Жанр: Детектив
ЛИЧНАЯ РАНА
...ально проговорил он.- Бедный дурачок! Мне следовало
бы предостеречь парня, черт побери! В его предательстве есть и моя вина.
- Вы знали, что Кевин участвовал в тайной политической деятельности?
- Нет, не знал,- отозвался Лисон-старший.- Но догадывался. И понимал, что
разговаривать с ним на эту тему бесполезно. Братишка все равно не стал бы меня слушать.
А как долго вы об этом знали?
- У нас возникли подозрения еще в начале года, но мы ничего не могли доказать.
Мистер Эйр дал нам первый ключ,- сказал детектив.
- Неужели?- удивился я.- И что это было?
- Вы помните, что услышали фразу незнакомца, сказанную Кевину в его кабинете:
"Какая польза от насилия?"
- Да, но...
- Этот человек цитировал Пфауса,- пояснил Конканнон.- Оскар Пфаус - американец
немецкого происхождения, журналист, приезжавший в Ирландию в феврале. Его хозяева
оказались на редкость невежественными заговорщиками. Можете себе представить,
Пфауса послали установить контакт с ИРА через генерала О'Даффи!
- Боже правый!- воскликнул я изумленно.- Это все равно что искать встречи с Гарри
Поллитом через Освальда Мосли!
- Мне ничего не известно об этих людях,- произнес полицейский и продолжил: - Пфаус
сумел связаться с Тоуми, Расселом и некоторыми другими экстремистами ИРА.
- Добиваясь, чтобы ИРА затеяла беспорядки на севере, оттянув туда как можно больше
британских войск, когда Гитлер решит атаковать?- предположил я.
- Грубо говоря, так, мистер Эйр,- подтвердил Конканнон.
- И мой брат замешан в этой ерунде?- спросил Фларри.
- И да и нет. У него были более честолюбивые планы,- отозвался следователь.-
Человек, разговор с которым подслушал мистер Эйр,- специальное отделение выследило
его - это некий Джоджхан. Он, как и ваш брат, был тайным членом ультраэкстремистской
группы ИРА. Эти люди планировали захватить политическую власть в стране, но совсем
не для отвода глаз.
- Невероятно!- поразился я.
- Чего только не случается на этой земле!- вздохнул старший офицер.- Кевин Лисон
представляет новое поколение ирландцев. Да поможет нам бог! Организатор и бизнесмен,
которого интересует только личная власть. Путешествуя по стране, он вращался как в
политических, так и в деловых кругах.
- Но ему не удалось бы привлечь армию на свою сторону,- заметил Фларри.
- Любая армия исполняет приказы политиков. И даже ирландская армия иногда,-
усмехнулся детектив.
- Вы хотите сказать, что Кевин планировал установить диктатуру?- уточнил я.
- И он, и Джоджхан, и некоторые другие. Конечно, с помощью Германии,- сообщил
полицейский.- Теперь они все у нас в руках. Специальное отделение следило за ними
последний месяц. Это было мудреное дело. Мы не хотели торопиться с арестом мистера
Лисона, чтобы не насторожить остальных. Мы схватили их всех одновременно в разных
частях страны. Сегодня утром.
Последовало молчание. Конканнон потер свои воспаленные глаза тыльной стороной
ладони.
- Значит, ты был прав,- обратился я к Фларри,- все эти нападения на меня - дело рук
твоего брата. И Кевин действительно хотел запугать меня, выдворить из страны и
заставить молчать по возвращении домой.
- Это Кевину пришла в голову идея утопить вас в песке,- подтвердил Конканнон.- А
Джоджхан, Хаггерти и еще один парень осуществили ее. Поджог вашего коттеджа - другое
дело. Хотя и его мог подстроить наш доморощенный заговорщик: у нас пока еще нет
доказательств.
- Но ведь это определенно была попытка убить меня, а не напугать?- возразил я.
- О, к тому времени Кевин уже здорово запаниковал. Я серьезно на него давил по
поводу убийства миссис Лисон,- заявил офицер.
- Так, значит, вы его подозревали?- заявил офицер.
- Нисколечко,- пожал плечами детектив.- Просто хотел заставить его нервничать,
чтобы он совершил какой-нибудь промах и нарушил конспирацию. И мне это удалось.
