Жанр: Детектив
Лилит
...речаться, чтобы она сама мне начала
рассказывать, хоть, конечно, это был бы лучший вариант - не подталкивать человека к
откровенности, а подождать, когда ему самому захочется честно признаться во всех своих
грехах.
Выручил странствующий трубадур, нет, скорее, менестрель, он, как им и положено,
сразу начал приставать к герцогиням и баронессам. Я говорю о каком-то бездомном
кобельке (шерсть у него была коротенькая, так что это понятно было сразу, да и по его
наглости тоже), он очень беззастенчиво стал крутиться около наших аристократок. Это
дало мне возможность, когда мы общими усилиями его отогнали (моими и Туей, собачки
в этом не участвовали, даже, как мне кажется, взгрустнули, когда он все же отстал от
них), перевести разговор с собак на мужчин, здесь все было гораздо проще, тем более в их
экстерьере я разбираюсь не хуже любой другой женщины, хоть и не получила еще ни
одной медали.
- Мой приятель, Гена, - доверчиво стала рассказывать я, - точно такой же, как вот этот
вот, - я кивнула на убегавшего, но с гордо задранным хвостом кобелька, - ни одной
женщины не пропустит.
И я стала рассказывать о своем близком друге, "почти муже" Гене. Правда, получалось
так, что у моего Гены есть еще одна жена, которую можно было назвать этим словом без
добавления "почти". Но рассказывала я о Гене не жалуясь и без укоров, а, наоборот, чтобы
это могло вызвать легкую зависть. И Туся, естественно, не смогла остаться равнодушной и
не могла не похвастаться и своим другом, у которого, как нарочно, оказывается тоже была
жена.
Если бы мне пару дней пообщаться с Тусей, я бы так много через нее смогла узнать и
сделать хорошего для Феликса... Но у меня не было на все это времени, и пришлось все
делать наспех и без всякого удовольствия.
Когда я наконец дождалась и Туся все же произнесла:
- Феликс, оказалось, что у меня тоже есть знакомый Феликс, но он ездит на черной
"вольво". Я нарочно это выделила, чтобы показать разницу между ее приятелем Феликсом
и моим знакомым Феликсом. А потом, не знаю почему, но что-то меня потянуло
рассказать об этом своем знакомом, совсем немного. Тут же я перевела разговор на
другое, но Туся, как бы случайно, между делом вернула меня на прежнее место, к моему
знакомому Феликсу.
Я не видела причин, почему бы мне не поболтать с приятной умной женщиной, и, без
каких-либо задних мыслей, я, чтобы скоротать время до прихода моего Гены, стала
рассказывать о незатейливой жизни этого Феликса.
- Ты не представляешь, - рассказывала я с веселым удовольствием, - у них там такое!
Настоящее сексуальное шоу: двое "голубых", одна нимфоманка, этот Феликс и старуха
лесбиянка. - Про старуху я добавила так, на всякий случай, чтобы выглядело
попривлекательнее. Но, сказав это, я тут же вспомнила о Галине и, сама не знаю почему,
вдруг добавила:
- Они собираются в одном доме, в Видном, это городок под Москвой. - Я еще только
договаривала последние слова, а мне уже захотелось откусить свой длинный язычок, с
ним такое случается не часто, но бывает, что он говорит такое, от чего потом хотелось бы
отказаться, вот как и сейчас. Но через секунду я уже решила, что не стоит мне его
откусывать, он мне еще пригодится, ведь не всегда он говорит только глупости. Да и
вообще.
Был, конечно, риск - Туся могла все-таки оказаться той самой женщиной, которую мне
очень хотелось найти, но я почти на сто процентов уверена, что это все-таки не она, не
знаю почему, но мне так казалось.
После моего рассказа о моем знакомом Феликсе (который к Тусиному Феликсу не
имел, естественно, никакого отношения) разговор наш стал каким-то вялым и совсем не
интересным.
- Мне пора идти, - заторопилась минут через пять Туся.
- И мне тоже, - согласилась я. - Еще встретимся, я недавно переехала вон в тот дом. - Я
указала на дом, около которого оставила машину.
- Да, конечно, - кивнула Туся и быстро пошла к своему подъезду.
