Жанр: Боевик
Змей
...По бортовому радио объявили о посадке. В аэропорту Остин взял напрокат
автомобиль и отправился в город, быстро доехав до Уотер-стрит, где и отыскал
лейтенанта Коффина. Лейтенант - высокий, стройный, с облупившимся носом -
просто рот открыл от удивления, когда Курт представился.
- А вы очень спешили, - сказал лейтенант, окидывая гостя взглядом. - Что, у
парней из НУМА есть собственные самолеты?
- У некоторых есть, а мне повезло сесть на ближайший рейс. Хороший повод
исчезнуть из Вашингтона.
- Правильно. Остров прекрасен в это время года. Здесь нет толп народа. -
Коффин подозрительно прищурил карие глаза. - Я звонил в НУМА после разговора с
вами.
- Не могу винить вас за это.
- Сюда легко попасть, и мы не можем быть слишком беспечными. В Нантакете
живет много богатых людей, которые платят высокие налоги. Конечно, жулик не
станет спрашивать у полицейского, где находится подходящий для ограбления
богатый дом. Только все равно хорошо, что вы зашли в участок. Я покажу вам дорогу.
Лейтенант взял туристическую карту и нарисовал на ней желтым маркером, как
проехать к дому Донателли.
Следуя указаниям полицейского, Остин свернул на узкую извилистую дорогу,
миновал сосновый бор, пару ферм и оказался на песчаной дороге. Повсюду
чувствовался сильный запах моря. Вдруг из тумана показался большой дом. Похоже,
здесь никого нет. В окнах не горит свет, не видно автомобилей. Остин заглушил мотор
и пошел по дорожке вдоль ухоженной лужайки. Позвонил в дверь. Нет ответа. А что,
если мистер Донателли переменил планы и вернулся в Нью-Йорк раньше, чем
предполагалось?
Курт нахмурился. Только этого не хватало. Столько времени потрачено впустую.
Интересно, когда ближайший рейс на Вашингтон? Хорошо бы выбраться отсюда
побыстрее. С этими мыслями Остин решил обойти дом вокруг. Архитектор сумел
органично вписать в архитектуру элементы итальянского стиля наряду с традиционной
для этих мест отделкой. Во всем проглядывался хороший вкус.
Позади дома раскинулся внушительных размеров сад и детская площадка с
качелями и горкой. Остин подошел к скале и с минуту смотрел на изуродованную
штормами лестницу, ведущую к пляжу. Курт обернулся, посмотрел на дом. Сквозь
туман здание едва виднелось.
Решив, что сделал все возможное, Остин вернулся к машине и написал записку
мистеру Донателли, где просил позвонить как можно скорее по указанному телефону.
Примитивный способ связи, но может сработать. Остин поднялся на крыльцо и
засунул записку под медное дверное кольцо, надеясь, что бумагу не унесет ветром. Он
уже собрался повернуться и уйти, как вдруг почувствовал: в шею уперлось нечто
металлическое и холодное, щелкнул снимаемый предохранитель. Можно не
сомневаться, это крупнокалиберное ружье. И дальше - ни звука, ни шороха.
- Руки вверх, - резким голосом проговорил кто-то. - Не оборачиваться.
Человек говорил с акцентом. Остин медленно поднял руки:
- Мистер Донателли?
- Не разговаривать, - твердо добавил человек и подтвердил серьезность
намерений резким толчком в шею.
Затем этот кто-то ловко достал из кармана пиджака Остина бумажник и приказал
подняться по лестнице, ведущей на террасу второго этажа. В туманных сумерках Курт
не мог разглядеть того, кто изучал его документы. Но вот появился еще один человек,
с зажженной сигаретой. Запахло крепким табаком.
- Садись, - приказал человек с ружьем.
Остин опустился в плетеное кресло, влажное от вечерней сырости. Мужчина,
пленивший Курта, не опуская ружья, заговорил со вторым человеком по-итальянски. С
минуту они совещались.
- Кто вы? - спросил куривший.
- Меня зовут Курт Остин. Я сотрудник Национального агентства подводных
исследований.
Последовала пауза. Через минуту незнакомец снова заговорил:
- А вы последовательны. То же самое вы рассказали и лейтенанту Коффину.
- Вы говорили с лейтенантом?
- А как же! Полиция заботится о спокойствии граждан, проводящих лето на
острове. Особенно тех, кто не скупится на покупку новой техники для участка. Я
потребовал, чтобы он сообщал мне лично, если кто-то будет меня разыскивать.
Лейтенант даже хотел приехать сюда вместе с вами. Я отказался. Убедил, что
справлюсь с ситуацией сам.
- Значит, я не ошибся. Вы мистер Донателли.
- Здесь я задаю вопросы. Кто вы на самом деле?
