Жанр: Детектив
Круглый болван
... буду дома.
Он пожал плечами.
- Понимаю. У тебя же отпуск. Я обернулся к девушке.
- Ваши документы в полном порядке, пройдите с доктором Россом, он вам
объяснит все тонкости процедуры, мисс Райн.
- Вы очень добры, мистер Брайтон.
Я откланялся и сбежал по ступенькам к машине. Не оглядываясь, сел на заднее
сиденье и приказал Луки, чтобы он отвез
меня до ближайшей аптеки.
Разменяв долларовую купюру на никель, я зашел в кабину и первым делом
позвонил Джерри. Голос его был сонным. Мы
долго говорили друг другу разного рода "приятные слова", мало похожие на
комплименты, пока он окончательно не
проснулся.
- Найди Бэна и скажи ему, чтобы мчался в больницу к Россу,- хрипел я в
трубку. - Пусть дождется Дэзи Райн и не спускает
с нее глаз. У нее открытый спортивный "додж" черного цвета. Вечером позвонишь
мне. Понял?
Джерри чертыхнулся несколько раз и ответил, что все сделает сам.
Затем я позвонил в больницу "Благие намерения" и справился о здоровье
Марион Маршалл.
В регистратуре мне ответили, что мисс Маршалл выписали сегодня утром и
увезли на такси. Я вернулся к машине.
- Послушай, Луки, вот тебе адрес, - я достал листок, который передал мне
Бэн, - там живет Марион Маршалл. Сейчас ты
отвезешь меня в окружную прокуратуру, а потом поедешь по этому адресу. Узнай,
дома ли эта женщина. Сделай вид, что
хочешь купить дом или придумай что-нибудь другое, но постарайся проверить, на
месте ли ее документы... Только не
выдавай себя за полицейского, в это не поверит и пятилетний ребенок.
- Хорошо, что делать дальше?
- Приедешь ко мне. Я буду уже дома. Возможно, нам еще придется поколесить
по городу.
- А как же вы без машины?
- Я воспользуюсь такси, поехали. И мы помчались к центру города.
Опять у меня что-то не сходилось. Если Дэзи Райн зарегистрировалась под
своим именем, то, значит, она должна
страховаться! И только ее смерть может принести Дагеру страховую премию. Но
каким образом? Она же сообщница Дагера
и знает все его фокусы. Не собирается же она кончать счеты с жизнью ради
дурацких идей своего любовника? Или... Нет,
здесь что-то не то! Зачем же им нужна Маршалл? Ее документы у них... И все же
Райн пришла под своим именем. Крепкий
орешек этот Дагер. Его легко не обойдешь на крутом повороте, это не поле для
гольфа!
Луки остановил машину у входа в здание окружной прокуратуры. Если мои
преследователи, которых я не вижу уже два
дня, следили за мной сегодня, то они, очевидно, решили, что я пришел сдаваться
властям, не иначе.
- Ты все понял, Луки? - спросил я, открывая дверцу.
- Да, конечно.
- О'кей. До вечера
8
Чтобы попасть в офис Веллера Куина, бывшего окружного судьи, прежде всего
нужно было пройти в двойные
вращающиеся двери. За ними находился столик для справок, за которым сидела одна
из тех женщин, лишенных возраста,
какие встречаются во всех такого рода учреждениях. Они никогда не были молодыми
и не будут старыми. У них нет красоты,
нет очарования и нет стиля. Они не должны никому нравиться. Они учтивы и
компетентны без малейшей заинтересованности
в деле.
Именно такая особа и объяснила мне, как найти Веллера Куина.
Посетителей в его приемной не было. Этот человек вряд ли кого сейчас
интересовал.
За столом сидела секретарша, как это ни странно, молодая, с апельсиновыми
волосами. Перед ней стояло зеркальце, глядя
в которое, она примеряла шляпку.
Увидев меня, она тут же сняла ее со своих невозможных волос и спросила:
- Что вы хотите?
- Видеть мистера Куина.
Она не удосужилась встать и доложить обо мне, а коротко произнесла:
- Он у себя, проходите.
Я вошел в ту дверь, на которую она кивнула. За столом сидел человек,
заслонившись газетой.
