Жанр: Детектив
ЛИЧНАЯ РАНА
...ствия от нас с
Фларри.
Женщина взволнованно заглянула мне в глаза и ощупала мой затылок.
- Бог мой! Ну и шишка! Ты действительно...
- Давай, Гарри! Поцелуй его. Он этого заслужил,- послышался голос старого Лисона от
двери.
- Я просто ощупывала шишку у него на голове,- фыркнула его жена.- Она громадная!
- Я легко зарабатываю синяки,- прозвучал мой ехидный комментарий.
Гарри одарила меня улыбкой соучастницы.
- Ладно. Так и быть. Я запала на раненого героя.
И она быстро поцеловала меня в губы на глазах у Фларри. Я был смущен, однако ее
опрометчивость наполняла меня страстным желанием.
Мы немного поболтали. Мне пришлось поведать историю от начала до конца
специально для них. Глаза миссис Лисон сверкали.
- Наконец-то хоть что-то произошло в этой тухлой дыре!
- Большое спасибо, Гарри! Я надеюсь, что в следующий раз вас развлечет кто-нибудь
другой,- язвительно заявил я.
- В следующий раз?- удивленно переспросила моя подруга.
- А вы думаете, ваш доморощенный убийца не попытается еще раз прикончить меня?
- Писака, а ты, случайно, не треплешься?- усмехнулась Гарри.
- Делать мне больше нечего. А вы как думаете, Фларри?
Бледно-серые глаза на землистого цвета лице смотрели тревожно. Что это:
разочарованный взгляд убийцы, который промахнулся, или беспокойство лентяя, не
желающего неприятностей?
- Даже не знаю. Я переговорил с Шеймусом, но он ничего не слышал о личности
преступника. А у Конканнона есть идея насчет этого... черт побери! Забыл слово...
Мотива?- беспечно заметил хозяин дома.
Я сообщил ему версию офицера насчет мнимой шпионской деятельности. Подобная
мысль привела наивный умишко Гарриет в восхищение. На Фларри же не произвела
никакого впечатления. Он сказал:
- Это ты-то шпион! Да поможет нам бог, что они еще могут выдумать?!
Я был здорово уязвлен его замечанием. Не в первый раз Фларри давал понять, что не
считает меня человеком действия.
- Вам лучше переехать сюда на некоторое время,- категорично заявил Лисон-старший.-
Мы с Шеймусом... Вы можете рассчитывать на нас в качестве телохранителей.
- Покорно благодарю, но я не хочу никого беспокоить,- возразил я.
- Ну, теперь он обиделся! Неужели вы и в самом деле вообразили себя в плаще, при
шляпе и в темных очках, Доминик?- расхохотался Флоренс.
Снова эта чертова ирландская интуиция! Такой свинтус, как Фларри, не имеет права
быть настолько проницательным.
- Ну хорошо,- продолжал он, нисколько не раскаиваясь.- Если вы решили изобразить
одинокого волка, то лучше держать дверь на замке. Держать волка за запертой дверью.
Неплохо сказано, Гарри?!
- Ха-ха-ха,- невесело поддержал я.- А насчет ключа это интересная идея. Как мог
ждавший меня в засаде человек предположить, что дверь не заперта?
- Здесь никто не запирает дверей,- пожал плечами муж Гарриет.
- И даже по ночам? Даже если он якобы связан с британской разведкой? Они не имели
права делать ставку на незапертую дверь. Поэтому у них обязательно был ключ, просто на
всякий случай. У кого есть дубликат ключа? Замок ведь сменили после покупки коттеджа
вашим братом.
Фларри вновь разразился своим неистовым хохотом:
- Вот это здорово! Разве это не убийственная мысль, Гарри? Значит, удар вам нанес
мэр. Замечательно! Но Кевин - трус. Он не больше...
- Кевину не нужно было делать это собственноручно. Он мог лишь отдать приказ,-
мрачно пояснил я.
Фларри мгновенно протрезвел.
- Но чего ради?!
- Если он тайно связан с экстремистами и решил, что я об этом узнал случайно или
намеренно...
- А-а-а! Продолжайте!
Я поведал им о невольно подслушанном разговоре Кевина с каким-то незнакомцем.
