Жанр: Детектив
Осторожный убийца
... Она рассмеялась:
- О, Мария написала мне в письме, что вы высокий, темноволосый и красивый и
что вы - американец. Как мой отец!
- Он очень вас ждет! - сказал я осторожно.
- Я бы никогда его не покидала. Ну вот, теперь я вернулась навсегда. Больше
никуда от него не уеду.
Я разглядывал ее: открытая, жизнерадостная, естественная - она была само
очарование.
- У меня что, нос выпачкан сажей или что-нибудь не в порядке? - спросила
она, улыбаясь. - Вы смотрите на меня так, будто
я какая-то диковинка!
Покраснев, я отвернулся.
- Извините, синьорина. Где ваши чемоданы?
- Боюсь, что их слишком много. - Она махнула рукой в сторону двух
вспотевших носильщиков, везущих кучу чемоданов. -
Они позаботятся о багаже.
Я стоял и смотрел, как ее чемоданы грузили во второе такси, и думал о
подслушанном разговоре. И эту девушку Лаура
хладнокровно планировала убить! Я не воспринимал ее реально, когда стоял на
веранде и слушал убийственный план Лауры.
Тогда я был шокирован услышанным, и не потому, что она собиралась убить именно
эту девушку, а потому, что она думала,
что ей удастся втянуть меня в свой безжалостный план.
Когда мы спускались вниз, к причалу, - она в одном такси, я - в другом, - я
понял, что не смогу оставаться безучастным, не
смогу оставить эту юную девушку одну противостоять Лауре и Беллини. До
сегодняшнего дня я думал только о себе. Но теперь
понял: расстройство планов Лауры - не конец игры, она не откажется от своего
плана: убить Бруно. Сам-то я смогу выпутаться
из этого клубка, но Валерия окажется в еще большей опасности. Лаура будет
пытаться осуществить свой план, она легко не
сдастся. Так размышляя, я понял, что на мою голову свалилась еще одна проблема.
Мы приехали на причал. Водители такси и я перетащили чемоданы на катер.
Валерия стояла в тени, наблюдая за нами.
Уложив чемоданы, я расплатился с водителями, и Валерия зашла на катер.
- Благодарю вас, - сказала она. - Не представляю, что бы я без вас делала.
Можно я сама поведу катер? Я хорошо вожу катер.
Отец всегда хвалил меня!
- Пожалуйста! Я встал за ее спиной.
Она маневрировала, выводя катер из бухты, как заправский яхтсмен, потом
прибавила скорость, и мы понеслись через озеро.
- Как прекрасно возвращаться! - воскликнула Валерия, полуобернувшись ко
мне. - Разве здесь не великолепное место? Мне
кажется, на земле нет места красивее!
- Да, здесь очень красиво. - Я посмотрел вокруг. - Мне жаль уезжать отсюда.
Сказав это, я понял, что теперь, с приездом этой девушки, мне будет еще
тяжелее уезжать из этих прекрасных мест.
- Как, разве вы уезжаете?
- Да, в понедельник. Я предупредил синьору Фанчини, и она подыскивает
человека на мое место.
- А вы хотите уехать?
- У меня есть другая работа, - уклонился я от ответа.
- Но почему? Мария писала мне, что вы читаете отцу вслух и с вашим приходом
его состояние значительно улучшилось.
Я вспомнил, как Бруно смотрел на меня сегодня утром, и подумал, я сделаю
для него еще кое-что хорошее, но через
несколько дней, не сейчас.
- Мне нужно работать над своей книгой.
- О-о, - разочарованно протянула Валерия. - А я думала, что вы мне
почитаете отрывки из вашей книги. Я прочитала много
книг о соборах, я помогала отцу, когда он работал в министерстве культуры.
- Вот как? - удивился я и изменил тему, начав расспрашивать ее о том, как
она жила в Париже.
Весь путь до виллы она болтала не переставая, и я как дурак слушал и не мог
оторвать от нее взгляда, и то, что мы врезались
в пирс, было только моей ошибкой.
- Как же вы перенесете все чемоданы в дом? - спросила Валерия, выпрыгивая
на пирс.
- Отведу катер дальше до деревни и попрошу у Биччи грузовик, он же мне и
поможет.
