Жанр: Боевик
Марафон со смертью 3. Марафон со смертью
... Кстати, помня о летнем нападении на него в собственном подъезде, Николай купил бейсбольную биту и не ступал больше
на темную лестницу подъезда без этого не запрещенного законом, но весьма эффективного оружия.
Теперь дело стало продвигаться намного успешнее, и Коля заявил эфир через две недели...
Самойленко с Дубовым сидели в монтажной - оставалось "добить" лишь несколько вставок в сюжеты, и программа была
бы готова к предварительному просмотру, - как вдруг Колю позвали к телефону:
- Николай Сергеевич, кажется, жена, но очень плохо слышно.
Коля взглянул на часы - половина пятого. Наташка в это время обычно возвращалась с работы, чтобы отпустить нанятую
все же для Леночки няню - Степаниду Владимировну, аккуратную старательную пенсионерку, с любовью и заботой
относящуюся к девочке.
"А может, она задерживается и хочет попросить меня подскочить домой?" - думал Коля, пока шел к телефону.
- Да! Самойленко слушает.
- Коля... - голос у Наташи был очень странный - хриплый, сдавленный, тихий. Ему показалось, что она плачет.
Сердце Николая тревожно сжалось:
- Наташа, что случилось? Ты что плачешь? Ну, говори же, не молчи!
- Коля, приезжай. Срочно. Быстрее! - и она, расплакавшись окончательно, не в силах больше говорить, повесила трубку.
Самойленко побежал в монтажную.
- Андрей, ты на машине?
- Да, - недоуменно посмотрел тот на друга, не сразу сообразив, что от него хотят.
- Дай ключи!
- А что случилось?
- Дай быстрее! Мне срочно надо домой!
- Так давай я с тобой.
- Пошли!
И они стремглав бросились к выходу, Коля только заскочил в свой кабинет за битой...
"Жигуленок" Дубова летел по трассе как ветер, будто на ралли, обходя попутный транспорт и едва успевая разминуться со
встречным.
Андрей правильно рассудил, что двадцать пять километров через весь город в час пик они будут ехать слишком долго,
поэтому решительно рванул на кольцевую дорогу, решив компенсировать лишние километры бешеной скоростью.
Меньше чем через полчаса они уже подъезжали к дому Самойленко, чуть раньше сюда же с включенными мигалками
подкатила машина "скорой помощи". У подъезда уже стоял и милицейский "рафик".
- Ни фига себе! - присвистнул Андрей, а Коля лишь нервно, да так, что даже побелели костяшки пальцев, сжал рукоятку
биты.
Лифты, как обычно, не работали, и им пришлось бежать по той самой злополучной лестнице. Никогда в жизни, наверное,
не поднимался Николай так быстро на пятый этаж!
Двери в квартиру Самойленко были открыты настежь, и все помещение, как показалось Коле, было заполнено людьми в
милицейской форме и в белых халатах.
- Гражданин, вы куда? - попытался остановить его кто-то из сотрудников милиции.
- Я хозяин квартиры, - каким-то чужим голосом ответил Коля, не замечая, что держит наперевес свою бейсбольную биту. -
Что здесь происходит?
И тут взгляд его вдруг упал под ноги - прямо у входных дверей, в маленьком тесном коридорчике лежала Степанида
Владимировна, странно заломив руку за спину и раскинув ноги. Посередине ее лба бросалась в глаза маленькая бескровная
дырочка.
Лужица крови растеклась, тем не менее, по ковру под ее головой. "Значит, - вдруг совершенно отрешенно подумал
Николай, - пуля вышибла затылочную кость на выходе".
Эксперты-криминалисты колдовали теперь над остывающим трупом несчастной женщины, фотографируя его и заполняя
протокол осмотра.
- Мы разбираемся, что здесь произошло, - важно пробасил милиционер, пропуская Николая в квартиру. - Заходите, там
следователь.
- А где моя жена?
- Гражданка Самойленко?
- Конечно.
- Там, в комнате. С ней врач.
Коля бросился в комнату.
На софе лежала Наташа. Колю поразила бледность и безжизненность ее лица.
Врач, наверное, только что сделал ей укол и теперь сидел рядом, что-то приговаривая и считая пульс. Заметив Николая, он
вышел из комнаты и, направился к милиционерам.
