Жанр: Боевик
Змей
...помешан на золоте. Христофор Колумб был либо святой, либо проходимец. В
зависимости от вашего отношения к нему.
- Это было тогда. Я говорю о нынешнем времени. Кому нужны убийства ради
того, чтобы на открытия Колумба не упала даже тень? Все, что мне требуется, - одноединственное
звено в цепи.
- О его путешествиях написаны миллионы страниц. Книгами о Колумбе можно
заполнить городскую библиотеку.
- Мне об этом известно. Потому я и позвонил тебе. Ты - единственный, кто
сумеет отделить зерна от плевел.
- Лесть не поможет...
- Я отплачу тебе обедом в ресторане. С выбором блюд на твое усмотрение.
- ...а хорошая еда - запросто. Только как человек может устоять перед двойным
диктатом: своего "я" и аппетита? Я начну изучать материалы сразу после ленча.
Глава 22
Выслушав просьбу Остина, Перлмуттер с наслаждением принялся за сочную
утиную грудку и завершил трапезу великолепным шардоннэ. Остин еще пожалеет о
своем предложении насчет ресторана. В Александрии открылся новый французский
ресторан, и Перлмуттер сгорал от желания поскорее посетить его. Правда, цены там
высоковаты, но - услуга за услугу. Голубые глаза Джулиана заблестели от
предвкушения. Остин не зря потратит деньги. Перлмуттер отлично знал, что о
Колумбе написано море, даже океан книг, и бросаться туда с головой неразумно. Здесь
нужен хороший глаз, а таковой имелся на примете.
Покончив с ленчем, Джулиан взялся за телефон.
- Буэнос диас, - послышалось с другого конца провода.
- Доброе утро, Хуан.
- О, Джулиан! Какой приятный сюрприз. У тебя все в порядке?
- Все хорошо, спасибо. А у тебя, мой старый друг?
- Я, конечно, еще больше постарел с момента нашего последнего разговора, -
хохотнул испанец, - но давай перейдем к делу. Предполагаю, звонишь, чтобы
сообщить - ты испробовал мой рецепт.
- Перепела в виноградных листьях превосходны. По твоему совету я велел
нафаршировать каждую птичку свежими фигами. Результат получился
ошеломляющий.
Перлмуттер познакомился с Хуаном Ортегой в Мадриде на собрании
коллекционеров редких книг. Там выяснилось, что, помимо любви к старинным томам,
оба в одинаковой мере разделяют пристрастие к хорошей еде. С тех пор приятели
старались встретиться хотя бы раз в год и обменяться рецептами блюд.
- Я рад, что мое открытие пришлось тебе по вкусу. Надеюсь, ты приготовил коечто
и для меня.
- Разумеется, однако об этом чуть позже. Сейчас я обращаюсь к тебе не как к
гурману, а как к величайшему авторитету в истории Христофора Колумба.
- Ты слишком снисходителен, мой друг, - ответил Ор-тега. - Я - просто один
из многих специалистов, писавших о нем книги.
- Но ты - единственный, кто может решить необычную проблему. Призрак
сеньора Колумба, похоже, оказался в центре весьма странных событий. Сейчас
объясню.
Перлмуттер вкратце изложил суть дела.
- Действительно, загадочная история, - сказал Ортега, дослушав до конца. -
Особенно в свете последних событий. Несколько недель назад в Севилье совершено
преступление - из библиотеки кафедрального собора украли бумаги, касающиеся
Колумба. Возможно, это совпадение.
- Возможно - да, а возможно - и нет. А что именно похитили?
- Письмо, имеющее отношение к пятому путешествию Колумба. Оно было
адресовано королю Фердинанду и королеве Изабелле. Ну, фактически только королю.
Королева к тому моменту скончалась.
- Обидно потерять такой документ.
- Не совсем так. Колумб не совершал пятого путешествия.
- Ну конечно, как я мог забыть! Тогда что это за письмо:
- Подделка, амиго. Фальшивка. Как еще можно назвать. Подлог.
