Жанр: Детектив
Даша Васильева 27. Досье на крошку че
... потом обе рассмеялись.
- Ой, ну и дуры мы! Надо было еще вчера сообразить и договориться.
На меня навалилась тоска. Ведь могла в дождливый день поспать подольше, а вместо
этого попала на дежурство.
- Обидно-то как, - загудела Динка, отпирая дверь, - хотела...
Конец фразы застрял у коллеги в горле.
- Мама! - вдруг взвизгнула она, - Дашка, там...
Я машинально глянула туда, куда указывал палец однофамилицы, украшенный
симпатичным колечком с янтарем.
У стены, между батареей и доской, маячила странная фигура крестообразной формы.
- Вор! - завизжала Динка.
Непонятное существо издало стон.
- Тише ты! - дернула я Васильеву. - Что в институте красть? Методички, написанные в
сорок девятом году? Помятый чайник или тапки завкафедрой? Вы кто, немедленно
отвечайте!
Последняя фраза относилась к незнакомцу.
- Помогите, - простонал тот, - умоляю! Только не шумите! Дашенька, Диночка, девочки
милые, это я, Александр Григорьевич.
Всплеснув руками, мы бросились к Омолову и через секунду застыли в удивлении.
Право слово, смотрелся он более чем странно. Препод, как всегда, был одет в костюм,
пиджак оказался застегнут на все пуговицы, хотя обычно мужчины забывают про
последнюю. Но не это было самым необычным. Руки лектора торчали в разные стороны,
преподаватель выглядел, словно гигантская буква Т, лицо его покрывала синюшная
бледность, над верхней губой и на лбу виднелись капли пота.
- Помогите, - повторил Александр, - скорее! Еле-еле утра дождался. Хотел лечь на
диван, не получилось. Сел на стул, так спину заломило. Пришлось всю ночь стоять. Так
руки онемели! Господи!
На глаза Омолова навернулись слезы.
- У него паралич, - решительно заявила однофамилица, - иначе почему он в такой позе
замер?
- Надо вызвать "Скорую", - засуетилась я.
- Нет, нет! - завсхлипывал Омолов. - Просто снимите скорей с меня пиджак и выньте
ее.
- Кого? - хором спросили мы с Диной.
Но лектор только зашмурыгал носом. Я придвинулась к нему и живо расстегнула
пуговицы, Дина ухватила верхнюю часть костюма, потянула ее и опять взвизгнула.
- Там штанга! С маленькими блинами!
- Где? - вытаращила я глаза.
- В рукавах, - ошарашенно сообщила Дина.
Спустя пару минут мы стянули с Александра Григорьевича пиджак и уложили
несчастного на диван.
- Кто запихнул вам в рукава штангу? - налетела на профессора Дина.
- Это просто деревянная палка, на концах которой кругляши, - уточнила я.
- Ой, - отмахнулась Динка, - все равно! Но самому себе ее в пиджак не засунуть. Да и
зачем бы?
И тут у Омолова началась истерика, изо рта противного мужика стали вырываться
угрозы пополам с жалобами. Поняв, в чем дело, мы с Диной, боясь рассмеяться, начали
кусать губы. А было так.
Вчера вечером Олеся Колокольникова наконец-то, отбросив кокетство,
недвусмысленно сказала Омолову:
- В девять вечера на кафедре. Только там! В другое место не приду.
Александр обрадовался. В это время в институте никого нет, лишь у входа мирно
дремлет боец вневедомственной охраны - трясущийся от старости, полуслепой и
стопроцентно глухой дедушка. Это сейчас учебные заведения обзавелись настоящими
секьюрити, а в прежние времена мы были наивно беспечны.
Потирая влажные ладошки, Александр Григорьевич притаился в кабинете. Ровно в
двадцать один ноль-ноль в комнату вступила Олеся. Омолов решил сразу взять быка за
рога и указал на просторный диван, стоящий у окна.
- Удобная штука, не так ли?
- Согласна, - улыбнулась Колокольникова. Препод скинул пиджак и пошел к Олесе. Но
не успел он прижать к себе совершенно не сопротивляющуюся девицу, как дверь
распахнулась и на кафедре появился мужчина, больше похожий на медведя.
