Жанр: Детектив
Ключ
...сь ей до боли близким и
родным.
- Шаблонная ситуация из фарса!- усмехнулся он.- Пожилая дуэнья заснула. Что
прикажешь делать?
Сердце Дженис дрогнуло, А на губах мелькнула улыбка.
- Ш-ш!- произнесла она.
Гарт снова усмехнулся.
- Не думаю. Моя сценическая ремарка гласит: "Идет направо".- Поднявшись, он
прошел мимо дивана и присел на
подлокотник кресла Дженис.- Не беспокойся - она не проснется. Это семейная черта
- если я засну, меня может разбудить
только бомба.
- Но ты ведь ей не родственник по крови. Ты не мог унаследовать семейную
черту от падчерицы твоего дедушки.
Его рука лениво скользнула по спинке кресла за плечами Дженис.
- Я не говорю, что унаследовал ее. Существуют и благоприобретенные черты. В
любом случае, она проспит еще минимум
полчаса, А ситуация порождает дурные мысли. Полагаю, ты не хочешь, чтобы тебя
поцеловали?
Румянец как пламя вспыхнул на щеках Дженис и тотчас же погас. Когда она
медленно повернула голову и посмотрела на
Гарта, то ее бледность испугала его. Он положил ей руку на плечо.
- В чем дело?
- Ни в чем.
Гарт слегка встряхнул ее.
- Малышка, это фарс, А ты играешь трагедию. "Злодей, прочь руки! Яд я
приняла".
- Я не слишком сильна в фарсах.
Он устремил на нее смеющийся взгляд.
- Я тоже. Давай лучше сыграем салонную комедию - сцену предложения руки и
сердца. Я сын богатых, но честных
родителей. Я все о тебе знаю, А ты знаешь обо мне больше любой другой девушки.
Никому не ведомо, что ждет нас впереди.
Как написал один автор, "ты розы собирай, покуда можешь". Как насчет этого?
Дженис заставила себя улыбнуться.
- Я не знаю свою роль, Гарт.
Он взял ее за локоть и слегка повернул к себе.
- В театре всегда есть суфлер. Если это современная пьеса, ты должна
ответить небрежным тоном: "Ладно, не возражаю". А
если это одна из пьес романтической эпохи, тебе воскликнуть: "О Гарт, это так
неожиданно!"
- Второй вариант лучше, не так ли?
- Да. Забавно, как складывается жизнь. Я всегда любил тебя - ты была
славной малышкой. А потом я уехал и забыл о тебе, но
когда увидел тебя на дознании, мне показалось, будто не уезжал вовсе. Это трудно
объяснить, но чувство было приятным.
Джен, я пытаюсь сказать тебе кое-что...
- Да?
- Я чувствовал, что ты как бы часть меня самого - часть мальчика, каким я
был раньше. Невозможно оторваться от своего
прошлого, А ты - его часть. Я понял это, когда вернулся, и знаю, что так будет и
впредь. Когда ты не позволила мне поцеловать
тебя, потому что это "не по-настоящему", ты заставила меня задуматься. У нас
есть настоящее - оно крепко, как свадебный
пирог,- но что случилось с миндальным кремом и сахарной глазурью?
Дженис молчала. В ее блестящих глазах застыл страх Гарт приподнял ее
подбородок.
- Ты ненавидишь меня?
- Н-не очень.
- Уже что-то. Я тебе правлюсь?
- Иногда.
- Что за бесстрастное существо! Ты меня любишь хоть немного?
- Нет.
- Уверена?
Испуг исчез из ее глаз, и они засияли еще ярче.
- Ты ведь не сказал, что любишь меня.
- Я очень люблю тебя, Джен.
В этот момент мисс Софи открыла круглый голубой глаз, устремила его на двух
молодых людей, обнимающих друг друга, и
закрыла снова. Мисс Софи была не из тех, кто портит людям удовольствие. Только
когда бормотание голосов стало настолько
четким, что заставило ее ощутить себя подслушивающей, она потянулась, зевнула и
села прямо. Объятие, увы, закончилось, но
щеки Дженис и Гарта покрывал румянец, который был им к лицу. Мисс Софи.
улыбаясь, посмотрела на них.
- Как приятно, дорогие мои.
Гарту хватило дерзости спросить:
- Что приятно, тетя Софи?
