Жанр: Учеба
История Средних веков в двух томах.
...ческого развития.
Наиболее густонаселенными были области, входившие в Кастилию,
где жили четверть жителей полуострова. Как и в остальных областях
страны, земля в Кастилии находилась в руках дворянства, католической
церкви и духовно-рыцарских орденов. Основная масса кастильских
крестьян была лично свободной. Они держали в наследственном
пользовании земли духовных и светских феодалов, уплачивая
за них денежный ценз. В наиболее благоприятных условиях
были крестьяне Новой Кастилии и Гранады, селившиеся
на землях, отвоеванных у мавров. Они не только были лично свободны,
но их общины располагали привилегиями и вольностями,
сходными с теми, какими пользовались кастильские города.
Социально-политический строй Арагона с входившими в его состав
Каталонией, Валенсией и Наваррой резко отличался от строя
Кастилии. Здесь и в XVI в. сохранялись наиболее жесткие формы
крепостной зависимости. Феодалы наследовали имущество крестьян
и могли даже безнаказанно убивать своих крепостных. В Каталонии
сохранялись работорговля и рабовладение.
Наиболее угнетенной и бесправной частью крестьян и городского
населения как в Арагоне, так и в Кастилии были мориски - потомки
мавров, принявшие христианство; они жили главным образом
в Гранаде, Андалусии и в окрестностях Севильи, а также в различных
селениях Арагона и Кастилии. Мориски были оттеснены на
малоплодородные земли, с которых уплачивали сеньору треть урожая.
Кроме того, они облагались большими налогами в пользу государства
и церкви, им было запрещено заниматься многими доходными
промыслами. Мориски находились под бдительным надзором
инквизиции, свирепо подавлявшей всякое проявление ереси или неповиновения.
Несмотря на преследования, трудолюбивые мориски,
обладавшие прекрасными техническими навыками и применявшие
ирригацию, возделывали такие ценнейшие культуры, как оливы,
виноград, сахарный тростник, тутовое дерево.
В начале XVI в. в связи с развитием производства в испанских
городах и растущим спросом колоний на продукты питания в Испании
наметился некоторый подъем сельского хозяйства. Отмечалось
расширение посевных площадей под сельскохозяйственными
культурами вокруг больших городов (Бургос, Медина дель Кампо,
Вальядолид и Севилья). В виноделии отчетливо проявилась тенденция
к интенсификации и капиталистической перестройке.
Однако перестройка хозяйства для удовлетворения запросов возросшего
рынка требовала затраты средств. Она была под силу только
зажиточной, крайне незначительной в Испании прослойке крестьян.
Большинство крестьян было вынуждено прибегать к займам
у городской буржуазии под заклад своих держаний с обязательством
уплачивать ежегодно проценты в течение нескольких поколений
(сверхценз). Это обстоятельство вместе с ростом государственных
налогов приводило к увеличению задолженности основной
массы крестьян, к потере ими земли. В деревне шел интенсивный
процесс расслоения крестьян, который при благоприятных условиях
мог бы привести к складыванию фермерской верхушки, к возникновению
капиталистических форм производства в земледелии. Но вся
экономическая и политическая структура Испании, где ведущая
роль принадлежала реакционному дворянству и католической церкви,
препятствовала такому пути развития хозяйства.
Налоговая система в Испании также стесняла развитие капиталистических
элементов. Наиболее ненавистным налогом была алькабала
- торговый налог с каждой торговой сделки; кроме того,
существовало еще огромное количество постоянных и чрезвычайных
налогов, размеры которых на протяжении XVI в. все время возрастали,
поглощая до 50% доходов крестьянина и ремесленника.
Тяжелое положение крестьян усугублялось также разными государственными
повинностями (перевозка грузов для королевского
двора и войска^ постой солдат, поставки для армии и т. п.).
Испания была первой страной, испытавшей на себе воздействие
революции цен. В течение XVI в. цены выросли в 3,5-4 раза. Уже
в первой четверти XVI в. наблюдалось повышение цен на предметы
первой необходимости и прежде всего на хлеб. Казалось бы, что это
обстоятельство должно было способствовать росту товарности сельского
хозяйства. Однако установленная в 1503 г. система такс (максимальных
цен на зерно) искусственно удерживала цены на хлеб
на низком уровне, в то время как остальные продукты быстро дорожали.
