Жанр: Учеба
История Средних веков в двух томах.
...ость
многих крупных политических и общественных деятелей,
надежны в отношении дат, имен и вообще фактического материала.
В документальных источниках (главным образом, в судебных протоколах,
городских регистрах и т. д.) содержится много ценных сведений
по истории классовой борьбы XIV-XV вв.
Особое место занимают источники по истории католической церкви
и папства. Главные из них - папские грамоты ("апостолические
грамоты", с XIV в. обычно называвшиеся буллами и малые грамоты
- бреве, издававшиеся по поводу различных конкретных событий)
; они отражают политику папства в странах Западной Европы.
Акты церковных соборов раскрывают католическое вероучение и освещают
жизнь церковных учреждений. Церковь и духовенство жили
по особому церковному (каноническому) праву, которое в начале
XIII в. было сведено в единый кодекс. По истории ересей основными
источниками являются богословские трактаты и протоколы инквизиционных
судов.
Фонд источников по истории культуры XI-XV вв. чрезвычайно
велик и многообразен. Тут и народные песни, баллады, сказки, и городской
театр с его мистериями (представлениями на евангельские
темы) и фарсами, и богатая рыцарская литература: рыцарские поэтические
и прозаические романы, любовная лирика, обработка древних
эпических сказаний. Источниками по истории научных знаний в средние
века могут служить появившиеся в XII в. философские, медицинские,
филологические и другие трактаты. Большой материал по истории
средневековой культуры дают архитектурные памятники, а также
памятники изобразительного искусства, представленные главным образом
миниатюрами в многочисленных рукописях, витражами и
скульптурой в соборах.
Буллой называлась свинцовая печать, подвешенная на шнурке к папской
грамоте; это название затем было перенесено и на саму грамоту.
Глава 2
СУЩНОСТЬ ФЕОДАЛИЗМА И ПРОБЛЕМА
ЕГО ПРОИСХОЖДЕНИЯ В ИСТОРИЧЕСКОЙ
НАУКЕ
1. ПОНИМАНИЕ СУЩНОСТИ ФЕОДАЛИЗМА
В ИСТОРИЧЕСКОЙ НАУКЕ
Центральной проблемой истории раннего и классического средневековья
с точки зрения исторического материализма является раскрытие
сущности феодализма как способа производства, составляющего
фундамент феодальной социально-экономической формации. От
того, как тот или иной историк или целая историческая школа
трактуют понятие "феодализм", во многом зависит решение узловых
проблем истории средних веков и характер общих концепций
по истории этого периода.
ПОНИМАНИЕ ФЕОДАЛИЗМА
В ИСТОРИОГРАФИИ XVIII ВВ.
Термин "феодализм" стал широко употребляться
в исторической науке с начала XVIII в. Произошел
он от латинского слова feodum - феод,
которым в средние века во многих странах Западной Европы обозначалось
условное, наследственное земельное держание, получаемое вассалом
от сеньора за выполнение какой-либо (обычно военной)
службы.
Историки эпохи Просвещения, идеологи революционной в то вре"
мя буржуазии впервые стали рассматривать феодализм как строй, господствовавший
в средневековой Европе, и попытались дать его научное
определение. Будучи идеалистами в понимании истории, эти ученые
трактовали феодализм только как политическую или правовую
систему. Главными чертами феодализма некоторые из них (Вольтерво
Франции, Робертсон и Юм-в Англии) считали политическую раздробленность
и как следствие ее - господство в средние века папской
теократии. Другие, в частности Монтескье и Мабли (во Франции), определяли
феодализм как систему феодов и феодальной иерархии. Ограниченность
такого определения объяснялась отчасти слабой разработкой
в то время экономической и социальной истории средних веков,
а также тем, что она изучалась преимущественно на материале
лишь Франции, где вассально-ленная система выступала с особой
четкостью.
Историки-просветители относились к феодализму, как и к средневековому
периоду в целом, отрицательно.
Понимание феодализма
В ИСТОРИОГРАФИИ ПЕРВОЙ ПОЛОВИНЫ XIX ВВ.
