Жанр: Детектив
Почерк палача
...вашу
супругу, Туполеву, на приличную работу, где ей будут платить деньги и не тащить
на диван.
- Кого отдаю, фамилию не запомнил? - киллер приложил ладонь к уху.
- Взрослый человек, а кривляетесь. Стыдно. - Гуров демонстративно убрал
протокол допроса в стол. - Я же сказал: устно. Если вы подозреваете, что
разговор записывается, должны знать, что прокуратура у меня пленку не примет. Да
и сказать-то вам следует лишь два слова: да, Вагин.
- Ловите, не могу понять на чем, но точно ловите. - Преступник сжал
ладонями виски, лицо его исказилось. Он покачал головой и, наконец, выдавил: -
Да, Борис Вагин. И моя тупость.
- Спасибо, Сергей Сергеевич. Я обещаю, что супруга ваша, Туполева, будет
работать, её никто не тронет. - Гуров нажал кнопку звонка, дверь неприятно
скрипнула, вошел конвой.
- А свиданку? Свиданку с Груней устроите? - спросил Робер, оборачиваясь в
дверях.
- Это к следователю, я лично возражать не стану, - ответил Гуров,
поднялся, пробормотал: - Знать точно и догадываться - не одно и то же.
Оперативники разглядывали карту подземных коммуникаций в районе, где
располагались техстанции Рощина и Полоза. На чертеже обозначались линии труб,
шедших под землей. Что в конкретном месте находилось на земле, для розыскников
оставалось тайной.
Орлов сопел, чесал затылок, был крайне недоволен.
- Без специалиста нам не разобраться. Лев Иванович, почему вы не приказали
привести инженера? - спросил генерал.
Обращение Орлова к Гурову по имени-отчеству и на "вы" оперативники слышали
впервые.
- Господин генерал-лейтенант, - ответил Гуров в том же тоне, - я не мог
поехать сам, так как не желаю, чтобы члены банды узнали о направлении нашей
работы.
- Пожалуйста, не хвастайся тем, что не дурак, - резко перебил Орлов. - Я
говорил об инженере.
- Инженер не свидетель и не подозреваемый, он гражданин России, -
сдержанно ответил Гуров. - Инженера нельзя привезти в министерство, человека
можно лишь просить приехать. Я бы сам, возможно, и добился успеха, а ребятам
человек, который, возможно, имеет к милиции претензии, мог спокойно отказать,
сославшись на здоровье или занятость. В результате поползли бы слухи.
- Ты все выдумываешь, Лева. Ловко оправдываешься, на самом деле ты просто
не сообразил, что одной карты подземных коммуникаций окажется недостаточно. -
Орлов, как и в большинстве случаев, был абсолютно прав.
- Вы правы, Петр Николаевич, потому вы и начальник главка, а я лишь опер,
- ответил Гуров.
- Я желаю видеть инженера, господа офицеры. Как вы выполните приказ, меня
не интересует.
Когда генерал вышел из кабинета оперативника, Котов сказал:
- Я не стал выступать при Петре Николаевиче, но когда мы брали карту, я
пригласил инженера, его зовут Семен Константинович, проехать с нами в
министерство. Лев Иванович, инженер действительно ненавидит милицию. У него под
левым глазом фингал, - возможно, было столкновение.
Гуров покачал головой, а Станислав даже присвистнул и заявил:
- Не было печали. Этот инженер для нас сегодня главный помощник, а его
отметелили менты. Лев Иванович, придется ехать тебе.
Гуров осуждающе посмотрел на друга и ответил:
- Поедешь ты, наденешь форму. Я человека буду раздражать, есть у меня
такое прекрасное качество. Ты мужик простой, свойский, умеешь быть убедительным,
а тактику беседы я тебе сейчас нарисую.
Инженер подземных коммуникаций Ивашев Семен Константинович, которому
только что исполнилось тридцать шесть лет, недавно купил свой первый автомобиль
"Жигули" пятой модели. Он мечтал о машине давно, но бюджета семьи, состоящего из
зарплат инженера и его супруги-учительницы, а также пенсии тещи, едва хватало на
прожитье. В семье рос сын, десятилетний пацан, отличавшийся хорошим аппетитом и
любовью к футболу, в который, как известно, играют ногами. Ботинки для сына
занимали в графе расходов чуть ли не первую строчку. Но Ивашев начал копить
деньги на автомобиль ещё до рождения "футболиста".
