Жанр: Детектив
Даша Васильева 27. Досье на крошку че
... должен в этом городе наводить порядок, - кивнул полковник.
- Папочка, а чем от тебя пахнет? - попыталась перевести разговор на другую тему
Зайка. - Великолепный аромат!
- Идиотом, - гордо сообщил Александр Михайлович. - Это запах идиота.
Кеша схватил из корзиночки большую булочку и быстро запихнул ее в рот, Зайка
принялась огромными глотками пить воду, Машка залилась кашлем, а Деня воскликнул:
- Ты, наверное, хотел сказать "Эгоистом", да? Это такой французский одеколон.
- Плохо запоминаю названия, - признался полковник, - Дарья подарила на день
рождения.
- Деня прав, - сдавленным голосом ответила я, - не идиот, а "Эгоист".
- Один черт! - отмахнулся Александр Михайлович. - Назвали парфюм глупо, но,
следует признать, аромат приятный. Девушки в секретариате в восторге, все говорили:
"Вы у нас такой модный!" Кстати, еще сегодня я поехал в...
- Ой, простите! - вскочила Зайка, явно решившая не дать полковнику возможности
рассказывать новые подробности о своих трудовых буднях. - Мы же тебя не познакомили.
Разреши представить дорогую гостью!
Тоненькая рука Ольги указала на бабушку Бетти, Дегтярев вежливо приподнялся.
- Очень приятно. Александр Михайлович.
- Милиция, - церемонно ответила старуха.
- Да, да, верно, - закивал полковник, - я из милиции. Дегтярев Александр Михайлович.
А вас как величать?
- Милиция, - повторила дама.
Толстяк распахнул пошире глаза, я вспотела, изо всей силы пиная его ногу. Очевидно,
Зайка со своей стороны проделывала то же действие, потому что лицо Ольги слегка
покраснело.
- Понял! - обрадовался вдруг, словно ребенок, Дегтярев. - Вы тоже служите в милиции?
В каком звании? Очень приятно вот так, невзначай, встретить коллегу.
- Мое имя Милиция, фамилия Завадская, - мягко поправила Дегтярева старуха. -
Надеюсь, вы меня извините, но.., я очень устала, привыкла ложиться в девять вечера.
- Сейчас Ира проводит вас в спальню, - закивала Ольга.
Глава 14
Не успела Завадская выйти из столовой, как все налетели на оторопевшего полковника,
объясняя тому суть дела.
- Ну как можно быть таким тупым! - орала Ольга. - Всю туфлю об тебя отбила.
- Я не знал, что случаются подобные имена, - бухтел Дегтярев. - Лучше объясните,
почему вы все меня папой дразнили? Обидно, между прочим!
- Сейчас, - засуетилась Машка. - В общем, все дело в Деньке...
Я не пожелала дальше присутствовать при разъяснительной беседе, зевота просто
раздирала мой рот. Очень тихо, чтобы не привлекать к себе внимания, я прошла на второй
этаж, открыла дверь своей спальни, зажгла свет и.., ахнула. Весь пол оказался усеян
фантиками от конфет и надкушенными сухофруктами, а из-под кровати доносилось тихое
сопение Хуча.
- Кто это сделал? - прошипела я. - Ну-ка, говорите, какая собака залезла на тумбочку и
сбросила на пол вазочку со сладким?
Занавеска заколебалась, я подошла к окну и резким движением отодвинула
драпировку.
Так и есть: у батареи, прижавшись друг к другу, сидели Банди, Снап и Черри.
- Немедленно отвечайте! - топнула я ногой.
Пит заскулил, ротвейлер быстро опустил большую голову, только пуделиха сидела с
непроницаемым выражением на морде.
- Понятненько... Значит, мальчики хулиганили, а ты, Черричка, слепая, глухая и вообще
ни при чем?
- Гав, - деликатно согласилась пуделиха, - гав, гав.
Я вздохнула и услышала шорох на постели. Из-под подушки выползла Жюли. Брюшко у
йоркширихи раздулось до такого размера, что собачка с огромным трудом могла встать на
ноги.
- С тобой все ясно, дорогая, думаю, основная часть конфет улеглась в твой совсем даже
не крохотный желудок. Кстати... Хуч, иди сюда!
