Жанр: Детектив
Даша Васильева 27. Досье на крошку че
...ще раз явиться к Вадиму. Завтра, опять в
одиннадцать. Вот тогда и продолжим интересный разговор.
Я устроилась за рулем, и мой "Пежо" медленно пополз по улицам. Ну скажите, отчего
наши гаишники никогда не стоят в том месте, где они на самом деле нужны? Допустим,
здесь, на площади Белорусского вокзала, каждый едет так, как захочет. До сих пор
подобное движение я видела лишь в Египте. Если бы на перекрестке маячил человек в
форме и с полосатым жезлом в руке, думаю, белый "БМВ", громко крякая, не начал бы
спихивать со своего пути полуживую "копейку". Но нет, представитель дорожной службы
в напряженном месте отсутствует, зато я непременно увижу его в кустах на полупустом
Ново-Рижском шоссе, где он будет поджидать очередного нарушителя скоростного
режима. У вокзала-то надо рулить потоками, напряженно работать за зарплату, а на
трассе стой себе спокойно и складывай за краги сторублевки.
Белый "БМВ" вдруг резко затормозил, и в него тут же тюкнулась крохотная "Ока". Я
стукнула кулаком по рулю. Ну вот! Теперь меня окончательно "заперли". Впереди слева
замерли "поцеловавшиеся" автомобили, справа тихо спит припаркованная в абсолютно не
подобающем месте "Газель".
Я вышла из машины и начала озираться. Может, патруль приедет быстро, остановит
поток и я вырулю-таки из капкана?
У белого "БМВ" распахнулась передняя дверь, показались стройные ножки, обутые,
несмотря на декабрь, в элегантные туфельки из кожи питона, затем на свет явились миниюбочка,
полушубок из шиншиллы и белокурая головка. Из "Оки" выскочил мрачный
парень в затрапезной куртенке.
- Ты че, - завозмущался он, - охренела? Какого.., по тормозам бьешь? Где ум? В
сиськах?
- Сейчас, сейчас... - ангельским голоском защебетала девушка.
Красивой рукой хозяйка "бумера" вынула мобильник, откинула длинную прядь
светлых, идеально завитых волос и, приложив телефон к уху, в мочке которого
посверкивал крупный брильянт, замурлыкала:
- Котик, я тут в небольшой конфуз попала.., нет.., жива.., бабочку только поцарапала...
- Бабочку она поцарапала... - с невероятным презрением передразнил ее водитель
"Оки" и сплюнул. - Во, мля!
- Милый, - не обращая на него внимания, пела блондинка, - приезжай. Я внезапно
притормозила, а он в меня.., того... Ага, сейчас!
Продолжая сжимать в руке элегантный мобильный, девушка окинула взглядом "Оку".
- Любимый, - продолжила она в трубку, - прости, не знаю, на чем он ездит. Могу лишь
точно сказать одно: ни у тебя, ни у папы, вообще ни у кого из наших родственников
подобной нет. Да, да, секундочку...
Ласково улыбаясь, блондинка повернулась к хмурому парню:
- Извините...
- Хорош идиотствовать! - заорал шофер. - Это ж сколько мне теперь платить придется?
Во попал! Во влип!
- Простите...
- Ща менты прирулят, - с тоской в голосе жаловался на судьбу владелец "Оки", - ясное
дело, меня же и обвиноватят!
- Мой муж просит сказать, какая у вас машина, - по-детски обиженно протянула
владелица дорогой иномарки.
Шоферюга стал похож на Карабаса-Барабаса.
- Какая у меня машина? - передразнил он блондинку.
- Да, да, название скажите, - обрадовалась наивная девушка.
Парень пнул колесо своей "Оки".
- "Ламборджини Дьяболо" ""Ламборджини" - одна из самых дорогих автомобильных
марок, довольно редкий гость на московских улицах (прим, автора).", мля! За триста
тысяч евро.
Блондинка кивнула и снова занялась телефоном.
- Котеночек, он говорит "Ламборджини Дьяволо". Да, ясно, поняла. Мгновенно!
В ту же секунду девушка со скоростью молодой борзой влезла в "БМВ", нажала на газ и
была такова. Водитель "Оки" вытаращил глаза, потом спросил у меня:
- Видала?