- Добрый день, - сказал я, и газета отстранилась. Я не умею на глазок
определять вес человека, но, думаю, в нем было
фунтов двести двадцать, тридцать из которых приходилось на физиономию. Глаза,
если они у него были, прятались в
глубоких складках жира. Рот обнаружить среди многочисленных подбородков было
затруднительно. Огромная голова
покоилась на воротнике из сала, и все остальные части тела ей соответствовали.
Он напоминал асфальтовый каток, и я бы ни
за что на свете не хотел попасть под него. Точная копия Ниро Вульфа, гениального
сыщика из романов Рекса Стаута. Не
знаю, насколько этот тип гениален, но я понял по его глазам, что с ним нужно
держать ухо востро.
- Мне бы хотелось поговорить с вами, мистер Куин.
- Проходите и садитесь. Я так и сделал.
- Вы ко мне с каким делом?
Его голос, как я и предполагал, был писклявым и Царапал, как старая бритва.
- Вряд ли мой визит можно назвать деловым. Я писатель. Меня зовут Дэйтлон.
Пишу книгу очерков о городах
Тихоокеанского побережья, об их лидерах, судьях и вообще об интересных
гражданах...
- Вы сами откуда, из какого города?
- Из Лос-Анджелеса.
- Вы уже написали о нем?
- Пока не решаюсь. Раньше я любил это город, - начал я болтать, просто,
чтобы не молчать и не вызывать недоверия. - Это
было очень давно, лет десять назад. Тогда вдоль бульвара Уилшир росли деревья,
Беверли-хилз был просто деревней, а в
Вествуде продавались участки по тысяче долларов, и на них не находилось
желающих. Лос-Анджелес был в то время просто
большим сухим городом с довольно безобразными домами, но мирным и приветливым. В
нем был климат, о котором теперь
можно только мечтать. Местные интеллектуалы называли его американскими Афинами.
Это было, конечно, не так, но в то
же время он не был и трущобой с неоновыми рекламами.
Куин взял со стола карандаш и начал чертить что-то на газете.
- У вас довольно неплохо получается. Теперь вам Лос-Анджелес не нравится?
Теперь у города есть деньги, снайперы,
сутенеры, гангстеры из Чикаго, Нью-Йорка, Детройта, Кливленда. Они управляют
ресторанами и ночными клубами, им
принадлежат отели и многоквартирные дома, в которых живут женщины-бандитки. И
все-таки теперь со своей роскошью, со
своими декораторами-гомосексуалистами и художниками-лесбиянками и прочими
подонками в вашем городе не больше
индивидуальности, нежели в бумажном стаканчике.
- Вы, однако, круты, но правы. Не берусь спорить с вами.
Куин провел рукой по лысине, будто искал новую поросль, и продолжал:
- У Лос-Анджелеса есть только Голливуд, который он ненавидит. И он должен
еще считать, что ему повезло. Без
Голливуда он был бы вообще не городом, а почтовым ящиком или заказом по
каталогу: "Все, что душе угодно, за недорогую
плату".
- Возможно. А что вы скажете о Санта-Барбаре? насколько мне известно, вы
здесь долгие годы были судьей. Это меня и
привело к вам.
- Все зависит от мэра, который сможет превратить наш город в рай или
оставить его захолустьем, как сейчас. Город в
затхлом состоянии. Зайдите в любой дом, и везде одна и та же картина: отец
семейства в домашних туфлях изучает
спортивные новости и считает, что он принадлежит к сливкам общества, потому что
у него в гараже три автомобиля. В это
время его жена перед туалетным столиком пытается замазать косметикой мешки под
глазами. А сынок названивает по
очереди своим сообщникам, которые разговаривают на пинджин-инглиш и носят в
сумочках противозачаточные средства.
- Вы говорите, все зависит от мэра. Каковы же судья и мэр города?
- Дело не в теперешнем мэре, а в новом, которого изберут осенью. У нас две
кандидатуры. Первая - судья Дагер, вторая -
адвокат Чарльз Мекли.
Я чуть было не подпрыгнул на стуле. Вот это новость!
- Кто же из них лучше.
- Я не могу высказать вам личное мнение, а только общее.
- Давайте. Я уловлю, что нужно.
