Жанр: Детектив
Закон семи
...то мне было легко. В общем,
удалось. Надо было оформить тебе пенсию, мне выдали свидетельство о его смерти, и я..,
я отговорила бабку ехать на опознание, сказала, что все сделаю сама. Она мне поверила. И
в конце концов смирилась с его смертью. Я хотела, как лучше. Для всех. Она знает? -
спросила мама тихо.
- Нет.
- Но кому вздумалось вскрывать могилу? - немного успокоившись, спросила она.
- Понятия не имею.
- Ты чего-то не договариваешь. Мне приехать?
- Может быть, позже.
- С тобой все в порядке?
- Да. Езди не считать... Значит, никого из них так и не нашли?
- Никого. Твой отец погиб, и где его могила, мы уже никогда не узнаем. С этим надо
смириться. Ты меня слышишь?
- Конечно, мама.
Она продолжала допытываться, кому могло прийти в голову раскопать могилу, и как об
этом, мягко говоря, странном событии узнала я. Потом спросила, приведена ли могила в
порядок, напомнила о необходимости держать все в тайне от бабки. В свою очередь, я на
ходу сочинила историю, что кто-то из местных заметил возню на кладбище и поднял
тревогу, это спугнуло злоумышленников, а утром сельский участковый позвонил мне.
Вряд ли ее удовлетворил мой рассказ, но она решила не настаивать. Теперь вопросов у
меня стало еще больше. Хотя вроде бы все ясно: мама из лучших побуждений устроила
похороны исчезнувшего мужа, а бабка, должно быть, о чем-то догадывалась, но молча
приняла правила игры.
Прохоров наблюдал за мной, сидя в кресле. Разговор по телефону он слышал. Прошло
уже полчаса, а он не сказал ни слова.
- Я, пожалуй, лягу спать, - бросила я, удаляясь в свою комнату.
"Почему я так напугана? - ворочаясь в постели, пыталась я найти ответ. - Ведь,
кажется, все логично, поступок моей матери вполне объясним. Так что же мучает меня? Я
должна поговорить с бабушкой, - поняла я. - Вот что меня пугает. Не сам разговор. Нет...
У мамы все эти годы была своя тайна, а бабка, возможно, молчала о другой". Тут я с
удивлением поняла, что готова разрыдаться, и в самом деле заплакала. Я плакала об отце,
которого никогда не знала, чья жизнь и чья смерть остались для меня загадкой.
Из тяжких раздумий меня вывел звонок мобильного. Мужской голос звучал весело и
нагловато.
- Ярослава Анатольевна?
- Господин Мухин? - ответила я. Это была лишь догадка, но она оказалась правильной.
Собеседник на мгновение замолчал, должно быть, собирался с мыслями.
- Прошу меня извинить за то маленькое недоразумение, что произошло сегодня.
- Это недоразумение, как вы выразились, уголовно наказуемо.
- Но вы не заявили в милицию? Уверен, вы не хотите, чтобы там кое-что узнали?
- Если вы вздумали меня шантажировать, труд напрасный.
- Ярослава Анатольевна, - преувеличенно ласково заговорил он. - Уверен, мы могли бы
договориться. Скажите честно, они были там? Я прав? Все эти годы они преспокойно
хранились... Я вам заплачу хорошие деньги.
- Вот как? За Матюшин кинжал, я полагаю?
- Он ведь у вас?
- В прокуратуре. Вы вломились в мою квартиру, довели подругу до больницы...
- Это надо доказать, - перебил он строго. - Давайте решим дело полюбовно. Я не
собираюсь вас обманывать и действительно готов...
- Вы зря старались. Кинжал в прокуратуре.
- Да бросьте вы! Так я и поверю, что вы отдали его, зная, сколько он стоит.
- А он ничего не стоит. Кинжал - подделка. Матюша изготовил его по рисунку моего
прапрадеда. Не верите мне, справьтесь в прокуратуре.
Теперь Мухин замолчал надолго.
- Если это так, зачем он отдал его вам?
- На память об отце, естественно. А вы что подумали? Матюшу вы убили напрасно.