Опыт жизни родителей и свой собственный доказали Ивашеву, что верить
родному правительству нельзя никогда. И как только у него появлялась
возможность, инженер покупал доллары. Несколько лет он ходил под статьей, но
затем вздохнул свободно. Отказывал он себе во всем, так сильно мечтал ездить на
автомобиле. Правительство произвело известную реформу, большинство знакомых
Ивашева стали нищими, а он оказался владельцем суммы, которой хватило бы на
половину автомобиля. Теперь покупать валюту можно было свободно, зато на хлеб и
ботинки уходили почти все заработки.
Полгода назад он стал-таки владельцем "Жигуля", своей мечты. За долгие
годы он изучил этот автомобиль лучше, чем любимую супругу, научился вождению,
получил права. Когда он впервые сел за руль, руки у него дрожали, ноги онемели,
ему казалось, что все машины на улице мчатся в его сторону. Наконец он затянул
все едва наживленные гайки, боковые стекла заставил подниматься, а "дворники"
двигаться, к "мечте" привык, к улице приспособился.
Два дня назад, в субботу, Ивашев поехал утром в магазин за продуктами,
жена вручила ему последние сто рублей и список самого необходимого, несколько
раз повторив, что денег в семье больше нет. Он ехал по четырехрядному шоссе во
втором ряду, машин на шоссе было сравнительно мало, инженер наслаждался жизнью.
Грузный инспектор ГАИ лениво поднял жезл, указал на "Жигули" Ивашева,
приказал остановиться. Он остановился, протянул в окошечко документы. Инспектор
взглянул на них мельком:
- Почему не пристегнуты? - Инспектор, разговаривая, смотрел куда-то вверх
и в сторону.
- Понимаете, инспектор, - Ивашев виновато улыбнулся, - у меня
остеохондроз, а ремень давит.
- Болен, сиди дома, - изрек инспектор. - Штраф пятьдесят рублей. - Он
привык, что водители платят быстро и молча.
- Денег нет, - решительно ответил Ивашев.
- Как? - Инспектор стукнул жезлом по капоту. - Без денег нельзя выезжать
на трассу, - и продолжал стучать жезлом.
В принципе, легкий жезл не мог оставить следов, но его удары отдавались у
Ивашева в сердце.
- Не калечьте машину! - крикнул инженер.
- Чего? - Инспектор ударил сильнее. - Платить будете?
- Не трожь машину, мент! - Ивашев выскочил на мостовую, хотел встать между
инспектором и своей "мечтой", и невольно толкнул гаишника в грудь.
- Мент? - Подобную наглость инспектор мог стерпеть разве что от водилы,
который платит "зеленью". - Так! Оскорбление сотрудника при исполнении,
физическое сопротивление. Ты у меня заплатишь не полтинник, а как следует.
Он махнул напарнику, который сидел в милицейских "Жигулях" неподалеку.
- Дай ключи, садись, поехали в отделение, разберемся. - Инспектор уже
сожалел, что связался с нищим худосочным дураком, но самолюбие не позволяло ему
отступать.
- Ключи не отдам! - крикнул Ивашев. Подкатил напарник, инспектора
посовещались, лейтенант в "Жигулях" сказал:
- Ты придурок. Тебе это нужно? Ключи не отдает? х.. с ним, пусть ведет
машину сам, садись рядом, отделение неподалеку.
- Садитесь за руль, поедем в отделение. - Инспектор обошел "мечту",
плюхнулся на переднее сиденье, шкрябнул ботинком по порожку.