- И какую же ошибку он сделал?- заинтересовался я.
- Он начал лгать и противоречить своим же показаниям по поводу ночного
возвращения из Голуэя. Мы были уверены, что он направлялся к Отерарду, чтобы
посоветоваться с одним из сообщников по заговору: за мистером Лисоном следили, но
ему удалось оторваться. Видите ли, Кевин должен был скрывать цель поездки в Голуэй,
но, поверив, что мы подозреваем его в убийстве, он вынужден был выбирать из двух зол.
Его поражение стало лишь делом времени, сейчас,- пространно объяснил собеседник,- я
не буду вдаваться в подробности. Но Кевин мог морочить нам голову по поводу
посещения Голуэя, только признав, что находился поблизости от места преступления
незадолго до смерти миссис Лисон. И наоборот.
- И он решил избавиться от этой части дилеммы, спалив мой коттедж и отправив
поддельное письмо?- предположил я.
- Очень возможно,- согласился детектив.- Кевин не осмеливался нарушить
конспирацию. Джоджхан - предводитель заговорщиков - перерезал бы ему горло. Поэтому
Кевин очень волновался на допросе по поводу убийства, но страх отвлек его внимание от
мысли, что мы могли заподозрить его в измене.
- В наши дни все было проще. У нас была лишь одна причина для тревоги,- сказал
Фларри с ноткой печали в голосе. И пробормотал: - Эта многострадальная страна...
Я резко его оборвал, заметив:
- Итак, пока вы распутывали этот политический клубок, у вас не было возможности
вести расследование гибели Гарриет.
- Не торопитесь, мистер Эйр, времени еще достаточно,- возразил полицейский.-
Вполне достаточно.
- Для вас - возможно, но мне пора возвращаться домой,- заявил я.- Я не могу вечно
сидеть на шее у Фларри.
- Всегда добро пожаловать,- автоматически откликнулся хозяин поместья.
- Теперь вы намереваетесь вести эту войну нервов против нас?- настаивал я
раздраженно.
- Против вас?- Тяжелый взгляд Конканнона уперся в мое лицо.
- Против Фларри, против меня. И...- Я замолчал.
- И?- потребовал продолжения полицейский.
- И против того, кто еще у вас под подозрением,- выдавил я.
Я не мог произнести имя Майры. Я не смел облечь в слова свое беспокойство за нее.
Во мне было достаточно ирландской крови, чтобы вздрагивать от слова "информатор". Я
и так причинил ей достаточно зла.
- Сегодня из Корка приедет водолаз,- внезапно заявил детектив.
- Неужели?- Голос Фларри звучал равнодушно, но в его позе я почувствовал необычное
внимание.
- Чтобы найти нож?- уточнил я.
- Здесь ножей хватает.- Фларри обвел безвольной рукой комнату с рыболовными
снастями.
- А вот и те, что я изъял,- объявил Конканнон, выгружая содержимое своих карманов.-
Все клинки подвергались исследованию. Результаты отрицательные.
- Значит, вы намерены отыскать нож убийцы в глубоком омуте и повесить преступника
на этом основании?- язвительно поинтересовался Лисон-старший.- Так вы рассуждаете?
- Сначала отыщем нож, а потом будем от него отталкиваться,- ответил полицейский.
Конканнон пристально смотрел на Фларри.
- Конечно, на нем уже не будет крови вашей жены,- резко бросил старший офицер,
словно обвинял нас в отсутствии этой важной улики.
Мне никогда не нравилась эта его выверенная жестокость.
- Но осмелюсь предположить, орудие преступления подскажет нам недостающие
детали,- добавил полицейский.
Поскольку Фларри никак не отреагировал на эту реплику, Конканнон продолжал:
- Разве вы не заинтересованы в поимке убийцы вашей жены?
- Почему же, заинтересован.- Фларри ткнул пальцем Конканнону в грудь.- Но знаешь,
что я тебе скажу, парень? Ты напрасно утомляешь своего человека, оставив его охранять
речку до появления водолаза.
Старший офицер смутился:
- О чем это вы?
