Жанр: Боевик
Прогулки на краю пропасти
...днажды, в один прекрасный день в прошлом июле, господин
Овчаров отправился с любовницей на
яхте... На его беду, бухточка, в которой они расположились на бережку,
находилась ближе всего к вершине "1066", где
размещалась "биостанция"...
- Убийство в Медвежьем... - прошептала Варя.
- Именно, Варя! - воскликнул Сергей Александрович. - Именно так! В
прошлом году твари, выведенные на объекте
Бурдакова, впервые продемонстрировали свои боевые качества. Убили ненавистного
мэру Овчара и его любовницу. А затем
хищницы благополучно - никем не замеченные - вернулись на базу. Мэр тогда щедро
заплатил Бурдакову за заказанное им
убийство. И, естественно, всячески препятствовал тому, чтобы это дело
расследовали...
- Звучит как фантастический роман... - пробормотала Варя.
- Это и выглядит как фантастический роман. Если бы только мы вчера с вами
не видели этих гигантских тварей
своими глазами.
- Но Бурдаков ведь был здесь на горе не сам по себе! Ему давали деньги на
исследования. Наверное, военные? Его
должны были проверять!
- Его и проверяли. На объект приезжали инспекции из Министерства обороны.
Бурдаков рапортовал об успехах. Но
так как работы на "биостанции" нарушали конвенцию о запрещении биологического
оружия, проект был строго засекречен.
Я думаю, всего пара-тройка генералов в Министерстве обороны знала о нем. И
наверняка о проекте ничего не знали ни
министр обороны, ни президент. Иначе бы они остановили исследования.
- А может, и нет.
Сергей Александрович усмехнулся:
- А может, и нет... Но это наше с вами частное мнение... Но, в общем,
комиссии сюда наезжали нечасто. "Объект"
забыли (или почти забыли). И Бурдакова тоже недооценили. Забыли. А Бурдакова
развратила его абсолютная власть на
"биостанции". И - отдаленность от вышестоящих командиров. И -
вседозволенность... А после того, как в прошлом году его
"питомицы" совершили первые убийства, у него, по-моему, просто конкретно съехала
крыша.
- Да, - согласилась Варвара, - он производил впечатление отчасти
безумного человека. Маньяка. Маньяка с
биологической бомбой в руках.
- Бурдаков еще прошлым летом, после убийства в Медвежьем, построил
грандиозные и чудовищные планы. Он
уже тогда решил: нынешним летом он с помощью своего восточного товарища уйдет за
кордон. А для того, чтобы
обеспечить себе безбедное существование за границей, он решил не полагаться на
восточного товарища, а заработать деньги
самостоятельно. Заработать - шантажом. И именно тогда, прошлым летом, его люди
заложили личинки гигантских ос под
Москвой. А мэр, по мере своих возможностей, помогал Бурдакову в этом. Равно как
сейчас - мэр помогал Бурдакову
вывезти оборудование и ученых.
- А все-таки, ведь осиные коконы нашли на подмосковной даче у Смолякова?
Или нет?
- Да. У Смолякова. Именно на даче у Смолякова. - Сергей Александрович
помешал соломинкой стремительно
тающий лед в стакане с водой. - У Смолякова, - повторил он. - И это было частью
плана, разработанного мэром и
Бурдаковым. Мэр ненавидел вашего друга Смолякова. И он всячески хотел его
подставить. А если учесть, что хитрости
мэру не занимать, а терпение у него поистине дьявольское, его операция по
дискредитации Смолякова началась еще
прошлым летом. Мэр знал, что у Смолякова имеется участок под Москвой. Он также
знал, что тот поставляет в столицу
мясопродукты. Вот они с Бурдаковым и разработали хитроумнейший план. Заключался
он в следующем. В прошлом августе
Смоляков отправлял в столицу рефрижератор с местным мясом. В районе Абрикосова
эту фуру тормознули люди
Бурдакова. Отвезли ее в поле. Там перегрузили мясо на два грузовика поменьше.
- Смоляков в милицию обращался?
- Естественно. Но никто толком не расследовал это дело. Вся здешняя
милиция ходит под мэром...