- Да вы с ума сошли! - возмутился Мухин, причем возмущение его показалось
совершенно искренним. - Зачем мне было его убивать? К тому же в ваших словах нет
логики: если кинжал подделка, он бы хорошо заработал, всучив его мне. Но не это
главное. Вы ведь были на кладбище? Значит, кинжалы хранились там?
- Помилуйте, это вовсе никуда не годится, - хихикнула я.
- Но почему могила оказалась пустой? Это вы в состоянии объяснить?
- Конечно. Но вам я ничего объяснять не собираюсь. Всего доброго.
- Постойте! - заторопился Мухин. - Чем обвинять людей бог знает в каких
преступлениях, лучше бы подумали о своей безопасности, - сказал он ядовито. - Что вы
знаете о человеке, которому так неосторожно доверились? Ваш красавец-возлюбленный -
настоящий маньяк. Спросите его, как он заработал свои миллионы.
- Идите к черту! - буркнула я.
- Напрасно вы пренебрегаете моей заботой. Если компьютер у вас под рукой, загляните
в ваш рабочий почтовый ящик. Уверен, появится повод к размышлениям. Я не знаю,
владеете ли вы английским, поэтому послал на всякий случай перевод. Если надумаете
сотрудничать, милости прошу.
Компьютер в кабинете Прохорова. Минуту я размышляла, стоит туда идти или нет, но
все же пошла. Вороны при моем появлении насторожились. Если они поднимут шум... Но
птицы вели себя смирно, таращились на меня, осторожно переступая лапами. В почтовом
ящике обнаружилось восемь писем, нужное мне я определила сразу - обратный адрес был
незнаком. "Ярослава Анатольевна, это выдержки из английских газет, уверен, они вас
заинтересуют". Я щелкнула мышью, английский текст поплыл перед глазами. "Загадочное
убийство, жертва до сих пор не найдена..." Одна статья следовала за другой, похоже, вся
Англия в течение трех месяцев следила за развитием этой истории.
Я смотрела на экран, не в силах пошевелиться. Теперь и нелюбовь Прохорова к
женщинам, и даже странное поведение ночью становилось понятно. Боже мой, что я
делаю в доме этого человека? "Сижу за компьютером", - зло фыркнула я. Это помогло
немного успокоиться. Если он намеревался меня убить, легко бы сделал это в лесу, а не
тащил в свою квартиру. Черт знает что в голове у маньяка. Маньяка? Неужели я готова
поверить, что... Я не успела ответить на этот вопрос - дверь открылась, и в кабинет вошел
Прохоров.
- Не спите? - спросил он.
Я смотрела на него, пытаясь скрыть отвращение и ужас. Опустила глаза и быстро
щелкнула мышью, потому что он как раз подошел к столу.
- Проверяете почту?
- Да, - с трудом расцепив челюсти, ответила я.
- Можно, я тоже посмотрю? - тихо спросил он, но в голосе мне слышалась угроза.
Он положил руку на мою ладонь, легонько ее сжав, и английский текст вновь появился
на экране. "Загадочное убийство. Жертва до сих пор не найдена".
- Признаться, не ожидал, - усмехнулся он. - Сами додумались, или подсказал кто?
- Это правда? - все-таки спросила я и посмотрела ему в глаза.
Странное дело, недавний страх исчез, растворился без остатка. И это показалось
невероятным, как и тот факт, что человек, стоявший рядом, мог хладнокровно убить когото.
Он опять усмехнулся:
- Разве можно не доверять газетам?
- Я задала вам вопрос, - резко сказала я, и вдруг находиться с ним рядом в одной
комнате сделалось невыносимым. Не потому, что я испугалась. Точнее, я все еще боялась,
но совсем не того, на что намекал Мухин. Я боялась поверить.
Он смотрел на меня, продолжая усмехаться, но теперь в глазах его была ненависть.
Она, казалось, переполняла его, но его взгляд так же неожиданно изменился. Прохоров
покачал головой и сказал:
- Хорошо. Я отвечу. - Он устроился в кресле, закинул ногу на ногу, как будто
испытывал мое терпение. - Мы жили вместе больше года, - заговорил он. - С девушкой, о
которой идет речь в этих статьях. Я ее не любил. Не спрашивайте, почему я в таком случае
жил с ней, было много причин, например, жалость. Еще нежелание менять привычки.