- Он не мог быть до конца уверен, что я не понимаю по-ирландски. И его приглашение
на ужин сразу после нелепого инцидента выглядело довольно странно. Весь вечер Кевин
держал меня под присмотром, а в ту минуту, когда я вошел в дом...
- Чтобы у вас не было времени передать информацию кому-нибудь еще?
Лишенные блеска глаза Фларри внезапно вспыхнули: мне показалось, что сквозь них
сейчас смотрит старый командир бригады. Следующий поступок Лисона только усилил
это впечатление. Он выскочил из комнаты, и я услышал его трубный призыв Шеймусу.
Пока муж отсутствовал, я коротко расспросил Гарриет о той ночи, когда на меня
напали.
- Фларри к полуночи уже спал с тобой?
- Да. А что? Ты ревнуешь?- нахально улыбнулась она.
- Бога ради, будь наконец серьезной!- отмахнулся я.- Ты бы проснулась, если бы он
ушел?
- Думаю, да. Хотя мы улеглись в постель немного выпивши,- безразлично ответила
она.- Это чему-нибудь помогло?
- Я просто хотел убедиться, что последняя история не его рук дело.
Гарриет весело рассмеялась:
- О, мой мальчик! Что за драма!
- Конечно, сам он не повез бы меня на побережье, чтобы бросить там вместе с
машиной. Ему пришлось бы возвращаться пешком.
- Полагаю, у него был сообщник,- заметила Гарри с легкой насмешкой.- О, Доминик,
дорогой, ты - осел! Повзрослеешь ты, наконец, или нет?!
В этот момент вернулся Фларри с О'Донованом. Шеймус довольно прохладно
поздравил меня с выздоровлением от последствий несчастного случая.
- Это все ерунда. Главное, он жив. Доминик, поделитесь с Шеймусом сведениями,
которые только что рассказывали нам.
Мне пришлось повторить свое повествование.
- Шеймус, мой мальчик, ты - глаза и уши Шарлоттестауна. Ты не слышал каких-нибудь
сплетен об участии моего братца в делишках ИРА?
Управляющий задумался. Блестящие синие глаза были устремлены вдаль, на горы за
окном.
- Ни одного слова,- наконец ответил он.
- Вообще никаких слухов?- уточнил Фларри.
О'Донован покачал головой:
- Только не о нем. Люди всегда сплетничают о политических заварушках и тому
подобном. Многие из волонтеров Гражданской постоянно устраивают какие-нибудь
беспорядки. Конечно, есть и такие, кто боится собственной тени. Но моих ушей никогда
не достигала подобная болтовня о вашем брате.
- Этот незнакомец, беседовавший с Кевином... В тот день в Шарлоттестауне был какойнибудь
чужак?- задумчиво спросил Лисон-старший.
- Был. Какой-то парень заезжал к Шейну за бензином. Похоже, он здорово торопился,-
отозвался ирландец.- Шейн мне рассказывал. Он даже не успел переброситься с ним
парой слов о погоде.
- И в какое время он приезжал?- поинтересовался я.
- Шейн говорит, около половины шестого.
- Он вполне мог бы быть тем таинственным собеседником Кевина, чьи слова я
нечаянно подслушал,- сделал я неутешительный вывод.
- А Шейн не описал его?- вмешался муж Гарриет.
- Нет, Фларри. Но я узнаю у него. И порасспрашиваю в округе, не видел ли этого типа
кто еще.
- Сделай это, Шеймус. Но мы разобрались только наполовину,- заявил Фларри.- Один
человек отвозил Доминика на берег, а другой потом подбросил сообщника на своей
машине.
- Должно быть, так оно и было. Если только нападавший не стукнул мистера Эйра, а
потом не вернулся к себе домой.
Они некоторое время совещались. Я все сильнее ощущал себя деревенским лопухом, в
первый раз взятым на операцию. Теперь эти два бывших боевика взяли инициативу в свои
руки. Вежливо исключенный из разговора, я медленно закипал, бессильный перед
сумасшедшей ирландской смесью поверхностной открытости с глубинной замкнутостью.
Переменчивый народ!
Фларри и Шеймус все еще делились своими соображениями, когда я решил удалиться.
