Жанр: Боевик
Прогулки на краю пропасти
...ак? - выдохнула она.
- Да нормально все, - быстро, словно желая отвязаться, ответил он. - А ты
че мне звонишь?
- Да просто.
- А. Ну, встретимся, как договаривались, - проговорил бесчувственный Саня
и сразу же "отбился".
Как ни странно, но недовольный голос товарища привел Варю в чувство.
Паника постепенно сошла на нет. Сердце
забилось ровнее.
"Ничего не происходит, - сказала она себе. - Все в порядке".
И в самом деле, все было - или казалось - в порядке. Ярчайшее солнце,
море на полгоризонта, жужжанье
насекомых. Заросший сорняками, одичавший виноград. Чтобы совсем привести себя в
чувство, Варвара набрала на сотовом
московский домашний номер.
Трубку сняла мама.
- Варенька! - В голосе мамы звучала очевидная, радость. Только родители
могут так радоваться звонку своих
выросших детей. - Ты позвонила. А почему не вечером? Сейчас ведь дороже.
- Мама, я в командировке, - снисходительно проговорила Варвара. - Все
расходы оплачивает фирма.
Было чудно стоять вот так: совсем одной на многие километры с видом на
пустынное море и разговаривать с
домом.
- Как вы там? - спросила Варя.
- Я варенье варю, - с гордостью доложила мама. - Абрикосовое. А папа на
работу уехал. Опять они его вызвали. - В
мамином голосе послышалась (одновременно с недовольством) и скрытая гордость за
отца, за его незаменимость. - А ты
что там делаешь?.. Ты, кстати, одна?
В вопросе матери, одна ли она, прозвучал упрек, смешанный с надеждой.
Мама - как, наверно, все матери на свете,
спала и видела, как бы выдать дочку замуж. И считала что та - в свои-то двадцать
пять! - непозволительно засиделась в
девках.
- Нет, мама, я не одна, - с легкой досадой проговорила Варя. -
Поклонников пруд пруди.
- Да? Приличные хоть люди?
- О да! - "А ведь и вправду от мужиков отбоя нет". - Один - миллионер
местный. Другой - репортер, золотое перо.
А третий... Ну, третий вообще красавец. И умник...
Они поговорили еще пару минут, а когда Варя разорвала соединение, она
почувствовала себя совершенно
успокоившейся.
"Ну, вот видишь: все абсолютно нормально. Мама варит варенье и
интересуется твоими поклонниками. Папа
поехал консультировать очередной проект в свою фирму. Саня бегает, наверно, по
Абрикосову в поисках Борисова. Ну, а
Сергей Александрович... Может, Сергей Александрович по бабам поехал. Или - в
бане парится в рабочее время. Вот телефон
у него и не отвечает".
И, отбросив дурные предчувствия, Варя зашагала по проселочной дороге
дальше.
Вот, наконец, и поворот на Соленую Падь.
Варя приблизилась к съезду на туристическую стоянку и едва не застонала.
Нечто подобное она предполагала, но
истинное положение вещей оказалось куда хуже даже самых мрачных ее
предположений.
Земля на повороте была более рыхлой, чем на дороге. И отчетливо
просматривалось: тут побывало как минимум
двадцать машин. Судя по покрышкам - "уазиков" и легковушек. Ни одно транспортное
средство не остановилось на дороге.
Следы протекторов уверенно спускались вниз, к месту преступления. "Пешком вы
пройти не могли? Обязательно ехать
надо было? - возмутилась Варя. - Неужели эксперты после такого нашествия смогли
хоть что-нибудь найти?!"
Она ступила на стоянку. Худшие опасения, увы, подтверждались. Вся поляна
изъезжена машинами, усеяна
окурками и спичками, утоптана следами разнокалиберных ботинок... Искать здесь
нечего. Будто Мамай прошел.