- Да, - кивнула я и удивленно поинтересовалась:
- А почему она удрала?
- Почему, почему, почему... - с упорством заевшей пластинки стал повторять шофер. А
затем вдруг расхохотался, оглядываясь на свою крошку-машинку:
- Ой, не могу! Ну, не дура ли! Она ж поверила, что ЭТО - "Ламборджини Дьяболо" за
триста тысяч евро! Ей мужик небось велел: "Ну ты, кошка крашеная, сматывайся
поскорей, пока меня хозяин крутой тачки на бабки за твою езду не поставил". Цирк! Мне
повезло! Иначе ведь не доказать, что идиотка неожиданно затормозила!
Продолжая изъявления бурной радости, владелец крохотной "Оки" села за руль и
тронулся с места. Я тоже смогла продолжить свой путь в Ложкино.
Домой я ворвалась в полвосьмого и была встречена замечанием Ирки:
- Чего трубочку не берете? Аркадий Константинович вам обтрезвонился!
- Не слышала звонка.
- И Маша заволновалась, - не унималась Ирка. - Вы на мобильник гляньте, небось
режим "без звука" поставили?
- Потом, - отмахнулась я, - некогда.
- Нет, посмотрите, - не отставала домработница, - вдруг Аркадий Константинович
снова беспокоиться начнет.
- Звякнет на домашний!
- Нет, проверьте, - уперлась Ира.
Я закатила глаза и полезла в сумку. Если речь идет о Кеше, Ирка расшибет лоб, но
сделает так, чтобы обожаемый хозяин не нервничал.
- Ну, и где сотовый? - с легким ехидством осведомилась Ира.
- Наверное, в кармашке, - буркнула я, роясь в ридикюле.
- Ага, и там нет!
- Сейчас все вытряхну.
- Ну, так и знала! Вы снова телефон потеряли!
- Почему "снова"? - возмутилась я.
- Уже четвертый за год.
- Третий.
- Не... В марте посеяли белую "раскладушку", в июне такой черненький, маленький. Не
успела вам его Маша купить, как он исчез.
- Тот аппарат украли, - отбивалась я, запихивая назад в сумку кучу всякого хлама, среди
которого, увы, мобильного не обнаружилось.
- А какая разница? - пожала плечами Ирка. - Главное, что его нету. Это было два! А
третий вы утопили.
- Дома, в ванной, совершенно случайно, - уточнила я. - Так что вовсе я его не теряла, а
просто уронила в воду.
- И чего? Теперь четвертый испарился.
- Третий не считается! Он не пропадал, а утонул.
- Но его нет, а значит, я права! - с торжеством заявила Ира. - То-то Аркадий
Константинович обрадуется... Дорогая моделька была, эксклюзивная, он ее для вас
специально заказывал.
Я тяжело вздохнула. Ну вот, теперь стану ощущать себя настоящей негодяйкой!
Невероятно занятой человек - мой сын - выкроил в напряженном рабочем графике время
и не схватил первую попавшуюся в магазине модель, а позаботился и добыл для матушки
аппарат, о котором та мечтала: не слишком маленький, с большим экраном, с
квадратными кнопками, в металлическом корпусе. А я? Бросила где-то небрежно подарок
и ушла. Фу, как некрасиво! Может, мне купить точь-в-точь такой же вариант и ничего не
рассказывать Кеше о пропаже телефончика?
Я покосилась на Ирку. Нет, домработница мигом выдаст меня.
- Вы бы позвонили в телефонную компанию, - посоветовала Ирка, - а то небось, как
всегда, пароль с "симки" сняли.
- Верно, - кивнула я, - потому что не способна запомнить даже две цифры, а код
состоит аж из четырех.
- А тариф у вас безлимитный... - с упорством танка вещала Ирка. - Вот кому-то
радость! Говори - не хочу, схватил со стола мобильничек и пользуйся!
Тут меня осенило.
- И вовсе я его не теряла! - закричала я. - Просто случайно оставила телефон на столе в
доме у одного человека. Позвонила Машка, стала про брюки и Дениску говорить, я с ней
поболтала и положила сотовый перед собой, а потом забыла про него. Завтра заберу.
- Ну-ну... Все равно заблокируйте.
- Хорошо!
- Прямо сейчас.