Мне было комфортно рядом с ней, и я был убежден: она спокойно относится к тому, что у
нас с ней нет будущего. Я неоднократно говорил ей, что не уверен, хочу ли остаться в
Англии. В общем, мне казалось, мы неплохо понимаем друг друга. Она была улыбчива,
молчалива, даже робка, а я понятия не имел, что скрывается за ее маской.
- И что за ней скрывалось? - спросила я.
- Обида, - пожал он плечами. - А потом - ярость. И дикое желание отомстить за
нелюбовь. Однажды утром она исчезла. Дальше вы знаете. В газетах писали правду. В
саду дома, где мы жили, нашли ее окровавленные вещи, в багажнике моей машины следы
крови. За четыре месяца до своего исчезновения она оформила страховку, деньги в случае
ее смерти должен был получить я. Очень большие деньги. Вот и мотив для убийства.
- Здесь написано...
- Следствие длилось долго, - перебил он. - Я проявил упорство, и им пришлось
отступить. Они сделали это с большой неохотой. Казалось бы, история закончилась, но у
нее есть продолжение, которое не попало ни в одну газету. - Он поднялся, подошел к окну
и теперь стоял ко мне спиной.
Я ждала, что он скажет. Время тянулось мучительно медленно, а он все молчал. И я не
решалась нарушить это молчание и эту тишину, в которой две вороны тихо переступали
лапами, точно шептались. Когда я готова была задать вопрос, он наконец заговорил:
- Я нашел ее. После года упорных поисков... Я нашел ее довольно далеко от Англии.
Она жила вполне счастливо, наслаждаясь своей местью, хотя мир успел похоронить ее.
Ведь для всех она была мертва...
- И вы убили ее? - с трудом сглотнув ком в горле, спросила я.
- Я поступил хуже, - тихо ответил он. - Дважды ударил кинжалом по ее лицу. Для
женщины это, должно быть, хуже смерти. По крайней мере, для такой, как она. Она была
красивой. - Он повернулся и посмотрел на меня. В глазах его была печаль. А еще мука,
которую он безуспешно пытался скрыть. - Я располосовал ей лицо, - повторил он. - А
потом горько жалел об этом. Испугался, что очень похож на своего отца.
- Кинжал... - пролепетала я. - Вы его сломали...
- Да. Только это ничего не изменило.
В комнате опять повисла тишина, и две вороны смотрели на нас, замерев в своей
клетке. Его единственные друзья... Все эти годы он жил в презрении к себе, так и не сумев
простить свой грех.
- Это слишком жестоко, - покачала я головой. - Вы были жестоки с ней, а теперь с
собой. Так ничему и не научились, - с горечью добавила я.
- Хотите, чтобы я отвез вас домой? - спросил он деловито, как будто не было этого
разговора, как будто ничего не изменилось и мы болтали о пустяках. Но взгляд,
брошенный вскользь, выдал его.
- А вы хотите, чтобы я уехала?
- Нет. Не хочу, - ответил он серьезно.
- Зачем вы мне все рассказали? - все-таки задала я вопрос. - Могли бы обойтись
заверениями, что вас обвинили ложно.
- А вы не догадываетесь? - усмехнулся он.
- Нет, - покачала я головой, хотя, конечно, догадывалась.
- Чтобы вы знали обо мне правду. Довольно глупое желание, если учесть, что теперь я
вас потеряю.
- Мне звонил Мухин, - резко сменила я тему, отводя от него взгляд. - Проявил заботу,
открыл мне глаза... Вы правы, это его парни были на кладбище. Он предложил купить у
меня кинжал.
- И что вы ответили?
- Что кинжал в прокуратуре и он не настоящий. Вам не кажется, что мы в тупике? И
доказать ничего не сможем, и скорее всего ничего не найдем. По крайней мере, у меня
нет идей, как поступить дальше. - Я поднялась и направилась к двери, а он, понаблюдав за
мной, спросил:
- Есть что-то еще? Что-то, чего я не знаю?
- Да, - кивнула я. - Но для начала я бы хотела поговорить с бабушкой. Завтра утром.
Я уже открыла дверь, когда он позвал меня:
- Ярослава... - Я обернулась, а он сказал:
- Спасибо.
