Жанр: Словарь
Новейший философский словарь
...Национально-трудового союза, одним из
идеологов которого и стал ("солидаризм"). После войны, покинув Прагу, оказался в
числе перемещенных лиц в Германии, где в 1947 в издательстве "Посев" вышла его
работа "Основы органического мировоззрения". С 1949 - в США, где работал
преподавателем русского языка, а затем (1955) - редактором на радиостанции
"Свобода". В 1958 издательством "Посев" выпущена его книга "Трагедия свободы". С
1965 по 1974 (до пенсии) преподавал в университете Джорджтауна. В 1968 вышли его
"Очерки истории русской философской и общественной мысли". Печатался в изданиях
"Мосты", "Новое русское слово", "Грани" и др. Наибольшее влияние на творчество
Л. оказали идеи персонализма и интуитивизма (Н.О. Лосский, Франк), а также
морально-социальная теория солидаризма. Л. онтологизировал и социоло-гизировал
категорию "солидарность" в ее приложении как к личности, так и к социальному
бытию, которое рассматривал как особую область бытия, не редуцируемую к
биоорганике и (или) к психике. Считал, что оно конститурируется в
межиндивидуальном и межгрупповом взаимодействии людей, наряду с психическим
бытием. Психическое и социальное взаимно координируются друг с другом, возникают
на биоорганическом базисе, но оба подчинены высшему - духовному - бытию.
Многофакторность социальной жизни должна быть понята из нее самой, т.е. из
социальных актов (действий). Центральная ее проблема - взаимоотношения личности
и общества, а в них - условия и возможности человеческой свободы (что
предполагает также отношения человека и Бога). Свободу Л. рассматривает как
условие солидарности, которую он считает первичным фактором развития (борющиеся
включаются в объемлющее их единство, приобретение борьбой самостоятельного
значения редуцирует общественную жизнь к низшим его проявлениям). Но свобода -
это и проблема для самой себя. Л. последовательно анализирует "составляющие"
свободы: свободу действия (техническая проблема), свободу выбора (можно выбрать
и рабство), свободу хотения (предполагает выход в метафизику). Еще более
подробно и критически Л. рассматривает различные концепции детерминизма,
показывая их несостоятельность: материалистического (ведет к признанию
пассивности психики), психологического (где как центральную рассматривает
проблему соотношения мотивов и воли), теологического (порождает неразрешимые
антиномии), логического (ведущего свое начало от Лейбница и проанализированного
Шестовым - его тезис о познании сердцем, а не только разумом). Различные виды
ограничений нельзя не признавать (свобода есть условие самой себя, но и
одновременно несвободы). Так, отрицание Бога ведет, показывает Л., либо к
онтологизации атеизма (Бакунин), либо к обожествлению человека (Н. Гарт-ман).
Детерминизм присутствует в бытии, его нельзя лишь редуцировать к какому-либо
конечному основанию и универсализировать, так как основным (объемлющим)
атрибутом социального бытия и личности является свобода. Свобода - внутренняя
природа "я", его сущность. Сознание "я" есть самосознание свободы. Она есть
"такое отношение субъекта к его актам, при котором акты эти определяются в
качестве решающей причины самим субъектом". Субъект суть арбитр, дающий согласие
на акт и определяющий его целенаправленность. Таким образом, свобода не может
быть определена негативно как отсутствие детерминизма, тогда она будет атрибутом
или Бога, или небытия, признание чего равно неприемлемо. Ее следует
локализовывать между сущим и небытием в возможностях бытия. Сам субъект есть
индивидуализированная сфера бесконечных возможностей. Свобода предшествует
бытию, которое свободно лишь в той мере, в какой оно может быть иным. Частное
бытие детерминировано предшествующим развитием событий и мировым целым, но оно
же и полагается в будущем как одна из возможных реализаций. В связи с этим Л.
