Жанр: Детектив
Почерк палача
...ой ствол глушитель ставят, - сказал Робер, ловко
выщелкнул обойму, проверил, есть ли в канале ствола патрон, вогнал обойму на
место.
Они проезжали мимо безлюдной стройки.
- Останови, Колюня, старику отлить требуется, - сказал Робер.
Когда машина встала, он выстрелил в один стриженый затылок, тут же в
другой. Забрал у трупов все документы, пистолет, из которого стрелял, тщательно
обтер, бросил пацану на колени, взял пистолет у водителя. Робер был мужик
здоровый и легко выбросил мертвые тела в строительный мусор, затем сел за руль,
выехал на трассу.
Он оставил машину в городе, а к жене и. сыну вернулся городским
транспортом. Ночь Робер спал плохо.
Глава 5
Котов и Нестеренко снова приехали на станцию Рощина, хотя не сомневались,
что если трупы захоронили в данном районе, искать их следует вблизи от станции
Полоза.
- Здравствуйте, господа менты, - приветствовал их Егор Егорович. -
Чувствую, полюбили вы нас, расстаться не можете.
- Егор Егорович, мы люди подневольные, - добродушно ответил Котов.
Нестеренко, как обычно, больше молчал.
- Теперь-то вам чего требуется? - спросил Рощин.
- Так воровского авторитета убили, а гильзу мы в тот раз так и не нашли, -
ответил Котов. - Нам прокуратура приказала найти и без гильзы не возвращаться.
- Врете, господин мент, гильза была, я сам видел, как её ваш специалист
рассматривал, - сердито молвил Рощин.
- Верно, Егор Егорович, гильза была, её эксперт забрал, - признал Котов. -
Только когда её в лабораторию привезли, она к пистолету, который мы имеем, не
подошла.
- Может, пистолетик у вас не тот? - сказал Рощин.
Котов приблизился к мастеру вплотную и доверительно ответил:
- Вы, Егор Егорович, меня не выдавайте, я тоже убежден, что пистолетик не
тот. Но у нас ведь начальства, как у сучки блох. Свое милицейское, вы его
видели, мировой мужик, головастый. Но по факту дело возбудила прокуратура, а
следователь такой буквоед, сил нет. По закону он следствием руководит, а милиция
у него на посылках. Ему нашего бензина, наших ног не жалко, сказал - извольте
выполнять. Мы хоть бумагу должны отписать, мол, искали, не нашли.
Рощин посмотрел на оперов с сочувствием. Котов видел, что к их разговору
прислушивается Илья Титов.
- Наша бы воля, так мы бы у тебя в конторе чаю попили, написали все по
форме и уехали. А потом кто-нибудь из твоих, вон Илью Титова возьми, и напишет,
что оперативники начальству мозги пудрят, не работают, только бумажки
отписывают.
- Надо мне, будто своих забот не хватает, - подошедший ближе Илья
вызывающе ухмыльнулся. - Вон и Мосгаз тоже копает, у них где-то утечка, найти не
могут, ищут. У нас здесь словно медом намазано.
Нестеренко, молча слушавший пустую травлю напарника, посмотрел на стоявший
в кустах "рафик", на борту которого было написано "Мосгаз", и на мужика, который
вылез из машины и неторопливо направлялся к ним, и пошел навстречу. Опер
профессиональным взглядом оценил и возраст, и чисто выбритое лицо мужчины,
посмотрел в глаза и все понял. Оперативники при взгляде глаза в глаза узнают
друг друга практически безошибочно.
Нестеренко встретился с незнакомцем на расстоянии, когда разговор Котова
был уже не слышен, а потому в открытую сказал:
- Здравствуйте, коллега. По чьему приказу прибыли?
- Как и вы, по приказу начальства, - ответил мужчина.
- Его фамилия случайно не Кулагин? - спросил Нестеренко. - Как наши
командиры не могут договориться, чтобы мы на ноги друг другу не наступали?
Контрразведчик упорно молчал. Такие всегда считали себя выше милиции и
держались значительно сдержаннее.