Представители разных по своей идейно-политической
ориентации направлений романтической
историографии первой половины XIX в. в
большинстве своем также понимали феодализм
как политическую или правовую систему. Идеологи дворянства и реакционного
мелкого бюргерства видели главную черту феодализма в
политической раздробленности и патримониальной системе управления
(Л. Бональд, Ж. де М остр, Ф. Шлегель, К. Галлер). Более серьезные
ученые среди них - представители исторической школы права
в Германии, например К. Ф. Эйхгорн, а несколько позднее и Л. Ранке,
отождествляли феодализм с военно-ленными отношениями и
иерархической структурой общества. Близкое к этому определение
феодализма было распространено и среди историков буржуазно-либерального
толка. Один из них - французский историк Ф. Гизо дал
на этой основе определение феодализма, имевшее затем длительное
влияние в буржуазной медиевистике. Основными чертами феодализма
он считал: 1) условный характер земельной собственности
2) соединение земельной собственности с верховной властью
3) иерархическую структуру класса феодальных землевладельцев.
Историки первой половины XIX в. в определении сущности феодализма
недалеко ушли от историков эпохи Просвещения, хотя в отличие
от них оценивали феодализм как положительное историческое
явление: реакционные романтики - потому, что видели в нем свой
политический идеал, либерально-буржуазные - потому, что в рамках
феодального строя зародились, выросли в борьбе с дворянством
предшественники современной им буржуазии в лице "третьего сословия".
Формула Гизо, как и политико-юридическое определение феодализма
вообще, игнорировала специфику отношений собственности в
феодальном обществе и вытекавших из них отношений между феодалами
и крестьянами. Поэтому, хотя формула Гизо правильно характеризовала
социальные отношения, существовавшие внутри господствующего
класса феодалов, она также страдала односторонностью и
неполнотой, так как не затрагивала сути феодального строя. Акцентируя
внимание на второстепенных, хотя и наиболее бросающихся в глаза
его чертах, историки начала XIX в. видели в феодализме специфическое
западноевропейское явление. Наиболее передовые из буржуазных
ученых либеральной и радикальной ориентации (О. Тьерри,
Ж. Мишле-во Франции, К. Ф. Шлоссер, В. Циммерман-в Германии
его эксплуататорский характер по отношению к крестьянству.
В еще большей степени это относится к зачинателю русской медиевистики,
прогрессивному ученому Т. Н. Грановскому. Будучи решительным
противником крепостного права, еще существовавшего в тогдашней
России, Т. Н. Грановский в своих лекциях, читавшихся им в
Московском университете в 40-50-х годах XIX в., хотя и определял
феодализм в духе Гизо, по давал яркую, убедительную картину эксплуатации
и бесправия крестьянства в средневековой Западной Европе.
ОТКРЫТИЕ ИСТОРИЧЕСКОГО МАТЕРИАЛИЗМА
К. Марксом
и Ф* Энгельсом.
Научное понимание
феодализма
Открытое в середине XIX в. К. Марксом и Ф. Энгельсом
материалистическое понимание истории
материализма создало основу для подлинно научного, более
глубокого понимания феодализма. Основоположники
марксизма впервые выдвинули материалистическое
понимание феодализма как особой социально-экономической
формации, существовавшей
на протяжении столетий у многих народов мира. Они противопоставили
такое понимание феодализма его трактовке как политической
и правовой системы и выяснили социальную природу этого
строя, закономерности его возникновения, развития и гибели, дали
развернутую характеристику его основных черт.
В своих работах ("Немецкая идеология", "Манифест Коммунистической
партии", "Капитал", "Анти-Дюринг" и др.) К. Маркс и Ф.Энгельс
дали глубокую характеристику феодального способа производства"
Научная теория феодализма и ее важнейшая составная часть -
учение о феодальной ренте - позднее были развиты и обогащены в
ТРУДАХ В. И. Ленина ("К характеристике экономического романтизма",
"Развитие капитализма в России", "Аграрный вопрос в России
к концу XIX века", "О государстве" и др.).
РАЗВИТИЕ ПОНИМАНИЯ ФЕОДАЛИЗМА
В БУРЖУАЗНОЙ МЕДИЕВИСТИКЕ ВТОРОЙ ПОЛОВИНЫ XIX В.
После того как было выдвинуто новое, марксистское
понимание феодализма, буржуазная
историография уже больше не могла полностью
оставаться на старых позициях в этом вопросе.
Активных способов борьбы с растущим влиянием
идей исторического материализма пытались дать более глубокие, соответствующие,
по их мнению, новому уровню развития науки, определения
феодализма, которые они могли бы противопоставить марксистскому.
