Жанр: Боевик
Тамара Астафьева 2. Мстительница
...з плотной бумаги и принялась перебирать цветные снимки. - И уж, тем
более, не частные сыщики!"
Фотографий оказалось не менее сорока, и все они, как одна, оказались отменного
качества. Было понятно, что большинство из них сделаны с очень приличного расстояния, но
при этом, конечно, использовался телеобъектив. К тому же, каким бы Петр мог быть
детективом, если по совместительству не был бы хорошим фотографом?
Светлану Петровну Тамара узнала сразу. Да и как было не признать в слоноподобной
бабище с коротким ежиком бесцветных волос ту самую Толстую Задницу, рассказами про
которую прожужжала все уши Виктория.
Вот Светлана Петровна, словно специально позируя фотографу, замерла, кажется, всего
метрах в трех от него. Взгляд маленьких глазок направлен прямо в объектив. На заплывшей
жиром физиономии выражение недовольства. Густые брови грозно нахмурены. Массивный
бюст...
"Как у Саманты Фокс", - непроизвольно отметила Тамара...
...решительно выпирает вперед. На толстухе тесное летнее платье, которое лишь слегка
прикрывает колени.
"Если она с подобной фигурой покупает себе такие "ночные рубашки", да еще и рискует
в них появляться на улице, то с головой у нее, явно, не всё в порядке. Или привыкла к тому, что
все смотрят на нее, как на огородное пугало, и на мнение окружающих ей давно начихать? Я
бы на ее месте предпочла какой-нибудь свободный балахон до земли. Вот только, не приведи
Господь когда-нибудь раздаться в ширину до подобных размеров!"
Следующая фотография: Светлана Петровна, уже одетая более или менее сносно (в
темно-бордовый деловой костюм), собирается сесть в свой серебристый "Патрол". На этот раз
она стоит спиной к фотокамере, зато на снимке отлично запечатлелась круглая рожа галантно
открывающего ей правую переднюю дверцу здоровенного лба лет тридцати...
"Телохранителя и шофера", - догадалась Тамара.
...не менее толстого, чем хозяйка. С таким же коротким ежиком пегих волос, как и у
Светланы Петровны. Выше ее примерно на полголовы, хотя, как известно, толстуха маленьким
ростом не отличается.
"Интересно, кроме охранника и водилы, какие обязанности еще исполняет этот верзила?
Вроде бы, ясно, какие, вот только даже моей извращенной фантазии не достает, чтобы
представить этих мастодонтов в кровати. Тьфу, гадость!"
Еще несколько фотографий толстухи:
Светлана Петровна в длинном домашнем халате на крыльце своего трехэтажного
коттеджа из красного кирпича;
Светлана Петровна (в том же халате) на балконе в компании лысого типа лет
пятидесяти, наряженного в строгий черный костюм, но без галстука.
- Это и есть Игнат Анатольевич? - пробормотала Тамара, стараясь запечатлеть в памяти
невыразительную физиономию мужика.
Петр на секунду скосил глаза на фотографию.
- Генеральный директор ЗАО "Доброе Дело", - выдал он емкую информацию. -
Шлаин Александр Александрович. Игнат - тот посубтильнее. И никогда не носит
костюмов. - И вновь погрузился в прослушивание попсы, оставив Тамару один на один с
фотографиями.
Как она поняла уже через десять минут, те были строго разделены на три приблизительно
равные части (разве что не пронумерованы) - первая полностью посвящена Толстой Заднице;
вторая - дяде Игнату; третья состояла из видовых снимков объекта:
Решетчатые, как и ограда, ворота, через которые на территорию "Простоквашина"
въезжает большой черный "Лэнд Круизер". Рядом с воротами будка секъюрити.
Длинный двухэтажный дом из белого кирпича без каких-либо архитектурных излишеств,
построенный, скорее всего, по типовому проекту сельской школы.
"Детский дом. Без сомнений". - Тамара переложила фотографию в низ пачки.
