Жанр: Детектив
В 16.50 от Паддингтона
... Я получу ее целиком. И если продам за хорошую цену, то это
уже будет капитал, а капитал налогом не облагается, не то что доходы с
капитала. Куча денег! Вы только вдумайтесь!
- Вы всегда давали понять, что презираете деньги, - напомнила Люси.
- Конечно, презираю, у меня же их пока нет. Это единственный способ
сохранить собственное достоинство... Какая вы красивая, Люси... Или мне
просто кажется, потому что я давно не видел хорошеньких женщин?
- Скорее всего, именно последнее.
- Продолжаете всех и вся приводить в порядок?
- Кажется, кто-то немало потрудился, приводя в порядок вас. - Люси
критично оглядела его.
- Это все она, медсестра, чтоб ей пусто было! - с чувством воскликнул
Седрик. - А как прошло дознание? Что говорили по поводу Альфреда? Есть
новости?
- Дознание отложили, - ответила Люси.
- Полиция осторожничает, им небось здорово не по себе.., еще бы.., тут
кому угодно поплохеет, верно? В переносном, конечно, смысле. Ну а если не в
переносном... Будьте начеку, моя милая, - добавил он.
- Постараюсь.
- А как наш Александр? Он уже вернулся в школу?
- Думаю, все еще гостит у Стоддарт-Уэстов. Занятия в школе начинаются
послезавтра.
Люси уже собиралась пойти подкрепиться, но тут ей позвонила мисс Марпл.
- Простите ради Бога, что давно не была у вас, никак не могла вырваться!
- Ну что вы, душенька, я же понимаю, как вы заняты! И потом, пока мы
ничего не можем предпринять. Остается только ждать...
- Но чего именно?
- Скоро приедет Элспет Макгилликадди. Я написала ей, чтобы она выезжала
немедленно, что это ее долг. Так что, милая моя, не стоит понапрасну
беспокоиться.
Голос мисс Марпл был ласковым и подбадривающим.
- Так вы не думаете... - Люси внезапно осеклась.
- Что будут новые жертвы? Надеюсь их больше не будет. Но разве можно быть
совершенно уверенным? Согласитесь, что нельзя. Особенно если преступник
жесток и коварен. А мы, по-видимому, имеем дело как раз с таким человеком.
- Или с безумцем, - сказала Люси.
- Я знаю, нынче принято все списывать на всякие комплексы, но я лично не
сторонница такого подхода.
Распрощавшись с мисс Марпл, Люси пошла на кухню, взять поднос со своим
ленчем. Миссис Киддер уже сняла фартук и собралась уходить.
- Надеюсь, мисс, с вами все будет в порядке? - участливо спросила она.
- Можете не сомневаться, - огрызнулась Люси. В просторную, но мрачную
столовую она не пошла, а направилась в небольшой кабинет. Не успела Люси
покончить с едой, как открылась дверь, и вошел Брайен Истли.
- Привет! - сказала Люси. - Вот уж кого не ожидала!
- Я так и думал... - сказал Брайен. - Как тут наши страдальцы?
- Сейчас намного лучше. Харольд завтра возвращается в Лондон - Что вы обо
всем этом думаете? Неужели правда мышьяк?
- Да, без сомнения.
- Газеты пока молчат.
- Думаю, это полицейские пока придерживают сообщение. Наверное,
неспроста.
- Видимо, кто-то имеет зуб на Крэкенторпов, - заметил Брайен. - Кто бы
это мог тайком проскользнуть на кухню и подложить отраву?
- Удобнее всего это было сделать мне, - сказала Люси. Брайен посмотрел на
нее с тревогой.
- Но ведь это не вы, правда? - Он явно был немного шокирован.
- Нет, не я, - успокоила его Люси, одновременно пытаясь для себя найти
ответ на его вопрос. Нет, никто не мог подсыпать яд, пока я готовила, на
кухню никто не заходил. А потом я сразу понесла карри в столовую. Значит,
сделать это мог только кто-то из сидевших за столом.