- Видите ли, - начал он, скрещивая руки на столе и глядя на меня своими
хитрыми щелочками, - великая проблема нашего
города заключается в том, что последние десять лет его мэрами были люди высокой
морали. Такие, как Тэд Дагер. Это
привело к тому, что в настоящее время в Санта-Барбаре нет нормального обращения
денег. Для того, чтобы город процветал,
мистер Дэйтлон, нужно заставить обывателя каким-то образом их тратить. К
сожалению, методы здесь не всегда идеальные.
Десять лет назад в Санта-Барбаре было четыре игорных дома, скачки, два ночных
притона и один плавучий бордель. Люди
развлекались и тратили деньги. Город процветал. Потом все было закрыто. Мекли из
тех людей, которые могут все это
возобновить. Видимо, в этом вся проблема.
Он взял карандаш и стал рисовать кубики.
- За кого проголосуете вы?
- Я бы не стал отвечать на этот вопрос.
- Ну, а горожане?
- Полагаю, низы отдадут голоса Дагеру, а тот, кто хочет увеличить свой
капитал на всякого рода темных делах, будет
голосовать за Мекли.
Этот субъект окончательно сбил меня с толку. Он говорил полную
противоположность тому, что я слышал от Джерри и
самого Мекли.
- А как посмотрит полиция на такие заведения, если они появятся в городе?
Он прекратил занудство с кубиками и начал крутить карандаш кончиком пальца.
- Клем Феллоу, начальник полиции, не очень хороший полицейский, но он
деловой человек. Он будет голосовать за
Мекли.
- Значит, начальник полиции хочет, чтобы мэром стал Мекли, потому что тот
откроет такие заведения, и это принесет ему
немалые доходы?
- Полицейские зарабатывают мало. Им тоже хочется вкусно есть и всласть
баловаться с хорошенькими девочками.
- Ну, что ж, спасибо за беседу, мистер Куин. Я понял, что о вашем городе
писать рано. Подождем осени.
- Боюсь, что и потом ничего не изменится. Не думайте, что все это будет
рекламироваться на каждом шагу.
Я встал.
- Удачи вам, - коротко сказал Куин и вновь загородился газетой. Я для него
больше не существовал.
Выйдя на улицу, я поймал такси и сказал шоферу свой адрес. Мне необходимо
было все как следует обдумать и выстроить
в логическую цепочку. Пока ясно одно - Мекли взялся за это дело из-за
предвыборной осенней кампании. Борьба кандидатов
в мэры. Мекли во что бы то ни стало хочет свалить Дагера и открыть себе путь к
власти в городе. Дагера не так-то просто
подцепить на крючок, вот он и усердствует. Дагер имеет положение, которого нет у
Мекли, и безупречный авторитет.
Странно, что именно в этот момент Дагер решился на неприглядную аферу. Возможно,
он, как охотник, не может упустить
дичь, не может остановиться перед соблазном. И все же здесь определенно есть
другой, более хитрый подтекст. Нельзя
забывать, что Дэзи Райн проходит комиссию под своим именем...
Бессмысленно глядя в окно машины на мелькающие перед глазами витрины с
броскими названиями, я обратил внимание
на неприметную вывеску: "Ритуальное бюро Болен и сыновья". В голове мелькнула
идея, я попросил таксиста остановиться
и отпустил его.
Под звон мелодичного колокольчика я вошел в небольшое помещение. Дверь
напротив растворилась, и мне навстречу
вышел человек в траурном смокинге с белой гвоздикой в петлице. Он подошел ко мне
и со скорбным видом сказал:
- Наше скромное агентство к вашим услугам. Он был очень маленького роста,
его лысеющая макушка с трудом достигала
моего локтя. Просто гном со старческим, сморщенным, как моченое яблоко, лицом.
- Мне хотелось бы узнать, как оформить документы на умершего и заказать все
необходимое в вашей в фирме, - тем же
загробным голосом произнес я.
- Кто из ближних покинул вас, сэр?
- У меня умер брат. Мы были с ним сиротами, и я не знаю порядка оформления
документов. У нас никто не умирал из
близких, и мне не приходилось заниматься подобными делами.
- Мои глубокие соболезнования, сэр. Будьте мужественны! Там, - он ткнул
пальцем в потолок, - он найдет новый мир.