Это привело к сокращению посевов под зерновыми и падению
производства зерна в середине XVI в.
Начиная с 30-х годов большинство районов страны ввозило хлеб
из за границы - из Франции и Сицилии. Привозной хлеб не подпадал
под действие закона о таксах и продавался в 2-2,5 раза дороже,
чем зерно, производимое испанскими крестьянами.
Ведущей отраслью хозяйства Кастилии в начале XVI в. стало
перегонное овцеводство. Основная масса овечьих отар принадлежала
привилегированной дворянской корпорации - Месте. Дворянеовцеводы,
входившие в этот союз, пользовались широким покровительством
королевской власти. Дважды в год (весной и осенью)
овцы перегонялись через всю страну по широким дорогам (капьядам),
проложенным через поля, виноградники, оливковые рощи,
причем крестьянам"'под^страхом^наказания запрещалось огораживать
свои участки. Десятки тысяч овец двигались по стране, поедая
корм на пастбищах, принадлежавших крестьянским общинам, и нанося
огромный ущерб крестьянским хозяйствам. Специальная разъездная
юстиция Месты зорко следила за тем, чтобы соблюдались все
привилегии, полученные ею от королевской власти и с каждым годом
увеличивавшиеся. Еще в конце XV в. Места получила право
пасти свой скот на пастбищах общин, брать в постоянную аренду
любой участок, на котором паслись овцы в течение сезона. \
Основная часть шерсти, производимой Местой, шла за границу
и была освобождена от алькабалы, а вывозные пошлины, особенно
для шерсти, экспорТировавшейся в Нидерланды, были невысоки. Таким
образом, дворяне-овцеводы не страдали от разорительных налогов,
которые всей тяжестью ложились на крестьянство и низшие
слои горожан. В создавшихся условиях мелкое крестьянское хозяйство
стало убыточным. Задолженность крестьян росла, они забрасывали
свои земли, которые захватывала Места, и превращались
в бродяг и нищих. Прогрессивные тенденции развития крестьянского
хозяйства, связанного с товарно-денежными отношениями,
подавлялись в самом зачатке уже в первой половине XVI в.
ЗАВОЕВАНИЕ КОЛОНИЙ
Невиданное расширение колониальной
торговли на первых порах способствовали подъему ремесла в городах
Испании и возникновению в нем отдельных элементов капиталистического
производства. Это относится в первую очередь к традиционной
отрасли испанского ремесла - производству шерстяных
тканей. Наивысшего расцвета оно достигло в Сеговии, Толедо, Севилье,
Сарагоссе, Барселоне и Валенсии. В главных центрах производства
сукон - в Сеговии, Толедо, Севилье, Куэнке - возникли
мануфактуры. Большое количество прядильщиков и ткачей в городах
и их округе работали на скупщиков. Крупные мастерские Сеговии
насчитывали по нескольку сот наемных рабочих.
Большой известностью из-за высокого качества и устойчивости
красок пользовались в Европе испанские шелковые ткани. В этой
отрасли сохранялось ремесленное производство; Наиболее важными
центрами его были Севилья, Толедо, Гранада, Валенсия.
Наличие в стране высококачественного сырья и высококвалифицированных
ремесленников позволяло изготовлять дорогие сорта
шерстяных и шелковых тканей, которые сравнительно мало потреблялись
на внутреннем рынке и шли главным образом на экспорт,
в то же время более грубые и дешевые ткани ввозились из Нидерландов
и Англии. Отдельные города специализировались на производстве
одного вида товаров. Так, например, в Куэнке изготовлялись
суконные шляпы всех цветов, в Оканье - перчатки; эти товары
также пользовались большим спросом за границей.
Второй очень важной отраслью хозяйства с зачатками уже в
XVI в. мануфактурного производства была металлургия. Северные
области Испании - Астурия, Галисия ^"страна Басков^- славились
в XV-XVI вв. наряду со Средней Германией как важнейшие центры
металлургии. Добывавшаяся здесь железная руда служила
сырьем для металлообрабатывающей промышленности; с давних
времен было развито производство холодного оружия и металлических
изделий, вывозившихся в другие области Испании. В XVI в.
здесь возникло производство артиллерийских орудий и мушкетов.
Однако местная промышленность не могла потребить всю производившуюся
руду, и значительная ее часть вывозилась во Францию
по дешевой цене.