- Разве тебе не ясно,- взревел Фларри,- что сейчас глубина омута восемь футов и вода
все прибывает? Пловец из меня никудышный. Если ты решил, что я сегодня ночью нырну
в омут, достану нож и закопаю его где-нибудь, то ты придурок!
Конканнон криво улыбнулся.
- Именно поэтому полицейский будет наблюдать за рекой,- язвительно ответил он.-
Мне не хотелось бы видеть вас утонувшим.
Эти двое были противниками, достойными друг друга. Я вообразил, как Фларри
швырнул детективу невидимую перчатку. Конканнон представлялся мне хитроумной
гончей, увивающейся вокруг медведя, громким лаем отвлекая его внимание. В маленьких
глазах Фларри таилась усталость, его огромные ручищи, похожие на медвежьи лапы,
бессильно покоились на подлокотниках кресла. Я внезапно задохнулся от осознания, что
в этом поединке наверняка победит Конканнон.
- Если вы вобьете себе в голову, что Фларри убил Гарриет, вы совершите самую
страшную ошибку в своей жизни,- бросился я в атаку.
- Благодарю за непрошеную поддержку, мой мальчик,- насмешливо произнес хозяин
дома.
- Это очень трогательно,- заявил Конканнон.- Но не сомневаюсь, что Фларри точно так
же защищал бы вас.
- Еще бы. И знаешь, что я тебе скажу, Конканнон? Если я и прикончил бы кого-нибудь,
то не Гарриет,- хмуро заявил вдовец.- Хочешь пари?
Старший офицер отрицательно покачал головой, бросив на Фларри оценивающий
взгляд. Казалось, эти двое играют в гляделки, словно дети. Потом Конканнон сухо
распрощался.
Фларри следил из окна за детективом, направляющимся к машине.
- Посмотри, Доминик,- усмехнулся он.- Я так и думал! Этот тип притащил с собой
наблюдателя, и бедняге придется всю ночь сторожить омут, чтобы я не прыгнул за ножом.
Какой позор! Мы должны вынести несчастному постель.
У меня не было настроения присоединяться к шуточкам Фларри.
- Эй, Доминик, гляди веселей!- воскликнул мой приятель.- Так-то лучше. Надеюсь, ты
не лунатик и не ходишь во сне?
- А что?- отозвался я.
- Ты ведь неплохой пловец, верно? Смотри не вздумай разгуливать по ночам и нырять в
реки. Это может плохо кончиться.
После нашей беседы я долго не мог заснуть. Это была всего лишь пятая ночь со смерти
Гарриет, но я чувствовал, будто все связанное с ней происходило в какой-то другой
жизни, столетия назад. "Убийства редко расследуют за неделю",- думал я. Однако в
присутствии Конканнона я чувствовал какое-то необъяснимое нетерпение. Мне хотелось
наконец избавиться от горя и неопределенности. Я мог понять эмоциональное
возбуждение преступника, осознанно или неосознанно подталкивающее его любым
способом сдвинуть дело с мертвой точки, хотя это тут же выдало бы его.
И снова меня обуял ужас, что я сам убил Гарриет в параноидальном безумии. Я был
первым кандидатом в собственном списке подозреваемых. Возможно, Конканнон
поджидает, когда я выдам себя. Кевин теперь вычеркнут из списка. Остаются только
Фларри, Майра, я и таинственный мистер Икс - шатающийся пьянчуга, которого Майра
видела, возвращаясь на велосипеде домой, и который потом, похоже, исчез с лица земли.
После гибели Гарриет я существовал в каком-то нереальном мире, словно бы в пустоте,
превращавшей память о счастливых днях нашей близости в нечто столь же нереальное.
Казалось невероятным, что до смерти моей подруги я так презирал Фларри: не в моем
характере так относиться к людям. Все случившееся с нами казалось мне сейчас игрой с
фантастическими образами, в которую меня втянула Гарриет, превратившая меня в такое
же бесплотное видение. Отец Бреснихан пробудил меня от этих грез. Или это надуманное
объяснение, а на самом деле я просто устал от моей любовницы?
Но я был одержим чувством нереальности, как раньше был одержим Гарриет. Если
наша любовь сейчас представлялась мне прекрасной грезой, я вполне мог положить ей
конец, когда мой рассудок спал.