Я тоже потащила своих пекинесов к машине...
Лешу я нашла, как мы и договаривались, на лавочке в парке. Он был такой пьяненький,
что смотреть на него было одно удовольствие.
- Вы доведете их до дома? - спросила я. - А то давайте я вас провожу.
- Почему это я их не доведу? - Леша попытался распрямиться во весь свой рост.
- Ну, вы, кажется, немного выпили лишнего, - сказала я честно то, что видела.
- Да я выпил только три бутылки пива. Может мужчина от такого количества быть
пьяным?
- Во всяком случае, не должен.
- Я бы вас пригласил, - порадовал меня Леша, - но у меня дома есть еще третья собака,
она меня и посылает гулять с этими двумя. Сегодня вы меня, Маша, выручили, вы дали
мне свободу, целых три часа свободы. - От трех бутылок пива его потянуло на
высокопарность. - Вы знаете, что такое свобода, Маша?
- Знаю, - сказала я, - недавно я целый час просидела на цепи и теперь знаю, что такое
свобода.
- Маша, а я уже три года на ней.
- На ком?
- На цепи. И я с нее сорвусь.
- Леша, желаю удачи. Только, когда сорветесь с цепи, не покусайте своих пекинесов,
они здесь ни при чем.
- Хорошо, обещаю, - пообещал Леша.
- До свидания, Леша.
- Вы очень красивая, Маша. Вы это знаете? И ваша подруга Лена тоже очень красивая.
Как в моей жизни много красивых женщин. И все они вокруг.
- Леша, это вам от трех бутылок пива кажется, что я вокруг вас. А на самом деле я
рядом.
- Нет, - не согласился Леша, - вы все вокруг, а рядом со мной - моя жена. Звоните,
Маша, в любое время, когда жены не будет дома, звоните.
- Обязательно, - пообещала я и пошла к машине.
Уже почти совсем стемнело, когда я подъехала к дому.
Владислава. Я оставила машину, как и прошлый раз, у ворот, прошла в калитку и уже
направилась к веранде, как вдруг обратила внимание на странную вещь - в одном из окон
виднелась узкая полоска света. А ведь шторы всегда были закрыты так, что даже не то что
лучик света в солнечную погоду не пробирался туда, даже отсвета не было видно.
Скорее всего там сейчас хозяйничала бывшая жена Владислава: она и шторы
раздвинула, и свет включила.
Но какое-то непонятное беспокойство меня остановило.
Как кошка идет себе спокойно, идет и вдруг замрет на месте и начинает внимательно
осматриваться вокруг, никто ничего не слышал, никто ничего не знает, а она что-то
почувствовала. Вот так сейчас и со мной, что-то женское, кошачье во мне, что-то
почувствовало. И явно не бывшую жену Владислава.
Я постояла несколько секунд, подумала, потом вернулась к машине и нацепила на себя
очки и парик.
Я постучала в дверь. Дверь открылась сразу и резко. Меня всю осветило ярким светом.
А вот кто стоит передо мной, я видела плохо, в основном силуэт. И этот силуэт был
мужской.
- Что надо? - спросил меня не очень вежливый голос, перед этим внимательно
осмотрев.
- Мне нужна Галина, - ответила я чуть хрипловато от появившегося внезапно страха.
- Кто там? - спросил еще какой-то мужчина из глубины дома.
- Не знаю, - ответил тот, который открыл мне дверь. - Телка какая-то.
- Ну пусть войдет. - Голос послышался уже ближе, дверь распахнулась шире, и я
увидела второго.
Когда дверь открылась широко, я смогла разглядеть лица обоих мужчин, наверное,
потому что дверь слегка отражала свет. Эти двое - это были те самые, кто меня увозил
тогда из дома и от которых я убежала, тогда еще Жека сидел за рулем!
- Проходите, девушка, - сказал подошедший вторым.
Я вошла в дом.
А что мне оставалось делать? Убежать? Можно было попробовать из интереса, чтобы
узнать, когда они меня догонят. Могу спорить на плитку шоколада, что до машины я
успела бы добежать. Но нужно еще открыть дверь, сесть в нее, закрыть дверь, поднять
стекло (я его оставила опущенным) и еще нажать на защелку, блокирующую замок, а
потом уже заводить.
