Жанр: Детектив
Даша Васильева 11. Вынос дела
...ей
действительности неопытный, живо облапошат.
- Кто?
- Да все, - вздохнула Лиза, - и агентство, и Филонов. Не покупайте у него
жилплощадь, лучше поищите другой вариант.
- Почему?
Елизавета Корниловна побарабанила красивыми пальцами по скатерти.
- Наверное, в агентстве сказали, что Павел проживает в огромной квартире
совершенно один. А продает потому, что холостяку четыре комнаты ни к чему?
- Именно, - закивала я головой, - точь-в-точь такими словами.
Лиза слегка покраснела и с небольшим усилием продолжила:
- Не правда. Тут еще прописан его младший брат. Он просто живет у своей
жены. Если согласитесь на сделку, она может быть опротестована в суде. А
Павлу с его привычками все равно, лишь бы деньги на водку были.
- Он алкоголик?
Хозяйка покраснела еще сильней и кивнула:
- Запойный. Господи, сколько он горя своим родителям принес.
- Они не употребляли? - решила я выжать из словоохотливой дамы все.
- Что вы, - замахала руками Лиза, - мы полжизни рядом прожили. Его отец
был крупнейшим хирургом. Доктор наук, светило, а мать была известна как
отличный гинеколог, "бархатные руки". А Пашка получился совершенно
отвратительным. Знаете, его выгнали почти из всех учебных заведений. В
восьмом классе родители были вынуждены перевести сына в школу рабочей
молодежи и устроить санитаром в больницу.
До этого Павлик всего лишь не хотел учиться, прогуливал занятия, грубил
учителям, избивал одноклассников, но в больнице он начал пить.
К десятому классу Филонов превратился в алкоголика. Отец и мать, решив не
сдаваться, пристроили сына в Первый медицинский институт. Там он проскрипел
до летней сессии. Но даже глубокое уважение, которое ректор испытывал к
родителям Филонова, не помогло. Павла с треском выгнали.
Любящие папенька и маменька отвели его во Второй мед, следом в третий, а
в конце концов в Военно-медицинскую академию. На этом учебные заведения, на
которые распространялись связи старших Филоновых, кончились. Тогда сосед по
дому, скульптор, посоветовал отправить мальчишку в художественное училище,
где готовили гримеров и парикмахеров. Неожиданно дело пошло.
Павел увлекся учебой и даже стал меньше пить. Родители в полной эйфории
рассказывали всем о таланте сыночка. Павлику удалось закончить ПТУ и
получить аттестат.
Тут с отцом случился сердечный приступ, и он скончался. Жена пережила его
всего на полгода.
- Вовремя умерли, - вздыхала Лиза, - всего позора не увидели.
И верно, родителям, наверное, повезло. Потому что крутой спуск вниз по
социальной лестнице сын совершал уже без них.
- Ведь он талантлив, - удивлялась соседка, - знаете, один раз меня
пригласили во французское посольство на прием. Я оделась, накрасилась, а тут
Паша заходит: "Дай денег". Он вечно у всех стрелял.
Филонов увидел принарядившуюся соседку и захихикал:
- Куда собралась?
Лиза поправила перед зеркальцем прическу и спросила:
- Нравится? Во французское посольство.
- Да уж, - хмыкнул Павел, - красота - это страшная сила. Иди быстро в
ванную. . - Зачем? - попробовала сопротивляться женщина.
- Давай, давай, - велел друг детства, - сделаю из тебя человека.
Почти час он колдовал над лицом и волосами, потом подвел Лизу к зеркалу.
Женщина онемела. Непостижимым образом она похорошела и помолодела лет на
десять.
- Как ты такое делаешь? - только и сумела вымолвить Лиза.
- Секрет фирмы, - прищурился Филонов. Женщина не удержалась и рассказала
соседкам об удивительном умении.
- Да если б захотел, - вздыхала Елизавета Корниловна, - разом отличную
клиентуру получил бы. Наши бабы просто ломились к нему в дверь.