Ивашев стиснул зубы и стерпел, сел за руль. Через несколько минут они
припарковались у отделения милиции. В дежурной части людей было немного. Двое
мужчин непонятного возраста и национальности сидели на деревянной скамье,
дежурный офицер, сидя за перегородкой, говорил по телефону, постовой курил у
двери. Разглядел все это Ивашев не сразу, потому что, как только он переступил
порог, сопровождавший его инспектор ГАИ сильно ударил инженера под зад, тот
растянулся на полу, а очки отлетели в сторону. Ивашев на карачках добрался до
них, надел, только потом поднялся на ноги.
- Товарищ старший лейтенант, хулигана привел! - радостно сообщил
инспектор. - На трассе бросился на меня. Вы его лучше заприте.
Дежурный только положил трубку и разговором остался явно недоволен, ему не
понравилось, что инспектор указывает старшему по званию, что следует делать.
Старлей взглянул на худосочного "хулигана", скорчившегося и потиравшего
ушибленный зад.
- Он прямо на машине на тебя бросился?
- Гражданин начальник... - Ивашев находился в милиции впервые со дня
получения паспорта, но подсознательно понимал, здесь он уже не товарищ, тем
более не господин.
- Сядьте на лавку, сидите тихо! - приказал старлей и недовольно усмехнулся
инспектору. - Как он тебя, такой здоровяк, на улице не зашиб? Садитесь, пишите
рапорт.
- Я хочу лишь объяснить... - начал было Ивашев, но дежурный его перебил:
- Объяснять будешь жене, а пока сиди молча.
Инспектор долго писал рапорт. Привели пьяного, который одновременно и
плакал, и норовил двинуть старшину по морде. Затем двое в штатском привели
бритоголового парня и причитавшую женщину: бритоголовый вырвал у неё сумку.
Инспектор отдал дежурному рапорт, махнул Ивашеву жезлом и ушел. Оформляли
бритоголового, время шло, инженер тихо подошел к барьеру и робко попросил:
- Разрешите позвонить жене?
- Сядь, хулиган, видишь, я занят, - добродушно ответил старлей. Он уже
прочитал рапорт гаишника, где описывался бой на трассе, ни одному слову не
поверил, понял, что человека задержали за ерунду, а очкарик платить дань
отказался. И все уже складывалось для инженера неплохо, да он вылез с этой
идиотской просьбой. Кому же разрешают звонить по аппарату дежурного? Имеешь в
кармане телефон, могут и разрешить, конечно, но не за десять копеек.
Ивашев, опустив голову, шагнул к скамейке и тут услышал со двора
прерывистые сигналы "мечты". Голос "любимой" инженер был способен отличить из
тысячи. Ивашев молча бросился к дверям, был остановлен сержантом, хотел
прорваться, получил в глаз и лишь тогда закричал:
- Машина! Сигнализация! Угоняют! Дежурный неприятностей не хотел и
приказал:
- Хомутов, взгляни!
Сержант вышел во двор, инженер выскочил следом. "Жигули" стояли на месте,
молодая женщина пеленала на капоте младенца.
- Твоя? - Сержант сплюнул.
- Да-да. - Ивашев хотел подойти к машине, но был остановлен молодым
крепким парнем.
- Ну и пошел в тюрьму, падла. Людей беспокоишь!
Его выпустили к вечеру, когда пришел начальник отделения, пожилой
молчаливый майор. Он прочитал рапорт, выслушал нервный рассказ инженера, вернул
документы и ключи от машины, зевнул и сказал:
- Без полтинника в тачку не садись, - махнул на него рукой: мол, пошел
вон.
Продуктов Ивашев не купил, с женой случилась истерика. Инженер всегда
считал, что милиция не лучшая часть человечества, теперь он её ненавидел.
Сегодня инженер Ивашев сидел в своей каморке и прикидывал, где бы
раздобыть экскаватор, который был совершенно необходим. До конца рабочего дня
оставался час, уйти инженер не решался, хотя, сколько он порой перерабатывает,
никто не считал. В дверь постучали, инженер удивился и после небольшой заминки
сказал:
- Да-да! Войдите.
Вошел Станислав. Парадная форма делала оперативника стройнее и выше.
Ивашев не понял, что пришедший полковник - сотрудник милиции, а решил, что гдето
прорвало трубу, и жильцы прислали представителя.