Таинственная фигура, заслонившая белое тело Гарриет,- скрывался ли за ней
неведомый мистер Икс, или Фларри, или я, или, возможно, Майра? Мне была не по душе
мысль о последних трех. Но меньше всего мне хотелось бы обнаружить, что это Фларри,
поскольку я был виноват перед ним. "Однако,- рассуждал я,- Конканнон остановился
именно на его кандидатуре".
В этот момент меня осенила мысль, что я никогда не пытался представить себе
состояние Гарриет после нашего разрыва. Она лежит на траве у реки, обнаженная и
пьяная. Я только что бросил ее, заявив, что мы больше никогда не будем близки,
отказавшись заняться с ней любовью в последний раз. Отвергнутая женщина разозлена,
расстроена, плачет. Почему она вскоре не накинула ночную рубашку и не поторопилась
домой?
Разве я сам не направился в коттедж и не лег спать сразу же? Даже если бы со мной
случилось раздвоение личности, вернувшись на лужайку, я бы наверняка не застал ее.
О да! Она могла заснуть в изнеможении от пережитого горя.
Но если рассказ Майры правдив, женщина не спала при появлении темной фигуры.
Если бы этой тенью был бродяга или мистер Икс, не стала бы обнимать его: скорее она
бы закричала и убежала. Если бы к ней приближалась Майра, вооружившаяся ножом, моя
подруга не стала бы покорно ждать удара, словно жертвенная овечка.
Тогда Фларри? Она открывает глаза и видит своего мужа, склонившегося над ней. Ей
нет необходимости кричать и убегать. "Что ты здесь делаешь?" - спрашивает он. "Мне
было так душно. Я вышла проветриться и уснула".- "Ладно, вставай. А то простудишься до
смерти".- "Иди сюда, Фларри..." Гарри поднимает руки, чтобы прижаться к нему; она
всегда считала мужа простаком.
Но тут мои фантазии рассыпались на кусочки. Зачем Фларри взял из дома нож? И
почему Майра не слышала криков жертвы? Гарриет не сдалась бы без борьбы: она
определенно была жизнелюбивой девушкой. Если бы Майра задержалась на минуту, она
увидела бы саму схватку и ее конец.
Но наблюдала ли жена Кевина борьбу или прелюдию к любовному акту?.. И к тому же
ребенок, которого она носила. Предположим, что Фларри не смог или не захотел ответить
на ее желание близости. Я мог представить Гарриет в ярости и разочаровании,
насмехающуюся над ним, прозрачно намекающую, что беременна не от него. Фларри сам
мне поведал, насколько хотел ребенка от нее: казалось, он ни секунды не сомневался в
своем отцовстве. Шок от осознания, что ребенок зачат не от него, мог лишить его
рассудка. Множество бесцельных ран на ее теле выглядели делом рук обезумевшего
человека, снова и снова слепо наносившего удары в беспамятстве, словно женщина на его
глазах превратилась в отвратительного, сладострастного и коварного суккуба.
Следующим утром стало ясно, как близок я был к истине - и как далек от нее.
Глава 14
Поскольку я скверно спал той ночью, задремав лишь на рассвете, то проснулся только в
половине десятого. Снизу доносились слабые голоса, и вскоре я услышал хлопанье
парадной двери и чьи-то шаги, удалявшиеся в сторону сада.
Спустившись вниз, я обнаружил человека Конканнона, беседовавшего с О'Донованом
за завтраком.
- Привет!- сказал я ему.- Я думал, вы должны мешать нам плескаться в речке, чтобы мы
ненароком не утонули.
Полицейский глупо осклабился:
- О, мистер Фларри в безопасности в обществе святого отца.
- Отец Бреснихан только что вернулся,- пояснил Шеймус.- Фларри отправился с ним
на рыбалку. У священника такой вид, будто он узрел привидение. Может, свежий воздух
вылечит его.
Я съел яичницу с домашним хлебом, которую О'Донован подал мне прямо на
сковороде.
- Когда вас сменят?- поинтересовался я у молодого наблюдателя.
