Жанр: Детектив
Бумер 3. Бумер
...ачкан, гражданин
начальник", - говорит Кот. "Что китель? - морщится Чугур. - Всего-навсего тряпка с
погонами. Есть в жизни вещи поважнее. Сейчас не до этого".
Исполненный важности, кум уходит, а Колька начинает бредить, размахивать
покалеченными руками, что-то кричать, срывая с лица бинты. Кот мечется по тесной палате,
выскакивая в коридор, зовет фельдшера, но никто не приходит. Колька кричит еще громче, он
этих истошных криков готовы лопнуть барабанные перепонки. Наконец Кольке удается стянуть
бинты с лица и груди. Кот смотрит на своего кента и закрывает глаза, потому что смотреть
больно.
Колку, кажется, обварили кипятком, потому что кожа, свернувшись чулком, сползла,
открывая на лице живое мясо, хрящи носа и глазные яблоки, похожие на огромные белые
пуговицы. Костян выскакивает в коридор, сталкивается с лепилой. "Позови коновала, - орет
Кот и хватает фельдшера за грудки. - Коновала зови, тварь, тебе говорят". "Нет его, - еще
громче орет фельдшер. - В город на двое суток уехал. И не поможет тут никакой врач. Не
поможет... Да ты не волнуйся, братан, справка о смерти уже готова. Все чин чинарем. Сам
хозяин подписал". А дальше обрыв и темнота.
Вспоминая этот дикий сон, Кон прикурил сигарету от окурка, но табак горчил на губах.
Он вернулся в комнату, натянул на себя новую купленную вчера в дорогом магазине рубаху,
штаны от нового костюма и вышел в коридор. Прошел мимо открытой двери в какую-то
комнату и остановился, из кабинета его окрикнул Димон. Оказалось, что он уже поднялся,
переоделся к выходу.
* * * *
Кот, присев на кожаный диван, осмотрелся по сторонам.
- Неплохо ты устроился, - сказал он.
- Скоро и ты устроишься не хуже моего, - Димон поднялся из-за стола, сел в кресло
напротив Кота. - Вообще-то у меня к тебе разговор. Хотел вчера, но как-то это не к месту. По
бухому делу, в кабаке... А когда дома продолжили, я уже не в форме был.
- Ну, говори, коли начали.
- Ты только не думай, что я от тебя откупиться хочу.
- Я думал, ты что-то новое скажешь. Опять об этом...
- Нет, ты все-таки послушай, для меня это очень важно, - Димон откашлялся в
кулак. - Костян, тогда я реально обосрался. Меня тогда как парализовало. Нужно было взять
плетку, выйти, положить их всех. Но в уме задним числом всегда все просто решать. А тогда,
честно скажу, я зассал. Потом сколько раз говорил себе, что лучше бы уж я там остался, с
пацанами. И столько же раз оправдывался тем, что у меня не было шансов. Но себя не наебешь,
струсил я тогда. И всех подставил.
- Успокойся, - ответил Кот. - Я сам об этом много раз думал. Ну, как бы я поступил.
Будь я на твоем месте. И тоже не нашел ответа.
- Потом чуть в петлю не полез, - оборвал Димон. - Если бы свою будущую жену не
встретил, то давно бы уже... Сейчас у меня дочка и пацану два годика. Хорошая семья. Когда я
узнал, что ты жив, стал искать место, где ты срок тянешь. Вышел на начальника...
- Спасибо, что вытащил. Но теперь все. Наши дороги расходятся.
- Что ты собираешься делать? - спросил Димон.
- Пока не знаю, - пожал плечами Кот. - У меня ведь мать жива. Хочу с ней
повидаться, но тут проблема. Все ее знакомые, соседи по дому отлично знают, что я по мокрой
статье тяну. И вдруг вышел, нарисовался так, что не сотрешь. С каких это хренов Огородников
на свободе гуляет? Граждане могут проявить бздительность. И тогда меня запросто в новую
командировку отправят. И не встретиться с матерью не могу.