На следующем снимке - одноэтажное здание с большими окнами, плотно прикрытыми
белыми жалюзи. Можно было бы предположить, что в нем располагается администрация
"сиротского комплекса", если бы это строение прямо-таки вызывающе не выделялось тем
специфическим внешним обликом (каким именно, Тамара никогда объяснить не смогла бы),
который присущ всем медицинским учреждениям.
"Скорее всего, это и есть то бывшее родильное отделение, в котором сейчас
эскулапы-садисты вырезают у здоровых детишек органы на продажу. Подобным в своих
концлагерях занимались фашисты. Вот только шестьдесят лет назад трансплантология не
достигла еще таких успехов, как сейчас, и мерзавцы ограничивались лишь тем, что скачивали у
ребятишек кровь. Теперь берут всё, что только возможно.
Не-е-ет! Если уж я взялась за это дело, то доведу его до конца. Только толстухой и
дядей Игнатом не ограничусь!!!
А вот, похоже, и Игнат Анатольевич. Собственной мерзкой персоной".
На снимке запечатлены четыре невзрачных (таких же типовых и навевающих тоску, как
и детский дом, и родильное отделение) двухэтажных коттеджа, предназначенных для
сотрудников, постоянно проживающих на территории "Простоквашина". Три - ну прямо
близнецы-братья, и лишь четвертый, занимающий место правофлангового в идеально ровной
шеренге этих казарм, выделяется из их строя тем, что к входной двери у него прилеплено
маленькое крыльцо, над крышей которого нависает скромный балкончик. А на балкончике,
опираясь ладонями об ограждение, стоит голый до пояса мужичок. И первое, что бросается
сразу в глаза, - это его круглый, нависающий над штанами животик...
"Как у беременной бабы, ожидающей, минимум, тройню".
...на фоне которого узкие костлявые плечики выглядят до смехотворного
непропорциональными.
Следующей фотографией оказалось в несколько раз увеличенное изображение этого
бледного пупса, демонстрирующего с балкона всему "Простоквашину" свой "впечатляющий
торс".
- Это и есть Игнат? - Тамара протянула снимок Петру.
- Да. - Сыщик закурил еще одну зловонную сигарету и обогнал грузовик. - Там есть
еще. Правда, немного и не самого лучшего качества. Игнат Анатольевич, наверное, очень не
любит сниматься. Поймать его в объектив оказалось очень непросто. Гулять не выходит, а по
территории перемещается, как на передовой - короткими перебежками... Чего-то или кого-то
он опасается, - после непродолжительной паузы задумчиво повторил Петр свое мнение, уже
озвученное им два дня назад.
- Думаешь, мести племянницы?
- Нет, так не думаю. Ее он давно похоронил в своей памяти. Скорее всего, просто нажил
себе паранойю, столько лет в ожидании возмездия занимаясь всей этой грязью, за которую мало
и пули.
- Припасу для него что-нибудь поувесистее, - пообещала Тамара и протянула Петру
еще одну фотографию. - Это он со своею подстилкой?
- Да. Федоренко Оксана Григорьевна, 24 года. Старшая медсестра сиротского
комплекса, - сообщил детектив и снова замкнулся в себе.
Тамара еще раз внимательно разглядела снимок, на котором к продолжавшему стоять на
балконе Игнату присоединилась стройная молодая особа в коротком халатике и со светлыми
волосами, эффектно перехваченными на лбу узкой лентой из черной материй.
"Симпатичная. Не пойму, что может объединять ее с этим брюхатым ничтожеством,
страдающим паранойей и не имеющим за душой ничего святого? Как она может его
обнимать, целовать, делить с ним постель? Меня бы вот вытошнило!"
...Игнат куда-то стремительно шагает по территории комплекса.
Игнат рядом с черным "Джипом Чероки" - скорее всего, тем, который купил еще в 1992
году.
Игнат разговаривает с уже знакомым лысым мужчиной в черном костюме - генеральным
директором "Доброго Дела". Сказать, что рядом с ним дядюшка в синем спортивном
костюмчике и с растрепанными волосами выглядит очень невыигрышно - это не сказать
ничего.