- О, Биччи! Он все еще живет в деревне? Несколько лет назад я была его
самой любимой девушкой, - рассмеялась она. -
Передайте, что я зайду к нему, как только будет свободное время, и скажите, что
я его люблю! Спасибо, что встретили меня и
помогли с багажом.
Я смотрел ей вслед: она легко взбегала по лестнице, коротенькая юбочка
задралась вверх под дуновением легкого ветерка, ее
длинные, стройные ноги перескакивали через ступеньку, а то и через две. Я
медленно и глубоко вздохнул.
Видение этой девушки стояло перед моими глазами даже тогда, когда я уже
вернулся на катере из деревни к пирсу и
выбрался на берег.
Я заканчивал перетаскивать багаж Валерии и вернулся к грузовику, когда
увидел, что ко мне идет доктор Перелли.
- Что произошло с тех пор, как я в последний раз был здесь? - взволнованно
спросил он, и черные бусинки его глаз впились
в мое лицо.
- Ничего необычного, синьор, - ответил я.
- Вы заметили, как изменился синьор Фанчини? Вы видели его сегодня утром?
- Синьора Фанчини сказала, что он перевозбужден и ждет приезда дочери.
- Черт! Что-то произошло! Он почти на грани безумия. Разве вы этого не
заметили?
- Я подумал, что это результат депрессии, - осторожно заметил я.
- Нет. У меня сложилось впечатление, что он пытается сказать что-то очень
важное. Я уверен: он перенес какое-то огромное
потрясение.
- Может быть, возбуждение...
- Чушь! Здесь что-то другое. Ну, если вы ничего не знаете, то не о чем и
говорить, - Он сел в машину. - Я приеду завтра
утром. Его нельзя тревожить. Вы поняли?
- Да, синьор.
- Вы абсолютно уверены, что не знаете, чем он так расстроен?
- Почти уверен.
Он посмотрел на меня долгим, внимательным взглядом, потом включил
зажигание, переключил скорость и уехал. А я
вернулся на виллу, занятый своими мыслями. Когда я подходил к веранде, появилась
Лаура.
- Доктор Перелли обеспокоен состоянием Бруно, - сказала она, и я заметил,
что она взволнованна. - Я думаю, ему не о чем
особенно беспокоиться, но он оставил инструкции, что Бруно нужен отдых и полный
покой. Он сказал об этом вам?
- Да.
- Его состояние расстроило Валерию, но что делать? Я попросила Валерию
после ленча съездить в Палланцу, нужно сделать
кое-какие покупки. Было бы хорошо, если бы вы ее проводили, - я не хочу, чтобы
она ездила одна.
Я вспомнил, как ночью она сказала Беллини:
"Мы ничего не можем сделать до пятницы. Мы не имеем права на ошибку. Кроме
того, Дэвид должен поближе
познакомиться с Валерией. Это сейчас важнее всего остального".
Очевидно, Лаура приступила к выполнению своего плана и не собиралась
тратить время впустую. Мы отошли к перилам
веранды.
- Хорошо, - сказал я. - Ты тоже уходишь?
- Нет. На меня столько дел свалилось! - Она посмотрела на меня с
любопытством. - Как тебе Валерия? Что ты о ней
думаешь?
- Что я должен думать?
- Ты не находишь, что она довольно-таки миленькая?
- Нахожу.
Ее взгляд похолодел.
- Ты говоришь это без особого энтузиазма, Дэвид. А я-то думала, что все
американские мужчины падки на хорошеньких
девушек!
- Вот как! Весьма любопытное мнение! С тем же основанием можно сказать, что
итальянские женщины падки на мужчин,
курящих сигары, но я не уверен, что это правильно! - Я обошел ее и вышел на
дорожку, направляясь к грузовику.
Я надеялся, что смогу рассказать Бруно о том, что я подслушал разговор
Лауры прошлой ночью, и успокоить его, что с
Валерией в пятницу ничего не случится, но мне никак не удавалось остаться с ним
наедине.
Я понимал, как он страдает, но настаивать на том, чтобы нас оставили
вдвоем, было опасно. Что бы ни происходило, нельзя
было вызвать подозрение у Лауры. Она не должна догадаться, что я знаю о ее
планах.
После ленча я сделал попытку зайти к Бруно, но сестра Флеминг отправила
меня с поручениями.
