Жанр: Детектив
Даша Васильева 06. Жена моего мужа
...дно заболел.
- Сейчас объясню, - пообещала я, спешно скрываясь в туалете.
Дом у Воробьевых старый, квартиру строили в конце семидесятых. Планировка
стандартная, и туалет прилегает к кухне. Что, согласитесь, не очень приятно!
Кто-то завтракает, а кому-то надо совсем наоборот. Да еще между пищеблоком и
уголком задумчивости архитекторы зачем-то спланировали окошко. На мой
взгляд, просто верх глупости.
Не успела я удобно пристроиться, как в дверь позвонили. Сеня потопал к
выходу.
- Адка? - раздался его недоумевающий голос. - На поезд опоздала!
Тяжелые шаги прошлепали на кухню, потом
Аделаида сказала:
- Небось рад, что один остался?
- Ты чего? - возмутился Сеня. - Намазалась, как проститутка, где взяла
такое идиотское платье?
- Сейчас узнаешь, - пообещала женщина. - Нет, - заорал вдруг мужик, и
следом раздался легкий хлопок, будто открыли бутылку вина. Быстрее кошки я
влезла на унитаз и глянула в окошко.
От увиденного чуть не грохнулась в обморок.
Сеня лежал навзничь на полу, как-то странно выкрутив левую руку. Под
головой медленно растекалась черная глянцевая лужа. Над телом, растопырив
ноги, стояла весьма довольная Ада. Она и впрямь слишком сильно накрасилась
для солнечного июньского утра. Полное, крупное тело обтягивало
кричаще-красное платье-стрейч. Сидело оно на женщине туго, как презерватив.
В руках милая жена сжимала пистолет.
Онемев, я наблюдала, как Аделаида абсолютно профессиональным движением
бросила револьвер на пол. Потом хмыкнула и, напевая, двинулась к двери.
Высокие каблуки подчеркивали довольно широкую и плоскую ступню. Что-то в
облике женщины показалось мне странным. Пока я, обалдев, стояла на унитазе,
госпожа Воробьева протопала к двери и... ушла.
Я ринулась на кухню. Мужик лежал абсолютно неподвижно. Схватив его за
плечи, повернула каменное тело и ахнула. Между бровями виднелась аккуратная
дырочка. Ада стреляла, как снайпер, и помочь Сене уже не представлялось
возможным. Стараясь не вляпаться в кровавую лужу, я отступила к порогу,
потом позвонила Александру Михайловичу. Ждать бригаду в одном помещении с
трупом, когда туда может вновь явиться убийца-психопатка? Ну уж нет!
Выйдя на улицу, я закурила и плюхнулась на скамейку около молодых мамаш.
Девчонки поморщились, но ничего не сказали. Потом одна возобновила
прерванный моим появлением разговор:
- А эта Воробьева все-таки страшно безвкусно одевается!
- И не говори, - откликнулась вторая, - старуха совсем, скоро пятьдесят,
а красное платье нацепила в обтяжечку.
- Подчеркивать, что все обвисло!
- Да уж, в ее возрасте поскромнее следует прикид выбирать! Куда с такой
жопой стрейч натягивать.
Мамаши продолжали злословить, я курила, не ощущая никакого удовольствия.
Дежурная бригада прибыла на микроавтобусе. Последним вышел эксперт Женя,
старый приятель.
- Салют, Дашута! - бодро закричал "Пинкертон". - Кто там у тебя -
висельник, утопленник?
Я промолчала - ну совсем не смешно. Следом подрулили "Жигули", и из них
выбрались полковник и незнакомый парень в штатском. Плотной группой мы вошли
в квартиру.
- Очень мило, - пробормотал Женя, - аккуратно и красиво. Ну, Дарья, чего
трогала?
- Только Семена перевернула, думала, жив.
- Был Сеня - и весь вышел, - констатировал Женька, натягивая резиновые
перчатки. Я громко ойкнула.
- Ну, - грозно спросил Александр Михайлович, - чего визжишь,
открывательница трупов!
- Поняла, что показалось странным. На Аде были перчатки, такие же, как у
Женьки, резиновые, белые...