дает развернутый критический анализ "патологий свободы": ее искажение страхом
(фобиями) у Фрейда и "идолократию свободы" в экзистенциализме Сартра,
Хайдеггера, Ясперса и Бердяева. Свобода суть "шанс и риск творческого пути
человека". Только через творчество (полагание "нового") и служение высшим
ценностям, свобода исполняет себя и предохраняет от рабства, прикрывающегося
масками свободы, выступает как необходимое условие критического отношения к
суждению, помимо которого истина является недостижимой. Творчество же связано с
воображением, направленным не на "ставшее" бытие (как память), не на
"становящееся" бытие (как восприятие), а на потенции бытия - на мир сущего (не
на вещи, а на образы вещей). Воображение вещей уже есть начало их воплощения в
бытии (по крайней мере - личностном). Далее, рассмотрев проблематику гносеологии
свободы, Л. переходит к ее онтологии как к процессу "овозможивания" свободы к
бытию, а не от бытия. Реализация свободы через воображение связана с
целесообразностью, способной блокировать (как высшее) причинность (как низшее).
Целесообразность подразделяется им на два вида: трансцендентную (как следование
замыслу Творца) и имманентную (как целенаправленность, проявляющуюся в
самоактуализации тел). Причинность ограничивается субстанциальностью субъекта.
При этом Л. блокирует понимание субстанциальности как субстрата изменений и
говорит о субстанциальности как реакции субъекта на воздействия согласно его
собственной природе, как творческом источнике собственных изменений. Главное
условие свободы - потенциальная бесконечность перспектив. Субъект (деятель)
всегда сверх-бытийственен, он не сводится к данности, и, следовательно, его
свобода не ограничена лишь выбором из наличного. Возможность реализуется только
в одеянии должного. Это единственный путь преодоления действительности.
Возможность умирает, реализуясь (воплощаясь в действительность) и не реализуясь
(обезреализовывание возможности). Поэтому свобода есть всегда самоопределение
воли, т.е. самозаконность (случайность есть вторжение из иного ряда законности).
Она необъективируема, неотделима от "я". Сознание имманентно "я" (сознание "я"
есть самосознание свободы и основа самопознания). "Я" дано само себе, "для
себя", а не "от себя" (очередной блок, ставимый Л. на пути несвободы). Предел
самосознанию и самопознанию человека кладется лишь осознанием своей зависимости
от Абсолюта. К последнему мы движемся по пути свободы, реализуя установку "для
себя", следуя "влечению души", постигая собственное "я" в особой мистической
(согласно Н.О. Лос-скому) интуиции, онтологизируя смыслы в будущем посредством
творческого воображения. Так онтологически, как ранее гносеологически, Л.
утверждает тезис о предшествовании свободы бытию. Соответственно основным
принципам своей философии, Л. строит и концепцию личности. Структура личности
интегрирует в 'себе подсознание, сознание "я", сознание "мы" и сверхсознание
(категории добра и совести). В своей реконструкции истории русской философии Л.
видит основную идею последней в разработке проблемы добра и считает это "залогом
оправдания и возрождения русской культуры".
В.Л. Абушенко
ЛЕВКИПП (5 в. до н.э.) - древнегреческий философ (из Милета или Абдер или
Элей). О жизни Л. практически ничего неизвестно. Еще Эпикур (по Диогену
Лаэртскому) утверждал, что Л. - вымышленная личность. В 19-20 вв. эту мысль
разделяли немецкий филолог Э. Роде, Наторп и др. Эта гипотеза неприемлема для
большинства исследователей. Л. - современник и предполагаемый учитель Демокрита.
Считается создателем античной атомистики. Упоминаются его сочинения "Большой
диакосмос" и "О разуме". Согласно Аристотелю, Л. стремился сблизить и примирить
утверждения элеатов о невозможности движения материальных тел с чувственным
опытом. Допускал существование небытия, т.е. пустоты. Атомизм Л. был настолько
созвучен учению Демокрита, что уже в античности их взгляды излагались в общем
сочинении. Л. полагал, что множества атомов порождают вихри и затем - миры.
Более крупные атомы собираются в середине космоса и формируют плоскую землю.
Этот процесс - равно как и образование небесных светил из воспламенившихся
атомов - закономерен и необходим.
А. А.Грицанов
ЛЕГИТИМНОСТЬ (лат. legitimus - законный) - в широком смысле - признание,
объяснение и оправдание социального порядка, действия, действующего лица или
события. В правоведении противопоставляется легальности (собственно законности)
как обладающая не юридической, но моральной функцией оправдания прежде всего
власти по критериям авторитета и целей. М. Вебер ввел понятие "признания" в
социологию, преобразовав его в категорию "ориентации на другого", таким образом
признание оказалось конститутивным моментом социального действия как такового.