Они рассеянно попрощались со мной. Гарриет немного проводила меня вдоль реки. Когда
нас уже нельзя было увидеть из окон, она поманила меня под дерево и прижалась всем
телом. Я крепко ее поцеловал, но на большее был не способен. Слова отца Бреснихана
звенели в моей голове, порождая мучительные угрызения совести. Я чувствовал свою вину
перед Фларри.
- Ты больше не хочешь меня, дорогой?- надулась моя подруга.
- Конечно хочу. Но моя голова... Я еще не совсем здоров,- пробормотал я.
Гарриет почуяла неладное с безжалостной женской проницательностью. Зачем нужны
детекторы лжи, когда вокруг столько женщин? Однако она лишь улыбнулась:
- А через две ночи ты поправишься? Я пройду вниз по течению, если ночь будет
теплая. Ты помнишь, что прошло больше недели после нашей близости?- Она больно
дернула меня за ухо, а потом прошептала в него: - Я с ума по тебе схожу, мой бедный
маленький раненый герой! Лучше приходи, а то влипнешь в новые неприятности. А до тех
пор береги себя!
И она ушла через рощу, напевая себе под нос и не оглядываясь...
Итак, все вернулось на круги своя. Впрочем, нет, не все было как прежде. У нашей
любви появился привкус отчаяния, а с ним какая-то нежность у Гарриет ко мне, которой я
не чувствовал раньше. Моя любовница никогда не была надоедливой, но теперь она
смотрела на меня ласковым, почти жертвенным взглядом.
Что до меня, то я оставался таким же безрассудным, похотливым и дерзким. Иногда я
грубил моей возлюбленной, проверяя свою власть над ней. Я не стремился измерить
глубину ее чувства. В письме я разорвал помолвку с Филлис, сообщив, что мы не
подходим друг другу. Гарриет не просила меня об этом, да я ей ничего и не сказал.
Филлис ответила без враждебности, освобождая меня от обязательств. Но мне никогда не
приходило в голову жениться на Гарриет. Она была жрицей в храме плотской любви,
искусной и загадочной, но никто не женится на жрицах. Кроме того, ее чувственное
высокомерие заставляло меня видеть в ней противника, бросающего вызов. Именно это ее
высокомерие, поддерживающее во мне накал страстей, и не позволяло моей подруге
заметить, что во всем остальном, кроме постели, я находил ее не особенно
привлекательной.
Любовные связи подобны озерам. В какое-то незаметное для любовников мгновение
они переполняются и вскоре их воды стремительно сбегают вниз, к морю. Наш роман
достиг этой точки в июле. Разочарование еще не наступило, но в наших отношениях уже
чувствовался привкус отчаяния, какое возникает от вида ярких осенних цветов перед
первыми заморозками.
Из-за этого беспокойства, усиленного приближающейся войной и моим сомнительным
положением в Шарлоттестауне, наши встречи с Гарриет обрели постоянство, а я
совершенно перестал обращать внимание на присутствие Фларри. Нападений больше не
происходило, не было ни предупреждений, ни анонимных писем. Словно кто-то умыл
руки. Отец Бреснихан отдалился, но был вежлив. Несколько раз за это время я встречал
Майру и Кевина. Они оба заботливо справлялись о моем здоровье и моей книге, и я не мог
распознать никаких признаков вины или беспокойства в поведении Лисона-младшего.
Конканнон дважды приходил повидаться со мной, но на вопросы о расследовании отвечал
рассеянно и скупо. Я пришел к выводу, что следствие зашло в тупик. Мой паспорт
детектив нашел в полном порядке: я никогда не бывал в Германии, во всяком случае судя
по этому документу. Но если бы я был секретным агентом, в моем распоряжении
наверняка бы находилась куча поддельных паспортов.
Чем закончились поиски, предпринятые Фларри и Шеймусом, я не имел ни малейшего
представления. Я решил, что хозяин усадьбы старается не ради меня, а ради собственного
братца. Отзываясь о Кевине иронически, Фларри, однако, покровительствует ему. К тому
же, как мне однажды разъяснила Гарри, для мужа позор Лисона-младшего означал бы
катастрофу, ведь время от времени мэр помогал ему выбраться из долгов.