Эти поиски отражали также и общие сдвиги, происходившие
в середине и второй половине XIX в. в буржуазной исторической
науке, в частности ее возросший интерес к экономической и социальной
проблематике в условиях быстро развивающегося капитализма.
Все эти обстоятельства толкали буржуазных ученых к выявлению
социально-экономических признаков феодализма. Такую тенденцию
обнаружили уже немецкие буржуазно-либеральные историки 40-70-х
годов Г. Л. Маурер, Г. Вайц, П. Рот, О. Гирке и др. Правда, все они в
своих попытках определения феодализма были также близки к Гизо.
Но именно они впервые на богатом конкретном материале показали,
что политико-правовые признаки феодализма имеют своим основанием
крупную земельную собственность, сложившуюся за счет постепенной
утери ранее свободными общинниками собственности на их
наделы и обрабатываемую трудом зависимых людей, в которых постепенно
превратились эти первоначально свободные земледельцы. Поэтому
Маурер, например, связывал утверждение феодализма с вотчинным
строем. Г. Вайц и П. Рот, хотя и понимали процесс феодализации
как утверждение бенефициальной, позднее военно-ленной
системы, также видели его материальную основу в утере свободными
общинниками своей земли и свободы.
Еще дальше в этом направлении пошли многие историки позитивистского
толка, полагавшие, что на развитие общества наряду с факторами
духовными и политико-правовыми воздействуют и материальные:
географическая среда, движение народонаселения, экономические
отношения. Последним позитивистские ученые, особенно примыкавшие
к так называемому историко-экономическому направлению,
придавали нередко весьма значительное, а в некоторых конкретных
исследованиях иногда даже первостепенное значение. Поэтому, несмотря
на буржуазную ограниченность и общую антимарксистскую
направленность позитивистской методологии истории, ее плюрализм
(многофакторный подход к истории, основанный на исходном идеализме),
агностицизм, эволюционизм, ученые, примыкавшие к историко-экономическому
направлению ближе, чем все их предшественники,
подошли к социально-экономической трактовке феодализма.
Феодализм в трактовке
"классической вотчинной теории
второй половины XIX в.
Значительные заслуги в этом принадлежат так
называемой "классической вотчинной теории",
широко распространенной в европейской медиевистике
последней трети XIX в. Ее создатели и
последователи - К. Инама-Штернегг, К. Лампрехт, К. Бюхер и
многие другие - в Германии; Н.-Д. Фюстель де Куланж, Е. Глассон,
А. Сэ и др. - во Франции; Т. Роджерс, В. Кеннингем, Ф. Сибом
и др. - в Англии; М. М. Ковалевский, П. Г. Виноградов, Н. И. Кареев,
Д. М. Петрушевский, А. Н. Савин и др.-в России - при всех различиях
в их взглядах сходились в одном. Все они считали, что экономический
фундамент феодального строя и его основную ячейку составляла
крупная вотчина, основанная на барщинном труде крепостных
крестьян, сидевших на чужой, помещичьей земле, в которой господствовало
натуральное хозяйство. Тем самым они характеризовали феодализм
не только политико-юридическими, но и социально-экономическими
признаками: господством крупного землевладения, натурального
хозяйства, барщинной системы, крепостничества.
Такое понимание феодализма, однако, оставалось весьма далеким
от подлинно научного, материалистического.
Будучи эклектиками и плюралистами, сторонники "классической
вотчинной теории" пытались совместить свое понимание феодализма
с традиционным, политико-юридическим, что достигалось разными
способами. Чаще всего историки этого толка (например, Фюстель де
Куланж, Е. Глассон, П. Виолле, А. Сэ-во Франции, Т. Роджерс,
Ф. Сибом - в Англии и многие другие ученые) отличали феодализм
"в собственном смысле слова" от его экономических предпосылок.
Первый они определяли как вассально-ленную систему; вотчинный
же, или сеньориальный (в Англии -"манориальный"), строй, крестьянско-сеньориальные
отношения, а также натуральное хозяйство они
выводили за рамки собственно феодализма, рассматривая его в качестве
экономического фона последнего, развивавшегося параллельно
этому политико-правовому строю.