- А где Владислав? - спросила я первое, что пришло мне в голову.
- А вам он зачем? - спросил меня второй.
- Нужен.
- А зачем он вам нужен? - это все второй приставал.
- Послушайте, а вас не учили, что отвечать вопросом на вопрос неприлично? - решила я
чуть-чуть возмутиться, увидев, что они меня не узнают, и осмелев немного.
- Девушка, мы же вас не из любопытства спрашиваем.
- А из чего?
- Из принципа, - засмеялся тот, который первым открыл дверь.
- Ну, если из принципа, тогда я тоже из принципа не скажу, зачем он мне нужен.
- Шурик пошутил, мы не принципиальные, - успокоил меня второй. - Так зачем вам
нужен Владислав?
- Зато я не шучу, зато я принципиальная, поэтому если я первая спросила, то вы первые
и отвечать должны.
- Перед кем? - спросил тот, которого второй назвал Шуриком.
- Есть такие понятия, как вежливость и культура, и еще воспитанность, и они не только
предполагают, но и обязывают мужчину к определенному поведению в общении с
женщиной, - все это я высказала тоном учительницы начальных классов, отчитывающей
четвероклассника зато, что он дернул свою одноклассницу за косичку.
- Тогда позвольте представиться, - заговорил тот, который вторым подошел к двери, -
меня зовут Вениамин, можно просто Веня, моего приятеля Александр, можно просто
Шурик, а теперь, как этого требует воспитание, позвольте узнать ваше имя.
- Слушай, Вень, хватит, - заговорил Шурик, - Владислава нету, и пусть она гуляет.
- Правда, он невоспитанный и грубый? - спросил меня Веня.
- Правда, - согласилась я.
Конечно, самым лучшим для меня было бы послушаться совета грубого и
невоспитанного Шурика и пойти погулять.
Но я обещала Галине увезти ее отсюда, и мне хотелось хотя бы узнать, где она. А еще
интересно, что здесь делают эти двое? Раз уж они меня не узнают, почему бы этим не
воспользоваться? Хотя я уже догадывалась, что они приехали за Галиной. Только вот где
она?
- Слушай, Вень, - начал объяснять своему приятелю Шурик, - сейчас должна приехать
та телка, зачем эта здесь нужна?
- А чем тебе мешает эта девушка? Да, - обратился он ко мне, - вы так и не сказали, как
вас зовут.
- Аня, - назвала я себя.
- Чудесно, Анечка. А теперь, может быть, вы скажете, зачем вам нужен Владислав?
- Не скажу.
- Почему? - удивился Веня.
- Потому что у меня к нему личное дело и остальным знать об этом совсем не
обязательно.
- Бывают случаи, когда приходится рассказывать о своих личных делах.
- И что, сейчас тот самый случай?
- Именно.
- И что это за случай такой?
- Хорошо, расскажу. Вы присаживайтесь, - указал он мне на стул.
Я посмотрела на него сквозь свои дымчатые стекла. Веня внимательно рассматривал
меня. Шурик недовольно качнул головой, выругался одними только губами и уселся в
кресло.
- Все дело в том, - начал Веня, - что Владислав умер.
И, как мы предполагаем, смерть его была насильственной.
- Кто это - вы? - спросила я.
- А почему, Аня, вы не удивляетесь, что Владислав умер?
Действительно, удивиться я забыла.
- Потому что я вам не верю, - сказала я.
- С вами, Анечка, интересно. Вы находчивая. Я это и раньше заметил.
Мне стало нехорошо. Значит, этот Веня узнал меня и теперь просто издевался, но на
всякий случай я спросила:
- Когда это раньше? Мы с вами раньше не встречались.
- Может быть. Я еще не совсем уверен в этом.
- В чем?
- Что вы та, кто нам нужен, кого мы здесь вот уже два часа ждем.