Но, очевидно, Павла интересовала не только водка. Его стали встречать
покачивающимся, со страшным, остановившимся взглядом, но без запаха
алкоголя.
- Колоться начал, - грустно пояснила Лиза, - или таблетки глотать.
- Надо же, - подстегнула я фонтан воспоминаний, - "дурь" больших денег
стоит, вот небось почему квартиру обменять решил!
Лиза махнула рукой.
- Я, конечно, не могу со стопроцентной уверенностью утверждать, но,
думается, он получает отраву бесплатно.
- Да ну? Соседка вздохнула:
- У него есть младший брат. Вот уж кто в отличие от Павла абсолютно
положительный. У них разница всего в два года, родители одни и те же,
внимания и ласки досталось обоим одинаково, а вот поди же ты! Словно позитив
и негатив.
Я молча слушала бесхитростные рассуждения женщины. Что ж, так частенько
бывает в жизни, впрочем, и в сказках тоже. Помните? "У старинушки три сына:
старший умный был детина, средний сын ни так ни сяк, младший вовсе был
дурак". Но Елизавета Корниловна, очевидно, не читала знаменитую сказку
Ершова, потому что от души удивлялась:
- Просто родительская отрада. Школу окончил с золотой медалью, потом
институт с красным дипломом, работает врачом. Женился, вот только...
- Что?
- Супруга его, Сонечка, медсестра. С виду милая, интеллигентная, ласково
всем улыбается. Но иногда в лице у нее нечто такое мелькает... Ну не
передать словами. Знаете, у моих родителей жили попугай и кот. Так вот, кот
так на птичку поглядывал, потом съел в конце концов...
- Просто она вам не нравилась, - решила я разозлить Лизу.
Но она неожиданно охотно согласилась:
- Точно, никак не пойму, почему. Мне кажется, Сонечка приносит Павлу
таблетки. В больнице ведь есть наркотики.
- И зачем ей рисковать? - резонно заметила я.
- Господи, - воскликнула Лиза - так квартира же! Отличная,
четырехкомнатная, в престижном доме. Целое состояние. Артем не смог с Павлом
ужиться, да и понятно. Кому понравится жить с алкоголиком на одной
жилплощади! Вот и съехал к Соне, но не выписался. Думается, Сонечка решила
потихоньку свести шурина в могилу... Но это так, пустые домыслы.
- Как зовут брата Павла? - медленно спросила я.
- Артем, он хороший психиатр, - спокойно пояснила Лиза.
- Его фамилия тоже Филонов? - решила я. уточнить до конца.
- Нет, Федотов, - пояснила Лиза.
- Странно-то как, - медленно протянула я, - два брата, а фамилии разные.
Елизавета Корниловна улыбнулась: :
- И не говорите! Это их отец страшно разозлился на Павла, когда его
подобрали пьяным на улице и забрали в отделение. Вроде дрался или просто
буянил. А тут как раз ему паспорт получать, шестнадцать исполнилось. Ну
Владимир Петрович и распсиховался, на весь подъезд кричал:
- Не позволю честную фамилию Федотовых позорить! Никогда никто из нас
хулиганом и бандитом не был! Не желаю иметь в роду алкоголика и негодяя!
Записывайся на фамилию матери или вообще живи без фамилии - просто
Павка-уголовник! Да и зачем тебе Федотовым быть? Скоро по этапам пойдешь!
Друзья-урки кличку дадут!
Павел побледнел и вылетел за дверь. Через пару недель он сунул отцу
новенький паспорт:
- На! Доволен теперь?
Владимир Петрович, успевший забыть о скандале, так и сел. В документе, в
графе фамилия, каллиграфическим подчерком оказалось выведено - "Филонов".
В этот момент раздался громкий стук в стену.
- Павел вернулся, - сообщила Лиза.
- Откуда знаете? - удивилась я.
- Он всегда башмаки в угол швыряет, - улыбнулась соседка, - слышали
стук?
Павел оказался щуплым, почти прозрачным парнем. Копна спутанных грязных
волос падала ему на лоб, лицо выглядело изможденным, серым, совершенно
больным. Несмотря на теплый апрельский вечер, он кутался в огромный свитер.