- Даст бог, в полдень,- вздохнул тот.- У тебя больше нет яиц, Шеймус? Я еще не наелся.
- А что нужно было отцу Бреснихану в такую рань?- заинтересовался я.
- Я не слышал,- безразлично отозвался Шеймус.- Был занят готовкой еды для этого
парня. Черт тебя подери, Рори, пойди покарауль хоть немного!
- Меня комары чуть не закусали до смерти!- обиженно пробубнил полицейский.- И я
умираю хочу спать. Неужели у тебя нет ни капли сострадания?
- Спать хочешь, говоришь? Можно подумать, ты глаз не сомкнул всю ночь! Спорим, ты
спал себе спокойно!- насмешливо бросил О'Донован.
- Неправда!- возмущенно воскликнул охранник.
- И сколько привидений ты видел?- усмехнулся управляющий.
- Ни одного. Только воду, и она пенилась о скалы всю ночь,- хмуро ответил
наблюдатель.- С гор речка течет быстро. Мистер Фларри вряд ли что-то выудит.
- Мистер Фларри поймает рыбу и в водах Стикса, если того захочет,- заверил Шеймус.-
Во всяком случае, сегодня облачно, и ветра нет.
Через несколько минут я отправился прогуляться по усадьбе, прихватив старый
полевой бинокль Фларри. Это было отвратительное утро, когда окружающее кажется
застывшим, притихшим, безжизненным, словно природа впала в каталептический транс.
Скотина бесцельно бродила, склонив головы, отрешенно разглядывая траву перед собой,
словно решая неразрешимую задачу. Птицы, должно быть, удалились от мира - ни писка,
ни щебета не доносилось с окрестных деревьев. Единственным звуком, нарушающим
тягостное безмолвие, было слабое журчание речки далеко слева от меня и шум
подъезжающего автомобиля.
Это была машина Кевина. Я направился ей наперерез и увидел Майру на сиденье
водителя.
- Святой отец здесь?- нервно воскликнула она.
- Да. Фларри повел его к реке,- объяснил я.
- Я звонила ему вчера вечером, но Кэтлин ответила, что святой отец слишком устал для
встречи с кем-либо. А связавшись с ней после завтрака, я узнала, что он отправился сюда.
- Вам ведь некуда спешить, правда? Выходите из машины, мы пойдем поищем его,-
успокаивающе произнес я.
- Я должна поделиться с ним моей тревогой за Кевина,- заявила Майра в отчаянии.- У
меня камень на сердце, Доминик.
Она вырулила на обочину под деревьями аллеи, задев передним бампером ясень, и
покинула автомобиль.
- Похоже, у меня все валится из рук,- буркнула она в слезах.
Ее глаза созерцали траву под ногами. Произошедшее вчера между нами было забыто и
вычеркнуто из жизни. Гордое лицо женщины выглядело застывшей маской.
Мне пришла в голову сумасшедшая идея. Я приведу Майру под те самые деревья,
растущие на краю зеленой лужайки, откуда она в ту ночь подглядывала за Гарриет и
убийцей. Или же увидела Гарриет и убила ее. Я заставлю Майру снова пережить эту
сцену. Возможно, воспоминание побудит ее выдать себя. Неспешно шагая по траве, я
представлял, как приведу миссис Кевин в замешательство каверзными вопросами, хотя
понятия не имел, что это будут за вопросы. Я чувствовал, что нахожусь на грани
неприятного открытия, нервничал и был подавлен.
- Я так и не получила никаких известий от старшего офицера,- прервала молчание
Майра.
- Кевину предъявлено обвинение в политическом заговоре,- неловко отозвался я.- Не в
убийстве.
- Тогда я вообще ничего не понимаю,- горько вздохнула миссис Лисон.- При чем тут
политика?
Но у Майры не было времени задать все вопросы, вертевшиеся у нее на языке: мы
подошли к полосе деревьев и онемели от зрелища, столь странного, что на какое-то
мгновение я испугался за свой рассудок.
Ярдах в пятидесяти, спиной к нам, у кромки воды, стоял Фларри, сжимавший удилище.