- Здравствуйте. - Станислав выдал улыбку, предназначавшуюся для красивых
женщин. - Ивашев Семен Константинович, верно?
Инженер понял, что перед ним мент, сухо ответил:
- К сожалению, верно.
- Полковник Крячко из главка МВД. Извините, что без звонка. - Станислав
сменил улыбку на дружескую, положил руку на спинку стула. - Разрешите? Мне
сегодня так утром вкатал генерал, что целый день с ногами плохо. Семен
Константинович, я сегодня все думаю, решаю, неужто я со своими подчиненными так
же несправедлив, как начальство несправедливо со мной?
Ивашев крючок не схватил, спросил:
- Вы по какому вопросу... - Ивашев не мог решить, как обратиться к гостю,
"товарищ" или "господин", поэтому опустил и то и другое и закончил: - Полковник.
- Мы наводим в своих рядах порядок, - начал свою сказку Станислав. - Мне
поручено разобраться с той безобразной историей, которая произошла с вами.
Уверяю, Семен Константинович, виновные будут строго наказаны. - Он не знал,
когда, где, какое конкретно столкновение произошло у инженера с милицией, но,
судя по внешности хозяина и кровоподтеку под глазом, сотрудники были не правы.
- Вы серьезно? - Ивашев растерялся.
- Иначе я бы к вам не приехал, - улыбнулся Станислав. - Скажите, Семен
Константинович, в вашем коллективе работают плохие люди?
- Ну, конечно же, люди работают разные, - признался инженер. - Возьмем
прораба Смолякова, дай ему больше власти, так он такого наворочает - век не
разгрести.
- Так везде. - Инженер все больше нравился Станиславу. - От крохотного
чиновника до Совмина работают разные люди. Власть развращает. Но давайте
разбираться по порядку. Мы имеем рапорта, в которых вас обвиняют в хулиганстве,
но у нас имеется и один рапорт, где сотрудник утверждает, что с вами обошлись
несправедливо. Будьте любезны, расскажите, что конкретно произошло?
- И что толку? - Лицо Ивашева стало злым и обиженным. - Милиционеров
много, а я один.
- Во-первых, вы не один, старший сержант написал в инспекцию о
безобразиях. Люди мы опытные, сумеем отличить правду от лжи. Вы ведь не хотите,
чтобы аналогичное произошло с другим человеком? - ласково спросил Станислав.
- Не дай бог! - воскликнул Ивашев.
- Прекрасно. Тогда рассказывайте все подробно с самого начала. - Станислав
сел удобнее, демонстрируя своим видом, что готов слушать.
- И как деньги копил, рассказывать? - смущенно спросил Ивашев.
- Все рассказывайте, Семен Константинович. - Станислав перекинул ногу за
ногу, облокотился на стол.
Ивашев начал говорить робко, неуверенно, затем непотухающая обида придала
ему силы. Рассказывал он подробно, даже изображал в лицах.
Ничего нового Станислав не услышал, ему прекрасно было известно и о
мздоимстве в милиции, и о грубости и бездушии. Он не мог инженеру рассказать о
жизни рядового милиционера, философствовать о том, что любой человек станет черт
знает кем, когда узнает, как в заоблачных верхах манипулируют миллионами и
остаются безнаказанными. Не мог признаться, что он, полковник главка, возможно,
стал бы неизвестно кем, не сведи его судьба с сильными и честными людьми.
Ивашев закончил свою историю фразой:
- Для вас, господин полковник, происшедшее - мелочь. Даже для меня сегодня
все звучит довольно обыденно.
- Верно. При творящемся в городе беспределе ваша история не особое
событие. Милицию не любите? - спросил в лоб Станислав. - Помогать нам не
собираетесь?
- Да уж! - Ивашев развел руками. - Извините.
- Это вы нас извините. Только разрешите спросить, как нам в такой ситуации
работать? Вы нам платите деньги, чтобы мы вас охраняли и защищали, а сами
терпеть не можете. Мы так и работаем. Получается замкнутый круг, и его требуется
разорвать. А взаимоотношения людей основаны не на указах президента, а на
обоюдном доверии. Мы вас просим написать заявление, разберемся, виновных
накажем. Машина у подъезда, доедем туда и обратно, позвоните жене, предупредите,
что задержитесь.