- Только умоюсь.
- Нет, сию секунду, иначе позабудете.
- Я всегда помню о делах.
- Ага, - хихикнула Ирка, - просто смехотища! Ладно, я сама вам телефон заблокирую.
- Спасибо, - процедила я сквозь зубы, - крайне благодарна за заботу, но все же лично
разберусь со своим телефоном. Ты бы лучше муравьев из дома выгнала, ходят стаей.
Последнее замечание прозвучало не очень любезно, но меня возмутило настойчивое
желание Ирки указать на мои ошибки, и захотелось ответить ей тем же.
- Эх, Дарь Иванна, - с чувством воскликнула Ирка, - вы к старости прям как полковник
делаетесь!
Бескрайнее негодование начало наполнять меня. Я - стройная, без второго подбородка
и "пивного" живота, с довольно пышной шевелюрой - совершенно не похожа на толстого,
лысого Дегтярева!
- Александр Михайлович тоже, если ключи потеряет, на всех злится, - довершила
выступление домработница. - Когда человек на справедливые замечания обижается,
значит, он в старикашку превратился, такого противного, который всем недоволен и из
дома вышел, чтобы свою злость выплеснуть.
Я указала пальцем на бежево-серую плитку, которой выстлан у нас пол в прихожей.
- Согласна с тобой. Немотивированная обидчивость - показатель дряхления души и
тела. Ты сказала абсолютно справедливую вещь. Но погляди, вон цепочка шустрых
муравьишек тянется. Так кто из нас обидчивая старушонка, а? Мое замечание тоже
абсолютно справедливо!
Ирка прищурилась, наклонилась, потом села на корточки.
- Точно, - слегка растерянно констатировала она. - Откуда они взялись?
- С улицы пришли, - улыбнулась я, - погреться. Сейчас прямиком в столовую двинут,
поближе к хлебнице и сахарнице.
- Вот пакость, - брезгливо поморщилась Ирка. - Странно, однако, ведь зимой муравьи
спят.
- А эти бодрствуют, - закивала я, - и весьма неплохо себя чувствуют.
- Но у нас нет муравьев, - рассердилась Ирка, - и не было никогда! В доме, имею в
виду, на улице ползают летом.
- Наверное, замерзли на свежем воздухе, вот и заглянули на огонек, - мстительно
продолжила я. - Думаю, тебе следует немедленно взять тряпку, совок и веник и заняться
уборкой. Спасибо, конечно, что ты хотела позаботиться о моем мобильном, но он
спокойно лежит в известном мне месте, а наглые насекомые разгуливают по дому.
Ирка выпрямилась.
- Может, не надо их гнать?
- Предлагаешь открыть в Ложкине приют для насекомых? Может, стоит тогда повесить
на ворота табличку "Мурашкин хаус"? Думаю, гринписовцы придут в восторг и вручат
тебе медаль. Но мне не слишком хочется спать в постели, где ползают эти твари, и
питаться продуктами, которые они обтоптали своими лапами!
- Вечно вы, Дарь Иванна, ерничаете, - надулась Ирка. - Не об том речь веду. Всем
известно: коли в дому мурашики, в нем больше никого нет, пусто.
- Ясное дело, люди убегают от противных насекомых.
- Не о людях речь, - совсем разозлилась домработница. - Смываются тараканы, мыши,
жуки... С муравьями никто не уживается!
- Точно знаешь?
- Чтоб мне никогда жареной картошки не есть! - с жаром заявила Ирка.
Я присмотрелась к рыжей цепочке на полу, тянущейся в сторону коридора.
- Знаешь, Ирина, а тебе, кажется, навсегда придется проститься с любимым блюдом.
- Почему?
- Вон там, из-под комода, выползает таракан.
- Где? - взвизгнула Ирка.
- Не замечаешь?
- Вижу! - заорала Ира. - Ой, я их до смерти боюсь!
- Я тоже!
- Их у нас нет!
- Значит, есть!
- Никогда раньше не видела, значит, их нет, - обморочным голосом твердила
домработница.
Ну надо же! Ирка, словно известный древнегреческий философ, уверена: если
проблему не разглядывать, та исчезнет. В принципе, правильное поведение: чем меньше
зацикливаться на ерунде, тем быстрей она рассосется. Только к тараканам данный
постулат не относится.