Душа его будет пребывать в покаянии...
- О, да! Но я растерян.
Хозяин вдруг превратился из скорбящего ангела в делового человека.
- Что с ним произошло? Какова причина смерти?
- У него было слабое сердце. Утром начался приступ, и он скончался.
- Вы вызвали врача?
- Зачем покойнику врач?
- Врач нужен не только живым, но и мертвым. Вы должны вызвать врача для
того, чтобы он констатировал смерть.
Адвокат вашего покойного брата должен оформить свидетельство о смерти. После
этого позвоните нам и будьте уверены, мы
сделаем все, что в наших силах. Клиенты всегда остаются довольны нашим
обслуживанием.
- Покойники?
- Нет. Родственники, разумеется, - ответил он с серьезнейшей миной. -
Подойдите сюда.
Он живо повернулся и зашел за конторку, из-за которой торчала только его
голова. Очевидно, витринные гробики он
делал по своей мерке. Я приблизился к нему. Он покопался в одном из ящиков и
достал из него какие-то бумаги.
- Вот, взгляните. Так выглядит свидетельство о смерти.
Гробовщик подал мне документ.
Весь текст был написан черными чернилами, и ниже стояла подпись. Графа
"причина смерти" была заполнена синими
чернилами, и ниже подпись.
- Свидетельство заполняют двое: врач и адвокат. Врач ставит диагноз,
адвокат или поверенный - данные умершего.
Он говорил быстро и отрывисто.
- Понимаю, - ответил я. - Но кто первый заполняет бланк.
- Это не имеет значения. Документ заполняется сразу обоими.
- Ясно. Благодарю за информацию.
- Вот, возьмите, пожалуйста.
Он вручил мне свою визитную карточку.
- Когда вы закончите с оформлением свидетельства, позвоните, наше бюро к
вашим услугам. У нас самое лучшее в городе
обслуживание.
- Рад, что попал именно к вам. Непременно укажу в завещании, чтобы меня
тоже передали пеленать в ваши руки.
Покинув скорбное заведение, я снова поймал такси и отправился домой.
Туман в моей голове рассеялся. Так во всяком случае мне казалось.
Первый телефонный звонок раздался в тот момент, когда я выходил из ванной.
Я снял трубку.
- Это вы, Крис?
- Да.
- Говорит Росс. Я уже звонил вам.
- Какие новости?
- Ваша подопечная уехала полтора часа тому назад. У нее, помимо прекрасной
внешности, прекрасное здоровье. Мы
выдали ей медицинское заключение. Карточку я оставил у себя, когда понадобится,
возьмете. Могу добавить только, что у
нее одна единственная особая примета: небольшой шрам в два дюйма после удаления
аппендикса. Я отметил это в личной
карточке.
- О'кей, Джим. Я позвоню, когда появится необходимость.
- Договорились. Передайте привет Мекли и скажите ему, что мы квиты.
- Непременно.
Я положил трубку. Маленькая лужица образовалась у моих ног. Я бегом
вернулся в ванную, обтерся полотенцем,
побрился, накинул халат и вернулся в гостиную. Самое время немного выпить.
Плеснув в стакан немного виски, я бухнулся в
кресло и закурил.
Второй звонок не дал мне спокойно посидеть. Звонил Бэн. Он сообщил, что
женщина из больницы проехала в центр, где к
ней подсел высокий седой мужчина лет сорока пяти. Они доехали до здания
страховой компании "Нешил Файделити" и
зашли туда. Я сказал Бэну, что он свободен.
Почем Дагер так торопится со страховкой? Значит, Маршалл совсем плоха. Мне
показалось, что настало время
поговорить с Мекли. Я подошел к телефону и набрал номер.
- Вилла "Жемчужина". Добрый день.
- Соедините меня с Мекли.
- Кто спрашивает мистера?..
- Крис Дэйтлон.
- Минуточку.
- Хэддл, - услышал я сухой голос Мекли.
- Говорит Дэйтлон. У меня новости.
- Излагайте.
