Жанр: Детектив
Щит компорена
...яд на Капитолии, как бы раздумывая,
не нуждается ли он в покраске.
- Во-первых, - продолжил я, - вы входили в число тех немногих, кто знал, что
Джордж Уинго - наркоман. Вы также знали, что денег на покупку героина ему постоянно не
хватает.
- М-м-м-м, - кажется, в глазах Спенсера мелькнула искорка интереса.
- Во-вторых, вам хватало денег, чтобы удовлетворить все его потребности. Я не ведаю,
кто предложил посадить на иглу охранника. Едва ли это имеет какое-то значение. По крайней
мере, не для меня. Но в Уинго вы нашли организатора кражи, а в Сэкетте - лазутчика в стане
врага. А через некоего Спиллейси из Нью-Йорка подобрали еще двух сообщников и
посредника. То есть меня. В-третьих, мотив.
На этот раз Спенсер чуть улыбнулся.
- Ах да, мистер Сент-Ив. Мотив. Не мог же я действовать без мотива, не так ли?
- Не могли.
- Позвольте высказать предположение. Внезапно щит зачаровал меня, это грубый,
нелепый кусок бронзы. Я решил, что должен завладеть им любой ценой. Меня обуяла
навязчивая идея. Похоже, эта версия в русле ваших рассуждений.
- Нет, - я покачал головой. - Мотив - "Эльдорадо".
- А-а, - протянул он, - "Эльдорадо".
- "Эльдорадо Ойл энд Гес". Одна из ваших компаний.
- Ясно.
- До того как в Жандоле произошла революция, эта компания вела переговоры о покупке
прав на добычу полезных ископаемых. Точнее, нефти. А находится месторождение на
территории Компорена. Мне очень помогла библиотека конгресса.
- Понятно.
- И тут на сцене появился злодей. Голландско-британский концерн. Он тоже желал
качать нефть и предложил жандольскому правительству куда лучшие условия. Вы тоже
изменили свои условия, чтобы ни в чем не уступать конкуренту, но голландцы вкупе с
англичанами пошли еще дальше. Так что правительство Жандолы начало склоняться к тому,
чтобы уступить права на разработку нефтяного месторождения им. Побить ставку концерна
помешала революция. И переговоры застопорились, потому что нефть осталась в Компорене.
Пока я прав?
- В общем и целом, - признал Спенсер.
- Поначалу казалось, что жандольцы расправятся с мятежниками за неделю. Но вышло
по-иному. Компоренцы сражались лучше, чем ожидалось. Какая-то помощь стала поступать из
Франции и Германии. Если Компорен продержится еще месяца два, он, возможно, даже
добьется независимости. Или по меньшей мере признания Францией и Германией, что поможет
ему вести борьбу с Жандолой долгие годы. И тогда вам придется пойти на переговоры с
правительством Компорена. Если же Компорен потерпит поражение, все вернется на круги
своя. И вам будет противостоять голландско-британский концерн. Вам нужен сильный козырь,
каковым и является щит. Он исключительно важен как для Компорена, так и для Жандолы. И
вы это знаете. Поэтому и организовали кражу, чтобы затем, в удобное для вас время,
предложить его в качестве взятки победителю, тем самым обеспечив себе доступ к нефти.
- А как бы я объяснил, каким образом щит оказался у меня? - спросил Спенсер.
- Просто. Сказали бы, что выкупили его у воров на собственные деньги.
- Понятно, - вновь повторил Спенсер и уставился в окно.
- Полагаю, к четырем смертям вы не имеете никакого отношения, - добавил я.
- Благодарю.
- Парочка, найденная Спиллейси, пожадничала и после того, как узнала о всех этапах
операции, начала действовать, ничего не меняя. Да им бы и не хватило воображения на
какие-либо перемены. Украденный щит они положили на заднее сиденье автомобиля,
стоявшего в условленном месте, и его привезли к вам. Они и понятия не имели о вашем участии
в этом деле. Об этом знала только Уинго.
- А теперь и вы?
- Я уверен, что щит сейчас у вас.
- И что вы намерены предпринять?