Мисс Фелл пригладила локоны.
- Кажется, я вздремнула, и видела очень приятный сон - если только это был
сон.
Прежде чем ей успели ответить, дверь открылась и на пороге появился старший
инспектор Лэм, который, несмотря на всю
солидность, выглядел возбужденным.
- Прошу прощения, мисс Фелл.- Он вошел и закрыл за собой дверь.- Полагаю,
об этой деревне вы знаете почти все. Можете
сказать мне, у кого в доме есть бренди?
- Бренди?- удивленно переспросила мисс Софи.- Думаю, у нас есть немного.
- У миссис Буш,- быстро подсказала Дженис.- Ее тетя, которая живет с ними,
прикована к постели, и они держат бренди на
случай, если у нее начнется спазм.
- Кто-нибудь заболел?- недоуменно спросила мисс Софи.
- Не заболел, А умер!- сердито отозвался Лэм. Он вышел и не то чтобы
захлопнул дверь, но закрыл ее более громко, чем
требовалось.
Мисс Софи широко открыла глаза.
- Зачем ему понадобилось бренди?- осведомилась она.
Глава 31
Фредерик Буш стоял, глядя с высоты своего роста на двух полицейских
офицеров из Лондона, которые вызвали его для
допроса. Получив предложение сесть, он повиновался, сохраняя прямую осанку и
привычное выражение мрачного
достоинства. Буш снял шапку и держал ее в руке, которая лежала на его правом
колене.
Лэм внимательно смотрел на него.
- Спасибо, что пришли, мистер Буш. Мы проверяем события, происшедшие во
вторник вечером, и я думаю, вы сумеете нам
помочь.- Он протянул через стол лист бумаги.- Это текст вашего заявления на
дознании. Просмотрите его и скажите, все ли
здесь верно.
Буш взял бумагу и положил ее на левое колено. Потом он опустил шапку на
пол, достал из внутреннего кармана футляр для
очков, открыл его, надел очки, не спеша прочитал текст и положил бумагу на стол.
Лэм наблюдал за ним.
- Здесь все правильно?
Буш сиял очки, спрятал их в футляр и вернул его в карман.
- Да,- ответил он.
Сержант Эбботт, записав это слово, подумал, что беседа походит на фильм,
демонстрируемый с замедленной скоростью. При
допросе мистера Буша стенография была излишней.
- У вас есть, что добавить к этому заявлению?- продолжал Лэм.
- Нет,- после небольшой паузы сказал Буш.
- Вы в этом уверены?
- Да.
- Кажется, мистер Буш, у вас в привычке каждый вечер обходить церковь и
кладбище?
- Да,- столь же лаконично ответил Буш.
- В котором часу?
"На сей раз ответ будет другим,- подумал Фрэнк Эбботт.- Я уже устал
записывать слово "да".
- В десять,- тем же тоном произнес Буш.
- Вы совершали этот обход во вторник вечером?
- Да.
- Тогда почему вы не сказали это на дознании?
- Меня не спрашивали.
- А вам не пришло в голову самому об этом заявить?
- Нет.
- Значит, вы отвечали только на то, о чем вас спрашивали. Если бы вас об
этом спросили, вы бы сказали, что совершили
обход?
- Да.
"Опять го же самое",- с тоской подумал Фрэнк. Он пытался придумать вопрос,
на который нельзя ответить простым
утверждением.
- Вернемся к обходу во вторник вечером,- сказал Лэм.- Когда вы его начали?
- Немного раньше обычного.
- Почему?
- Я не связан временем и делаю обход, когда мне удобно.
- А почему во вторник вам было удобно начать его раньше?
На сей раз последовала солидная пауза.
- Не знаю. Не все поступки можно объяснить.
- Насколько раньше вы начали обход?
- Точно не помню. Возможно, минут на десять.
- Вы слышали выстрел?
- Нет.
- И вы вышли раньше не потому, что услышали его?
- Нет.
Лэм устремил на него пристальный взгляд. Меланхолическое спокойствие никуда
не делось. Буш поднял шапку и снова
положил ее на колено. Но теперь он держал ее так крепко, что костяшки его
пальцев побелели.
- Итак, вы отправились в обход,- продолжал Лэм.- Расскажите, куда вы ходили
и что делали. Только не опускайте ничего,
потому что вас об этом не спрашивали,- мне нужен подробный отчет.