Вспененный поток торопливо гнал свои волны прочь от него. А на самой середине реки
барахталась фигура человека в черном, то исчезая в глубоком омуте, то вновь появляясь на
поверхности. Вот пловец снова вынырнул, держа в поднятой правой руке предмет,
сверкнувший в слабом луче солнца. Я сфокусировал свой бинокль на безумном
купальщике. Им оказался отец Бреснихан. Вода стекала с его перекошенного лица. Майра
вскрикнула и рванулась вперед, но я крепко схватил ее за запястье.
Причины этой трагической сцены я могу воссоздать по показаниям Фларри Лисона,
суть которых Конканнон изложил мне на следующий же день.
Незадолго до моего пробуждения в доме Лисонов появился отец Бреснихан. Он
попросил Фларри о немедленной беседе с глазу на глаз. Хозяин дома собрался
порыбачить в свое удовольствие, поэтому предложил святому отцу составить ему
компанию.
- Вы слышали, что мой брат арестован?- поинтересовался мой друг.
- Мне об этом сказала Кэтлин,- ответил священник.
- Бедный глупый лис - он перехитрил самого себя,- меланхолично сообщил Фларри.-
Политиканы погубят эту страну! Святой отец, вы плохо выглядите. Видно, паломничество
не пошло вам на пользу. Вы похожи на саму смерть во плоти.
Отец Бреснихан ничего не ответил. Дойдя до зеленой лужайки, он остановился.
- Ну, святой отец,- добродушно произнес Фларри,- вы пришли, чтобы выслушать мою
исповедь?
- Я не люблю, когда исповедь делают предметом шуток,- автоматически возразил отец
Бреснихан.
- Хорошо, тогда что вы от меня хотите?- осведомился владелец поместья.
Святой отец обратил свой взор на собеседника. Глаза горели лихорадочным огнем на
его изможденном лице.
- Это я пришел вам исповедоваться, Фларри,- торжественно произнес он.- Вашу жену
убил я.
- Вы? Ну что вы, святой отец!- успокаивающе заговорил Лисон.- Вы явно не в себе.
Возможно, вы больны и бредите.
- Говорю же: я убил вашу жену,- настаивал священник.- Вы должны мне верить!
- Быть не может, чтобы вы оказались способны на жестокость! Конечно, я вам не
верю.- В замешательстве Фларри перебирал свои удочки.
- Оставьте снасти в покое и слушайте меня!- приказал священник.
- Успокойтесь,- продолжал мой друг мягко.- Я вызову доктора. Он быстренько
приведет вас в порядок.
- Меня уже ничто не поможет!- Это был крик проклятой души.- Бог меня не простит!
Как я могу желать, чтобы вы простили меня? Все, что я прошу,- понять мои действия. И
тогда я пойду в полицию и сдамся.
- Очень хорошо,- отвечал Фларри проникновенным тоном, каким разговаривают с
сумасшедшими.- Вы убили Гарриет. И как это произошло?
Он уселся на траву рядом с отцом Бресниханом, который начал свою повесть, стараясь
сдержать подергивание своего лица. Иногда монолог святого отца был больше похож на
неразборчивое бормотание, и Фларри едва мог уловить смысл его слов, иногда, напротив,
речь священника замедлялась и становилась четкой, словно он должен был убедить
собеседника в своей правоте.
- Попрощавшись с вами той ночью (вы помните?), я думал сократить путь вдоль речки.
Я устал. Мне нужно было проветриться. Я как раз дошел до этой полянки... Ведь это
произошло здесь, не так ли?- Отец Бреснихан произнес это, словно человек, только что
осознавший, где находится.- Я набрел на вашу жену, раскинувшуюся на траве. Она
улыбалась мне, обнаженная и бесстыдная. Я склонился над ней, собираясь сделать ей
выговор. Это был мой долг. Мой долг, вы понимаете?
- Ну конечно же!- усмехнулся Фларри, все еще подыгрывая безумцу.- Вы не могли
позволить, чтобы в вашем приходе валялись обнаженные женщины.
- А вашим долгом было, как я вас предупреждал, держать свою жену в узде,- ответил
церковник.- Отец Бреснихан провел рукой по лицу, словно стряхивал паутину.- Женщина
была пьяной и наглой. Она попыталась обхватить мои коленки. Сначала я подумал, что
это жест мольбы. Я ошибался. Она... она... она пыталась соблазнить меня!