- Это я заметила... - тихо проговорила Варя.
- После ограбления, - продолжил Сергей Александрович, - в распоряжении
бурдаковцев оказались мясопродукты.
Они "начинили" их личинками гигантских ос. И - отправились в Москву. Ну, а в
столице они нашли участок Смолякова,
расположенный в Жостове. Он охранялся одним старичком-сторожем. Они вырубили его
- так, что тот проспал сутки
напролет. А в это время люди Бурдакова благополучно закопали на земле,
принадлежащей Смолякову, личинки ос-убийц.
Личинки, которые нынешним летом должны были вырасти в чудовищ. Своего рода бомбы
замедленного действия...
- Значит, я все-таки оказалась права со Смоляковым... - прошептала Варя.
- Да, Варя, права. Права - по форме. Благодаря вашему знакомству с ним и
благодаря вашей догадке, мы узнали,
где конкретно находится "бомба", закопанная прошлым летом. Но вы оказались не
правы по существу. Смоляков ни в чем
не виноват.
- Вы уверены?
- Практически - на все сто процентов. Есть документальные свидетельства.
Заявление Смолякова - о похищении
рефрижератора прошлым летом. Имеются показания сторожа, проживающего на участке
Смолякова, - о нападении на него.
Нападение на сторожа на участке в Подмосковье произошло спустя три дня после
захвата "мясного" рефрижератора на юге.
Три дня бурдаковцам как раз хватило, чтобы начинить мясо личинками и довезти их
до Москвы...
- Смоляков ни при чем... А почему он так ко мне приставал? Чуть не
следил?
- Ва-аречка, - развел руками мужчина. - Вы молодая, интересная, умная
женщина. Почему бы богатому южному
бизнесмену не поухаживать за вами?.. К тому же он наверняка чувствовал: здесь, в
Суджукском районе творится что-то
неладное. Только не понимал - что конкретно. А вы сюда приехали и с ходу
принялись копаться в неладном. Пожалел он
вас. Захотел по-отцовски предостеречь, уберечь от неприятностей...
- А кто тогда порезал тормозной шланг на моей машине?
- Мэр, - уверенно сказал Сергей Александрович. - Точнее, его люди. Мэра
очень насторожил ваш визит. И вы ему,
скажем прямо, не понравились... Поэтому он решил на всякий случай
подстраховаться.
- Мэр признался в этом?
- Нет. И, возможно, не признается. Но я на девяносто девять процентов
уверен: это он. И если хорошенько
покопаться, можно будет это доказать.
- А морг? Похищение тел?
- Похоже, это сработали ребятки Бурдакова... Ясно, кому выгодно было
похищение. Ни Бурдакову, ни мэру,
естественно, не хотелось, чтобы вскрытие обнаружило: смерть членов семьи
Карказиных наступила в результате
воздействия яда органического происхождения. Или - чтобы в их трупах нашли бы
остатки осиного яда... А вообще, по
данному делу на главных фигурантах висит такое количество эпизодов - только
выбирай. Закатают их - и мэра, и Бурдакова
- на полную катушку. Стоять им в позе "ку" до конца жизни...
- А Борисов?
- Что Борисов?
- Его арестовали?
- А за что?
- Как это за что! Ведь это он убил всю Санину семью!
- Убил... А может, и не убил... А если убил - то как? По какой статье
прикажете его судить? Натравливание ос на
людей? Жестокое обращение с животными? Какие вообще улики у нас против него
есть? За исключением того, что он сам
признался - под пыткой, заметьте! - в совершении преступления?..
Варя сидела, как громом пораженная. Что это значит.
Выходит, все усилия - ее, Санины - впустую? И Санина семья останется
неотомщенной?
- Какую статью прикажете инкриминировать Борисову - продолжал собеседник.
- Как его судить? В каком суде? В
открытом?.. Но тогда всей общественности станет известно, что Российская армия
проводила в непосредственной близости
от курорта бесчеловечные опыты. А этого бы не хотелось...
- В военном трибунале судить.
Сергей Александрович пожал плечами.
- Преступление совершено гражданским лицом. Так что, боюсь, Борисов
неподсуден. К моему сожалению,
неподсуден. К большому сожалению.