- В самом деле.., зачем бы вам это делать? - никак не мог успокоиться
Брайен. - Ведь они вам никто, верно?.. Послушайте, - неожиданно спросил он,
- надеюсь, вы не против.., что я вот так нагрянул? Даже не предупредив?
- Ну что вы, конечно, не против. Вы у нас побудете?
- Ну, мне бы хотелось.., если это вас не очень обременит...
- Не обременит. Как-нибудь управимся.
- Понимаете, я сейчас пока без работы и.., ну, как бы вам сказать.., мне
это порядком надоело. Так вы правда не против?
- Я тут ничего не решаю. Вы у Эммы спросите.
- О, насчет Эммы я спокоен... Эмма всегда хорошо ко мне относилась. На
свой лад, конечно. Она в общем-то человек очень сдержанный. Очень себе на
уме., Я могу ее понять: жить здесь взаперти и присматривать за стариком - ей
не позавидуешь... Жаль, что она так и не вышла замуж. Теперь, пожалуй,
поздно...
- Совсем не поздно, - возразила Люси.
- Ну... - Брайен задумался. - Разве что священник... - сказал он наконец
с надеждой. - Эмма была бы незаменимой помощницей в приходе и наверняка
сумела бы найти общий язык с "Комитетом матерей" . Я правильно назвал -
"Комитет матерей"? Если честно, я не знаю, что это такое. Просто часто
встречается в книгах... А по воскресеньям Эмма надевала бы шляпку и
отправлялась в церковь, - прибавил он напоследок.
- Звучит не слишком заманчиво, - сказала Люси, поднимаясь и взяв поднос с
тарелками.
- Дайте мне! - Брайен забрал у нее поднос. В кухню они вошли вместе. -
Помочь вам вымыть посуду? Нравится мне эта кухня, - заметил он. - Я знаю,
такие теперь не в чести, а мне нравится.., вообще весь этот дом нравится.
Наверное, у меня ужасный вкус, но говорю как есть! В здешнем парке запросто
можно посадить самолет, - с энтузиазмом добавил он и, схватив
предназначенное для стаканов полотенце, принялся вытирать им ложки и вилки.
- Жаль, что имение достанется Седрику, - посетовал Брайен. - Он тут же все
продаст и снова смотается за границу. Понять не могу, чем ему не нравится
Англия?! Харольд тоже не станет жить в этом доме. А для Эммы он слишком
велик. Эх, если бы он перешел к Александру, мы с ним бы отлично зажили,
весело и беззаботно. Конечно, неплохо, если бы в доме появилась женщина. -
Он задумчиво посмотрел на Люси. - Ладно, это все только разговоры... Чтобы
дом достался Александру, все его родственники должны поумирать, а такое
маловероятно, верно? Да и старик, судя по его виду, проживет лет до ста,
хотя бы для того, чтобы всем им насолить. Сдается мне, он не слишком
горевал, когда умер Альфред?
- Не слишком, - сдержанно подтвердила Люси.
- Старый черт, - беззлобно проворчал Брайен Истли, - все чудит.
Глава 22
- Кошмар, чего только не наслушаешься! - сказала миссис Киддер. - Я,
конечно, стараюсь не слушать все эти сплетни.., такого наговорят, что диву
даешься! - Она умолкла, с надеждой ожидая расспросов.
- Да, могу себе представить, - заметила Люси.
- Вот хоть бы про убитую... Ну ту, что нашли в Долгом амбаре, -
продолжала миссис Киддер, пятясь как краб к двери, поскольку в данный
момент, встав на четвереньки, мыла пол. - Дескать, в войну она была
полюбовницей мистера Эдмунда, потому сюда и приехала, а муженек ее выследил
и прикончил - из ревности. Мог и прикончить, иностранцы они такие, с чего бы
ей ехать сюда.., через столько лет... Верно?
- Пожалуй, - согласилась Люси.
- Болтают кое-что и похуже. Язык-то без костей, вот и мелют. Будто мистер
Харольд женился где-то за границей. Еще до своего брака с леди Элис... А та
женщина возьми и заявись сюда, а как узнала, что у него другая, хотела
подать в суд.., за двоеженство, значит.., а он зазвал ее в амбар -
поговорить, а сам удавил и запрятал в саркофаг. Вы представляете?