Точно, он меня узнал, поэтому и не послушал совета Шурика и не выгнал меня. Мне бы
сразу догадаться, они ведь не просто так здесь, они по какому-то делу, пусть даже они
приехали за Галиной, все равно каждый посторонний человек - лишний, а он не только не
хочет от меня избавиться, а еще и задерживает. Но самой признаваться я ни в чем не
собиралась, особенно в том, что я та самая, кто им нужен, пусть докажут это.
И именно к этому, к доказательству, Веня и приступил:
- Анечка, вы снимите очки, и тогда, может быть, вас можно будет назвать другим
именем.
- А вы не слишком нагло себя ведете?
Такое мое поведение может показаться глупым, даже если этот Веня и не уверен до
конца, что я именно та, кто им нужен, то ему ничего не стоит самому снять с меня очки и
убедиться, прав он или не прав. Но мне теперь нужно было потянуть время, потому что
признаться никогда не поздно, а вот может случиться так, что я что-то придумаю или
вдруг, например, землетрясение начнется, и тогда я смогу уже без всяких помех
выбираться из-под развалин дома. Но откуда они узнали, что я должна сюда приехать?
- А вы не любите, когда мужчина себя ведет с вами нагло?
- Не люблю.
- Обманываете. Женщины не любят скромных и застенчивых.
- Ну все, мне надоело выслушивать вашу достойную женского обожания наглость. - Я
поднялась со стула и направилась к выходу.
- Анечка, - сказал он спокойно вслед мне, - как говорили в прежние времена: вход -
рубль, выход - два.
- Так говорили уголовники, - отозвалась я, не оборачиваясь и стараясь быстрее
оказаться у двери. Да я и была уже около нее и даже взялась за ручку и дернула ее. Дверь
была закрыта.
- Я же говорил, - спокойно сказал Веня, выход дороже.
Я стала открывать замок. Я открыла его, но Веня, а вместе с ним и начавший уже коечто
понимать Шурик, а может, он и не начал ничего понимать, а просто за компанию,
быстро подошли ко мне.
Они взяли меня под руки, повели обратно и усадили, теперь уже в кресло.
- Ну, Анечка, вы сами снимете очки, или мне нужно снова быть невежливым и
невоспитанным и помочь вам?
А заодно и парик. Ведь это парик, ведь вы не покрасили волосы?
- Парик, парик, - успокоила я его и сняла и парик и очки.
- Ни хрена себе! - удивился Шурик. - Как ты ее только вычислил, ее бы мама родная не
узнала!
- Ну голос она не изменила же.
Шурик пожал плечами:
- Если бы она закричала, как в прошлый раз, я, может, и узнал бы ее по голосу. У меня
тогда чуть перепонки Не полопались.
- Ну, я тоже ее узнал не сразу, сначала просто захотелось посмотреть, кто к нам пришел
в гости. Теперь вас Машей можно называть? - спросил Веня.
- Называйте, - разрешила я.
- Маша, вы обещаете больше не кричать, или нам нужно вам пластырем заклеить рот?
- А что, вы так боитесь женского визга?
- Ваш слишком сильно бьет по нервам.
- А пластырь вы с собой захватили?
- Зачем? Наверняка у Владислава найдется в аптечке, он ведь врач.
- Тогда обещаю не кричать.
- Даете слово?
- Даю. Честное слово женщины.
- Ну-у, кто же станет полагаться на такое?
- Вы хотите, чтобы я вам дала слово мужчины?
- Хорошо, - согласился Веня, - пусть остается слово женщины.
- А где Галина? - спросила я.
- Ее увезли отсюда.
- А мы чего сидим здесь? Еще кого-то ждем?
- Конечно. Мы ждем, когда вернется Жека, он поехал отвозить Галину, а мы вас здесь
остались ждать, когда он вернется, тогда мы тоже уедем отсюда.
Почему-то им в голову не приходило, что я сюда не пешком пришла. Может быть, они
думают, что я приехала на электричке? Ну и пусть думают, я не собираюсь говорить, что у
ворот стоит моя машина.
- Можно задать несколько вопросов? - спросила я.
- Конечно, сколько угодно. Все равно придется ждать, пока вернется машина. Но что
на все отвечу, не обещаю.
- Это Галина вам сказала, что я должна приехать сюда?
- На этот вопрос не отвечаю.
- За что убили Мишель?