- Бери совок и сметай живность, - велела я.
- Ща Ваньку позову, - быстро нашла выход из положения домработница. Она
распахнула было входную дверь, но тут же живо захлопнула ее и прошептала:
- Дарь Иванна! Заболтались мы, а там Аркадий Константинович с бабкой Милицией
приехали, по дорожке идут. Че делать-то?
- Хватай газету, вон ту, что на тумбочке лежит, и живо гони тараканов с муравьями
вон.
- Это "Вести стадионов", ее Александр Михайлович еще не читал, - напомнила Ирка.
Я постаралась не захихикать. Наш полковник не способен пробежать и двух метров, по
лестнице он поднимается, отдуваясь, словно уставшая лошадь, но каждый вечер, придя с
работы, Дегтярев откупоривает бутылочку пива и ложится на диван в компании с листком
"Вести стадионов". В этот момент Александр Михайлович ощущает себя членом
огромной армии физкультурников, он навеки со спортом.
- Не спорь, - подтолкнула я Ирку в спину, - У олигархов в доме никакой иной
живности, кроме элитных собак, кошек и экзотов, не должно быть. Тараканы с муравьями
- это не комильфо. Что подумает Милиция, узрев рыжую демонстрацию? Давай, давай,
живо гони насекомых под мебель, а я побегу в гостиную - мне велено сидеть со спицами в
руках у телика.
Ирка схватила любимое издание Дегтярева и принялась яростно скрести им по плитке.
- Дарь Иванна! - проорала она мне в спину. - Аркадий Константинович велел вам то
платье надеть, которое в общей гардеробной на втором этаже висит.
- Времени нет, - отозвалась я, - надо что-нибудь одно выбирать: либо мама с вязаньем,
либо мама в приличной, на взгляд Кеши, одежде.
Глава 18
Плюхнувшись на мягкую подушку, я схватила пульт и поняла весь ужас своего
положения. Понимаете, я не очень люблю телевизор. Не следует считать меня гадкой
снобкой, которая презрительно морщит нос при виде экрана и цедит сквозь зубы:
"Оглупляют народ".
Я считаю, что народ сам, без меня, разберется, что ему смотреть. Никакой беды ни в
многосерийных телефильмах, ни в веселых программах, ни в ток-шоу, ни в эстрадных
концертах я не вижу. Каждый отдыхает, как хочет. Разве в Конституции написано, что
граждане поголовно обязаны прочитать Пушкина? Нет? Вот и отвяжитесь от народа,
перестаньте его учить и тащить в светлое завтра, пусть люди живут счастливо сегодня. Во
всяком случае те, кому уже исполнилось восемнадцать. Если кое-кому не нравятся какието
телепрограммы, то он может их не включать. Телевизор не собака, он не бросается на
вас из-за угла, не рычит, не кусает того, кто не жаждет смотреть "мыло". Я, например,
обожаю сериалы про Эркюля Пуаро и мисс Марпл, еще мне понравился фильм про Ниро
Вулфа, только не тот, что сняли в России. Впрочем, иногда могу посмотреть и некое шоу с
мрачно напыщенным ведущим, программу, претендующую на серьезность и глубину
анализа разных ситуаций. Мне она отчего-то кажется веселей всех юмористических шоу:
и пафосный журналист, и его гости с умным видом несут такую чушь! Ей-богу, очень, как
говорит Манюня, прикольно.
Впрочем, сейчас речь пойдет об ином. Телик я смотрю редко и делаю это лишь в своей
спальне. В гостиной никогда не сижу по нескольким причинам. Во-первых, там стоит не
слишком удобная для моей спины мебель, во-вторых, в большой комнате постоянно много
народа, и все безостановочно галдят, в-третьих, тут огромный, очень яркий экран, от
взгляда на который у меня моментально начинается мигрень.
Но сейчас хозяйке дома предписано пялиться в телевизор, изображая вязальщицу.
Именно так, по мнению детей, проводит досуг мать милых детей, супруга владельца шахт,
заводов, алмазных приисков, урановых рудников и нефтяных скважин. Упав в неприятно
мягкое для моего позвоночника кресло, я поняла.., что не умею включать плазменную
панель.
- Сейчас выпьем кофе, - послышался из прихожей бодрый голос Кеши.