"Ориентация на другого" как основание социального действия понимает и принимает
"всеобщее" социального порядка лишь постольку, поскольку "всеобщее" признается
отдельными индивидами и ориентирует их реальное поведение. Понятие Л.
оказывается необходимым для социологического
исследования общества и используется Вебером при установлении типов легитимного
господства, такого, которое признается управляемыми индивидами. Л.,
следовательно, есть не свойство социального порядка, но свойство определенного
представления о нем. Процесс легитимации обнаруживает себя составляющим
репрезентативной культуры (в определении Ф. Тенбрука), способствуя восприятию
мира и социальной действительности как "должного". Легитимация объясняет
социальный порядок, придавая когнитивную обоснованность объективированным
значениям; легитимация оправдывает социальный порядок, придавая нормативный
характер его практическим императивам, то есть включает когнитивный и
нормативный аспекты. Проблема Л. не есть только проблема ценности, она с
необходимостью включает также и знание, а именно знание того, что и каким
образом может быть сказано и сделано в культуре или сообществе. Функцию
легитимации или правила признания принимает социальный универсум, впитавший
различные области значений и теоретических конструкций, включающий
институциональный порядок во всей его символической целостности и предполагающий
возможность существования различного понимания его смысла, каждый из которых
социально значим, и, следовательно, представляется легитимным определенным
социальным группам, ориентирующимся на него в реальном поведении.
С.А. Радионова
ЛЕЙБНИЦ (Leibniz) Готфрид Вильгельм (1646-1716) - немецкий философ,
математик, физик, юрист, историк, языковед. Основные философские сочинения:
"Рассуждения о метафизике" (1685), "Новая система природы" (1695), "Новые опыты
о человеческом разуме" (1704), "Теодицея" (1710), "Монадология" (1714). Л.
завершает развитие рационалистически ориентированной философии 17 в. Отстаивая
собственную позицию в споре об источниках познания (полемика рационалистов и
эмпиристов), о категории субстанции (монизм Спинозы или дуализм Декарта), Л.
предлагает оригинальную, синтетическую философскую систему. Утверждая
суверенитет метафизики по отношению к теологии и математике (их различают метод
и предмет), Л., тем не менее требует от суждений философов строгости и
обоснованности научных выводов естествознания. Принято выделять две составляющие
программы Л.: рационалистический метод и учение о Боге и субстанции. Если Декарт
формулирует основное положение рационалистического метода - возможность
установить ясные, несомненные, интуитивные утверждения, то Л. исследует их
логическую природу. Первичные истины выражают аналитические суждения, в которых
предикат раскрывает признаки, уже заключенные в понятии субъекта. Иначе, они
отвечают требованиям законов логики: закон тождества, закон противоречия, закон
исключенного третьего. В качестве априорных принципов метода Л. выдвигает
положения о непротиворечивости всякого возможного бытия и о возможности
бесчисленного множества непротиворечивых миров. Возможное - это то, что
логически непротиворечиво, тождественно-истинные утверждения; это область вечных
истин или истин разума, логических сущностей; возможное противополагается
действительному, случайному в сфере индивидуального чувственного опыта. Л.,
однако, критикует окказионализм Мальбранша. Закон достаточного основания,
согласно которому существование и изменение всякой вещи, истинность или ложность
утверждения могут иметь место только на определенном основании; а также принцип
каузальности в естествознании и принцип предустановленной гармонии в онтологии
позволяют Л. сделать опыт источником необходимых положений - законов (так как
случайное, фактическое с точки зрения относительной истины, логически необходимо
с точки зрения абсолютной - "бесконечного интеллекта", гносеологического и
онтологического основания). Два других методологических постулата утверждают,
что существование данного мира имеет достаточное основание и таковым выступает
оптимальность, полнота, совершенство его устройства. Сущность мира исчерпывается
принципом предустановленной гармонии - в нем нет случайных элементов и
присутствует всеобщая их взаимосвязь и согласованность. Иначе, предустановленная
гармония обозначает соответствие истин разума истинам факта. Совершенство,
разумность выражаются в ряде законов, которым подчиняется мир и познание. Л.