"Понятно, как все происходило. Саша позвонил в милицию со своими ужасными
новостями. Случай -
беспрецедентный. Особенно по меркам небольшого курортного поселка. Расчлененка,
погибли четверо! В Соленую Падь тут
же срываются все абрикосовские наряды. Сколько, интересно, в поселке милицейских
машин? Штуки три. И наверняка -
все сюда явились. Никому не пришло в голову сохранить место преступления в
неприкосновенности. Каждый счел своим
долгом лично осмотреть трупы и высказать свои предположения... А потом прибыло
начальство из Суджука и Краснодара
и внесло свою лепту в общий бардак. А эксперты, наверно, появились, когда все
следы уже были уничтожены".
Осторожно ступая по траве (хотя к чему теперь такие предосторожности?),
Варя прошла к месту преступления.
Стоянка, абсолютно пустая, поражала величественной природой и хвойным
запахом. Шикарное местечко: соток
семьдесят земли - с соснами, с ослепительным видом на море. Тишина, терпкий
запах хвои, соленое дыхание безграничной
воды. "Странно, что никто еще эту Соленую Падь не приватизировал. Особняк здесь
не построил".
Ладно, хватит лирики. Хорошо, что никого кругом нет. Надо пользоваться
моментом и установить хотя бы
минимум из возможного. Понять, где стояла машина потерпевших, где находилась их
палатка и где они все были в момент
преступления.
Варя еще раз взглянула под ноги: на перекрестья машинных протекторов,
россыпь милицейских окурков - и только
вздохнула. Искать ей придется долго. Но она все равно попробует.
"Плясать будем от костровища, - решила Варя. - Вряд ли милиционеры стали
бы жечь здесь собственные столы.
Значит, будем искать место, где разводили огонь четыре-пять дней назад".
Варя еще раз осмотрела поляну. В момент преступления тут находились одни
Карказины. Других машин, Саша
сказал, не было. Значит, Карказины могли выбрать себе самое лучшее местечко. .
"Куда бы поставила палатку я сама?" - спросила себя Кононова.
В очередной раз осмотрелась. Обратила внимание: на обрыве расчищена от
кустов смотровая площадка, довольно
большая, примерно два на два метра.
"Очень эффектно, конечно, расположиться на краю скалы, с видом на
воду..."
Варя сходила на смотровую площадку, бросила рассеянный взгляд на
колышущееся внизу море. "Нет, не подходит.
Красиво, конечно, но... как-то незащищенно. Ночевать на скале, бр-р. Здесь
хорошо сидеть с парнем, держась за руки, а вот
спать - увольте".
На всякий случай она присела на корточки, проползла по площадке. Нет,
палатка здесь не стояла. Следы костра -
есть. Но они совсем старые, относятся, скорее, к ранней весне.
Хорошо. Где тут еще уютные местечки? Ровная площадка с двумя одинокими
соснами? Хороша, но совсем рядом с
дорогой-спуском. Тоже неуютно: ты спишь, а на стоянку вдруг приезжает машинаполуночница.
Левее, там, где заросли
кустов? Нет, тоже не годится: по пути - огромные ямы, легковушка не пройдет, а
зачем ставить палатку в отдалении от
машины?
А вон там, метрах в двадцати от спуска, - будто бы двухкомнатная
квартирка. Очень красивое, уютное местечко.
Варя подошла поближе. С минуту, забыв о деле, просто любовалась пейзажем.
Молодые сосны выросли ровно,
будто по линеечке, и образовали как бы две смежные комнаты. В одну из них
прекрасно поместилась бы машина, а во
второй - вполне можно поставить палатку.
"Лично я бы осталась здесь", - решила Варя.
Она уверенно вошла в "квартирку" и тут же поняла, что не ошиблась в своих
предположениях. Карказины сделали
тот же выбор. Вот характерная примятость: след от палатки. "Типовая,
трехместная", - определила Варя. А вот и остатки
свежего костровища.
О том, что она не ошиблась, свидетельствовали и следы "повышенной
милицейской активности" - окурки местных
сигарет "Дон" лежали на земле чуть ли не рядами.
Варя опустилась на колени.
Почва в "квартирке" утоптана так, что не различишь ни следа: сплошное
месиво ботинок, кроссовок, шлепок. Но
Варя все же попыталась исследовать жилую "комнатку". На первом же метре ей
попалось двадцать четыре окурка местных
папирос, три спички, втоптанный обувью кусок целлофана и пуговица.