- Нас тут знают, и мы не такие секретные, так что уберемся, мешать не
станем, работайте, как говорится. Бог в помощь. Как старый опер разрешу себе
дать вам пару советов.
- Не требуется, - резко сказал контрразведчик.
- Хорошо, - Нестеренко кивнул. - Тогда я те советы через свое начальство
Павлу Кулагину передам.
- Занудный ты мужик, посмотрю. И знаешь, как ударить, - контрразведчик
заставил себя улыбнуться. - Давай свои советы и езжай. Помощи просите, а сами
хамите, грозите. Считаешь, у меня другой работы не хватает?
- Когда на такой объект выезжаешь, не брейся и хороший одеколон в руки не
бери. Нет "рафика" с надписью "Мосгаз", и черт с ним, а рисовать буквы накануне
или даже рано утром - это, коллега, чистая халтура, а в серьезном деле -
мгновенный провал. Удачи, помощничек. - Нестеренко подмигнул и пошел к Котову,
рассуждая, что в бытность полковником - а сегодня он отставник - имел таких же
ребят, и ни хрена их не переделаешь.
Оперативники ещё минут десять потолкались вокруг станции без толку, к
Полозу даже не поехали, понимая: раз парни Кулагина здесь, они обязательно и
там, и уехали. С дороги они позвонили в кабинет Гурова, никто не ответил, тогда
они набрали номер приемной Орлова. Верочка бодро сообщила, что Лев Иванович и
Станислав около часа назад выехали на трупы, а Нестеренко и Котову приказали
прибыть в управление.
Друзья подъехали к трупам молодых киллеров одновременно с медэкспертом,
которого вызвал начальник отделения милиции.
Как известно, убийца для выполнения задуманного особо места не выбирал, но
угадал так, что лучше и не придумаешь. Улочка длиной меньше ста метров подлежала
расширению, а домишки с обеих сторон полной реконструкции. С одной стороны уже
все снесли и закладывали фундаменты, другая сторона стояла словно мертвая, так
как была полностью выселена.
- Лев Иванович, ты беседуй с врачом, а я полазаю по брошенным "дворцам",
никогда не поверю, что там никого не найду. Стены имеются, крыша тоже, значит,
человек просто обязан притулиться, - сказал Станислав и зашагал на другую
сторону.
Поначалу Гуров как следует не рассмотрел мальчишек, сейчас же их тела
казались удивительно маленькими, беззащитными.
Начальник отделения, молодой капитан, и его зам по розыску стояли понуро,
отлично понимая, что получили глухой "висяк". Они оба с удивлением поглядывали
на приехавшее начальство, присутствие которого ничего хорошего не обещало, хотя
и плохого добавить особо не могло. Два трупа на территории отделения обнаружены,
так изволь возбуждать уголовное дело и разыскивать неизвестно где и кого.
- Доктор, я и у живых парней возраст определить не могу, у мертвых тем
паче, - сказал Гуров. - Подскажите, сколько им лет?
- Вообще-то главный вопрос розыскника "когда", а не "сколько лет". - Врач
заглянул покойникам в рот. - Они не так молоды, как выглядят. Приблизительно
около двадцати пяти. - Он осмотрел кисти покойников. - Никакой драки, убиты
примерно сутки назад.
- Надо пальцы снять, может, судимые, - сказал зам по розыску. - Иначе с
установлением личности намучаешься.
- Не намучаешься, - сказал Гуров, представился и дал свою визитку. -
Позвони, я сообщу данные убитых. А сейчас, капитан, прикажите своим патрульным
осмотреть, как с этого места выехать на трассу, и где-то поблизости должен
стоять серый брошенный "Москвич", если его не угнали. Городской знак я могу
узнать, но вы и так разберетесь. Убийца сидел сзади, попросил остановить, якобы
по нужде, выстрелил, забрал все документы, выкинул трупы и сел за руль. Но ехать
по Москве без документов на машину и водительских прав он не мог. Ему надо было
добраться до линии городского транспорта, там он остановился, бросил машину и
ушел. Из такого расклада и ищите "Москвич", он недалеко. Машина необходима, она
нам может сказать значительно больше, чем трупы. И не волнуйтесь, "висяка" у вас
не будет, я убийцу разыщу.