- Есть несколько вариантов. Первый - сказать полицейским. Меня поднимут на смех,
но начнут проверку. Им потребуется время, но, даже если они ничего не докажут, вам это
расследование доставит немало хлопот. Второй - обратиться в посольство Жандолы. Вот уж
кто рассердится на вас по-настоящему. И вам не удастся подкупить их щитом, после того как
они узнают, что вы его украли или организовали кражу.
Спенсер поднялся и прошествовал к окну. Постоял, глядя на Капитолий.
- Сколько вы хотите, Сент-Ив?
- Не сколько, а что.
- Хорошо. Что?
- Щит. Он нужен мне сегодня.
Пауза длилась секунд пятнадцать. Полагаю, он прикидывал уже понесенные убытки,
дальнейшие потери, возможные доходы, отыскивал слабину в моей аргументации. Наконец он
отвернулся от окна.
- И что вы намерены с ним делать?
- Это вас уже не касается.
- Я могу перебить любую цену.
- В это я не сомневаюсь.
- Значит, продажи не будет?
- Нет.
- Тогда я ничего не понимаю.
- Правильно, - кивнул я. - И не поймете.
- Где гарантии того, что вы будете молчать?
- Их нет.
- Да, этого следовало ожидать, - он вновь помолчал. - Сегодня вечером, в восемь
часов.
- Хорошо. Где?
- В моем поместье в Виргинии. Недалеко от Уэррингтона. - Тридцать секунд ушло на
то, чтобы он продиктовал, а я записал как туда добраться. - Вы, разумеется, приедете один?
- Нет.
Спенсеру это не понравилось. Он нахмурился.
- Все-таки нам ни к чему лишние свидетели, мистер Сент-Ив.
- Четверо, а может, пятеро умерло из-за двухсот пятидесяти тысяч долларов, выкупа за
щит, мистер Спенсер. Судя по тем газетам и журналам, что я пролистал в библиотеке
конгресса, запасы нефти в Компорене оцениваются в двести, а то и больше миллиардов
долларов. Я гарантирую, что человек, которого я приведу с собой, никому ничего не расскажет.
Но в его присутствии я буду чувствовать себя в большей безопасности.
- Надеюсь, он не из полиции?
- Нет, он не полицейский. Для меня он будет страховым полисом.
- И вы действительно думаете, что вам нужен... страховой полис?
- Да, - честно ответил я. - Я действительно так думаю.
В мой номер в "Мэдисоне" я вошел в четверть первого и сразу же позвонил по телефону.
После первого же гудка в трубке раздался знакомый бас.
- Мбвато?
- Мистер Сент-Ив? Как хорошо, что вы позвонили.
- Щит вы получите сегодня, в восемь вечера.
Последовало долгое молчание.
- Вы уверены?
- Я не уверен даже в том, что Земля круглая.
Он рассмеялся.
- Согласно нашим верованиям она кубическая.
- Не отступайте от них ни на шаг.
- Да, конечно. - Он вновь помолчал. - В вашей стране есть поговорка насчет дареного
коня.
- Приходите в "Мэдисон". В семь часов.
- Что-нибудь еще? - спросил Мбвато.
- Нет.
- Тогда позвольте мне заняться подготовкой.
- Нет возражений.
Он, однако, не попрощался и не положил трубку.
- Извините, мистер Сент-Ив, но меня снедает любопытство. Почему вы все это делаете,
если совсем недавно мы слышали от вас лишь железное "нет"?
- Я передумал.
- Но почему?
- Сахарная вата.
- Не понял.
- Я сладкоежка. Меня хлебом не корми, а дай что-нибудь сладенькое. Или расскажи
историю о голодных детях, потерянных щенках или больных котятах. А если история выдается
особенно трогательная, у меня возникает непреодолимое желание помочь слабым и сирым. -
И я положил трубку, прежде чем он успел сказать что-то еще.
Глава 23
На выезде из Вашингтона лишь однажды мы сбились с пути. Заблудиться в столице
можно без труда, что мы и сделали неподалеку от мемориала Линкольна, повернув к
Балтиморе. Мбвато, штурман нашего экипажа, скоро в этом сознался: "Кажется, мы едем не
туда, старик".