- Ну, это мы как-нибудь решим. Осторожно, чтобы не было посторонних глаз и ушей. Я
хотел о другом поговорить. Ты вышел, теперь надо с чего-то начинать. Про старое ремесло
придется забыть. Теперь все это не нужно. Я хотел предложить вот что: у меня есть бизнес.
- Чистый бизнес? - удивился Кот.
- Я не сказал "чистый". А то ты подумаешь, что я в ангела превратился. Остается только
крылышки на прокат взять. И на небо подняться.
- Никаких угонов? Ничего такого, чем мы раньше кормились?
- Жизнь круто изменилась, - сказал Димон. - Возможно, не в лучшую сторону. Угоны
- это в прошлом. Сейчас не надо, задрав штаны, бегать со стволом и налик искать. Есть
поставщики бензина и бензоколонки, которое берут горючее на реализацию. Не в Москве, в
области и других областях. Здесь в городе работать нельзя, взятки сумасшедшие. Разоришься
на одних откатах.
- В Москве всегда так было, - кивнул Кот.
- Сам понимаешь, бензин - левый товар. Оплата налом. Бабки отстирывают в одном
дружественном банке. Это даже не банк, а прачечная, созданная специально для этих дел.
Доходы зависят от объемов левака. А эти объемы... Как бы помягче сказать... Короче, объемы
большие. Вот мое предложение: половина бизнеса - твоя. Будем вдвоем работать. Навар
пополам. А в дело ты быстро воткнешься. Ну, что скажешь?
- А с какой ветки на тебя этот бизнес свалился?
- Вот именно: свалился, - кивнул Димон. - Ты Стаса Лысого помнишь? Это он
начинал дело, его развернул. А я туда вошел почти голым. Позже меня Лысый поднял до своего
компаньона. А потом начались эти блядские разборки. У многих бензоколонок была черная
крыша, поэтому нам пришлось схлестнуться с лаврушниками. На нас наезжали и чечены и
местные бандиты, даже ментов пристегнули из шестого отдела. В этих разборках Стаса
мочканули. И многих его парней. Место освободилось. Тогда я стал как бы за него. Сначала
временно. А потом так и осталось.
- Кроме тебя больше некому?
- Были достойные кандидаты, но, говорю же, после тех разборок, всех закопали, -
вздохнул Димон. - Я набрал еще людей. Свои бензоколонки мы отбили, с черножопыми
разобрались. И поставщиков к себе привязали крепко. А потом все это дело расширили,
привлекли новых партнеров. Ну, это уже без Стаса. Сейчас все на мази, все работает, как
швейцарские ходики. С людьми я тебя познакомлю. Хорошие парни. Для начала ты будешь
решать общие вопросы. А позже займешься чем-нибудь посерьезнее. Если не захочешь мою
рожу видеть, просто возьми бабки на жизнь. Теперь ты на свободе. Тебе и решать.
- По ходу жизнь действительно изменилась, - сказал Кот. - Не сейчас. Давно.
- Наконец-то до тебя доперло. Кому-то достались большие куски пирога, кому-то
крошки со стола. Кому-то крест на кладбище. Но ты не ответил: как тебе мое предложение?
- Посмотрим, не грузи меня сразу, я не готов. Тут с моим освобождением вышла такая
история... Вчера не хотел говорить, чтобы вечер не портить. Одного пацана, который должен
был откинуться по амнистии, твой знакомый Чугур убил ни за что. Натурально забил до
смерти. А меня выпустил по его документам. Я теперь живу той жизнью, которую Чугур
отобрал у Кольки Шубина.
- Ну, что ж, пацана того уже не вернуть. Чугур получил свои бабки, последний перевод я
сделал вчера на чью-то сберкнижку. Мы с ним в расчете. Ты же не хочешь куму балду
открутить? Ну, за этого Шубина?
- Пока не знаю. Все это в голове не умещается. Ты не забывай, что я на свободе всего
ничего. Нужно время, чтобы все обдумать. И что-то решить.
- Ладно, ты решай, - сказал Димон. - И никуда не торопись. Потому что успевает тот,
кто никуда не торопится, - это я в книжке вычитал. Сегодняшний день я посвящу тебе.
Покатаемся на джипе БМВ, Х-пятый.