Расстроенный, я спустился на пирс к катеру. Валерия уже ждала меня. Лицо ее
было хмурым. - Что случилось с папой? -
спросила она меня, когда я залез в катер. - Он выглядит ужасно. Лауpa говорит,
что он переволновался, ожидая моего приезда,
но я не очень в это верю!
- Мне тоже это кажется маловероятным.
- Сестра Флеминг не разрешила мне даже увидеться с ним. Это очень плохо.
Уверена, я могла бы развеселить его.
- Доктор Перелли сказал, что Бруно необходим полный покой и отдых.
- Мне кажется, тут замешана Лаура, а вам?
- Понятия не имею. Давайте не будем говорить об этом!
- Тут что-то не так, - горячо возразила Валерия. - Я думаю, Лаура
расстроила отца. Вы ничего не слышали, они не ругались?
Ей не хватает выдержки, и, я уверена, именно она виновата в ухудшении его
состояния!
- Не горячитесь, Валерия, - попытался я успокоить девушку.
Валерия повернулась ко мне: в ее глазах сверкала решимость, подбородок
вздернулся.
- Я думаю, вам известно больше, чем вы говорите, - откровенно сказала
Валерия.
- Ну нет, я прошу вас успокоиться! Думаю, наши разговоры не приведут ни к
чему хорошему. Вы Бруно не поможете, а
сами можете стать несчастной. Будете управлять катером сами?
- Нет. Лучше вы. У меня нет настроения. Я развернул катер на выход из
бухты. Валерия подошла ко мне:
- Дэвид, если бы вы что-то знали, касающееся отца и Лауры, вы рассказали бы
мне?
- Конечно, - успокоил я девушку. Я увеличил скорость, и катер понесся по
водам озера в сторону Палланцы.
Мы долго ходили по узким улочкам городка, купив все, что заказала Валерии
Лаура. Я не заметил, как пролетело время.
Валерия была приятным собеседником, и оказалось, что у нас много общего во
взглядах на жизнь и людей. Валерия
расспрашивала меня о моей книге. Увлекшись разговором, перебивая друг друга,
обсуждая архитектурные особенности
соборов, мы забыли о времени.
- Сколько времени? - вдруг спросила Валерия. - Отец не ляжет спать, не
повидавшись со мной.
Мы кинулись вниз, к пристани. До виллы добрались минут за двадцать. Валерия
поблагодарила меня за поездку.
- Разговор с вами доставил мне большое удовольствие, - улыбнулся я.
Лаура и сестра Флеминг наблюдали, как я перекладываю Бруно из кресла в
постель.
Мне показалось, что Бруно отпрянул от меня, когда я поднимал его. Обидно и
больно было видеть, что мое прикосновение
вызывает в нем ужас.
Черты лица Бруно заострились, лицо стало серым, глаза запали. Было
совершенно очевидно, что он в смятении, а его
страдания невыносимы.
Как только я переложил его на кровать, сестра Флеминг попросила всех выйти,
Лаура вышла вслед за мной.
- Он хочет завтра остаться в постели. Утром можно не приходить. Если тебе
больше нечем заняться, возьми на себя
Валерию - не хочу видеть, как она бесцельно слоняется по дому. Ее вид
расстраивает Бруно. Может, съездите в Милан?
Я посмотрел Лауре в глаза:
- Что-то ты уж очень печешься о здоровье Бруно! На тебя это так не похоже!
- Я уже сказала Валерии, чтобы она была готова к половине десятого. Можете
взять машину. - Лаура вернулась в комнату
Бруно, закрыв дверь перед моим носом.
Вечером я опять долго не мог уснуть, размышляя, как спасти Валерию и как
отвести опасность от себя.
Самым правильным решением было бы пойти к доктору Перелли, но как он
поступит, когда узнает о моем прошлом?
Один непродуманный шаг - и я в руках полиции. Ситуация была непростая, и,
как я ни размышлял, выхода из тупика не
находил. До пятницы оставалось три дня.
В конце концов я все же решил уйти с виллы в пятницу, надеясь, что не
привыкший долго ждать Беллини не выдержит и
каким-то образом выдаст свое присутствие. А там в игру вступлю я и посмотрю, что
можно сделать.
На следующее утро в половине десятого я был в гараже. Вскоре пришла
Валерия.