- Лучше чаю, - покашливая, ответила Милиция.
Я занервничала и принялась быстро нажимать на все кнопки, но гадкий телик даже не
моргнул.
- Ирина, - крикнул наш адвокат, - подайте чайник.
- Слушаюсь, Аркадий Константинович, - подобострастно откликнулась домработница,
- лечу, словно гиена.
В иной ситуации, услыхав заявление Ирки, я бы захихикала: старательно исполняя
роль, Ирка перепутала животных, она явно имела в виду гепарда. Но сейчас мне было не
до смеха - мерзкая панель не желала работать! Представляю, что мне потом скажет Кеша:
"Неужели не могла постараться ради Деньки!"; "Милиция из-за тебя отказалась выдавать
за Дениску свою Бетти" и так далее в том же духе. Если сватовство сорвется, виноватой
буду только я. До конца дней домашние станут говорить: "Это произошло через неделю
после того дня, когда Дарья не сумела включить телик и лишила Дениску семейного
счастья". Или: "Холодильник мы купили за месяц до момента, как Дарья не сумела
включить телик и лишила Деньку семейного счастья". На меня уже накатывало отчаяние.
- Ваши родственники еще не приехали? - спросила Милиция, явно подобравшись к
самому входу в гостиную.
- Горячо любимая мамочка сейчас смотрит свой обожаемый сериал, - не свойственным
ему сюсюкающим тоном ответил Кеша, - но скоро соберутся и остальные. Наша семья
свято соблюдает традицию совместного ужина. Ее завел еще пра-пра-прапрадедушка.., э...
Иван Васильев, знатный.., э.., постельничий царя.
- Очень приятно, когда люди из века в век берегут семейные ценности, - церемонно
подхватила нить беседы Милиция.
Уже в полном отчаянии я стукнула пультом по колену, и - о радость! - экран сначала
вспыхнул ярко-голубым светом, а потом на нем зашевелились фигуры. Какой канал
заработал, я понять не успела, потому что через порог переступили Милиция и Кеша. Я
нащупала в кресле, сбоку от себя, клубок шерсти и спицы, не глядя схватила "реквизит",
положила пряжу на колени, а железяки зажала в пальцах.
- Добрый вечер, - почти ласково произнесла Милиция.
Я навесила на лицо сладкую улыбку.
- Как хорошо, что вы вернулись! Желаете поужинать?
Кеша сердито кашлянул. Я тут же сообразила, что наша семья на протяжении трехсот
лет всегда усаживается за стол после захода солнца в полном составе, и ловко исправила
свою ошибку:
- Мы любим поболтать при свечах, все вместе, но ради гостьи готовы пойти на
исключение.
- Не стоит, - мягко улыбнулась Милиция, - давайте подождем вашего мужа и деток.
Я заморгала, потом вспомнила, что на данном этапе являюсь супругой полковника, и
защебетала, словно рехнувшаяся сорока:
- Тогда, может, пока чаю? Какой желаете - цейлонский, индийский, травяной,
фруктовый, без кофеина, с пониженным содержанием танина?
- Если есть, то ромашку с мятой, - попросила гостья.
- Сей момент! - взяла под козырек Ирка. - Не успеет рак кашлянуть, как принесу, ваше
благородие!
Аркадий позеленел и исподтишка показал домработнице кулак. Ира недоуменно
воззрилась на обозленного хозяина, потом до нее дошло: сказала нечто не правильное.
- Есть, ваше преосвященство! - попыталась она еще раз. - Служу Советскому Союзу!
Потом Ирка развернулась и строевым шагом промаршировала на кухню, Милиция
проводила домработницу удивленным взглядом, во взоре гостьи явно читалось: "У них
сумасшедшая прислуга".
Я моментально схватила вожжи беседы в свои руки:
- Наша горничная очень старательная.
- Оно видно, - кивнула Милиция.
- Предана, как собака.
- Хорошее качество.
- Но до того, как попасть к нам, - вдохновенно врала я, - Ирина служила сначала в
экономках у церковнослужителя, а после его смерти попала в семью маршала. Этим
объясняется ее немного странная речь.
- Ах, вот оно что! - с явным облегчением воскликнула Милиция. - Не зря говорят, глянь
на служанку - и поймешь, кто ее хозяин.