Варя возмутилась:
- Неужели вы, там у себя, в спецслужбах, ничего поделать не можете! С
вашими-то неограниченными
возможностями! Вон вы журналиста Пасько вообще ни за что засудили!..
- Ну, с Пасько вы не по адресу. Наша служба к нему вообще никакого
отношения не имеет. Это все военные чудят...
А по поводу Борисова... Да, пожалуй, земной суд его покарать не сумеет. Но есть
ведь еще и божий суд, правда?
Сергей Александрович хитренько улыбнулся и подмигнул Варваре.
По телевизору, висевшему над стойкой, начались семичасовые новости.
Официант застыл, уставившись на голубой
экран. Варя тоже не отрывала от него глаз. Сергей Александрович, чтобы видеть
телеящик, повернулся на пол-оборота.
Звука не включали, но и без того было ясно, что новость номер один в
России - события в Абрикосове и вокруг
него.
Экран демонстрировал эффектные кадры (снятые вчера отчаянным оператором
Лехой из "Евро-ньюс"):
обезлюдевшие пляжи... Прилавки с товарами, брошенные продавцами... Спешную
погрузку перепуганных отдыхающих в
грузовики под охраной автоматчиков в масках... И над всем этим - по-хозяйски
носящиеся взад и вперед желто-черные
гигантские осы...
Затем показали колонны грузовиков с беженцами; многокилометровые пробки у
постов на федеральной
магистрали М4; толпы людей на вокзалах Новороссийска и Туапсе...
- Одно и то же показывают сегодня целый день, - заметил Сергей
Александрович.
- Да, уж теперь сюда отдыхать никто не поедет, - откликнулась Варя. -
Убытки курорт потерпит колоссальные.
Непонятно, как мэр мог такое допустить! Он что, не понимал: любой случай,
подобный вчерашнему, - и экономика его
района рухнет. Мэр просто пилил сук, на котором сидел. А вы говорите: он умный,
дальновидный...
Спецслужбист повернулся от телевизора к Варе.
- Говорил и готов повторить. Он действительно и умный, и дальновидный.
Больше того скажу, - Сергей
Александрович наклонился к Варваре, - паника во многом инспирирована самим
мэром. Выпустить из здешнего
"инкубатора" ос - его идея...
- Как? - Варя аж подскочила. - Он что, враг себе? Своему району? Или - с
ума сошел?
- Району, может, он и враг. А самому себе - точно нет.
- Ему же здесь - как и всем местным - нужны отдыхающие!.. Он даже мне,
когда я ему в образе журналисточки
явилась, рекламу своему курорту заказывал!
- Тут фенька (как вы, молодые, говорите) заключается в следующем, -
спокойно возразил Сергей Александрович и
сделал добрый глоток воды с растаявшим уже льдом. - Отдыхающие мэру - как
государственному чиновнику - безусловно,
нужны. Больше курортников - больше выручка в кафе, больше товарооборот в
магазинах... Больше налогов... И счастливей
живется Суджукскому району... Однако, с другой стороны, мэру очень нужен был
скандал на побережье. Такой скандал,
который охладил бы внимание отдыхающих к району. Скандал, что сделал бы
Суджукский район Черноморского побережья
как можно менее популярным.
- Зачем?! - удивилась Варя. - Зачем ему это надо?!
- Да затем, что мэр наш заботливый знал об одном решении, которое приняло
здешнее краевое начальство. Знал - в
числе очень немногих. А именно. С нынешнего года, как вы знаете, Госдума
разрешила свободно продавать и покупать
землю в России. А руководство здешнего края вслед этому решению приняло свое:
оно позволило покупать землю вдоль
береговой линии.
- Как это?
- Раньше - еще полгода назад - вы могли купить здесь, на юге, кусок
земли, если только он находился дальше от
линии прибоя, чем на четыре километра. На четыре, понимаете! То есть ни здесь, -
Сергей Александрович обвел рукой кафе,
- ни рядом с вашей гостиницей в Суджуке, ни рядом с вашей гостиницей в
Абрикосове вы, москвичка, раньше не могли
приобрести ни сотки! Ни единого квадратного метра! Ни сантиметрика!
