображением Геракла и Цербера. Ок.
530-525 гг. до ч. э.
расцвета. Геракл, сын Зевса и
смертной женщины Алкмены,
не только истребитель разного
рода чудовищ: Немейского
льва, Лернейской гидры, Керинейской
лани, Эриманфского
вепря и Стимфалийских
птиц, он не только победитель
природы в мифе об авгиевых
конюшнях и победитель матриархата
в мифе о поясе,
добытом у амазонки Ипполиты.
Если он своей победой над
марафонским быком, конями
Диомеда и стадами Гериона
еще сравним с другими героями,
то было у него два таких
подвига, которыми он превзошел
всех героев древности;
и эти подвиги тоже были апофеозом
человеческой мощи и
героического дерзания. На
крайнем западе Геракл дошел
до сада Гесперид и овладел их
яблоками, а в глубине земли
он добрался до самого Цербера
и вывел его на поверхность. Не удивительно, что такой герой -был
взят Зевсом на небо и там вступил в брак с Гебой, богиней вечной
юности. Подобного рода мифы могли появиться только в эпоху сознательной
и мощной борьбы человека за свое счастье.
В других классических мифах также рассказывалось не раз о победе
человека над природой. Когда Эдип разгадал загадку Сфинкса, Сфинкс
бросился со скалы; когда Одиссей (или Орфей) не поддался завораживающему
пению сирен и невредимо проплыл мимо них, сирены в тот
же момент погибли; когда аргонавты благополучно проплыли среди '
Симплегад - скал, которые до тех пор непрестанно сходились и расходились,
то эти Симплегады остановились навсегда. Когда те же аргонавты
проплыли мимо знаменитых яблок Гесперид, то охранявшие
их Геспериды рассыпались в пыль и только в дальнейшем приняли
свой прежний вид. .
г) Поздний героизм. Люди еще более смелеют в период .
поздней классики, и их самостоятельность во взаимоотношениях с 1
богами заметно растет.
Многие герои начинают вступать в состязания с богами. Дочь царя i
Тантала Ниоба считала себя красивее богини Латоны и гордилась свои-1
ми многочисленными детьми. Дети Латоны перебили всех детей Ниобы, 1
а несчастная мать с горя превратилась в скалу, с которой полились ручьи i
ее слез. Певец Фамирид вступает в музыкальное состязание с музами, в
наказание за что они его ослепляют.
Лидийский царь Тантал, который был сыном Зевса и пользовался
всяческим благоволением богов, возгордился своей властью, огромным
имуществом и своей дружбой с богами, в результате чего похитил с неба
амбросию и нектар и стал раздавать эту божественную пищу
обыкновенным людям. Сизиф подсмотрел любовные встречи Зевса и
Эгины и стал разглашать эту тайну среди людей. Царь Иксион
влюбился в Геру, супругу верховного бога Зевса, и, обнимая тучу,
думал, что обнимает Геру. Титий влюбился в Латону, мать Аполлона и
Артемиды, и за это был ими убит. Тантал осмелился угостить богов
жареным мясом своего собственного сына, а Сизиф пытался обмануть
Аида и просил вернуть его на землю для того, чтобы воздействовать на
свою будто бы неблагочестивую супругу. Ахилл в "Илиаде" Гомера
бранит Аполлона последними словами за укрывательство своего врага
Г
...Закладка в соц.сетях