- У-у-у, - долетело до меня из-под кровати.
- Немедленно выходи!
- У-у-у...
- Быстро!
Поняв, что хозяйка не намерена шутить, мопс высунул наружу круглую голову,
украшенную черными висячими ушами.
- У-у-у...
- Прекрати рыдать.
- У-у-у...
- Выползай!
- У-у-у...
- Хуч!
- У-у-у...
Только тут до меня дошло, что Хучик просто не способен протиснуться между полом и
деревянным каркасом, на котором лежит матрас.
- Да уж, - вздохнула я, - ситуация Винни Пуха. Ты, конечно, дорогой мой, не смотрел
этот, можно сказать, культовый мультфильм, но я-то знаю, чем закончился поход
медвежонка в гости к кролику. Похоже, ты, Хучик, любишь конфеты не меньше Винни.
- У-у-у.
- Ладно, ладно, сейчас попробую тебе помочь. Потерпи чуток, - начала я утешать
бедолагу, - вот только засучу рукава и вперед...
Но, увы, закатанные части пуловера не помогли. Кровать у меня здоровенная, два на
два метра, сдвинуть с места огромный матрас со всеми постельными принадлежностями
мне, хрупкой женщине, оказалось не под силу. Ладно, попытаемся подойти к проблеме с
другой стороны. Я сбросила на пол подушки, подушечки, думки и валики, затем стянула
одеяло, плед, простыню, потом под неумолчное завывание Хуча и тихое потявкивание
Банди начала двигать ортопедический матрас. Борьба за освобождение мопса из плена
длилась минут пятнадцать. Я вспотела и решила переодеться. Под руку попала легкая
ситцевая пижама. Стало совсем не жарко, но дело так и не сдвинулось с места.
Немного поколебавшись, я мышкой шмыгнула по коридору и постучала в комнату к
полковнику.
- И чего надо? - бурно отреагировал Дегтярев. - Можно в этом доме хоть ночью
обрести покой?
- Тсс, - прошептала я, - Милицию разбудишь, она в соседней со мной комнате. Пошли.
- Куда?
- В спальню.
- Зачем?
- Хуч застрял.
- Где?
- Под кроватью.
- Как он туда попал?
Замечательный вопрос! Что можно на него ответить? Мне в голову пришел
единственный вариант:
- Хучик летал на ракете, под матрацем у него космодром.
- Ты с ума сошла? - со вздохом поинтересовался толстяк.
- Нет, это ты не в ладах с головой. Зачем задавать идиотские вопросы? Как попал...
Залез! Пошли!
- Ох, грехи мои тяжкие... - застонал Дегтярев. И, плетясь за мной по коридору, не
переставал жаловаться:
- Радикулит схватил...
- Не ной! - приказала я, вталкивая полковника в свою комнату.
- Ну и бардак! - восхитился Александр Михайлович. - Ты всегда так вещи
расшвыриваешь?
- Собаки виноваты, - невесть почему стала оправдываться я.
- Ну-ну.
- Бери матрас.
- Где?
- За края.
- Он же два метра шириной!
- И что?
- Рук не хватает.
- Держи за середину.
- Сейчас. Не получается!
- Уцепись как-нибудь.
- Фу!
- Готово?
- Вроде.
- Раз, два, три, - сказала я и потянула свой край, ожидая от Дегтярева сходного
действия.
Но полковник не совсем правильно понял условия задачи. Вместо того чтобы
столкнуть тюфяк с решетки каркаса, он рывком поднял его и швырнул вправо. Я не
удержалась на ногах и с воплем: "Мама!" рухнула на спину, головой к окну, ногами ко
входу.
Правая пятка зацепила дурацкую колченогую консоль, подарок Маши, она покачалась
и шлепнулась оземь, довольно больно стукнув меня мраморной столешницей. Маленькая
деталь: на этом предмете мебели невесть сколько времени жила полуоткрытая банка с
вареньем, и теперь мне стало не только больно, но и липко.
Дегтярев сунул руку под каркас кровати и легко приподнял его, Хуч ловко выпрыгнул
наружу.
Затем полковник склонился надо мной.
- Жива?
- Да, - прокряхтела я.
- И как, хорошо?
- Очень, - ответила я.
- Вам помочь? - послышался вежливый голос.