- Лаура сказала, что мы с вами отправляемся в Милан. - Она нахмурила брови.
- Вы этого хотите?
- Если вы этого хотите.
- Я очень хочу съездить в Милан, но мне не нравится, когда Лаура обращается
со мной как с девочкой. Она сказала о поездке
так, будто приказывала ехать! Я достаточно откровенно дала ей понять, что не
желаю получать от нее приказы!
- Если вы хотите ехать, то поехали, - сказал я, улыбаясь ее решительному
настроению.
- Мы должны вернуться к приходу доктора Перелли, я хочу поговорить с ним.
Он приедет к ленчу.
- Тогда решим так. Сегодня мы уже не успеваем добраться до Милана, пройти
по магазинам и вернуться к ленчу. Предлагаю
поехать в Стрезу. А в Милан можно съездить завтра.
Мы провели в Стрезе прекрасное утро, заглядывая в магазинчики, наблюдая,
как туристы садятся в речные трамвайчикивапоретто,
чтобы отправляться в Палланцу.
Валерия расспрашивала меня о подробностях недавних сражений на юге Италии,
я рассказал ей не только о них, но и об
освобождении Рима. И нашел в ней восхищенного слушателя. Мне хотелось
выговориться. Время пролетело очень быстро, и
мы едва не опоздали к ленчу.
Когда мы подошли к доктору Перелли, он выглядел задумчивым.
- Как отец? - обеспокоенно спросила Валерия.
- Все так же. Я не сомневаюсь - у него шок, что-то терзает его. Хотелось бы
мне знать, что это такое. Я дал ему
успокоительное, и он проспит довольно долго. Проследите, чтобы его никто не
беспокоил. Я сказал Лауре, чтобы она не
волновалась, сестра Флеминг сделает все необходимое. Она не поедет в этот раз на
уик-энд, и, возможно, у Бруно после
хорошего отдыха будет улучшение, но до тех пор никаких визитеров!
Я тут же спросил, как на это отреагировала Лаура. Если сестра Флеминг не
уезжает, то план Лауры летит ко всем чертям, и,
вероятно, это привело ее в ярость. Я с облегчением вздохнул: вот теперь можно
подумать, как спасти Валерию.
Перелли взглянул на меня:
- Я слышал, что вы уезжаете с виллы в понедельник. Это так?
- Да, - ответил я и вдруг понял, что мне вовсе не хочется уезжать отсюда.
- Может быть, останетесь еще на неделю. Если Бруно будет лучше, я хотел бы,
чтобы день он проводил на веранде. Надо
кому-то переносить его в кресло. Мне не хотелось бы доверять его новому
человеку, пока ему не станет немного лучше. Вы не
сможете задержаться на вилле еще на неделю?
Я молчал.
- Дэвид, пожалуйста, останьтесь, - попросила Валерия. - Я знаю, отец не
любит перемен. Если ваше присутствие ему
поможет, вы останетесь?
- Хорошо, останусь, - согласился я, стараясь не показать, что обрадовался
ее предложению. Перелли кивнул:
- На этой неделе у вас будет немного работы, но на следующей давайте
попробуем перенести Бруно вниз, в сад! Надеюсь, он
выдержит эту прогулку! Ему нужна полная перемена обстановки. Я уже сказал ему,
что на неделе разрешу ему прогулку в
Реджину и Стрезу.
- Прекрасная идея! - с энтузиазмом воскликнула Валерия. - Это не опасно?
- Думаю, нет. Тоны сердца хорошие, но, повторяю, он в шоке. Не волнуйтесь.
Он должен отдохнуть, и вы тоже отдыхайте! Я
скажу вам, если будет что-то действительно опасное. - Он кивнул мне и притворно
строго хлопнул Валерию по руке:
- Смотрите хорошо проведите время и перестаньте волноваться. - И доктор
пошел к машине.
Валерия повернулась ко мне. Глаза ее сияли.
- Это хорошие новости, не правда ли? - воскликнула она. - Я так благодарна
вам за то, что вы согласились остаться!
- Я рад быть вам полезным.
- Если я ничего не могу сделать для отца, то нет смысла находиться на
вилле. Давайте вечером поедем в Изола-Белла, в парк.
А завтра на целый день в Милан!
- Не знаю, ведь я работаю. Спросите синьору Фанчини, разрешит ли она мне
уехать с виллы.