"Бесполезно", - заключила Варя. Поднялась с коленей. Ладно, что теперь
переживать. В конце концов, она не
эксперт. Даже найди она волоски и ворсинки - без лаборатории от них все равно
толку мало.
"Буду действовать - глобально, - решила Варя. - Для начала надо понять:
где находились все Карказины в момент...
в момент чего? Появления маньяка с неустановленным холодным оружием?"
Она представила: вечер, часов семь-восемь. Семейство сидит у костра,
любуется звездами, слушает шум моря.
Динка, наверно, вся в нетерпении: ждет своего Сашу. Что они делали? Могли
ужинать. Или - играть в карты. Или - просто
болтали... в момент, когда... Как же все начиналось? На площадку - спустился
человек... или люди... бросились на них...
Варя вновь присела на корточки, исследуя костровище. Подступы на площадку
прекрасно просматриваются с
любой точки. Ну ладно, допустим: враг подкрадывался к ним не от входа в
"квартирку", а из-за сосен, с тыла. Все равно,
сколько бы гадов ни было, семья бы не сидела смирно. Боролась бы.
Но даже минимальных следов борьбы Варя не обнаружила. Она внимательно
осмотрела сосны-"стенки". Стволы -
девственно чисты, сколов коры нет, ветки - не сломаны. Только - бурые пятна
высохшей крови.
"Кровь будто фонтаном лилась! - ужаснулась Варя. - Интересно, делали ли
анализ: чья это кровь? Одного человека
- или всех четверых?"
Она потопталась по площадке, подумала. "Нет, не складывается. Допустим,
семейство, как я решила, сидит у
костра. И тут к ним подходит некто... нечто... Саша прав. Не будут четверо
взрослых людей смирно, без борьбы встречать
свою смерть. Сиди они здесь все четверо - я бы заметила следы сопротивления,
драки... Нет, в момент преступления они,
видимо, разделились. Каждый занимался своим делом. Кто-то - купался, кто-то -
любовался закатом. Карказин, может
быть, включил переноску и возился с машиной. Саша, кажется, упоминал, что тот
копается в своем авто при первой
возможности - если не чинит, так профилактику какую-нибудь делает...
Поэтому попробуем принять версию: в момент нападения все Карказины
находились в разных местах. А значит,
налицо - фактор неожиданности, каждый встретил опасность - один на один,
бороться сложнее... Стоп. А почему они тогда
не кричали? Допустим, нападают на первого - и он молча ждет, пока его убивают?
Не орет, не предупреждает об опасности?
Или на них на всех - напали одновременно? Но тогда врагов должно быть как
минимум четверо. И те должны были
синхронизировать свои действия...
Ладно. Задачка пока не по зубам, - решила Варя. - Но в одном я уверена,
уверена почти наверняка: вряд ли в
момент преступления вся семья сидела у костра. В таком случае с ними бы так
просто не справились. Они разбрелись,
потому и получилось все так фатально".
Варя еще раз внимательно осмотрела кровавые пятна на соснах. Пожалуй, она
погорячилась, когда ужасалась
количеству крови. Крови действительно много - но не на всех деревьях. Одна
сосенка, с кривой верхушкой, залита вся. На
соседних - только брызги. Остальные деревья и вовсе не заляпаны.
"Да, их убивали поодиночке. И здесь убили - кого-то одного. Кто скорее
всего сидел у костра? Мать, наверно.
Впрочем, не важно. В любом случае - нужно найти, где убивали остальных - задача
не из простых, но я все равно попробую.
Как бы мне сузить круг поисков?.. Эх, Сашку бы спросить: видел он, где
конкретно находились все трупы?
Позвонить ему, что ли? Нет, не буду звонить. Не нужно его дергать - тем более с
такими вопросами. Справлюсь сама. Пусть
опыта у меня нету - зато здравый смысл есть. Проверю сначала вторую "комнату" -
где стояла машина".
Варя покинула "гостиную", перешла в "гараж", опустилась на колени...
Следы, следы... обрывки газет - почему они
здесь? Окурки, спички, даже столбики пепла сохранились, не рассыпались... А вот
и кровь: огромное бурое пятно... совсем
рядом сосны - они тоже в ржавых брызгах...