Дегтярев обернулся. Я со стоном села, варенье с живота бойкой струйкой стекло на
пол. В приоткрытую дверь заглядывала Милиция.
- Услышала грохот, - слегка испуганно сообщила гостья, - и вначале подумала, что это
гром, затем сообразила: в соседней спальне беда.
- Спасибо, - прошелестела я, - ерунда. Мы.., э.., мы...
На этом моя вербальная активность закончилась. Не рассказывать же церемонной
пожилой даме правду про застрявшего Хуча. Буду выглядеть окончательной идиоткой.
- Спасибо, - решил прояснить ситуацию за меня полковник, - мы.., того самого.., мы.., в
смысле матрас.., э.., кровать...
Очевидно, у Дегтярева тоже иссякли слова - Александр Михайлович примолк.
Милиция покраснела до такой степени, что на ее лице перестали различаться губы и
брови.
- Я дура! - воскликнула она. - Простите!
- Ерунда! - хором ответили мы с полковником.
- Понимаете, давно живу без мужа, супруг скончался...
- Какая жалость, - закивала я, не понимая, куда клонит гостья.
- Совсем забыла о некоторых деталях семейной жизни, - еле-еле выдавила из себя
Милиция, - и сейчас ощущаю себя просто.., просто... У меня просто нет слов!
Я глянула на Дегтярева, тот пожал плечами.
- Не хотела вам мешать, - став совсем бордовой, промямлила дама.
- А мы уже закончили! - радостно возвестил Дегтярев.
Милиция прижала руки к груди.
- Впервые попала в подобное положение! Ворваться в супружескую спальню в
момент... О, вы очень интеллигентные люди, если прощаете меня. Боже, какую
оплошность я совершила, умоляю, не рассказывайте никому! Можете спокойно
продолжать!
Прижав руки к пунцовым щекам, Милиция выскользнула за дверь. Я снова свалилась
на пол, прямо в лужу варенья, и стала трястить от хохота, предварительно запихнув себе в
рот угол одной из валявшихся на паркете подушек.
Представляю, какие ощущения испытывает сейчас гостья. Всунулась в спальню, а там...
Постельное белье на полу, матрас сброшен, хозяйка валяется на паркете, вся облитая
вареньем, хорошо хоть не голая, а в пижамке. Муж ее (не забудьте, что на время визита
Милиции Дегтяреву был присвоен этот статус) в полураспахнутом халате, красный,
потный, остатки волос, окаймляющие лысину, стоят, словно иголки у обозленного ежа. Да
уж, почище Камасутры... Забавники, однако, эта супружеская парочка, вон какие у них
бойкие сексуальные игры... Вот что должна была подумать Милиция. Одно хорошо,
теперь она ни на секунду не усомнится в том, что меня и Дегтярева связывают узы брака,
и шансы Деньки на брак с Бетти возрастают.
- Ты поняла, о чем она говорила? - потряс головой полковник. - Странные намеки
какие-то делала. И что мы должны продолжать?
Я вытащила изо рта угол подушки и, пытаясь справиться с хохотом, ответила:
- Ерунда! Мало ли какие мысли приходят на ум крайне положительным бабушкам.
Утром я предусмотрительно решила не высовываться из спальни. Хватит с меня
вчерашнего ужина. Выждав, пока часы покажут девять, я взяла мобильный и набрала наш
домашний номер.
- Алле, - промурлыкала Ирка.
- Поднимись ко мне.
- Это кто?
- Я. Неужели не узнала?
- А вы где?
- У себя, на втором этаже.
- На каком втором этаже? - заорала домработница.
- У нас один второй этаж.
- Не понимаю.
- Ира, иди по лестнице в мою спальню.
- Зачем?
Судя по разговору, Милиции около Ирки не наблюдалось.
- Потому что надо! - велела я. - Сделай одолжение, включи скорость.
- У кого?
- У себя, - рявкнула я.
Дверь распахнулась, на пороге замаячила Ирка с трубкой, прижатой к уху.
- Ну, вошла, - загудела она. - Дальше чего?
Я села на кровати.
- Ирина!
Домработница уронила трубку.
- Господи! Вы дома!
- Ну, конечно.
- А зачем звоните?
- Не хотела спускаться вниз.