Омолов перепугался. До сих пор он развлекался со студенточками в укромном уголке,
но красавица Олеся наотрез отказалась встречаться с лектором в каком-либо другом
месте, выбрав для встречи кафедру. Видно, сластолюбцу очень хотелось заполучить
девушку, раз он решился устроить свидание на рабочем месте. Но испуг Омолова быстро
прошел - он понял, что посетитель не из институтских, и налетел на него с выговором:
- Какого дьявола шляетесь по ночам в чужом учреждении? Сейчас милицию позову!
- Давай, - вполне мирно пробасил мужик, - зови. Только придется объяснить, что сам
тут затеял. Пиджак скинул, мою жену в угол зажал...
- Ж-жену? - начал заикаться, холодея, Александр Григорьевич.
- Гражданскую, - спокойно пояснил великан, настоящая гора мышц, - теперь ответ
держать за безобразие надо.
- Эй, эй, - забормотал ловелас, - вы что делать собрались? Я не виноват, она сама мне
свидание назначила!
Олеся звонко рассмеялась:
- Ох и гнида ты! Леша, начинай.
- Что, - в полном ужасе взвизгнул Омолов, - в партком жаловаться пойдете?
- Сами справимся, - хмыкнул стопудовый Алеша.
Не успел Александр испугаться, как Леша велел Олесе:
- Тащи!
Девушка вышла в коридор и вернулась, неся палку. Алексей схватил пиджак, вдел в
рукава деревяшку, навинтил на ее концы кругляши-стопоры, а потом нацепил
конструкцию на Александра Григорьевича.
- Ну, прощай, - весело заявил парень.
- Спокойной ночи, - ласково пожелала Олеся. - Мы тебя тут запрем, утром народ на
работу явится, освободит.
Радостно хихикая, парочка исчезла за дверью. Омолов остался один в совершенно
беспомощном положении: пиджак был застегнут на все пуговицы, руки лишены
возможности шевелиться, вытащить их из одежды было невозможно, сломать палку
оказалось хилому мужчине не под силу, позвонить по телефону тоже не удалось, лечь не
получилось, сидеть было крайне неудобно... Оставалось лишь ждать утра, стоя
привалившись к стене.
- Девочки, дорогие, - стонал наш донжуан, - умоляю, никому не рассказывайте!
Мы с Динкой закивали, но уже к вечеру история облетела весь институт. Люди плохо
умеют хранить чужие тайны. Я, например, стараюсь не распускать язык, ясно же, что
никому не приятны сплетни. Историю с Омоловым я сообщила лишь Оле Егоровой и
Нинке Алексеевой, а не бегала, как Динка, по институту, не мела языком на каждом шагу.
Впрочем, еще просветила Олю Редькину, Таню Соломатину, Иру Манурину...
Омолов уволился, и его благополучно забыли, но вот история про пиджак и палку,
обрастая мифическими подробностями, до сих пор гуляет по Москве. Я слышала ее в
нескольких вариантах.
А теперь скажите мне, что подумает археолог, откопав мумию человека, у которого в
сюртуке, за спиной, приспособлена ручка от швабры? Какие версии начнет выдвигать
ученый? Подумает о принадлежности древнего человека к некоему религиозному
течению "палочников"? Задумается о состоянии медицины прошлых лет? Версий
возникнет множество, но ни одна из них не будет правдой, потому что истина, с одной
стороны, намного проще, с другой - более хитроумна, чем любая фантазия...
Глава 24
Я снова взяла домашний телефон и набрала номер Кати.
- Аппарат абонента выключен или находится вне зоны действия сети, - вновь
равнодушно прозвучало из трубки.
Но мне необходимо связаться с Катериной! Интересно, по какой причине девочка
выключила мобильный? Ой, не надо усложнять ситуацию, вполне вероятно, что она, как и
я, не зарядила батарейку. Что ж, попытаюсь соединиться с Катюшей иным образом.
Каким? Можно пойти к охранникам и спросить телефонный номер коттеджа Тришкиных.