- А откуда ты знаешь, что письмо - фальшивка? По почерку определил?
- Нет, с почерком как раз все в порядке. Эксперт и тот не заметил разницы.
- А ты как заметил?
- Очень просто. Колумб умер 20 мая 1506 года, а на фальшивке стоит более
поздняя дата. Перлмуттер молчал, размышляя.
- А не может ли быть ошибки в дате смерти?
- Сохранился дом, где Колумб испустил дух. Однако до сих пор спорят о месте
его захоронения. Говорят, будто его останки покоятся в Севилье или Санта-Доминго, а
может - в Гаване. Есть восемь вариантов. Когда имеешь дело с таким человеком, как
Колумб, приходится нырять в мутную воду.
- Я помню, что в своей книге "Первооткрыватель или демон?" ты писал, что
никто не знает и где он родился.
- Да, это так. Мы даже не можем утверждать точно, испанец он или итальянец.
Сам Колумб говорил, что родился в Генуе, но честность не относилась к его
добродетелям. Некоторые считают, что он родом с греческого острова Хиос. По
официальной версии, Христофор служил подмастерьем у итальянского ткача. Другие
полагают, будто он был испанским моряком и его звали Колон. Известно, правда, что
Колумб женился на аристократке из Португалии и был вхож в высшие круги общества.
А это, согласись, вряд ли возможно для подмастерья ткача. Жаль, что не сохранилось
ни одного подлинного портрета. Настоящий человек-загадка. А может, Колумб этого и
добивался, сделав все, чтобы скрыть свое истинное происхождение.
- Меня это всегда удивляло.
- Что поделаешь, смутные времена, Джулиан. Войны, интриги, инквизиция.
Возможно, он принял не ту сторону. Опять же, вопросы наследства. Есть мнение, что
Христофор был незаконнорожденным сыном испанского принца. Ведь в дальнейшем
он использовал имя Кристобаль Колон.
- Просто удивительно, Хуан. Нам нужно это как-нибудь обсудить за стаканчиком
сангрии. Но мне хотелось бы поподробнее узнать об украденном документе.
- Ты слышал о монахе по имени Лас Касас?
- Да, он переписывал вахтенный журнал Колумба.
- Правильно. Колумб представил королеве Изабелле свой вахтенный журнал
после первого плавания. Королева распорядилась сделать точную копию этого
журнала и впоследствии отдала ее Христофору. После смерти адмирала эта
барселонская копия, как ее окрестили, досталась в наследство Диего Колумбу вместе с
каратами, книгами, рукописями. Затем копия перешла к Фердинандо, который был
незаконнорожденным сыном Колумба. Этот Фердинандо напоминает мне тебя,
Джулиан.
- Да уж. Меня не в первый и не в последний раз называют бастардом.
- Я вовсе не имел в виду тайну твоего рождения. Просто хотел напомнить, что
Фердинандо был архивистом, ученым, ценителем книг и владельцем одной из лучших
библиотек в Европе. Когда он умер в 1539-м, все его имущество, книги и бумаги
Колумба унаследовал Луис, сын Диего. Его мать передала большую часть имущества
Фердинандо монастырю в Севилье. И ее смерть в 1544 году стала трагедией для всего
мира.
- Почему, Хуан?
- В течение двадцати трех лет она оберегала эту коллекцию от Луиса. А после
смерти матери Луис начал распродавать ценные бумаги, чтобы иметь возможность
кутить. Барселонская копия исчезла навсегда. Пропала. Возможно, ее купило какое-то
высокопоставленное и весьма состоятельное лицо.
- Представляю, сколько денег можно было бы получить за этот журнал сейчас.
- Да. Но думаю, в ближайшее время подобная находка невозможна. К счастью,
перед исчезновением бумаги видел друг семьи, монах-доминиканец Бартоломе де Лас
Касас. Тот самый монах, который переписывал журнал. При этом Лас Касас относился
с большим почтением к Колумбу и пропускал в рукописи все, что его смущало.
- А какое это имеет отношение к украденному документу?
