Жанр: Детектив
Саван для блудниц
...и вообще на такой радикальный переезд? И что именно заставило ее
покинуть Петрозаводск?
Он доехал до салона "Елена", в котором работала Лариса, и сразу же увидел ее сквозь
прозрачные аквариумные окна - она сидела за маленьким столиком, освещенным
электрическим светом лампы, и делала маникюр клиентке с высокой прической. Странное и
довольно унизительное занятие для женщины такого пошиба, как Лариса. Да и вообще, с ней
связано слишком много всего странного и необъяснимого. Это ранение... Какая-то убитая
агентша...
Крымов вышел и машины и появился в дверях салона, раздувая ноздри от
удовольствия, которое он получал уже от самого присутствия здесь, в этом царстве женских
тайн. Даже запахи - химического и физиологического толка - действовали на него
возбуждающе, как и сами посетительницы с белыми тюрбанами на головах или вообще
похожие на страшненьких овечек с десятками стягивающих скальп тугих и жестких
бигуди... На фоне этих безобразных в своей неприбранности женщин, Лариса Белотелова (а
он узнал ее по довольно точному описанию Шубина) в голубом прозрачном пеньюарчике, с
аккуратно уложенной прической, смотрелась превосходно. Крымов, еще не успевший
остынуть от тепла и запахов Ларчиковой, с которой провел почти все утро, не мог не
сравнить с ней Белотелову. Безусловно, Лариса выглядела более сильным и цельным
человеком, нежели запутавшаяся в своих слабостях Ларчикова. Хотя обе женщины были на
редкость хороши, соблазнительны и вызывали у Крымова прилив желания. Однако
последнее обстоятельство уже начинало настораживать его, и он даже забеспокоился, не
скажется ли его чрезмерное влечение к женщинам на его здоровье, работоспособности и
предстоящей женитьбе.
Он молча стоял и смотрел на нее, пока она, почувствовав этот взгляд, повернула в его
сторону голову. Да, теперь он окончательно понял, как нелепо смотрелась эта чудесная и
чистая женщина на фоне грязной парикмахерской, нахально присвоившей себе название
салона. Это не салон, а забегаловка, где голову клиенту моют дешевым средством для мытья
кафеля и унитазов, а вместо духов используют освежители воздуха для туалетов. Крымову
вдруг захотелось взять Ларису за руку и вывести из этого душного помещения, чтобы она
никогда больше не стригла грязные ногти клиенток и не дышала этим смрадом. Но вместо
этого он лишь поклонился, приветствуя ее, на что Лариса, показав взглядом, что сейчас, мол,
занята, подождите немного, снова принялась работать пилочкой.
Спустя несколько минут она и в самом деле освободилась, получила с клиентки деньги
и, сунув их в карман, стремительным шагом направилась к Крымову.
- Вы на маникюр? - улыбнулась она, показывая белые, ровные, будто у голливудской
звезды, зубки. - Проходите, я сейчас принесу горячую воду...
- Моя-фамилия Крымов.
Она уронила мокрое полотенце, которое держала в руках. Подняла его, выпрямилась и
покачала головой:
- И как же это я сразу не догадалась. А ведь я видела вас мельком...
Агентство, ну как же!
- Вы не могли меня видеть, потому что сразу же зашли к Земцовой.
- Я видела вас через окно, вы сидели, должно быть, в своем кабинете.
Кроме того, я видела рекламу вашего агентства в газете, а там, если вы помните, была
ваша фотография.
- Тем более странно, что вы предложили мне сделать маникюр...
- Вы по делу? У вас есть новости? Готовы результаты экспертизы белья?
Крови?
- Какой красивый у вас крестик... - Крымов уже несколько секунд смотрел на
глубокую ложбинку на груди Ларисы, в которую уткнулся, словно спрятавшись от
нескромных глаз, совсем уж интимный, до неприличия маленький золотой нательный
крестик; тончайшая цепочка, держащая это крохотное распятие, сверкала вытянутым
треугольником от шеи и до выреза халата.