Мне его, естественно, скажут, только ведь Катюша просила соблюдать осторожность,
вполне вероятно, что ее бабушка, расторопная Лидия Константиновна, обладает славной
привычкой подслушивать разговоры внучки.
И как поступить? Ждать, пока Катя включит мобильный? Но мне срочно нужен номер
Нины!
Некоторое время я молча сидела в кресле, потом бросилась в свою спальню.
Безвыходных положений не бывает, запомните хорошенько это утверждение. Из любой
ситуации, даже на первый взгляд абсолютно тупиковой, существует выход, надо лишь
перестать паниковать и биться в запертую дверь - ясное дело, она не откроется. Коли вход
намертво закупорен, спокойно сядь, выпей чаю, успокойся и оглядись по сторонам:
вполне вероятно, что увидишь
дыру в стене или поймешь, где можно сделать подкоп. Повторю: безвыходных ситуаций
не бывает, просто мы ленивы, безынициативны, пассивны и трусливы, предпочитаем ныть
и плакать вместо того, чтобы думать и действовать.
На мой взгляд, самая ужасная на свете фраза: "Я сделал все, что мог". Данных слов
человек не имеет права произносить даже на краю могилы. Всегда, всегда есть щель,
через которую можно выползти из мышеловки, и если для этого потребуется отгрызть
себе хвост, не медлите, потом разберетесь, каково жить без него. Главное - не спасовать в
нужный момент и понять: дабы изменить складывающиеся не в вашу пользу
обстоятельства, следует иногда понести потери.
Лично я сейчас собралась лишиться подарка, приготовленного ко дню рождения своей
подруги Кати Самойловой. Катюня страстная собачница, собственно говоря, именно на
этой почве мы с ней и подружились. У Самойловой пудели, целых восемь штук, и я
приготовила ей к юбилею замечательный сувенир: купила брошку в виде пса и
выгравировала у него на боку "Катя". Может, кому-то подобное подношение покажется
идиотским, но Катюня должна была прийти в восторг.
Вытряхнув кусочек золотого украшения из красной бархатной коробочки, я живо
оделась и побежала к дому Тришкиных.
На первый взгляд особняк показался необитаемым - несмотря на опустившиеся
сумерки, в окнах не мерцал огонь. Но я не привыкла отступать, поэтому решительно
нажала на звонок.
- Кто там? - донеслось из домофона.
- Ваша соседка по поселку, Даша Васильева.
Замок тихо щелкнул. Я побежала по аккуратно расчищенной дорожке к помпезношикарной
двери, которая тут же распахнулась. Нос уловил слишком резкий запах корицы
и ванили, потом я увидела не по возрасту стройную седую даму, ту самую, с которой
иногда сталкивалась, идя по Ложкину.
- Ой, это вы! - вырвалось у меня.
Женщина улыбнулась:
- Добрый вечер. Вы, значит, Даша, а я Лидия Константиновна. Что случилось?
- Простите, можно мне поговорить с Катей?
В глазах Лидии Константиновны промелькнуло легкое беспокойство.
- Зачем вам моя внучка?
Я старательно заулыбалась.
- Понимаете, пару дней назад случайно познакомилась с девочкой, она была очень
расстроена.
- Чем? - настороженно поинтересовалась бабушка.
- У школьницы случилась неприятность.
- Какая? Первый раз слышу, что у Катеньки произошло нечто из ряда вон выходящее! -
воскликнула Лидия Константиновна. - У внучки от меня секретов нет. Катюша - как
открытая книга, очень откровенный человечек. Вы уверены, что не перепутали ее с другой
девочкой?
Я улыбнулась еще шире и ласковее:
- Нет, конечно. Катенька назвала номер своего дома и попросила: "Если найдете,
пожалуйста, принесите, это очень ценная для меня вещь".
- Никак не пойму, о чем речь, - вежливо, но очень холодно перебила меня Лидия
Константиновна.
Я вынула из кармана брошку и протянула ей:
- Вот.
- Что? - изумилась бабушка.
- Катюша упала на дороге...