утверждает всеобщий характер различения и принцип тождественности неразличимых,
принцип дискретности и непрерывности, принцип минимума и максимума.
Субстанциальное единство мира на уровне истин разума, т.е. порядок и полнота
иерархии идеального мира, обозначается категорией Бога. В понимании Л., Бог -
актуальная бесконечность человеческого духа, полная реализация чистого познания,
которое не осуществимо для индивида. Учением, дополняющим положения метафизики
божественного, выступает монадология - плюралистическая онтологическая
концепция, описывающая разнообразие действительного мира. Монады - простые,
неделимые, непространственные субстанции. Они выступают в качестве исходного
начала всего сущего; обладают способностью беспрерывного действия. Они не могут
изменяться, вступая во взаимодействие, но имеют внутренний импульс к действию,
подобно живым организмам. Единство и согласованность монад обеспечены
предустановленной гармонией. Монады проявляют себя в перцепции - смене
восприятий - и аппетиции - стремлении монады к новым восприятиям. Л. различает
три вида монад: простые, отличающиеся смутными представлениями; души, обладающие
ощущением и сложными представлениями; духи или разумные существа. Бог -
творческая монада, обладающая свойством актуального абсолютного мышления.
Материя - сложная субстанция в основе которой лежит простая - монада, поэтому Л.
относит материю к миру явлений. Мыслитель различает первую и вторую материи.
Одна характеризуется простыми качествами - протяженность, непроницаемость,
масса, другая - обладает силой, производной от первичной силы простой
субстанции. Л. отрицает абсолютный характер пространства и времени, а,
следовательно, и пустое пространство. Они являются атрибутами мира явлений. Л.
настаивает на различении монадологии и атомизма. Прототипом монады выступает
биологическая клетка, а не точка геометрического пространства. В контексте
принципиального для 17 в. противостояния эмпиризма и рационализма Л. полагает,
что врожденные идеи и принципы могут существовать и существуют в потенциальном,
неосознанном виде (врождены привычки, "природная логика", способности и
склонности, "преформация"). Внешнее воздействие на душу - монаду инспирирует
выявление изначальных потенций разума. Далее, к аргументам против концепции
"пустого" сознания - tabula rasa, Л. добавляет факты рефлексии (некоторые
продукты деятельности разума могут существовать независимо от чувственности),
подвижности внимания и существования психически бессознательного в виде
бесконечно малых перцепций. Излагая свой взгляд на проблему первичных качеств
(простых идей), Л. утверждает, что идеи первичных качеств формируются в нашем
сознании при непрерывном участии деятельности разума, тогда как в рефлексии,
наоборот, процесс образования простых идей не обходится без соучастия
чувственности. Л. затрагивает роль языка в познании. Толкуя его как один из
главных
инструментов мышления, он полагает, что развитие языка не происходило
исключительно дедуктивно - сначала возникли слова - универсалии, а затем -
слова, имеющие частные значения - но и индуктивно, то есть в обратном
направлении. В теории науки Л. указывает на ошибочность отрицания роли
аксиоматик в ней. Он отстаивает значимость соблюдения законов формальной логики
в естественнонаучном исследовании. Истину Л. понимал как соответствие между
идеями и как соответствие простых идей адекватно воспринимаемым фактам. Он ввел
различение истин на истины разума и истины факта: первые отличает необходимость,
вторые - случайность. Как следствие, Л. первым обратил внимание на необходимость
разработки теории вероятностей и теории игр, комбинаторику. Значительны
достижения Л. и в логике. Он стремился синтезировать логику и математику в
единую дисциплину, реализуя две идеи. Во-первых, идею истолкования мышления как
оперирования знаками, которое должно приобрести вид исчисления - точного
описания элементов мышления, позволяющее сконструировать упорядоченную его
аксиоматику. Во-вторых, идею всестороннего применения логических исчислений. Л.
является автором современной формулировки закона тождества, закона достаточного
основания, оригинальной логической символики. Распространению идей Л. в Германии
способствовал его ученик Вольф. Многие идеи были восприняты немецкой
классической философией, а также нашли развитие в некоторых направлениях
современной западной философии. См. также: Монада.