Вообще северные провинции играли видную роль в испанском
хозяйстве. До последней четверти XVI в. помимо металлургии там
были развиты также кораблестроение, рыболовство. Бильбао считался
главным портом, через ^который испанская шерсть экспортировалась
в Нидерланды, Францию и Англию; отсюда же вывозилось
железо. По своему оборудованию и обороту грузов Бильбао превосходил
в начале XVI в. Севилью. Северные области были тесно
связаны с районом Бургоса - складочным пунктом и местом первичной
переработки поступавшей на экспорт шерсти. Вокруг оси
Бургос - Бильбао развертывалась оживленная экономическая деятельность,
связанная с торговлей Испании с Европой, и в первую
очередь с Нидерландами.
Вторым старым экономическим районом Испании был район Толедо.
Со второй четверти XVI столетия в связи с расширением колониальной
торговли начинается возвышение Севильи. В 1503 г. она
получила монопольное право торговли с колониями и быстро превратилась
в крупнейший центр торговли, банковского дела и промышленности.
В городе и в окрестностях возникли мануфактуры
по производству сукон, керамических изделий, развилось производство
шелковых тканей и шелка-сырца, быстро росло кораблестроение
и отрасли, связанные со снаряжением флота. Плодородные
долины в окрестностях Севильи и других южных городов превратились
в сплошные виноградники и оливковые рощи.
Вино и оливковое масло стали главными статьями испанского
экспорта в "Америку. Вложение денег в колониальную торговлю давало
прибыли в 3-4 раза больше, чем в других отраслях. Кроме
севильского купечества в колониальной торговле принимали участие
купцы Бургоса, Сеговии, Толедо. Значительная часть купцов
и ремесленников переселялась в Севилью из других районов Испании,
прежде всего с севера. Быстро росло население Севильи: с 1530
по 1594 г. оно увеличилось в 2 раза.
Важнейшим центром внутренней торговли и кредитно-финансовых
операций был город Медина дель Кампо. Ежегодные осенние
и весенние ярмарки привлекали сюда купцов не только Испании,
но и всех стран Европы. Здесь производились расчеты по крупнейшим
внешнеторговым операциям, заключались соглашения о займах
и поставках товаров в страны Европы и в колонии.
Таким образом, в первой половине XVI в. в ^Испании создалась
благоприятная обстановка для развития колониальной торговли.
Колонии требовали большого количества товаров, а огромные
средства, поступавшие в Испанию в результате ограбления Америки,
давали возможности для накопления капитала. Первоначально
это послужило толчком к экономическому развитию страны. Однако
как в сельском хозяйстве, так и в области производства промышленных
изделий и в торговле ростки новых, прогрессивных экономических
отношений встречали жесточайшее сопротивление реакционных
сил феодального общества. Развитие главной отрасли испанской
промышленности - производства шерстяных тканей - сдерживалось
экспортом значительной части шерсти в Нидерланды. Испанские
города требовали ограничить экспорт сырья, чтобы понизить
его цену на внутреннем рынке. Но тщетно: дворянство не хотело
терять своих доходов и вместо сокращения экспорта шерсти добивалось
издания законов, разрешавших ввоз иностранных сукон.
Установление монополии Севильи на торговлю с колониями, дававшее
огромные доходы казне и испанскому дворянству, привело к
упадку экономики на севере страны.
Несмотря на экономический подъем первой половины XVI в. Испании
по сравнению с другими
более развитыми странами уровень испанской промышленности
и торговли был невысок. Особенно слаба была внутренняя торговля.
Промышленные города имели свои рынки сбыта, связанные
с внешней торговлей. Отдельные области страны оставались локально
замкнутыми в хозяйственном отношении. Испания вывозила преимущественно
сырье, а ввозила готовые изделия.
ГОСУДАРСТВЕННЫЙ СТРОЙ ИСПАНИИ
Испанская монархия состояла из нескольких
ранее самостоятельных земель. Эти земли
пользовались и после объединения значительной
автономией. Кастилия, Арагон, Каталония, Валенсия, Наварра
имели свои сословно-представительные учреждения -кортесы, своих
вице-королей, многие вольности и привилегии, которые противоречили
самому понятию единого централизованного государства.
Так, Наварра, Каталония, Валенсия и Майорка располагали правом
не допускать на свою территорию "иностранные", в том числе и
кастильские, войска, а Арагон даже не считал себя обязанным защищать
границы Кастилии от нападения внешнего врага.