- А кому это все сейчас принадлежит? - удивилась Варя, обведя рукой
абсолютно пустое кафе.
- По закону - могло принадлежать только местным жителям. Тем, кто живет
здесь десять, двадцать, тридцать лет. С
доперестроечных времен. Могу поспорить: сие заведение принадлежит тому, кто
живет в этом домике.
Сергей Александрович кивнул на трехэтажный замок за кирпичным забором, к
которому вплотную примыкала
ограда кафе.
- Во всяком случае, именно этому человеку заведение принадлежит
формально. И никто иной, кроме него, не мог -
до нынешнего лета - эту землю приобретать. Как никто не мог купить себе,
например, пляж. Или кусок утеса в глухом месте
на берегу... А теперь, с нынешнего лета, все это - продается. И - покупается.
- Вот оно что! - присвистнула Варя.
- И знаете, сколько здесь стала стоить одна сотка вдоль берега, у самой
водоохранной зоны?
- Думаю, дорого.
- Да вы не представляете себе, Варя, насколько дорого! Дороже, чем в
Барвихе и на Николиной Горе, вместе
взятых! Двадцать, тридцать, сорок тысяч долларов! И это - одна сотка. И притом -
о решении продавать здесь землю нигде
официально не сообщалось. О том, что купля-продажа стала возможной, знали только
свои. Местные, приморские тузы.
Краевые бонзы. И те шишки в Москве, у кого есть тесные связи со здешними
воротилами. А представьте, сколько будет
стоить эта земля, когда все узнают, что ее можно продавать-покупать... Здесь, в
Суджуке, песочек-то поистине золотой!
- И мэр решил уронить цены... - задумчиво проговорила Варя.
- Совершенно верно! Нехитрая комбинация. Один из излюбленных приемов
биржевых спекулянтов. Смотрите, что
получается. Вчера на побережье вылетели осы-убийцы. Сегодня - средства массовой
информации трубят об этом по всему
миру. Показывают смачные, кровавые кадры. В итоге паника среди отдыхающих. Народ
рвется домой. А главное, никто не
едет сюда отдыхать. Ни в этом году. Ни на будущий год. Публика не едет, потому
что боится. Громадные ядовитые
летающие твари - это вам не наводнение или смерч. Это - запоминается надолго. И
отвращает людей от Суджука и
окрестностей - тоже надолго...
- И поэтому, - продолжила Варя мысль начальника, - цены на здешнюю землю
падают...
- И не просто - падают. Падают - как самолет в штопор. Падают - в разы.
Вчера участок земли стоил пятьсот тысяч
долларов - завтра его будут продавать за сто.
- А в это время, - эпически продолжила Варя, - мэр и приближенные
собирались скупать подешевевшую землю...
- Совершенно верно. Скупили бы столько южной золотой земли, на сколько б
денег хватило. Штаны последние
закладывали, а скупали бы...
- А потом, рано или поздно, страсти с осами забылись бы... - задумчиво
проговорила Варя. - И земля начала бы
дорожать...
- Именно. Она стала бы дорожать. Никуда бы она не делась. И участок,
купленный сегодня, сразу после катастрофы,
за сто тысяч долларов, через пять лет мэр мог бы продать за миллион. Вот такто!..
Как там говорил дедушка Карл Маркс?
"Нет такого преступления, на которое капитал не пошел бы ради прибыли в тысячу
процентов". А вы говорите - осы...
Варя задумалась. Побарабанила пальцами по столу. Потом заявила:
- Очень сложная комбинация. Причем - с неочевидными результатами.
- Комбинация сложная, согласен. Но и мэр наш, Иван Аверьяныч Савченко,
совсем не прост. И учтите: желание
мэра выпустить ос, чтобы уронить цены на землю, - совпало с интересом Бурдакова
- выпустить ос, чтобы в суматохе
спокойно уйти за границу. Очень вовремя совпали эти два интереса. В нужное время
- и в нужном месте.
- А куда Бурдаков планировал уехать? И вывезти свою лабораторию?