- Постой, постой, - оборвал приятель, - давай по порядку. Зачем пришла,
кто такая Ада?
Вздохнув, я принялась рассказывать правду. Вернее, почти правду. Свою
засаду в туалете и сцену убийства описала очень точно, а вот на вопрос о
цели визита к Семену сказала:
- Он ближайший друг Макса, хотела посоветоваться с ним, как быть, теперь
с конторой? Максим ведь хозяин, бизнес пока не конфисковали.
Раз десять сыщики заставили: повторять рассказ на разные лады. Потом
взяли отпечатки пальцев повели в управление.
Секретарша Александра Михайловича, милейшая Настенька, увидав меня в
центре группы сердитых мужчин, вздохнула и спросила:
- Опять труп нашли?
Но меня уже втащили в кабинет, усадили ни стул и забыли. Сотрудники
входили и выходили, пошел третий час бессмысленного сидения, когда наконец
на пороге возник Женька.
- На, - весьма нелюбезно сказал дружок, сунув пластиковый стаканчик с
холодным растворимым кофе и бутерброд с обсохлым сыром.
- Представляю, как вы относитесь к задержанным, если свидетеля чуть
голодом не уморили, - сообщила я, принимая отвратительные дары.
- Сажаем в бетонный мешок и бьем резиновым шлангом по почкам, - не
остался в долгу эксперт.
Но тут дверь снова отворилась, и в кабинет ввели Аделаиду. На этот раз на
женщине красовалось просторное платье в мелкий коричнево-белый цветочек.
Щеки и губы потеряли ужасающую окраску, но все равно я узнала жену Семена с
первого! взгляда.
- Она? - спросил вошедший Александр Михайлович. Я кивнула. - Будем
оформлять очную ставку.
- Да что здесь происходит? - закричала Аделаида.
- А то, - пояснил один из мужиков, - что, когда убиваешь супруга, сначала
проверь, нет ли в доме посторонних! Дарья Ивановна находилась в туалете и
наблюдала момент выстрела.
- Вы с ума здесь посходили вместе с этой идиоткой! Первый раз ее вижу.
- Второй, - поправила я, - первый был вчера, когда с дачи приехали.
- Я не убивала Сеню! - закричала Ада. - Ну к чему мне стрелять в мужа, с
которым живу почти двадцать пять лет? Меня в Москве с шести утра нет, первой
электричкой в Кратово уехала.
- Ты ее видела? - спросил полковник. Я кивнула:
- Очень хорошо, только тогда на ней было красное блестящее платье-стрейч.
И накрасилась по-идиотски: щеки - малиновые, губы - морковные. А на ногах -
босоножки на здоровенном каблуке.
- Нет, только посмотрите! - со слезами в голосе закричала Аделаида. -
Надо же так врать. Да у меня нет красного платья, тем более стрейч! Разве
можно с такой фигурой носить вещи в обтяжку? Каблуки не надеваю никогда.
Поглядите, рост - почти метр восемьдесят. Всю жизнь в тапках хожу.
И она выставила странно маленькую и изящную ногу, обутую в летний
замшевый ботиночек на абсолютно плоской подошве.
В моем мозгу зашевелились первые, пока еще смутные подозрения.
- Не знаю зачем, - продолжала кипятиться Ада, - но ваша свидетельница
врет.
- Нет, - возразил Александр Михайлович, - Васильева - наш сотрудник и
придумывать зря ничего не станет.
- Ага, - завопила потерявшая всякий разум Воробьева, - убийцу искать
лень, вот и подтасовываете улики, менты поганые, ненавижу. Всегда такие
были, еще когда папу расстреляли. Сволочи,
- Аделаида Генриховна, успокойтесь, кроме Дарьи, вас еще видело много
народу во дворе: соседки, дворник и продавец из палатки, где покупал
бутылочку фанты.
- Я не пью фанту, - затопала ногами обвиняемая, - никогда не употребляю
этот напиток.
Я во все глаза смотрела на ее маленькие, изящные ножки и наконец не
выдержала:
- Ада, какой размер обуви вы носите? От неожиданности подобного вопроса
женщина прекратила плакать и сообщила:
- Тридцать пятый, а что?