КОРТЕСЫ
Кортесы провинций состояли из представителей ^дворянства, духовеНства
и городов. Им принадлежало право решать важнейшие
местные дела, фиксировать налоги. В XVI в., по мере усиления
абсолютизма, роль знати в кортесах Кастилии несколько уменьшилась
и возросло значение городов. Во многих районах, особенно в
Арагоне, очень сильна была власть феодалов. Крупные духовные
и светские феодалы (гранды) сохраняли судебную власть над населением
многих сельских местностей и располагали сеньориальными
правами над некоторыми городами. Таким образом, значительная
часть государственных прерогатив оставалась в Испании в руках
сепаратистски настроенной феодальной знати.
Что же касается городов, то они, несмотря на значительные успехи
в развитии промышленности и торговли, во многом сохраняли
свой прежний облик. Это были средневековые города, где у власти
стоял патрициат и зажиточное бюргерство, господствовавшие
в городских магистратах и занимавшие должности рехидоров (городских
советников) и алькальдов (судей), которые обычно продавались
государством. Многие состоятельные горожане приобретали
за деньги дворянский титул - "идальгию".
Обострение
положения в стране.
Начало правления
Карла V
Города ревниво оберегали свои средневековые вольности, но в то
же время они решительно поддерживали королевскую власть в ее
борьбе с произволом грандов, а иногда и крестьянство, выступавшее
за сохранение своих старинных прав и привилегий.
Между грандами и городами по-прежнему существовали ярко выраженные
противоречия, которые использовала королевская власть
для укрепления своего авторитета.
Стремясь к созданию "всемирной империи",
Карл V рассматривал Испанию прежде всего
как источник финансовых средств и людских
контингентов для армии. Продолжая политическую
линию своих предшественников, он
всемерно укреплял централизованный бюрократический аппарат,
привлекая в него значительное число близких ему фламандцев, насаждал
абсолютистские порядки.
Налоговый гнет сильно возрос. Выборы на императорский престол
в Германии, агрессивная политика в Европе требовали огромных
денег. Карл V ввoдил новые налоги e брал
принудительные займы у городов^
Такая политика королевской власти встретила оппозицию различных
слоев населения Испании. Гранды были озлоблены как
принижением их роли в кортесах, так и подавлением сепаратистских
выступлений и нарушением вольностей. Города, власть в которых
находилась в руках средневекового бюргерства и грандов, также
очень болезненно воспринимали учащавшиеся вторжения королевского
абсолютизма в их привилегии и появление все новых
поборов и принудительных займов. Брожение распространялось и
среди городского плебса, на плечи которого падала основная тяжесть
налогов в городах. Волновалось кастильское крестьянство.
Места и гранды во все больших размерах захватывали общинные
земли крестьян. Кроме того, на захваченных коронных землях гранды
резко увеличили размеры податей с крестьян и стремились еще
больше ограничить привилегии общин. Недовольство было всеобщим,
в стране назревали крупные события.
В начале 1520 собрались Кастильские кортесы. Оппозиция резко
выступила против короля. Карл получил нужную ему субсидию
только после того, как согласился на требования кортесов и обещал
не вывозить из страны денег, не давать должностей иностранцам и
ставить в~свое-отсутствие'во главе государства человека, облеченного
доверием кортесов. Лишь 9 городов из 16 голосовали за субсидии.
Тем не менее вопреки обещаниям Карл оставил своим наместником
непопулярного в Испании епископа Утрехтского, кардинала
Адриана, и 20 мая 1520 г. покинул Испанию.
ВОССТАНИЕ КАСТИЛЬСКИХ ГОРОДОВ
("КОМУНЕРОС")
Тотчас же после отъезда Карла началось восстание
кастильских городов, известное под
названием восстания "комунерос".