- Кстати, о крестике. Вы знаете, это не мой. Я говорила о нем Юле - этот крестик с
цепочкой я тоже нашла в моей новой квартире. Это - единственное, что я забыла отдать ей
на экспертизу. А ведь крестик необычный, я таких раньше нигде не видела. Вот, посмотрите,
в самом центре, на пересечении линий, крошечный бриллиант или, возможно, хрусталик. А
рядом - вмятинка, ее довольно хорошо видно.
- Я лично ничего не увидел, потому что этот крестик предпочел дневному свету ваше
нежное тело. Его почти не видно на вашей груди...
- Крымов, я знала, что вы опытный соблазнитель, но не предполагала, что до такой
степени.
- И кто же вам рассказывал обо мне?
- Подружки, - хмыкнула она, качнув головой в сторону притихших девушек,
работающих рядом и с любопытством рассматривающих Крымова. - Они знают вас, а вот уж
откуда - этого я не знаю. Должно быть, у вас был роман с одной из них...
- Скорее всего у меня были романы с их клиентками - я предпочитаю богатых
бездельниц парикмахершам и маникюршам...
- Мне можно прямо сейчас ударить вас по физиономии или отложить на потом? -
покраснела Лариса, явно шокированная такой грубостью и цинизмом.
- Вы не маникюрша, Лариса, и прекрасно об этом знаете. Человек, который в
состоянии купить квартиру в доме, о котором даже я могу только мечтать, не может целыми
днями вычищать грязь из-под ногтей... Пойдемте ко мне в машину, и вы мне все-все
расскажете, хорошо? Я понимаю, что с Юлей вы могли бы быть более откровенной, но время
идет, дело стоит, а Юля сейчас занята другим, тоже очень важным и срочным делом - я
отправил ее в командировку в Москву, И вернется она не раньше, чем завтра-послезавтра. -
Он не мог сказать ей, что Юля улетела в Петрозаводск, а потому на ходу выдумал Москву.
- Я не пойду в вашу машину. Рассказывать вам мне абсолютно нечего. Но если вас
что-то интересует, то я готова ответить на ваши вопросы прямо здесь, в холле, тем более что
он пустой. Спрашивайте.
- Откуда у вас деньги на покупку квартиры?
- У меня был мужчина, который неплохо зарабатывал. Он купил мне две квартиры в
Петрозаводске, их я впоследствии продала.
- А мужчина? Куда делся мужчина? И разве можно так разбрасываться богатыми
любовниками?
- Значит, можно.
- Он жив?
- А почему вы спрашиваете об этом?
- Мало ли...
- Да, он жив, я даже могу дать вам его адрес и телефон в Петрозаводске, и вы сами
убедитесь в том, что я говорю правду. Он держит два ресторана и казино. Его фамилия
Соляных. Зовут Николаем.
- Почему вы с ним расстались?
- А вот это уже не ваше дело.
- И он смирился с тем, что вы уехали из Петрозаводска и продали подаренные им
квартиры? Ведь должно было случиться что-то особенное, чтобы вы решились на такой
отчаянный поступок.
- Что случилось, то и случилось. Говорить с вами на эту тему я не собираюсь. Быть
может, когда у меня будет соответствующее настроение, я сама расскажу об этом, но только
Земцовой, тем более что она мне очень понравилась.
Она умная и сердечная девушка, а сейчас таких мало... Я вообще не понимаю, как вы
могли ее отправить в какую-то там командировку, если я наняла вас и заплатила вам деньги,
чтобы вы вели в первую очередь МОЕ дело... А ведь сумма-то довольно приличная. Если вы
пришли сейчас ко мне, чтобы я доплатила вам за срочность, то я готова... Ради этого я могу
снять с книжки остальные деньги и отдать их вам. Поймите, что я плачу НЕ ВАМ, а лишь за
свое спокойствие. Мне надоело жить в постоянном страхе. Ведь вы все сначала не поверили
мне, посчитав меня сумасшедшей, но теперь-то так уже не думаете? Ведь и Шубин видел
кровь на зеркале... А Юля, бедняжка, так испугалась, когда появилось это платье...