- Ваш сценарий несколько изменился. На сей раз Дагер поступил хитрее. Дэзи
Райн прошла комиссию под своим именем
и под своим именем в данный момент оформляет страховой полис. Думаю, тысяч на
сто, не меньше. Правда, на этот раз
расплачиваться придется компании "Нэшил Файделити", а не "Дженерал Лайабелити",
где был застрахован Форман.
- Но каким образом они получат страховку? Дэзи здорова и не собирается
умирать.
В голосе Мекли послышались нотки тревоги.
- Загадка не очень сложная, если знать всю кухню оформления документации и
учитывать беспечность и доверчивость
многих олухов.
- Объясните толком!
- Дагер не хочет больше рисковать и втравливать в аферу посторонних лиц. Он
уже обжегся на этом. Марион Маршалл
умрет месяца через два, а то и раньше. Дагер вызовет лечащего врача Маршалл,
которого он ей и нанимал. И тот, зная все ее
болезни, не будет настаивать на вскрытии. Он подпишет свидетельство о смерти, не
задумываясь. А когда доктор уйдет,
Дагер в свидетельство впишет имя Дэзи Райн, а не Марион Маршалл.
- Но врач может... А впрочем, не будет же он сомневаться в Дагере. Ему и в
голову не придет... Все правильно!
- Таким образом, похоронное бюро закопает в землю Марион Маршалл, а на
могильной плите выбьют имя Дэзи Райн.
Дагер получит страховку без риска, а очаровательная Дэзи - свою долю. Затем она
изменит имя и на какое-то время
превратится в Марион Маршалл. Потом выйдет замуж и станет называться вообще
неизвестно как.
- Прекрасно, мистер Дэйтлон. Вы сделали отличные выводы. Мне,
профессионалу, даже в голову такое не пришло бы.
Ждите дальнейших инструкций через Джерри.
Он положил трубку, я последовал его примеру и направился к бару. Звонок в
дверь заставил меня изменить маршрут на
полпути к цели. Открыв дверь, я был несколько шокирован, увидев на пороге Кросгрофа,
моего соседа по площадке. Он
смотрел на меня через свои линзы и улыбался. Под ногами, виляя хвостом, вертелся
его шпиц.
- Простите за беспокойство, мистер Брайтон, если можно, я зайду к вам на
минутку.
Растерявшись, я пропустил это странное существо в квартиру. Собачка вбежала
вслед за ним. Старик уверенно, как к себе,
прошел в гостиную и, недолго думая, плюхнулся в мое кресло. Шпиц прыгнул ему на
колени. Оба существа внимательно
смотрели на меня.
Я присел на край кушетки.
- У меня мало времени, - сказал я растерянно. - Я собираюсь в ванную, а
потом ухожу.
- Интересно. Мне показалось, что вы недавно вышли из ванной. У вас еще
мокрые волосы.
- Я обильно потею. Говорите, что вам надо? Он погладил пса и мечтательно
произнес:
- Я очень одинокий и бедный человек. Мне всегда не хватает денег. Я
нуждаюсь...
- Здесь не благотворительное общество. Обратитесь в "Армию спасения" или к
своему сыну.
- Не будьте таким жестоким, мистер Брайтон, впрочем, было бы интересно
узнать ваше настоящее имя. Это очень
интересно, а?
- Я вспомнил, что при знакомстве назвался Николсом.
- Что вы хотите этим сказать?
- То, что вы проживаете под именем Николса Брайтона. Это я выяснил у
швейцара. Но тут есть маленькая закавычка: дело
в том, что Николc Брайтон - мой сын. Я говорил вам, что у меня есть сын. Он
действительно жил здесь, потом уехал.
Вероятно, вы воспользовались его старыми визитными карточками и выдаете себя за
врача. А это очень опасно, мистер
аферист!
- Вот оно что! Значит, вы явились меня шантажировать?
- Боже упаси! Я просто хотел попросить у вас немного денег. Я очень
нуждаюсь, а у таких людей, как вы, обычно водятся
зелененькие. Да, крошка?
Он опять погладил свою собачонку, а та в ответ лизнула его крючковатый нос.
- Послушайте, Кросгроф, ваши очки не приспособлены к тому, чтобы видеть
жизнь в розовом свете.
- Интересно.
- Не думаю. Вы ни черта не получите.