Самого же Флоренса, все такого же шумного и надоедливого, я научился игнорировать.
Он словно бы превратился в неизменное препятствие, бункер на поле для гольфа, который
необходимо научиться обходить, чтобы потом получать удовольствие от того, что
"облизал" его. Мы с Гарриет жили словно зачарованные. Однажды мы занимались
любовью на сеновале. Внезапно в конюшню вошел Фларри.
- Ты здесь, Гарри?- спросил он.
И она крикнула сверху:
- Я здесь, наверху. С Домиником. Что тебе надо?
- Каким чертом вы там занимаетесь?!- добродушно осведомился он.
- Ничем хорошим,- ответила она, даже не пытаясь накинуть джемпер.
- Ну, тогда продолжайте!- так же добродушно заявил он.
Гарриет больно укусила меня за плечо и широко раздвинула ноги.
- Тише!- бормотал я.- Он может...
Я попробовал столкнуть ее с себя.
- Не трусь!- прошептала она.- Он не любит карабкаться по лестницам.
Шаги Фларри отдалялись, он вышел на мощеный двор.
- Вот видишь?- засмеялась его жена.- Это совершенно безопасно. Давай, я уже готова!
Должно быть, это случилось неделю спустя, в последние дни июля. Я возил чету
Лисонов в маленький городишко у пролива Голуэй. Там должна была состояться конная
ярмарка, а днем позже скачки.
- Гарри будет участвовать в скачках на лошади, которую мы продали в прошлом году
одному местному парню,- сообщил мне Фларри.- Я поставлю на нее последнюю рубаху.
Даже моя жена не сможет проиграть, если под ней наш Бармбрак.
Мы выехали в одиннадцать часов: Шеймус и Фларри на заднем сиденье, Гарриет -
рядом со мной, сильно накрашенная, в лучшем своем костюме для верховой езды.
- Где ваша кепка, миссис Лисон?- осведомился Шеймус, когда мы оставили позади
несколько миль.
- Мне она не нужна. Во всяком случае, для этих скучных скачек,- равнодушно заявила
женщина.
- Клеопатра желает похвастаться своими прекрасными волосами,- усмехнулся Фларри.-
Ты должна надеть кепку, глупая корова!
- Ой, да умолкни ты!- фыркнула она в ответ.
Эта бесстыдница больно ущипнула меня за бедро. Я не переставал удивляться силе ее
изящных пальцев. Гарри была сильно возбуждена предстоящим развлечением.
- Не знаю, поклонник ли вы скачек, Доминик,- заметил Флоренс Лисон,- но вы
наверняка ощутите разницу между скачками здесь, на западе, и соревнованиями гденибудь
у вас, в Аскоте.
- Наверняка,- подтвердил О'Донован.
- Никаких цилиндров и шампанского. Только лошади и наездники, большинство
которых не умеют сидеть даже на хромом осле.
- Твоя жена может оседлать и ураган,- подмигнул хозяину Шеймус.- Но осторожнее на
последнем участке скаковой дорожки, миссис Лисон! Там наверняка за поручнем будет
топтаться подвыпившая толпа, а какой трюк они могут выкинуть, сам дьявол не угадает.
Бармбрак - животное нервное, помните об этом!
Когда мы приехали, крутая главная улица городка была битком набита народом.
Деревенские жители в плотных черных костюмах, поденные работники, нищие, толпы
детишек, священники и полиция; дорогу загромождали автомобили, рессорные двуколки
и тележки с впряженными ослами. На обочине болтали несколько женщин деревенского
вида, и везде бродили небольшие группы туристов, напяливших фуфайки из лучшей
местной шерсти и потевших на жаре. Из толпы доносилось невнятное бормотание. В
воздухе стоял прежний запах виски, портера, пива, бензина и навоза.