Возглавил восстание город Толедо; отсюда
вышли главные вожди движения - Хуан де Падилья и Педро Ласо
де ла Вега. Ласо, близкий к Гусманам, крупнейшим феодалам Испании,
был одним из значительных людей Кастилии. Среди восставших
было много дворян, вступивших в союз с городскими коммунами,
где преобладающее положение занимали бюргерство и
патрициат. Союз дворянства и городов был непрочен, так как их интересы
были во многом противоположны. Кастильские города, в частности,
добивались отмены монополии знати на торговлю некоторыми
видами съестных припасов, а также сеньориальных прав
грандов по отношению к городам и прилегающей к ним округе, выступали
против захватов грандами муниципальных земель, против
налоговых привилегий дворянства и духовенства. Еще один важный
пункт разъединял города и дворянство: города настаивали на том,
чтобы расхищенные грандами коронные земли были.. возвращены
короче. Они правильно рассчитывали, что увеличение доходов короны
может несколько уменьшить ее потребность в субсидиях и ненавистной
алькабале, которая подтачивала торговлю и промышленность.
В начале восстания гранды, униженные уже и в предыдущие
царствования, а ныне оттесненные советниками короля - фламандцами,
выступили вместе с городскими коммунами Кастилии. Движение
захватило значительную часть кастильских городов. Попытки
кардинала-наместника подавить восстание привели лишь к тому,
что к восставшим городам присоединились новые. Сеговия и Толедо
всюду рассылали своих агентов, предлагая организовать конфедерацию
и прислать своих представителей в Авилу, где 29 июля 1520 г.
собралась ""святая хунта городов. Члены
хунты прибыли положить свою жизнь "за короля и коммуну",
сместили коррехидоров, представителей королевской власти в городах,
и провозгласили командующим всеми вооруженными силами
союза Хуана де Падилья. Кардинал-наместник был объявлен низложенным,
и хунта овладела высшей властью в стране.
Кроме аристократии и заинтересованной в неприкосновенности
средневековой независимости городской верхушки, состоявшей также
в значительной части из дворян, в движении принимали участие
и более широкие слои горожан - купечество^ремесленники, особенно
в таких промышленных городах, как Толедо, Сеговия^Куэнка
и др. Восстание охватило район, где находились важнейшие центры
испанского сукноделия. Наиболее активными участниками борьбы
были поденщики, мойщики^ чесальщики шерсти. Одним из требований
воевавших было запрещение ввоза тканей из Нидерландов.
Под их влиянием осенью 1520 г. была составлена петиция восставших,
отправленная Карлу. Важнейшие требования, содержавшиеся
в петиции, гласили: король должен жить в Кастилии ( против отъезда
Карла в Германию); должности могли занимать только Испанцы
(против фламандских советников Карла); депутаты кортесов должны
оплачиваться, избирателями (против возможности подкупа со
стороны правительства); кортесы должны собираться каждые
три года; деньги не должны вывозиться за границу. "Вместе с тем
кортесы включили в петицию ряд новых требований, направленных
против грандов и дворянства: королевские домены должны.быть
возвращены короне; "вредные привилегии" дворян должны быть
ликвидированы; муниципальные должности не должны быть доступны
для дворян; дворянские земли должны подлежать налоговому
обложению.
Петиция свидетельствовала о расколе в среде восставших, начался
отход знати и дворянства от движения. Не было единодушия
и в среде горожан. Города заботились не~ столько об объединении
своих сил в борьбе с правительством, сколько о защите каждым из
них своих вольностей и привилегий. Во многих крупных городах
началось движение плебса против городского патрициата и богатых
купцов. В Бургосе, Саморе, Саламанке, Авиле, Медине дель Кампо
власть захватили ремесленники. Быть может этим объясняется и то,
что .города Андалусии воздерживались от участия в движении.
Зажиточные горожане в Гранаде заявили, что, как ни справедливы
требования восставших, результаты движения таят в себе опасность
нарушения торговли, возможность господства людей "низкого положения,
не обладающих ни опытом, ни благоразумием", которые стали
ныне правителями, тогда как "добрые граждане подвергаются
невероятным оскорблениям".
По мере развертывания движения все резче проявлялся его антидворянский
характер. К нему присоединились широкие слои кастильского
крестьянства, которое отстаивало свои права от натиска
феодальной знати и поддерживало требование городов о возврате
грандами коронных земель. Для крестьян домениальных земель это
означало восстановление прежнего правового статуса, гораздо более
благоприятного, чем порядки, установленные грандами.
Таким образом, восстание Комунерос, начатое феодально-сепаратистскими
элементами, в дальнейшем развитии приобрело антифеодальный
характер. В манифесте 10 апреля хунта провозгласила,
что она впредь будет вести войну огнем, мечом и разорением
против грандов, дворян и других врагов королевства, против
их имущества и жилищ.