- Господи, - снова перебила меня Лидия Константиновна, - не ребенок, а ходячее
несчастье! Сколько раз говорила: не спеши, ходи аккуратно. Так нет, летает, словно
ракета, ясное дело, постоянно спотыкается. То в школе шлепнется, то в бассейне
растянется!
- Теперь на дорожку шмякнулась, - улыбнулась я. - Слава богу, ничего не повредила, но
потеряла брошку. Она у девочки на курточке прикреплена была, от падения застежка
расстегнулась, украшение и отвалилось. Катя чуть не плакала, так ей было собачку жаль.
Ну, я и пообещала, если вдруг найду, принести. И, представьте себе, сейчас шла к калитке,
а в снегу что-то блеснуло...
Лидия Константиновна молча смотрела на пуделечка.
- Вот тут надпись "Катя"... - вдохновенно вещала я. - Очень рада, что сумела
обнаружить пропажу!
Запал закончился, теперь очередь за старухой. Простая вежливость предписывает
Лидии Константиновне сказать: "Ох, спасибо за заботу, проходите, пожалуйста, сейчас
позову Катюшу". Она проведет меня в столовую или гостиную, предложит чай, появится
Катя. Даже если девочка, "не словив мышей", воскликнет: "Это не моя вещь", - я найду
момент, чтобы тихонько сказать ей: "Включи мобильный, не могу дозвониться". Или,
если бабушка отлучится на кухню за чаем, быстро переговорю со школьницей, получу от
нее телефон Нины.
Но ситуация стала развиваться иначе, чем я ожидала.
- Это не Катина, - отрезала Лидия Константиновна.
- А чья? - захлопала я глазами. - Тут стоит имя вашей внучки.
- Думаю, в поселке не одна Екатерина.
- Э.., вообще-то.., верно, только девочка так переживала. Насколько я поняла, собачка -
подарок близкого друга.
- У внучки нет приятелей, способных подносить дорогие презенты.
- Что вы, думаю, брошечка и ста долларов не стоит, - упорно шла я к своей цели. - И
потом, наверное, вы просто не знаете всех побрякушек, которые есть у девочки.
Школьницы обожают приобретать ерунду - всякие там фенечки, брелочки, шнурочки,
браслетики... Вот моя Маша вечно приносит домой разную лабуду!
- А наша Катя не имеет подобной возможности, - ледяным тоном отрезала Лидия
Константиновна. - Она хорошо воспитанный ребенок, да и мы не нувориши, как
некоторые.
После подобного хамского заявления мне бы следовало удалиться с гордо поднятой
головой и более никогда не раскланиваться с Лидией Константиновной. Но мне очень
было нужно поболтать с Катей!
- Все-таки позовите вашу внучку, - очаровательно улыбнулась я, - давайте у нее самой
спросим. Если пуделек не принадлежит девочке, спокойно уйду домой. Кстати, на улице
очень холодно, прямо продрогла вся.
Тут до Лидии Константиновны дошло, что она ведет себя по меньшей мере
неприлично - держит на ступеньках милую соседку, которая потратила свое время,
принеся потерянное украшение.
- Входите, - вздохнула старуха.
Я с готовностью прошмыгнула в просторную прихожую, но радость оказалась
преждевременной.
- Кати нет, - сообщила Лидия Константиновна.
- Тогда передайте ей собачку. Скажите, что Даша принесла, как и обещала, - попросила
я. А про себя я подумала: "Надеюсь, девочка удивится и сразу мне позвонит".
- Эта брошь не принадлежит моей внучке. И вообще Катерины нет.
- Но она же придет домой.
- Не раньше чем через год, - сухо заявила Лидия Константиновна. - Сейчас девочка
летит в Швейцарию. Нет, уже прибыла в Женеву. В Москву Катюша вернется лишь на
Рождество. Не то, которое будем скоро отмечать, а на следующее.
Я ощутила себя человеком, который со всего размаха налетел на стену.
- Как в Швейцарию? Я видела Катю совсем недавно.
- Правильно, - кивнула Лидия Константиновна, - а сегодня утром она отправилась в
колледж. Хотите мой совет?
Я машинально кивнула.