- Предположительно в Ирак. Впрочем, он уверяет, что сам не в курсе, куда
конкретно. Просто ему лично посулили
миллион долларов за один только переезд. Плюс за работу - ежегодно по миллиону.
- В Ираке своих Бурдаковых хватает, - задумчиво проговорила Варя. - Зачем
Ираку еще один Бурдаков-то!
- Под Бурдаковыми вы имеете в виду обобщенный образ вояк-командиров?
- Да, именно их я, Сергей Александрович, и имею в виду.
- Я думаю, Бурдаков понимал это. Понимал, что его новым хозяевам нужны
ученые с "биостанции", их наработки и
лабораторное оборудование. И не очень-то нужен он сам. Именно поэтому он затеял
перевозку личинок в Москву. И
организовал будущий шантаж - на десять миллионов долларов. Чтобы надежно
обеспечить себя.
Варя откинулась на спинку стула. Блистательный, теплый южный вечер вдруг
помрачнел в ее глазах. И сразу - как
случалось в последнее время в минуту уныния или разочарования - разболелась
ушибленная в аварии спина. "Что же это за
люди! - подумала она, имея в виду и Бурдакова, и суджукского мэра Савченко. -
Как можно ради денег (всего-то - ради
денег!) устраивать такой кошмар, как вчера на побережье? Убивать людей?!
Посторонних, ни в чем не повинных?!"
Она вдруг почувствовала свою полную беспомощность. Она обычно так
чувствовала себя, когда узнавала о
переворотах, революциях, террористических актах. Варя ощутила себя заложницей,
пешкой в чужой, большой игре. В игре -
которую ведут незнакомые ей большие люди. А пешкой - всегда в случае
необходимости любой из больших игроков может
пожертвовать.
- Пойдемте, Варя, - мягко сказал Сергей Александрович. - Спать хочу
смертельно. Скоро будет двое суток, как я на
ногах.
- Минуточку. Только один вопрос.
- Слушаю вас.
- А вы - вы знали, что здесь творится? Хотя бы приблизительно? Когда меня
сюда посылали?
- Нет. Разумеется, нет. Я уже говорил: если бы мы знали - или хотя бы
догадывались - сюда вместо вас поехал бы
другой человек. Точнее, другие люди. Гораздо более опытные, чем вы. Более
подготовленные. И с большими
полномочиями.
- А что вы знали? Или - о чем вы догадывались?
- Только о том, что лаборатория, подобная бурдаковской, возможно, есть
где-то в подчинении Минобороны. Где -
неизвестно. А может, ее и нет вовсе... Зову официанта.
- Еще вопрос.
- Да, слушаю. - Сергей Александрович устало полуприкрыл глаза.
- Вы все время говорите "мы". "Мы" - это кто?
- На этот вопрос я вам, Варя, отвечать пока не буду - Может, когда-нибудь
отвечу. А может, и нет.
- Ладно. Официант, счет!.. - крикнула Варя и снова обратилась к
сотрапезнику: - Сергей Александрович, а в каком
вы чине?
- Я? Я подполковник.
- А как ваша настоящая фамилия?
- Петренко. Подполковник Петренко.
Воскресенье.
Павлик проснулся рано. Вот папка ему удружил: на собственных каникулах -
выспаться не дает! Накануне вечером
отец сказал:
- Будешь у меня с завтрева по хозяйству работать. А то разболтался!
Целыми днями бегаешь.
Ну вот, только хозяйства ему и не хватало! Они с дружбанами прямо с утра
договорились на речку пойти. Ларик
снова созывал пацанов. Обещал рассказать про то, как он от ос спасался. Нужно,
ох как нужно на речку попасть! И Павлик
покорно ответил отцу:
- В комнате своей, что ли, убрать?
- В комнате - само собой, - нахмурился папа. - А с утра - груши соберешь.
И смотри: чтоб не ронял! Лично
проверю.
- А потом - можно на речку? - с надеждой спросил Павлик. И быстро добавил
- Каникулы...
- Дипломат... - фыркнул папа. - Ладно, соберешь груши - там посмотрим.