Она протиснулась между густо растущими деревьями, зашарила в траве под
ними. Снова окурки... еще одно
кровяное пятно... а это что?
Варя осторожно, двумя пальцами подняла кусок промасленной тряпки.
Понюхала ткань. Отчетливый запах
машинного масла и - крови.
"Я угадала. Карказин-старший, похоже, возился с машиной. Хотя... Почему
именно Карказин? Может быть, он
попросил Динку уровень масла проверить... Да нет, скорее, конечно, сам. Ладно,
без разницы, кто именно здесь был.
Главное, что место гибели двоих мы установили. Если найти, где напали на
остальных, гипотезу, что убили их поодиночке,
можно будет считать подтвержденной".
Варя вышла из зловещей "квартирки". Мысленно поделила поляну на отрезки -
так искать проще.
"Начнем с краю. От обрыва. А стоянка-то - здоровая. Если по правилам,
ползком осматривать - все колени себе
обдеру".
Она с минуту подумала и решила: ползать ей незачем. Не крошечные улики
ведь ищет, а очевидные - кровавые
пятна. Их она и с высоты роста заметит.
Варя прошла по первой "линии" - параллельно обрыву. Ничего. Вторая,
третья, четвертая... "Я вполне могу
ошибаться. Допустим, они разделились только наполовину.
Скажем, двоих убили - у костра, а остальных - в "гараже". Да и почему мне
так важно - где именно это случилось?!
Могла бы и у Сашки спросить... Ладно, Кононова, не сдавайся! Взялась искать -
так ищи!
Половина поляны пройдена. Ничего. Имеет ли смысл повторить поиск? Пройти
перпендикулярно начальному
маршруту? Имеет. Доводи до конца, раз решила".
Варя вновь принялась обшаривать стоянку. И усилия ее были вознаграждены:
она увидела, как в траве что-то
блеснуло.
Сердце заколотилось. Варя опустилась на корточки. Сережка. Крошечная
золотая сережка с бурыми пятнами
крови-ржавчины. Менты, видимо, не заметили.
Варя извлекла из кармана малый целлофановый пакет, бережно положила в
него украшение. Интересно, чья это?
Нужно будет, очень осторожно, спросить у Саши... А что, интересно, хозяйка
сережки здесь делала?
Варя поднялась на ноги. Ну и идиотка, как сразу-то не догадалась! На
сосне, в шаге от нее, приспособлена пробкой
вниз пластиковая бутылка с водой. Импровизированный умывальник. Бутылка - в
кровавых потеках. "Натурально
вещественное доказательство. Почему, интересно, менты его не изъяли? Решили, что
им и так достаточно крови?"
Кононова зашарила в траве вокруг умывальника. Вот и еще одно
доказательство: зубная щетка, по виду - совсем
новая, только ручка - отломана... Щетка - явно молодежная, ярко-малиновая. "Ктото
из девочек зубы перед сном чистил..."
Варя почувствовала, как на нее накатывает волна ярости - совсем не
профессиональное чувство. Она вдруг
перестала ощущать себя специалистом, который бесстрастно осматривает место
преступления. В голову ударил вполне
обывательский гнев - сволочи, как они только могли?!
Она представила: тихий, безветренный вечер, уютное пламя костра. Дружная,
прибывшая на отдых семья спокойно
занимается своими делами. Мама, наверно, кипятит чай. Папаня колдует с машиной.
Девочки разбрелись по поляне. Все
кругом мирно, романтично, благовоспитанно, И вдруг...
Ладно, хватит. От ее гнева толку все равно никакого. Пора выяснять: что
делала вторая сестра?
Варя поместила зубную щетку в очередной пластиковый пакет и с новыми
силами взялась обшаривать поляну. Но
теперь она не просто смотрела в землю, а еще и поглядывала по сторонам, пытаясь
определить, что могла делать жертва в
данном конкретном месте.