- Наташа, что здесь...
- Коля...
- Что случилось?
- Они украли Леночку!
- Что?!
Коля вдруг почувствовал, что у него потемнело в глазах. Леночку?! Украли?! Да полно, уж не сошла ли она с ума!
- Где она? - спросил он у Наташи, но та в ответ лишь зарыдала.
В это время зазвонил телефон. Коля автоматически поднял трубку:
- Алло!
- Самойленко?
- Да. Кто это?
- Свои, не бойся. Менты еще не ушли?
- Кто это? - Коля вскочил, в ярости сжимая трубку. - Подонки, я вас...
- Тихо, не кипятись, как холодный самовар. Твоя девчонка у нас. С ней все в порядке, не беспокойся.
Мы потом обсудим наши проблемы, а сейчас заруби на носу одно - ментам про дочку ни слова, ясно?
Иначе ты ее больше никогда не увидишь, понял?
- Ясно.
- Тогда все. Перезвоню вечером, когда у вас уже все будет спокойно. Тогда и побеседуем.
- Подождите... - попытался еще что-то сказать или спросить о чем-то Николай, но в трубке уди раздались короткие гудки
отбоя.
Николай задумчиво положил трубку на рычаг.
- Кто это звонил? - Наташа, конечно же, почувствовала, что разговор был о Леночке, и теперь смотрела на Колю с
тревогой и надеждой. - Что они сказали?
В этот момент в комнату вошел какой-то мужчина в штатском.
- Следователь Павлов, - представился он. - Вы, как я понимаю, муж Натальи Петровны - гражданин Самойленко?
- Да, Самойленко Николай Сергеевич, шестьдесят шестого года рождения, родился в Одессе...
- Погодите, я не о том пришел спросить... Так что вы, Наталья Петровна, говорили о вашей дочери? Вы считаете, что
убийцы ее похитили?
- Да, дочери нигде нет. Степанида Владимировна была с ней, а когда я пришла...
- Наташа, да ты что! - наигранно удивился Николай, взяв жену за руку. - Я тебе разве не сказал?
Или ты сама забыла - из-за всего этого?
- А что? - Наташа напряженно вглядывалась в его глаза, пытаясь понять, куда он клонит.
- Я же отвез сегодня утром Леночку к бабушке!
Она взяла отгул и решила сама посидеть с внучкой - очень соскучилась по ней. Я же тебе говорил, ты что, забыла?
В комнате повисла тяжелая тишина.
Наташа не отрываясь смотрела в глаза Николая, пытаясь его понять. Он незаметно сжимал ей руку, как будто умоляя
догадаться о чем-то.
Следователь недоуменно переводил взгляд с одного на другого, не улавливая смысла этого молчания.
- Ну да, конечно, - вдруг нарушила молчание Наташа, согласно кивнув. - Конечно же, ты говорил мне, предупреждал. Как
это я забыла?
- Ну вот, вспомнила!
- Так что, никакого похищения дочери не было? Вы уверены? - переспросил следователь, окинув их обоих
подозрительным взглядом.
- Конечно! Дочь у тещи...
- Ладно, потом еще поговорим, - и следователь вышел из комнаты, недоуменно покачивая головой.
- Коля, что это значит? - шепотом спросила Наташа, когда дверь за следователем закрылась. - Почему мы не сказали ему
правду? Может, еще не поздно начать поиски, по горячим следам найти бандитов...
- Тихо! - он ладонью зажал жене рот. - Тихо, Наташа, а то услышат!
- Ты можешь мне толком объяснить? - она опять начинала нервничать. - Что происходит?
- Только что звонили ОНИ...
- Кто они?
- Те, кто украл Леночку. Они потребовали, чтобы милиция в это дело не впутывалась, иначе...
- Что "иначе"?
Коля в ответ лишь промолчал, опустив голову, и Наташа поняла все без слов.
- Что они хотят от нас? Выкуп?
- Не знаю. Они обещали перезвонить вечером, когда в квартире не будет милиции. Наташа, у нас нет выбора - остается
только ждать...
Резкая трель телефонного звонка раздалась в квартире Самойленко лишь около десяти вечера.