- А что общего у вас с Масловой?
- А это еще кто?
- Девушка-агент, которую убили возле вашей квартиры.
- Ее фамилия Маслова? Надо же... У меня с ней ничего общего. Я думаю, что она
хотела предложить мне какую-нибудь недвижимость, я уже говорила об этом Юле... Я
понимаю ее, ведь она работала в паре с Сашей. После того как я купила эту квартиру, она
подумала, что у меня много денег и мне может понадобиться дача на Волге или
какой-нибудь дом за городом... Но конкретно на определенный час я с ней не
договаривалась.
- Она не звонила вам?
- Звонила, они оба звонили мне время от времени, предлагали свои услуги.
Представьте, они собирались "посватать" мне ремонтную бригаду.
Удивительные люди, способны оказать любые услуги, лишь бы вытрясти с клиента
побольше денег...
- ... и в то же самое время этот Саша продал вам квартиру за четверть цены, - закончил
за нее Крымов, усмехаясь, - вам не кажется это странным?
- А может, он знал, что в ней творятся такие дела...
- Я лично уверен, что рано или поздно мы всем этим явлениям найдем разумное
объяснение. А пока ответьте мне вот еще на какой вопрос: не знаете ли вы бывшего хозяина
этой квартиры?
- Я лично с ним не знакома и даже не видела его, поскольку сделка в регистрационной
палате производилась без моего участия...
- Как это?
- Очень просто - я терпеть не могу все эти очереди-хождения и прочее...
Я выписала доверенность на имя Саши, и он принес мне уже готовые документы,
договор купли-продажи и расписку в получении Пермитиным денег...
- Как вы сказали? Пермитиным? Так, значит, бывший хозяин этой квартиры -
Пермитин? - Крымов не поверил своим ушам. Круг удивительным образом замкнулся -
любовник Ларчиковой оказался бывшим хозяином квартиры, в которой происходят
паранормальные явления. Становилось все интереснее и интереснее. Крымову вдруг до
смерти захотелось познакомиться с чудаком, который так дешево отдал свою квартиру, и
расспросить его, человека, какое-то время пожившего в этих волшебных стенах, в чем же
кроется причина этих странностей...
- Все? Вы спросили у меня все, что хотели? Я могу идти, а то меня ждут клиентки?
Он почувствовал, как изменился тон Ларисы - она говорила уже более холодно и
жестко, словно, спросив о Пермитине, Крымов чем-то обидел ее.
- Так вы будете заниматься моим делом или нет?
Крымов молча смотрел на Ларису, отмечая и собирая в один букет все прелести ее лица
и тела - вмиг погрустневшие фиалковые глаза, нежные веки, уставшие от слез, узкое бледное
лицо, крупный раскрутившийся локон, выбившийся из прически и прикрывший маленькое
розовое ушко, тонкая белая шея и мерцающая на груди золотая цепочка...
- Вот, возьмите, может, пригодится, - и Лариса сняла с себя цепочку с крестиком и на
раскрытой ладони протянула ее Крымову. - Ну все, я могу идти?..
Крымов сунул цепочку в карман и, подхватив летящую вверх, к выбившемуся
непослушному локону, руку Ларисы, поцеловал ее:
- Я вам позвоню...
Она пожала плечами и, что-то пробормотав про себя, легко и бесшумно вышла из
холла. Эта удивительная и странная женщина исчезла, растворилась в чуждой для нее
приторно-душной атмосфере.
В гулком и прохладном зале морга, где обычно производились вскрытия, Леша Чайкин
подвел Шубина к телу Дины Масловой.
- Она много курила, а совсем недавно перенесла воспаление легких. В принципе
выпивала, взгляни на ее печень... она вон там, в тазу.
Игорь только что рассказал Чайкину о том, что довелось ему повидать в квартире
Белотеловой, и совсем не удивился, когда увидел на лице непривычно трезвого и серьезного
Чайкина слабую улыбку:
- Представляю, как завелась Земцова... Эти дела как раз по ее нраву, она любит
раскручивать подобные загадки. Как там она вообще - успокоилась насчет Женьки?