- Надо же, с таким ростом и иметь ножку китаянки, я почти на двадцать
сантиметров ниже, а еле-еле влезаю в тридцать девятый.
- Да, - неожиданно кокетливо пояснила Аделаида, - большая редкость, и
руки у меня маленькие.
Она вытянула вперед узкую аристократическую кисть с тонкими, длинными
пальцами.
- Дарья, - обозлился полковник, - размер бюста и объем талии выяснишь
потом.
- Знаешь, - пробормотала я, - вообще-то очень странно. У той здоровенной
бабищи на ногах красовались босоножки на гигантских каблуках, размера этак
сорокового - сорок второго. Еще подумала, как ей трудно покупать обувь с
такой ножищей. Если Аду поставить на подобные ходули, тетка под два метра
вышиной станет! И руки такие широкие, просто мужские... Знаешь, это,
наверное, все-таки была не она, а кто-то страшно на нее похожий!
- Наконец-то! - выдохнула Аделаида.
- Послушай, - прошипел Александр Михайлович, - кончай дурака валять.
Воробьеву видели семь человек! Двое рассказали, что она во дворе стягивала с
рук перчатки. Ее хорошо знают в доме, с ней поздоровались, она ответила и
пошла к метро. Очень глупо надевать на преступление такое платье. Вся улица
вслед глядела!
- Вот именно, - закричала я, - кто-то хотел привлечь к ней внимание и
велел так одеться!
- Нет у меня красного платья-стрейч, - зарыдала Ада. - Никогда не было.
- Паша, покажи, - велел полковник. Незнакомый молодой человек вынул из
портфеля два прозрачных мешка с бирками. Аккуратно открыл один и вытряхнул
на стол смятый кусок материала.
- Узнаете?
Ада смотрела на одежду во все глаза.
- Выстрелив в мужа, - сообщил Паша, - вы пошли по улице, зашли в магазин
"Женская одежда" и купили там вот это платье в коричнево-белый цветочек, в
которое сейчас одеты. Прежний наряд и, - он потряс, другим пакетом, -
резиновые перчатки запихнули в мусорную корзинку в примерочной кабинке.
Продавщицы вас хорошо знают, вы часто покупаете там вещи. К тому же сегодня
устроили скандал, обвиняя сотрудницу в том, что она не правильно дала сдачу.
Якобы утаила сто рублей. Пришлось снимать кассу. Устроить очную ставку с
сотрудниками магазина ничего не стоит. Но, думается, лучше сознаться. Суд
всегда учитывает факт добровольного признания!
- Да вы чего, - севшим голосом забормотала Ада, - и впрямь решили меня
засадить? Покупала я платье в том магазине, но только две недели тому назад!
- Правильно, - откликнулся оперативник, - то-то они удивились, когда за
вторым сегодня пришли. Спросили, а вы объяснили, что пролили на одежду
вишневый сок и пришлось обнову выбросить.
- Не имеете права задерживать, - бормотала женщина побледневшими губами.
- Ладно, - вздохнул Александр Михайлович и вызвал конвойных.
Вид солдат внутренней службы привел Аду в состояние шока.
- Не пойду, - затрясла она головой, - не пойду. Мне положен адвокат.
- Сегодня же пришлю, - быстренько пообещала я.
Ада уперлась в меня глазами.
- Даша, вы тут одна нормальная. Верите, что я не убивала Семена? Кто-то
специально все подстроил!
- Верю, - серьезно сказала я.
- Ну вот что, - разозлился окончательно полковник, - Воробьеву в
изолятор, а эту свидетельницу фигову гоните вон!
Разыгралась ужасная сцена. Конвойные попытались стащить предполагаемую
убийцу со стула. Но Женщина вцепилась в сиденье мертвой хваткой.
- Не пойду, - мотала она растрепанной головой, - не пойду.
Солдаты постеснялись надавать подозреваемой по шее в присутствии высокого
начальства. Вызвали подмогу. Вчетвером конвойные кое-как поволокли отчаянно
упирающуюся Аду к двери.
- Не виновата, не убивала, не пойду, - рыдала женщина.