Буш не спеша сунул руку в карман, достал оттуда красный носовой платок,
высморкался и положил платок на место.
Последующие слова звучали столь же неторопливо.
- Я вышел из дому на улицу, направился к воротам кладбища и вошел туда.
- Это были ворота, выходящие на деревенскую улицу.
- Да. Потом двинулся по дорожке направо, обошел вокруг церкви и вышел через
те же ворота.
- Вы видели кого-нибудь?
- Нет.
- И это все?
- Я вошел, сделал обход, вышел и никого не видел.
- Вам больше нечего добавить?
- Нет.
Внезапно Лэм склонился вперед и протянул руку через стол.
- Вы никого не видели, Буш, зато вас видели два человека - парень и
девушка, сидевшие под деревом у ограды пасторского
дома. Что вы на это скажете?
Костяшки пальцев, сжимавших шапку, побелели, как мел, но меланхоличное лицо
оставалось спокойным.
- Не знаю, что они видели. Я совершал свой обход.
- Они видели, как вы вышли из церкви.
- Они могли видеть меня, спускающимся с крыльца.
- Нет, они видели, как вы вышли через дверь и заперли ее за собой.
- Я совершал обход,- повторил Буш после паузы.
- И ваш обход приводит вас в церковь?
- Иногда.
- А во вторник вечером?
- Не помню.
Лэм опустил руку и сел.
- Вам лучше говорить начистоту, Буш. Если вы заходили в церковь, то знали о
смерти мистера Харша за два с половиной
часа до того, как пришли туда с мисс Мид и обнаружили тело. Вы отлично
понимаете, что это требует объяснений. Если вы
невиновны, то дадите их нам, А если виновны, то имеете право молчать и получить
предупреждение, что каждое ваше слово
может быть зафиксировано и использовано против вас. Итак, вы собираетесь
говорить?
На сей раз пауза затянулась.
- Пожалуй,- наконец отозвался Буш.
Лэм кивнул.
- Отлично! Итак, вы вошли в церковь...
- Да, вошел во время обхода. Пастор часто оставляет окна открытыми.
- Вы видели тело мистера Харша?
- Да, видел.
- Расскажите обо всем, что вы делали с тех пор, как вошли в церковь.
Буш почесал подбородок свободной рукой.
- Когда я повернул за угол, откуда виден орган, то обнаружил, что занавес
отодвинут и мистер Харш лежал возле табурета.
- Свет в церкви горел?
- Только лампа, которую он использовал для игры. Пистолет лежал рядом с
ним. Когда я увидел, что он мертв, то не знал,
что мне делать. Я ничем не мог ему помочь, поэтому решил позаботиться о себе.
Мне казалось, что будет лучше, если тело
обнаружу не я один, да еще в такое позднее время. Его наверняка хватятся дома и
пойдут искать - что и сделала мисс Дженис. Я
не хотел иметь дело с полицией.
- Продолжайте.
Буш немного подумал.
- Я не прикасался к нему, так как знал, что этого нельзя, только убрал его
ключ с табурета.
- С табурета?- воскликнул Лэм.
- Мистер Харш положил его туда. Он всегда отпирал дверь, входил в церковь с
ключом в руке и клал его рядом с собой на
табурет. Как-то я сказал ему: "Когда-нибудь вы потеряете ключ, мистер Харш". Он
покачал головой и спрятал ключ в
жилетный карман. Поэтому, когда я увидел ключ на табурете, то сделал то же самое
- положил ему в карман.
- Тогда почему на нем не было ваших отпечатков пальцев?- осведомился Лэм.
Буш выглядел слегка удивленным.
- Я держал его через носовой платок.
- С какой целью?
- Мне показалось, так будет лучше.
- Почему?- Слово прозвучало, как пистолетный выстрел.
Буш вновь поднес руку к подбородку.
- Я не хотел оставлять свои отпечатки.
- Вы об этом подумали?
- Мне пришло это в голову.- Он опустил руку.
- Ладно, продолжайте,- сказал Лэм.- Что вы сделали потом?
- Выключил свет, вышел, запер за собой дверь и обошел вокруг церкви, как я
и говорил.
- Сколько тогда было времени?
- Часы били десять, когда я подходил к воротам.