- Почему?
Бесконечные глупые вопросы стали раздражать.
- Лучше объясни, кто разрешил тебе взять мое новое платье.
Ирка махнула рукой.
- Ольга велела. Всех в гостиной собрала и проинструктировала. Дескать, эта Милиция
должна быть уверена, что мы богаче и круче ее, лишь тогда девчонку за Деньку отдаст. А у
по-настоящему обеспеченных олигархов экономка всегда ходит в черном шелковом
платье и кружевном фартуке.
- На твоем переднике изображение мопса!
- Зайка пообещала сегодня другой купить.
- Но почему именно мое платье решили сделать униформой горничной?
- А чье ж еще? - уперла руки в бока Ирка. - У Манюни все вещи цветные, а в Ольгины
мне не влезть.
Вот тут я испытала глубочайшее негодование.
- Хочешь сказать, что мы с тобой одного размера?
- Не совсем, - нехотя признала Ирка. - Только платьишко-то покроя "ночная рубашка".
Зря вы, кстати, такое купили. И очень уж оно холодное, скользкое, брр!
Сладострастно обругав продукцию дома Шанель, Ирка заморгала круглыми глазами,
потом добавила:
- Но ради Дениски можно и потерпеть.
- Где все? - спросила я.
- Уехали, - удивленно ответила домработница.
- А Милиция?
- Аркадий Константинович ее в город повез.
- Зачем?
- Культурная программа, - загадочно сообщила Ирка. - Сначала музей, потом концерт в
консерватории.
Я выскочила из-под одеяла и помчалась в ванную. Великолепно, значит, могу
совершенно спокойно заниматься своими делами. Надо поторопиться, Раиса говорила,
что лучше всего Карякина ловить в одиннадцать.
Как на реактивной тяге, я носилась по дому, потом, натянув на себя джинсы с
пуловером, сбежала вниз, выпила чашку кофе и рванула в прихожую.
- Вы куда? - поинтересовалась Ирка.
- По делам, - туманно ответила я.
- Возвращайтесь не позже восьми.
- Почему? - удивилась я.
- Аркадий Константинович так приказал.
- Вот чудеса! С какой стати Кеша решил регулировать мой график?
- Они с Милицией должны приехать в Ложкино около половины девятого, - сообщила
Ирка.
- Ты же говорила про поход на концерт.
- Верно, но он в три часа дня.
- Ясно. Вернее, ничего не понятно. Мне-то с какой стати возвращаться к
определенному времени?
Ирка закатила глаза.
- Конечно, у нас в доме полнейшая анархия, нет твердой хозяйской руки, живем
безобразно! А у олигархов все по-другому: жена сидит у телика с вязаньем и ждет мужа,
ровно в девять глава семьи входит в гостиную, супруга приветствует олигарха, бьет в
колокол, экономка вносит ужин, домашние садятся к столу и начинают общаться,
обсуждают прошедший день. Ясно? Или забыли, что Милиция нас изучает? У них дома
небось так дело и обстоит.
Я тяжело вздохнула.
- Понятно. Ольга написала замечательный сценарий.
- Разве она бы так сумела! Это Аркадий Константинович постарался, - обиделась за
своего обожаемого Кешу домработница. - Все предусмотрел и учел, каждому на вечер
подходящую одежду выбрал. Я вам выгладила, в гардеробной развесила.
- Ясненько, - ухмыльнулась я. - Режиссер-постановщик спектакля "Счастливая семья
олигарха-интеллигента" не предусмотрел лишь одну детальку: у хозяйки дома, то бишь у
меня, нету клубков со спицами!
Ирка с укоризной глянула на меня.
- Вечно вы, Дарь Иванна.., не в укор, конечно, будь сказано.., сына ругаете. А он все
продумал. В кресле, у телика шерсть лежит, там даже пара рядов связана, вроде как вы
рукодельничаете.
Я застегнула куртку и порысила к "Пежо". Надеюсь, Милиция очень скоро убедится в
нашей платежеспособности, уедет к себе и разрешит нам начать подготовку к свадьбе. Я
на многое согласна ради счастья Дениски, но сидеть у телика, изображая из себя
вязальщицу, вряд ли смогу, это уже перебор.