Войдя в свою комнату, я зарылась лицом в подушку и заревела, стискивая рот, боясь,
что Прохоров услышит. Мне было нестерпимо жаль его и вместе с тем было страшно. И я
подумала: как было бы хорошо, не знай я ничего о нем. Но тут же другое: как хорошо, что
знаю. В общем, я окончательно запуталась, и то вновь начинала реветь, то вытирала слезы
и называла себя дурой. Потом вдруг подумала: каково ему сейчас? О чем думает он? И как
мы встретимся завтра, и что я ему скажу...
Утром Прохоров готовил завтрак, когда я появилась в кухне. Как всегда, элегантный и
насмешливо вежливый. Но теперь я знала, что скрывается за его маской, и на мгновение
почувствовала себя неуютно. Он взглянул на меня и покачал головой:
- Кажется, я взвалил на твои плечи непосильную ношу.
- Справлюсь, - буркнула я.
- Не спала всю ночь?
- Что, скверно выгляжу? - Я потерла лицо и вздохнула.
- Глаза усталые, - пожал он плечами, - а так ничего. Если тебе действует на нервы моя
болтовня, могу заткнуться.
- Болтай на здоровье.
- Ты хотела поговорить с бабушкой. Это имеет отношение к нашему делу?
- Не знаю. Слишком много всего произошло, и я совсем запуталась. Твой закон семи
срабатывает, и меня несет черт знает куда.
- Всегда есть шанс все изменить. У тебя он тоже есть.
- Серьезно? - скривилась я.
- Конечно. Забудь эту историю. Впрочем, не получится. Ведь кто-то считает, что
кинжал у тебя.
- Мухин?
- Вряд ли только он.
- У меня такое чувство, что, несмотря на твою недавнюю откровенность, ты попрежнему
многое скрываешь.
Он посмотрел очень внимательно и кивнул, а я разозлилась:
- Не слишком ли много загадок для одного человека?
Бабуля, взглянув на нас, недовольно нахмурилась.
- Так я и знала. Ты крутишь роман с этим парнем, и тебя уже разыскивает милиция. Я
ведь говорила, что с таким одна дорога: на каторгу.
Прохоров ее заявление принял стоически, то есть просто стоял и смотрел в
пространство, как будто речь шла не о нем. А я попеняла бабке:
- Что ты болтаешь? Какая каторга?
- Тебя искали. Мне с утра звонил какой-то Валерий Павлович.
- Валера? Это, должно быть, из-за квартиры. Бабуля, мне надо с тобой поговорить.
Серьезно.
- Значит, все-таки что-то случилось? - насторожилась она. Потом вдруг вспомнила о
гостеприимстве и вознамерилась напоить нас чаем.
Оставив Прохорова в кухне, я увлекла бабулю в ее комнату, предпочитая разговор без
свидетелей.
- Чего ты от меня хочешь? - недовольно спросила она.
- Расскажи мне про родственника в Канаде.
Лицо у бабушки вытянулось.
- Сейчас?
- Да.
- С какой стати? Я о нем ничего не знаю.
- Но он действительно существовал, или ты его выдумала?
Пряча от меня взгляд, она села на диван.
- Что за странные мысли? - произнесла тихо, и ее голос сказал мне больше, чем слова.
- Ответь, пожалуйста, правду. Он действительно существовал? И эти деньги...
Я почти пожалела о своем вопросе, так изменилось ее лицо. Она была напугана, нет,
хуже - буквально раздавлена.
- Славик...
- Просто скажи мне правду, - попросила я, Она молчала, по-прежнему пряча взгляд.
Может быть, надеялась, что говорить ничего не придется, что я вдруг отступлю... Я ждала,
и она наконец заговорила:
- Деньги стали приходить пять лет назад. Я понятия не имела, откуда. Оттого и
боялась. Боялась, что это кровавые деньги, плата за смерть твоего отца. Но потом
подумала, что убийцы не бывают столь сентиментальны, им плевать... - Она судорожно
вздохнула и посмотрела на меня.
- Ты так и не узнала? - Она покачала головой. - Бабушка, - позвала я и вдруг решилась:
- Ты ведь не думаешь, что он жив?