- На БМВ? - переспроси Кот. - В прежние времена я бы такую тачку по ходу сам
угнал. На запчасти.
- Теперь угонять ничего не нужно. Я на тебя доверенность оформил. Чтобы всегда
колеса под жопой были. Собирайся и поехали. Хоть на Москву посмотришь. Годится?
- Годится, - ответил Кот.
* * * *
Поздний обед или ранний ужин закончили на летней веранде ресторана, расположенного
на тихой улице в Замоскворечье. Здесь подавали модные среди московской богемы тайские
блюда. Последние годы Кот жрал любую дрянь, что скармливали зэкам на киче и на зоне. Но
эту азиатскую стряпню, стоившую бешеных денег, то ли кузнечиков с мышами, то ли крыс с
тараканами под белым соусом, затолкал в себя через силу. Все казалось, наизнанку вывернет.
Кот почувствовал, что не блеванет, только когда допил вторую чашку кофе, и они с Димоном,
освещенные вечерним солнцем, вышли на стоянку и сели в джип.
Ошпаренный плавно тронул с места, влившись в поток машин. Кот немного повеселел,
даже рассказал пару баек из жизни заключенных, не смешных, скорее грустных. Димон
чувствовал себя на все сто, главные, самые трудные слова он сказал Коту вчера при встрече и
сегодня утром в домашнем кабинете. Сделал шикарное предложение, от которого нормальный
человек просто не может отказаться. Половина бизнеса. Будто камень с души снял.
Кот еще в раздумье, но это временное явление. Когда он узнает, о каких деньгах идет
речь, в голове все станет на место. Кончатся эти пустые дурацкие вопросы: как жить дальше и
что делать с собственной совестью, когда вспоминается смерть пацана Шубина. Лагерная
жизнь для Кота еще существует, она идет параллельно его жизни, она не стала воспоминанием.
Ужасным, трудным, но воспоминанием. Костян должен выдержать дистанцию со своим
прошлым, немного отойти душой, а дальше все войдет в колею и покатится по ней куда-то
далеко, в светлое будущее.
Тут не надо торопить события, постоянно дергать Кота и спрашивать, войдет ли он в
бизнес Ошпаренного. Все решает время и только время. И деньги, само собой.
- Сейчас заедим в одно заведение, - Димон загадочно улыбнулся. - Ты будешь
доволен.
- В бардак что ли? - с первого раза угадал Кот.
- Не в бардак, а в массажный салон, - Димон поморщился. Всегда так: хочешь сделать
человеку сюрприз, а он догадается и еще все опошлит. - Там такие телки... Все на подбор.
Словно бывшие манекенщицы из столичного дома моделей. Возможно, таких ты видел в
цветных журналах. Но это вряд ли, на зонах не выписывают "Пентхаус". Наверно,
истосковался по девочкам?
- Истосковался. Но я свою драгоценную девственность четыре года берег. Но что-то не
хочется отдавать ее первой встречной промокашке. Сегодня настроение какое-то тухлое. Даже
сам не знаю. Неохота эти шпоны затевать. Вчера фары налили, сегодня опять... Как-то не в
масть все это.
- Тогда что? Может, в катране шарик покатаем? У меня есть золотая фишка одного
центрового казино. Кабинет для особо важных персон. Тебе понравится.
- С катраном успеется, - покачал головой Кот и назвал адрес. - Это тут недалеко.
Забросишь меня?
- Без вопросов. А что там?
- Маленькая ведомственная типография, - ответил Кот. - Мать на пенсии, но еще
работает. Как всегда, заканчивает смену в шесть ровно. В шесть с копейками выходит на улицу.
- Но ты же сказал, что пока туда нет дороги.
- Я к матери и не подойду. Посмотрю на нее издали, как она на автобус станет
садиться, - и всех дел. Только посмотрю.
Димон залез в левый ряд, притормозил, вывернув руль, переехал две разделительные
полосы, погнал джип в противоположном направлении. Еще утром Кот сказал, что больше
ночевать к нему не придет. Хотя квартира, считай, пустая. Детей Димон отправил на юга вместе
с няней, жена туда на днях вылетает. Но Кот все равно упирается, играет в деликатность, якобы,
не хочет стеснять. Значит, надо решить, где он временно перекантуется.