Николай, Наташа и Андрей, оставшийся на всякий случай у Самойленко, среагировали не сразу - несколько секунд они,
весь вечер нетерпеливо ожидавшие этого звонка, сидели в каком-то странном оцепенении, не в силах двинуться с места. И
вдруг одновременно вскочили, бросившись к телефонному аппарату.
Трубку взял Николай.
- Алло!
- Самойленко?
- Я.
- Ты один? Ментов нет?
- Нет.
- Ты им ничего не сказал?
- Ничего.
- Правильно сделал. Значит, кое-что понимаешь, не до конца еще безнадежный.
- Что вы хотите?
- Это ты, наверное, хочешь получить дочку обратно? Или мы ошибаемся?
- Не ошибаетесь. Что вы хотите от меня взамен?
- Сегодня какой день недели?
- Понедельник.
- Когда выходит твоя программа?
- Какая программа? - Николай не понимал, о чем говорит бандит.
- Твоя, Про фирму "Технология и инжениринг", про заработанные на "Вольво" деньги.
- В пятницу.
- Так вот. Наши условия - дочку ты получаешь в обмен на все документы и сюжеты, которые только есть у тебя по этому
делу. На все-все копии, понял, чтобы у тебя после этого ничего больше не осталось, ясно? И, конечно же, в пятницу в твоей
передаче ни слова не будет об этой фирме. Ты врубился, про что базар? Условия усек?
- Подождите, так быстро я не могу...
- Дочь хочешь живой увидеть - сможешь.
- Конечно, но мне нужно время, чтобы убедить начальство снять программу с эфира, чтобы собрать документы,
уничтожить все лишние копии...
- А мы тебя и не торопим. Работай, думай, как все провернуть побыстрее. И еще одно условие - ты назовешь нам имя того,
кто втравил тебя в эту историю, ясно?
- Я не знаю его...
- Бабушке своей сказки рассказывай. Той, которая с пулей во лбу, зажмурившись, на полу валяется! - противно заржали на
том конце провода.
- Хорошо. Когда вы отдадите мне дочь? Я выполню все условия.
- Во сколько должна выйти программа?
- В девятнадцать двадцать.
- В пятницу в девять вечера, после того, как мы убедимся, что ты все понял правильно, мы с тобой свяжемся и назначим
встречу.
- Как, вы будете держать ее до пятницы? - Николай с такой силой сжал трубку, что, казалось, пластмасса вот-вот
раскрошится под его пальцами.
- А ты что думал?
- Но ведь она совсем крошка! Вы же не знаете, как за ней ухаживать, чем кормить...
- Не сцы. За ней приглядывает старушонка. В отличие от твоей, еще живая! - снова развеселился говоривший, цинично
рассмеявшись.
- Давайте все сделаем быстрее...
- А как нам проверить, что передача не выйдет?
Нет уж, все будет, как мы сказали. А ты можешь действовать, и побыстрее - уничтожай все копии, какие у тебя есть.
Понял?
- Дайте мне поговорить с дочерью!
- Ее здесь нет.
- Я не буду ничего делать, пока не буду знать, что с ней все в порядке.
- Завтра в девять вечера я тебе снова позвоню.
Сможешь поговорить.
- Точно?
- Не бойся, с ней все в порядке. Пока все в порядке. Теперь все зависит от ее папочки.
- Я все сделаю...
- Давай-давай, действуй! - и на том конце провода бросили трубку. , - - Ну, что они сказали? - схватила его за рукав
Наташа, как только он положил трубку на рычаг.
- Они отдадут Леночку. Все будет хорошо, не бойся, - ободряюще обнял Николай жену, но по его взгляду она тут же
поняла, что он чем-то сильно озабочен.
- Что они хотят; от нас?
- Чтобы я перестал копаться в одном деле.
- И ты еще думаешь? Ты еще в чем-то сомневаешься? - Наташа даже отстранилась от него, с ужасом и подозрением глядя
теперь на мужа. - Тебе что, это твое чертово дело дороже единственной дочери?
- Ну что ты, милая! Что ты плетешь? Конечно, я сделаю все, что они хотят, лишь бы поскорее вернуть Леночку, - снова
обнял ее Николай, пытаясь успокоить. - Как ты вообще могла такое подумать?