- Нет, - торопливо ответила она и повторила испуганно:
- Нет. Твой отец никогда бы так не поступил с нами. Никогда. Прости нас... Твоя мать
хотела как лучше. Я тоже хотела, но... Надо было сказать правду. Ты ведь простишь свою
глупую бабку?
Я обняла ее, и мы долго сидели рядом, слушая, как тикают часы.
По молчаливому уговору, мы остались обедать у бабушки. Заметно успокоившись, она
сказала:
- Позвони в милицию. Не хватало только, чтобы тебя объявили в розыск, - и одарила
Прохорова таким взглядом, словно он был виноват во всех предполагаемых бедах.
Я набрала номер телефона Валеры и услышала:
- Славик, хорошо, что позвонила. Не могу тебя отыскать.
- А что случилось?
- Давай ко мне, объясню на месте. Приезжай часикам к трем, хорошо?
- Хорошо. Ты хоть скажи, в чем дело?
- Потом, потом...
Повесив трубку, я задумалась: что меня ожидает в прокуратуре? Как выяснилось, жизнь
приготовила мне еще один сюрприз, да такой...
Но об этом я узнала позднее, а пока мы с Прохоровым слушали сетования бабки на
жару, на склочницу-соседку, на мое дурное воспитание и дороговизну на рынке. Только
моя бабуля так виртуозно могла смешать все в одну кучу.
- Он в тебя влюблен, - вдруг заявила она, сурово глядя на Марка Сергеевича. - Но я бы
на твоем месте хорошо подумала.
- Что на тебя нашло? - взмолилась я, косясь на Прохорова.
- Тебе нужен кто-то попроще. Замуж вообще лучше выходить за дурака. Тогда и
проживешь счастливо - будешь мужем вертеть, как хочешь, а он тебе в рот смотреть.
- И где здесь счастье?
- Не знаю. Но твой любовник меня беспокоит.
- Бабуля... - прорычала я.
- Что, до постели у вас еще не дошло? Ну, ждать недолго. Вспомнишь, что я тебе
говорила, да поздно будет.
- Не обращай на нее внимания, - удрученно сказала я Прохорову, когда мы с ним
покинули гостеприимный бабкин дом. - На нее иногда находит. А ты молодец, выдержал
испытание.
- Мне нравится твоя бабушка, - усмехнулся он.
- Да? Видно, мало досталось.
- Не возражаешь, если к твоему Валере мы пойдем вместе?
Я пожала плечами:
- Лишь бы он не возражал.
- Такие дела, - сказал Валера, когда мы расположились в его кабинете. - Вчера
произошло убийство. Завалили сразу троих, в нашем районе. Возле молокозавода
переулок... Бизнесмен, его шофер и охранник.
- И что? - удивилась я.
- Были у его жены, она рассказывала, что у мужа на девять вечера была назначена
встреча.
- Мне-то что до всего этого? - еще больше удивилась я, но тут вмешался Прохоров.
- Как фамилия бизнесмена? - спросил он.
- Мухин, - ответил Валера, а я решила, что ослышалась или это какой-то другой Мухин.
Оказалось, тот самый.
- Не может быть. Я с ним только вчера разговаривала, часов в шесть.
- Ты в шесть разговаривала, а в девять его убили. Переулок тихий, там два дома и то
через
парк, а слева гаражи. Лучшего места для убийства не придумаешь. Но дело даже не в этом.
Я тебя почему искал-то... Мухин коллекционировал кинжалы, очень похожие на тот, что
ты приносила. Три кинжала практически одинаковые, только на рукоятках разные имена.
Он держал их дома в сейфе. А еще там была какая-то старинная рукопись...
- Письмо Филарета? - ахнула я.
- Не знаю. Я в этих делах... Короче, так. Жена уверена, что из-за кинжалов его и убили.
Он поехал на встречу, потому что некто пообещал ему еще два кинжала продать. И он взял
с собой крупную сумму денег. Разумеется, деньги на месте происшествия не обнаружили,
так же, как и кинжалы. Вот я и думаю: может, мы с Матюшей поторопились? Может, тут
есть некая связь?
- К Матюше приезжали люди Мухина, - буркнула я.
- Откуда знаешь?