Игнат (в том же синем костюмчике) куда-то направляется вместе с высоким молодым
человеком. На вид его спутнику нет и тридцати. На нем светло-зеленый медицинский халат,
из-под которого выглядывают такие же светло-зеленые брюки.
- Кто-нибудь из медицинского персонала?
- Близнюк Евгений Сергеевич. - На этот раз детектив не удостоил снимок даже
мимолетного взгляда. Он и без этого понял, о ком идет речь. - Главврач всей этой шаражки.
Хирург и патологоанатом в одном лице.
- Такой молодой...
- ...да ранний! - Петр обогнал еще один грузовик и после этого до самой Вырицы
больше не произнес ни единого слова. А почему бы не помолчать и не послушать гнилую попсу
московского розлива, если Тамара не пристает больше с вопросами и молча - наверное, уже в
десятый раз - перетасовывает колоду из фотографий клиентов и их гадючьего гнездышка?
...К тому моменту, когда они проехали Вырицу и километра через четыре свернули с
шоссе на грунтовку, у Тамары в памяти намертво запечатлелись образы не только дяди Игната
и Светланы Петровны, но и кое-кого из администрации и охраны сиротского комплекса. Она
несколько раз, чтобы уже никогда не забыть, повторила про себя номера "Патрола" и черного
"Джипа Чероки". Руководствуясь лишь разрозненными фотографиями отдельных участков
территории "Простоквашина" (как хорошие шахматисты могут вслепую проводить сеанс
одновременной игры сразу на нескольких досках), нарисовала в своем воображении план
сиротского комплекса, и даже не сомневалась, что если где и ошиблась, то совсем
несущественно. Оставалось лишь убедиться в точности своих умозаключений, посмотрев
наяву, а не на фотографиях на это зловещее "Простоквашино"...
- Приехали. - Петр свернул на обочину и заглушил мотор. - Вот по этой тропинке, -
он кивнул налево, и Тамара, посмотрев в том направлении, никакой тропинки не
обнаружила, - километра полтора до объекта. Сама понимаешь, почему на ту дорогу, что
ведет к нему напрямую, я соваться не стал...
Тамара кивнула (мол, понимаю) и положила конверт с фотографиями назад в бардачок.
- ...По шоссе мы не доехали до этой дороги приблизительно с километр, - продолжал
детектив, не спеша вылезать из машины. - Поедем обратно, покажу тебе тот поворот.
- А куда ведет эта дорога?
- Пес ее знает! Судя по карте, в какую-то деревушку... Чё расселась? Надевай сапоги. И
не забудь про корзинку.
В корзинке, закутанный в старую тряпку, лежал двенадцатикратный бинокль
"Навигатор", у Арчи Гудвина за пазухой была припрятана кобура с автоматической "Астрой
А-90" (так, на всякий пожарный), а в маленьком рюкзачке, который он достал из багажника и
нацепил на широкие плечи, компанию термосу и бутербродам составляла видеокамера "Сони".
В остальном Тамара и Петр ничем от двоих горожан, выбравшихся в лес за грибами, не
отличались.
На Петре - потрепанный камуфляжный костюм и высокие походные бутсы, на Тамаре -
темно-коричневый спортивный костюм, старая зеленая курточка и зеленые же резиновые
сапоги, которые немилосердно жмут (весь этот маскарад она купила вчера в "секонд-хэнде").
Волосы на затылке стянуты в узел, голова повязана черной банданой. Лесная разбойница -
хоть сейчас на большую дорогу!
- Пока будем идти через лес, постарайся набрать хоть немного грибов, - бросил через
плечо детектив и пошел через узкую пожню, отделявшую грунтовку от березовой рощи. Прямо
по стерне (никакой тропинки, о которой он упоминал, Тамара, как ни старалась, обнаружить
так и не смогла). - Хоть свинушек. Хоть сыроежек. Но чтобы в корзинке, когда придем на
место, у тебя что-нибудь было.
"...чтобы в корзинке... что-нибудь было...", - про себя передразнила детектива Тамара и
принялась извлекать из-под куста трухлявый от старости подберезовик. Мокрый куст
неприветливо осыпал ее холодным дождем. - У меня хоть корзинка, а у тебя? Волына за
пазухой? Видеокамера в рюкзаке? Грибничок! Ваня Сусанин! Где твоя тропка, по которой мы
должны выйти к объекту?"