- Этого я не знаю. Но могу сказать, что мне ее жалко.
Красивых женщин всегда немного жалко. Даже если это стерва. Вы, Машенька, тоже
красивая.
- Это вы говорите в смысле, что меня тоже убьют?
- Нет, это просто так. Я же сказал, что не знаю, что случилось с красивой Мишель,
поэтому мои слова могут значить только то, что я не знаю, что с вами, тоже красивой,
сделают.
- Зачем тогда я вам нужна?
- Мне? Нет, мне вы не нужны. Если бы мы с вами встретились при других
обстоятельствах, тогда другое дело. Как и каждая красивая женщина, вы могли бы
пригодиться для чего-нибудь любому мужчине.
- Кто вам приказал меня поймать?
- Мне никто ничего не может приказать.
- Это слишком самоуверенное заявление, но не имеет значения. Кто тогда вас
попросил об этом?
- Если бы меня просто попросили," я бы послал такого человека очень далеко.
- Хорошо, кто вам заплатил?
- А этого я сказать не могу.
- Послушайте, вы ведете себя не честно,., - возмутилась я. - Вы обещали ответить на
мои вопросы, а сами не отвечаете.
- Я же сказал, что не смогу ответить на все.
- Но вы не ответили ни на один.
- Я не виноват, что вы задаете такие вопросы, на которые я не могу ответить.
- Хорошо, кто написал оперу Римского-Корсакова "Царская невеста"?
Веня усмехнулся.
- Вень, ты чего, не знаешь? - расстроился за своего приятеля Шурик.
- Шурик, я тебе потом скажу, одному, - пообещал ему Веня. Он посмотрел на меня:
- Знаете, Маша, мы с вами знакомы всего минут пятнадцать, не считая первой встречи,
а вы меня уже очень сильно удивили.
- Чем?
- Такое ощущение, что вы совсем не боитесь, так не бояться может только очень
глупый человек с полным отсутствием воображения, а вы мне кажетесь неглупой, и
воображение у вас тоже есть.
- У меня, кроме воображения, есть еще один вопрос, - сказала я.
- Я уже говорил - сколько угодно.
- Но я хотела бы, чтобы на этот вы ответили.
- Я не буду обещать.
- Где Сергей?
- Какой Сергей?
- Художник.
Прежде чем ответить, Веня задумчиво вздохнул. Задумался.
- Все неприятности, - наконец заговорил он, - как мне кажется, у вас именно из-за
этого художника Сергея.
Но я могу и ошибаться...
- Я не спрашивала у вас, из-за чего и почему у меня неприятности, об этом я знаю
лучше вашего. Я спросила, где он.
- На этот вопрос я тоже не могу ответить. - И на этот раз в его голосе не было шутливой
издевки, с которой он все время разговаривал.
- Вы можете хотя бы сказать, жив он или нет? - Я едва удержалась, чтобы не сорваться
на истеричный крик. Но что-то такое все равно промелькнуло в моем голосе.
Веня, кажется, это заметил, и скорее всего это мне тоже только кажется, ему стало
жалко меня. Впрочем, в его жалости я совсем не нуждалась. Но главное, он ответил на
этот мой вопрос.
- Да, он жив. Не знаю только, сколько времени он пробудет в этом состоянии. Человек,
который им очень интересуется, очень нетерпелив и даже несдержан. У нас с ним,
например, был очень неприятный разговор, когда вы в прошлый раз убежали прямо из
машины.
- Кто этот человек?
- Я уже сказал, что на этот вопрос я не отвечу.
- Вы сказали, что не ответите, кто вам платит. А о нетерпеливом и несдержанном я еще
не спрашивала.
- Это одно и то же.
- Веня! - Я посмотрела на него, пытаясь понять, насколько мое предложение будет
реальным.
- Я слушаю тебя, Машенька. Можно я буду говорить тебе ты, не против?
- Нет.
- Так что ты хотела мне сказать?
- Тебе заплатили деньги, ну, вот всем вам и Жеке вашему тоже. Правильно?
- Конечно, правильно, я сам тебе об этом сказал.
- А если я заплачу больше?
- И что?