Другие историки - позитивисты - включали социально-экономические
признаки в характеристику феодализма, но трактовали этот
строй как совокупность равноправных факторов: политического, социального,
экономического, - не отводя определяющего места ни одному
из них Так смотрели на феодализм К. Лампрехт, М. М. Ковалевкий,
П. Г. Виноградов, Н. И. Кареев и некоторые другие. Формулировку
Гизо они относили только к политической стороне феодализма;
Социально-экономическую же сторону они видели в господстве натурального
хозяйства и вотчинного строя. Дальнейшим развитием этой
Концепции феодализма стала в конце XIX - начале XX в. теория
"двух феодализмов" - "политического" и "социального" (ее придерживались
Д. М. Петрушевский, А. Н. Савин, американский медиевист
Адамс и некоторые другие).
Уязвимой стороной всех позитивистских решений проблемы феодализма
было прежде всего то, что выдвигавшие их историки не могли
и не хотели признать определяющей роли социально-экономической
основы феодального строя - господствующих отношений собственности.
Каждый раз, когда они пытались объяснить возникновение этого
строя, они отступали даже от теории "равноправных факторов", отдавая
предпочтение роли государства, или социально-психологическому
фактору. Наиболее распространенным и среди сторонников вотчинной
теории был взгляд, согласно которому главным источником
возникновения феодального строя явилась не эволюция отношений
собственности и социальной структуры общества, а необходимость для
стоящего над обществом, как они считали, государства организовать
военные силы страны в условиях натурального хозяйства. Для этого
государство вынуждено было создать военно-ленную систему, обеспечив
ее функционирование с помощью вотчинного строя. В такой трактовке
и сам вотчинный строй выступал в идеализированном виде: вотчина
рисовалась как орган классовой гармонии между связанными
якобы общими экономическими интересами феодалами и крестьянами.
По мнению большинства буржуазных ученых, оба эти класса в
равной мере обслуживали государство: феодалы - в качестве военной
силы, крестьяне - своим земледельческим трудом.
Таким образом, сторонники классической вотчинной теории игнорировали
главное социальное назначение вотчины - организацию эксплуатации
крестьянства, выдвигая на первый план ее чисто хозяйственные
функции. Причем вотчине необоснованно приписывалась роль
единственного носителя и организатора технического и социального
прогресса в феодальном обществе, особенно в раннее средневековье.
ПОНИМАНИЕ ФЕОДАЛИЗМА КАК
СИСТЕМЫ ЛИЧНЫХ СВЯЗЕЙ
Но даже эти робкие и непоследовательные попытки
расширить прежнее понимание феодализма
как личных связей вызывали протест со стороны значительной
части буржуазных медиевистов. В 80-е годы
XIX в. традиционная политико-юридическая его трактовка была модифицирована
французским историком Ж. Флакком, предложившим
понимать феодализм как систему личных связей. Флакк считал, что,
в период своего расцвета - в XII-XIII вв. -феодализм представлял
собой правовую систему, основанную на "фьефном контракте
т. е. на условных пожалованиях земли, источником этой системы
подлинной ее основой были не поземельные, а личные отношения
верности" и "покровительства" между сеньорами и вассалами. Эти
личные отношения, по мнению Флакка, возникали вне всякой связи с
земельными пожалованиями, но в силу присущих людям потребности
в защите и чувства любви к близким - семье, товарищам, сеньору и
ненависти к чужакам. К одной и той же сфере "личных связей"
Флакк относил и вассальные связи между феодалами и крестьянскосеньориальные
отношения. Лишь позднее эти личные связи стали дополняться
поземельными, которые постепенно, в XII-XIII вв. стали
определяющими в феодальном обществе. Такая идеалистическая и
слабо аргументированная источниками социально-психологическая
трактовка феодализма была направлена прежде всего против
материалистического его истолкования, но отчасти и против
буржуазной вотчинной теории.
ПОНИМАНИЕ ФЕОДАЛИЗМА МЕДИЕВИСТАМИ
"КРИТИЧЕСКОГО НАПРАВЛЕНИЯ"
(КОНЕЦ XIX - НАЧАЛА XX ВВ.)
Наступление на нее и на выдвинутое ею понимание
феодализма резко усилилось на рубеже
XIX и XX вв., что было связано с переходом европейской
буржуазии в период империализма на
открыто реакционные идейно-политические позиции
и следствием этого - началом общего
кризиса буржуазной историографии. Последний
проявился в отрицании закономерностей исторического процесса и самой
идеи исторического прогресса, в отказе считать результаты исторического
познания отражением исторической действительности и т. д.