- Господин полковник, так вы у нас дело забираете? - спросил повеселевший
капитан.
- Ничего я пока у вас не забираю, капитан. Быстро выполняйте приказания,
гоните "Москвич" к министерству, а если у охраны возникнут вопросы, покажите мою
визитку. С производством дела решу, когда увижу "Москвич". Действуйте, желаю
удачи. Да, в "Москвич" садиться только в перчатках, нужны пальцы.
- Господин полковник, да где же я сейчас перчатки достану? - воскликнул
зам по розыску.
- Укради, - флегматично ответил Гуров. В этот момент подошел Станислав,
развел руками.
- Жители, конечно, имеются, но никто ничего не видел. Машины заезжают по
ошибке, разворачиваются, уезжают. Конкретно никто ничего...
- А видел - не скажет, - перебил Гуров. - Давай назад, в контору.
Необходимо быстренько разыскать убийцу. У нас не так уж мало на него имеется.
- Через связи покойников, - сказал Станислав, пробиваясь в сторону центра.
- Этих парней убил я. - Гуров наконец закурил, он в последнее время
ограничивал себя, мучился.
- Лев Иванович, признавайся: Христа на Лысой горе к кресту, случаем, не ты
приколотил? Извини, я тебе по-дружески, надоело. Какое дерьмо ни попадется,
обязательно ты замазан. У тебя вроде болезни, самобичевания. Да, ты ушел от них
нахально, через нейтралку. Но их никто за язык не тянул. Зачем они покаялись
своему шефу? - удивился Станислав. - Но этого, пожалуй, маловато для такой
расправы.
- Кто-то за ними послал "наружку", которую и засек убийца, - сказал Гуров.
- Как ты без разрешения попал к заместителю министра?
- Я не мальчик, не сую под нож пальчик, тем более уши, - ответил
Станислав. - Петр Николаевич санкционировал.
- Все ты врешь, паршивец. Петр, конечно, знает, но ничего подобного не
санкционировал. Ох, достукаешься ты, Станислав.
- Я был прав, извиняться не собираюсь. Извини.
- Ты не был прав, а теперь оказался, - сказал Гуров. - Значит, плохо
сработали парни Паши Кулагина. Убийца живет с покойниками либо в одном доме,
либо по соседству. А установку делали тяп-ляп, абы отписаться. Поехал бы Гриша
Котов, там ни одна мышь хвостом не шевельнула бы.
- Гриша уникальный профессионал в подобных делах, - согласился Станислав.
- Так у тебя самого такого второго нетушки. Так что ты на парней не греши,
принимай жизнь, какая она есть, и думай, как работать дальше.
- Думай! - Гуров выругался. - Как изволите думать, когда ты непрестанно
над ухом верещишь?
Оставшийся путь до дома сыщики молчали. Гуров корил себя за
несдержанность, несправедливость к другу, который, рискуя налететь на
неприятности, сделал доброе дело.
Станислав посторонними мыслями не мучился. Он решал, как наилучшим
способом воспользоваться легким срывом друга. Можно сегодня же потребовать
компенсацию в виде ужина на вражеской территории. Можно выждать, когда он в чемто
ошибется, куда от этого денется? Сам Станислав не станет тогда объясняться,
а, скромно потупившись, скажет: мол, все люди живые и все ошибаются. Гуров
тотчас поймет и заткнется.
Когда они въехали на стоянку перед министерством, то сразу увидели
капитана и его зама по розыску, которые стояли около серого "Москвича", а
дежурный инспектор ГАИ постукивал жезлом по капоту машины и что-то сердито им
выговаривал.
Гуров выскочил из "мерса", подошел и спокойно сказал:
- Инспектор, вы абсолютно правы, машину тотчас уберут в отстойник. Это
вещдок по серьезному делу. Вы здесь начальник, не откажите, организуйте все по
высшему разряду.
- Господин полковник! Лев Иванович! Не волнуйтесь, все будет в порядке, -
ответил инспектор.
- Спасибо, - Гуров пожал инспектору руку, повернулся к сотрудникам
отделения. - Молодцы, поздравляю. Как же вам удалось нас обогнать?