- А когда они отдадут ее, Коля?
- В пятницу.
- В пятницу?!
- Я сделаю все, чтобы вернуть ее раньше... Ладно, Наташа, ты ложись, тебе надо отдохнуть. А я пойду провожу до
машины Андрея...
Когда они спустились вниз, Коля тоже сел в "Жигули" вместе с другом.
- Ты куда-то хочешь поехать? - спросил Андрей.
- Нет, сегодня, наверное, бесполезно что-либо предпринимать. Честно сказать, я и не знаю, что можно сейчас сделать, -
горестно покачал головой Николай.
- А что ты вообще думаешь об этом?
- Не знаю. Если ничего не придумаю, придется выполнить все их требования.
- Конечно, о чем разговор.
- Но можем и придумать кое-что. Есть у меня надежда. Я не хотел говорить тебе в квартире - боялся, что раз они там
побывали, могли и "жучок" какой-нибудь поставить.
- Запросто могли, - подтвердил Андрей. - Я тебя давно предупреждал, что работают против нас парни серьезные. Это они
тебя тогда... И Ларису, я в этом уверен, тоже они. И документы из редакции похищали они же.
- Да. Зря я тебе сразу не поверил... Короче, Андрюша, записывай номер телефона. Это в Москве, позвонишь по коду.
Кажется, 095...
- Я посмотрю, не волнуйся, - Дубов записал названный Николаем номер. - Звонить прямо сейчас?
В Москве уже полночь скоро, у нас час разницы...
- Да, сейчас. К чертям приличия! Спросишь Александра Бондаровича. Записал? Если трубку поднимет его жена или кто-то
еще, скажи, что его обязательно нужно найти, и как можно быстрее.
Передашь ему, что у Коли Самойленко беда. Можешь даже и конкретно сказать - мол, похитили дочь, взяли в заложники.
Скажи, что очень нужна его помощь, что без него - никак.
- Понял.
- Если он согласится приехать, встретишь его в аэропорту. Ты у себя его сможешь поселить?
- Без вопросов.
- Понимаешь, я думаю, пока не стоит его тащить к себе. Наверное, будет лучше, если никто не будет знать о его приезде.
Даже Наташке не скажу.
- Ясно.
- Если все будет нормально, позвони мне и скажи - все идет по плану. Больше ничего, я пойму.
- Ясно, не волнуйся.
- Потом, когда он прилетит, я сам вам позвоню откуда-нибудь из города, из автомата. Мы встретимся и все обсудим на
месте.
- А он кто? Почему ты так на него надеешься?
- Банда-то? А я тебе еще не рассказывал? Банда - профессионал. Настоящий профи. Я таких еще никогда не встречал. Он -
лучший из лучших.
Понимаешь, раньше я думал, что такие ребята только в американских боевиках и бывают. А он - реальный, настоящий. Он
может все.
- А где вы познакомились?
- В Одессе. Вместе раскручивали одно дело.
Только я - как журналист, а он - как спецагент.
- Ни черта себе! - присвистнул Дубов. - Так он что, из КГБ, что ли?
- Вроде того. Если я правильно понял, сейчас он командует каким-то страшно секретным зверским спецподразделением
головорезов.
- Круто! И ты думаешь, он сможет.; выкроить, время, чтобы помочь тебе?
- Насколько я знаю Банду - он поможет обязательно. А главное - кроме него, нам никто не сможет помочь. Так что езжай,
Андрюша, сейчас вся надежда на тебя.
Звонок из Минска встревожил Банду не на шутку - он знал, что без серьезной причины Коля Самойленко его бы не
побеспокоил.
Поговорив с Дубовым и записав на всякий случай его минский номер телефона, Банда тут же позвонил на квартиру
Котлярова.
- Да!
- Степан Петрович? Бондарович беспокоит. Не спите еще? Не разбудил?
- Привет, Саша. Да нет, телевизор смотрю...
Чего у тебя стряслось-то?
- Степан Петрович, хочу отпроситься.
- То есть?
- Мне нужно на неделю исчезнуть.
В трубке некоторое время молчали.