- Какой ужас, - рассеянно пробормотала Люси. Мысли ее были далеко.
- Я, понятное дело, помалкиваю, - с добродетельным негодованием
продолжала миссис Киддер. - Мне что: в одно ухо вошло, в другое вышло.
Одного не могу понять: как такое можно навыдумывать, ведь грех, да еще и
разносить эти байки по всей округе! Я чего боюсь: не дошло бы до мисс Эммы.
Расстроится, будет переживать, мне бы этого не хотелось. Очень славная
женщина... Я хочу сказать, настоящая леди, вот про нее ни одного худого
слова сроду не слышала. Ни единого! Ну и, конечно, про мистера Альфреда
теперь тоже ничего не говорят, как можно о покойнике... Не говорят даже, что
это его Господь покарал, за его делишки. А ведь правда, мисс? Языки у людей
- не приведи Господь! Никого не пощадят! - сетовала миссис Киддер с плохо
скрываемым удовольствием.
- Вам, должно быть, очень неприятно слышать все эти грязные сплетни, -
посочувствовала Люси.
- Ваша правда, мисс! Конечно! Я так и мужу говорю, так и говорю! Дескать,
и как только языки не отсохнут! Раздался звонок в парадную дверь.
- Это, наверно, доктор, мисс. Сами откроете, или мне пойти?
- Я открою, - сказала Люси.
Но это был не доктор. На ступеньках стояла высокая элегантная женщина в
норковом манто. На подъезде к дому негромко урчал "роллс-ройс", за рулем
которого сидел шофер.
- Скажите, пожалуйста, могу я видеть мисс Эмму Крэкенторп?
Голос был приятный, женщина немного грассировала. Она была весьма
привлекательна. Темная шатенка лет тридцати пяти. Косметика дорогая и умело
наложена.
- Извините, - сказала Люси. - Мисс Крэкенторп больна. Она лежит в постели
и никого не принимает.
- Я знаю, что она больна. Да, я знаю. Но мне очень нужно с ней
повидаться.
- Боюсь... - снова начала Люси, но посетительница перебила ее:
- А вы, вероятно, мисс Айлсбэрроу? - Она улыбнулась. Улыбка красила ее
еще больше. - Я вас узнала - мой сын так много о вас говорил. Я - леди
Стодцарт-Уэст, это у нас гостит Александр.
- О, теперь я понимаю!
- Мне в самом деле очень важно повидать мисс Крэкенторп, - продолжала
леди Стоддарт-Уэст. - Я знаю.., все о ее болезни, и, уверяю вас, это не
просто светский визит. Мой приход связан с тем, что мне рассказали
мальчики.., вернее, мой сын. Я обязана кое-что ей сообщить, хотя это и
нелегко... Пожалуйста, спросите, может ли она меня принять?
- Войдите. - Люси впустила гостью и провела в гостиную. - Пойду доложу о
вас мисс Крэкенторп.
Она поднялась наверх и, постучавшись, вошла в комнату Эммы.
- Приехала леди Стоддарт-Уэст, - сообщила Люси. - Она очень хочет вас
видеть.
- Леди Стоддарт-Уэст? - изумилась Эмма. На лице ее тотчас отразилась
тревога. - Что-нибудь случилось с мальчиками? С Александром?
- Нет-нет! - поспешила успокоить ее Люси. - С мальчиками все в порядке.
Просто они что-то такое ей рассказали, и это заставило ее срочно к вам
приехать.
- Ах вот как... - Эмма колебалась, не зная, как поступить. - Пожалуй, я
должна принять ее. Как я выгляжу, Люси?
- Восхитительно!
Эмма полулежала в кровати. Накинутая на плечи бледно-розовая шаль
оттеняла легкий румянец. Темные волосы были заботливо расчесаны и уложены
медсестрой. Накануне Люси поставила на туалетный столик вазу с осенними
листьями. Комната выглядела очень уютной, и уже ничто там не напоминало о
болезни.