- Вы же нашли мои документы в бумажнике.
- Документы можно подделать.
Похоже, Донателли очень недоверчив.
- Лейтенант Коффин связывался с НУМА и может подтвердить, что я именно тот,
за кого себя выдаю.
- Не сомневаюсь в этом. И все-таки меня интересует, кто вы на самом деле.
Остин начал терять терпение:
- Не понимаю, чего вы хотите, мистер Донателли.
- Почему такое солидное правительственное учреждение, как НУМА,
интересуется мной? Я всего лишь владелец ресторана в Нью-Йорке. Единственное, что
меня связывает с морем, - Фултонский рыбный рынок, где мы закупаем
морепродукты.
- Вы были на борту "Андреа Дориа".
- Лейтенант Коффин тоже говорил, что вы упоминали "Дориа". Это не новость,
не так ли?
- Мы надеемся, вы сможете нам помочь в одном деле.
- Объясните, что за дело, мистер Остин. Можете опустить руки, но не забывайте
- мой кузен Антонио, как и всякий сицилиец, прекрасно владеет оружием.
- Тогда, прежде чем я начну, мистер Донателли, объясните своему кузену, что его
пушка окажется далеко-далеко, если он еще раз ткнет ею мне в шею!
Конечно, осуществить угрозу Остин вряд ли бы смог, однако день выдался
трудным, а кузен с ружьем порядком поднадоел. Донателли что-то сказал
родственнику по-итальянски, и тот отошел в сторону, по-прежнему держа Курта на
мушке.
- А теперь рассказывайте, мистер Остин, - проговорил Донателли, прикуривая
следующую сигарету.
- Все началось в Марокко, - начал Курт и постепенно изложил все детали
истории, включая то, как он вышел на Донателли. - Один из наших сотрудников
наткнулся на ваше имя в газетной статье. Когда я узнал, будто вы видели, как
вооруженная банда грабила бронированный грузовик, то решил переговорить с вами.
Донателли молчал, потом что-то сказал кузену. Тот медленно вошел в дом. Через
секунду в окнах загорелся свет.
- Пойдемте в дом, мистер Остин. Здесь сыро. А это плохо действует на мои
суставы. И прошу меня извинить. Я думал, вы один из них. Но они не стали бы
утруждаться сочинением такой невероятной истории. Поэтому полагаю, вы не лжете...
Остин вошел внутрь. Донателли предложил ему сесть в кресло у камина, сам
расположился рядом и нажал кнопку пульта дистанционного управления. В камине
вспыхнул огонь. Тепло приятно согревало.
На каминной полке стояла очень точная масштабная копия "Андреа Дориа". Кроме
того, в гостиной было полно вещей, связанных с этим судном: фотографии, картины и
даже спасательный жилет.
Донателли изучал гостя, а гость - хозяина. Мистер Донателли был все еще
довольно красивым мужчиной лет шестидесяти. Он сохранил густую шевелюру из
вьющихся волос, чуть тронутых сединой. Видимо, старался поддерживать себя в
форме. Владелец ресторана носил дорогой спортивный костюм и кроссовки последней
модели.
Кузен Антонио являл собой полную противоположность: невысокий, немного
расплывшийся. Бритая голова, нос сломан, лицо покрыто шрамами. Маленькие глазки
будто старались пробуравить Курта насквозь. Одет Антонио был в черную рубашку и
брюки. Минут через пять он снова появился в гостиной с подносом, на котором стояли
стаканы для бренди и лежал бумажник Остина.
- Граппа, - пояснил Донателли. - Прекрасное средство согреться.
"Огненная вода" итальянского производства обожгла горло Остина. Он
почувствовал себя куда лучше, чем на веранде в тумане.
Донателли отхлебнул из стакана и спросил:
- Как вы нашли меня, мистер Остин? Я велел сотрудникам не сообщать, где я.
- В ресторане мне сказали, что вы на острове.
- Вот тебе и меры безопасности, - с улыбкой произнес Донателли и сделал еще
глоток. После долгой паузы он добавил: - Это было не ограбление.
- Значит, в газетах ошибка?
- Я сказал так для удобства. Воры обычно берут что-нибудь. А те воры ничего не
взяли, кроме жизней.
Донателли подробно и с некоторой долей юмора изложил события 1956 года. Даже
по прошествии стольких лет голос его дрожал, когда он рассказывал о гибели судна.
Донателли хорошо помнил детали убийства охранников того бронированного
грузовика и спасения пассажиров.
- Вы сказали, что в грузовике был камень. Но зачем убивать из-за камня, мистер
Остин?
- Возможно, это не просто камень.
Донателли покачал головой, словно не понимая.
- Мистер Донателли, вы обронили фразу "один из них". Что вы имели в виду?