- Мы свой район знаем, господин полковник, - ответил зам по розыску. - И
дорог через город много. - Он показал свои руки в нитяных женских перчатках.
- Украл? - улыбнулся Гуров.
- Позаимствовал, - ответил, улыбаясь, парень. - Как с уголовным делом?
- Все по закону. Прокуратура вашего района возбуждает дело и сообщает о
нем следователю городской прокуратуры Гойде. - Гуров продиктовал телефон. -
Скажите ему, что Гуров забирает его в свое производство. Формальности
прокуратуре известны.
- И все? - удивился капитан.
- Конечно. Благодарю, вы свободны. - Гуров пожал офицерам руки, повернулся
к Станиславу, который стоял молча с недовольной физиономией. - А ты распорядись,
чтобы эксперты тотчас занялись машиной. В основном заднее сиденье, пальцы,
возможно, волосы, следы одежды, в общем, все - они знают. И приходи в кабинет.
Будем думать и разговоры разговаривать.
- Сделаем, Лев Иванович. - Станислав осуждающе взглянул на Гурова и
отправился выполнять его приказ.
В кабинете Гурова ждали Нестеренко и Котов, сидя за ничейным столом, они
сражались, составляя слова от одного корня. Оперы должны были вернуться
значительно позже, но Гуров никогда лишних вопросов не задавал, а,
поздоровавшись, занял свое место и бросил:
- Рассказывайте.
Докладывал Нестеренко, так как именно он разговаривал с гэбэшником.
- Работают спустя рукава, пустое дело, - закончил он, посмотрел на Гришу
Котова, мол, не хочешь ли добавить?
- Обычная история, никто не вкалывает по приказу по чужому делу, - сказал
Котов. - Я лишний раз взглянул на Илью Титова, интересный он парень.
- У него душевная травма. Забудь о нем, Григорий, - пояснил Гуров. -
Проверку газовых коммуникаций соседи, конечно, с потолка взяли. - Он закурил,
посмотрел в окно, выдержал паузу и добавил: - А сама по себе идея интересная.
Позор, что я раньше об этом не подумал.
- Не понял, - сказал Нестеренко. - Сечение трубы газопровода...
- Оставим, Валентин, - перебил Гуров. - Найти тела - наша главная задача,
но сегодня она отодвигается на второй план. Покойники лежат, никуда не денутся.
А убийца нам неизвестен и гуляет на свободе. Я говорю о вчерашнем убийстве. В
местах проживания убитых наши коллеги побывали и засветились. А нам необходимо
получить домовые книги из пяти-шести домов, выписать всех мужчин в возрасте
тридцати - шестидесяти лет. Это наша самая срочная работа. Григорий, кто жэками
командует? Может, они сегодня иначе называются? Явиться к начальству,
определить, кому конкретно можно приоткрыться. У них свое хозяйство и законы.
Местная власть должна определить вам легенду, дать телефонограмму о приходе
ревизоров. Работа противная, нудная, но необходимая. Возраст я назвал такой
умышленно, рамки предельно расширил. А так, по моим прикидкам, убийце в районе
пятидесяти. Он заказ принял, а намеченных ранее исполнителей ликвидировал.
Думаю, живет он несладко, поэтому отказаться не может, а обещано ему за мою
башку солидно. В его возрасте отошедшему от дел человеку такой кус упускать
нельзя. Вы будете его искать по месту жительства, а Станислав и я - в районе
моего дома. Место работы отпадает, расстрелять меня в машине - нужна техника и
люди, а он одиночка.
Нестеренко недовольно поморщился, взглянул на Котова, кивнул: мол,
выскажись. Гриша поерзал на стуле, посопел и решительно сказал:
- Лев Иванович, вы рассуждаете правильно, но в жизни обычно бывает что-то
да не так. Допустим, сегодня это одиночка, но ведь прошлые связи он наверняка не
растерял. Человеку со стороны классного киллера не найти, с ним даже говорить не
станут. Но обратиться к старому дружку, который сегодня в группировке, убийца
может.