Тогда гранды и дворянство резко повернули фронт и из участников
восстания перешли в стан его врагов. В хунте осталась лишь
незначительная группа дворян, слишком сильно скомпрометировавших
себя в глазах правительства или имевших особые с ним счеты.
В связи с этим изменился и руководящий состав хунты, в котором
все большую роль стали играть средние слои горожан.
Правительство использовало эти перемены. Ему удалось перетянуть
на свою сторону подавляющее большинство дворянства и городской
знати, и 23 апреля 1521 г. у Вильялара войска кардиналанаместника
нанесли поражение войскам хунты. Падилья и другие
командиры были захвачены в плен, равно как и значительная часть
их армии (около 10 тыс. человек). Вождей обезглавили. Некоторое
время держался Толедо, где действовала жена Хуана де Падилья -
Мария Пачеко. Несмотря на голод и болезни, поразившие город,
городские низы держались стойко, а Мария Пачеко надеялась на
помощь французского короля Франциска 1. Но она в конце концов
была вынуждена искать спасения в бегстве.
В октябре 1522 г. в Испанию вернулся Карл в сопровождении
4-тысячного отряда наемников, однако эти войска уже не понадобились.
В ноябре 1522 Карл даровал амнистию участникам восстания,
за исключением наиболее агрессивных 270человёк.
Одновременно с восстанием "комунерос" в
Кастилии велась ожесточенная
классовая борьба в Валенсии и "^ острове
Майорка. Причины восстания в Валенсии были в основном те
же, что и в Кастилии, но положение здесь обострилось тем, что
гранды, овладев органами самоуправления в Валенсии и в зависевших
от нее городах, превратили городские магистраты в орудия
своей реакционной политики и беспощадного ограбления ремесленного
населения, городской бедноты и окрестного крестьянства, что
вызвало возмущение народных масс.
Однако по мере развития и углубления восстания городское бюргерство
изменило ему, как и в Кастилии, опасаясь, что будут затронуты
его собственные интересы. Внеся разложение в ряды восставших,
руководители бюргерства уговорили часть их капитулировать
перед войсками вице-короля, подступившими к стенам города. Восстание
это было подавлено, а его руководители казнены.
В 1521 г. началось восстание на острове Майорка. Наряду с горожанами
довольно широкое участие в нем приняло феодальноэксплуатируемое
крестьянство. Восставшие с самого начала оказались
разделенными на две группы - умеренную, состоящую из зажиточного
бюргерства, и радикальную, к которой принадлежали
городской плебс и крестьянство. Первая группа требовала лиш-ь облегчения
налогов, прекращения злоупотреблений грандов и городских
властей. Крестьянско-плебейская партия выдвигала более сме*
лые требования - полное устранение знати от городского управления,
физическое ее истребление и раздел имущества богачей.
Вооруженные отряды городского плебса и крестьян штурмовали
замки грандов, истребляли судейских и финансовых чиновников,
преследовали католическое духовенство. В октябре 1523 г. к острову
прибыла королевская эскадра, высадившая экспедиционную армию.
Началась осада столицы - города Пальма, которая сдалась в январе
1524 г. За ней капитулировали и другие города. Жестокой расправе
подверглись сотни участников движения.
ПРИЧИНЫ И ПОСЛЕДСТВИЯ ВОССТАНИЯ КОМУНЕРОС
Движение "комунерос" было весьма сложным
по своему характеру. Начатое реакционными
грандами и средневековым бюргерством, оно
быстро распалось^ из-за острых ^противоречий
между этими группами. На данной стадии в основе движения, по
словам Маркса, "лежала защита вольностей средневековой Испании
против притязаний современного абсолютизма" ^
Уничтожение королевской властью городских вольностей и средневековой
суверенности городов нисколько не помешало в других
странах Европы развитию капиталистического хозяйства и буржуазии
как класса в значительной мере под покровительством самой
абсолютной монархии. В Испании дело приняло иной оборот. Развернувшиеся
события свидетельствовали о том, что .бюргерство еще
не достигло той ступени развития, когда оно уже могло променять
городские вольности на удовлетворение своих интересов как нарождающегося
класса буржуазии. Городские низы были политически
слабы и плохо организованы. В восстаниях в Кастилии, в Валенс
...Закладка в соц.сетях