И рано утром, когда петухи надрывали глотки, а хозяйки передавали пастуху
сонных коров, Павлик уже был на
ногах. Пользуясь тем, что родители спали, он напился запрещенного кофе и перенес
чистку зубов на более позднее время.
Схватил ведерко и помчался к груше.
"С самого верха начну", - решил Павлик, поплевал на руки и полез на
дерево.
Груша у них - что надо. Самая большая в Удаловой Щели. Павлик все коленки
ободрал, пока залез на верхушку. Ну
и высота! Даже кусочек моря видно - далеко-далеко...
Мальчик выбрал самую роскошную грушу с золотым боком, вгрызся в душистую
мякоть. Съел всю, исключая
хвостик, - позавтракал, значит. Утерся рукой и свысока, как индеец из засады,
взялся обозревать окрестности. Улица - как
на ладони. Вот тетя Дуся погнала на луг своих коз, вот дядя Дима повез на рынок
полную тачку свежесрезанных роз... "Я
тоже, когда вырасту, куплю тачку и буду на рынок ездить, - размечтался Павлик. -
Нашими грушами стану торговать. И
персиками. Да и мамины розы продавать можно - вон их сколько у нее выросло!
Денег буде-ет!.."
Обозрев улицу, Павлик заглянул во двор к соседу - дяде Андрею Борисову.
Ночью, он слышал сквозь сон, к нему в
гости приходило много народу... Интересно, они остались у него ночевать?
Мальчик с интересом разглядывал благородный, не чета многим двор. Тут
росли смешные подстриженные
кипарисы, а земля была выложена кафельными, как в больнице, плитками.
Но что-то не так было во дворе дяди Борисова... Что-то Павлика
беспокоило, тревожило...
И тут он увидел.
В тени кипарисов, у забора, лежало что-то страшное, темное...
Мальчик вздрогнул - но любопытство пересилило, он подался вперед, напряг
зрение...
Страшное и темное было человеком. Человек лежал неподвижно, ноги поджаты,
рука неловко вывернута. Под его
головой расплылась черная кровавая лужа. А на Павлика смотрели невидящие глаза
дяди Андрея Борисова.
- Папа! - отчаянно закричал мальчик.
В то же самое время.
"Неужели это все?" - грустно думала Варя. Она сидела на пляже,
неотличимая от сотен других курортников. Вокруг
нее загорали, читали, резались в "дурака", играли в волейбол, целовались,
болтали по мобильным телефонам, пили пиво с
сухощавыми воблами.
Варя тоже пыталась слиться с беззаботной толпой. Она честно подставляла
лицо солнцу, старалась расслабить
мышцы и изгнать из головы грустные мысли. Но, увы, ничего не выходило. Не
релаксация получалась, а самоедство какоето.
"Какая мне радость от этого моря? Оно такое огромное, что нагоняет тоску.
И солнце печет, как проклятое. Зачем
только люди рвутся на пляжи, копят на отпуск деньги, душатся в очередях за
билетами?!
Даже словом перекинуться не с кем, - злилась Варя. - Саня - и тот уехал.
Даже не попрощался".
Как она и предчувствовала, ей больше не довелось увидеть Сашу Смеяна.
Вчера Варя пыталась найти его здесь, в Суджуке. Но администраторша
сказала: он в своем номере не появлялся. А
сегодня, в семь сорок утра, Смеян выписался и уехал. Убыл в неизвестном
направлении. Варя в это время спала. Но... Если
бы Саня позвонил ей... Или постучал в дверь номера... Она бы обязательно
услышала. Не могла не услышать.
- Смеян ничего не оставлял для меня... для Кононовой? - с надеждой
спросила она тетеньку-портье.
- Нет, ничего... А, погодите. Была какая-то писулька... - Администраторша
ухмыльнулась и протянула ей
крошечную записку.
Записка была не запечатана и вся измята: видно, прошла через множество
любопытных рук. Варя нетерпеливо
развернула ее: "Если тебе все же понадобится продуктовый магазин, приезжай в
Тверь - переоформлю, как обещал. Спасибо
за все. Саша".
- Хоть бы адрес оставил, болван, - пробурчала Варя.
Хотя, если ей действительно понадобится магазин - Сашу она найдет.