- Ау! - К трухлявому подберезовику Тамара добавила червивую сыроежку. И сорвала с
пня пригоршню ложных опят. - Где тропинка?!
- Я на ней. Иди сюда. И не кричи на весь лес.
- Если не хочешь вызвать никаких подозрений и выглядеть правдоподобно, наоборот,
веди себя пошумнее. Где ты встречал горожан, которые, оказавшись в лесу, не начинали бы
сразу орать во всю глотку?.. Ах, какие же здесь грибные места! - цинично "восхитилась"
Тамара и положила в корзинку еще один большой и гнилой подберезовик. Корзинка заметно
прибавила в весе. - Всё, считай, на жареху набрали. Только есть ты ее будешь один...
- Пошли, - перебил разговорчивую Тамару Петр и стремительно зашагал по узкой
звериной тропе.
Нет, сегодня он даже отдаленно не напоминал того "рубаху-парня", каким предстал перед
Тамарой позавчера. Наверное, всё объяснялось проще простого: сейчас детектив был на службе,
притом на такой, на которую приходится таскать с собой "Астру А-90".
(Так, на всякий пожарный).
Запланированный на вчерашний день военный совет, на котором втроем - Энглер, Петр
и Тамара - должны были пересмотреть план мести Светлане Петровне и дяде Игнату, не
состоялся. При этом, инициатором срыва явилось единственное заинтересованное лицо -
Виктория.
- Том, ты, конечно, меня извини, - виновато потупила взор она вчера утром, перед этим
проболтав более часа по телефону с Андреем, - но сейчас я хватаю машину и валю на весь
день по делам. Ты уж позвони Арчи Гудвину, перебей стрелку на завтра... Хотя... - Энглер
замялась. Тамара ждала. - ...Хотя, и завтра, наверное, у меня ничего не срастется.
- Не мне и, тем более, не Петру всё это надо. В первую очередь, тебе, дорогая, -
сварливо заметила Тамара.
- Да, да, конечно. Но ты ведь помнишь, я тебе говорила, что из двух зол надо выбирать
наибольшее и в первую очередь стараться избавиться от него. Чем я сейчас и занимаюсь:
определила наибольшее зло и, пока не поздно, спешу разработать какую-нибудь вакцину
против него. А второе - дядьку Игната и Толстую Задницу я в полном объеме перепоручаю
тебе. И не сомневаюсь, что с этим ты справишься даже лучше меня. Ну, а если всё же
почувствуешь, что что-то не клеится, что можешь всё закосячить, то только скажи... прямо так
и скажи: "Извини, Вика, но я слагаю с себя обязательства по всей этой бранже". Я пойму тебя.
И как только чуть-чуть разгребу непонятки с Андрюшей и его пацанами, сразу переключусь на
толстуху и дядюшку. Придется им еще чуть-чуть подождать.
- Нет, не придется, - спокойно и очень уверенно покачала головой Тамара. - Если уж я
сказала, что разберусь с этими гадами, то за свои слова отвечать должна до конца. Развлекайся
с Андрюшей, компостируй ему мозги, выведывай тайны, а я сегодня сама встречусь с твоим
детективом, перетрем с ним вдвоем новый план действий. И вперед... Энглер, всё же ответь,
где ты нашла этого Гудвина? Надеюсь, не по рекламе в газете?
- Мне его рекомендовал Гепатит, - улыбнулась Виктория (и учыбка эта - почти что
блаженная - была, несомненно, вызвана всплывшим в памяти образом ее ненаглядного
Олега). - А на подобные рекомендации следует полагаться с полной уверенностью. Так что
рядом с Петром можешь чувствовать себя абсолютно спокойно. Этот парень не подведет.