Есть одна приличная хата в районе Сухаревки, эту квартиру фирма Димона купила для
конфиденциальных переговоров с клиентами. Лето - мертвый сезон, никаких новых сделок не
наклевывается, поэтому Кот может спокойно ночевать там хоть до октября. А там Димон
что-нибудь получше подберет.
- Без четверти шесть, - тихо, словно самому себе сказал Кот. - Успеем. Как ты
говоришь: если не будем торопиться.
* * * *
Резак вместе со своим корешом Пауком сопровождали джип БМВ с полудня, когда тачка
выехала из подземного гаража дома, где жил Димон. Долго простояли у ресторана тайской
кухни.
Паук зашел в заведение, устроившись у барной стойки, неторопливо выкатил пару кружек
пива. Он сидел на одноногом табурете, раскрыв газету, поверх нее наблюдал, как на летней
веранде два приятеля что-то жуют. Паук дважды заходил в туалет, затем возвращался на
прежнее место и раскрывал газету. Но за дальним столиком ничего не происходило. Парни
что-то жевали и неторопливо перебрасывались словами, создавалось впечатление, что они
собрались просидеть тут до закрытия ресторана. Наконец, выпив по две чашки кофе, они встали
из-за стола.
Паук поспешил не на стоянку, где парковались машины посетителей тайской забегаловки,
а на улицу. Он забрался на водительское сидение "шестерки" с тонированными стеклами и
сказал сидевшему впереди Резаку, что клиенты пожрали и выходят. Тот молча кивнул. Он
битых два с лишним часа просидел в душном салоне автомобиля, лишь единожды позволил
себе выйти на тротуар и немного размять ноги.
Когда черный джип, выехал со стоянки, Паук, сохраняя подобающую дистанцию, сел ему
на хвост.
- Интересно, куда они прутся? - спросил он и сам же ответил. - Лично я вижу два
варианта. Первый - по блядям. Второй - сперва в ночной кабак, а уж потом по блядям.
- Да, скорее всего так и будет, - меланхолично кивнул Резак. - Наше дело держать его
на мушке.
Он был уверен, что сегодняшний день пойдет насмарку. Димон и Кот проведут вечер и
часть ночи в каком-нибудь московском отстойнике. Прикупят девочек и завалятся на чью-то
хату, чтобы там продолжить веселье. Стандартная программа. Все четко и логично. Кот почти
четыре года всласть не жрал, не лапал девок и водку пользовал редко. Теперь он хочет
получить все сразу, потому что он человек. Поэтому сегодня к нему близко не подступиться. Но
и отпускать Огородникова в вольное плавание по городу тоже нельзя. Мало ли что, не дай бог,
мужик, глотнув пьянящего воздуха вольной жизни, загуляет по-черному, сорвется с нарезки. А
потом ищи его с фонарями по всем московским притонам.
Охота на человека - дело кропотливое. Это какой-нибудь пацан беспредельщик, который
сам, без помочей, и ходить-то не умеет, завалит жертву, где придется. Не подумает о путях
отхода, о спасении собственной шкуры. Но Резак не из той породы, чтобы ловить на фарт. Он
проворачивал в Москве разные дела и никогда не попадался.
И на сегодняшний случай у него есть подложный паспорт на имя некоего Николая
Самуиловича Шалевича, есть эта тачка, попиленная, неброская и вполне надежная,
оформленная все на того же Шалевича. Есть ствол с глушителем и про запас хорошая заточка,
сработанная из трехгранного напильника. Наконец есть напарник, без которого в таком деле
трудно. Остается только ждать удобного случая, а в том, что такой случай скоро подвернется,
Резак не сомневался ни минуты.
В другие времена он мог ждать удобного случая, сколько потребуется, хоть неделю. Но
сегодня червь нетерпения поедом жрал душу. Резаку виделся дом Ирины Будариной. Рубленый
дом, который по его натуре лучше любой городской квартиры. Не терпелось оформить бумаги
и переступить порог хозяином. И зажить наконец по-человечески. Скитания по чужим углам,
дешевые шлюхи и водка: неделя такой жизни нормальному человеку год отравит. А Резак
давным-давно потерял счет неделям и месяцам. И вот он шанс, вот он, момент. Надо ловить, а
не щелкать клювом. И все можно решить уже сегодня. Нужна лишь капля везения.