"Мог бы и остаться. Хоть на денек, - обиженно думала Кононова. - На пляж
бы вместе сходили..."
Впрочем, чего она хотела. Она ведь - не Динка. Ей даже сказать "до
свиданья" необязательно. Варя вдруг
почувствовала себя одинокой, бесполезной, жалкой. "Сергей Александрович тоже
хорош. Пока я была нужна ему - ни на
минуту не отходил. А теперь исчез. Ни слуху о нем, ни духу..."
Раньше Варю никогда не посещали подобные депрессивные мысли. Всегда
бодра, весела, активна... А уж из-за
мужчин расстраиваться - вообще нонсенс. Но сейчас - то ли нервы поистрепались,
то ли контраст получился слишком уж
резким. Еще сутки назад она была нарасхват. Ее слушали, с ней советовались. А
сегодня - она на обочине. Даже отдыхать - и
то приходится в одиночку.
"Хоть Смолякову звони, - расстроенно думала Варя. - Пусть на своей яхте
покатает - как обещал".
Но звонить престарелому "Алену Делону" она, конечно, не стала. Во-первых,
неудобно - сама обвинила его во всех
смертных грехах, пусть за глаза. А во-вторых - просто противно ей с ним
общаться, противно слушать сладкие речи и
глотать провинциальные понты.
Хорошо бы, конечно, с журналистом Киром поболтать. Но вот ему как раз -
звонить нельзя. И отвечать на его
звонки - тоже. Кир обязательно потребует новостей, а ей слишком о многом
придется умалчивать. И врать, выкручиваться...
А больше - ей поговорить здесь не с кем. Вот и приходилось скучатьотдыхать
одной.
Варя лениво смотрела на глянцевое море, на песочные замки, что строили
малыши, и считала часы, остававшиеся
до самолета в Москву. Скорей бы домой. Может, она просто дура, но отдых,
особенно одинокий, - не для нее.
"Правда, и в столице не ожидается ничего интересного. Снова пялиться в
компьютер, и перелопачивать горы
информации, и посылать Сергею Александровичу скучные сообщения: "Ничего
заслуживающего внимания обнаружить не
удалось..."
Варя прикрыла глаза и вспомнила: военный вертолет и командир группы
захвата, внимающий каждому ее слову...
Борисов, которого нашла лично она, - смотрит на нее, словно на гарпию...
Небывалый азарт, вдруг охвативший Варю, когда
она озвучивала свою первую (пусть и оказавшуюся неверной!) версию о причастности
к делу Смолякова...
Ничего подобного в ее жизни больше не будет. Так и останется она скучной
компьютерной мышью. Со временем
выйдет замуж, родит парочку непоседливых детей и будет громогласно воспитывать
их на пляже, как та вон горластая
тетенька слева. До чего же скучно...
"Гриф: СС-ОВ.
Исполнитель: Буслаев В.
Субъект: Кононова В.И.
Посредством предварительной проверки установлено:
Первое. Биографические данные. Достоверны, сомнений не вызывают.
Очевидные плюсы: коэффициент
интеллектуальности (IQ) - 160, мастер спорта по академической гребле, чемпион
университета по карате-до.
Второе. Заочная медико-психологическая экспертиза.
Практически здорова, за психиатрическими консультациями не обращалась.
Сексуальный темперамент средний, в
связях разборчива. К психологическим, эмоциональным и интеллектуальным
перегрузкам устойчива в самой высокой
степени.
Третье. Окружение.
Проживает с родителями.
Отец - Кононов Игорь Вячеславович, 1945 г.р., образование высшее военное,
генерал-майор, доктор военных наук.
Лауреат Государственной премии СССР (1980 г.). По службе имел допуск формы 1.
Характеризовался в ходе службы
исключительно положительно. Взысканий не имел.
Мать - Кононова Анна Витальевна, 1946г.р., образование высшее. Работала
учительницей истории и географии в
средней школе, в настоящее время - пенсионерка.
Объект не имеет связей в среде, связанной с экстремистскими, преступными
или террористическими
сообществами.
Алкоголем не злоупотребляет. В употреблении
Закладка в соц.сетях