Мы спустились вслед за запоздавшим фургоном с лошадьми вниз по холму и
припарковались на поле рядом с рекой. Узкая колея вела к травянистой пустоши, где
проводилась ярмарка. По периметру этой базарной площади стояли дешевенькие палатки
с зазывалами, расхваливающими свой товар, барышнями,
напоминающими старых дев, которые призывали желающих испытать удачу в игре
"Узнайте даму" и в других платных развлечениях, а также прилавками с лимонадом,
омерзительного вида едой и сувенирами. В этот гвалт ворвался голос из мегафона,
взывающий к замешкавшимся: "Внесите свою лепту! Номера 3, 7 и 16 ждут вас! Давайте
выводите лошадей! Мы не можем ждать вас целый день!"
Мы отнесли бутерброды и выпивку на низкий бугорок, с которого открывался вид на
арену. Гарриет лениво поковыряла свою еду, а потом устремилась своей
перекатывающейся походкой на поиски владельца коня, на котором она участвовала в
скачках.
Результаты заезда оглашались по громкоговорителю.
- Это подкуп!- воскликнул Шеймус.- Это сговор, черт побери! Владелица коня в
прошлом месяце купила пару лошадей у главного судьи. Конечно же он даст ей первый
приз, если она выедет хоть на облезлой кляче из цыганского табора! Он даст ей приз,
даже если она оседлает трехногую табуретку! Неужели в этом отвратительном месте не
осталось ни стыда ни совести?!
Тут же разразилась перебранка с соседями, не разделяющими мнение ирландца.
Поэтому я ускользнул, чтобы поближе рассмотреть обсуждаемых животных. Я ничего не
имел против лошадей: эти существа, en masse , предпочтительнее писателей, поскольку
обычно красивы и к тому же лишены дара речи. Зато ирландские лошадники гораздо
болтливее, чем их английские собратья.
Следующим был показ коннемарских пони. Лощеных животных с диким взглядом
повели по кругу. Пони, элегантные, словно фарфоровые статуэтки, изящно вышагивали по
рингу. Группа немцев - женщин, разодетых, словно кинозвезды, и мужчин в дорогих
твидовых костюмах, черных очках, с мощными биноклями - обсуждали достоинства
животных громкими уверенными голосами. Я отошел подальше и наткнулся на Майру и
Кевина Лисонов. Мы перекинулись несколькими словами. Потом я заметил, кивнув на
группу тевтонцев:
- Не понимаю, как вы можете терпеть этих преступников в вашей стране!
- Они приносят нам доход,- возразил Кевин.- Нищие не выбирают.
- Вы ведь привезли Гарри?- поинтересовалась Майра безразличным тоном.- А часто вы
бываете на бегах в Англии?
Она сделала еле заметное ударение на последнем слове.
- Я подбросил Гарри, Фларри и Шеймуса. Они бродят где-то здесь. Фларри сообщил,
что он поставит на Бармбрака последнюю рубаху.
- У него не останется рубашек, если он будет продолжать в том же духе,- резко сказала
Майра.
- Вы полагаете, он не выиграет?- учтиво спросил я.
Жена Кевина пожала плечами:
- Меня приводит в ужас мысль о том, что на лошадей ставят деньги. Пари - такое же
зло, как алкоголь!
- Одна маленькая ставка и можно пристраститься на всю жизнь?- поддакнул я.
- Мой отец почти разорился таким образом,- объяснила Майра.- Упокой бог его душу!
Пока мы беседовали, я заметил невзрачного человека, подающего едва заметные знаки
ее мужу, сразу же ленивой походкой последовавшему за незнакомцем сквозь толпу.
К четырем часам арбитраж закончился. Я отыскал Флоренса, который, как
большинство мужчин на поле, оплачивал свои регулярные отлучки в городские
забегаловки, и мы, захватив Шеймуса, зашагали к месту проведения скачек. Финиш
располагался на более низком конце поля, а скаковой круг простирался на милю вдоль
поросшего травой берега реки. К этому времени Гарри, должно быть, выехала на старт. Я
не видел ее весь день и был этим сильно расстроен.
Мы нашли места у ограждения на дальнем от реки конце дорожки. Управляющий
распространялся насчет очередного "подкупа". Единственным опасным соперником
Бармбрака считался конь по кличке Леттерфрак, на котором скакал известный
англичанин-любитель, гостивший в доме владельца. Букмекерские ставки на Леттерфрака
и Бармбрака были почти равны.