- Знаю. Они и ко мне заглядывали. После них пришлось милицию вызывать и полдня в
квартире убираться. Потом он хотел кинжал у меня купить, когда украсть не получилось.
Он ведь не знал, что кинжал не настоящий, думал, что старинный.
- Так в том-то и дело, что у него тоже не настоящие. А жена сказала, что он за них
большие деньги заплатил.
- Как не настоящие? - растерялась я и жалобно взглянула на Марка.
- А так. Три кинжала, как и твой, изготовлены лет двадцать назад. А вот рукопись
настоящая. Мы к специалистам обратились и выяснили, это ее украли из музея.
- А еще одной рукописи в сейфе не было? - решив, что окончательно запуталась,
спросила я.
- Нет.
- Можно взглянуть на кинжалы? - вмешался Прохоров. - Хотя бы на фотографии?
- Конечно. Я сейчас.
Валера убежал куда-то и вернулся с фотографиями. Прохоров посмотрел на них,
усмехнулся и передал мне.
Фотографии были очень хорошего качества, надписи на рукоятках кинжалов легко
можно было прочитать.
- Что тебе не понравилось? - задала я вопрос Марку, вглядываясь в фотографии.
- Отсутствует кинжал из Карпова, а мы с тобой были уверены, что его похитили для
Мухина. Три этих кинжала, как и тот, что Матюша отдал тебе, он сделал по рисункам,
которые показал ему твой отец, и по описаниям в дневнике прапрадеда.
- Зачем?
- Вроде бы в подарок. Твой отец был на них буквально помешан, вот Матюша и
решил... Но отец подарок не принял, сказал, что найдет настоящие.
- Это тебе Матюша рассказал?
- Конечно. Он хранил кинжалы в своем тайнике.
- Значит, Мухину они понадобились, чтобы кого-то обмануть? - высказала я
предположение.
- Иди его самого кто-то провел очень ловко.
- А рукопись точно настоящая? - спросила я, поворачиваясь к Валере.
- Музейные работники уверены: их рукопись.
- Чудеса, - заметила я, когда мы наконец смогли покинуть прокуратуру. - Мухин убит,
кинжалы поддельные... Все еще больше запуталось. Вот что, - остановилась я,
потрясенная внезапной догадкой. - Нам срочно надо встретиться с Разиным. Уверена, ему
кое-что известно.
- Я тоже так считаю, - согласился Марк. - Но пока мы его беспокоить не станем.
- Почему?
- Подождем немного. У меня такое чувство, что он нас скоро удивит.
Марк не ошибся. Разин действительно вскоре удивил, но сначала удивил сам Марк. Мы
пили чай в его столовой, когда ему позвонили на мобильный. Он выслушал сообщение,
посмотрел на меня и улыбнулся:
- Ну, вот, господин Разин улетает в Гамбург, и это несмотря на кончину хозяина,
которого ему положено оплакивать. Сейчас он направляется в аэропорт, заказал билет до
Москвы, вылет через три часа.
- Откуда ты знаешь? - удивилась я.
Он кивнул на телефон:
- От частного детектива, которого я нанял еще несколько дней назад приглядывать за
Разиным.
- Ты мне ничего не говорил о детективе, - вытаращила я глаза.
- Вот теперь говорю. Прежде чем Разин отправится в тюрьму отсиживать свой срок - и,
надеюсь, немалый, - я хотел бы с ним побеседовать.
И мы помчались в аэропорт. Бросили машину на стоянке, вошли в здание, Марк набрал
номер на мобильном и после короткого разговора порадовал:
- Он в баре на втором этаже.
Так и оказалось. Разин пил кофе, сидя в уголке с газетой в руках, но газета, похоже, его
интересовала мало, он зорко поглядывал по сторонам и нас, безусловно, увидел. И
занервничал, но продолжал сидеть в своем углу.
- Здравствуйте, - пододвинув стул мне, сказал Марк и тоже устроился за столом. Теперь
Разину, приди ему охота бежать от нас сломя голову, сделать это было затруднительно.
Он ничего не ответил, а Марк поинтересовался:
- Собрались отдохнуть?
- У меня друг за границей, я давно хотел его навестить, вот, выбрал время.
- Довольно неудачное, - заметила я.