- Терпение, мой друг. Документ о так называемом пятом путешествии также
переписывался Лас Касасом. Как и раньше, он скопировал только отдельные куски.
- Ты видел этот документ?
- Видел. Прелюбопытный экземпляр. Я не поленился отправиться в
Национальную библиотеку в Мадриде, чтобы сравнить оригинал и копию. Это
великолепная подделка. Я уверен на девяносто девять процентов, что все написано Лас
Касасом.
- О чем там говорится? Ты помнишь?
- Такое невозможно забыть. История походила на фантастические рассказы о
потерянных городах, крайне популярные в Испании тех времен. Колумб совершил свое
четвертое и последнее плавание в 1502 году. До этого он пережил трудности,
разочарования, нервные срывы. При дворе Колумба уже считали чудаком, но не
прогоняли, полагая еще как-нибудь использовать. А сам он был уверен, что открыл
Азию и еще найдет золото, восстановив таким образом свою репутацию.
- И ему удалось?
- Нет. Все случилось с точностью до наоборот. Четвертое путешествие оказалось
катастрофически провальным. Колумб потерял четыре корабля, высадился на Ямайке,
где заболел малярией и страдал от артрита. Однако в украденном отчете говорилось,
будто он приплыл в Испанию, тайно снарядил корабль на свои деньги и вернулся в
Новый Свет, чтобы найти несметные сокровища. Те, о которых Колумб услышал во
время самого первого путешествия.
- А в этом вахтенном журнале говорится что-нибудь о дальнейших событиях?
- Изготовитель фальшивки использовал очень умный литературный прием, чтобы
заставить читателя гадать. Повествование ведется от руководителя экспедиции и
внезапно обрывается. И далее нигде не говорится, достиг ли корабль своей цели и
вернулся ли в Испанию.
- Корабль ведь мог погибнуть, а вахтенный журнал - попасть в руки других
путешественников.
- Да, могло быть и так. Видишь, какой простор для игры воображения.
- А что, если это не придуманная история, Хуан?
- Почему ты так думаешь?
- Меня настораживают некоторые факты. Зачем кому-то понадобилось делать
столь великолепную фальшивку?
- Это же элементарно! Для продажи чего-то ценного из твоей страны, скажем,
Бруклинского моста, хорошо иметь документик с как можно большим количеством
печатей и подписей.
- Убедительный аргумент, Хуан. Если я найду идиота, готового заплатить
большие деньги за не принадлежащую мне собственность, то подпишу документы сам
и отправлюсь восвояси с кругленькой суммой наличными. В данном случае можно не
подделывать официальные подписи.
- Но ведь объектом продажи может быть нечто более правдоподобное, чем мост.
В таком случае на документы смотрят по-другому.
- В том-то и дело. По твоим словам, документ подделан превосходно. Для
сравнения: скажем, если ты знаешь, что мост принадлежит Бруклину, целые кипы
бумаг с подписями и печатями не заставят тебя его купить. Точно так же не нужно
быть великим экспертом, чтобы понять: перед тобой - подделка, когда видишь, что
документ датирован после смерти Колумба. Правда, возможно, Лас Касас переписывал
журнал, зная все про фальшивку.
- А зачем монаху нужно было предпринимать столь кропотливый труд и
копировать поддельный журнал? Ты сказал, что Лас Касас относился к Колумбу с
почтением и старался скрыть его отрицательные качества. Станет ли человек, при
таком отношении к выдающейся личности, давать ход документу, из которого ясно:
великий герой сошел с ума?
- Вероятно, Лас Касас и не рассчитывал на то, что кто-нибудь когда-нибудь
увидит этот документ.
- Все возможно, - пробормотал Перлмуттер. - Однако зачем кто-то решился
преодолеть немало препятствий, чтобы украсть этот фальсификат?
- Как я уже сказал, это крайне любопытный источник.
- Настолько любопытный, что кто-то рисковал сесть из-за него в тюрьму?