Сверкающий "Мерседес" ошеломил Ивашева.
- Хотите прокатиться, садитесь за руль, - сказал Станислав. - Если вы
справляетесь с "Жигулями", то эта машина сама довезет вас.
- Никогда! - Ивашев сделал шаг назад. - Помру от страха.
- Хорошо, садитесь, я довезу вас. - Станислав открыл дверцу. - Признаюсь,
Семен Константинович, когда сам я первый раз сел за этот руль, то чувствовал
себя дискомфортно.
Когда "Мерседес" выехал со двора и бесшумно поплыл по трассе, обгоняя
другие машины, словно те стояли на месте, Станислав сказал:
- Хочу предупредить возникающие у вас вопросы. Машина моя личная. На свою
зарплату я могу купить лишь такой же, как у вас, "жигуль". Так же, как и вы,
копить и занимать, разница незначительная. Спрашивается, откуда дровишки? Моя
основная профессия - розыск убийц. Они, как понимаете, взяток не дают. Но мне
просто повезло. Два года назад к нам приехали американцы, ребята из ФБР. Они
занимались разработкой группы наркодельцов. Мой начальник, сейчас вы с ним
познакомитесь, и я оказали американцам некоторую помощь. В благодарность
получили по машине. Начальник умнее меня, попросил очень хорошую, но скромную
машину, а я, жлоб, не удержался.
- Убийцы... ФБР... Наркотики, - пробормотал Ивашев. - Как же вы
заинтересовались моей персоной?
- Жизнь непредсказуема, сейчас приедем, напишете заявление, все узнаете.
- Семен Константинович? - Гуров вышел из-за стола и незаметно показал
Станиславу большой палец. - Очень приятно, меня зовут Лев Иванович. Садитесь за
стол полковника, пишите свою одиссею. А он пока переоденется, у нас вообще-то
форму не носят.
Станислав услужливо подсунул инженеру стул и стопку бумаги.
Вся обстановка и окружающие люди начинали вызывать у Ивашева сомнение. Ну,
продержали человека в отделении, дали в глаз, но невозможно ведь каждому
обиженному уделять столько времени.
- Я ничего писать не буду, вы меня вербуете! - заявил он.
В кабинет зашел Орлов, сверкнул золотыми погонами, сотрудникам кивнул,
Ивашеву пожал руку. Он слышал последние слова Ивашева и довольно резко сказал:
- У вас высшее образование, не говорите подобные глупости. Я приказал
привезти вас не потому, что сотрудники хамы. Вы заявление напишите, я не только
генерал, но и поживший свое человек. В вашем вопросе разберутся, не
сомневайтесь. Пишите. - Орлов вышел.
- Утром у меня брали карты, просили приехать, так я того человека послал...
- Ивашев развел руками.
Сидевший напротив Гуров устало взглянул на инженера:
- Семен Константинович, напишите заявление. Все, что обещал полковник,
будет выполнено. Потом мы с вами поговорим.
В голубых глазах человека, сидевшего напротив, Ивашев не заметил ни
участия, ни доброты, лишь усталость и злость. Однако инженер понял, что злость
направлена не на него, инженера по подземным коммуникациям, на кого-то другого,
и этому человеку не позавидовал.
Заявление Ивашева уместилось на одной странице. Гуров посмотрел её,
отметил вслух:
- Не пристегнут ремень... Нет денег... Отделение... Восемь часов содержания. -
Он кивнул, отложил бумагу в сторону. - Этого вполне достаточно.
Совершенно неожиданно для себя Ивашев быстро сказал:
- А в этом, - он тронул глаз, - я сам виноват, хотел убежать к машине. А
майор вечером со мной и не разговаривал, сказал только, что, сидя за рулем,
нужно иметь деньги на штраф, и отпустил.
Гуров скупо улыбнулся, вынул из стола знакомую карту, расстелил, сказал:
- Зайдите с моей стороны, пожалуйста. Ивашев обошел столы, взглянул на
карту, пожал плечами.
- Здесь все верно.