Увидев перед собой указатель: "Балтимора - прямо", я с ним согласился, развернулся в
неположенном месте и вновь взял курс на мемориал Линкольна. На этот раз мы переехали в
Виргинию по Мемориальному мосту, нашли Вашингтон Мемориал Маркуэй, проскочили мимо
поворота к комплексу ЦРУ и наконец свернули на шоссе 495, кольцевую дорогу, огибающую
Вашингтон. Кондиционер во взятом напрокат "форде" не работал, и настроение у меня было
ниже среднего. Такое случалось со мной всегда, стоило поехать не в ту сторону.
Мбвато, наоборот, что-то напевал себе под нос, оглядывая окрестности. На коленях у него
лежал черный "дипломат".
- Мы должны свернуть с шоссе 495 на автостраду 66, которая выведет нас на дорогу 29.
А за пять миль до Уэррингтона съедем с нее, - напомнил он мне.
- В ящичке на приборном щитке бутылка виски, - сообщил я Мбвато.
Он открыл ящичек, посмотрел, закрыл крышку.
- Есть бутылка.
- Вас не затруднит отвинтить пробку и передать бутылку мне? Надеюсь, этой просьбой я
не потревожу ваш покой?
- Разумеется, нет. - Он достал виски, отвинтил пробку, передал мне бутылку. Я сделал
глоток и вернул бутылку Мбвато.
- Но в то же время я полагаю, что за рулем пить не следует.
- Вы абсолютно правы. И я полностью с вами согласен. - Между нами царило полное
взаимопонимание.
- Однако возникают ситуации, - продолжил он, - особенно если едешь навстречу
опасности, когда не грех и выпить.
- Даже штурману, - поддакнул я.
- Именно это я имел в виду, - и он поднес бутылку ко рту. А после трех глотков убрал
обратно в ящичек.
И вновь начал любоваться окрестностями. Я же не нашел ничего примечательного: поля,
рощи, редкие дома, принадлежащие людям, готовым на ежедневные сорокапятиминутные
поездки в Вашингтон ради того, чтобы жить среди белых соседей.
- Как я понимаю, они не забрались так далеко, - прервал молчание Мбвато.
- Кто, негры?
- Какие негры?
- Наверное, я вас не понял. О ком вы?
- Я говорил о конфедератах.
- Они дошли до Дрансвилля. А потом повернули на сквер, к Пенсильвании. Дрансвилль
в пятнадцати милях или около того от Вашингтона.
- Как жаль, что у меня мало времени. С каким удовольствием я провел бы несколько
дней на полях былых сражений. Меня очень интересует ваша гражданская война, знаете ли.
- Я бывал в Геттисберге. Но, честно говоря, толком ничего не понял.
- Вы воевали, мистер Сент-Ив? - полюбопытствовал Мбвато.
- Давным-давно. И едва ли показал себя молодцом.
- Изучая вашу гражданскую войну в Сэндхерсте , я проникся глубокой симпатией к
конфедератам. Жаль, что они не нашли более подходящей идеи.
- Другой тогда просто не существовало.
- Однако я нахожу много параллелей между конфедерацией и моей страной. И Юг, и
Компорен можно характеризовать как слаборазвитый сельскохозяйственный регион, жителей
которого отличает невероятная гордость. И почтение к традициям.
- И всеобщее благоденствие. Настоящий южанин может часами рассуждать о прежней
жизни. О заботе, о неграх и кружащихся на балах платьях. На Юге мифы умирают с большим
трудом, и, похоже, тем же самым отличается и Компорен.
- Да, вы можете судить об этом хотя бы по нашему отношению к щиту. Но когда не
остается ничего иного, мифы приобретают особую важность. Становятся жизненно
необходимыми.
- Когда вы учились в Сэндхерсте?
- Еще в шестидесятых годах. Наверное, я забыл упомянуть об этом, но в нашей армии я
ношу звание подполковника.
- Забыли, - кивнул я. - А сколько у вас генералов?
- Ни одного. Есть только полковник Алоко, он сейчас глава государства, и еще три
подполковника.
- А кто вы, руководитель Джи-2?
На лице Мбвато отразилось изумление.
- Да. А как вы узнали?
Я сместился в правую полосу, чтобы повернуть на автостраду 66.
- Просто догадался.
- Мистер Уладо - мой заместитель. Вернее, капитан Уладо.
- Специалист по организации отступления, - покивал я. - Надеюсь, в этом он
разбирается лучше, чем в пытках.