Сегодня дверь в квартиру Карякина оказалась приоткрытой. Я всунула голову в темный
коридор.
- Вадим, здравствуйте!
В ответ тишина.
- Господин Карякин! Ау!
- Кто там? - донесся из недр плохо пахнущего помещения голос.
- Можно войти?
- Валяй, - разрешил хозяин.
Я втиснулась в длинный коридор. Очень хорошо знакома с подобными квартирами:
одно время Оксана, еще не обзаведясь собственным жильем, снимала такие апартаменты.
Не перестаю удивляться полету мысли архитекторов, спланировавших странные хоромы.
Сначала вы оказываетесь в извилистом кишкообразном помещении, ширина которого
не больше метра. Ни удобную вешалку тут не устроить, ни просторных шкафов не
поставить, а если все же решитесь установить на пропадающей даром площади гардероб,
то потом придется протискиваться мимо него буквально бочком.
Миновав означенную кишку, попадаешь на крохотный пятачок, где расположены входы
в комнату, в совмещенный санузел и на кухню. Причем двери находятся буквально
впритык, если откроешь одну, вторую распахнуть уже нет шансов.
Мне эти апартаменты напоминают нору кролика: сначала петляющий, извилистый ход,
затем крохотная спаленка с почти лежащим на голове у хозяев потолком. Впрочем,
длинноухий по сравнению с людьми находится в более привилегированном положении:
ему не надо готовить еду, стирать белье и принимать ванну.
- Кто там топчется? - заорал Карякин.
Я, не снимая уличной обуви, добралась до "пятачка". Конечно, не очень прилично
шастать по жилью в не слишком чистых сапогах, но у входа не нашлось тапочек, а
шлепать по черному от вековой пыли паркету в чулках у меня не было никакой охоты.
- На кухню иди, - велел Вадим.
Я послушно шагнула влево и увидела малюсенькую "столовую", всю заваленную и
заставленную грязными вещами.
В раковине громоздилась гора грязной посуды. Но использованным тарелкам и чашкам
не хватило места под краном, и они заняли часть подоконника, на котором еще высились
три светло-оранжевых горшка с голыми стеблями засохших растений, допотопная
"Спидола", почерневший, видимо, перегоревший тостер и несколько пол-литровых банок
с чем-то мутным. Пластиковый стол поражал разнообразием наваленных на него
предметов: пустые консервные банки, наполненные бычками, ломти засохшего хлеба,
расческа, несколько смятых газет, банка из-под майонеза, вилка с наколотым куском
заветренной колбасы, сломанная сигарета, несколько пластиковых зажигалок, нож с
погнутым лезвием...
Под стать интерьеру был и хозяин - помятый мужчина неопределенного возраста со
взором тухлой селедки. На Вадиме болтался спортивный костюм, из-под куртки
выглядывала футболка, вся в пятнах.
- Чего надо? - вопросил Карякин и икнул.
Я поморщилась. Потом, решив забыть про хорошее воспитание, подошла к покрытому
жирной пылью окну и распахнула форточку.
Струя холодного воздуха влетела в духоту.
- Ваще, да? - обиженно прогудел Карякин. - Закрой, а то заболею.
- Маловероятно, - очаровательно улыбнулась я. - Организм, пропитанный спиртом, на
долгие годы приобретает иммунитет к простудным заболеваниям. Вы отправитесь на
больничную койку не от сквозняка, а от цирроза печени или алкогольного слабоумия.
Карякин снова икнул.
- Ну, ваше... - изумленно повторил он. - Ты кто такая?
- Даша Васильева.
- И что? - заморгал Вадим. - Откуда пришла? А, дошло: ты по объявлению... Квартиру
мою купить хочешь? Лады. Только мне нужно место для жилья.
- Совершенно не собираюсь производить операций с недвижимостью, - ласково
продолжила я, - меня направила сюда Серафима Полунина.
- С какого ляду?
- Я продюсер на телевидении, хочу снимать сериал, нечто типа "Саги о Форсайтах"
""Сага о Форсайтах" - роман Д. Голсуорси, рассказывающий о жизни одной семьи.
(Прим, автора.)". Сто серий.
- И чего? - неожиданно трезвым тоном осведомился Карякин.