Где-то зазвенел колокольчик, и установилась относительная тишина. Заезд Гарри был
последним в программе. Мы посмотрели три других, причем ее муж с каждой минутой
нервничал все больше и больше. Я не хотел спрашивать у Лисона, сколько он поставил на
Бармбрака. Некоторые типы за ограждением напротив нас уже допились до
неуправляемого состояния. Позади них стоял полицейский, но дебоширы не обращали на
него никакого внимания.
- Они стартовали!- выкрикнул Фларри.
Это был последний заезд. Встав на цыпочки, я навел свой бинокль на далеких лошадей.
Вот от плотной группы отделились две лошади - мощный чалый с жокеем-мужчиной в
охотничьем костюме и вороной Бармбрак. Волосы Гарри развевались, словно флаг на
ветру. Насколько я мог разглядеть, она на несколько ярдов отставала от Леттерфрака, но
шла хорошо. Финиш располагался примерно в двадцати ярдах слева от нас. Лошади,
быстро приближаясь, скакали уже ярдах в пятидесяти, чалый шел впереди.
- Матерь Божья! Я этого не вынесу!- бормотал себе под нос Фларри.
- Подстегни его!- завопил О'Донован.
Гарри, словно услышав его, наклонилась к шее коня, сказав что-то ему на ухо, и
вонзила шпоры в бока. Бармбрак стрелой понесся вперед.
И тогда произошло несчастье. Какой-то пьяный у дальнего конца ограждения закричал
и замахнулся ясеневой тростью. Несомненно, он намеревался огреть англичанина. Но у
подвыпившего хулигана была замедленная реакция. В этот самый момент миссис Лисон,
скакавшая вприпрыжку к ограждению, обгоняла англичанина. Действительно ли пьяный
ударил ее коня, я не видел, только испугавшись его крика и взмаха трости, нервный
Бармбрак рванулся влево и со всего размаха врезался в Леттерфрака. Я увидел, как Гарри
полетела на землю.- Англичанин, сумевший удержаться в седле, поспешил к финишу.
Шеймус со слезами на глазах повернулся к Фларри и ко мне:
- А ведь она выиграла!
Но Флоренс уже перепрыгнул через ограждение и бежал к своей жене, неподвижно
лежавшей на беговой дорожке. Ирландец последовал за ним. Они не обращали внимания
на лошадей, несущихся прямо на них. Я увидел, как Фларри опустился на колени рядом с
Гарриет, глядя на нее безумными глазами, и положил ее голову себе на колени. Что он ей
говорил, нельзя было расслышать в общей суматохе. Многие зрители были уверены, что
англичанин нарочно сбил коня Гарри и вышиб ее из седла. Группа плечистых мужчин с
угрожающим видом проследовала за ним до загона. Им навстречу выступила цепочка
полицейских.
Когда я подошел, Лисон кивнул головой в дальний конец ограждения и приказал
Шеймусу:
- Найди мне этого парня и проследи за ним!
Управляющий удалился. Фларри отрешенно посмотрел на меня. Слезы катились по его
щекам.
- Ну наконец-то, Доминик!
- Она...- Я не осмелился высказать вслух свои предположения.
- Контузия. Где эти ребята с носилками, черт их подери!- прорычал бывший командир
бригады.
Женщина лежала на траве, ее волосы растрепались. Со своей яркой косметикой она
была похожа на куклу, брошенную на пол каким-то ребенком. Толпа сгрудилась вокруг
нас почтительным кружком. Многие негромко выражали сочувствие Фларри. Он поднял
яростные глаза.
- Когда она падала, Леттерфрак мог ударить ее задними копытами.- Он снова
наклонился к жене.- Гарри, старушка, очнись!
Но Гарриет Лисон так и не очнулась. Она была все еще без сознания, когда мы
привезли ее в больницу. Какой-то врач сообщил нам, что у нее нет переломов, только
тяжелое сотрясение мозга.
- Через пару дней она будет в полном здравии, мистер Лисон.
- Дай-то бог!- Фларри вытер вспотевший лоб.- У нее голова из железа. Смотри
хорошенько за ней приглядывай!- заявил он медсестре, стоящей рядом, а потом сообщил
врачу: - У меня тут есть одно дело в городе. Я вернусь через часок. Пошли, Доминик!