- Будьте уверены, - заверил меня Мбвато. - Он все делает как надо.
Далее разговор прервался. После указателя "Уэрринггон, 5 миль" я повернул направо.
- Вы знаете, как зовут человека, к которому мы едем? - спросил Мбвато.
- Да.
- Это тайна?
- Нет. Мы едем к Уинфидду Спенсеру.
- А, я понимаю.
- Неужели?
- Пожалуй, что не совсем. Но мистер Спенсер, если я не ошибаюсь, возглавляет
исполнительный комитет музея Култера, и одна из его фирм стремилась получить права на
добычу нефти в Компорене. Я прав?
- Да.
- Потрясающе. И щит у мистера Спенсера?
- Да.
- И он вот так запросто собирается отдать его вам?
- Угу.
- Чудеса, да и только. Как-нибудь вы должны рассказать мне всю историю.
- Расскажу, - пообещал я. - Как-нибудь.
Мы ехали по узкой полоске асфальта, огороженной с обеих сторон барьерами из рельсов.
Затем слева от дороги поднялся восьмифутовый проволочный забор, по верху которого бежали
три ряда колючей проволоки. За забором виднелись луга и леса. Там не выращивали ни
пшеницы, ни ржи, и я предположил, что правительство платит Спенсеру за "гуляющую" землю.
Проволочный забор тянулся две мили - такое я видел раньше лишь на военных базах. А затем
уперся в каменную сторожку, из одного окна которой торчал задний торец кондиционера.
Дорога кончалась небольшой площадкой перед воротами, на которой наш "форд" мог бы
разъехаться с мотоциклистом. Я остановил машину, и к нам неторопливо направились двое
мужчин в серой форме, вышедших из сторожки. Один из них, лет тридцати пяти, положил руку
на крышу "форда" над окном моей дверцы и пристально вгляделся в меня. Второй так же
внимательно смотрел на Мбвато, который ответил лучезарной улыбкой.
- Мистер Сент-Ив? - спросил охранник, стоящий с моей стороны.
Его правая рука при этом легла на выглядывающую из кобуры рукоять револьвера.
- Да.
- У вас есть какое-нибудь удостоверение?
Я вытащил бумажник и протянул ему водительские права, выданные мне в Нью-Йорке.
Он просмотрел права, вернул их мне.
- Другой джентльмен? - По его голосу чувствовалось, что джентльмен и негр для него
- понятия несовместимые.
- Ему нужно какое-нибудь удостоверение?
- Ну конечно.
Из внутреннего нагрудного кармана темно-синего пиджака Мбвато извлек паспорт.
Охранник раскрыл его, глянул на фотографию, потом - на Мбвато, убедился, что имеет
дело с тем самым человеком, который на ней изображен.
- Как вы произносите ваши имя и фамилию?
- Консепшн Мбвато, - ответил подполковник компоренской армии на безупречном
английском.
- Одну минуту, - охранник вернулся в сторожку и снял телефонную трубку. Второй так
и держался рядом с Мбвато.
- Вы у нас мужчина крупный, - прокомментировал он очевидное, и Мбвато опять
широко улыбнулся.
Первый охранник положил трубку на рычаг и подошел к нам.
- Поезжайте прямо. Никуда не сворачивайте. Скорость не должна превышать двадцать
миль в час. Не останавливаться. В миле от ворот увидите синий джип. Далее следуйте за ним.
- Благодарю.
Он кивнул, скрылся в сторожке и, наверное, нажал кнопку, включающую привод, потому
что железные ворота распахнулись. Меж лугов и рощ мы проехали примерно милю. Я следил,
чтобы стрелка спидометра не заходила за цифру двадцать.
- Мистер Спенсер уделяет немало внимания охране поместья, - прокомментировал
Мбвато.
- Его коллекция произведений искусства оценивается Бог знает во сколько миллионов
долларов, - ответил я. - Наверное, он не хочет, чтобы ее растаскивали по ночам.
- И сколь велика его ферма?
- Плантация, - поправил я Мбвато.
- Извините.
- Кажется, четыре тысячи акров. То есть примерно одиннадцать квадратных миль.
- Однако.