- Я договорюсь.
- Ну, если так, то я рад буду сопровождать вас. После ленча, когда я уходил
с кухни, Лаура остановила меня. Она была
бледна, а в ее глазах застыли холод и тревога. Я представлял, что она сейчас
испытывает. Я слышал ее разговор с Беллини.
Тогда уже было ясно, что ей трудно сдерживать Беллини. Теперь же это стало еще
труднее. С таким типом, как Беллини, опасно
было что-то предпринимать, и Лаура понимала это, она была в ярости.
- Доктор Перелли попросил тебя остаться еще на неделю? - спросила она
резко.
- Да. Это твоя идея?
- Конечно нет. Я не заинтересована в том, чтобы ты оставался на вилле. Мне
было бы спокойнее, если бы ты уехал.
- Ну что же, скажи об этом Перелли. Возвращение в Милан соответствует моим
планам, я отложил отъезд только потому,
что он меня попросил об этом.
Лаура бросила на меня холодный и презрительный взгляд:
- Он просил тебя остаться, пусть так и будет. Я рада, что это доктор
Перелли отговорил тебя, а то уж мне показалось, что ты
увлекся Валерией.
Я с трудом сдержался.
- Это все, что ты хотела сказать?
- Нет. Я вижу, как Валерия командует тобой, и ей нравится это. Она,
кажется, вообразила, что я возражаю. Я не возражаю,
поезжайте развлекайтесь. - Она повернулась и ленивой походкой вдоль веранды
пошла в свою комнату.
Следующие пять дней мы с Валерией проводили вместе. Мы съездили в Милан, на
озеро Комо и Павию. Мы ездили через
Лаго-Маджоре в Локарно, взбирались на Моттерони, устроив пикник на ее вершине,
пируя на фоне прекрасной панорамы,
простиравшейся под нами и сплошь состоявшей из многоцветных гребней и плато
Альп. Мы уходили ночью с рыбаками на
лодках и ловили форель, купались, разговаривали и развлекались от души.
Время для меня словно остановилось, я был на гребне удачи, но все мое
существо сопротивлялось бурному натиску
реальной жизни. Никогда еще я так не отдыхал: так много и так приятно!
Не могу точно определить момент, когда ко мне пришло озарение: я влюбился в
Валерию. Это могло произойти, когда я
увидел ее на перроне и она показалась мне олицетворением юности, прелести,
невинности и радости жизни. Тогда один только
ее вид буквально ошеломил меня.
Я не догадывался о том, что влюбился, пока однажды вечером, когда мы сидели
в тени деревьев на небольшом уединенном
пляже в Сьерро, я, случайно подняв глаза, встретился с взглядом ее глаз Мы
замерли и какое-то время смотрели друг на Друга.
Я внезапно понял, что любуюсь ею, и, оглянувшись вокруг, покраснел. Мы
молчали.
Я долго сидел, прислушиваясь к огню, опалившему меня.
Я никогда не испытывал подобного! Это чувство было совершенно несравнимо с
тем безумием, физическим
головокружением, какое я недавно еще испытывал с Лаурой. Все было совершенно
иначе. Я понимал, что моя любовь
безнадежна: я на тринадцать лет старше Валерии, я нищий, живу в стране
нелегально, меня разыскивает полиция! У меня нет
будущего!
- Дэвид, - сказала Валерия и замолчала.
- Да, - откликнулся я, глядя на нее.
- Я не понимаю, почему вы ведете такой странный образ жизни. Да, я знаю, вы
пишете книгу, но разве нельзя найти работу
по душе?
- Не расспрашивайте меня! - Я попытался улыбнуться. - Мой образ жизни дает
мне возможность писать книгу, я хочу
оставить свой след в искусстве!
- След? Мне кажется, вы не слишком много для этого делаете!
- Ошибаетесь! Я много работаю.
- Вы действительно уедете, когда отцу станет лучше?
- Да, я хочу закончить свою книгу. Валерия замолчала, глядя на воды ЛагоМаджоре.
- Без вас здесь станет очень скучно, - наконец прошептала она.
У меня перехватило дыхание.
- Все будет хорошо. Вы найдете чем заняться. Она посмотрела на меня:
- А вы не могли бы изменить ваше решение?