Крик удалялся, наконец стих. Я вздохнула, огромная тяжесть навалилась на
желудок, и почему-то мелко подрагивали ноги.
- Имей в виду, - сурово заявил Александр Михайлович, - Аркадия твоего,
засланного казачка, к делу не допущу.
- Права не имеешь, - отпарировала я, - предъявит договор от консультации,
и как миленький документы покажешь. А станешь палки в колеса ставить, в
прокуратуру пожалуюсь!
С этими словами я со всего размаху стукнула тяжелой дверью и ринулась на
выход, забыв в кабинете сумку с телефоном.
Подойдя к "Вольво", сообразила, что ридикюль лежит на столе в кабинете,
но возвращаться назад было невозможно. Хорошо, что, как все рассеянные люди,
храню под бампером запасные ключи.
Сев в автомобиль, я закурила. Происходящее выглядело более чем странно.
Ну не глупо ли, отправляясь убивать любимого мужа, нацепить на себя платье
цвета огнетушителя? Зачем совершать преступление светлым утром? Не проще ли
ночью, да уйти потом потихоньку? Во всяком случае, я бы сделала так. И уж
совсем по-идиотски выглядит посещение магазина, скандал по поводу денег.
Словно нарочно привлекала к себе внимание, опять же размер ноги и каблуки...
Если не Аделаида, то кто? Кому выгодна смерть Сени?
Я вылезла из-за руля и подошла к газетному развалу. Таблоид "Скандалы
недели" красовался на самом почетном месте. Купив отвратительное издание, я
покатила в "Макдоналдс". Разложив еженедельник на столике, принялась изучать
содержимое. Через пять минут захотелось переворачивать страницы щипцами. Все
издание забито совершенно невероятной информацией. Так,
восьмидесятипятилетняя бабушка убила и съела собственного внука. Пациент Н.
из Хабаровска вогнал себе в череп два гвоздя. Ревнивый врач заразил
любовницу СПИД ом. На развороте красовалась огромная фотография известной
певицы. Бедолага зацепилась краем платья за гвоздь, и фотограф запечатлел
голую попу дивы. "Юнона Зонг не носит нижнее белье!" - кричал афишный
заголовок.
Да уж, я бы на месте незадачливой Юноны возжелала смерти Семена. Может,
убийцу следует поискать среди "героев" таблоида?
Медленно переваривая оригинальную мысль, я выпала наружу. Уже вечер, а
душно, словно в бане. Часы возле метро "Тверская" показывали ровно семь. Бог
мой! Ведь Римма Борисовна просила обязательно приехать к ужину, чтобы
встретить предполагаемую невесту Геры.
Когда торопишься, вечно не везет. Так и на этот раз: попала во все
возможные пробки и дорулила до Ложкина только в начале девятого.
Из столовой слышались смех и звяканье посуды. Я вошла в комнату. Да уж,
прием по полной программе!
На столе, покрытом кружевной скатертью, красовался серебряный чайный
сервиз, никогда не покидающий буфета. Очевидно, на сегодняшний вечер
свекрови забыли о желудке и печени, потому что на тарелках горкой
громоздились эклеры, кексы и печенье. Чуть поодаль стояли масленка и две
плошки-с красной и черной икрой. Блюдо с французскими сырами, тарталетки,
пирожки, сандвичи с колбасой...
- Дашенька, - радостно прощебетала Римма Борисовна, - а мы тут сели
слегка перекусить. Тебе что положить?
"Белковый омлет", - чуть было не слетело с языка, но я вовремя опомнилась
и сообщила:
- Чай с лимоном, пожалуй, выпью.
- Все фигуру бережешь, - укорила Нина Андреевна.
- Правильно, - вступила в разговор невеста, -
Один миг в зубах, всю жизнь на бедрах.
Я со вздохом оглядела говорившую. Судя по всему, она никогда не разжимает
зубов, потому что довела себя почти до скелетообразного состояния.
Маленькое, размером с кулачок, скукоженное личико, обтянутое желтоватой
кожей. Вокруг глаз густая сеть мелких морщин, возле носа то ли веснушки, то
ли мелкие пигментные пятна. Волосы редкие, какие-то общипанные, да и зубы не
слишком хороши - желтоватые и кривые.