- Посмотрим, - не выразила никакого энтузиазма Тамара и, взяв с базы трубку
домашнего телефона, демонстративно принялась набирать на ней номер частного детектива,
давая подруге понять, что разговор с ней окончен, все вопросы утрясены, и она может
убираться к Андрюше. С данной минуты в операции "Простоквашино" Тамара принимает
командование на себя. И в том, что эту операцию она не провалит, не должно быть и капли
сомнения...
- Тома? - Петр сразу узнал ее голос. - Привет, дорогая. Извини, но сейчас говорить не
могу. Убегаю. Стою уже на пороге. Перезвоню через час. Ты будешь дома?
"А куда же я денусь?..
- Перезванивай. Жду.
...Небось вообразил, - презрительно поморщилась Тамара, - что твой домашний уже на
прослушке, приятель, и бежишь покупать телефонную карту, чтобы поговорить со мной из
автомата. Да ты, парень, не только раздуваешь из мухи слона, но еще и боишься собственной
тени. Уж не ошибся ли Гепатит, порекомендовав Вике такого нервного детектива? Или,
наоборот, не ошибся, порекомендовав такого предусмотрительного и осторожного?
Посмотрим..."
Петр перезвонил через сорок минут и первым делом отменил предстоящую встречу.
- А что нам обсуждать, что нам перепланировать, - резонно заметил он, - если ты
имеешь только поверхностное представление о том, что представляет собой "Простоквашино"?
Давай-ка начнем с того, что съездим туда, прогуляемся по окрестностям. Посмотришь на всё
своими глазами. Тогда можно будет хоть о чем-нибудь разговаривать. А пока... Короче,
встречаемся завтра на "Звездной" у выхода с эскалатора. Форма одежды для леса... ну, ты
понимаешь. Никаких ярких тряпок. Ничего больше от тебя и не требуется. Разве что приготовь
что-нибудь перекусить. Всё остальное обеспечиваю я.
- Что именно?
- Машину...
- Это понятно. - На то, что Энглер теперь, обучившись вождению, хоть на один день
расстанется с "Ауди", Тамара и не надеялась. Так что приходилось рассчитывать на Петра. -
Нам потребуется какая-нибудь оптика.
- Двенадцатикратный "Навигатор" устроит?
- Вполне. Не помешала бы видеокамера.
- Есть "Сони". - На все вопросы у детектива был заготовлен четкий ответ.
- Ништяк! А еще бы не помешал карабин. - Петр рассмеялся:
- Ты собираешься на охоту или за грибами? Какой, к чертям, карабин?
- Я собираюсь не на охоту. И не за грибами. Я собираюсь неизвестно куда, и один
Господь знает, что это неизвестное может нам подготовить.
- Не беспокойся. Я ни разу не ездил туда без ствола.
- А что у тебя? - Тамара подумала, что не чересчур ли она любопытна, но махнула
рукой: она - представитель заказчика, а Петр - исполнитель, который получает хорошую
плату, и в том, как отрабатывает это голье, обязан отчитываться. И не краснеть от не слишком
корректных вопросов.
- "Астра А-90", - как ни в чем не бывало ответил он.
- Эта волына хороша для гоп-стопа, - Тамара любила оружие и разбиралась в нем не
хуже эксперта-баллистика, - но влезать с ней в какую-нибудь шухму на природе - гиблое
дело.
- Ты бы, конечно, предпочла "Блиндисид" или "Энс-филд", - Петр показал, что он
тоже кое-что смыслит в оружии, - но представь, каково с такой тяжестью ходить по грибы. И
что могут подумать о нас местные жители, наткнись мы на них с таким арсеналом в лесу? Так
что, Тамара, - ухмыльнулся детектив, - пока ограничимся "Астрой". А о более крупном
калибре подумаем, когда решим отправляться на приступ... Итак, завтра в восемь на
"Звездной". Не опаздывай.
- Не опоздаю, - сказала Тамара, подумав при этом, что впервые за четыре последних
года ей доведется проехаться на метро. Тоже неплохо. Настолько, насколько неплохо
возрождать в памяти почти стертые из нее впечатления. Даже такие сомнительные, как поездка
в час "пик" в битком набитом душном вагоне.
Не заблудиться б еще в этом метро. Не опоздать!