- Я уже достаточно окрепла, - сказала Эмма. - Доктор Куимпер обещал, что
завтра позволит мне встать.
- Вы и правда выглядите совсем здоровой. Так я приведу к вам леди
Стоддарт-Уэст?
- Да, пожалуйста.
Спустившись, Люси вошла в гостиную.
- Мисс Эмма Крэкенторп ждет вас.
Люси проводила гостью наверх и, впустив ее в комнату, закрыла дверь. Леди
Стоддарт-Уэст подошла к кровати и протянула руку.
- Мисс Крэкенторп? Простите за столь бесцеремонное вторжение. По-моему,
мы уже как-то встречались - в школе, на спортивном празднике.
- Да, - сказала Эмма. - Я прекрасно вас помню. Пожалуйста,
присаживайтесь!
Леди Стоддарт-Уэст опустилась на стул, придвинутый к кровати.
- Вы наверняка удивлены моим внезапным появлением, но у меня есть
причина, и, по-моему, очень важная. Видите ли, мальчики многое мне
рассказали. Они, конечно, крайне взбудоражены убийством, которое здесь
произошло. Признаюсь, когда я об этом узнала, то и сама страшно перепугалась
и хотела немедленно забрать Джеймса домой. Но мой муж поднял меня на смех.
Он сказал, что происшедшее безусловно не имеет ничего общего с вашей семьей,
что, судя по письмам, для Джеймса и Александра это необыкновенно
захватывающее приключение и было бы жестоко увезти их от вас. Это он точно
знает, поскольку хорошо помнит собственное детство... Я уступила и
согласилась, чтобы они остались.
- Вы считаете, нам следовало отправить вашего сына раньше? - спросила
Эмма.
- Нет-нет! Я совсем так не думаю. О, мне так трудно.., но я должна все
объяснить... Видите ли, они все примечают, эти мальчишки, и все слышат. Они
сказали, что эта женщина.., убитая.., вроде бы полиция предполагает, что она
- та француженка, с которой ваш старший брат.., тот, что погиб во время
войны.., познакомился во Франции. Это верно?
- Такая вероятность есть. - Голос Эммы слегка дрогнул. - И мы не вправе
ею пренебрегать...
- И есть конкретные основания, чтобы считать, что убитая - та самая
Мартина?
- Как я уже сказала, есть вероятность.
- Но почему.., почему они думают, что это Мартина? При ней нашли
какие-нибудь письма.., документы?
- Нет. Ничего не было. Но, видите ли, я получила от Мартины письмо.
- Письмо?.. От Мартины?..
- Да. В нем она сообщила, что находится в Англии и хотела бы со мной
увидеться. Я пригласила ее сюда, но перед самым ее приездом пришла
телеграмма, что она возвращается во Францию. Возможно, она туда и вернулась.
Мы не знаем. Но недавно возле дома был найдет конверт от письма, которое я в
свое время отправила Мартине. Это, по-видимому, означает, что она была
здесь. Однако я не понимаю...
- Вы не понимаете, - тут же подхватила леди Стоддарт-Уэст, - почему меня
все это так интересует? И я бы не понимала, будь я на вашем месте. И тем не
менее, услышав все это, вернее, сбивчивый рассказ о чем-то в этом роде, я
решила, что должна приехать и убедиться, что мальчики ничего не перепутали,
потому что если так оно есть...
- Да?
- Я должна сказать то, о чем никогда говорить не собиралась. Видите ли..,
дело в том, что я - Мартина, Мартина Дюбуа.
Эмма смотрела на свою гостью, словно никак не могла осмыслить сказанного
той.
-Вы! Вы - Мартина? Гостья энергично кивнула.