- Очевидно, крошка, нам придется прогуляться до полицейского управления и
поговорить там о наших жильцах.
Возможно, некоторыми из них уже давно интересуются.
Он гладил пса, не глядя в мою сторону. Я понял, что этому старому прохвосту
надо дать немного, чтобы временно
закрыть ему пасть. Позже я решу, что с ним делать.
- Я могу предложить вам сто долларов, - сказало я твердо.
- Спасибо, я уже завтракал.
- У меня всего двести. Сколько же вы хотите?
- Двести сейчас и тысячу через два дня.
- Вы знаете, откуда берутся несчастные люди?
- Интересно.
- Их отцы были такие же, как вы.
- Я не слишком нравлюсь вам, верно?
- А кому вы можете нравиться? Единственный человек, кто вас любил, была,
очевидно, ваша мать. Бедная женщина, мне
жаль ее.
Я вынул из кармана две сотни и швырнул их ему. Он, как вратарь, поймал
деньги в воздухе и тут же сунул за пазуху.
Хорошо еще, что не съел. Собачка гавкнула и побежала к двери. Кросгроф встал.
- Итак, я зайду через два дня, мистер аферист! - голос его звучал злорадно
и жестко. Ну просто приговор!
Узкий рот сжался, как туго затянутый кисет. Он проковылял к выходу, я
услышал, как хлопнула дверь. Удар в три балла.
У меня желваки заходили от злости и негодования. Мерзавец!
Опять затрещал телефон. Я схватил трубку и рявкнул:
- Говорите, черт побери!
- Крис! Крис, это ты? Ты слышишь меня? Это Веда.
В секунду я обо всем забыл. Ком встал в горле, и я не сразу нашел в себе
силы ответить.
- Ты позвонила? Значит, ты помнишь меня...
- Крис, милый! Я так хочу тебя видеть. После нашей последней встречи я не
нахожу себе места. Я не могу...
- Где я тебя увижу?
- Тэд уехал. Его не будет два дня, но он должен звонить, и я не могу уйти
из дому... Если бы ты смог приехать ко мне...
- Жди! Я лечу!
- Жду, милый!
Еще минутку я стоял, как оглушенный, с телефонной трубкой в руках и
переваривал это событие. Веда любит меня. Она
ждет. Все остальное не имеет значения.
Я бросился одеваться. Автоматически накинул на себя что-то, и в этот момент
опять позвонили в дверь. Открыв ее, я
увидел перед собой Луки. Его, очевидно, насторожил мой вид.
- Что-нибудь случилось?
- Да, случилось. Где машина?
- В гараже.
- Мы едем к Дагеру. Ты помнишь адрес его виллы?
- Конечно.
Мы вошли в кабину лифта, и я нажал кнопку "гараж". Только теперь я заметил
на нем элегантный костюм и, что
удивительно, пропали его щетинистые усы.
- Зачем ты сбрил усы? Они что, понадобились священнику для набивки подушки?
- Не кощунствуйте. Вы же сами сказали, что меня нельзя принять за копа. Вот
я и изменил внешность.
- Глупости все это, Луки.
Мы сели в машину и выехали на улицу.
- Как ваши успехи, мистер сыщик? - спросил я. Его вид смешил меня. А может,
просто поднялось настроение.
- Я расскажу, когда мы выедем на шоссе, в городе необходимо внимание.
- Договорились, но только жми на педаль. Минут двадцать мы еще крутились по
городу и наконец выскочили на
магистраль. Неоновый город остался позади. Луна прекрасно освещала дорогу. Луки
прибавил скорость.
- Я нашел эту девушку,- неожиданно заговорил итальянец. - Она дома, если
этот сарай можно назвать домом; Я
представился ей инспектором морской погранохраны и сказал, что мы проверяем
документы у всех проживающих вдоль
берега океана.
- И она вам поверила?
- Не знаю. Но она ответила, что ее документы у адвоката и что она скоро
уезжает из этого района, а дом продает. Если
меня интересует ее личность, то я могу справиться о ней в конторе по продаже
недвижимости.
- И что дальше?
- Ничего. Я ушел.
- И правильно сделал. А вот усы жаль!
- Я сделал то, что вы просили. Больше ничего.