Ресторатор задумался, взвешивая каждое слово.
- После гибели корабля я не сказал ни слова о том инциденте. А то, что написали
в газетах, просто нечаянная оговорка. В душе я всегда понимал: об увиденном нужно
молчать. И после появления той статьи кто-то позвонил мне и предупредил, чтобы я
держал язык за зубами. От голоса звонившего кровь стыла в жилах. Он знал всё обо
мне и моей семье. Даже имя парикмахера жены, имена детей и внуков, где они живут.
Тот человек сказал: если я когда-нибудь скажу еще хоть слово о произошедшем, меня
убьют. А сначала я увижу, как убьют всех моих домашних. Я родом с Сицилии. И я
поверил позвонившему. Больше я не давал никаких интервью. И попросил Антонио
приехать ко мне.
- Полагаю, звонивший не назвал своего имени?
- И да, и нет. Имен он не назвал, но дал понять, что действует не один. Он сказал,
что у него много братьев.
- Братьев?! А может, он сказал "братство"?
- Да, думаю, именно так он и сказал. Вам что-нибудь известно о них?
- Когда-то существовала организация "Братство святого меча истины". Они
действовали заодно с испанской инквизицией. Правда, это было несколько столетий
назад.
- Мафия тоже появилась несколько столетий назад. Не вижу разницы.
- Однако мафия продолжает существовать и действовать.
- Да... И несмотря на то, что в Старом Свете знали о мафии, а "Черная рука"
перекочевала вместе с эмигрантами в Америку, здешняя полиция не подозревала о
существовании "Коза ностры", пока однажды не обнаружили труп человека,
нарушившего кодекс молчания.
- Вы хотите сказать, будто братство могло тайно действовать на протяжении
веков?
Донателли развел руками:
- Мафия совершала убийства, ограбления и прочие преступления, а шеф ФБР
Гувер клялся, что "Коза ностра" не существует.
Остин подумал, что ресторатор, возможно, прав.
- А вы многого достигли, - заметил Курт, окидывая взглядом роскошный
интерьер.
- Мне помогли. После кораблекрушения я поклялся больше никогда не ступать на
палубу корабля. Нет ничего ужаснее, чем оказаться в брюхе тонущего судна.
Женщина, которой я пытался помочь, к несчастью, скончалась от травм. Когда я
пришел на похороны, ее муж поблагодарил меня и сказал, что хочет что-нибудь для
меня сделать. И я признался в своей старой мечте - открыть небольшой ресторанчик.
Мистер Кэрри дал мне стартовый капитал, потребовав, чтобы я серьезно занялся
бизнесом и закончил курсы английского языка. А я назвал ресторан "Майра" в честь
его жены. Потом открыл еще шесть ресторанов в крупных городах США. Бизнес
сделал меня миллионером и дал возможность жить так, как я живу. Я женился на
чудесной женщине. Она подарила мне четверых сыновей, дочку и много внуков. Я
построил для своей семьи этот дом. А место для него я выбрал здесь, потому что
"Андреа Дориа" затонул неподалеку отсюда. В туманные ночи, как сегодня,
накатывают воспоминания. Видите ли, мистер Остин, крушение обернулось трагедией
для многих, а мою жизнь изменило в лучшую сторону.
- Зачем вы рассказываете мне это?
- Моя жена умерла в прошлом году. Выжив на "Андреа Дориа", я возомнил, что
буду жить вечно, а смерть жены напомнила - я тоже смертен. Я не очень религиозный
человек, но с некоторых пор стал задумываться о том, как поступать правильно. А
также об убитых в грузовом отсеке корабля. А теперь я узнал и о погибших в
марокканской экспедиции... Я буду представителем мертвых. - Донателли посмотрел
на часы. - Уже поздно, мистер Остин. Вам есть где остановиться?
- Думаю, без труда найду гостиницу.
- Зачем? Оставайтесь здесь, будьте моим гостем. Я приготовлю на ужин особую
пасту со свежими помидорами и цуккини.
- От такого приглашения просто невозможно отказаться.
- Хорошо, - сказал Донателли, снова наливая граппу в стаканы. - После ужина
мы обдумаем, как показать тем людям, что значит связаться с сицилийцами.
Глава 32
Сан-Антонио
Техас
Будучи американцем мексиканского происхождения, Завала испытывал
смешанные чувства при виде мест, священных для техасцев. Он восхищался
мужеством защитников Аламо, чьи имена высечены на мемориале на главной площади
города. С другой стороны, ему было жаль полторы тысячи мексиканских солдат,
погибших во время осады крепости.
Завала обошел часовню - единственное, что осталось от когда-то значительного
форта. В шесть тридцать он уже припарковался у здания "Тайм квест".