Синий джип действительно ждал с указателем над задними колесами: "Следуйте за
мной". Водитель был в такой же серой форме, и ехал он меж лугов и рощ, кустов и клумб со
скоростью двадцать миль в час. Еще через три мили мы взобрались на холм и на его вершине
увидели-таки особняк, в котором жил человек с состоянием в миллиард долларов.
Дом возвышался на склоне холма, сбегавшего к искусственному озеру. В бетонном доке
покачивался на волне шестиместный "бичкрафт", модифицированный для взлета и посадки на
воду. Размеры озера позволяли осуществить и то и другое. Дом - особняк, вилла или шатер -
тянулся ярдов на сто, сложенный из массивных, длиной в десять и высотой в два фута, серых
гранитных блоков. Толстые печные трубы выступали над черной черепичной крышей. Окна на
фут утопали в стенах. Архитектор блестяще использовал ландшафт, так что окна и двери
фасада размещались чуть ли не на двенадцати уровнях. А к воде сбегал ярко-зеленый кожух,
украшенный клумбами и декоративными рощицами кустов.
В пятидесяти ярдах от особняка находилось еще одно сооружение, без единого окна,
заглубленное в холм, - строителям, вероятно, пришлось переместить не одну тысячу
кубических ярдов земли. Я догадался, что там хранится коллекция Спенсера.
Джип с табличкой "Следуйте за мной" подкатил к большим позеленевшим бронзовым
дверям и остановился. Я последовал его примеру. Водитель-охранник подошел к нашему
"форду", подозрительно оглядел нас.
- В дом нельзя вносить ни свертков, ни "дипломатов", ни чемоданов, - предупредил
он. - Пожалуйста, выходите из машины.
Я вылез из кабины.
- Пожалуйста, поднимите руки. - Он тщательно обыскал меня. - Благодарю. -
Обошел машину и повторил то же самое с Мбвато. Большой черный "диплома!" Мбвато
остался на сиденье.
Охранник поднялся по трем ступеням, ведущим к дверям, нажал на кнопку, наклонился к
переговорному устройству.
- Проверка закончена. Возвращаюсь на пост один. Гендерсон.
Переговорное устройство что-то прокрякало в ответ. Бронзовые двери раскрылись, и из
них вышел высокий мужчина лет тридцати с небольшим, широкоплечий, узкобедрый, с коротко
стриженными каштановыми волосами и лицом, которое я бы даже назвал красивым, если бы не
нос, сломанный каким-то злодеем.
- Мистер Сент-Ив и мистер Мбвато, - он смотрел на меня. Я кивнул. - Я секретарь
мистера Спенсера. Пожалуйста, следуйте за мной.
По широкому, застеленному ковром холлу мы прошли к закрытой двери. Мужчина
постучал, открыл дверь и отступил в сторону, знаком приглашая нас пройти. Я вошел первым,
Мбвато - за мной. Мы оказались в просторной комнате, богато обставленной, с роскошным
ковром на полу. Через стеклянную стену напротив двери мы могли полюбоваться озером. В
правом углу стоял большой, резного дерева, письменный стол. За столом сидел Спенсер, а за
его спиной на полу, прислоненный к стене, виднелся щит Компорена. Вероятно, Спенсер не
успел найти щиту более достойного места.
Мбвато шумно выдохнул, пока мы шли к столу. Спенсер встал, глянул на щит, потом -
на меня.
- Раньше вы его не видели, не так ли, мистер Сент-Ив?
- Нет.
- Но мистер Мбвато... вернее, подполковник Мбвато видел.
- И не один раз, - подтвердил тот.
- Вы обещали не приводить с собой полицейских, мистер Сент-Ив. - Спенсер вертел в
руках нож для резки бумаги. - Вы меня обманули.
- Неужели?
- Да. Подполковник Консепшн Мбвато - полицейский. Правда, служит он в полиции
Компорена.
- Я думал, вы служите в армии, - повернулся я к Мбвато.
Тот лучезарно улыбнулся и пожал плечами.
- В такой маленькой стране, как моя, мистер Сент-Ив, трудно разделить обязанности
полицейского и солдата.
- У подполковника Мбвато в его стране есть прозвище, - добавил Спенсер. - Там его
зовут Вешатель.
- Неужели? - осведомился я у Мбвато.