- Хорошо. В каком году чертили карту? - спросил Гуров.
- До меня. Значит, три года назад, - ответил Ивашев.
- В каком месте на поверхности расположены техстанции обслуживания?
- Разрешите карандаш? - попросил Ивашев. - Здесь и здесь, - он тонкими
линиями обозначил кружки в самом низу карты, где никаких коммуникаций обозначено
не было. - Ну, все, что положено, было подвелено. Лично моя вина, что на карте
коммуникации не отмечены.
- Значит, случается и ваша вина, - рассеянно произнес Гуров, раздумывая
над тем, как задать главный вопрос, не употребляя слов "убийство" и "трупы". -
Вы лично в работах по прокладке не участвуете?
- Когда работают экскаваторщики, я не нужен, - ответил Ивашев.
- Семен Константинович, а не могли экскаваторы копнуть лишнего, создать
большую яму? - спросил Гуров.
- А зачем? Им строго указано проложить траншею от сих и до сих, глубина и
ширина. Никому лишняя работа не нужна, - ответил инженер.
- Допустим, я хочу организовать под станцией погреб, комнату, куда можно
водить девиц. Заплатили экскаваторщику, ему работы на час. Такое случается? -
спросил Гуров.
- В жизни разное случается, но я не слышал, - ответил Ивашев. - Вы
располагаете такими данными?
Гуров посмотрел на инженера внимательно, осторожно ответил:
- Мы предполагаем, что подобная комната существовала под одной из
техстанции. Позже за ненадобностью её засыпали, замуровали, черт её знает, -
Гуров пожал плечами. - Теоретически подобное могло произойти?
- Теоретически возможно что угодно. - Ивашев уже освоился и поглядывал
иронически. - Ищете склад наркотиков?
- Вроде этого, мы ищем склад, который, по нашим данным, находится в данном
районе. - Гуров вновь посмотрел на инженера, и Ивашев понял: дело у людей
серьезное.
- Складирование неких веществ? Они бы давали излучение, и их давно засекли
бы, - рассуждал Ивашев.
- Человеческое тело, захороненное на кладбище, излучений не дает, - сказал
Гуров. - Вернемся к экскаваторам.
- Это совсем не мое ведомство. Вам придется разыскать организацию, которая
проводила работы. Текучесть кадров там огромная, но экскаваторщик - работник
ценный. Впрочем, я в этом ничего не понимаю.
- Естественно, - согласился Гуров. - Каждый занимается своим делом. У нас
нет времени искать строительную организацию, которой сегодня и в городе-то не
существует. Вы инженер подземных коммуникаций, можете ли вы нам помочь
обнаружить подземное помещение, которое недавно имело выход на поверхность?
Глава последняя
Илья Титов с главным инженером тех-станции по ремонту и обслуживанию
"Мерседесов" и "Ауди" осматривали новое, только что сданное в эксплуатацию
помещение. Строилось оно долго, изначально задумывалось как совместное
предприятие. Но взаимоотношения немецкой фирмы и русской стороны, которую
практически возглавлял один человек - "новый русский" миллионер Шишов Николай
Николаевич, не сложились.
Немецкая сторона относилась к проекту строительства техстанции в Москве с
предубеждением. Немцы уже имели дело с русскими миллионерами, обожглись и на
новое сотрудничество согласились неохотно и при непременном условии -
стопроцентная предоплата со стороны русских. Но Шишов, человек образованный,
выпускник МАДИ, оказался человеком честным, но принципиальным.
В общем, вопрос решался долго, кончилось все тем, что Шишов откупил у
немцев их долю, стал единоличным хозяином, и тогда работа двинулась с места и в
конце концов пришла к завершению. Главный инженер, естественно, родной брат
хозяина, познакомился с Ильёй Титовым, когда являлся ещё автолюбителем и
студентом. Илья собрал разбитый в аварии "мерс" Шишова, за работу взял побожески.
И тогда, шесть лет назад, клиент сказал молодому механику: мол, будет у
брата своя техстанция, я стану главным инженером, а ты главным механиком. Илья
рассмеялся и согласился; парни, почти ровесники, ударили по рукам, выпили по
стопке и разошлись.