И нанять нескольких отморозков на двух машинах тоже может. В подъезде и на
лестнице вы со Станиславом никому не дадитесь, а расстрелять вас в машинной
толчее большого ума не надо.
- Так, - согласился Нестеренко и кивнул, а сам подумал, что преступники
хоть и стали другими, а дури в голове у них не убавилось. Допустим, убьют они
Гурова, так ведь Орлов и Крячко их руками передавят.
- Ты верно думаешь, Валентин, - сказал Гуров. - Напрасно они в меня
уперлись. В таком деле один человек - это всего лишь один человек. Хотя,
признаюсь, Лев Иванович мне дорог, мы ещё поборемся.
Пришел Станислав, занял свое место, его ввели в курс разговора, и он
неожиданно жестко заявил:
- Вы все оперативники опытные, обсуждать ситуацию вам никто не мешает, но
операцией в целом руковожу я. Ваш план мне не нравится, слишком много допусков;
воевать с бандитами по наитию, рискуя нашими жизнями, я не позволю.
Гуров хотел было вмешаться, Крячко жестом остановил начальника и друга.
- Лев Иванович, я ещё не закончил. Согласен, Нестеренко и Котов работают в
Митине. Так что можете сейчас и отправляться.
- Поняли и поехали, - сказал Нестеренко, и оперативники ушли.
- А мы с. тобой, Лев Иванович, будем действовать иначе. Свои машины мы
паркуем у министерства, я беру в нашем гараже "Волгу" и вожу тебя на работу и
обратно. Жить ты будешь на конспиративной квартире. Подождем, что эксперты
выжмут из "Москвича". Если в салоне найдут пальцы постороннего человека, то,
вполне возможно, мы выйдем на убийцу в течение суток-двух.
- Я не согласен, - возразил Гуров.
- Пойдем к Петру, понадобится, обратимся к Бодрашову, убежден, меня
поддержат, - Станислав говорил уверенно и нравился Гурову, который, глядя на
друга, думал, что в создании такого самонадеянного и нахального начальника есть
и его, Гурова, небольшая заслуга.
- Пока мы никуда не пойдем, попробуем договориться между собой, без
генералов, - сказал Гуров.
- Пробуй, - согласился Станислав, но его тон и выражение лица не
обнадеживали.
- Обнаружить пальцевой отпечаток в машине крайне проблематично, - начал
Гуров. - Работа, которую сейчас выполняют эксперты, понадобится Игорю Гойде,
когда перед ним будет находиться подозреваемый, для закрепления доказательств.
Обождать сутки - просто их потерять. Не рассчитывай ты так наивно на науку,
розыскнику она не помощник.
Вот Нестеренко и Котов - другое дело, они могут выйти напрямую. Время
покажет. Хочешь поселить меня на другой квартире? Дело твое, мне безразлично.
Хочешь возить меня в "Волге" да ещё пледом прикрыть? Пожалуйста. А ты прокачал
результат? Убийцу в Митине, предположим, мы не засекли. Гуров пропал, и, если
убийца нанял молодчиков, они пару дней потыркались, сказали заказчику: мол,
катись ты, старик, не морочь занятым людям голову. Далеко ты продвинешься в
результате?
Станислав несколько растерялся; подражая Гурову, начал черкать чистый лист
бумаги, затем сказал:
- Ты прав, но лишь в случае, если мы везде промажем. А если где-то
проклюнется результат?
- Насчет экспертов я тебе свое мнение сказал, значит, надежда лишь на
ребят. Это максимум два дня; за такое время никто не способен собрать команду и
зацепить тебя. Так что ставим мою машину у министерства, и два дня я с
удовольствием с тобой катаюсь.
- Хорошо, - неохотно согласился Станислав. - А если выставить "наружку" за
Борисом Вагиным?
- И на что рассчитывать? - Гуров взглянул недоуменно. - Я уж не говорю,
что вести наблюдение за оперативником сложно и дорого. Сколько нужно людей и
техники? Ладно, пускай никто людские деньги не считает, и мы такие же. Но что ты
ждешь? С кем может встретиться твой Вагин? С убийцей, которому сделан заказ? Да
никогда в жизни.