Я мысленно перекрестилась: слава богу, что не стала утром вредничать и не отняла у
Ирки платье от Шанель. Надеюсь, хоть внешний вид домработницы радует Милицию.
- Что за передачу показывают? - поинтересовалась пожилая дама. - Можно
присоединиться к вам?
- Милый сериал, - защебетала я, - так, пустячок, отдых для усталого мозга.
Присаживайтесь вот в это кресло!
Милиция кивнула, приблизилась к монстру, обитому гобеленом, и стала поправлять
плед, которым было застелено сиденье.
Я тем временем впервые удосужилась глянуть на экран и едва не лишилась чувств. Все
это время до моих ушей долетала бессмертная музыка Моцарта, изредка прерываемая
странным сопением, теперь же глаза узрели, какую картину сопровождает мелодия.
Плазменная панель бесстыдно демонстрировала двух совершенно голых парней и одну
девицу безо всякой одежды. На заднем плане около живописной группы толкался то ли
осел, то ли крупная собака. Зрелище не было рассчитано ни на детей, ни на пожилых дам,
и уж навряд ли этим "сериалом" станет увлекаться домашняя хозяйка, сидя с вязаньем в
гостиной. Если кому в голову и придет глядеть подобный фильм, то он уединится с ним в
своей спальне.
Очевидно, беспорядочно нажимая кнопки в попытках включить телик, я случайно
наткнулась на один из кабельных каналов, демонстрирующих порнографию. Ничего
удивительного, на крыше дома торчат три громадные "тарелки" - мы ловим практически
весь мир.
Слава богу, Милиция во время нашей беседы стояла спиной к телевизору, но сейчас
она мирно расправит плед и сядет в кресло...
Кеша бросил взор на экран, покраснел, выхватил у меня пульт, быстро переключил
канал, и обнаженных бесстыдников сменила картина богато убранной комнаты.
- Хосе, - заквакало из динамика, - Хосе! Это моя дочь!
- Нет. Розалия, ты разбиваешь мне сердце.
- О, Хосе, наша любовь выдержит испытание.
- Розалия, я умру от горя!
Милиция осторожно опустилась на подушку.
- Вы тоже смотрите "Каролину"! - с радостью воскликнула она.
- Да, да, - мигом подтвердила я, - чудесная картина.
- Добрая.
- Да, да.
- Без сцен насилия и секса.
- Да, да.
- Изумительное кино.
- Да, да, - машинально твердила я, наблюдая за тем, как лицо Аркадия, стоящего у
кресла-качалки, медленно принимает естественный оттенок.
- Актеры восхитительны.
- Да, да.
- В особенности Хуанита.
- Да, да.
- Но и Розалия ничего.
- Да, да.
- Вот Хосе слишком агрессивен.
- Да, да.
- Ей не больно?
- Да, да.
- Ей не больно?
- Да, да, - кивнула я и потрясла головой. - Простите, не поняла, вы о ком сейчас
спрашивали?
- О вашей собачке, - пояснила Милиция. - Вы в нее так яростно вилкой с ножом
тыкаете.
Я вздрогнула. Нашарив в кресле клубок и спицы, предусмотрительно приготовленные
Кешей, я не забывала сейчас делать вид, что занимаюсь рукоделием, и постоянно
шевелила руками.
Глаза оторвались от лица Милиции, взор переместился ниже.., и меня чуть не хватил
удар. Вместо мохера у меня на коленях покоилась Жюли, а в моих пальцах были зажаты
столовые приборы. Перепутала мебель! Вон он, клубок, мирно лежит на диванчике.
Вилки в кресле забыл кто-то из домашних: сел у телика с тарелкой в руке, слопал вкусное,
оставил посуду и ушел. Хуч увидел объедки, запрыгнул, вылизал остатки, вилка с ножом
свалились на гобелен, невнимательная Ирка унесла тарелку, потом появилась Жюли и
мирно улеглась спать в компании со столовыми приборами. Спустя некоторое время
прибежала я и, не глядя, вцепилась в собачку. Все правильно, йорк на ощупь похож на
шерстяную пряжу, а вилка и нож сделаны из холодного металла, ну прямо как спицы.
Аркадий снова начал багроветь.