- Похоже, она совсем успокоилась. В том плане, что ее не интересую даже я. - Впервые
Шубин позволил себе расслабиться настолько, чтобы рассказать о своих чувствах к
Земцовой кому-то. - И это невыносимо... Зато на ее горизонте появился другой мужчина, но
и он куда-то исчез... Не знаю, зачем ему вообще понадобилось приходить к нам в агентство.
Сначала мы подумали, что он собирается поручить нам слежку за его женой, такое
встречается чаще всего, но оказалось, что он просто пришел К ЗЕМЦОВОЙ.
- Интересно. А она-то сама тебе что-нибудь рассказывала о нем?
- Нет, ничего. Хотя, насколько я понял, они были вместе у одной нашей клиентки, той
самой Ларисы Белотеловой, возле квартиры которой и убили Масло-ву... Слушай, Чайкин,
как ты можешь изо дня в день вскрывать трупы? Так же можно рехнуться.
- А я уже давно рехнулся. Скажи, какой нормальный мужик позволит бабе так
обращаться с собой?
- Ты про Надю?
- Тебе не кажется, что Крымов обладает просто феноменальными способностями по
части охмурения женщин? И чего они все в нем находят? - Чайкин возмущенно и
одновременно безнадежно махнул рукой: мол, ничего тут уже не поделаешь!
- Он красивый и решительный, - пожал плечами Шубин, который всегда отличался
объективностью и которому были свойственны приступы самобичевания. - А я некрасивый
и нерешительный. Я, возможно, всего один или два раза повел себя как настоящий мужик, а
в остальное время только и,делал, что чего-то ждал. А женщины любят смелых и даже
нахальных мужчин, чтобы от их сумасбродства кровь стыла в жилах, а от прикосновения
била дрожь... Во всяком случае, мне так кажется. Хотя, какой мужчина нужен Земцовой, я
так и не понял.
- Ты дурак, Игорь. Она любит тебя, но просто не осознает этого. Я уверен, случись что
с тобой...
- Нет, - перебил его Шубин, - это уже не будет доказательством любви...
Случись что со мной, она, конечно, сделает все, что в ее силах, чтобы помочь, но
только это будет проявлением дружбы или даже привязанности, но не любви. Она не любит
меня, в том-то и дело... И давай не будем больше об этом. Я и так раскис - ты видишь. А это
только лишний раз доказывает, что я-не для нее. Ей нужен сильный мужчина, которого бы
она боялась...
- Но ведь Крымова она не боится.
- Значит, и Крымов не для нее.
- Слушай, Игорек, ты пришел ко мне из-за Масловой?
Шубин молча смотрел на таз, в котором лежала печень - жуткое зрелище, - и
почему-то не мог решиться на то, ради чего он и приехал к Чайкину.
- Вообще-то я заявился сюда, чтобы кое-что проверить. Но у меня нет никаких причин
задавать тебе вопрос, который не дает мне покоя вот уже несколько часов...
- Игорь, ты говоришь загадками. Говори, что еще случилось? Ты хочешь спросить,
когда Крымов в последний раз выдавал мне гонорар? Отвечаю - в прошлом месяце. Так что с
этим все в порядке. Но я ему уже давно сказал, что работаю на вас не из-за гонорара. Меня
деньги никогда по-настоящему не интересовали.
Другое дело, их можно накопить и поехать, скажем, летом на юг-или купить себе
машину, пусть даже и подержанную, как это сделал мой коллега Тришкин. Он вообще
хитрый, и у него всегда есть деньги. Иногда мне кажется, что он их печатает...
Представь, он пару месяцев тому назад купил себе "Фольксваген". Тришкин -
патологоанатом! Спрашивается, откуда у него такие деньжищи?!
- Так спросил 6Ы...
- Не мое это собачье дело... Но мы, кажется, отвлеклись. Я слушаю тебя, Игорек. Что
ты хочешь от меня услышать?
- Понимаешь, во всей этой истории с Белотеловой есть пробел. И на мой взгляд -
существенный пробел. Мы с Земцовой все ходим вокруг да около и не узнали до сих пор
самого главного...