Мешковатый трикотаж висел складками, и казалось, будто внутри пуловера вовсе
нет тела.
- Вам кого? - хрипло спросил мужик, отступая внутрь грязного холла.
Его явно ломало. Лоб внезапно покрылся каплями пота, тонкая жилистая шея
страннб задергалась.
- Павел Филонов? - спросила я, входя внутрь захламленной квартиры.
Контраст с апартаментами Елизаветы Корниловны оказался разительным. Обои
свисали грязными лохмотьями, в когда-то сверкающей хрустальной люстре горела
всего лишь одна лампочка, на полу кучи грязи, и запах стоит соответственный.
Просто нора, а не жилье человека. Впрочем, говорят, звери соблюдают в
берлогах чистоту. Кстати, мне всегда были непонятны таблички на дверях
магазинов "С собаками вход воспрещен". Значит, я не могу войти в булочную с
Банди или Снапом, а грязный, вонючий, вшивый бомж, распространяющий вокруг
себя запах мочи, дорогой гость? Ну и где справедливость? Мои псы регулярно
принимают ванну, всегда после прогулки моют лапы, принимают таблетки от
глистов и пахнет от них, как от маленьких детей - молоком, геркулесовой
кашей и хорошим шампунем. И вообще, собаки намного лучше людей. Скажите,
когда-нибудь видели ротвейлера, напившегося в дым и избивающего хозяев? А
болонку-наркоманку? Или пуделя-убийцу? Да ни одно животное не кинется на
другое без всяких причин, люди же...
- Чего надо? - просипел хозяин, ежась.
- Меня прислала Катя Котова, - сообщила я с серьезным лицом.
Павел поднял руку, похожую на сухую ветку, и взъерошил волосы.
- Не помню такую...
Ну и не удивительно, я сама с ней не знакома, но должен же у меня быть
повод для визита.
- Вы гримировали ее сестру, жертву автомобильной катастрофы.
- Вполне вероятно, - легко согласился Филонов.
- Вот теперь я хочу пригласить вас. Сколько стоит грим?
- Ну смотря чего делать, - задумчиво забормотал Павел, стараясь унять
дрожь в руках, - ежели еще причесывать... Долларов сто, а там поглядеть
надо.
- Ладно, - легко согласилась я. Филонов с надеждой поглядел на мою
сумочку и спросил:
- Авансик не дадите?
- Пожалуйста, - опять согласилась я и достала зеленую банкноту.
Не скрывая радости, гример ухватил подачку и почти закричал:
- Погодите тут минут пятнадцать, ща вернусь!
Слушая, как он, не дожидаясь лифта, несется вниз по лестнице, я
вздохнула: полетел за дозой. Вернется благостный, тогда и поговорим.
Длинный коридор привел в захламленную кухню. Колченогий стол радовал взор
прожженной столешницей. Подоконник весь заставлен самыми невероятными вещами
- горшком с засохшим алое, пустыми баночками из-под разнообразных
лекарств... Здесь же красовались два кирпича и несколько полуобструганных
палок. На плите возвышался потрясающе грязный эмалированный чайник.
Я открыла кухонный шкафчик - ничего. Только в самом углу валяется
карамелька "Малина". Холодильник тоже был пуст, если не считать консервной
банки, набитой доверху окурками. Продуктов тут не держали. Впрочем,
тараканов тоже не было, наверное, вымерли от голода.
Обозрев пищеблок, я пошла бродить по комнатам. Три - большие, просторные,
с высокими потолками - зияли пустотой. Пыль, покрывавшая пол ровным ковром,
без слов рассказывала о том, что сюда давно не ступала нога человека.