- Хорошо, гений, беру свои слова взад. - Станислав махнул рукой. - Надоел
ты мне со своей правдой, сил никаких не хватает.
Оперативники приехали в Митино, разыскали районную контору жилья, нашли
кабинет начальника. Котов подтолкнул напарника, шепнул:
- Иди.
- Отчего я? Тогда уж пошли вдвоем.
- Сказал, иди! - рассердился Котов и ушел в другой конец коридора.
Нестеренко вышел лишь минут через двадцать чуть ли не в обнимку с усатым
русым толстячком.
- Всегда рад, - гудел усатый. - Я приказал, значит, "ша"! Если какая
заминка, звони, я им, бездельникам, головы поотрываю! - Он покосился на Котова,
дыхнул перегаром и выкатился на улицу.
- Мировой мужик, чего ты уперся, не пойму, - от Нестеренко тоже
попахивало. - Пойдем, взглянем на жэк, они скоро закрывают.
- Как ты верно когда-то заметил, Валентин, я - еврей. А твой "мировой
мужик" - антисемит. Мне бы пришлось его уговаривать, а ты с ним не разлей вода,
- сказал Котов, усмехаясь.
- Да откуда ты взял? - возмутился опер. - Заранее ты знать не мог, да и
сейчас лишь предполагаешь.
- Я перестраховывался, а теперь знаю. Ты не заметил, как он на выходе на
Меня посмотрел, а я к таким взглядам давно привык.
- Все ты врешь, - ответил Нестеренко. В коридоре жэка толкался недобрый
народ, все на что-то сердились, но оперативники вошли в комнату, где их ждали.
- Мы, конечно, не знаем, кто у нас в какой квартире без прописки живет, -
быстро говорила немолодая женщина в больших очках. - Наши документы в полном
порядке, принимаем людей лишь из паспортного стола, все по закону.
- Лидия Степановна, не надо нервничать, - сказал Котов, слышавший, как к
женщине обратилась знакомая.
- Я совершенно спокойна! - заявила несколько воинственно чиновница, и
оперативники невольно переглянулись. Им стало ясно, что с законностью здесь не
все в порядке.
- Вы работаете сегодня до шести? - спросил Котов.
- Я могу задержаться, - с готовностью ответила женщина.
- Сейчас половина шестого, - вмешался Нестеренко. - Не стоит и книги
доставать, мы придем завтра к десяти. Вам это удобно?
- Конечно, конечно, - женщина понизила голос, хотя рядом никого не было. -
Вы слышали, двух парней из десятого дома вчера убили?
- Ужас, - ответил Котов. - Слава богу, мы не по таким делам.
- Замечу, черных сильно прибавилось. Безобразие! А ведь у нас и депутаты
живут.
Отделавшись от назойливой чиновницы, оперативники пошли по аллейке чахлого
скверика, миновали пенсионера с детской коляской, не обратив на него никакого
внимания.
Зато Робер внимание даже очень обратил на двух мужчин, вышедших из дверей
жэка.
Он не торопясь поднялся, покатил коляску и вскоре узнал, что поступила
команда проверить всех "черных", проживающих в микрорайоне, особо тех, что без
прописки.
Узнав цель визита неизвестных, Робер замурлыкал песню и решил, что,
вернувшись в хату, махнет призовой стакан.
Вскоре на столе Гурова лежал список мужчин, каждый из которых теоретически
мог оказаться разыскиваемым. Таких людей набралось всего двенадцать человек.
Петр Николаевич Орлов просмотрел список и отложил на своем столе в
сторону.
- Бумага остается у меня, заниматься кропотливой проверкой я вам запрещаю.
Не исключена возможность, что преступник увидит Котова или Нестеренко в лицо, и
это затруднит нам последующую работу.
Гуров с Крячко переглянулись, они ждали если не похвалы, то одобрения и
заинтересованности генерала, а он был безразличен, даже ворчлив больше обычного.
Генерал, конечно, заметил удрученный вид своих друзей и подчиненных,
отодвинул документы, которыми занимался до прихода оперативников, и сказал:
- Ладно уж, садитесь.
Гуров был так удивлен, что даже не пошел курить к окну, а занял стул рядом
со Станиславом.