- Вы только что говорили, что я мог бы заниматься более достойным делом!
Именно поэтому я и собираюсь уйти.
- Но ведь вы не ушли бы, если бы сами этого не хотели, Дэвид. Вы могли бы
выполнять еще какую-нибудь работу, кроме
ухода за отцом.
- И что же это за работа?
- Перед тем как с отцом случилось это несчастье, он занимался
восстановлением разрушенного собора в Ломбардии. Сейчас
работы продолжаются, но они ведутся бесконтрольно, никто не занимается описанием
повреждений. Я знаю, отец был бы рад,
если бы вы продолжили это дело! Он, конечно, стал бы платить вам, я думаю, ваши
рассказы вернули бы ему интерес к жизни!
Идея была великолепной, но Валерия не знала, что ее планы несбыточны для
меня.
- Я не могу согласиться! Как только я закончу свою книгу, я уеду из Италии.
Она поднялась.
- Да, я должна была подумать об этом. Что ж, Дэвид, если вы хотите уехать
домой...
Мы молча возвращались на виллу: разговор не получался.
За эти пять дней состояние Бруно не улучшилось, наступала среда, на этот
день Перелли возлагал большие надежды.
Когда он приехал, я помогал Джулио, садовнику, пилить бревна для камина на
зиму. Доктор прошел в комнату Бруно и
оставался там больше часа, а когда вышел, выглядел задумчивым, но
удовлетворенным. После последовавшего за этим
длинного разговора с Валерией Перелли подозвал меня. Когда я направился к нему,
он оставил Валерию и пошел мне
навстречу.
- Я хочу поговорить с вами. Пойдемте в мою машину.
Озадаченный его резкостью, я пошел за ним. Подойдя к машине, Перелли
сказал:
- Прежде всего, я рад сказать вам, что синьору Фанчини стало лучше. Отдых
помог ему, и я думаю, что теперь в его здоровье
наступит заметный прогресс.
- Это хорошие новости. Очень рад.
- Завтра я разрешу вынести его на веранду. Я сказал Валерии, что она может
посидеть с ним сегодня вечером. Сестра
Флеминг очень просит отпустить ее на уик-энд. Ее сестра в Милане нездорова. Я
думаю, что у Бруно наступило улучшение, и
она может поехать.
Я испугался. Я знал, что с отъездом сестры Флеминг Лаура приступит к
осуществлению своего плана.
- Понятно, - кивнул я.
- Сестра Флеминг сказала, что вы и Валерия проводите очень много времени
вместе. - Острые глазки Перелли впились в мое
лицо. - Скажу откровенно, не думаю, что она поступает правильно, проводя так
много времени в вашей компании, Чизхольм. Я
ничего не имею против вас, но Валерия молодая и впечатлительная девушка, и скажу
откровенно, я не хочу, чтобы она
влюбилась в вас. Сейчас она будет проводить больше времени с отцом, но, когда у
нее появится свободное время, постарайтесь
избегать встреч с ней и больше занимайтесь своими обязанностями!
Кровь бросилась мне в лицо.
- В таком случае, доктор, - резко сказал я, - быть может, вы сами займетесь
ее развлечениями! Ни синьора Фанчини, ни
сестра Флеминг не могут быть ей подходящей компанией!
Он улыбнулся:
- Не сердитесь, Чизхольм. Вы прекрасно понимаете, что молодая девушка легко
может увлечься таким интересным
человеком, как вы, если она постоянно находится в его компании. Я не запрещаю
вам видеться с ней. Я только прошу вас
последить, чтобы она не наделала глупостей. Я думаю, в этом вы лучше меня
сможете убедить ее.
- Хорошо. - Я все еще злился на доктора. - Я постараюсь.
- Благодарю вас. Вы еще не раздумали покинуть виллу синьора Фанчини?
- Нет.
- Тогда я продолжу подбор человека на ваше место. Я сказал синьоре Фанчини,
что сам займусь поисками работника. Вы
можете приводить в порядок свои дела, чтобы уехать в понедельник.
- Спасибо.
Доктор сел в машину.
- Надеюсь, я не оскорбил вас, Чизхольм? - спросил он, глядя на меня через
стекло.
- Нет, конечно нет. На вашем месте я сказал бы то же самое.