- Главное для женщины - сохранить фигуру, - продолжала Регина, - мне со
спины двадцать лет дают!
"Зато с лица на все пятьдесят тянешь", - подумала я и перевела взгляд на
принарядившегося Геру. Наверное, мужик бегал сегодня весь день по магазинам,
выискивая костюмчик. Светло-сиреневый мятый пиджак подчеркивал узенькие
плечи и довольно впалую грудь жениха. Впрочем, на толстом животе он не
сходился. Желтая шелковая рубашка и светло-зеленый галстук. Скорее всего в
каком-нибудь бутике хитрые продавцы всучили простофиле данный прикид, выдав
его за последний писк парижской моды.
Вздохнув, я принялась прихлебывать чай, краем, уха вслушиваясь в
разговор.
- Я человек творческий, - вещала Регина, тонко чувствующий, и в мужчине
ищу родственную душу. Сама хорошо зарабатываю, но лучше будет, если супруг
окажется со средствами.
- Кем вы работаете? - робко осведомился Гера.
- Торгую экзотами, - сообщила Регина.
Повисло молчание. Потом Римма Борисовна переспросила:
- Простите, не поняла, чем торгуете?
- Экзотами. Ну обезьянками, крокодилами, дикобразами, змеями, - пояснила
гостья.
- Интересно, - протянули свекрови хором.
- Выгодное занятие, - отметила Регина, - несколько тысяч долларов в месяц
имею, вот только...
- Что? - с уважением переспросила Римма Борисовна.
- Трудный бизнес. Часть экзотов дохнет, пока довезешь, и еще всякие
болячки: блохи, язвы, глисты...
- Ну, наверное, животное можно вылечить, - встряла Нина Андреевна.
- Вот еще, - фыркнула Регина, - пусть хозяева на ветеринара тратятся. Я
про себя говорю. В прошлом году заразилась от кенгуру чесоткой, а в мае
транспортировала мартышек, так потом месяц блох выводила. Живучие, гадюки,
никакая мазь не помогала, пришлось наголо стричься. Никак волосы не
отрастут.
И она быстренько почесала макушку. Нина Андреевна отодвинулась подальше.
Я извинилась и пошла в спальню. Но на пороге столовой притормозила и позвала
собак. Мало ли, еще подцепят от данной дамы блох, потом хлопот не оберешься.
ГЛАВА 10
В семь утра в дверь постучали. Злая до ужаса, я села в кровати и злобно
проговорила:
- Завтракать не пойду, хочу спать.
Но стук повторился. Накалившись до предела, я надела халат и распахнула
дверь. Сейчас скажу старухам все, что о них думаю!
Но в коридоре, держа на вытянутой руке сумочку, стоял Александр
Михайлович.
- Знаю, что рано, - извиняющимся тоном проговорил полковник, - но вот
привез пропажу. Давай мириться, - и он протянул согнутый мизинец.
Как можно злиться на такого?
Рассмеявшись, я повела его вниз. Не успели мы сесть за стол, как в
столовую косяком пошли домашние.
- Дашенька, - хитро улыбаясь, проворковала Нина Андреевна, - что же с
супругом не знакомишь?
"Это не супруг, а следователь, который обвиняет вашего сына в убийстве",
- пронеслось в моей голове, но вслух пробормотала:
- Знакомьтесь - Александр Михайлович.
- Ой, какая радость, - заверещала Римма Борисовна, правильно, деточка,
женщине следует быть замужем.
- Мы не женаты, - буркнула я.
- Как же? - оторопела Нина Андреевна. - Вместе ночевали и не женаты?
Скажите, пожалуйста, какая ханжа!
- Я здесь не ночевал, только что приехал, - начал отбиваться полковник, -
Даша сумочку забыла... ' - Ага, ага, - закивала свекровь номер два, вы
всегда навещаете друзей в полвосьмого утра? Александр Михайлович не нашелся
что ответить.
- Кто ходит в гости по утрам, тот поступает мудро, тарам-там-там,
тарам-там-там, на то оно и утро, - запела Маруся.