- Церковная дверь была заперта, когда вы подошли к ней?- Взгляд старшего
инспектора стал напряженным.
- Нет. Мистер Харш не запирал ее, когда светила луна.
"С нашим делом против Мадока придется распрощаться!"- подумал Эбботт,
записывая ответ.
Лэм склонился вперед на стуле.
- Вам следовало сообщить об этом раньше. Держа язык за зубами, вы навлекли
подозрение на других. Когда вы в последний
раз видели Эзру Пинкотта?
- Вчера вечером в "Быке",- подумав, ответил Буш.
- Вы вышли оттуда вместе?
- Нет.
- В котором часу вы ушли из "Быка"?
- Без семи минут десять.
- И что вы сделали?
- Отправился в свой обход.
- Вы заходили в церковь?
- Да.
- И не брали с собой Эзру?
Впервые Буш выглядел обеспокоенным.
- Чего ради мне это делать?
- Вы знали, что он хвастался, будто знает что-то о смерти мистера Харша и
это набьет его карманы деньгами?
- Все это знали. Он во весь голос распространялся об этом в "Быке".
Следующий вопрос прозвучал очень резко.
- Вы держите у себя дома бренди?
Буш слегка нахмурился.
- В этом нет ничего дурного. Тетя миссис Буш употребляет его, когда у нее
спазмы.
- Так мне и сказали. Вы давали Эзре бренди прошлой ночью?
Буш перестал хмуриться, и его губы расплылись в улыбке.
- Эзра не нуждался в том, чтобы ему предлагали выпивку. Почему вы думаете,
что я тратил на него свое хорошее бренди?
Лэм выложил карты на стол.
- Кто-то угостил его бренди, ударил по голове и бросил в ручей, где он
захлебнулся.
Буш уставился на него.
- Быть не может!
- Тем не менее это так.
- Зачем?
- Чтобы он не болтал о том, кто убил мистера Харша.
Буш бросил шапку на пол. Казалось, будто она выскользнула у него из руки.
Он нагнулся, чтобы подобрать ее.
- Кто же мог сделать такое?- сказал он.
- Они бы мне никогда не простили, если бы я не привела к ним свою гостью,-
сказала мисс Софи.- Я знаю их всю жизнь, А
Мэри Энн теперь инвалид...
Мисс Силвер улыбнулась.
- С удовольствием побываю у мисс Донкастер,- вполне искренне отозвалась
она.
- Тогда я только закончу письмо моей кузине Софи Феррерс. Это не займет
много времени и даст им возможность
приготовить чай.
День был теплым и ясным. Надев шляпу, перчатки и легкий летний жакет, мисс
Силвер вышла в сад, где деревья
отбрасывали причудливые тени на лужайку. Если бы на душе у нее было спокойно,
она наслаждалась бы пребыванием в Борис.
Но так как до покоя было очень далеко, мисс Силвер ходила взад-вперед по траве,
обдумывая неудовлетворительные детали
дела Харша.
Откуда-то слева ее окликнул пронзительный голос. Никто, хоть раз слышавший
его, не мог ошибиться в том, кому он
принадлежит, А мисс Силвер этим утром уже встречалась с Сирилом Бондом.
Повернувшись, она увидела его сидящим на
стене между пасторским домом и Медоукрофтом, одной рукой держась за нависающую
ветку, А другой размахивая палкой,
очевидно, заменяющей ему копье.
- В чем дело, Сирил?
- Знаете, что такое "Шприкен си дач"?
Мисс Силвер благожелательно улыбнулась.
- Ты неправильно произносишь. Нужно творить "Шпрехен зи дойч?" Это означает
"Вы говорите по-немецки?"
Сирил взмахнул "копьем".
- Я спросил у мистера Эвертона, А он ответил, что не знает немецкого. В
нашей школе учится мальчик - его отец беженецеврей.
Он здорово говорит по-немецки.
Мисс Силвер снова улыбнулась.
- Ты, похоже, настоящий альпинист. Смотри, не свались со стены. Из какого
окна ты вылез во вторник вечером?
Сирил понурил голову.
- Если мистер Эвертон узнает, мне влетит.
- Я ему не скажу. Так из какого окна?
Сирил понизил голос до свистящего шепота.
- Из того, что над библиотекой.- Он указал палкой на окно.