- Серафима Полунина сказала, что у вас есть сценарий, крайне интересная история о
неких коллизиях из жизни семьи Тришкиных. Актриса хочет исполнить в сериале одну из
центральных ролей, поэтому дала мне координаты.
Карякин вскочил, но пошатнулся и ухватился руками за край стола. С огромным
усилием удержал равновесие и проорал:
- Сидите тут, сейчас вернусь.
Потом, стараясь не заваливаться на бок, отбыл в ванную.
Я осталась терпеливо ждать на кухне. Прошло довольно много времени, прежде чем
хозяин квартиры вновь объявился.
Теперь Карякин выглядел иначе. Спортивный костюм сменила пара брюки-пиджак,
кстати, вполне приличная, чистая и даже выглаженная, на шее Вадима был завязан темносиний
галстук, лицо оказалось гладко выбрито, и пахло от мужчины хорошим
одеколоном. И каким же это образом он сумел столь быстро преобразиться? Меньше
всего сейчас Карякин походил на алкоголика.
- Еще раз здравствуйте, - глубоким, хорошо поставленным голосом сказал он. - Прошу
извинить, затеял ремонт. В комнате мебель сдвинута, обои содраны, там бригада
молдаван работает.
Я закивала:
- Да, да, понимаю.
- Сам временно на кухне ючусь, - спокойно врал дальше Димон. - Очень неудобно, но,
по счастью, трудности скоро закончатся. Пригласить вас в свой кабинет не имею
возможности, придется разговаривать тут.
- Нет проблем, не волнуйтесь.
- Увы, не способен предложить даже чаю, - ловко изображал из себя жертву
строителей Карякин, - меня соседи пригрели, у них столуюсь и сплю временно.
Я покачала головой:
- Ужасные неудобства.
Однако у Вадима совсем плохо с памятью! Секунду назад заявил, что ютится на кухне,
а теперь говорит о милых людях, пустивших к себе соседа.
- И не говорите, - подхватил Димон. - Знаете ли, я недавно получил серьезный гонорар
от издательства и испугался, что мои сто тысяч долларов разойдутся по мелочи, лучше уж
жилье обновить.
- Абсолютно правильное решение.
- Нуте-с, - потер руки Вадим, - давайте теперь поговорим конкретно. Кого
представляете?
- Фирма "НРБ", - наугад ляпнула я и попала пальцем в небо.
Карякин нахмурился.
- Кто же у них там рулевой? Первый раз слышу название.
Я снова стала улыбаться. Надо же, полагала, что Димон окончательно пропил мозги и
легко купится на любое заявление "продюсера". Ан нет, мужчина оказался твердым
орешком. Мгновенно пришел в чувство, и, похоже, он знаком со многими из
кинематографической тусовки. Видимо, Карякина на мякине не проведешь, но и я не
лыком шита. Зайка не первый год работает на телевидении, я слышу от Ольги много
всяких фамилий, кое-какие задержались в памяти.
Сохраняя на лице улыбку, я кинулась в бой:
- Есть такие Сергей Козлов и Игорь Товстунов. Вам, наверное, их имена, как, впрочем,
и абсолютному большинству телезрителей, неизвестны. Жизнь несправедлива, люди
считают, что основной человек в сериале - актер. Ан нет, главные-то Козлов с
Товстуновым, они рулят процессом съемок, без них ничего не получится. Вот недавно эти
двое создали собственный холдинг "НРБ" - гигантское предприятие, десять киностудий
под одной крышей...
Тут я остановилась, чтобы перевести дух. Зайка не раз упоминала, что абсолютно
незнакомые мне Сергей с Игорем крайне порядочные люди и честные бизнесмены. Что ж,
пусть им на самом деле повезет и продюсерам удастся организовать в России
собственный Голливуд. Давно заметила за собой одну особенность: как совру, так потом
и получится.
- Я знаю Козлова, - вскинул голову Вадим, - и, естественно, наслышан о Товстунове.
Значит, их проект?
- Деньги мои, - живо напомнила я, - на сто серий. А если удачно получится, еще двести
сделаем. Но есть проблемка. Сценарий!
Карякин выпятил грудь.
- Полунина актриса никудышная, такая любое дело утопит, но вас она правильно
сориентировала: я имею великолепный материал. Рассказать?
- Конечно, - подпрыгнула я.