- И что же?
- Какую роль в истории с покупкой дешевой квартиры играл АГЕНТ САША: А ведь
надо быть законченным идиотом, чтобы продать за бесценок эту квартиру, причем, мне
кажется, что бывший хозяин продал квартиру с мебелью, иначе когда бы Лариса успела ее
обставить. Ну скажи, Леша, какой смысл было ему продавать ее за четверть цены, когда на
этой сделке можно было запросто заработать кучу денег?..
- Понятия не имею. Разве что сам хозяин .поставил перед ним такие условия, чтобы
сделка совершилась в кратчайшие сроки. Может, ему срочно понадобилось куда-нибудь
уехать?
- Именно так. Белотелова сказала, что бывшему владельцу срочно понадобилось уехать
в Москву, у него там умер кто-то из родственников. Но разве это причина для того, чтобы
потерять ТАКИЕ ДЕНЬГИ? Леша, я ничего не понимаю, и мне, представь, не с кем об этом
поговорить. Юля улетела в Петрозаводск - наводить справки о Ларисе, Крымов по уши занят
убийством одного девятиклассника.
- Льдова?
- Вот-вот. А Щукина... вот она-то мне как раз и нужна, чтобы поскорее выяснить, что
же такое было разбрызгано на зеркалах... Я запутался, честное слово. Я не могу понять, как
может быть связано убийство Масловой с Белотеловой.
- Ты собирался мне что-то сказать.
- Да. Я собирался спросить тебя, не встречался ли тебе в течение последнего месяца
человек... точнее, труп молодого парня, невысокого, коренастого и крепкого, рыжего, со
светлыми глазами... в клетчатой рубашке? Я понимаю, что скорее всего это мои домыслы и
фантазии, но слишком уж все странно...
Чайкин молча, лишь кивком головы позвал его за собой в холодильную камеру, где,
выдвинув один металлический ящик, показал ему труп молодого мужчины с рыжими
короткими волосами, слипшимися на виске от спекшейся крови.
- Не этот, случайно?
- 3-зубы, покажи зубы... передние...
Чайкин указательным пальцем поднял верхнюю губу мертвого парня, и Шубин увидел,
что от одного переднего зуба отломан кусочек.
- Кажется, это он.
- Его убили еще в начале месяца. Выстрелом в голову. Этим убийством занимается
прокуратура; Точнее - ЗАНИМАЛАСЬ.
- Не понял.
- И не поймешь. Но, учти: я тебе ЕГО не показывал. Так-то вот. А теперь иди. Я
позвоню тебе вечером.
Ошарашенный Шубин на ватных ногах вышел из морга и поехал домой. По дороге ему
позвонил Крымов и назвал фамилию бывшего хозяина квартиры: Пермитин.
Отец без разговоров дал ей адрес Сперанского; он вообще поумнел со дня их последней
встречи - так, во всяком случае, показалось Тамаре. Ведь обычно он расспрашивал ее о том,
как прошел у нее день, как дела в школе и прочее из дежурного набора вопросов, а теперь,
после того как он оставил их - Тамару и Сперанского - одних на целую ночь и без его,
отцовского присмотра, он даже не спросил, как провели они время или хотя бы о чем они
говорили. И это вместо того, чтобы, во-первых, извиниться за свое бегство и видимую
причастность к заговору и, во-вторых, хотя бы сделать вид, что он обеспокоен тем, как
сложились или не сложились отношения единственной и любимой дочери с его лучшим
другом. Поведение отца можно было бы охарактеризовать как верх тактичности - он сделал
вид, что ничего особенного не произошло, а если и произошло, то не стоит забывать, что все
кругом взрослые и зачем портить себе и окружающим настроение каверзными и пошлыми
вопросами типа "было - не было". Тамара не дурочка и прекрасно понимает, что если отец
оставил ее на ночь в обществе взрослого мужчины, значит, это следует воспринимать как
благословение. С одной стороны.