Мы вышли на главную улицу. С момента падения Гарри я чувствовал себя
отчужденным от происходящих событий. Я не мог выказать большего сочувствия, чем
обычно ожидается от доброго знакомого. И теперь, пробираясь в толпе, я казался себе
ржавым гвоздем, притянутым силовым полем магнита.
- И пятьдесят фунтов коту под хвост!- буркнул Фларри.
Он завернул в кабак, но, осмотревшись, тут же вышел. Я следовал за ним по пятам.
- Кого вы ищите?- осторожно спросил я.
- Парня, к которому у меня дело.
Несколько человек окликали Фларри, но он проходил мимо, не обращая на них
внимания. Было странным, что он, заходя в пивную, не выпивал там ни капли. В третьей,
которую мы посетили, я разглядел О'Донована за столиком с кружкой пива. Он кивнул
Лисону, потом неспешно поднялся и похлопал по плечу мужчину у стойки бара.
- Вас спрашивают, мистер.
Неповоротливый краснорожий тип покрутил головой.
- Кто меня спрашивает?
Фларри двинулся вперед.
- Я!
Мужик схватился было за трость, но Шеймус ловко вырвал ее из рук пьяного.
- Это ты - тот самый тип, который не дал моей жене выиграть скачки?- угрожающе
произнес Флоренс Лисон.
- Отстань! Я целился в англичанина!- запротестовал дебошир.
- Ну а теперь мой кулак нацелен тебе в рожу, грязный сукин сын!- заявил муж Гарри.
Несколько дружков мужчины двинулись на Фларри, ругаясь и размахивая руками. В то
же мгновение Шеймус встал перед ними, держа правую руку в кармане пиджака.
- Если хоть один из вас, бездельники, двинется с места, получит свинец в живот,-
сказал он преувеличенно спокойным тоном.
Группа слегка попятилась назад.
- Так ты будешь драться или нет?- осведомился Фларри таким ледяным голосом, что
даже сталь могла бы замерзнуть и развалиться на куски. И снова в этом приволакивающем
ноги, равнодушном человеке проснулся командир бригады, превосходивший даже чернопегих
в безжалостной жестокости.
- Ты будешь драться? Или я накину тебе петлю на шею и приволоку домой к твоей
мамочке в собачью конуру?- язвительно продолжал он.
Придя в ярость, пьяный бросился с кулаками на противника. Фларри блокировал удар
и нанес встречный свинг, от которого драчун чуть было не протаранил стойку бара.
Пьяный тип схватил с нее пинтовый стакан, разбил его о край стойки и бросился на
Фларри, целя ему в лицо.
- Брось это или я тебя уложу на месте!- закричал О'Донован.
- Оставь его!- приказал Лисон.- Отойди отсюда!
Фларри отступил на шаг, потом размахнулся и нанес удар башмаком в колено.
Отпрянув, противник потерял равновесие. В то же мгновение Фларри ребром ладони
ударил его по запястью, и стакан упал на пол.
- Теперь он по стенке размажет этого придурка,- повеселел Шеймус.
Противник Фларри протрезвел. А он был сильным мужчиной. Но бывший боевик
продолжал его отделывать. Он заломил дебоширу руку за голову и ударил кулаком в лицо
с такой силой, что наверняка сломал парню нос. Пока тот очухивался, закрыв лицо
руками, Фларри пнул его коленом в низ живота. Противник согнулся пополам,
всхлипывая от непереносимой боли, что позволило Фларри поймать его шею в захват
одной рукой, а другой нанести несколько быстрых ударов в лицо - четыре удара за пару
секунд. Затем он швырнул мужчину на пол и, прежде чем тот успел откатиться, двинул
каблуком ботинка ему в промежность.
Что командир бригады сделал бы со своей жертвой дальше, я не осмеливаюсь даже
представить. Но управляющий оттащил его прочь от извивающегося, стонущего тела на
полу.
- Хватит, Фларри! Остановись или ты искалечишь мерзавца!
Фларри, тяжело отдуваясь, оглядел бар.
- Есть еще желающие позабавиться?
Предложение не было принято. Те, кто не нырнул за стойку бара, безмолв
...Закладка в соц.сетях