- Повесьте объявление, - спокойно продолжила старуха, - одно на магазине, а второе на
доске у административного корпуса. Тот, кто посеял брошку, будет вам очень благодарен.
- Хорошая идея, - пробормотала я.
Лидия Константиновна кивнула:
- До свидания.
- Прощайте.
- Рада была познакомиться, - вспомнила о светской вежливости старуха.
- Взаимно, - растерянно завершила я церемонию, потом повернулась и, сохраняя на
лице выражение жизнерадостной идиотки, пошагала по дорожке к калитке.
Только оказавшись в своей спальне, я осознала силу нанесенного мне удара. Значит,
бабушка решила не терять зря времени и быстро удалила заподозрившую нечто нехорошее
девочку не только из отчего дома, но и из родной страны. И если раньше у меня еще
имелись некие сомнения в виновности Игоря Тришкина, то теперь они рассыпались в
прах и появилась твердая уверенность: Катя права, милый Гарик виноват в смерти Юли.
Знаете, отчего я пришла к подобному выводу?
Многие подростки неадекватно оценивают своих родственников, считают их дураками,
мерзавцами, негодяями. Чаще всего взрослые люди ни в чем не провинились, в
школьниках бушуют гормоны, это они делают детей немотивированно обидчивыми,
крикливыми и крайне несправедливыми по отношению к домашним. К сожалению,
основная масса пап и мам не понимает, что в пубертатный период их чадо неадекватно, и
изо всех сил пытаются сделать из подростка нормального человека. Как правило,
титанические усилия родителей приводят к полномасштабной войне, в которой нет
победителей. Не счесть числа детей, которые перестают общаться с родственниками,
держат их за врагов, не желают даже разговаривать с "ископаемыми" предками, а потом
убегают из дома.
На мой взгляд, лучше просто, стиснув зубы, переждать пару-тройку лет, сказав про
себя:
- Мой ребеночек слегка обезумел, но это пройдет.
И проходит. Рано или поздно подросшие детки берутся за ум. А еще хорошо почитать
всякие умные книги. Из них, например, можно узнать, что вопль сына: "Мне жарко, сама
носи идиотскую шапку!" на самом деле не проявление гадкого непослушания. В период
гормональной активности у детей нарушена терморегуляция, им на самом деле жарко, и
не стоит приставать к ребенку со словами: "Оденься потеплей, а то простудишься".
Но речь у нас сейчас идет не о физиологических особенностях четырнадцатилетних, а
о том, что случилось с Катей.
Если бы девочка, охваченная подростковым максимализмом, несправедливо
заподозрила папу и бабушку в убийстве своей мамы, то, скорей всего, Лидия
Константиновна, узнав каким-то образом о мыслях школьницы, расстроилась бы,
естественно, но попыталась объяснить внучке неверность ее выводов, попробовала
переубедить ребенка. Но старуха повела себя иначе - она в кратчайший срок, почти в
невероятно сжатое время, сумела устроить ставшую слишком любопытной Катю в
закрытый колледж в Швейцарии. Похоже, Лидия Константиновна фея или ведьма, раз
ухитрилась за считанные дни пробить для Кати визу, купить билет на самолет и
договориться с администрацией учебного заведения.
А теперь скажите, к чему подобная торопливость? Отчего Кате не дали спокойно
закончить год, сорвали из школы зимой? Иностранцы очень не любят, если им
приходится принимать к себе ребенка в середине семестра, любой директор школы в
Швейцарии моментально воскликнет: "Замечательно! Очень рад видеть в стенах нашего
учреждения Катю Тришкину, но набор учеников начинается в апреле, присылайте
документы весной".
Как бывший преподаватель, очень хорошо понимаю подобную позицию. И чтобы
девочку посадили в класс новой школы накануне рождественских каникул, в семье
должно было случиться нечто экстраординарное. И еще: подобный поворот событий
стоит немалых денег. Почему Лидия Константиновна пошла на ощутимые материальные
траты? И, похоже, ей еще пришлось задействовать большие связи, дабы заставить
неторопливых сотрудников посольства мгновенно оформить документы.