- А ты не боялся, что мистер Эвертон тебя услышит?
- Не-а,- с презрением отозвался Сирил.- Я делаю это, только когда его нет
дома.
- Во вторник вечером ею тоже не было?
- Конечно! Он ходил к миссис Моттрам, чтобы помочь ей что-то сделать. Она
сама ничего не умеет.
- Откуда ты знаешь, что он туда ходил?
- Я слышал, как он перед уходом крикнул кухарке: "Я зайду к миссис Моттрам
починить ей радио".
- А когда он вернулся?
- Не знаю - я лег спать. Когда я думаю, что мог слышать выстрел...
- А откуда ты знаешь, что мистера Эвертона не было дома, когда ты вернулся?
Сирил заговорил еще тише.
- Затемнение в кабинете неполное. Если там горит свет, его всегда можно
разглядеть.
- Возможно, он поднялся в спальню.
В голосе Сирила вновь зазвучало презрение.
- Не-а! Мистер Эвертон сидит в кабинете допоздна.
- Ты не мог быть в этом уверен,- возразила мисс Силвер.
- А вот и мог!- Он внезапно метнул "копье" в сад Медоукрофта и соскользнул
вниз следом за ним.
Идя рядом с мисс Фелл мимо двух промежуточных домов в сторону Пенникотта,
мисс Силвер в основном молчала. Мисс
Софи обрела в ней превосходную слушательницу. Почти не переводя дыхание, она
умудрилась сообщить ей почти всю
имеющуюся у нее информацию о сестрах Донкастер, начиная с их школьных дней,
отдельные детали которой очень
заинтересовали мисс Силвер.
- Конечно это чувство изрядно поубавилось за время прошлой войны и
последующих лет. Мы надеялись, что больше оно не
вернется.
- Но оно вернулось?- с интересом спросила мисс Силвер.
Мисс Софи остановилась напротив Лайлакса.
- О да.- Она склонилась и зашептала: - Вернулось в виде энтузиазма по
поводу австрийского маляра...
Прошло несколько минут, прежде чем они двинулись дальше.
Им открыла пожилая служанка, которая проводила их наверх в комнату, бывшую
ранее лучшей спальней, А ныне
превращенную в гостиную для удобства мисс Мэри Энн, которая спала в комнате
позади и могла легко ездить в инвалидном
кресле туда и обратно. Когда они вошли, она сидела там в своем кресле,
откинувшись на подушки.
Мисс Софи представила спутницу.
- Моя приятельница мисс Силвер - мисс Люси Элле" и мисс Мэри Энн Донкастер.
Мисс Силвер села рядом с инвалидным креслом и заметила, что Борн - очень
живописная деревня и что погода стоит
чудесная. При этом она разглядывала сестер и окружающую их обстановку:
переполненную комнату, темные картины маслом
на стенах в массивных позолоченных рамах давно минувших дней, бесполезную
мебель, должно быть стоившую кучу денег лет
сто тому назад, темно-бордовые бархатные портьеры, препятствующие проникновению
света, древний потертый ковер,
шкафчики и столы, уставленные безделушками - семейством деревянных медведей из
Берна, миниатюрным швейцарским
шале, фотографиями в серебряных рамках, маленькими коробочками, стеклянным
пресс-папье со снежной бурей внутри,
индийским кинжалом в потускневших ножнах. Семейная история, сведенная к
мелочам...
Ужасающий чайный сервиз, изобилующий позолотой, занимал каминную полку, А
над ним висело столь же чудовищное
резное украшение, с зеркалами, отражающими дюжину искаженных ракурсов комнаты.
Впрочем, для сестер Донкастер такой фон был самым подходящим. Пробыв в их
обществе менее пяти минут, мисс Силвер
поняла, почему даже такое благожелательное существо, как мисс Софи, не могла
найти для них более теплых слов, чем "бедная
Люси Эллен" и "бедная Мэри Энн". Между сестрами было заметное фамильное
сходство, ко если лицо Люси Эллен
напоминала заостренную мордочку хорька, то у Мэри Энн оно было массивным и
бесформенным. Обе обладали глубокими
морщинами, придающими лицу недовольное выражение, и редкими седеющими волосами.