Кризис буржуазной историографии неотделим от тщетных попыток
реакционных историков опровергнуть материалистическое понимание
истории, в особенности идею о решающей роли народных масс, классовой
борьбы и революций в истории.
Выражением кризиса буржуазной исторической мысли было появление
в медиевистике так называемого критического направления.
Оно возникло в Германии, но затем распространилось в других европейских
странах. Его представители, открыто выступая против исторического
материализма, обвинили историков позитивистского толка в
"пособничестве" материализму и марксизму и потребовали пересмотра
всех выдвинутых позитивистами представлений и концепций. Сторонники
"критического" направления стремились всемерно умалить
значение экономического и социального факторов в истории, утверждали
примат государства, политики и права в ее развитии. Они вновь
стали трактовать феодализм как чисто политическую систему, отвергая
даже его определение как вассально-ленного строя. Основатель
"критического" направления в Германии Г. фон Белов, а позднее
один из виднейших его представителей - австрийский медиевист
А. Допш считали феодализм "системой управления", главную, характерную
черту которой видели в "отчуждении верховной власти" представителями
"местных властей", т. е. в политической раздробленности.
Эта феодальная система управления не связывалась ими ни с какими
экономическими предпосылками: ни с вотчинным строем, ни с
натуральным хозяйством. Господство последних в средние века они
вообще отрицали. А. Допш, идя еще дальше, вообще считал вотчину
предприятием "капиталистического типа". По его схеме выходило, что
в средние века "феодализм" как политическая система сочетался с
вотчинным капитализмом" в качестве экономической основы общественной
жизни.
В 20-е годы к этой точке зрения присоединился Д. М. Петрушевский,
отказавшись даже от теории "двух феодализмов". Многие историки
"критического" направления, например известный английский
медиевист Ф. Мэтланд, вернулись к определению феодализма как правовой
системы, основанной на условном землевладении и вассалитете.
ДАЛЬНЕЙШЕЕ РАЗВИТИЕ КОМПЛЕКСНОГО
ПОНИМАНИЯ ФЕОДАЛИЗМА
В первые десятилетия XX в. лишь немногие буржуазные
медиевисты сохраняли традиции более
сложного и многостороннего подхода к феодализму.
Так, известный бельгийский медиевист
Анри Пиренн (1862-1935) продолжал придерживаться концепции,
близкой к теории "двух феодализмов", и критиковал с этих позиций
Допша. Не принимал чисто политического понимания феодализма и
выдающийся французский медиевист Марк Блок (1886-1944). Еще
в 20-е годы он решительно выступил против концепции А. Допша.
В 1929 г. Блок стал одним из основателей журнала "Анналы экономической
и социальной истории", вокруг которого сложилась одна из наиболее
плодотворных школ в современной буржуазной медиевистике.
В своих работах 30-х - начала 40-х годов М. Блок продолжал развивать
традиции многопланового изображения и понимания феодального
строя, наметившиеся еще у отдельных представителей позитивистской
медиевистики. Он мыслил феодализм как единый общественный
строй, определяемый условиями существования данного общества.
Социальные признаки этого строя он видел не только в вассальных
связях внутри класса феодалов или политической структуре, но
и в крестьянско-сеньориальных отношениях, которые, как и вотчинный
строй в целом, считал неотъемлемым, органическим элементом
феодализма. Однако, оставаясь на плюралистических методологических
позициях, М. Блок был непоследователен и противоречив в развитии
этой точки зрения. Он утверждал, в частности, что вотчина, или
"сеньория", во Франции и других западноевропейских странах возникла
задолго до феодализма "в собственном смысле слова", имея в
виду систему ленного права. Иными словами, М. Блок, критиковавший
позитивистских историков за их факторный подход, сам, по сути
дела, возвращался к эклектической теории двух феодализмов. Другое
противоречие его взглядов проявлялось в том, что, отводя в определении
феодального строя столь большую роль крестьянско-сеньориальным
отношениям, Блок отрицал их решающее для всей структуры
общества значение. Решающим же фактором, определявшим, в конечном
счете, все стороны феодального строя, он, подобно Ж. Флакку,
считал систему личных связей всеобщей зависимости и покровительства,
в которой видел выражение социально-психологических мотивов и
Представлений, порожденных примитивностью жизненного уклада,
быта и мышления эпохи раннего средневековья. Поэтому, хотя М. Блок
сделал очень много для изучения и понимания целостной картины
развития феодального общества во Франции и вообще в Западной Европе,
его концепция феодализма в целом оставалась противоречивой
и эклектичной.