- Ты сможешь тогда для меня что-то сделать?
- Смотря что, если тебе передачку с воли принести, то это пожалуйста: конфеты или
что из шмоток, а что-то другое...
Сначала нужно узнать, что ты хочешь получить за деньги.
- Сначала я хочу, чтобы вы отпустили меня.
Веня снова вздохнул:
- Знаешь, Маша, вот этого я действительно боюсь. Знаешь, как относятся к ссученным
и что делают с ними?
- Я не знаю, что значит "ссученный".
- В классическом варианте это человек, который "стучит" на своих товарищей ментам.
А в нашем, это вроде библейского Иуды или проститутки, которая дает тому, кто больше
заплатит.
- Ну, тогда ничего с тобой не случится, ничего такого страшного. С проститутками не
делают ничего такого, чего не делали бы с другими женщинами. - Я сказала это
безразличным тоном, как о какой-то ничего не значащей вещи, я попыталась этим
разубедить Веню в его принципах. Идиотка. В такой ситуации надо хорошо думать,
прежде чем что-то говорить, а то может все очень плохо кончиться, нет, в моей ситуации,
плохо начаться. Но Веня, кажется, понял меня правильно.
- А Иуда? - спросил он. - Машенька, бесплатно поменять свои убеждения - это одно, а
за деньги продаться - это совсем другое.
- Иуда потом выбросил деньги...
- ..и повесился. И даже дерево засохло, на котором он повесился.
- Ладно, считайте, что я вам этого не предлагала. Но только вы оба знайте, и этот ваш
Жека тоже - у вас будут очень большие неприятности.
- Маша, все это так старо: сначала начинают угрожать, а потом предлагают деньги или
сначала предлагают деньги, а потом угрожают. А ты знаешь, что я могу обидеться и вот
прямо здесь, сейчас устроить тебе большие неприятности?
Можно даже самые примитивные: искалечить тебя, сломать руку или ногу. Давай
лучше сменим тему и, пока Жека не приехал, поговорим, например, о музыке, можно
попытаться угадать, кто написал оперу Даргомыжского "Русалка".
В это время послышалось, как кто-то снаружи открывает дверной замок, а потом дверь
резко распахнулась. И, как Волк в наряде Красной Шапочки, на пороге появилась бывшая
жена Владислава. Она мне такой показалась, потому что, как только увидела нашу
компанию, сразу заулыбалась, как волк, но не настоящий, а из сказки, потому что
настоящие волки могут по-настоящему, по-доброму улыбаться, даже нежно, я это по
телевизору видела.
- Здравствуйте, - заговорила она, закрывая за собой дверь, - а я мимо проходила,
смотрю - стоит машина. Я так и подумала, что это вы, - она посмотрела на меня, -
приехали за этой женщиной.
- За той, - поправила я ее.
- Что вы сказали? - не поняла бывшая жена Владислава.
- Я сказала, что я приехала за той женщиной, а не за этой, потому что эта уже там.
- Где там? - все еще не понимала бывшая жена Владислава.
- Ну надо же, - засмеялся Веня и стал объяснять причину своего веселья:
- Про Эдисона рассказывают такую историю, не знаю, насколько это правда: у него в
мастерской, где он работал, жили две кошки, большой кот и маленькая кошечка, они его
постоянно отвлекали, приходилось открывать дверь, когда они уходили или приходили, и
он решил пропилить в двери две дыры - большую для кота и маленькую для кошки, и
когда занимался этим, мимо проходил сосед, простой заурядный человек, и этот сосед
спросил, что Эдисон делает, тот сказал, а мужчина ему говорит, а почему не сделать
только одну большую дыру, в нее ведь пройдут обе.
- Это ты к чему? - спросил Шурик.
- К тому, что около дома стоит моя машина, - объяснила я ему и спросила у Вени:
- Плохо быть бестолковым, правда?
Веня ничего не ответил.
- Так я не понимаю, - снова заговорила бывшая жена Владислава, - эта женщина еще
здесь или ее уже нет?
- Ее нет здесь, - ответила ей я. - Так что, можете успокоиться.
- А что же вы здесь делаете?
- А мы теперь вместо нее, - утешила я бывшую жену.