Разговор о смерти мистера Харша зашел без всяких усилий со стороны мисс
Силвер. В Борне это событие было самым
драматическим с тех пор, как Джедедайя Пинкотт сбежал с невестой его кузена
Изикиела за сутки до свадьбы и оба погибли в
железнодорожной катастрофе, которую деревня сочла заслуженным наказанием. Первой
о мистере Харше заговорила Мэри
Энн, к облегчению мисс Софи, так как Люси Эллен могла забросать ее вопросами о
мисс Браун.
- В наших общих интересах, чтобы все разъяснилось как можно скорее,-
поспешно сказала она.
Люси Эллен выразила мнение, что это самоубийство.
- Я говорила так с самого начала, и присяжные вынесли такой вердикт на
дознании. Тогда в этом не было никаких сомнений.
Так как я состояла в жюри, то могу судить об этом.
Мисс Силвер деликатно кашлянула.
- Какое печальное событие для всех друзей мистера Харша,- заметила она и
обернулась к Мэри Энн.- Это правда, что он
работал над каким-то важным изобретением? Жаль, если он его не закончил.
- Но он закончил.
- Правда? Как интересно!
Голос Мэри Энн не походил на голос ее сестры. Он был мягким и елейным.
- В день своей смерти мистер Харш провел последний эксперимент и с полным
успехом. В половине седьмого он позвонил
сэру Джорджу Рендалу из военного министерства и договорился с ним о встрече на
следующий день. Я слышала это
собственными ушами.
Мисс Силвер выглядела удивленной.
- Слышали?
- У нас здесь общая телефонная линия,- быстро вставила Люси Эллен.- Можно
слышать все разговоры. Это весьма
неудобно.
Мэри Энн продолжала, игнорируя замечание сестры.
- Вы бы поразились, если бы послушали - люди так неосторожны. В тот вечер я
сняла трубку и слышала весь разговор.
Помню, я повернулась к Фредерику Бушу, который устанавливал полки в углу - он
выполняет для нас разную работу,- и
сказала: "Мистер Харш завершил свое изобретение. Завтра к нему приезжает сэр
Джордж Рендал из военного министерства". А
он ответил: "Значит, сегодня вечером мистер Харш будет играть в церкви. Когда я
видел его в последний раз, он сказал, что
придет играть, как только закончит работу".
- Боже мой!- воскликнула мисс Силвер.
- Это только доказывает, что он собирался покончить с собой,- решительно
вмешалась Люси Эллен.- Я всегда говорила, что
это самоубийство.
- А может, что-то есть в этой истории с мистером Мадоком?- промолвила Мэри
Энн.- Знаешь, Софи, говорят, что он и
мистер Харш поссорились из-за твоей мисс Браун.
- Люди всякое болтают,- недовольно отозвалась мисс Фелл.- Но повторять это
вовсе не обязательно, Мэри Энн.
В этот момент дверь открылась, впустив миссис Моттрам, облаченную в яркоголубой
джемпер и малиновые слаксы; ее
светлые волосы были стянуты оранжево-зеленой лентой. Она выглядела необычайно
хорошенькой, А при виде мисс Силвер
издала радостный возглас и назвала ее "ангелом".
- Она в самом деле ангел,- пояснила миссис Моттрам.- Понимаете, я
потеряла... лучше не говорить, что именно, но эта вещь
принадлежала моей свекрови, которая никогда бы не поверила, что я ее не продала.
Я оказалась в ужасном положение, но этот
ангел вернул потерю и практически спас мне жизнь.
Она села рядом с мисс Силвер, которая похлопала ее по руке и промолвила с
мягким укором:
- Довольно, дорогая. Не будем больше говорить об этом.
К счастью, взгляды остальных были сосредоточены на слаксах миссис Моттрам.
Люси Эллен напоминала хорька.
заметившего неосторожного кролика.
- Кажется, вы уже сняли траур,- ехидно сказала она.
Голубые глаза широко открылись.
- Я так долго носила его только из-за свекрови.
- Когда я была девушкой,- заявила Люси Эллен.- вдовам полагалось год носить
траур, следующий год - только черное,
полгода - серое или черно-белое и еще полгода - серое и белое.
- Но ведь тогда носили кринолины и всякие забавные штучки, не так ли?-
хихикнула Ида Моттрам.
Последовало гробовое молчание, которое нарушила Люси Эллен, заметив, что
кринолин носила ее бабушка.