- Скажу прямо, я вашей работой по данному делу крайне недоволен. Будь на
вашем месте кто-либо другой, я бы воспринял все как должное. Профессиональная,
добросовестно выполненная работа, но вы поехали по наезженной колее. Так бы
поступил любой опытный розыскник, у меня таких офицеров много. Но вы не любые,
вы два элитарных, лучших сыщика управления. Результатов ждут не только в
министерстве. А вы делаете, что положено, и не более. Такие светлые головы, а не
понимаете, что работаете по шаблону, упорно лезете в тупик.
Гуров вытер платком пот со лба. Столь оскорбительных слов он не слышал от
Петра много лет.
- А ты. Лева, вообще работаешь неприлично. Я имею в виду твою мерку,
которую установил ты сам, тебя на такую высоту никто силком не тащил. А залез,
так изволь соответствовать, а не соответствуешь, изволь выслушивать. Ты,
Станислав, извини, на хорошем, но своем уровне к тебе претензий нет, работаешь,
как умеешь. Я установленное в группе старшинство отменяю. Старший группы Гуров,
решает данный вопрос генерал Орлов, и не смейте без моего разрешения меняться
местами. Как говорится, дружба дружбой, а служба службой.
- Господин генерал-лейтенант, а можно выражаться конкретнее? - Голос у
Гурова немного сел, но опер четко закончил фразу.
- Я говорю, как считаю нужным, называю тебя, между прочим, по имени. То,
что сейчас происходит с тобой, хоть раз в жизни случается с каждым талантливым
человеком. Ты уверовал в свою непогрешимость.
- Неправда, Петр, - чуть ли не крикнул Гуров.
- Неправда, - легко согласился Орлов. - Но мы твоих сомнений не знаем, ты
замкнулся в себе, что плохо для тебя, для дела, да и нам не здорово. Ты хотел
конкретнее, изволь.
Орлов расстегнул верхнюю пуговицу рубашки, ослабил узел галстука.
Станислав встал, вынул из шкафа валокордин, разбавил, дал генералу. Орлов выпил,
откусил яблоко.
- Еще несколько лишних слов. Я думаю о вашем деле постоянно. А ведь если я
поручил дело вам, я должен забыть о нем, должен на сто процентов верить, что вы
все выполните быстро и по высшему классу. Сейчас же вы меня подставляете, меня
долбает министерство, теребят из Думы, интересуется правительство и
Администрация президента. И, конечно, не из-за того, что мы не можем найти
пропавшие тридцать машин с людьми. Правителям на такое дело плевать. Но над нами
смеются в зарубежной прессе. В Чечне крадут людей, это стало обычным делом.
Оказывается, в Москве тот же беспредел. Я вас защищаю, вы меня - нет, так не
честно.
- Не знали, Петр Николаевич, - тихо сказал Станислав.
- А знал бы, работал лучше? Больше бы нервничал, и только. Сегодня на
коллегии стоял вопрос о моем отстранении, замминистра Бодрашов встал как скала:
мол, коней на переправе не меняют, сам он в курсе дела и претензий к главку не
имеет. Отбил. К счастью, министр отсутствовал, его утюжат в Кремле... Ладно, я
выговорился. - Орлов шумно выдохнул и улыбнулся. - Лева, человек не может все
носить в себе, он становится хуже. Теперь о деле. Ты, гений, ошибся изначально.
Я не видел Илью Титова, но убежден, что тебе подсовывали агента, ты же парню не
поверил и ситуацией не воспользовался. Теперь займемся наемным убийцей. - Орлов
взял листок с фамилиями. - Меня обвиняют в том, что я не принимаю помощь
контрразведки. Сегодня же передам данных людей Павлу Кулагину, пусть вкалывают,
просветят каждого. Они там уже раз засветились, могут реабилитироваться. Мое
мнение, убийцы среди этих людей нет. Наверняка он живет по чужим документам,
чужой жизнью. Но не это главное. Допустим, человека нашли, доказали, что он
вовсе не он, документы чужие. И что? Станислав, перед тобой сидит рецидивист, ты
ему доказываешь все доскон
...Закладка в соц.сетях