понимание феодализма
в буржуазной медиевистике
В ПЕРИОД ПОСЛЕ ВТОРОЙ
МИРОВОЙ ВОЙНЫ
В современной буржуазной медиевистике нет
единого понимания сущности феодализма. Подавляющее
большинство ученых придерживаются
традиционной политико-юридической трактовки
этого термина. Часть из них смотрят на
феодализм крайне узко, как на вассально-ленную
систему или даже только специфическую военную организацию,
возникновение и функционирование которой объясняется исключительно
потребностями военной защиты и не связано с развитием
вотчины и даже государства. Наиболее типичны в этом плане взгляды
Ф. Гансхофа (Бельгия), Ф. Стентона (Англия), К. Стефенсона,
Р. С. Хойта, К. В. Холлистера (США). Феодализм они считают специфически
западноевропейским явлением. Другая группа историков,
видящих в феодализме политико-правовой институт, хотя также
считает вассально-ленные связи главной характерной чертой феодального
общества, трактует, однако, это понятие в духе "критического"
направления, как форму государства. По мнению этих ученых, такая
форма управления возникала в разное время у разных народов в результате
военного завоевания или захвата власти узкой общественной
группой в переходные периоды распада старых политических и
экономических систем.
Феодализм, таким образом, рассматривается как временное средство
оздоровления прогнившей системы, функционирующее, пока не
сложится новая, более совершенная система. Феодализм для них -
это не закономерный и прогрессивный этап в развитии общества,
а лишь случайный результат политического развития. Наиболее отчетливо
эта концепция выразилась в сборнике статей американских
медиевистов "Феодализм в истории", изданном в 1956 г. под ред.
Р. Кулборна. Близки к ней в своем большинстве и западногерманские
историки, которые, однако, вносят в нее свои нюансы. Так, Г. Миттайс
видит в феодализме "ленное государство", основанное на "ленном
праве", социально никак не обусловленное и складывающееся
там, где возникает потребность "политически организовать" обширное
пространство при отсутствии развитых экономических связей.
Разделяющий эту точку зрения О. Бруннер особенно настойчиво
подчеркивает, что могущество господствующего класса в "ленном
государстве" целиком вытекало из политических функций его представителей
и никак не было связано с их богатством, в том числе
земельным. Сторонники такой государственно-правовой концепции
феодализма допускают существование последнего не только в Западной
Европе, но и в других регионах мира и даже пытаются рассматривать
его в сравнительно историческом или типологическом плане
(например, в упоминавшемся сборнике "Феодализм в истории"). Однако
все они не считают феодализм обязательной всемирно-исторической
стадией в развитии человечества.
Наряду с разными вариантами политико-юридической трактовки
феодализма в современной буржуазной историографии существует
и более широкое его понимание. Его продолжают развивать последователи
М. Блока, историки школы "Анналов", преимущественно во
Франции и Бельгии. Все они (например, Р. Бутрюш, Ш. Перрен,
ЯС. Дюби и др.) придают большое значение крупному землевладению,
сеньории и крестьянско-сеньориальным отношениям в функционировании
феодализма как единой системы. Это дает им возможность вести
плодотворные исследования, в том числе и сравнительно-исторического
характера, в области аграрной и социальной истории средневековья.
Некоторые из них считают феодализм "универсальным строем",
фазой общественного развития если не всех, то многих народов.
Но при всем том ученые этой школы, как и М. Блок, отрывают во
времени процесс складывания феодализма как ленной системы от
формирования сеньориального строя, которое уводят в седую древность.
Некоторые из них, например Р. Бутрюш, вообще разделяют
понятие "феодализм" (под которым понимают вассально-ленную систему)
и "сеньориальный режим", как это делали в свое время сторонники
теории двух феодализмов. Ж. Дюби идет еще дальше. Под
феодализмом как таковым он понимает политич
...Закладка в соц.сетях