Четвертая комнатка, самая маленькая, даже тесная, оказалась жилой. В ней
стоял жуткого вида диван, на котором валялись клочковатое ватное одеяло и
блинообразная подушка. У изголовья табуретка. На ней я с большим изумлением
увидела книгу, причем какую - Карлос Кастанеда! На полу, чуть поодаль от
грязного, воняющего блевотиной ложа, стоял телефон. Допотопный черный
аппарат, словно высеченный из цельного куска камня. В углу, прямо на обоях
криво написано ярко-зеленым фломастером: "Сонька, 755 - 65-65" и адрес -
Сомовский проезд, 19, квартира 7.
Не успела я прочитать информацию, как из холла раздался слегка хриплый
голос:
- Пашка, ты где? Поправку принесла.
Я двинулась на звук.
Незнакомая женщина продолжала говорить:
- Опять дверь забыл запереть? Хотя красть у тебя нечего!
Увидав меня, вошедшая удивилась до крайности:
- Вы кто?
- Вот пришла попросить господина Филонова загримировать покойницу. Дама
покачала головой.
- Он больше не работает.
Я внимательно разглядывжга ее внешности Красивое, породистое, умное лицо.
Ярко-каштановые волосы безупречно уложены, зеленые глаза умело подкрашены.
Легкий румянец, едва заметная коричневая помада. Так же просто выглядела и
одежда - темно-зеленый брючный костюм, коричневые туфли и одного тона с ними
элегантная сумочка. Из драгоценностей лишь небольшие золотые серьги да
тоненькое обручальное кольцо. Только я знаю, сколько денег надо потратить,
чтобы добиться такой простоты. Женщина явно одевалась не на Черкизовском
рынке. О состоятельности дамы говорил и запах духов "Ферручи" - последняя
разработка Дома Диор. Всего несколько недель назад пузатые флакончики
темного стекла появились в парижских магазинах. Ехидные парижанки
моментально прозвали их "Головой негра", но запах потрясающий: остро-горькая
гамма. После весьма неудачных "Дольче вита" этот парфюм моментально стал
модным.
Я сама получила. красную коробочку семь дней назад. Честно говоря,
думала, что окажусь единственной счастливой обладательницей новинки в
Москве. Ан нет!
- Вы его жена? - попробовала я вступить в контакт.
- Отнюдь нет, - вежливо, но твердо отрезала дама, - вам лучше не нанимать
Павла. Возьмет деньги, обманет, не придет, крайне ненадежный человек. Да и
ремесло подзабыл, странно даже, что вас к нему направили.
Не успела она договорить, как дверь распахнулась, и вошел
мертвенно-бледный, но весьма бодрый Филонов.
- Сонька, - обрадовался он, увидав гостью, и быстро спросил:
- Принесла чек? Соня дернула его за рукав и сказала:
- Сначала проводи даму.
- Какую? - искренне изумился Павел.
- Вот эту, - ответила родственница и бесцеремонно ткнула в меня пальцем.
Хозяин поморщился. Он ничего не изображал, просто, получив вожделенный
укол, абсолютно обо всем забыл.
- Кто вы? - наконец спросил он. Я изобразила бурное негодование:
- То есть как? Только что взяли у меня сто долларов, велели подождать, а
теперь возвращаетесь и делаете вид, будто первый раз видимся!
Соня со вздохом расстегнула сумочку, вынула деньги и, отдавая купюру,
спросила:
- Понимаете теперь, почему с ним нельзя иметь дело?
Я взяла сложенную пополам и показавшуюся мне слишком жесткой сотню и
кивнула.
Глава 19
Направляясь домой, я очень на себя злилась. Во-первых, абсолютно ничего
не узнала, во-вторых, совершенно бездарно говорила с Соней. Ну черт меня
дернул вообще затевать беседы?!
Да еще представилась клиенткой! Как теперь встретиться с этой женщиной,
что придумать? Домой мне к ним не попасть. Слишком глупо выглядит. Сначала
изображаю заботливую сестру перед Артемом, потом представляюсь безутешной
родственницей Соне. Но кто же знал, что они муж и жена? В голову не могло
прийти такое.
Интересно, как мадам Федотова относится к тому, что ее муженек спит с
Таней? Или она не в курсе? Может, поехать к ним на квартиру и рассказать,
как несчастная больная сестра откинула тапки? Да уж, глупее ничего не
придумать! Но в голову совершенно не приходили нормальные мысли, только чушь
собачья.