Томе, как маленькой женщине, это льстило, а с другой - она чувствовала себя чуточку
несчастной из-за того, что отец мог так легкомысленно поступить с ней, ничего не объяснив
и, главное, не предупредив о своих планах...
Но все ее волнения, связанные с отцом, остались позади - теперь ее интересовал только
Сперанский. И кто знает, переживала бы она так остро его уход, проведи он с ней ночь в
постели... В том-то и дело, что он ушел, бросил ее в тот самый момент, когда все только
начиналось, и ощущения эти были так свежи и остры, что она чуть не заплакала, когда
услышала звон ключей и поняла, что вернулся отец. Бросившись к нему на шею, она
залилась слезами, как делала это в той, прошлой, детской жизни, когда, повиснув на шее у
папы, можно было облегчить душу какими-то признаниями-сомнениями и, конечно,
потоками теплых и соленых слез.
- Папа, он ушел неожиданно и ничего мне не сказал... Пожалуйста, дай мне его адрес,
и я спрошу его хотя бы, что же такое случилось... - канючила она ему в ухо. - И не
запрещай мне с ним встречаться...
Перепелкин молча достал записную книжку и переписал ей оттуда все телефоны и
адреса Сперанского, какие только у него имелись.
- Ты завтракала? - спросил он, словно это было сейчас самым важным.
- Он приготовил завтрак, но мне кусок в горло не лезет...
В школе Тамара даже смотреть не хотела на Горкина, за одну ночь он стал ей противен
до отвращения. И когда он подошел к ней на перемене и сказал, что "вечером собираемся",
она фыркнула и ушла на другой этаж, где всю перемену простояла у окна, представляя себе
фигуру Сперанского на залитой солнцем спортивной площадке перед школой.
А потом она села в автобус и поехала на Садовую, где неподалеку от областной
больницы находился офис Сперанского. Она нашла серое высотное здание и, наугад
перемещаясь по мраморным коридорам и узким белым лестницам, позабыв о существовании
лифтов, нашла-таки фирму "Пласт". В уютной и крохотной приемной ее встретила
улыбчивая и донельзя размалеванная секретарша.
- Это завод пластмассовых изделий? - спросила Тамара, чувствуя на себе
оценивающий взгляд потенциальной соперницы.
- Да, а вы к кому?
- А где же сам завод? И почему у вас такой маленький офис? Где директор?
- Девушка, вы задали столько вопросов... Вы к кому, я спрашиваю?
- К Сперанскому Игорю Сергеевичу. Я - его племянница.
- Извините, но его сейчас нет.
- А где же он?
- Как раз на заводе. Но это далеко, за городом. Он должен вернуться часа через
полтора, у него назначены здесь две встречи. Если хотите, можете его подождать, только
представьтесь, пожалуйста, а я ему сей час перезвоню и спрошу, как быть с вами...
Секретарша спрятала на время свои коготки - к чему тратить ревностный пыл, если
пришла всего лишь безобидная племянница?
- Звоните, - как можно равнодушнее ответила Тамара и присела на краешек кожаного
дивана.
Она слышала только половину диалога, и поняла, что Игорь Сергеевич, находящийся
на другом конце провода, готов прислать за "племянницей" свою машину.
- Подождите немного, - разочарованно протянула секретарша, еще помахивая в
каком-то рассеянно-удивленном трансе телефонной трубкой перед своим носом, - за вами
сейчас приедет машина.
- Хорошо, спасибо. Я подожду на улице, - сказала Тамара и вышла из приемной.
На улице у нее закружилась голова. Ей стало нехорошо. Она вообще не понимала, что с
ней происходит. Кровь пульсировала в щеках, как если бы Его Величество Стыд хлестал ее
по лицу, приговаривая: какая же ты свинья, Перепелкина, как ты могла прийти сюда к
влюбленному в тебя человеку, зная наперед, что ничего, кроме грязи, он от тебя не получит.