- Э.., э... - забормотала я. - Да, действительно! Ножик и вилочка, а это Жюли.., чмок,
чмок, моя крошечка... Обожаю собачек.., хи.., хи... Видите ли, это особые вилка и нож,
они были придуманы... э... Хосе Родригесом, лучшим на свете парикмахером, для своей
йоркширихи.., э... Розалии. Да, именно так! Ножом вы поддеваете прядь волос терьера, а
вилкой ее расчесываете! Вот так...
- Никогда не сталкивалась с подобной методой, - протянула Милиция, - чешу своего
Йорка простой расческой.
Я воспряла духом. Похоже, Милиция мне поверила, надо закрепить успех.
- Это вчерашний день! Сейчас доказано, что лучше серебряных ножа и вилки для
здоровья шерсти нет. Благородный металл уничтожает микробы, создает озоновый слой
вокруг волос, выравнивает структуру кератина, очищает луковицу, а легкое нажатие
ножом стимулирует кровообращение.
Запал иссяк. Впрочем, я была крайне собой довольна: вполне, оказывается, способна
сочинить рекламный текст.
- И где берут аксессуары? - с явным интересом спросила Милиция. - Куплю такие.
- С огромным удовольствие завтра приобрету для вас подобные, - пообещала я.
- Право, неудобно!
- Разрешите сделать вам подарок!
- Думаю, вилка с ножом дорогие.
- Ах, милый пустячок.
- Не могу вас вгонять в расход.
Лицо Аркадия вновь побледнело, я сочла это за знак одобрения и утроила заботу.
- Никаких проблем!
- Вы так заняты...
- Ничем особым не обременена.
- Дом, дети, быт...
- Это в удовольствие.
- Нет, нет, куплю сама, скажите только адрес.
Я прищурилась.
- Милая Милиция, вас могут обмануть.
- Да?
- По виду не отличить от английской версии.
- Да?
- А по сути, страшная вещь.
- Да?
- Фальсификат производят из окиси урана.
- Ой!
- Понимаете?
- Да!
- Лучше сама добуду нож и вилочку.
- Вы так заботливы, - покачала головой Милиция.
Я гордо глянула на Кешу. Ну, кто из нас молодец? Да мы почти стали с подозрительной
старухой лучшими подругами!
И тут в комнату плотной гурьбой вошли Машка, Денька, Зайка и притихший, затянутый
в костюм и почти задушенный галстуком Дегтярев. Началось второе действие
трагикомедии.
- Кушать выдано, - возвестила Ирка.
Все переместились в столовую, где без особых приключений съели ужин. Вам это
может показаться странным, но никто ничего не уронил, не разбил, не поломал. Зайка не
зудела о диете, Маня не вещала о патологических кошачьих родах и не ругалась с
Денькой, последний не подбрасывал в тарелку до одури брезгливому Кеше пластиковых
мух, а Аркадий, в свою очередь, не втянул полковника в беседу об ужасном содержании
заключенных в следственных изоляторах.
Собаки тоже вели себя на удивление мило. Жюли не тявкала, выпрашивая кусочки, Хуч
не стонал при виде колбасы, Бандик не описался, Снапа не стошнило, а кошки не стали
вспрыгивать на стол и рыться лапами в тарелках у присутствующих, пытаясь вытащить
особо лакомые кусочки.
Я с уважением посмотрела на Кешу. Может, он не правильно выбрал профессию?
Вдруг Аркадию следовало стать режиссером? Картина "Счастливая семья у самовара"
изумительно поставлена, продумано все, вплоть до костюмов. Зайка в элегантном черном
платье. На первый взгляд вещичка не представляет интереса, но на второй даже идиоту
станет понятно: ее купили за границей и не за десять долларов. На Маше скромный
пуловер и голубые джинсы. Именно так должна выглядеть интеллигентная девушка - без
боевой раскраски, перьев, стразов и колец в носу. На Деньке вельветовый пиджак и
водолазка, а на Дегтяреве совершенно новый и очень дорогой костюм.
Похоже, Аркашка лично отвез толстяка в бутик и, преодолев сопротивление
полковника, впихнул его в "двойку".
Наконец Ирка принесла мороженое, все заскребли ложечками по креманкам.
- Ой!
...Закладка в соц.сетях