"Ее вообще могло здесь не быть. Вечера сейчас теплые - почему бы не
искупаться при звездах? Или еще вариант -
пройтись по дороге, послушать сверчков. Папа одну не отпускал? Вряд ли. Ну
ладно, допустим, девушка все же находилась
здесь, на стоянке. А почему, собственно, я решила, что у нее было собственное,
укромное место? На самом деле она вполне
могла быть при ком-то. Или с мамой - у костра, или с папой - возле машины, или
стояла рядом с сестрой у умывальника..."
Варя прочесала вторую часть поляны и вдоль, и поперек. Ничего
интересного. Пойти побродить по пляжу, поискать
там? Или расширить круг поисков на поляне, слегка углубиться в лес?
Варя припомнила собственный походный опыт. Лично ей всегда было хорошо в
компании, она ни секунды не
тяготилась обществом друзей-однокурсников. Но была у них в группе девочка,
которая обязательно, на любой, даже самой
короткой стоянке, находила себе "нычку" - тихое, не очень удаленное от компании
место, где она могла бы побыть в
одиночестве. Друзьям она объясняла: "Ничего не поделаешь, характер такой. Не
могу целыми днями находиться на людях".
А сестрам Карказиным пришлось неделю напролет быть "при родителях".
Вполне возможно, что девушки иногда
от них уставали. И не отказались бы посидеть в укромном уголке.
"Только искать надо быстро, а то никакого времени не хватит. И Саша скоро
объявится. Положусь на интуицию.
Выберу место, которое предпочла бы сама".
Она нырнула в лес. "Вот интересно: со стороны кажется, что сквозь чашу не
продерешься. А на самом деле - между
деревьев петляют тропиночки. Кто, интересно, их протоптал? Туристы? Или менты
что-то искали? Скорее - второе,
тропинки достаточно свежие, неутоптанные. Тогда менты - молодцы. Как бы узнать,
что им удалось установить? Эх,
придется сегодня бухаться в ножки Кириллу-журналисту, пусть поделится своей
эксклюзивной информацией..."
Варя беглым взглядом осматривала кусты и деревья. Обращала внимание на
удобные коряги или поленья.
Интересные, с ее точки зрения, места внимательно осматривала. Ничего - кроме уже
привычных окурков.
"Ладно, пора спускаться на пляж. Ничего мне здесь не найти", - решила
она. И тут наконец увидела. Непонятно, как
увидела - боковым зрением. Сосна со смешным выгнутым стволом. От ствола -
ответвляются ветки. И на одной из них
висит что-то крупное, блестяще-металлическое.
Пульс немедленно участился. Варя осторожно приблизилась к ветке. Если не
считать мелочей типа сережки или
зубной щетки, это первый "не лесной" предмет, который ей удалось обнаружить на
стоянке. Что это, не ловушка ли? Варя
сделала еще один осторожный шаг - и поняла: фонарь, обыкновенный подвесной
фонарь на удобной ручке.
Трогать его Варя не решилась - на всякий случай. Осматривала на
расстоянии. Фонарь - заслуженный, видно,
побывал не в одном походе. Хоть и потерт, выглядит крепким. Она подошла еще
ближе. Увидела: фонарь не включен. Ну
да, принести-то его принесли, а включить не успели. Убивали ведь еще до
темноты...
"Значит, я права насчет "нычки"! - возликовала Варя. - Кто-то из девочек
действительно уселся здесь. Причем с
комфортом, с фонарем - чтоб читать можно было, когда совсем стемнеет. Интересно,
может, я и книгу найду?"
Варя опустилась на колени. Но раньше книги она снова увидела кровь. В
крови - сосна с фонарем на ветке, трава и
полузасохшие от жары одуванчики. В одном из бурых островков обнаружился кусок
яркой тряпочки - по виду легкого
платья или халатика.
Варю в очередной раз захлестнула гневная волна. Гады, вот гады!
"Не поддаваться! - оборвала она себя. - Ищешь книгу - вот и ищи. А лирики
тут не нужно".
Но книги она не нашла - только уже привычный набор: окурки, спички,
втоптанные в землю сигаретные пачки...
Народу в "нычке" побывало много - видимо, тело здесь и нашли. Вот почему и
тропинки свежие - недостающий труп
искали. А свет фонаря им не помогал? Да, наверно, его просто не заметили - а то
бы с собой забрали как вещдок...