Вздохнув, я почувствовала, как неприятно сжимается желудок. Что-то он
стал болеть у меня часто. Может, наконец допрыгалась до язвы? Да нет, скорей
всего, просто надо поесть. Свернув в маленький, безлюдный в этот довольно
поздний час переулочек, "Вольво" повез меня домой. На перекрестке вспыхнул
красный свет. Народу кругом никого, машин, впрочем, тоже, смело можно
проигнорировать запрещающий сигнал, но меня обучали вождению в Париже.
Дисциплинированные французские водители трепетно соблюдают правила, поэтому
я покорно нажала на тормоз и от скуки принялась глазеть по сторонам. Через
пару секунд загорелся зеленый, но я не сумела двинуться, так как увидела
совершенно невероятную картину.
На углу стоял довольно большой щит с черными буквами "Мосгорсправка".
Когда-то его братья вольготно жили на многих московских улицах, сейчас стали
редкостью. Но глубокое изумление вызвал не рекламный стенд.
Около него сидел на корточках голый парень. Правой рукой он стыдливо
прикрывал "предмет особой мужской гордости, левой зачем-то держался за
железную стойку. На шее у юноши болталась табличка - "Работаю наемным
любовником, трахаю чужих жен".
"Ну ничего себе", - подумала я, оглядывая "живое объявление". Даже
разделся, чтобы товар лицом показать. Хотя называть то место, которым
красавчик зарабатывает на жизнь, лицом как-то не с руки. Внешне он был
хорош, как обертка туалетного мыла: белокурые картинные кудри, огромные
глаза, мужественный подбородок...
Я не выдержала, опустила стекло и поинтересовалась:
- Вам не холодно?
Парнишка дернулся, попытался посильней прикрыться довольно узкой
аристократической ладонью и проблеял:
- Бога ради помогите!
- Чем? - в обалдении поинтересовалась я.
- Отцепите, больше часа сижу, никого нет... Я вылезла из "Вольво" и
подошла к парню.
Вблизи стало заметно, что безупречно чистая кожа пошла мурашками, кончик
носа посинел, а правая рука прикована к палке при помощи самых обычных
милицейских наручников.
- Кто это вас так? - поинтересовалась я, разглядывая "Прометея". Впрочем,
на человеколюбивого титана он не тянет, да и орла рядом не видно.
- Позовите милицию, - забормотал юноша, - и снимите табличку.
- Так вы не "живое объявление"? - дошло до меня наконец.
- О боже, - устало вздохнул мужчина, - конечно, нет. У вас есть
мобильный? Вызовите патруль.
Чувствуя себя красноармейцем Суховым, я открыла багажник. Там за запасным
колесом всегда валяется связка отмычек, этакий набор крючков и палочек.
Правда, не слишком ловко владею данным инструментом. На обычный замок уходит
минут сорок.
Но сегодня запор неожиданно поддался сразу. Не успела всунуть в дырочку
первую из отмычек, как железное кольцо мигом разжалось.
- Здорово с гитарой работаете, - восхитился парень и заискивающе
попросил:
- Уж не бросайте тут, довезите до дому.
Он быстренько влез в "Вольво" и прикрылся полиэтиленовым пакетом.
- Куда ехать? - спросила я.
- Восточное Дегунино, - мирно сообщил необычный пассажир.
Из моей груди невольно вырвался стон. Два часа потеряю, не меньше.
Хотя...
- Что, если дам денег на такси? - предложила я альтернативный вариант.
Парень распахнул огромные незабудковые глаза и спросил:
- Кто же меня повезет в таком виде?
Но я решила не сдаваться. Перспектива катить в Восточное Дегунино пугала,
и в голове родилась новая идея.
- Без проблем! Сейчас куплю тебе джинсы и рубашку.
- Тогда уж и ботинки с носками, - попросил нахал.
- Идет, - обрадовалась я, и мы отправились искать магазин.