- Мне ясна твоя точка зрения, Джулиан. Не знаю, как объяснить случившееся. Эх,
если бы у меня был оригинал вахтенного журнала. Но увы!
- Значит, еще одна тайна Колумба.
- Да. - Последовала пауза, затем Хуан продолжил: - Ты можешь просмотреть
его.
- Прости, что просмотреть?
- Документ. Я сделал копию и перевод на английский, чтобы выступить на
конференции. Меня, знаешь ли, тоже манит все таинственное и необыкновенное.
- Значит, тебя также терзают сомнения, мой друг.
- Разумеется. Как я уже сказал, это очень хорошая подделка. У меня есть твой
номер факса. Отправлю сегодня.
- Огромное спасибо. А я, в свою очередь, хотел бы поделиться рецептом салата из
креветок. Шеф-повар одного ресторанчика в Нью-Орлеане выдал его, предупредив, что
рассечет меня как лобстера, если я разболтаю секрет. Так что учти: на карту
поставлена моя жизнь.
- Ты настоящий друг, Джулиан. Опасность придаст пикантности этому блюду.
- Бон апети, амиго.
Вот и появилась первая страница обещанного факса. Перлмуттер расчистил на
столе место, чтобы разложить интересующие его бумаги. Подкрепившись чашкой
кофе, Джулиан принялся читать записи, возможно, сделанные самим Колумбом и
скопированные Бартоломе де Лас Касасом.
23 мая 1506 года.
Досточтимый, великолепный и могущественный король Испании, наш господин
высочайшей милостью.
Я отправляюсь в Индию снова и, вероятно, уже не вернусь потому что стар,
немощен и болезнь точит мое тело. Мне предстоит тяжелый и опасный путь. Я
совершу это плавание без Вашего высочайшего на то соизволения. Полагаясь только
на себя и удачу, я снарядил "Нинью", которая славно прослужила мне со времени
первого путешествия.
Я отправляюсь в путь не как адмирал, а как простой моряк - капитан,
отплывший из Испании в Индию на поиски новых земель и золота для Кастилии. Это
золото наш господин мог бы использовать для завоевания Святой Земли. Таковы были
мои намерения.
Однако мне следует начать рассказ с событий, случившихся четырьмя годами
ранее. Мой король, осведомленный о тяготах и лишениях путешествия 1502 года,
освободил меня от оков, простил ошибки, снова осыпал почестями и снарядил
экспедицию из четырех кораблей. Мы пережили сильнейший шторм и нашли новые
земли, которые я назвал в честь короля и королевы. Я был очень болен, и часто
казалось, будто смерть пришла, но я продолжал командовать кораблями из
маленькой каюты.
Это было неудачное и полное разочарований путешествие. Мы не нашли пролив,
открывающий путь на запад. Аборигены встретили нас не дружелюбно, как в первый
раз, а копьями и стрелами. Все было против меня - и погода, и ветры. Наконец мы
нашли тихую бухту, где высадились на берег и прожили там один год и пять дней,
пока нас не спасли. А дальше случилось худшее в моей жизни плавание.
Однако страшнее штормов, болезней и нападений аборигенов было осознание
того, что несмотря на все мои попытки служить Их Величествам и открыть для них
врата рая, я не справился с вещами, которые вышли за грань моего понимания и
возможностей. Нанося на карту новые земли, я потерял четыре корабля и нашел
мало золота. И что еще хуже, за это время моя королева покинула свое королевство,
чтобы уйти в вечное царство Творца нашего.
Мне известно только одно лекарство от печали - найти цель, которая вела бы
меня, как в первых путешествиях. За время долгого и несчастливого пребывания на
островах я понял: то, что я искал, было у меня под рукой. У меня был ключ к двери, за
которой спрятаны несметные сокровища.
После всех плаваний я достаточно обеспечен и должен быть благодарен судьбе.
Мой старший сын Диего служит королевским стражником, а младший, Фердинандо,
- паж. И все равно я опечален неудачей. Покой - не для моряка, и я намерен выйти в
море еще раз. Может быть, это будет мое последнее плавание, но я хочу выполнить
обещание, данное Вашему Величеству.