- Не обижайся, Луки. Скажи, что тебя привело в Калифорнию?
- Бедность и запах моря.
- Но ведь богатым ты не стал. Калифорния - это подрумяненная на солнышке
иллюзия, не больше.
Остальной путь мы проехали молча.
Веда ждала меня на террасе. Я выскочил из машины и бросился к ней.
- Идем, идем.
Она немного отстранила меня, когда я хотел заключить ее в объятия. Мы
прошли наверх, в ту гостиную, где Дагер
знакомил нас.
- Что случилось, Веда? Ты тогда так неожиданно пропала Я сбился с ног в
поисках тебя.
- Тэд напал на мой след. Я же тебе говорила, что он будет разыскивать меня.
Я хотела тайком развестись с ним, но ничего
не вышло.
- Почему?
Она села в кресло, нога на ногу, и комната, казалось, озарилась бледным
сиянием ее кожи. Я присел на подлокотник этого
кресла и не мог оторвать от нее глаз.
- Я обязательно разведусь. Я ненавижу его. Мы с ним давно уже не муж и
жена. Он живет со своей секретаршей Дэзи
Райн. Эта шлюха приходит сюда, как в свой дом...
- Но что мешает тебе?
- Деньги. Он оставит меня без гроша, если я сейчас разведусь с ним. Он
поставил мне условие: если я дождусь осени, а
осенью у него выборы, он баллотируется на пост мэра, тогда он выделит мне ренту
в тридцать тысяч. Если я начну процесс
сейчас - не получу ничего. Он боится. После шумного бракоразводного процесса ему
никогда не видать муниципалитета
Поэтому я вынуждена идти на его условия и сидеть, как мышь в углу, не
шелохнувшись.
- Тэд Дагер и так не будет мэром. Он решил провернуть крупную финансовую
аферу, но она стала кое-кому известна Так
что можешь не ждать осени. А насчет денег не тревожься. Дагер даст тебе столько,
сколько ты потребуешь. Он у меня в
кулаке.
- Ты слишком самоуверен, Крис. Ты плохо знаешь Тэда. Он страшный человек.
- Я тоже не подарок. В этой партии твой муж проиграет. Будь уверена!
Тогда... Ты согласна выйти за меня замуж?
Веда закрыла мне рот ладонью.
- О, Крис! Идем. Идем со мной. Все потом. Она провела меня через холл,
ввела в комнату и
включила свет. Это была очень уютная комната, ничего особенного, но было
такое чувство, словно ты прожил в ней всю
жизнь. Старинная неброская мебель, вполне соответствующая своему назначению:
стулья, стол, за которым можно сидеть не
скрючившись и не опуская голову ниже колен. Тихо трещал камин, а в углу сам с
собой разговаривал приемник.
- Это моя тюрьма, Крис. Здесь я провожу все свое время. Все то время, что
думаю о тебе.
Я повернулся к ней. В ее синих глазах стояли слезы.
- Веда!
- О, Крис! Ведь уже так давно... Поцелуй меня. Я целовал и целовал ее,
крепко прижав к себе.
Мое сердце неистово колотилось.
- Любимый мой!
Она отстранилась, чтобы взглянуть мне в лицо, затем подошла к выключателю,
и свет погас. Танцующие отблески огня в
камине придавали всей комнате какую-то особую интимность и умиротворенность.
- Так лучше, Крис?
Я закрыл дверь и, прислонившись к ней спиной, стал смотреть на Веду. Я
всегда удивлялся быстроте, с какой эта женщина
скидывает одежду... Через несколько мгновений она стояла передо мной обнаженная
и прелестная.
- Ты самое совершенное создание на свете! Она повернулась ко мне спиной,
встала на колени
перед камином и протянула к огню руки. Я приблизился к ней и опустился
рядом, обняв ее за талию.
- Я живу лишь ради таких мгновений, - прошептала она. - Мне кажется, что
земля перестает вращаться, что мы существует
только вдвоем и больше никого...
Утомленные, мы лежали, утопая в ворсе ковра. Голова Веды прижалась к моему
плечу, я гладил ее шелковистые волосы.
Люстра вспыхнула внезапно. Яркий сноп света ударил мне в лицо. Мы
вздрог
...Закладка в соц.сетях