Миссис Моттрам с удовольствием посмотрела на своя малиновые слаксы.
- Ну, когда мода умирает, ее не воскресишь. Иначе мы бы ходили с
напудренными волосами.- Она повернулась к мисс
Силвер.- Вы все так выглядели, когда я вошла, как будто я помешала ужасно
важному разговору. Продолжайте, не то я
подумаю, что вы говорили обо мне.
- Разве это было бы "ужасно важно"?- осведомилась Люси Эллен.
- Для меня - да.
- Мы говорили о бедном мистере Харше,- серьезно сказала мисс Силвер.- О
том, как печально, что он погиб, когда его
работа увенчалась успехом. Мисс Мэри Энн. случайно сняла телефонную трубку и
слышала, как он сообщал об этом кому-то из
военного министерства.
- Сэру Джорджу Рендалу,- уточнила Мэри Энн.- Мистер Харш сказал, что
последний эксперимент прошел успешно.
- Да, вы нам рассказывали.- Ида Моттрам не проявила особого интереса.-
Помните, когда мистер Эвертон принес вам яйца -
просто чудесно, как он заставляет своих куриц нестись!- и я пришла с ним.- Судя
по ее тону, она явно не хотела слышать этот
рассказ вновь.- Никто из нас не думал, что с мистером Харшем случится такое. Но
что толку все время это обсуждать? Мистер
Эвертон тоже так считает. Ведь это не вернет беднягу назад.
- По-вашему, мы должны игнорировать все неприятное?- фыркнула Люси Эллен.-
Меня приучили смотреть в лицо фактам и
не прятать голову в песок. А вы, похоже, часто видитесь с мистером Эвертоном.
- Он необычайно добр,- отозвалась Ида Моттрам.- Сделал мне курятник из
старых ящиков. И он отлично разбирается в
радио - сразу понял, что в моем приемнике нужно поменять лампу, достал мне
новую, когда был в Марбери в понедельник, и
установил ее. К сожалению, Банти его не любит. Это так неловко!
- Многие дети не хотят, чтобы у них был отчим,- ядовито заметила Люси
Эллен.
Ида Моттрам звонко рассмеялась.
- Значит, вот о чем здесь болтают? Что за ерунда! Еще бы - когда рядом
только один мужчина, о нем начинают чесать языки.
Пастор ведь не в счет, верно? Хотя я бы с удовольствием пустила о нем какуюнибудь
скандальную сплетню, чтобы отвлечь
сплетников от мистера Эвертона. Предположим, в воскресенье после церкви я
попрошу его вынуть у меня соринку из глаза -
старая уловка, но вполне надежная. Что вы об этом думаете?
Мисс Силвер улыбнулась.
- Я думаю, что вы говорите слишком много чепухи, дорогая моя.
Миссис Моттрам захихикала.
- Конечно сейчас здесь ваш племянник, но это трофей Дженис, А мне чужого не
надо.- Она встала.- Я принесла малину. У
нас ее полно, А я знаю, что мисс Мэри Энн любит ягоды. Я оставила ее внизу у
Агнес.- Ида посмотрела на мисс Силвер.- Когда
мы увидимся, ангел?
- Я зайду к вам на обратном пути.
Проведя полчаса в Хейвене, мисс Силвер направилась Домой. Она выразила
должное восхищение Банти, малиной,
курятником, воздвигнутым мистером Эвертоном, и фотографиями полудюжины молодых
людей в форме ВВС, которые вели
переписку с миссис Моттрам и встречались с ней, когда были в отпуске и когда она
могла выбраться в город. Как выяснилось,
Банти в таких случаях оставляли в пасторском доме. ("Мисс Софи и ее служанки
просто ангелы!"). Наиболее настойчивым
кавалером оказался самый невзрачный из них.
Наедине с мисс Силвер Ида перестала хихикать.
- Наверное, я выйду за него замуж,- просто сказала она.- Он нравится и мне,
и Банти. Одной мне нелегко, а он был лучшим
другом Робина.
Мисс Силвер проявила понимание и здравый смысл.
- Я рада, что вы не помышляете о браке с человеком, настолько старше вас,
как мистер Эвертон. Но вам не следует внушать
ему ложные надежды. Ведь вы очень привлекательная молодая женщина.
Хихикан
...Закладка в соц.сетях