Теперь святой отец забормотал себе под нос, словно Фларри вообще не было рядом.
- Она была мне отвратительна. Запах спиртного, исходящий от нее. Запах ее тела.
- Какое суровое испытание для вас, святой отец!- насмешливо вставил хозяин поместья.
- Эта женщина не отпускала меня. Она поливала меня бранью и шипела, словно змея,-
завороженно говорил церковник.- Она была в ярости, потому что я убедил Доминика
Эйра в греховности его проступка и он пообещал мне больше никогда не предаваться
разврату с ней. Я поведал ей, что она погрязла в смертном грехе. Это было моей
обязанностью, хотя она и не принадлежала к нашей вере. Я объяснял, что она шлюха, что
будет гореть в аду, если не искупит своего греха.
- Сильно сказано, святой отец!- заметил Лисон-старший.
- Она смеялась надо мной, заявив, что я не мужчина, а евнух,- возмущенно воскликнул
священник.- Евнух! Мне надо было уйти от нее тогда.
Отец Бреснихан посмотрел на Фларри обезумевшим взглядом. Священник дрожал.
- Но блудница была ужасно сильной. Она притянула меня к себе. Я понял, что она
задумала отомстить мне, погубив мою душу. Плоть. Потеющая плоть. Ужасно.- Святого
отца перекосило от отвращения.- Женщина, словно дикое животное, полезла на меня, ее
пальцы срывали с меня одежду. Я не мог вырваться из ее цепких рук. Грешница обладала
дьявольской силой.
Священник прервался, вытирая слюну с губ.
- Я не отрицаю, Фларри, я поддался искушению,- продолжал он более сдержанно.-
Сильному искушению. Я молился, чтобы не согрешить. А искусительница смеялась.
Какое наслаждение для нее - погубить священника! Теперь я вынужден был сражаться со
своей плотью, со всем своим грешным существом, так же как с ее телом. Даже воздух
вокруг смердел похотью.- В невидящих глазах церковника отражался пережитый ужас.-
Мне удалось достать свой перочинный нож и открыть его. Я обезумел. Я словно бы вонзал
нож в собственную развращенную плоть. Женщина отпустила меня и упала. Я спас свою
душу.
Последовало продолжительное молчание. Отец Бреснихан дрожал, словно загнанная
лошадь.
- Понятно. И что вы сделали потом?- отрешенно спросил Фларри.
- Я почувствовал ужасное отвращение. Я отбросил нож прочь. Лезвие сверкнуло в луче
выглянувшей луны... я видел, как клинок упал в глубокий омут.
- А дальше?- все тем же безразличным тоном произнес мой друг.
- Я убежал. С трудом добрался до дома. На улице не было ни души, и меня никто не
видел,- торопливо бормотал священник.- В одном месте на дороге мне показалось, что я
слышу позади шорох велосипедных шин, но никто так и не обогнал меня. Это, наверное,
была галлюцинация.- Запавшие глаза отца Бреснихана отчаянно взирали на Фларри.-
Однажды я сказал, что убийство не прощается никогда, оно лишь может быть забыто. Я
ошибался. Я не надеюсь, что вы простите меня. Я лишь хочу, чтобы вы поняли причины
моего преступления. Я уже написал архиепископу, а теперь сдамся властям.
- Понять вас, святой отец? Но вся ваша история выдумана от первого до последнего
слова. У вас нервный срыв. Вы сам не свой,- мягко убеждал безумца мой друг.
- Но я...
- Вы всегда были против плотских грехов,- продолжал Лисон почти ласково.- А теперь
они вам мстят. Вы все это вообразили себе.
- Хотелось бы мне, чтобы вы были правы; Фларри!- вздохнул священник.- Но это не
так.
- Тогда где кровь?- недоверчиво произнес собеседник.
- Кровь?- криво улыбнулся церковник.- Я сжег все в печке, вернувшись домой. Кэтлин
в тот день куда-то отлучилась, и у меня была целая ночь, чтобы уничтожить следы. Я
смочил одежду в бензине. Впрочем
...Закладка в соц.сетях