- Да-да! Вы, я вижу, изумлены, но это правда. Я познакомилась с вашим
братом в первые дни войны. Собственно, он жил в нашем доме, на постое. Ну,
остальное вам известно. Мы полюбили друг друга. Собирались пожениться. Потом
было отступление в Дюнкерке, Эдмунд числился в пропавших без вести. Позже
пришло сообщение, что он убит. Не буду об этом говорить. Это все теперь уже
в прошлом. Скажу лишь, что я очень любила вашего брата... Дальше была
суровая военная реальность. Немцы оккупировали Францию, и я стала участником
Сопротивления. Я была одной из тех, кому поручали переправлять англичан
через Францию на родину. Так я встретилась со своим теперешним мужем. Он был
офицером ВВС. Его забросили во Францию для выполнения спецзадания. Когда
война закончилась, мы поженились. Я несколько раз порывалась вам написать
или увидеться с вами, но в конце концов решила, что этого делать не стоит.
Подумала, что ни к чему ворошить прошлое. У меня уже была новая жизнь.., и
не было желания вспоминать то время. - Немного помолчав, она добавила:
- Но знаете, я почему-то очень обрадовалась, когда выяснилось, что лучший
школьный товарищ Джеймса - племянник Эдмунда. Кстати, Александр очень похож
на Эдмунда. Вы, наверное, и сами обратили на это внимание. Я очень рада, что
Джеймс и Александр так подружились.
Подавшись вперед, она накрыла руку Эммы своей ладонью.
- Теперь вы видите, дорогая Эмма, что, услышав эту историю.., о том, что
убита женщина, которую считают Мартиной, я не могла не приехать к вам... Я
должна была рассказать вам правду. Кто-то из нас - вы или я сама должны
сообщить об этом в полицию. Кто бы ни была эта женщина, она - не Мартина.
- Никак не могу поверить, - сказала Эмма, - что вы.., вы - та самая
Мартина, о которой писал мой дорогой Эдмунд. - Она вздохнула и озадаченно
нахмурилась. - Но я не понимаю... Это вы прислали мне письмо?
- Нет-нет! - Леди Стоддарт-Уэст решительно покачала головой. - Что вы! Я
вам не писала...
- В таком случае... - Эмма запнулась.
- В таком случае кто-то таким образом надеялся вытянуть у вас деньги. Да,
это очевидно. Но кто это мог быть?
- Наверное, - медленно произнесла Эмма, - кто-то из тех, кто знал вас в
то время и был осведомлен о ваших отношениях с Эдмундом.
Леди Стоддарт-Уэст пожала плечами.
- Возможно. Хотя я ни с кем не была близка настолько, чтобы обсуждать
свою личную жизнь. А с тех пор как приехала в Англию, я вообще никому ни
словом не обмолвилась об этом. И потом, почему эта женщина так долго ждала?
Странно, очень странно!
- Я тоже в полном недоумении. Посмотрим, что скажет инспектор Креддок. -
Эмма посмотрела на гостью с внезапно нахлынувшей нежностью. - Как я рада,
дорогая, что наконец-то познакомилась с вами.
- Я тоже очень рада... Эдмунд часто о вас говорил. Он очень вас любил.
Мне удалось потом устроить свою жизнь и даже стать счастливой, но все равно
- прошлое навсегда осталось в моем сердце.
Эмма откинулась на подушки и с облегчением вздохнула.
- Слава Богу! Пока мы опасались, что убитая все-таки может оказаться
Мартиной, все это, пусть косвенно, было связано с нашей семьей. Но теперь...
О! Гора спала с плеч! Я не знаю, кто была эта несчастная, но у нее не могло
быть ничего общего с нами!
Элегантная секретарша, как всегда в это время дня, принесла Харольду
Крэкенторпу чашку чаю.
- Благодарю вас, мисс Эллис. Сегодня я уйду пораньше.
- Вам вообще не следовало приходить, мистер Крэкенторп, - сказала мисс
Эллис. - Вид у вас пока изможденный.
- Ну это только вид, - шутливо возразил Харольд, хотя на самом деле он
чувствовал себя неважно. Еще бы, угодить в такой переплет. Слава Богу,
обошлось.., теперь уже все позади.
"Поразительно, - мрачно размышлял он, - что Альфред не сумел
выкарабкаться, а старику хоть бы хны. Сколько ему?.. Семьдесят три, что ли?
Да еще без конца болеет... По логике, именно у него было меньше всего шансов
выжить... Так нет же! Не повезло Альфреду, который всегда был крепким парнем
и сроду ни на что не жаловался..."