- Только враги нашей страны, заверяю вас, мистер Сент-Ив.
- И их число в последние месяцы составило по меньшей мере две тысячи, - гнул свое
Спенсер. - И все они болтались в петлях веревок.
- История показывает, что у каждой революции есть свои предатели и патриоты, - не
уступал Мбвато. - Было время, когда мне поручали заниматься предателями.
Я шагнул к щиту, присел, оглядел его. Его покрывал густой слой зелени. Еще бы, эту
бронзу отливали добрых девятьсот лет назад. В центре круг изображал солнце. Фигурки в
концентрических кругах изображали людей, занятых самыми различными делами: они бежали,
убирали урожай, пахали землю, любили друг друга или убивали острыми ножами и дротиками.
Особенно удались неизвестному мастеру фигурки животных, ставших добычей охотников.
Возможно, вся композиция была объединена какой-то общей идеей, но ее суть ускользала от
меня.
Я поднялся, повернулся к Спенсеру.
- Что-нибудь еще?
- Вы, похоже, обходитесь мне в кругленькую сумму, Сент-Ив.
- Я как-то об этом не подумал.
- Еще успеете. - Рот его превратился в тоненькую полоску.
Я пожал плечами и посмотрел на Мбвато.
- Вы хотите, чтобы я вам помог, или справитесь сами?
- Больше к вам никто не обратится. Я позабочусь об этом.
Мбвато склонился над щитом, правой рукой наклонил его, левую всунул в две скобы на
тыльной стороне щита, легко оторвал от пола все шестьдесят фунтов бронзы, и я подумал, что
щит отливали именно для такого воина, как Мбвато.
- Других угроз не будет? - спросил я Спенсера.
Тот облизал губы, не отрывая горящих глаз от щита.
- Он никогда не попадет в Африку. Мбвато продаст его в Лондоне или Роттердаме. Он
обманул вас, Сент-Ив, но меня ему не обмануть. Он продаст щит.
- Вы намерены продать его в Лондоне или Роттердаме? - полюбопытствовал я.
- Сколько, мистер Спенсер? - спросил Мбвато. - Сколько он будет стоить, скажем, в
Роттердаме?
- Сколько вы хотите? - прошептал Спенсер, вновь облизав губы. Мбвато смотрел на
него, прижав щит к груди, лицо его напоминало маску. - Сколько? Сколько вы хотите? -
последнее слово Спенсер выдохнул.
Мбвато молча смотрел на него, а затем улыбнулся своей ослепительной улыбкой. И
направился к двери. Я - следом за ним.
- Сколько, Мбвато? Сколько вы хотите? - крикнул вслед Спенсер.
Мы даже не обернулись, чтобы ответить. Пересекли холл, оставили за спиной бронзовые
двери, спустились по трем ступеням. Мбвато положил щит на заднее сиденье. Я уже завел
мотор, когда он сел рядом со мной.
- Между прочим, сколько сейчас времени?
Я не взглянул на часы. А посильнее нажал на педаль газа. Из-под задних колес веером
брызнули камешки.
- Время бежать отсюда!
По пути к воротам скорость "форда" не превышала заданных двадцати миль. Мы
проехали мимо синего джипа, и охранник лишь мельком глянул на нас.
- Вы думаете, он так легко сдастся? - спросил Мбвато.
- Спенсер? Не знаю.
- Может, у ворот?
- Что у ворот?
- Они попытаются нас остановить.
- Он мог бы сделать это и в доме. Народу у него хватило бы.
- Нет, - покачал головой Мбвато. - Только не в доме. Зачем ему лишние сложности? Я
думаю, такую попытку они предпримут у ворот, поэтому следует подготовиться к возможным
неожиданностям.
Он достал из кармана ключик, вставил в замок "дипломата", повернул. Поднял крышку, и
я невольно заглянул в "дипломат".
- Это еще что такое?
- Часть плана отступления для Виргинии. Пистолет-пулемет. "Карл Густав М45", если
говорить точнее, изготовленный в Швеции. - Он торопливо собрал пистолет-пулемет. -
Скорострельность - шестьсот выстрелов в минуту. В магазине тридцать шесть патронов.
С металлическим прикладом "Карл Густав" выглядел достаточно внушительно.