Котляров, конечно, понимал, что Банда не тот человек, чтобы делать такие заявочки с бухты-барахты. Но, с другой
стороны, они ведь не в "Зарницу" призваны играть - а если что-нибудь случится, что потребует срочного участия
спецподразделения?
На всякий случай полковник решил проявить строгость:
- Майор Бондарович! Вы понимаете, что ваше подразделение находится в состоянии постоянного боевого дежурства? Вы
понимаете, о чем просите?
- Так точно, товарищ полковник! Именно поэтому я вам и звоню в такое позднее время.
- Банда, - смягчил тон Котляров, - что случилось? Куда ты рвешься?
- У моего друга в Минске большие проблемы.
Кстати, вы, может, его и помните - Самойленко Николай, журналист из Одессы. Он нам с детьми тогда помогал
разбираться.
- Так ты же говоришь, в Минск едешь?
- Он перебрался из Одессы. Женился. В общем, я должен ему помочь, Степан Петрович.
- Ладно, езжай, - согласился Котляров, понимая, что насильно Банду все равно не удержишь. - Надолго?
- Не знаю. На месте сориентируюсь, тогда вам перезвоню, предупрежу. Но, думаю, за неделю управлюсь.
- Да ты за неделю можешь и президента свергнуть в стране средних размеров - я ж тебя, черта, знаю! - пошутил Котляров,
чтобы скрыть свою тревогу.
- Степан Петрович еще есть один момент... Я возьму с собой кое-что из нашего снаряжения.
Степан Петрович только хмыкнул: он знал, о каком снаряжении шла речь.
- Ты командир группы, ты материально ответственное лицо - тебе и решать.
- Я посчитал нужным предупредить вас об этом, Степан Петрович.
- Правильно посчитал... Ты, Банда, только смотри там, поосторожнее...
Конечно, скандала не избежать, если спецназевец ФСБ с комплектом спецснаряжения "засветится" на территории чужого
государства. Это полковник Котляров понимал отлично, и ему оставалось лишь надеяться, что так же отлично понимает это
и Банда.
- Конечно, Степан Петрович. Вы, же меня знаете!
- Знаю. Поэтому и молчу.
- Степан Петрович, еще просьба есть.
- Слушаю.
- Если мне понадобятся какие-то данные из картотеки нашей или белорусской, я могу рассчитывать на вашу помощь?
- Звони.
- Спасибо.
- Кого оставляешь вместо себя?
- Майора Рудницкого. Он справится. Я ему сейчас позвоню, предупрежу.
- Ладно, не буди человека. Я ему сам утром скажу... Ну, Банда, смотри у меня!
- Все будет отлично, командир!
- Иди к черту! - и Котляров повесил трубку.
Сашка набрал минский номер Дуба.
- Андрей? Это Бондарович. Выезжаю через час.
В Минске буду к девяти утра.
- Где вас встречать? На вокзале или в аэропорту? Вы как добираться будете?
- Да нет, я на машине. Меня в самолет с моими штучками не впустят.
- Тогда я буду ждать вас в девять утра на Московском шоссе. При въезде в Минск с правой стороны вы увидите кладбище,
у самой дороги. Вы его никак не минуете. Там у входа есть небольшая автостоянка. Синяя "шестерка", номер 23 - 57 MI.
Записали? А вы на чем?
- "Опель-Аскона", старый и битый. С украинскими номерами. Надеюсь, узнаете.
- Хорошо. До встречи.
Банда повесил трубку и обернулся: в дверях спальни стояла Алина, разбуженная телефонным звонком, и странноподозрительно
смотрела на него.
- Саша, что случилось? Чего тебе надо в Минске? Что-нибудь с Колей?
- Да, Алинушка. У него, похитили дочь.
- Ты что?!
- Да, Сама понимаешь, ему сейчас очень нужна моя помощь. Я должен ехать.
- Да, - она согласилась, но ее большие красивые глаза выдавали всю тревогу, заполнившую сейчас ее сердце. - Ты будешь
осторожен, правда?
- Алина, а как же иначе?
Он подошел к ней, обнял и ласково поцеловал, успокаивая, отгоняя прочь ее страхи.