- Что вы имеете в виду? А-а... Неизвестно, что теперь будет с фирмой, это так
неожиданно... - В глазах его была печаль. "Неужто притворяется? - подивилась я. - Да он
настоящий актер, причем весьма талантливый". - Вот я и подумал, нет смысла сдавать
билет, терять деньги за бронь в гостинице... - Он взглянул на часы:
- Пожалуй, мне пора.
- Не спешите, - усмехнулся Марк. - Что хорошего в кабинете следователя? А вы туда
непременно отправитесь, если не удостоите нас своим доверием.
- Кабинет следователя? Уж не посетила ли вас нелепая мысль, что я причастен к
убийству? У меня, между прочим, алиби.
- Мухина вы не убивали, - кивнул Марк. - И алиби у вас действительно есть. Несколько
человек по моей просьбе приглядывали за вами и вполне могут его подтвердить. Но,
несмотря на это, следователь охотно бы с вами встретился. Так что, Сергей Петрович, с
нами поговорите или...
- Немного времени у меня еще есть, - неуверенно заметил Сергей Петрович, косясь на
Прохорова.
- Расскажите нам о кинжалах. И, по возможности, без вранья.
- Кинжалы у Мухина, - буркнул он.
- Вот и расскажите, как они к нему попали.
- Первый кинжал ему достался много лет назад. Он выиграл его в карты. У местного
бандита по кличке Белка. Его потом застрелили. В то время Мухин водил дружбу со
всяким сбродом, оправдываясь тем, что этого требует бизнес. В общем, они были его
крышей. Мухину кинжал понравился, но он и не догадывался, насколько это ценная вещь.
Он вообще весьма недалек.., был.
- А вы его просветили? - влезла я.
Разин взглянул сурово, а Марк спросил:
- Как вы с ним познакомились?
- Один приятель свел нас...
- Вы тогда попали под подозрение в краже документа из музея, и Мухин оказал вам
услугу, - усмехнулся Прохоров. - В результате один бывший рецидивист вылетел из окна, и
кражу списали на него. А господин Мухин с тех пор мог вас вволю шантажировать и
требовать различные услуги.
- Я не брал той рукописи! - взвился Разин.
Я хотела задать вопрос: каким образом она в таком случае оказалась в сейфе Мухина,
но Марк сделал мне знак молчать.
- Мы слушаем историю о кинжалах, - напомнил он.
- Кинжал он держал дома, любил похвастаться им перед друзьями, но цены его не знал.
А потом.., он как-то поехал на рыбалку, ночевал у одной старухи и увидел там икону,
старинную. Бабку он ограбил и вместе с иконой прихватил ларец, в котором была
рукопись. Он догадывался, что вещь ценная, но понятия не имел, что с ней делать. Его
парни потолкались по антикварным магазинам, но Мухин быстро понял, что это опасно,
поэтому и заинтересовался мною. Я был уверен, что рукопись подлинная, ведь та же
Лапина передала подобную рукопись в музей. Сомнений не возникло, написано одной
рукой.
- Что было в том письме? - не выдержала я.
- Ничего особенного, - нахмурился Разин. - Второе письмо мало чем отличалось от
первого.
Я ему не поверила, почему, не знаю. Наверное, сработала интуиция, но под взглядом
Марка согласно кивнула.
- А потом я увидел у него кинжал и вспомнил статью Ильина.
- И поспешили выкрасть ее из библиотеки, чтобы Мухин случайно не узнал правду? -
опять не удержалась я.
- Да что за глупость?! - Но этот вопль возмущения вышел у Разина так себе. - Я сказал
ему, что кинжал старинный, что всего их должно быть семь. Рассказал легенду о Козьих
пещерах, и он очень увлекся идеей. Такие, как он, иногда ведут себя, точно дети. Помоему,
он искренне верил.., впрочем, у меня нет времени на детали. Он хотел получить
все кинжалы и организовал кражу из Карповского музея. Конечно, я узнал об этом, когда
было слишком поздно, кинжал уже был у него. А в милицию не пошел, боялся...
- Когда у него появился третий кинжал? - спросил Марк, и я вдруг поняла, что именно
этот вопрос как раз больше всего его и интересует.
- Произошла странная история. Месяц назад он вдр
...Закладка в соц.сетях