Думаю, вы, как и я, хорошо знаете ответы на вопросы. Катя Тришкина абсолютно
права: ее папа - убийца. Сначала Игорь лишил жизни Майю, свою первую жену, толкнув
ее со всей силы, отчего та упала и сломала переносицу. Затем, спустя несколько лет,
любвеобильный Гарик вытолкнул из окна Юлю, мать Кати.
Я вскочила и забегала по комнате, сама себя сдерживая: мол, спокойно, Дашутка, не
нервничай, попытайся трезво разобраться в ситуации. Зачем бы Тришкину убивать
любимую жену, а? Да чтобы расписаться с Ниной. У Гарика уже разок удался подобный
фокус, а убийцы - люди привычки: если утопили одну жертву, потом начнут проделывать
то же самое и с остальными. И потом, отчего я решила, что Гарик хорошо относился к
Юле? Интимная жизнь посторонних людей - потемки, вполне вероятно, что Игорь начал
тяготиться Юлей и решил вновь по-своему разрулить ситуацию, а Лидия Константиновна
покрывает сыночка.
Вот почему сейчас Катю с неимоверной поспешностью отправили в Швейцарию. Ясно
теперь, отчего я слышу по телефону сообщение о том, что абонент недоступен.
Я подошла к окну и выглянула во двор - невысокие фонари освещали участок.
Интересно, какая погода сейчас в Швейцарии? Как чувствует себя Катя? Добровольно ли
она отправилась в аэропорт? Внезапно мне стало жарко.
Утром, выезжая из поселка, я столкнулась с весьма необычным для Ложкина явлением:
пробкой около ворот. Впереди моего "Пежо" маячил черный джип, а перед ним стояла
"Скорая помощь". На крыше микроавтобуса безостановочно вспыхивала "мигалка", но
сирена не кричала, водитель терпеливо ждал, пока охрана откроет шлагбаум. Потом,
соблюдая ту же очередность, кавалькада докатила до поворота на Ново-Рижскую трассу, и
я порулила к Москве, направо, а "айболиты" направились налево, причем они включили
надсадный, воющий, рвущий душу спецгудок. Джип рванул за медиками. Помнится, я
тогда подумала, что кому-то из соседей очень плохо и его боялись не довезти до столицы,
понеслись в расположенную неподалеку 62-ю клинику.
Но сейчас, поговорив с Лидией Константиновной, я неожиданно сообразила: внутри
микроавтобуса наверняка спала на носилках одурманенная лекарством Катя. Девочке
небось тайком подлили сильное снотворное и в бессознательном состоянии отправили в
аэропорт. Швейцарцы большие мастера по сохранению тайн. Россияне знают, что самые
надежные банки расположены именно в этом государстве, но мало кто слышал о другой
специализации страны Женевского озера и трудолюбивых гномов: здесь находятся школы
особого типа, больше походящие на тюрьму, чем на обычное учебное заведение. Нет, не
следует думать, будто ребят здесь бьют и лишают еды. Наоборот, питание прекрасное,
преподаватели безукоризненно вежливы, комнаты уютны, но... Никакой связи с внешним
миром, отсутствуют телефон, телевизор, радио, компьютер... И с одноклассниками не
подружиться, потому что у каждого ученика имеется личный воспитатель. Пребывание в
подобном месте стоит очень недешево, но малолетние наркоманы, проститутки или
воришки возвращаются через пару лет домой преображенными. Похоже, Катю и засунули
в подобный колледж, мне теперь с ней не связаться.
Я распахнула окно, поежилась от холодного воздуха и осторожно закурила,
внимательно следя за тем, чтобы дым вылетал во двор. Выходит, внучка Лидии
Константиновны права, ее мама была убита. Думается, опасность грозит и самой Кате.
Конечно, пока она сидит под надзором в Швейцарии, Игорь может продолжать
заниматься любимым хобби. Самым радикальным способом устранять надоевших
супружниц и снова завязывать брачные узы. Но что произойдет, когда Катюша вернется
домой?