Действительно, от его прикосновения у Алины отлегло от сердца, и все не казалось таким уж страшным и опасным, она
даже улыбнулась:
- Ты нас там не забудешь? Белорусочку себе не найдешь? Говорят, они красивые.
- Конечно, красивые. Но ты - лучше всех. Моя и навсегда. Ясно?
- Саша, а может, мне поехать с тобой? Мы ведь давно к Николаю собирались.
- Алинушка, боюсь, ему сейчас не до гостей.
Время не подходящее слегка...
- Я понимаю, думала, может, смогу тебе быть чем-то полезной.
- Алина, я позвоню тебе, когда все решится, и тогда, возможно, ты прилетишь. Хорошо?
- Хорошо.
- А пока, если тебе так хочется мне помочь, дай-ка мне пару тысяч долларов.
- Конечно, - Алина пошла к шкафу за деньгами. Ни на мгновение у нее не возникло сомнений, что так нужно - ведь так
распорядился Банда...
Прежде чем выбраться на Минское шоссе, Банда заехал на базу отряда - нужно было действительно взять с собой кое-что,
чтобы в Минске чувствовать себя увереннее.
Он положил в машину бронежилет скрытого ношения - легкую и надежную модель шведского производства, затем,
подумав, взял еще один - на тот случай, если Коле Самойленко придется ему помогать.
Потом Банда взял комплект оборудования для прослушивания телефонных разговоров и комплект для дистанционного
подслушивания и наружного наблюдения.
Наверное, это все, что может пригодиться в таком деле, на которое он отправлялся.
Кроме оружия, конечно...
Он загрузил в "Опель", аккуратно спрятав под сиденье, бесшумный пистолет "Гюрза" - замечательное изобретение
российских оружейников, и пистолет-пулемет "Кипарис", который считался опытным образцом вооружения
спецподразделений.
Этот автомат нравился Банде и своими небольшими размерами, и тем, что был оборудован надежным глушителем и
лазерным целеуказателем - в ближнем бою весьма необходимыми приспособлениями. Кроме того, пули, выпущенные из
"Кипариса", практически не давали рикошета, что было бы очень кстати, если придется применять его в помещении.
Добавив к этому арсеналу три обычные гранаты и три шоковые, Банда сел за руль - теперь он был готов к поискам дочери
Николая...
- Коля? Это Андрей. Еще не заснул?
- Шутишь? - грустно спросил Самойленко.
Вернувшись домой, после того как проводил Дубова, он застал Наташку всю в слезах. От Коли потребовалось много
терпения и ласки, чтобы хоть как-то успокоить ее, уложить в постель и уговорить уснуть.
Сам же он остался сидеть у нее в изголовье, чувствуя, что сон к нему сегодня не придет.
- Слушай, по нашему делу...
- Ну?
- Все идет, как договаривались.
- Точно?
- Ну конечно! Завтра в пятнадцать минут девятого жди от меня вестей.
- Вестей? - Коля очень хотел спросить, что Андрей имеет в виду. Он очень хотел расспросить, как отреагировал Банда. Но
понимал, что делать этого нельзя - сам предупреждал Андрея об осторожности, - Да. У меня будут новости.
- Так ты позвонишь?
- Конечно. Как раз в это время буду у одного товарища старого, давно к нему не заезжал. От него и позвоню. Так что будь
готов - жди!
Теперь до Коли, кажется, дошло, что хотел сказать Дубов - скорее всего он заедет за ним утром, а чтобы те, кто может
прослушивать телефон, не сели на хвост, решил напустить как можно больше тумана. Молодец!
- Хорошо", Андрюша, жду!
Ровно в восемь пятнадцать у подъезда Самойленко затормозили знакомые синие "Жигули".
- Наташа, я пошел.
Коля надел куртку и взял с собой кейс, в котором носил все самые важные документы и свою биту.
- Ты куда? На работу?
- Конечно. Надо выполнять требования этих подонков. Пойду проворачивать все как можно быстрее.
Ему хотелось плеваться - до чего же противно в собственной квартире бояться сказать лишнее слово! Но иного выхода
пока не было.
- Коля, мы спасем Леночку?
- Ты сомневаешься? Обязательно! Главное, Наташа, запомни - ты сидишь дома безвылазно. Не отходи от телефона - вдруг
эти позвонят. Двери не открывай никому ни в коем случае. Если кто будет звонить - сиди как мышь, будто никого нет дома.