М.В. Подручный
ЛЕЙНГ (Laing) Рональд (1927-1989) - шотландский психиатр и психолог. Один из
создателей и лидеров антипсихиатрии. Окончил медицинский факультет университета
г. Глазго. Работал психиатром в различных лечебных учреждениях (в т.ч. в
армейских), а затем в клинике Глазго. Читал курс лекций по психиатрии в местном
университете. Исследовал природу и причины психических болезней, окружение
психически больных, шизофренические системы, взаимоотношения врача и пациента,
традиционные способы психиатрии и психотерапией, измененные состояния сознания и
его трансперсональные уровни, этические и юридические аспекты психиатрии,
проблемы человеческого опыта и др. Считал, что подлинные причины безумия
коренятся в основах человеческого бытия. Интерпретировал ряд психических
заболеваний как стратегии и способы выживания людей в современном мире. В
качестве одной из идей предложил считать сумасшествие разумной реакцией на
безумное социальное окружение. Утверждал, что современная психиатрия и
психопатология искажают подлинный внутренний мир больных людей. Выступил с
резкой критикой репрессивного характера современной клинической психиатрии.
Сформулировал понимание психотерапии как аутентичной встречи двух людей. В 1961
опубликовал книгу "Разделенное Я. Экзистенциальное исследование психического
здоровья и безумия", в которой использовал идеи и труды европейских философовэкзистенциалистов
для критики традиционной психиатрии и разработки программы
перестройки психиатрии в экзистенциальном контексте, обеспечивающим понимание
нормального и патологического бытия в мире. В 1965 организовал терапевтическую
коммуну Кингсли Холл - своеобразную экспериментальную модель будущих
антипсихиатрических коммун. В качестве существенно важного момента нормальной
жизни и психики утверждал "онтологическую безопасность", главным условием
обретения которой полагал способность человека быть автономной
индивидуальностью. В этой связи исследовал и выделил три типичные формы тревоги
(поглощение, прорыв и окаменение), которые следует научиться преодолевать. В
критике и борьбе с современной психиатрией придавал большое значение замене
современного "психиатрического жаргона" посредством использования идей и
подходов герменевтики. Поддерживал и развивал учение Маркузе об "одномерном
человеке". Выступал с критикой репрессивной одномерной цивилизации нашего
времени. Считался одним из идеологов движений "новых левых" и контркультуры. В
последний период творчества несколько смягчил антипсихиатрические позиции и
осуществил некоторый поворот к "альтернативным психологиям". Опубликовал ряд
работ, посвященных изучению "социальных систем фантазий", посредством которых
группа воздействует на своих членов. Автор книг "Я и другие" (1961),
"Здравомыслие, сумасшествие и семья" (т. 1. Семьи шизофреников; совместное А.
Эстерсон, 1964), "Разум и сила: Десятилетие философии Ж.-П. Сартра, 1950-1960"
(совместно с Д. Купер, 1964), "Интерперсональное восприятие. Теория и метод
исследования" (совместно с Г. Филлипсон и А. Ли, 1966), "Политика опыта и
райская птица" (1967), "Семейные трудности" (1967), "Политика семьи" (1969) и
др.
В.И. Овчаренко
ЛЕМ (Lem) Станислав (р. 1921) - польский мыслитель, философ, писательфантаст.
Основные произведения: "Человек с Марса" (1946); "Астронавты" (1950);
"Магелланово облако" (1955); "Диалоги" (1958); "Звездные дневники" (1954, 1958);
"Возвращение со звезд" (1961); "Солярис" (1961); "Выход на орбиту" (1962);
"Непобедимый" (1964), "Summa technologiae" (1964, 2-е расширенное издание -
1967); "Сказки роботов" (1964); "Кибериада" (1965); "Глас Господа" (1968);
"Повести о пилоте Пирксе" (1968); "Философия случайности" (1968); "Фантастика и
футурология" (1970); "Абсолютная пустота" (1971); "Мнимая величина" (1973);
"Беседы и очерки" (1975); "Маска" (1976); "Насморк" (1976); "Осмотр на месте"
(1979); "Мир на Земле" (1987); "Фиаско" (1987); "Философия случая" (в 2 томах,
1988) и др. Философско-футурологический трактат Л. "Сумма технологии" посвящен
концептуальному и научному анализу горизонтов и механизмов эволюции
человечества. Проблемы, порождаемые экспоненциальным ростом научного знания и
стремительным подъемом уровня энергий, освоенного людьми; постановка вопросов о
соотношении и взаимообусловленности биологической и технической эволюции в
контексте приверженности Л. кибернетическим (читай: синерге-тическим - А.Г.)