Она уже представила себе, как Горкин или Кравцов потрясают перед лицом
Сперанского пачкой фотографий наподобие тех, какие они сделали Ларчиковой, чтобы
отомстить ей за Льдова... Эти мальчишки не отпустят Тамару, а если и отпустят, то только
для того, чтобы содрать с нее и со Сперанского деньги. Они будут выкачивать из них
доллары, шантажируя Игоря Сергеевича связью с несовершеннолетней Перепелкиной, как
выкачивали раньше с Веры Корнетовой за то, чтобы не лишать ее девственности.
Тамара закрыла лицо руками и замотала головой. Сейчас приедет машина и отвезет ее к
Сперанскому. Он сначала удивится, а потом скажет ей, чтобы она никогда больше не
приезжала и не испытывала его терпение. Она уже начинала чувствовать свою власть над
ним, и потому оставалось совсем немного до того, чтобы он перешагнул грань, после
которой все его последующие поступки и действия будут считаться преступными.
Она увидела подъезжающую к крыльцу, на котором она все еще стояла в
нерешительности, большую черную машинус тонированными стеклами. Из машины вышел
незнакомый крупный лысоватый мужчина:
- Это вы-Тамара? - Он обращался к ней. Приехали за ней.
- Нет, я не Тамара.
- Извините.
Мужчина скрылся за дверями. Он пошел искать другую Тому Перепелкину, которая
еще год-полтора тому назад могла бы сесть в эту машину и поехать на завод пластмассовых
изделий, чтобы увидеться там с Игорем Сергеевичем. Но той Томы уже не было. Она умерла
на квартире старика Иоффе, а вместо нее родилась жадная до удовольствий другая Тома
Перепелкина. И вот теперь она стояла накрыльце и не знала, куда ей идти и что делать.
Сообрази", что ее могут увидеть иэ окна, Тамара сбежала с крыльца и, свернув в
первый же переулок, быстрым шагом дошла до ближайшей автобусной остановки. Через
сорок минут она уже была на другом конце города, в тихом зеленом парке, где дала себе
волю разрыдаться на одной из скамеек. Проходящий мимо мужчина в темных очках и
светлом старомодном костюме из душного синтетического кримплена сел рядом и
попытался ее успокоить. От него пахло дешевой, с карамельно-цветочным запахом,
туалетной вoдой, а на загорелой и блестящей, словно полированной, лысине с темными
пигментными пятнами шевелились от слабого ветерка несколько седых длинных волосков.
Темные, как будто нанесенные шоколадный кремом тонкие губы его улыбались, открывая
желтоватые прокуренные зубы.
Он сказал ей, что живет недалeко oт парка и у него Дома есть хорошие немецкие
успокоительные капли, и если она не хочет ему рассказывать о том, что с ней произошло и
почему она плачет, то он и не станет ее ни о чем расспрашивать. Тамара встала и послушно
пошла за ним, чувствуя в ногах неприятную слабость, так хорошо знакомую ей, которая
всегда сопутствовала ее свиданиям со взрослыми любовниками. Это напоминало болезнь,
одним из признаков которой был внутренний зуд, от которого зависело ее тело, требующее
удовлетворения. (Оля Драницына как-то сказала по этому поводу, что это происходит от
чрезмерного употребления шоколада и яиц, что организм надо тренировать и не
распускаться до такой степени, чтобы ложиться по первому же требованию плоти под
каждого встречного; нельзя, говорила она, зависеть даже от своего тела; она имела в виду,
что отдаваться следует только тем, кто хорошо платит.) Большой тенистый двор,
окруженный пятью старыми кирпичными домами, дышал теплом распустившихся тополей,
акации и дикой смородины. Они поднимались по узкой, с запахом сырости и кошачьей мочи
лестнице куда-то наверх; Тамара смотрела, как ее новый знакомый, который просил
называть себя Славой (хотя на вид ему было лет шестьдесят с лишним), большим
допотопным ключом открывает коричневую тяжелую дверь и отодвигает в сторону пеструю
гобеленовую занавеску, предлагая своей гостье поднырнуть под нее.
В темном большом коридоре пахло вареной капустой и хлоркой. Слава сказал, что он
сейчас один, соседи на даче, и Тома сразу поняла, что они находятся в
...Закладка в соц.сетях