Вадим сцепил руки перед собой и начал. Пока ничего нового я из уст Димона не
услыхала: он мерно повествовал о двух женах Тришкина и их нечаянной смерти.
- Ну как? - горделиво осведомился Вадим, закончив историю. - Впечатляет?
Я прищурилась.
- Честно?
- Естественно.
- Нет.
- Но почему? - взвыл Карякин. - Такой богатый материал. Любовь, смерть... Дух
захватывает!
Я сдвинула брови.
- Из исследований, которые провели по моей просьбе сотрудники отдела рекламы,
явствует: народ не хочет мелодрам. Людям нужен детектив!
Вадим занервничал.
- В сценарии много криминала.
- Пока ни об одном трупе не услышала.
- А Майя и Юля? - возмутился Димон. - Они уж точно покойницы.
- Дорогой мой, - назидательно заговорила я, - мне Достоевский не нужен. Конечно, на
сцене, где жена наблюдает за мужем-прелюбодеем и его любовницей, можно повысить
рейтинг, но с одним пикантным эпизодом успеха не добиться. Поймите, требуется экшн -
действие, интрига, тайна! А философские размышлизмы типа, как следует жить: идти на
поводу у собственных желаний или вспомнить о чувстве долга, - не в кайф, кассы они не
соберут. Ясно?
- Между прочим, "Идиот" имел оглушительный успех, - отбил мяч Карякин.
- Следовательно, второго "Идиота" уже не надо, - нашлась я. - В вашей заявке вялое
действие, несчастный случай и самоубийство. Нет, не мой формат. Ладно, прощайте.
- Эй, эй, - окончательно испугался Вадим, - погодите!
Я вновь опустилась на табуретку.
- Вся внимание.
Карякин метнулся к шкафчику, вытащил из него бутылку с темной жидкостью
непонятного происхождения и быстро воскликнул:
- Давайте выпьем за успех нашего совместного предприятия.
- С удовольствием, наливайте, - согласилась я.
Димон наплескал дурно пахнущую жидкость в не слишком чистые стаканы, поднял
свой, чокнулся со мной и, закрыв глаза, начал вливать в себя нечто, притворяющееся
коньяком.
Я быстро выплеснула свою порцию в раковину и опустила пустую емкость на стол.
Димон крякнул, открыл глаза и хриплым голосом заявил:
- Ладно, пойду до конца. Значит, так! Лучше моего сценария вам не найти.
- Вы полагаете? - издевательски спросила я. - Да наши столы завалены рукописями.
Не успел язык произнести последнюю фразу, как мозг пожалел о ней. Эх, допустила
ошибку, ведь только что жаловалась на отсутствие литературного материала для съемок!
Но Карякин не обратил внимания на глупую оговорку.
- Да, - твердо понесся он дальше, - получите не только гениальный текст, но и
шикарный пиар. История подлинная, она произошла в реальной жизни, я опишу
преступление, а потом, когда фильм отснимут и покажут, обращусь в милицию и
потребую арестовать преступника, который долгие годы скрывается под маской честного
человека. Вот какая фишка!
- Интересно, - одобрила я. - Замечательный ход. Включим прессу, привлечем
телевидение, радио, всколыхнем общественное мнение, затеем дискуссию: можно ли
вламываться в сапогах в частную жизнь? Только пока ни о каких убийствах от вас не
услышала.
- Сейчас, - пообещал Вадим, - будет вам и дудка, будет и свисток. Лично
присутствовал, видел и хорошо запомнил.
- Начинайте, - почти прыгая от нетерпения, приказала я. - Если сумеете заинтриговать
меня, мигом выдам некоторую сумму в качестве аванса.
Димон потер красные, обветренные руки, плеснул себе в стакан новую порцию
выпивки и, забыв угостить "продюсера", начал топить Тришкиных.
В ту роковую ночь, когда погибла Майя, Димон не спал. Он, тогда совсем молодой и
излишне романтичный, пишущий стихи парень, думал о жизни.
Осенью Димон познакомился с милой девушкой Юлей Хазе. Юлечка, послушная дочь
родителей, напоминала Ассоль - она поджидала принца на корабле с алыми парусами и
была абсолютно уверена: королевич непременно
...Закладка в соц.сетях