Ясно?
- Да.
- С милицией, если будут звонить, в контакт не вступай - придумай что-нибудь. Скажи, что чувствуешь себя очень плохо,
что у тебя нет сил.
- Я поняла, - А главное, малышка, держись!
Он обнял ее и поцеловал на прощание.
В какой-то момент ему захотелось шепнуть ей на ухо - не беспокойся, мол, здесь скоро будет Банда, он обязательно спасет
Леночку. Но это была лишь минутная слабость, с которой Николай быстро справился, подумав про себя, что лучше Наташе
пока ни о чем не рассказывать.
- Ну что, Андрей? - первым делом спросил Коля, усаживаясь в машину Дубова. - Дозвонился до Банды, я тебя правильно
понял?
- До какой банды?
- До Бондаровича. У него прозвище такое, даже на службе его так зовут.
- Круто!
- Просто ему это имя подходит лучше любого другого. Так что он сказал? - Что, что... Сейчас увидишь, - и Андрей,
увеличив скорость, вырулил со двора...
Через полчаса они въезжали на автостоянку у Московского кладбища.
Уже с шоссе, когда "Жигули" только поравнялись с воротами кладбища, Самойленко разглядел на стоянке знакомый еще
по Одессе салатовый с металлическим отливом "Опель-Аскону":
- Банда оказался здесь даже раньше их...
- Коля, ну ты - как ребенок! - выговаривал Банда другу, выслушав его рассказ о всех событиях, предшествовавших
похищению Леночки. - Ты что, не понимал, во что влез?
Они беседовали в машине Банды, решив, что здесь, на стоянке у кладбища, как раз самое спокойное место, где им никто
не сможет помешать обсудить все детали предстоящей работы и уточнить план совместных действий.
- Как я мог подумать... - попытался оправдаться Самойленко, недоуменно пожимая плечами, но его, не слушая, перебил
Андрей:
- Я же ему сразу сказал, как только он в ту аварию попал, - нечисто дело!
- Конечно, - согласился Банда. - Нужно было еще тогда меня вызывать. Мы бы смогли поработать спокойно, не в
цейтноте. А сейчас... Сколько у нас времени? До пятницы?
- Да, - Николай нервно закурил. - Понимаешь, Банда, я, конечно, могу отдать им все документы. Я могу вырезать из
программы свой сюжет, заменив его какой-нибудь лабудой про тетю Глашу, накопившую сто долларов на подпольной
торговле сигаретами без акцизных марок. Но мне противно, понимаешь? Я не хочу идти этим гадам на уступки!
- Конечно, понимаю, - опять согласился Банда. - Я бы на твоем месте тоже попытался что-нибудь придумать, прежде чем
сдаваться.
- С другой стороны, самое главное для меня - чтобы с Леночкой все было в порядке...
- Это для нас всех главное, - перебил его Банда. - Ладно, мужики, кончаем обсуждение проблем. Давайте переходить к
делу. Мне нужна ваша помощь.
- Конечно.
- Вам не показалось странным, что у вас на работе смогли так запросто похищать документы и видеозаписи?
- Мы думали об этом. Наверное, против нас действуют профессионалы, для которых не существует преград в виде охраны
телецентра, закрытых дверей...
- И которые весьма хорошо осведомлены обо всех ваших делах. Верно? - перебил Самойленко Банда. - У меня сложилось
впечатление, что кто-то из вашей телевизионной бригады работает на бандитов.
- Банда, ты что говоришь? - чуть не задохнулся от возмущения Коля, услышав такое от друга. - Да у меня в редакции - все
свои, ребята честнейшие и преданнейшие и делу, и мне в конце концов! Я сам их подбирал, и если ты не знаешь, то не говори
лишнего. Ты вот на Дубова, к примеру, посмотри...
- Александр, не обращайте на него внимания - он, наверное, все же неисправим, - перебил друга Андрей, - не умеет
реально смотреть на вещи. Он считает, что если сам относится к человеку с душой, то и человек ему обязан отплатить тем
же. И жизнь его ничему не учит.
- Не правда. Просто как
...Закладка в соц.сетях