Когда джип резко развернулся, нарушив правила, пересек две разделительные линии и
погнал в обратном направлении, Паук, матюгнувшись, повторил тот же маневр и быстро
сократил расстояние. Он не боялся, что Димон приметит его тачку. Таких "шестерок" в Москве
- без счета. Та машина за тобой катит или уже другая, хрен поймешь, если не посмотришь на
номера.
Но станет ли водила джипа, увлеченный разговором со старым корешом, присматриваться
к номерам чужих машин. Зачем ему это, ведь он ни от кого не прячется. Он не ждет беды,
напротив, он настроен дружелюбно, он едет веселиться, а не от ментов бегает.
Глава четырнадцатая
Джип поднялся вверх по переулку, Димон хотел поворачивать налево. Но Кот махнул
рукой.
- Останови здесь. Дворами пройти быстрей получится. Я позвоню.
Кот вылез из машины, нырнул в арку старого здания и пропал в ее темноте.
Димон, раздумывая о том, что делать дальше, разглядывал фасад дома. Местами
штукатурка отлетела, обнажив потемневшие от времени кирпичи. Окна пыльные, на
подоконниках не видно ни занавесок, ни горшков с цветами. Только тут Димон заметил, что
двери подъезда крест-накрест заколочены досками. Видно, жильцы давно выселены, дом
назначен под снос, возможно, через месяц от него и воспоминаний не останется, а на этом
месте начнут копать строительный котлован.
Ошпаренный был разочарован: день, которым он пожертвовал ради Кота, оказался
скомканным, развлекательная программа безнадежно испорченной, а предстоящий вечер
пустым, как сгнивший орех. Возвращаться в офис не имеет смысла, в этот час кроме секретаря
там, пожалуй, никого нет. Ехать домой и дожидаться там звонка Кота? Жена собиралась на
дачу к подруге, вернется на ночь глядя. А то и завтрашним утром. Значит, ему предстоит в
одиночестве коротать длинный вечер?
Эта идея Ошпаренному не понравилась. Костян знает номер его мобильника, если
захочет, найдет Димона, где бы он не находился.
Может быть, имеет смысл подождать Кота здесь. Ведь он же сказал, что подходить к
матери не станет, значит, обойдется без ахов, охов и долгих разговоров за жизнь и все этой
лирики. А возвращаться назад он наверняка станет этим же маршрутом. Если спуститься вниз
по переулку, выйдешь на оживленную улицу, где легко поймать тачку или, в крайнем случае,
добраться автобусом до метро. Итак, решено: Димон подождет своего дружбана здесь, а если
Кот не появится через полчаса, поедет в мексиканский бар. Съест огненное мясо с перцем и
лепешку из кукурузной муки и послушает одного гитариста, настоящего виртуоза, которого
хозяин заведения выписал из Португалии.
Пока Димон думал о том, где и как провести сегодняшний вечер, Резак, сидевший на
переднем пассажирском сидении "шестерки" прикидывал варианты развития событий. Он
видел, как Кот неторопливо вылез из джипа, прошел вперед и повернул в темную арку старого
дома.
Что Огородников здесь забыл и куда он держит путь - неизвестно. Джип не уезжает,
значит, Димон собирается дожидаться своего кореша. Отсюда вывод: Кот ушел ненадолго и
скоро вернется. Минуту Резак колебался: идти следом или, оставшись в машине дожидаться
другого случая. Нетерпение боролось с разумной осторожностью. И победило.
- Пойду, прогуляюсь, - сказал Резак.
- Не торопись, - покачал головой Паук. - Видишь, тачка стоит.
- Да хрен с ней. В случае чего...
Резак не договорил, вылез из машины и заспешил вверх по переулку.