Итак, в этом месяце я составил завещание, согласно которому моим наследником
является Диего. Я снарядил корабль "Нинья" на свои собственные деньги, наняв
пятнадцать моряков. Мы отплыли ночью из Полоса, как и в первый раз, в то мое
знаменитое путешествие 1492 года. Взяли курс на Канарские острова, а дальше - на
юго-запад.
Перлмуттер отхлебнул кофе. Интересно. Рассказчик знал, что Колумб из всех
кораблей больше всего любил "Нинью". То, что "адмирал моря-океана" был очень
расстроен своей неудачной попыткой доплыть до Китая, тоже хорошо известно.
Колумба обвинили в том, что он не справился с ролью вице-короля, но потом простили
и позволили снарядить корабли для четвертого путешествия. И золото великий
путешественник тоже страстно хотел найти. Да, здесь только одна проблема, как
сказал дон Ортега: Колумб начал писать королю через три дня после своей кончины.
Перлмуттер продолжил чтение. Описание путешествия через Атлантический океан
очень походило на историю первого странствия Колумба. "Паруса наполнялись
славным ветром, нежным, как дыхание апреля в Севилье". Один приятный день сменял
другой. Странно.
Во время первого путешествия Колумб не беспокоился о точных расчетах курса.
Главной его заботой было идти в западном направлении. Он полагался только на
компас и собственный опыт, а недавно появившемуся прибору под названи-ем
"квадрант" не доверял. А вот в этом журнале есть записи с указанием точного курса и
наблюдения за звездами.
25 мая 1506 года.
Ориентируемся на Полярную звезду. Курс - юго-запад.
30 мая 1506 года.
Продолжаем следовать на юго-запад...
Колумб будто хотел точно указать курс, потому что знал, где находится "пункт
прибытия". Это совсем другое дело. Не так, как в первый раз, когда ошибка в
несколько градусов в ту или иную сторону не имела значения, поскольку
путешественник намеревался открыть огромные территории - Индию или Китай.
А ссылка на то, что Колумб использовал torleta - планшет, на котором ежедневно
отмечалось положение корабля, - еще больше добавляла уверенности: адмирал шел
по заранее определенному курсу.
Я все держу курс на юго-запад. Поворачиваю рулевое колесо то в одну, то в
другую сторону, в зависимости от ветра. Мы идем в соответствии с torleta древних.
Перлмуттер отложил документ в сторону и достал книгу по средневековой
навигации. Он знал, что torleta - это планшет, которым пользовались, чтобы
ежедневно отмечать положение судна. А еще этот планшет называли "стол с
колоколом", потому что при расчетах использовали песочные часы. Когда песок
полностью пересыпался в другую половинку, звонил колокольчик. Да уж, почти
средневековый компьютер! Планшет был расчерчен как сетка. Штурман соединял
прямой линией точки нахождения судна.
Но больше всего Перлмуттера озадачила фраза "torleta древних". Может, это всего
лишь неточный перевод? Может быть, фраза означает, что планшет очень старый?
Последнее неудивительно, поскольку речь идет о старушке "Нинье"...
Джулиан решил читать дальше. Он положил рядом с собой карту. Итак, "Нинья"
миновала Эспаньолу, Кубу и пошла к Ямайке. Повествование перескочило к описанию
неудачного предыдущего плавания.
Мой корабль двигался на юго-запад, минуя Санта-Доминго. Северо-восточный
ветер наполнял наши паруса три дня. Здесь на острове четыре года назад мне
рассказали о месте под названием Сигур, где несметное количество золота:
женщины украшают себя жемчугами и кораллами, а дома покрыты пластинами из
драгоценного металла. Местные люди также рассказали мне, что у жителей той
страны большие корабли, что обитатели Сигура носят богатые одежды и ни в чем
не знают нужды. А еще там можно найти самородки размером с куриное яйцо.