"Не опоздаю!" - уверенно решила Тамара Астафьева и начала собираться в Петербург за
покупками - "униформой грибника" (постарее и поневзрачнее), в которой не стыдно
показаться в лесу.
Для наблюдения за "Простоквашиным" Петр выбрал не самое подходящее место.
- Вон там было бы лучше, - не преминула указать на это Тамара. - Или вон там, в
кустах. Ближе в два раза. К тому же, оттуда отличный вид на ворота.
- Ты права, Тома. Я думаю так же: ближе в два раза, и оттуда отличный вид на ворота.
Кроме меня и тебя так считают и в службе безопасности "Простоквашина". Так что за то, что
пара их камер наружного наблюдения нацелены именно туда, куда ты сейчас показала, я готов
поручиться. Сюда же глядеть никто и не подумает. - Детектив снял рюкзак и достал из него
маленький сверток, который в развернутом виде преобразился в почти невесомое, тонкое, как
паутина, бурое покрывало. Петр расстелил его на влажном мху, извлек из рюкзака видеокамеру
и устроился на подстилке, оставив половину свободной, - для напарницы. - Ложись, не
отсвечивай, - обернулся он к ней. - И имей в виду: если появится кто-то поблизости, или
почувствуем за собой наблюдение, придется нам заниматься любовью.
- Сыро же, - пробормотала Тамара и, наклонившись, коснулась ладошкой
чудо-материи.
- Влаги она не пропускает, - небрежно заметил детектив и направил видеокамеру на
раскинувшийся примерно в пятистах метрах от них сиротский комплекс. - Ложись же ты, черт
побери! Принимайся за дело. Изучай стан врага, в который, возможно, в ближайшее время тебе
предстоит нанести визит. Вон, кстати, смотри, гуляет Евгений Сергеевич.
...За четыре часа, что они провели на своем наблюдательном пункте, оборудованном на
опушке густого ельника, позаниматься любовью им так и не довелось. Ни единого человека
поблизости. Никакого ощущения, что за тобой ведут скрытое наблюдение.
"Может, и жаль", - несколько раз ловила себя на мысли Тамара и, не отрываясь от
окуляров бинокля, пыталась представить, как Петр прижимает ее к своей обнаженной
мускулистой груди.
Как скользит вниз молния на ее коричневой курточке, послушно распускается узел на
спортивных штанах, и под них (жесткая и холодная) ныряет ладонь детектива.
Как его пальцы перебирают волосы на лобке, нежно касаются клитора, а потом
подцепляют за резинку трусы и стягивают их (а заодно и штаны) на колени...
Нет! Даже ниже! Стягивают совсем. Надо только, чтоб не мешали избавиться от
сапог.
...Как от прилива страсти перехватывает дыхание, и в этот момент!..
- Тамара.
- ...А?
- Чего ты так дышишь?
- Как?
- Так, будто пробежала три мили по песчаному пляжу. У тебя, случайно, нет астмы? Или
аритмии?
- Нет. Всё нормально, не беспокойся...
"...дурачок. Неужели не понимаешь, что не только от астмы или аритмии порой
спирает дыхание?"
За четыре часа на территории "Простоквашина" несколько раз ненадолго появлялись и
генеральный директор, и главный врач, и Игнатовская "подстилка" Оксана. Петр показал
Тамаре врача-анестезиолога, главного бухгалтера и свою знакомую Катю, работающую на
пищеблоке. Чем занимается добрая половина сотрудников комплекса и как их зовут он не знал.
Так же, как не знал и имен двух мордатых секьюрити, безобидно дувшихся в нарды на
скамеечке возле ворот.
- Да и откуда... да и зачем нам это знать? - прошептал Петр, отведя взор от дисплея
видеокамеры. - Главное, что я почти точно определил круг посвященных - тех, кто имеет
прямое отношение к торговле детскими трансплантантами, а потому подлежит уничтожению.
Таких всего несколько человек. Остальные сотрудники даже не представляют, к чему они
причастны, считают, что "Простоквашино" - это нечто вроде перевалочной базы для
ребятишек, которым подыскивают приемных родителей за рубежом.