контекстам постижения цивилизационных процессов; предположения о возможности
направляемых трансформаций самого биологического вида Homo sapiens - эти и
многие другие подходы Л. совместили в себе футуроло-гическую респектабельность,
характерную для исследований такого рода в 1960-1980-х, с одной стороны, и четко
заданную приверженность идеалам гуманизма швейцеровского типа, с другой.
Цивилизация, согласно Л., - бытие общества (не обязательно земного) в отличие от
бытия биологического вида. Подчеркивая и иллюстрируя при этом в своих
фантастических произведениях идею о том, что Космос не есть увеличенная до
масштабов Вселенной Земля, что человек всегда будет сталкиваться там с
Непостижимым, - Л. акцентирует тезисы о закономерности возникновения разума в
Космосе, о принципиальной неограниченности астроинженерного потенциала мыслящих
существ, о безграничной множественности путей эволюции цивилизаций Вселенной.
Постулируя ряд принципиальных условий осуществимости сценариев выживания
человечества в 3-4 тысячелетиях, Л. не только осознанно деидеологизировал облик
грядущего социума, оказавшегося в состоянии преодолеть социально-политические
антагонизмы и геополитические напряжения середины 20 ст., но и отвел этой
(неизбежно аксиологически значимой для философских изысков мыслителей Восточной
Европы) проблеме второстепенное место в иерархии вопросов будущего. Само по себе
формулирование Л. таких проблем социально-философского порядка (условия
возможности доминирования человека современного - логически мыслящего - типа и в
будущих эпохах жизни на земле; "космические перспективы разума"; перспективы
эволюции "технологии" - "обусловленных состоянием знаний и общественной
эффективностью способов достижения целей, поставленных обществом"; достижимость
гармонии развития технологии и целей общества), которые "по определению"
включали в себя нормы идеологического противоборства в качестве не более чем
"фонового шума", сыграло весьма значимую роль в раскрепощении мышления научнотехнической
и гуманитарной интеллигенции стран социалистического лагеря и
особенно Польши и Советского Союза в 1960-1980-х.
А. А.Грицанов
ЛЕНИН (Ульянов) Владимир Ильич (1870-1924) - теоретик большевизма, создатель
большевистской партии и организатор Октябрьского большевистского (1917)
переворота в России. Юрист. В 1891 сдал экстерном экзамены за юридический
факультет Петербургского университета. Как профессиональный политик и мыслитель,
спорадически касавшийся собственно философских проблем, Л. являет собой
представителя того направления общественной мысли России, которое связывало как
постановку философских проблем, так и процедуры их разрешения с задачами
российского освободительного движения. Философским изысканиям изначально
придавался прагматический социальный характер. Являясь безусловным сторонником
идей революционизма и позитивности социального насилия, Л. как марксист, в
первую очередь, выступал теоретиком и приверженцем учения о классовой борьбе и
диктатуре пролетариата. При этом особый акцент Л. делал на признании гражданской
войны в качестве необходимого и неизбежного этапа разрешения классовых
противоречий в обществе. По сути, классовая борьба трактовалась Л. лишь как
эмбриональная стадия гражданской войны. Круг философских интересов Л. был
сосредоточен на проблемах философии истории, рассматриваемых с ортодоксальных
марксистских позиций. В тех случаях, когда в сфере внимания Л. оказывались
гносеологические вопросы, он придавал им статус интеллектуального орудия во
внутрипартийной (или даже внутрифракционной) борьбе. Последняя, как правило,
характеризовалась Л. как форма разрешения антагонистического классового
противоречия. Гносеология для Л. являлась по сути чисто "партийной" дисциплиной:
"Я вообще стараюсь читать Гегеля материалистически, т.е. выкидываю большей
частью боженьку, абсолют, чистую идею". Хотя необходимо отдать долж
...Поділитися у соцмережах