- Кто же тебя к стенду притачал? - поинтересовалась я, выворачивая руль.
Мальчишка ухватил мои сигареты и сообщил:
- Муж.
- У любовницы был?
- Если бы, а то просто на работе.
- Что же за служба такая? Парень помялся немного, потом кокетливо
сообщил:
- Являюсь платным партнером.
- Кем? - удивилась я. - Проституткой, что ли?
- Вовсе нет, - оскорбился спутник, - я гейш!
- Это что, профессия?
- Да, - горделиво подтвердил парнишка, - бывают женщины гейши, а бывают
мужчины.
- Ходишь в кимоно, с веером и разливаешь чай?
Мальчишка заржал.
- Нет, конечно. Состою на службе в агентстве. Туда обращаются
состоятельные дамы, когда им требуется кавалер. Ну, например, какой-нибудь
бизнесвумен прислали приглашение на вечер да написали "на два лица". А бабы
эти, крутые, которые в мужскую работу полезли, своих супругов давно
побросали, или они у них такие, что без слез не взглянешь. Одной пойти
как-то не с руки. Вот дамочка и звонит в агентство, оплачивает заказ и
получает сопровождающего согласно тарифу.
- Дорого стоит?
- Не очень, в зависимости от сортности.
- Что?
- Первый сорт - шестьдесят долларов в час. Первосортный гейш владеет
английским, водит машину, хорошо воспитан и в состоянии отличить коньяк
"Камю" от писателя Камю.
- А второй сорт?
- Языка не знает или рулить не умеет. Такой долларов на сорок тянет.
- Что же может третьесортный? Парнишка улыбнулся:
- В нашем агентстве таких нет, говорят, кое-где можно и за десятку
сопровождающего найти. Только тогда и удивляться не стоит, если он начнет в
кулак сморкаться.
- Вы к какой категории относитесь? Юноша горделиво приосанился и
кокетливо прощебетал:
- Неужели не понятно? Естественно, я - экстра-класс!
Из моей груди вырвался смешок. Вчера держала в руках пачку макарон с
яркой надписью - "Экстра".
- Ну а на цепь как попал?
- Всякие придурки в жизни встречались, но такой в первый раз! - в сердцах
воскликнул спутник.
Оказалось, что он выполнял заказ, сопровождал на фуршет одну весьма
богатую даму, оптовую торговку рыбой. По завершении мероприятия "объект"
пригласил кавалера выпить кофейку.
- Мы не обязаны оказывать интимные услуги, - откровенничал гейш, - но
частенько бывает, что за дополнительную плату соглашаемся, в особенности
если дама симпатичная.
"Рыбница" оказалась вполне ничего. Тридцатипятилетняя тетка в самом соку.
Но не успели голубки добраться до широкой кровати, как в спальню влетел,
размахивая пистолетом, разъяренный супруг.
- Ну кто мог подумать, - сокрушался парень, - ну в голову не войдет!
Прикиньте на секундочку! Жена миллионами ворочает, а муж - самый обычный
милиционер!
Наставив на сладкую парочку табельное оружие, служитель закона принялся
орать на жену. Особый гнев вызвало у него сообщение о том, что в постели с
женой оказался наемный любовник.
- Уж не знаю, как он потом с бедолагой расправился, - вздыхал парень, -
но меня выволок на улицу, приковал к столбику, да еще объявление дурацкое
повесил! Между прочим, могу на него в суд подать!
И он обиженно зашмыгал носом.
В магазин мужской одежды я влетела за пару минут до закрытия и, недолго
думая, ткнула пальцем в первый попавшийся костюм.
- Заверните побыстрей, еще рубашку, носки и ботинки.
- Размер какой? - осведомился продавец, смазливый черноволосый мальчишка.
- Не знаю, - пробормотала я.
- Тогда как покупать думаете? - резонно спросил мальчишка. - У нас выбор
от 44 до 60.
- Окажите любезность, - попросила я, - перед бутиком стоит "Вольво".
Загляните в салон и сами установите размер.