- И из скольких же мерзавцев состоит этот круг?
- На данный момент я точно определил девятерых. Конечно, их куда больше, но
остальные в Питере, в Москве, за границей. До них не достать. А из тех, кто под рукой, кто
постоянно крутится в этих местах, я знаю девятерых. Думаю, что с течением времени прибавлю
к ним еще двух-трех человек.
- Не человек, - поправила Тамара, - а отмороженных гадов. Кого из этих девятерых
посвященных я уже видела?
- Игнат в поле зрения пока так и не появлялся, - детектив положил видеокамеру на
подстилку и принялся загибать на руках пальцы. - Толстая Задница со своим телохранителем
тоже. Это трое, которых ты знаешь только по фотографиям. Сегодня воочию ты наблюдала
обоих врачей - анестезиолога и хирурга, - старшую - она же и операционная - медсестру,
генерального директора и главбуха. Итого, уже восемь. Девятый - Магистр. За всё время, что я
здесь дежурю, некто, очень похожий на него, появлялся здесь всего один раз. Притом,
выскочил из машины и скрылся в здании детского дома настолько стремительно, что я его не
успел не только сфотографировать, но даже как следует разглядеть. А потом стемнело. Так что
как выглядит Миша Магистр, я, к сожалению, не знаю. Хотя, это не страшно. Собрать досье на
этого молдаванина не проблема.
- А какая у него была тачка?
- В тот раз он приезжал на "Рэйнж Ровере". Но это не существенно. Сегодня он уже
может раскатывать на "Астон Мартине" или на "Вольво". У подобных ребят никогда нет
постоянной машины.
Петр попробовал было вновь взяться за видеокамеру, но Тамара его остановила:
- Погоди. У меня еще есть вопросы. Ты перечислил девятерых. И сказал, что
собираешься приплюсовать к ним еще двоих-троих. Кто кандидаты?
- В первую очередь, начальник службы охраны. Его, к сожалению, я пока так и не
вычислил.
- Может быть, он сейчас в отпуске?
- На таких должностях не берут отпусков.
- Может быть, на больничном?
- Не берут ни отпусков, ни больничных.
- Может быть, никакого начальника службы охраны нет вообще?
- Исключено.
- А если его обязанности исполняет Магистр?
- Тем более, исключено! - Петр повернулся к Тамаре и сокрушенно покачал головой
(мол, ну что за тупые вопросы ты задаешь!). - Во-первых, на хрена такая забота Магистру?
Ему вполне достает своих собственных. Во-вторых, начальником службы охраны такого
рассадника зла никакой бандит никогда быть не сможет. Здесь нужен специалист,
поработавший в органах, имеющий опыт и связи. Заслуживший в определенных кругах
репутацию если и не кристально честного, то хотя бы не склонного преступать рамки закона
человека. И, наконец, в третьих: начальник службы охраны если и не обязан неотлучно
находиться здесь, на объекте, то появляться в "Простоквашино" регулярно он должен.
Магистра же... И то, еще неизвестно, его ли, - поспешил оговориться Петр. - Так вот,
Магистра за ту неделю, что наблюдаю за комплексом, я видел всего один раз.
- Ты готов всё это как-нибудь объяснить?
- У меня есть одна версия. Скажем, если бы ты не знала про дядю Игната и не видела бы
сегодня его фотографий, то даже в течение недели, наблюдая за невзрачным и суетливым
стручком в мешковатом спортивном костюме, иногда появляющимся на территории комплекса,
не посмела бы даже предположить, что именно он и есть один из заправил во всей этой игре.
Так же и шеф местной секъюрити может косить под какого-нибудь кочегара или разнорабочего.
Ни внешним видом, ни поведением не вызывать подозрения... Гляди, вот и дядюшка, - на
полуслове вдруг прервался Петр и перевел взгляд на дисплей видеокамеры. Тамара прильнула к
окулярам бинокля.
Куря на ходу, от одного из коттеджей (того, что с крыльцом и балконом) стремительным
шагом направлялся тот, кого она уже виде
...Закладка в соц.сетях