- Маша, - возмутилась Нина Андреевна, - дети твоего возраста молчат,
когда взрослые разговаривают.
- А с какого возраста ребенок может словечко вставить? - ринулась в бой
Маня.
Аркашка успокаивающе похлопал сестру по спине.
- Кофе или чай? - решила разрядить ситуацию Зайка.
- Цианистого калия, пожалуйста, - шепнул полковник.
Маня хихикнула.
- Мария, сядь прямо и убери локти со стола, - тут же отреагировала Нина
Андреевна. - Кстати, у
Банди что-то с желудком. Он опять плохо покакал, очень жидко!
Полковник вздрогнул и отставил недопитый кофе с молоком. Очевидно, цвет
напитка после выступления свекрови номер три перестал ему импонировать.
- Дашенька, - продолжала ничего не замечающая Римма Борисовна, - сегодня
к ужину другая невеста придет. Честно говоря, Регина нам не понравилась. Я
всю ночь в постели чесалась. Как ты думаешь, эти блохи могут с человека на
человека перепрыгивать?
- Обязательно, - сообщила Маня, - нам в Ветеринарной академии
рассказывали, что обезьяньи блохи - жуткая гадость. Стоит рядом постоять
пару минут, и все. А вы вчера сколько часов бок о бок сидели? Так что теперь
точно заразились!
Римма Борисовна затравленно почесалась.
- Вот видите, - радостно сообщила Маня, -
Уже кусают.
- Господи, что же делать?! - воскликнула старуха.
- С данными тварями очень трудно бороться, - вздохнул хитрый ребенок, -
правда, я недавно доклад писала, как раз про паразитов. Есть один способ.
Сначала сбрить волосы.
- И на голове? - ужаснулась свекровь.
- На голове можно оставить, - сжалилась девчонка, решившая отомстить
разом мучительнице. - Потом густо намазать, желательно все тело, ихтиолкой и
посидеть так часик-другой.
- Марья, - возмутился Кеша, - будет тебе баллон гнать. Не слушайте ее,
глупости несет. Никаких блох у вас нет, одно самовнушение.
- Не знаю, не знаю, - протянула дочь, издевательски глядя на нервно
подергивающуюся Римму Борисовну. Потом она быстро прожевала тост с сыром и
выскочила за дверь.
- Ира, - раздался из коридора ее ликующий вопль, - запри животных на
кухне, у нас в столовой очаг поражения кожными паразитами!
Александр Михайлович хмыкнул и спросил:
- В город не собираешься? Может, подвезешь до работы? Машина сломалась, к
тебе на такси ехал. Мы сели в "Вольво". Полковник поежился:
- Ну и бабули, ей-богу, очень хорошо понимаю Маню.
Я довезла его до большого каменного дома и глядя, как приятель шествует
по двору, стала paзмышлять, куда податься. Вот ведь беда какая, придется
помогать сразу двоим: Максу и Аде. Ладно, попробую выяснить, что за проблемы
такие возникли у Полянского с бизнесом. Кто такой таинственный Круглый,
требовавший у Макса гигантскую сумму денег, и зачем понадобилось посылать
Яну в Киев за деньгами?
В офисе у Макса на месте Тамары Павловны восседала белокурая девица с
километровыми ногами. Подняв нагуталиненные ресницы, деваха посмотрела в мою
сторону рыбьим взглядом и процедила сквозь белоснежные зубы:
- Что хотите?
- А где Тамара Павловна?
- Кто это? - Прежняя секретарша.
- Бабульку уволили, - сообщило небесное создание, методично жуя жвачку, -
дома небось внукам кашу варит!
- Адрес дайте. Продолжая катать во рту "Орбит", девчонка лениво полистала
записную книжку.
- Проезд Сурова, 8, квартира 3.
Я двинулась на улицу. В ларьке купила "зимнюю свежесть" и сунула в рот
подушечку. Может, и правда, зубы белее станут? Вон у новой секретарши какие,
просто барсучьи клыки.
Отчаянно работая челюстями, из бардачка выудила карту и стала искать
проезд Сурова. Бог мой, Новокосино! Это уже почти Петербург, или Минск, или
не знаю какой город ближе к данному району, потому что у меня географический
кретинизм.