Продавец вышел. Надо отдать должное хозяину лавки. Обслуживающий персонал
он выдрессировал до европейского уровня. Впрочем, в Париже торговец,
обнаружив в машине дамы голого мужчину, скорей всего, высказал бы
восхищение, ну, по крайней мере, зацокал бы языком. Этот же парнишка
вернулся назад с каменным лицом, порылся на стойках, выдернул одну вешалку и
спокойно заметил:
- Должен подойти, возьмите к нему голубую рубашку.
Я вытащила кошелек и обнаружила там только доллары.
- Не беда, - успокоил продавец, - давайте разменяю.
Он развернул одну из полученных банкнот и сообщил:
- Визитку забыли.
Я уставилась на белый прямоугольник - "Клуб "Жок". С десяти вечера, улица
Парамонова, 2, вход по предварительной записи".
Надо же! То-то, когда Соня протянула мне деньги, купюра показалась
странно жесткой на ощупь. Значит, эта карточка принадлежит милой
медсестре... И потом название - "Жок"...
- Простите, - раздался за спиной вежливый голос.
Я обернулась. Мальчишка-продавец протягивал мне небольшую коробочку. В
глазах парня мелькало тщательно сдерживаемое веселье.
- Это вам, подарок от фирмы.
- Спасибо, - сказала я, сунув презент в карман жакетика.
Домой прибыла около одиннадцати. Голова гудела. Я окончательно перестала
что-либо понимать. В столовой мирно пили чай Таня и Зайка.
- Поздно как возвращаешься, - укорила меня подруга.
- Как язык? - поинтересовалась я. Невестка почти внятно произнесла:
- Ничего, может, до завтра подживет. Где ты была?
- В гости ходила, - соврала я и потянулась за чайником.
Из кармана жакетика выпала коробочка.
- Что это? - спросила Зайка.
- Не знаю. Заезжала в магазин, и фирма сделала за покупку подарок.
- Так открой, - велела девушка. Подцепив ногтем скотч, я сняла крышку.
Внутри обнаружилось нечто шелковое, ярко-красное.
- Ой, какой платочек хорошенький! - выкрикнула Ольга и моментально
выдернула его из коробочки.
С легким шелестом вещица развернулась, и мы увидели, что Зайка держит
мужские трусы пурпурного оттенка с черным поясом. По широкой резинке шла
надпись, сделанная крупными буквами.
- "Весь в огне", - перевела Таня и хмыкнула:
- Странный презент для дамы.
- Да уж, - пробормотала Зайка, - интересно, в каком магазине побывала и
что покупала? Жаль, не владею английским.
Я молчала, припоминая ухмылку продавца и недовольный возглас гейша:
- А где трусы? - вопрошал нахал, разглядывая костюм.
- Забыла, - сообщила я и разозлилась:
- Надевай так и выматывайся.
- Пожалела купить, - ныл парень, застегивая "молнию", - еще заразу
подцеплю.
И вот теперь оказывается, что продавец вспомнил про бельишко...
- Просто наряд для куртизана! - не успокаивалась Ольга.
- Наверное, перепутал коробки, - попробовала я внести ясность, - уже
закрывались, вот торговец и обманулся!
- Ну-ну, - пробормотала Ольга и швырнула вещичку на кресло.
- Кешке подарю, - вздохнула я.
- Ну и что мне вручат? - раздался голос сына, и Аркадий вошел в комнату.
- Не спишь еще? - хором удивились мы с Ольгой.
- Как же, - возмутился Кеша, - там такой визг стоит. Маня и Варя моют
удава.
- Зачем? - изумилась Таня. - Разве змей купают?
- Без понятия, - пожал плечами Аркадий, - во всяком случае, это
несчастное пресмыкающееся получило головомойку по полной программе. Сначала
они до одури спорили, налить в ванну пену или шампунь, затем чуть не
передрались, решая вопрос о мочалке... Так что за подарок?
- На кресле, - мотнула головой Зайка. Кешка повертел трусы и вздохнул:
- Небось мать купила!
- Нет, - хихикнула Ольга, - п
...Закладка в соц.сетях