Решая свои мелкие проблемы, Димон посматривал в зеркало заднего вида, машинально
отмечая про себя события, происходившие вокруг него. Узкий переулок оказался пустым, лишь
старик, скрюченный радикулитом, ковылял куда-то, опираясь на палку. И за джипом
пристроилась коцаная "шестерка" с густо тонированными стеклами. Водила почему-то не
выключил двигатель, словно собирался отъезжать, но не отъезжал.
С переднего сидения неторопливо выбрался мужик лет пятидесяти провинциального вида.
Поношенный костюм, брюки вытянутые на коленях. Ничего примечательного, на такого типа
на улице не оглянешься. В глаза бросался только косой шрам над верхней губой, шрам
довольно свежий, еще розовый.
Наметанным взглядом Димон определил, что куцый пиджак немного топорщится под
мышкой левой руки, будто незнакомец таскает подплечную кобуру или засунул под одежду
небольшой продолговатый сверток. Бутылку или... Через пару секунд человек исчез в той
подворотне, куда только что нырнул Кот. Минуту Димон задумчиво барабанил пальцами по
приборной доске, разглядывая номер "шестерки". Прописка у тачки московская, а вот слой
пыли на табличке такой густой, что последние две цифры почти не различимы. Первая,
кажется, восьмерка... Или шестерка? Не важно.
* * * *
Димон нажал на акселератор и повернул руль влево, выехал на проезжую часть, свернул в
первый переулок, прибавил скорость и тут же сбросил. Тротуары по обе стороны переулка
были пустыми, поэтому фигура Кота видна издалека. Он шагал по правому тротуару. Шел не
быстро и не медленно, не оглядываясь по сторонам, потому что смотреть тут было не на что.
Справа пыльная витрина булочной, слева нет ни магазинов, ни учреждений. Вокруг дома
старой постройки с подъездами во дворах.
Заехав двумя колесами на тротуар, Димон остановил джип, но мотор не выключил.
Человек со шрамом, быстро перебирая ногами, шел, почти бежал по левой стороне улицы,
быстро догоняя Кота.
Что это за хмырь и чего ему надо? Мелькнула бессвязная запоздалая мысль, что
засидеться в мексиканском баре сегодняшним вечером не получится. Жена обещала позвонить
в шесть часов, Ленка человек пунктуальный, значит, тренькнет с минуты на минуту. Возможно,
вечером придется за ней заехать на дачу к подруге. Но это еще не скоро. Димон глянул на
циферблат часов: время стояло на месте. Без пяти шесть.
Он видел, как Костян дотопал до забора, огораживающего какую-то стройку, согнулся,
нырнул под перекладину и был таков. Его мать работает в типографии, кажется, лет двадцать,
если не больше. Кот знает тут каждый двор, он выбирает до цели самый короткий путь, идет
напрямки. Мужик со шрамом, бросив взгляд за спину, перебежал на противоположную сторону
переулка. Нагнулся, чтобы пролезть под перекладиной, и пропал из вида.
К черту все сомнения: мужик шагал именно за Котом. И под пиджаком у этого типа не
детская бутылочка с соской. Димон подумал, что сегодня не взял с собой ствола. Даже перышко
в кармане не завалялось.
Он резко дернул машину вперед, промчавшись две сотни метров, дал по тормозам.
Выскочил из салона, негромко хлопнув дверью.
* * * *
Через пару секунд он оказался на строительной площадке. Чувство близкой осязаемой
опасности тронуло душу и больше не отпускало. Слева штабели из плит перекрытия, поддоны с
кирпичом, формы для раствора. Поодаль, за спиной Димона, стоит грейдер и тяжелый
экскаватор. Из работяг никого не видно. Но нет ни Кота, ни того мужика, что за ним шел.
Не раздумывая, куда двигать дальше, Димон прибавил шагу. Кот мог пойти только через
стройку, наискосок. Он будет пробираться мимо штабелей с панелями, взяв курс к
противоположному забору, который граничит с нужным ему переулком. Димон не успел
придумать плана действий, но он понимал, что если вовремя окажется рядом, успеет хоть
что-то сделать. Расстегнув пиджак, он метнулся вперед, повернул направо. Справа и слева
бетонные блоки и плиты. Прямо перед ним, метрах в пятнадцати, спина мужика со шрамом.