Швейцарцы тщательно соблюдают закон. Пока ребенок не достиг совершеннолетия, он
полностью подчиняется родителям, которые имеют право поместить его в любое учебное
заведение и держать там помимо воли. Но едва дитяти минет то ли восемнадцать, то ли
двадцать один годок (простите, точно не знаю, с какого возраста в этой стране молодой
человек считается юридически взрослым), как директор скажет:
- Все, мой друг, отныне отдаю вам документы.
И Катя вернется в Москву. А Лидия Константиновна, опасаясь, что девушка начнет
направо и налево болтать ненужные вещи... Как поступит милая старушка, покрывающая
обожаемого сына, а? Впрочем, если мадам не доживет до этого момента, умрет от
старости, то девушке все равно расслабляться нельзя. Есть ведь еще папочка-убийца,
мужчина, который со спокойной совестью отправил дочь в тюрьму - пусть и в
привилегированное, но казенное, закрытое заведение, лишив ее подруг, дома, счастливого
отрочества. А все для того, чтобы девочка не раскопала ненароком неприятную истину о
родителе!
Я захлопнула раму. Нет, я просто обязана в самый кратчайший срок собрать улики
против мерзкого Тришкина, доказать, что он убийца, а потом.., потом...
- Дарья! - долетел снизу голос Дегтярева. - Иди сюда скорей!
- Уже несусь, милый! - завопила я в ответ, выходя из комнаты.
Как только вы оказываетесь собственницей большого дома, то мгновенно понимаете:
любая медаль имеет оборотную сторону. Невозможно слопать два кило шоколада и не
ощутить колики в желудке. Обретя особняк, вы тут же получаете кучу проблем. Снег на
крыше, который необходимо счищать, неполадки с отоплением и водой, оборванные на
улице электропровода, заваленный осенней листвой сад, перебои с газом и откачка
выгребной ямы - всем этим теперь придется заниматься вам лично. Но меня не
раздражают хозяйственные хлопоты, намного хуже то, что в доме почти невозможно
докричаться до членов семьи. Если ночью тебе станет в кровати плохо, так и
окочуришься, не дождавшись помощи, хоть обвопись, - никто не услышит, тяжелые
дубовые двери и толстые кирпичные стены отлично гасят звуки.
- И какую ерунду ты натворила? - с подозрением спросил полковник, подождав, пока я
сбегу по лестнице вниз.
- Не поняла, - удивленно ответила я.
- Почему спустилась из спальни? - задал следующий вопрос Александр Михайлович.
- Ты же меня позвал!
- Верно.
- Тогда отчего поражаешься?
- Не стала спорить, - начал загибать пальцы Дегтярев, - прилетела мгновенно, да еще
так ласково заворковала: "Уже несусь, милый". Больше всего боюсь услышать твой
сахарный голосок, потому что он означает лишь одно: мадам Васильева сидит по уши в
неприятностях. Так что с тобой стряслось на сей раз?
Я покачала головой:
- Старость не радость! У тебя развивается маниакальная подозрительность.
Вообще говоря, вопль Дегтярева настиг меня в тот момент, когда я твердо решила:
раскрою злодеяния, совершенные Тришкиным, и обращусь к толстяку за помощью.
Подарю ему выполненную работу, так сказать, преподнесу преступника на блюдечке с
золотой каемочкой, пусть арестовывает негодяя, который убивал ни в чем не повинных
женщин и столько лет считал себя безнаказанным.
Я очень умная и невероятно талантливая, обладаю явным даром сыщика, Александр
Михайлович, хоть и дослужился до полковника, мне в подметки не годится. Есть только
одна крохотная деталька, очень мешающая детективу на общественных началах: у меня
нет никакого права арестовывать мерзавцев. Узнав всю правду об убийце, я не могу отдать
виновника под суд, поскольку не являюсь ни сотрудником МВД, ни прокурором, ни
следователем. Я самая обычная гражданка, которая, маясь от безделья, овладела
увлекательным ремеслом сыщика, поэтому, чтобы добиться торжества справедливости,
мне приходится обращаться к полковнику, а он, если честно, терпеть не может, когда я в
очередной раз доби
...Закладка в соц.сетях