Титов отслужил армию; естественно, он уже забыл о мальчишеской
договоренности, но неожиданно ему позвонил младший Шишов, и их взаимоотношения
восстановились.
Илья работал в то время у Егора Рощина, местом был недоволен, подыскивал
новое. Как-то раз его остановил хозяин соседней техстанции Анатолий Иванович
Полоз.
- Привет, Илья, - сказал он неожиданно дружески, - давно к тебе
присматриваюсь, хочу у Егорки перекупить. Но это подождет, сегодня подвернулось
срочное и денежное дело. Ты парень порядочный, непьющий, мне подходишь.
Илья держался настороженно. Полоз парню не нравился, но деньги на дороге
не валяются, и он молча выслушал предложение.
- Имею новенький "мерс-300", документы в порядке, имею покупателя, но он
живет в Ростове. Машину надо отогнать, получить деньги. Сам я станцию оставить
не могу, а народ у меня сам видишь какой, да и внешность, одежда, манера
говорить тоже имеют значение. Две тысячи баксов. Годится?
Таких денег Илья в жизни не видел, поэтому подумал и ответил:
- Посмотрю "мерс", документы, получу доверенность на свое имя, могу
выехать завтра.
- Давай паспорт для нотариуса, готовься, завтра поедешь. С тобой поедет
охранник, машина дорогая. Обратно большие деньги повезешь, без охраны нельзя.
Илья засомневался: конечно, охрана хорошо, но каков человек? Все сделаешь,
получишь доллары, а твой охранник тебя же и шлепнет?
Полоз словно его мысли читал, криво усмехнулся:
- Трофимов Гарик, его семья в моем доме живет. Абхаз, шалить не станет.
Илья этого парня знал, Гарик работал на станции Полоза на подхвате, так
как в машине не разбирался.
- Анатолий Иванович, выходит, я и не нужен, - попытался отказаться Илья.
- Не крути. Гарик с купцом говорить не может, да и для ГАИ ты человек
русский, в армии служил, а Трофимов, хоть фамилия и подходящая, настоящий
чучмек. Деньги хорошие, работа чистая, плевая, так что берись.
Илья Титов вступил в банду проще, чем в комсомол, даже заявления не писал.
Все прошло гладко, купец оказался человеком культурным, взял у Ильи его
доверенность, за час переоформил на свое имя, вручил деньги. Считали втроем,
Гарик спокойнее и быстрее всех. Сорок тысяч долларов, у кого угодно руки
задрожат.
Через два дня они вернулись, а ещё через три погнали в Ростов роскошный
джип "Чероки".
На обратном пути в купе скорого поезда Ростов - Москва Гарик, наливая по
стопке, спокойно сказал:
- Ты хоть и русский, Илья, а настоящий мужчина.
Илья выпил, хмыкнул, несколько удивленно ответил:
- Мужчина или нет, можно определить, когда увидишь человека под пулями.
Мне в армии так говорили.
- А ты не под пулями? - Гарик слегка опьянел, гортанно рассмеялся. -
Хозяева машин, которые ты гоняешь, покойники.
- А мне что за дело? - удивился Илья. - Живые они, мертвые, мне без
разницы.
- Дурак, да. - Гарик выпил ещё и лег на полку спать.
В Москве, передавая Полозу деньги, Илья попытался объясниться. Хозяин
смотрел равнодушно, жевал жвачку.
- Вольному - воля, не желаешь - откажись. Только учти, судье без разницы,
две машины ты перегнал или сто две. Прямое соучастие, так что приговор тебе
светит.
Илья и не заметил, как начал меняться. Каждая пачка долларов, которую он
клал в карман, превращала парня в другого человека.
Людей убивали, машины продавали, деньги платили, вся система работала
четко, словно конвейер. Илья иногда, все реже, думал об убитых людях.
Задумывался и тут же забывал. Вскоре и вспоминать перестал. Вернул Илью на землю
опер Вагин.
Илья и не предполагал, что оперативник районного отделения милиции в курсе
происходящего.
...Закладка в соц.сетях