Здесь я понял, что на все - воля Господа. На этом острове пришлось провести
больше года, но именно здесь пелена упала с моих глаз, и я ясно увидел путь к
сокровищам, которые так мечтал добыть для Кастилии.
Диего Мендес, брат одного из моих капитанов, поплыл в каноэ на Эспаньолу за 500
миль. Пока мы ждали помощи, ранее дружелюбно настроенные индейцы отказались
продавать нам провизию, как прежде. Думаю, это отмщение мне за смерть пятерых.
Я не приложил руки, но и не помешал братьям.
Я встал на колени и стал молить о прощении. Я дал обет совершить не одно
паломничество в Святую Землю. Господь услышал меня и напомнил, что грядет
лунное затмение. Я сказал индейцам, что мой Бог недоволен ими и поэтому велит
умереть Луне. Когда Луна действительно исчезла, индейцы очень испугались и
сложили у моих ног съестные припасы, умоляя оживить Луну. Вождь был очень
благодарен мне и обещал показать дорогу к золоту, чтобы умилостивить моего Бога.
Он привел меня к прекрасному храму в восточной части острова. Там был "говорящий
камень", на котором высечены разные фигурки. Вождь сказал, что этот камень
укажет путь к сокровищам.
Перлмуттер читал о случае с затмением в книге Ортеги. Да, Колумб был весьма
находчив. А что это за басня про "горящий камень"? Рассказчик тоже задавал себе этот
вопрос.
В течение многих недель я думал о предназначении камня. Я предположил, что
это карта открытого мною побережья, но никак не мог разгадать смысл надписей и
знаков. Вернувшись в Испанию, я говорил с учеными об этом камне. Они сказали, что
камень - навигационный прибор, но надписи расшифровать не смогли. А потом
разгадка случайно пришла мне на ум, когда я посмотрел на "говорящий камень"
глазами простого моряка. Это - torleta, которой пользовались древние для
определения пути. Поскольку камень был громоздким и неподъемным, я зарисовал все,
что там было изображено, и отправился в пятое путешествие, моля Господа
послать мне кого-нибудь, кто смог бы истолковать странные надписи.
Последний отрывок объяснял, что значит "torleta древних". По-видимому, это была
большая тяжелая каменная плита, изображения на которой в древности использовались
в мореплавании. Конечно, не карта в обычном понимании, иначе Колумб бы понял, что
к чему. Дальше в письме речь шла о пятом путешествии.
10 августа.
При попутном ветре мы идем на запад. Сейчас бросили якорь у далекого берега,
куда еще никому не удавалось доплыть. Аборигены рассказали, будто здесь неподалеку
столько золота, что мы даже не можем себе вообразить. Думаю, я близок к
сокровищам царя Соломона. Я болен и совсем слаб из-за жары и недуга, но чувствую
- золото совсем рядом. Поэтому покорнейше прошу Ваше Величество позволить мне
совершить паломничество в Рим и Иерусалим после того, как я вернусь с сундуками
золота и драгоценных камней. Больше писать не буду, пока не получу золота.
Следующий отрывок датировался двумя днями позже.
Адмирала нет! Когда матросы проснулись на рассвете, оказалось, что исчезла
маленькая лодка, а адмирала нет в каюте. Карт тоже нет. Я отправил несколько
человек на поиски адмирала. Они обнаружили на берегу лодку, но аборигены
преградили им путь стрелами и копьями. Боюсь, как бы не оказалось, что дикари
убили адмирала! Будем ждать на корабле, но как только увидим какой-нибудь знак,
что он жив, немедленно отправимся на Эспаньолу за помощью. Господь наш, спаси
адмирала! Написано Алонсо Мендесом, юнгой.
Перлмуттер сидел в задумчивости, подперев подбородок. Такое впечатление, что
Колумб в последние часы просто бредил. Подумать только, золото царя Соломона!
Джулиан снова внимательно посмотрел на карту. Итак, он сошел на берегу. Интересно,
где именно? Если плыть от Ямайки на запад, то это где-то в Центральной Америке -
от Юкатана до Белиза и Гондураса. Колумб взял с собой карты, схемы... А что стало с
тем камнем? Перлмуттер покачал головой, подивившись тому, как легко поверил в
историю, которая вообще вымышлена.