Харольд вздохнул и откинулся на спинку кресла. Да, Эллис права, он еще не
совсем оправился, но он не мог не прийти! Он должен досконально знать, как
обстоят дела Ведь все висит на волоске! На волоске! Хотя все - он окинул
оценивающим взглядом свой роскошный кабинет отделанный натуральным деревом
дорогую, в современном стиле мебель - да, все свидетельствовало о
процветании. Так и нужно! Если у вас преуспевающий вид, люди думают, что и
бизнес ваш процветает. Вот чего никак не хотел понять Альфред... И
напрасно...
Пока слухи о неустойчивом финансовом положении фирмы еще не
распространились. Но все равно крах уже близок. Вот если бы вместо Альфреда
умер отец, чего, собственно, следовало ожидать... Но мышьяк, похоже даже
пошел старому скряге на пользу!.. Да, если бы умер его отец... Тогда сразу
были бы решены все проблемы!
И все же главное - не выдавать своей тревоги. Во что бы то ни стало
сохранять видимость успеха и стабильности. Нельзя уподобляться бедняге
Альфреду, у которого просто на лбу было написано, что он скользкая личность
и неудачник. Да, он был мошенником, но таким жалким... Настоящий риск - это
не для Альфреда. Вечно якшался с темными личностями, там кого-то надует,
здесь ввяжется в сомнительное дельце... Правда, никогда не попадался, но
часто был близок к опасной черте, постоянно балансировал на грани... И чего
он этим добивался? Недолгие периоды относительного благополучия - а потом
возврат к убогому существованию и мелким аферам. Не было у него широты и
размаха. Так что, если хорошенько все взвесить, не такая уж большая
потеря... Он, в сущности, никогда особенно не любил Альфреда. Не потеря, а
даже, наоборот, выгода: ведь теперь наследство, оставленное затейником
дедом, надо делить не на пятерых, а на четверых. Плохо ли!
Лицо Харольда чуть прояснилось. Он встал, взял шляпу и пальто и вышел из
конторы. Не мешает еще пару деньков отдохнуть. Он еще не вполне окреп.
Машина ждала Харольда у подъезда и вскоре уже пробиралась по забитым
машинами лондонским улицам в сторону его дома.
Дверь открыл его слуга, Дарвин.
- Ее светлость только что прибыла, сэр, - доложил он.
В первый момент Харольд непонимающе хлопал глазами. Элис! Господи,
значит, она должна была вернуться сегодня? Он начисто об этом забыл. Хорошо,
что Дарвин предупредил его. Хорош бы он был, если бы, поднявшись наверх, не
сумел скрыть удивления и разочарования... Впрочем, какая разница... Ни Элис,
ни он сам никаких иллюзий по поводу своих чувств не питали. А может, Элис и
любит его... Кто знает...
Ну а в целом Элис не оправдала его надежд... Он не был в нее влюблен,
когда женился. Но она была довольно обаятельной женщиной, хотя отнюдь не
красавицей. К тому же ее семья, полезные родственные связи - это тоже очень
привлекало. Правда, связи, в сущности, не пригодились. Он, естественно,
рассчитывал, что у них с Элис появятся дети. Солидная родня для мальчиков
очень важная вещь. Однако ни мальчиков, ни даже девочек так и не появилось.
И теперь им с Элис оставалось лишь вместе стареть, коротая скучные вечера,
потому что им вдвоем не о чем было и поговорить, да и особой привязанности
они друг к другу не испытывали.
Элис подолгу гостила у родственников, а зимой обычно отправлялась на
Ривьеру. Ее такая жизнь устраивала, а ему было все равно.
Харольд поднялся наверх и радушно приветствовал жену, как того требовали
правила хорошего тона.
- Вот ты и дома, дорогая. Извини, что не встретил Срочные дела в Сити, но
как только освободился, сразу же помчался домой. Ну как Сан-Рафаэль?