Варя снова подошла к фонарю. Да, если не присматриваться - его не видно,
сливается с деревом.
Кононова присела на полено, облокотилась на ствол... Идеально - хоть
читай, хоть пиши - даже для правой руки
есть коряга-подставка. "Может, и правда девушка что-то писала? Дневник,
например? - подумала Варя. - А что, место и
обстановка - вполне подходящие, никто не мешает. Где он может быть, этот
дневник?! Да у ментов, где же еще..."
На всякий случай она обшарила всю территорию в радиусе двух метров от
"нычки". Каждый кустик - приподняла,
землю - чуть не обнюхала. "Да нет, ерунда. Дневник - или письмо, или книгу -
любой бы сразу заметил. А я здесь - какой по
счету посетитель? Десятый? Сотый? Все, хватит. Пора уходить".
Варя, разочарованная, в последний раз осмотрела место преступления.
Сейчас оно выглядело вовсе не страшным и
не кровавым - красивый, уютный уголок. Упоенно трещат цикады, шумят равнодушные
сосны. Прилетела сорока,
любопытно взглянула на Варю, наградила ее насмешливой трелью... "Насмехается
надо мной, горе-криминалистом, -
подумалось Варе. - Да, не много же мне удалось найти! Сережка да зубная щетка -
со всей огромной поляны. И к делу они
ровным счетом ничего не прибавляют".
Варя совсем расстроилась. И, уходя, не удержалась: от души пнула полено
ногой. Дала выход отрицательной
энергии. Дерево легко подалось: видно, трухлявое. И под ним вдруг мелькнуло чтото
белое. Листок бумаги!
Варя, не веря в свою удачу, склонилась над ним, подняла, аккуратно
стряхнула землю... Страничка из типового
ежедневника, дата - 15 июля! Вся в пыли и кровяных брызгах. Исписана от руки.
Варя набросилась на текст:
"Половина восьмого. Сашка все не едет. Наверно, закопался со своими
дурацкими магазинами. Без него скучно.
Нет, не так. Когда мы вместе с папулей, скучно не бывает - он и мертвого
расшевелит. Только я иногда прячусь, чтобы он
меня "шевелил" поменьше...
Сегодня отличный вечер: тихий и не очень жаркий. Только что вернулись с
купанья. Но морские ванны не помогли
- на душе гиря... Что со мной - не пойму. Сестрица посмеивается: говорит, это
любовь... Ладно, пусть будет любовь. Только
не едет что-то моя "любовь", загуляла где-то... Ладно, бог с ним. Наверное, чтото
его задержало.
...Мне совсем не нравятся местные птицы. Они тут огромные, страшные. Но
рассмотреть их пока не удалось -
прячутся... Сейчас сижу здесь и чувствую: летают где-то надо мной. А может быть,
это летучие мыши? Скорей бы Сашка
при..."
Страничка обрывалась.
Варя вновь бросилась на колени, начала искать продолжение... и вдруг
поняла: продолжения у Динкиного дневника
нет. Потому что больше нет самой Динки, ее любви, ее мыслей, ее тревог...
И тут Варя не удержалась - расплакалась. Расплакалась горько, словно
маленькая девчонка, услышавшая грустную
сказку.
Варя Кононова сидела на пляже, устроившись в тени скалы. На коленях ее
лежал блокнот. У ног колыхалось море,
свежее, соблазняющее прохладой. Но Варя даже не разделась. Она не видела моря,
не слышала плеска волн и криков
нахальных чаек.
Она пыталась разобраться. Прийти хотя бы к предварительным выводам.
Разделить версии. Наметить планы на
будущее. Варя всегда гордилась тем, что обладает логическим мышлением. С
удовольствием вспоминала, как сам ректор
Садовничий (он читал у них матанализ) однажды ей сказал: "Ты, Кононова, умеешь
мыслить системно".
Но сейчас Варя с ужасом понимала: как ни крути, никакой системности у нее
не получалось. Сплошной хаос
версий. И мысли скачут, как у глупой девчонки. Один вопрос налезает на другой.