А что, если документ настоящий?
И какое отношение имеют эти приключения к трагедии, рассказанной Остином?
При чем тут люди в черном, убивающие ни в чем не повинных археологов? И это
странное упоминание о "смерти пятерых"... Колумб считал себя настолько виноватым,
что воспринял вынужденное пребывание на острове как кару Господню. Перлмуттер
решил еще раз перечитать письмо. Вдруг он что-то упустил? А уж потом стоит
заняться "раскопками" в библиотеке.
Только сперва необходимо подкрепиться.
Канкут
Мексика
На борту лайнера, направляющегося в Канкут, царила радостно-приподнятая
атмосфера. Туристы в ожидании приятного отдыха оживленно переговаривались и
любовались с высоты птичьего полета бирюзовым океаном и чередой белоснежных
отмелей, тянущихся вдоль побережья. Из общего числа пассажиров выделялся один -
высокий американец в строгом сером костюме и ярком галстуке. Пол Траут. Всю
дорогу он сидел, уткнувшись в карту полуострова Юкатан, и беспрерывно думал о
жене, Джемме. Пол оторвал взгляд от карты, только когда почувствовал, что самолет
снижается.
Через несколько минут пассажиры сходили по трапу и спешили к автобусам,
которые доставят их к белоснежным пляжам. Пол же поспешил к стойке одной
небольшой чартерной авиакомпании. И через несколько минут он садился в
двухмоторный "Бичкрафт-Бэрон".
Когда самолет взмыл в небо, Траут мысленно поблагодарил сотрудников НУМА,
которые помогли ему с отлетом: быстро устроили билет на коммерческий рейс и
чартер.
Пилот, разговорчивый мексиканец лет тридцати, сообщил, что полет займет около
часа. Парень хорошо говорил по-английски и решил в первую очередь рассказать о
лучших барах и ресторанах в Канкуте.
Пол полюбовался зеленым пейзажем, тянущимся до самого горизонта, а затем
задремал.
- Ваш корабль! - вдруг прокричал ему на ухо пилот.
Плавные линии "Нерея" радовали глаз на фоне нефтеналивных танкеров и
рыболовецких судов. А Полу не верилось, что он оставил борт корабля и Джемму
всего несколько дней назад. Почему он не настоял, чтобы она тоже летела в
Вашингтон?! Впрочем, в душе Пол знал, что жена никогда бы не согласилась
перенести долгожданную встречу с профессором Чи.
Перед отлетом из Вашингтона Траут связался с секретаршей Чи, которая
подтвердила - да, профессор собирался встретиться с доктором Морган-Траут.
Секретарь также объяснила, что большую часть времени сеньор Чи работает на
местности и связывается с офисом по возможности. А вообще-то у него нет
ежедневного расписания, и скорее всего профессора можно застать в его лаборатории.
После приземления Пола встретил невысокий полицейский в светоотражающих
очках.
- Доктор Траут, - с улыбкой сказал он, - меня зовут сержант Моралес. Я из
федеральной полиции. Меня попросили быть вашим гидом.
Из Штатов Пол звонил и в мексиканский отдел по борьбе с наркотиками. Этот
отдел не раз пользовался услугами НУМА, поэтому они с радостью согласились
помочь Трауту найти сопровождающего из числа полицейских.
- Приятно познакомиться, - ответил Пол, глядя на часы. - Я готов начать, если
и вы готовы.
- Уже поздно, не хотите ли приступить завтра?
- Извините, сержант, но я проделал этот длинный путь, чтобы незамедлительно
начать поиски жены.
- Конечно, сеньор Траут, - ответил Моралес, понимающе кивая. - Позвольте
заверить вас: здесь дело только в здравом смысле. Я тоже хочу найти вашу жену.
Однако скоро стемнеет.
- И сколько осталось
...Закладка в соц.сетях