Чуть поодаль спокойно шагает Кот. Уличный гул, долетавший сюда, делал неслышными шаги.
Мужик шел быстро, но Димон почти бежал, быстро сокращая дистанцию. Мобильный
телефон зазвонил в тот момент, когда до противника оставалось шесть или семь шагов. Димон,
покрыв это расстояние, был готов сзади прыгнуть ему на плечи, сбить с ног и попробовать
удушающий захват. Кот, услышав возню за спиной, обязательно придет на помощь. Но этот
телефон, этот звонок...
Димон остановился, как вкопанный, решая, что делать дальше. Рука опустилась в карман.
Наверняка звонила Ленка. Димон вспомнил, что как-то в шутку сказал жене, что мужская
пунктуальность ее до добра не доведет. И вот накаркал. Резак, услышав мелодию мобильника,
тоже остановился, бросил взгляд через плечо. Правая рука ушла под полу пиджака.
Димон бросился вперед, понимая, что у него в запасе пара секунд, не больше. Резак
отступил в сторону к груде кирпичей. Он немного замешкался, пистолет с глушителем туго
выходил из нашитого поверх подкладки пиджака слишком просторного накладного кармана.
Димон врезался в Резака грудью, его отбросило спиной на штабель кирпичей. Устояв на ногах,
Резак успел вытащить ствол, но не смог опустить руку с оружием, чтобы выстрелить в упор.
Димон обеими руками вцепился в его правое предплечье.
Резак оскалил крепкие зубы. Этот московский пижон ему так, на один укус. Таких
дешевых фраерков он может дюжину на завтрак съесть. Но беда в том, что мишень уходит, Кот,
свернув в проход между плитами, уже потерялся из виду.
Свободной левой рукой Резак, коротко размахнувшись, ударил Димона кулаком в лицо.
Еще развернулся, снова ударил и попал в основание носа. Кровь брызнула на белую сорочку
Димона.
- Пусти, - прошипел Резак. - Пусти, сука... Добром прошу.
Он пытался освободить руку с оружием, но ничего не получилось. Димон держал его
мертвой хваткой. Резак отвел назад свободную руку, сжал пальцы в щепоть, целя в глаз
Димона, но тот успел наклонить голову, подставив под удар лоб.
- Кот, - крикнул Димон слабым придушенный голосом. - Костян...
Следующий удар, мощный и прицельный дошел до цели. Резак вогнал кулак в ухо
Димона. В голове зашумело, Ошпаренный качнулся, успев подумать, что после следующего
попадания он, пожалуй, уже не выстоит. Надо что-то делать сейчас или... Или подыхать.
- Костян, - крикнул Димон. Голос слабый, с хрипотцой, но расслышать можно. -
Костян... Кот...
В следующее мгновение Ошпаренный получил кулаком в левый глаз. Он по-прежнему не
отпускал руку с оружием, ствол оставался задранным к небу, но силы уходили, как вода в
песок. Надо что-то сделать, надо попробовать подсечку. Иначе... Димон навалился на Резака,
плотно прижав его к штабелю кирпича, не выпуская руки с оружием, исхитрился ударить
противника в ухо локтем. Отпустил правую руку от запястья Резака, ухватился ладонью за
ствол пистолета. Противник, понимая, что инициатива уходит, вытерпел боль в пальцах и
локтевом сгибе, не позволив себя разоружить. Он приблизил свою раскрытую пасть к лицу
Димона, собираясь вцепиться зубами ему в щеку и вырвать кусок плоти. Но тот успел отвести
голову назад и одновременно ударил противника коленом правой ноги в пах.
Резак выпустил из груди воздух и не сумел вдохнуть, от боли дыхалку сжало, как
клещами. Димон отвел ногу в бок и ударил твердым рантом ботинка по голени. Нога
подломилась, Резак немного осел, и получил второй удар. На этот раз мыском ботинка в
опорную правую ногу. Попытался отмахнуться кулаком, но удар пришелся мимо цели. Не
выпуская оружия, Резак повалился боком на землю, Димон рухнул на него.
Па
...Закладка в соц.сетях