Стало совсем жарко и душно. Наверное, пойдет дождь. Над Садовым кольцом
плыл смог, я выехала из тоннеля и стала перестраиваться в правый ряд.
Приторможу на минутку и куплю баночку холодненького.
Вдруг сзади раздался рык сирены, и громовой голос заорал: "Вольво",
государственный номер 654 КЕ, немедленно остановитесь!"
От испуга затормозила моментально. Боже, что я наделала, раз меня так
ловят! Задавила пару старушек и не заметила?
Из роскошной белой машины, украшенной всевозможными милицейскими
прибамбасами, лениво выбрался парень и, поигрывая дубинкой, двинулся ко мне.
Я постаралась изобразить самую приятную улыбку, а то еще стрелять начнет.
- Ну, - не представившись, рявкнул страж дорог, - почему после выезда из
тоннеля фары не выключили?
От негодования я чуть не лопнула. Нашел преступление!.. Полная
благородного возмущения, хотела раскрыть рот, но в ту же секунду поняла, что
произошла просто непоправимая катастрофа.
К сожалению, у меня с детства отвратительные зубы. Мучаюсь с ними всю
жизнь и к сорока годам приобрела несколько протезов, часть из которых -
съемные. Все стоматологические работы делала во Франции, поэтому сверкаю
белоснежной улыбкой, вызывая зависть наивных людей, полагающих, что видят
просто редкостно здоровые зубы. Как все обладатели искусственных зубов,
хорошо знаю, что жвачка - не для меня. И вот теперь противный "Орбит"
намотался на пластмассу, плотно склеив челюсти.
- Чего молчишь? - продолжал приставать гаишник.
Я отчаянно работала языком, пытаясь очистить клейкую массу.
- Пьяная небось, - обрадовался милиционер, предвкушая добычу.
Я безнадежно помотала головой.
- Немая, что ли?
Черт бы тебя побрал, вот настырный. Придется платить штраф. Я вытащила
наружу обмотанный жвачкой протез и злобно прошипела:
- Сколько с меня за фары, только отстань! Парнишка в изумлении уставился
на мою руку.
- Что это?
- Зубы, тебе какое дело? И вообще, я по ночам. вампиром работаю, видишь,
какая бледная. Милиционер махнул палкой и пошел назад.
- Погоди, - закричала я, - а штраф? Мальчишка обернулся:
- Не хватало у старухи-калеки деньги брать! Воя сиреной, милиционер
понесся искать другую жертву. Я злобно отдирала жвачку. Старуха-калека!
Видали негодяя?!
Район Новокосино - это кошмар, все здания - близнецы и имеют один номер,
разные у них только буквы. С трудом разыскав нужный дом, я поднялась на
второй этаж. Тамара Павловна сидела на кухне и вязала носки. Одной ногой
женщина покачивала коляску, в которой самозабвенно пускал пузыри младенец
непонятного пола. Еще двое примерно трехлетних детей надевали распашонку на
толстого апатичного кота. А на краю кухонного стола пристроилась девочка с
книжкой-раскраской.
- Сколько у вас внуков? - вырвалось у меня.
- Ой, что вы, - засмеялась Тамара Павловна, - детишки - соседские. С
работы выгнали, а на пенсию не прожить. Вот и организовала у себя группу.
Кому по магазинам походить, кому в парикмахерскую, а деток сюда. Десять
рублей за час беру, правда, по-божески?
Согласившись с ней, я спросила:
- Тамара Павловна, вы уверены, что у Макса не было неприятностей на
работе?
- Абсолютно никаких, - заверила женщина, - стабильный, хорошо налаженный
бизнес.
- Может, с "крышей" не поладил, а вы не знаете?
- Я знала все, поэтому-то Кошкин и уволил, - хмыкнула женщина. - С
бандитами расплачивалась сама, Максим Андреевич оставлял пакет, а я его
молодцам и передавала. За куском ведь шестерки приезжали, не хозяйское дело
с такими ручкаться. Каж
...Закладка в соц.сетях