- Весит чуть больше девяти фунтов. - Мбвато столь ловко управлялся с
пистолетом-пулеметом, что мне начало казаться, будто тот стал продолжением его руки.
- Если вас задержат с этой штукой, вы получите тридцать лет тюрьмы, - предупредил я.
- Правда? У меня есть кое-что и для вас.
- Я понятия не имею, как с ним обращаться.
- И не надо, вам я захватил пистолет. Держите.
Мне пришлось снять правую руку с руля, чтобы взять его подарок. Я удивился его
легкости. Посмотрел, что мне досталось, прочитал выгравированное название
фирмы-изготовителя. "Кольт".
- Отличная вещь. "Кольт 45 Коммандер" из алюминиевого сплава. Весит всего 26 унций.
Огромная убойная сила.
- Даже не знаю, стоит ли мне вас благодарить. - Я положил пистолет на сиденье рядом
с собой.
- Это лишь меры предосторожности.
- Он заряжен?
- Естественно.
Охранники в сторожке увидели нас загодя, потому что ворота открылись до того, как мы
подъехали к ним. Тот охранник, что ранее проверял наши документы, помахал нам шляпой,
предлагая проезжать без остановки. Мбвато улыбнулся ему, когда мы поравнялись, но ответной
улыбки я не заметил. Я вдавил в пол педаль газа, и стрелка спидометра метнулась к цифре 60.
Пожалуй, для такой дороги я развил слишком большую скорость.
- Куда теперь?
- На дороге 29 мы повернем налево. Который теперь час?
Я посмотрел на часы.
- Двадцать минут девятого.
- Начинает темнеть.
- Сумерки не противоречат вашему плану?
- Наоборот, очень способствуют.
- Это хорошо, потому что ваш план, похоже, придется реализовать.
- Вы уверены?
- За нами две машины.
- Они преследуют нас?
- Совершенно верно.
- О Господи! Мы сможем оторваться от них?
- Едва ли.
Мбвато обернулся.
- В каждой по два человека, и их одежда очень напоминает форму охранников Спенсера.
Он, должно быть, передумал.
- Похоже на то.
- Эта машина рассчитана на большую скорость?
- Думаю, что да.
- Тогда, полагаю, мы должны выжать из нее все, что возможно.
- Именно этим я сейчас и занят. Но мне хотелось бы знать, куда мы едем.
- Булл Ран, - ответил Мбвато и мечтательно добавил: - "Смотрите! Вот стоит
Джексон, словно каменная стена". Слова генерала Барнарда Эллиота Би. Он дал Джексону это
прозвище.
- В Булл Ран, - уточнил я.
- Точнее, в Манассасе. В первую битву при Манассасе. Джексон был непреклонный
человек. Очень суровый.
- И куда мы едем? В Манассас?
- Не в город, но на поле битвы.
- Сражение шло на большом пространстве. Какое конкретное место вы имеете в виду?
- Холм Генри.
- И где именно на холме Генри?
- Там, где стоял Джексон. Кстати, на холме сооружен памятник. Исход битвы мог быть
совсем иным. Но войска северян, возглавляемые Макдоуэллом, состояли почти сплошь из
новобранцев. Если бы Макдоуэлл удержал плато, победа осталась бы за ним. Об этом до сих
пор вдут споры. Но в результате победу праздновали южане. Свою первую победу. Собственно,
при Манассасе состоялось первое настоящее сражение Гражданской войны.
- Сожалею, что приходится прервать вашу лекцию, подполковник, но что мы собираемся
делать, добравшись до холма Генри?
Мбвато обернулся, чтобы посмотреть в заднее стекло.
- Они приближаются, не так ли?
- На холме Генри мы встретимся с капитаном Уладо.
- Как я понимаю, место встречи выбирал он.
- Да. Холм Генри расположен в двенадцати милях от международного аэропорта имени
Даллеса.
- Это напрямую, а сколько ехать по шоссе?
- Это не имеет значения, мистер Сент-Ив. Капитан Уладо будет ждать нас с вертолетом.
Я кивнул, никак не выказав удивления, и посмотрел в зеркало заднего обзора. Две
преследовавшие нас машины заметно приблизились. Первая из н
...Закладка в соц.сетях