- Прекрасно. Я знал, что вы разумный молодой человек. - Он с улыбкой
обернулся. - Вижу, что не ошибся в вас!
Я стоял, глядя вслед отъезжавшему автомобилю, потом медленно побрел в сад.
Навстречу мне с веранды сбежала Валерия с красным лицом и сердито
блестящими глазами.
- Мне надо поговорить с вами, Дэвид, - сказала она. - Пойдемте вниз, к
пирсу.
- Я сейчас занят, - ответил я, отводя глаза, - я должен помочь Джулио.
- Мне надо поговорить с вами, - повторила она. - Это очень важно.
- Хорошо.
Я пошел за ней к пирсу.
- Что вам только что сказал доктор Перелли?
- Он сказал мне, что вашему отцу лучше. Это хорошая новость, не так ли?
- Он сказал вам еще кое-что. Он сказал вам, чтобы мы больше не виделись.
Разве не так?
Я улыбнулся, глядя на ее встревоженное, разгневанное лицо.
- Вы знаете, Валерия, он совершенно прав. Мы забыли, что я здесь всего лишь
наемный работник! У людей длинные языки.
Сестра Флеминг скандалит.
- Как она смеет! - воскликнула Валерия. - А у доктора Перелли нет других
дел, кроме как вмешиваться в мою личную
жизнь?
- И тем не менее он несет за вас ответственность, ведь вы еще совсем
ребенок.
- Никакой я не ребенок! Дэвид! Вы же не хотите, чтобы мы не встречались?
- Я подчиняюсь приказу.
- Но вы не ответили на мой вопрос.
- Прогулки с вами, Валерия, были прекрасны. - Слова давались мне с трудом.
- Я наслаждался вашим обществом, но не
нарушу приказ доктора Перелли.
- Но это не ответ на мой вопрос! Дэвид, это слишком важно! Я не хочу, чтобы
вы уходили. Я не хочу, чтобы вы не видели
меня. Я люблю вас, Дэвид!
- Вы не должны так говорить! Она преградила мне дорогу:
- Вы тоже любите меня. Разве не так? Я схватил ее в объятия раньше, чем
успел сообразить, что делаю.
- О, Дэвид, дорогой, - сказала она, и ее руки обвили мою шею.
Потом, когда я осознал, что произошло, попытался осторожно отодвинуть ее,
но Валерия еще теснее прижалась ко мне.
- Не надо, Дэвид!
- Мы не должны этого делать. Мы не можем это делать!
- Вы осторожничаете, да?
- Пусть осторожничаю, но мы не должны делать ничего подобного. Что подумает
ваш отец?
- Не будьте глупым, Дэвид. Это же наше дело. В первый же момент, когда я
впервые увидела вас, стоявшего в солнечном
свете, такого озадаченного, ждущего меня, я...
- Остановитесь, - сказал я жестко и решительно отодвинулся от нее.
Она говорила те же слова, какие говорила Лаура в той грязноватой комнатенке
с низким потолком, где мы занимались
любовью.
- Дэвид!
- То, что мы делаем, нехорошо. Для любви нас слишком многое разделяет:
разница в возрасте, да и все остальное. Это
нехорошо.
- Ничего подобного, все просто прекрасно. - Она улыбнулась. - Я расскажу
папе. Он поймет. Вы ему нравитесь. Он даст вам
ту работу, о которой я говорила. Вы сможете остаться здесь и писать свою книгу.
О, Дэвид, разве вы не видите, как все
складывается прекрасно?
- Далеко не прекрасно, Валерия. Дело не только в работе. Вы ничего обо мне
не знаете. И давайте больше не обсуждать эту
тему.
- Валерия! - С веранды донесся голос Лауры. - Валерия, где вы?
- Идите, вас зовут, - сказал я, слегка подтолкнув ее. - Не надо, чтобы
Лаура увидела нас вместе.
- Я не собираюсь отказываться от вас, - сказала вдруг Валерия очень твердо.
- Я знаю, что вы любите меня, а я люблю вас. Я
не позволю вам совершить глупость.
Она повернулась и побежала на виллу.
Впереди у меня было свободных полдня. Я решил взять лодку Биччи и
отправиться куда-нибудь, где никто не нарушил бы
моего уединения, и продумать свои дальнейшие действия.
Я вози
...Закладка в соц.сетях