Элис начала рассказывать, как ей жилось в Сан-Рафаэле. Это была худощавая
женщина с рыжеватыми волосами, крупноватым с горбинкой носом и отсутствующим
взглядом карих глаз. Речь ее была безупречно правильной Но тусклый унылый
голос наводил тоску. Доехала благополучно, но, правда, на пароме через
Ла-Манш сильно качало. Таможенники в Дувре, как всегда, очень назойливы.
- Тебе нужно было лететь самолетом, - сказал Харольд, это был его
коронный совет. - Намного проще.
- Ты прав, но я не очень жалую самолеты. Никогда их не любила. В них
чувствуешь себя как-то.., ненадежно.
- Зато экономишь массу времени, - назидательно заметил Харольд.
Леди Элис Крэкенторп ничего не ответила. Вероятно, главная ее проблема
состояла не в том, как сэкономить время, а в том, как его заполнить. Она
вежливо осведомилась о здоровье мужа.
- Телеграмма Эммы очень меня встревожила, - сказала она. - Как я поняла,
вы все разом отравились.
- Да, так оно и было.
- На днях я читала в газете, - припомнила Элис, - что в какой-то
гостинице отравились сразу сорок человек. Наверное, их накормили продуктами,
которые слишком долго лежали в холодильнике. Сейчас ведь все пихают в
морозильные камеры - опасное увлечение.
- Наверное, - рассеянно пробормотал Харольд, обдумывая, стоит или нет
говорить про мышьяк. Почему-то, глядя на Элис, он был просто не в состоянии
завести об этом речь. Он чувствовал, что в том мире, где жила Элис, мышьяком
никого не травили. Ни с ней, ни с ее родичами не могло случиться ничего
подобного. О таком они могли лишь читать в газетах. А вот в его семье -
случилось...
Харольд поднялся в свою комнату и прилег отдохнуть на пару часиков. Потом
стал одеваться к обеду, потом спустился в столовую.
За столом разговор с женой он продолжил в том же духе... Вежливый,
пустой. Элис рассказывала что-то о своих знакомых в Сан-Рафаэле.
- На столике в холле лежит для тебя посылка, - сообщила она между прочим.
- Правда? А я не заметил.
- Ты знаешь, мне рассказали совершенно невероятную историю: в одном
старом амбаре нашли задушенную женщину, причем амбар этот находится в имении
Резерфорд-Холл. Представляешь? Значит, видимо, где-то есть еще другой
Резерфорд-Холл.
- Нет, - сказал Харольд, - другого нету. Ее нашли в нашем амбаре.
- Помилуй, Харольд! В Резерфорд-Холле обнаружили убитую женщину, а ты ни
словом мне об этом не обмолвился?
- Просто еще не успел, - поспешил оправдаться Харольд, - все это крайне
неприятно. Разумеется, нашей семьи это никоим образом не касается, но
помучили нас изрядно. И полиция и журналисты...
- Действительно неприятно, - сказала Элис. - Ну и нашли того, кто это
сделал? - поинтересовалась она, скорее из вежливости.
- Пока нет.
- А что за женщина?
- Никто не знает. По-видимому, француженка.
- А, француженка! - Интонация, с которой это было произнесено, очень
напоминала обличительный тон инспектора Бэкона, даром что это была дама из
высшего общества. - Чрезвычайно досадная для всех вас история, - заключила
она.
Супруги перешли из столовой в небольшой кабинет, где они обычно сидели,
когда обедали одни. К этому времени Харольд совсем обессилел. "Надо будет
лечь", - подумал он.
Он прихватил лежавшую на столике в холле посылку, о которой упомянула
жена. Это был маленький, аккуратный сверток, тщательно запечатанный
сургучом. Усевшись в свое любимое кресло у камина, Харольд сорвал сургуч.
Внутри находилась аптечная коробочка, на ярлычке значилось: "Принимать по
две таблетки на ночь". И еще имелся листок со штампом брэкхемптонской
аптеки, на которой было написано: "Послано по предписанию доктора Куимпера".
Чуть нахмурившись, Харольд открыл коробочку и посмотрел на таблетки. Да,
похожи на те самые, которые он принимал. Но он точно помнил, что Куимпер их
отменил. "Вам они
...Закладка в соц.сетях