Почему Карказины дали себя убить? Существует ли связь между убийствами в
Медвежьем и в Соленой Пади?
Совпадение ли, что убийства в обоих местах произошли в один день, 15 июля? Кто и
зачем похитил из морга трупы
погибших?
"И вопросы какие-то глупые, - отругала себя Варя. - Совпадение дат,
похищение трупов... Смесь мистики и
дешевого боевика".
Как бы в насмешку в голову явилась совсем уж непрошеная мысль: "Может,
пойти искупаться?"
Варя немедленно отбросила праздную идею и снова склонилась над блокнотом.
Нет, никаких купаний. Просто надо
успокоиться и собраться. Итак, какие могут быть версии?
Варя едва успела поставить циферку "один", как услышала сзади шум. Шаги.
Громкие шаги. Она испуганно
вскочила.
Перед ней стояли двое мужчин - загорелые, тощие, в линялых шортах. На
ногах у обоих - затасканные кроссовки.
Волосы - выгоревшие, руки - натруженные. По виду - типичные туристы. Оба с
интересом смотрят на Варю. И особо
заинтересованно - на ее блокнот.
- Ты не прав, Борька! - сказал один из мужчин, обращаясь к напарнику.
- Что вам надо? - досадливо спросила Варя.
По внешнему виду мужики никакой опасности не представляли. Туристы и
туристы. Причем и по одежке, и по
выражению лиц похоже, что из Москвы. Из тех же, что Варя, университетскоакадемических
кругов.
Но... но в планы Вари никак не входило болтать с праздными прохожими.
- Покорнейше извините, - улыбнулся тот, которого звали Борькой. - Похоже,
что благодаря вам я проспорил...
- Сочувствую, - буркнула Варя и демонстративно села на камень спиной к
ним. Склонилась к своему блокноту:
отчаливайте, мол, ребята, не до вас.
Борька, будто не замечая ее неприветливости, продолжил:
- Я утверждал, что научной работой здесь занимаемся только мы, дураки.
Все остальные - загорают. Но, как видите,
я ошибся. У вас ведь - тоже научная работа?
- Научная. - Блокнотик пришлось захлопнуть: слишком уж заинтересованно
пялился туда через ее плечо Борькин
напарник. - Ну, ребята, вы все выяснили? Я могу продолжить свою, - она
усмехнулась, - научную работу?
- Нет, не можете, - нахально ответил тот, что не Борька. - Сначала мы
познакомимся, выкурим по сигаретке, вместе
искупаемся в море - а после, так и быть, вы сможете вернуться к своим
изысканиям.
Варя насмешливо подняла бровь. Ну и заявочки! На конфликт, что ли,
нарываются?
- А если я откажусь? - осторожно спросила она.
- Нам, увы, придется уйти, - горько вздохнул Борька.
- Но сердца наши вы разобьете навек, - еще печальнее добавил его
напарник.
Ну что с них, дурачков, взять? Может, действительно объявить себе малый
тайм-аут? Покурить, искупаться,
немного поболтать? Что ж, совсем неплохая программа, а то голова уже пропеклась,
абсолютно не варит.
- Откуда вы такие нахальные? - улыбнулась туристам Варя.
- Из Москвы, из... - начал было Борька.
- Не "из Москвы", а "с Москвы", - перебил напарник. - С археологической
экспедиции. Приехали сюда на
дольмены.
Борька закатил глаза, пояснил:
- Он думает, что вы местная. И специально по-вашему говорит.
- Та не, я с Москвы. - Варя не удержалась, фыркнула: у нее, кажется, тоже
появляется местный акцент.
- Вы приехали сюда писать диссертацию. На лоне природы, на глади камней.
Под шелест безбрежных волн
особенно сладко думается за генезис, - забалаболил тот, что не Борька.
Его приятель демонстративно зажал уши, попросил:
- Молчал бы ты, Митька! А то девушка сейчас "Скорую психиатрическую"
вызовет.
- Не вызову, - успокоила их Варя и гостеприимно показала на камни рядом с
собой: - Садитесь, археологи,
перекурим.
Повторять приглашение не пришлось. Мить
...Закладка в соц.сетях