- Что значит: "вместо нее"?
- Веня, - обратилась я к Вене, - ты такой умный, даже с Эдисоном был знаком, объясни
женщине, что значит "вместо нее".
А Веню, мне кажется, развлекала эта ситуация, он уселся в кресло и, улыбнувшись,
посмотрел на женщину.
- Я хочу знать, - голос женщины из непонимающего начал становиться раздраженным,
- что все это означает?
- Я же вас сегодня спрашивала, - стала объяснять я, - прописаны вы в этом доме или
нет. Вы сказали, что нет. Вот я и решила, что раз дом теперь ничей, то почему бы нам
некоторое время здесь не пожить?
- Пожить?! Как это пожить?
- Ну как живут люди: смотрят телевизор, разговаривают, водку пьют, спят.
Женщина быстро развернулась и выскочила в дверь. Я знала, куда она побежала, а вот
Веня с Шуриком едва ли.
Она побежала за подмогой, она сейчас вернется с теми мужчинами, с которыми я
видела ее сегодня утром, может быть, только с одним, но все равно.
Дверь открылась. Пока она открывалась, за эту секунду я успела подумать, что
женщина вернулась так быстро, потому что сопровождавшие ее мужчины ждали ее здесь,
около дома. Но я ошиблась, и я очень расстроилась.
Дверь открылась.
С глупым и сосредоточенным лицом, с одним маленьким глазом и вторым,
прорезающимся сквозь синяк, через порог переступил Жека.
Он сразу увидел меня, и лицо его стало счастливым.
- А, попалась, сука. - Второй его глаз заблестел от удовольствия, и Жека направился в
мою сторону.
Было удивительно, как человек, у которого закрыты оба глаза, так точно
ориентируется. Он шел прямо на меня и уже стал протягивать ко мне одну свою руку.
Я посмотрела по сторонам, мне даже убежать было некуда: справа, в двух шагах и чуть
позади меня стоял Веня, слева Шурик, а сзади была стена. Мне стало жалко себя, хотела
сказать, что и страшно, но нет, страшно мне не стало, потому что страшно мне было уже
давно, как только я вошла сюда.
- Носорог, убери свои лапы, - услышала я вдруг голос Вени.
Жека повернул лицо в его сторону, один, здоровый глаз его чуть приоткрылся.
- Вень, я эту падлу...
- Заткнись, - не понял его душевных мук Веня.
- Вень, из-за нее Пашка разбился, Вень, ты не знаешь, какая это сука.
- Я сказал тебе заткнись. И ее ты пальцем не тронешь.
Тебе за это не платили, чтобы ты уродовал ее.
- Да я сам заплачу, чтобы только с ней рассчитаться за Пашаню...
- И за свой глаз. Пожалуйста, клади бабки на стол, и она твоя. Все, что ты получил, и
мою долю с Шуриком не забудь доплатить, потому что я свои отдавать не собираюсь ради
твоего удовольствия искалечить ее. Нам сказали ее привезти, и мы ее привезем такой,
какая она есть, живой и здоровой. Все, поехали. - И он направился к выходу.
- Веня, - позвала я его, он обернулся. - Можно еще один вопрос?
- Что еще?
- Почему ты его назвал, носорогом?
- Носорогом, а что?
- Блин, какое твое дело, ты?! - возмутился Жека.
- Ему на ринге нос своротили, - вместо Вени ответил Шурик.
- Я так и знала, что ему рог обломили. Я еще хотела спросить...
- Хватит трепаться, пошли, в машине спросишь, - не стал слушать меня Веня.
А мне нужно было потянуть время, я так надеялась, что бывшая жена Владислава
вернется и приведет с собой подкрепление.
И мои надежды оправдались. Веня только протянул руку к ручке двери, как она сама
открылась. В дом влетела бывшая жена, и потом не спеша зашел мужчина. Я ждала, что
сейчас войдет еще один, но его не было, видимо, она нашла себе сейчас только одного
мужчину.
- Вот эти вот, - указала она ему на всех нас, увидела Жеку и прибавила:
- Еще один появился.
Я поняла, что мои надежды были на
...Закладка в соц.сетях