Затем Джо миновал два лифта, на одном из которых значилось "частная
собственность", и занял позицию для наблюдения в тени массивной железобетонной
колонны. В пять минут восьмого из главного лифта вышла Мелоди и направилась к
своей машине. Джо пожалел, что не удастся пойти на свидание с такой очаровательной
девушкой. Однако - в сторону эмоции. Нужно сохранять ясную голову для встречи с
сеньором Алконом.
Наконец бдительность Завалы была вознаграждена. Вскоре после отъезда Мелоди
к двери частного лифта бесшумно подкатил черный "линкольн".
Почти в ту же секунду дверца лифта распахнулась, и оттуда появился человек.
Завала поднес к глазам "никои" и навел объектив на высокого смуглого мужчину.
Джо успел щелкнуть затвором несколько раз, прежде чем тот сел в лимузин. Алкон.
Без всяких сомнений, это глава фирмы. Шофер ждал, придерживая для хозяина дверцу
автомобиля. Завала успел снять и его. Шофер был высоким, широкоплечим,
атлетического сложения. Он обвел взглядом гараж, будто услышал негромкое
жужжание фотоаппарата. Завала нырнул в тень и не дышал, пока автомобиль не
тронулся с места.
В следующую секунду Джо еще раз поймал седовласого шофера в видоискатель и
чуть не вскрикнул от неожиданности. Вот так сходство! Завала не верил собственным
глазам. Джо уже видел это лицо. Только тогда этот человек был одет в рабочую
одежду и носил бороду, а теперь на нем прекрасно сшитый костюм, а лицо чисто
выбрито. И еще у него была жена, а звался он мистером Вингейтом...
Завала бросился к своей машине. Он поехал за лимузином, пропустив перед собой
пару автомобилей. Черный лимузин выехал на скоростное шоссе в северо-западном
направлении. Скоро городской пейзаж сменился холмами и лесом.
Завала держался на некотором расстоянии от "линкольна", но старался не терять
его из виду. Так они ехали около часа. Свернули с главной дороги на какую-то явно не
очень популярную. Завала отстал еще больше, чтобы не "засветиться". Лимузин
скрылся с глаз, и вдруг впереди блеснули яркие оранжевые огни. Оказалось, это
небольшой пластиковый знак, обозначающий грунтовую дорогу.
Через сотню ярдов Завала понял, что сбился с пути, развернулся и поехал назад. Он
выключил габаритные огни, присмотрелся и увидел обычную проселочную дорогу.
Что птице такого полета, как Алкон, нужно в этой глуши? Может, у него здесь
охотничий домик? По обе стороны дороги - густой лес да холмы. Нигде ни огонька.
Не желая неприятных встреч, Завала останавливался через каждые несколько минут,
выходил из машины и обследовал дорогу. Присматривался и прислушивался.
Во время очередной остановки он заметил одинокий огонек. Джо осторожно пошел
на свет. Оказалось, это единственный фонарь над воротами высоченного забора. Завала
съехал с дороги в кусты, вылез из машины и вернулся к воротам. Забор высотой в два
человеческих роста, да к тому же обнесен колючей проволокой. На воротах табличка,
где белой краской было написано: "Не подходить. Частная собственность. Территория
охраняется собаками". Над табличкой небольшая коробка. Ясно - камера слежения.
Перелезть через забор не удастся, это понятно. И тут у Джо созрел план.
Неподалеку он проезжал невысокий холм. Отлично. Завала вернулся назад, свернул с
дороги и стал подниматься по холму. Занятие оказалось нелегким. Кругом кромешная
тьма, а посветить нечем. Наконец он на вершине. Джо выбрал дерево пораскидистее и
взобрался наверх.
Теперь перед ним открылся отличный вид, жаль только, что фонарь над воротами
оставался единственным источником света. Впрочем, скоро глаза Джо привыкли к
темноте, и некоторые предметы обрели форму. Перед ним раскинулся комплекс
строений: некоторые четырехугольной формы, другие - цилиндрической, а в центре,
как доминанта, высилась четырехугольная пирамида с плоской вершиной. Все здания
из какого-то белого камня, и потому они немного мерцали в лунном свете.
Вот так охотничий домик! Невероятно! Просто сумасшествие какое-то. Древний
город посреди техасского леса! Джо попытался позвонить Остину, но сотовый друга не
откликался. Просидев еще несколько минут на дереве и решив, что увидел достаточно,
Завала уже собрался спускаться, как вдруг вспыхнул свет и открылось необыкновенное
зрелище. Джо вцепился покрепче в сучья, пораженный невероятной сценой,
развернувшейся прямо перед ним.
Рауль Гонсалес, дрожа всем телом, ждал пули в спину, надеясь, что это случится
прежде, чем он скончается от холода. Будь проклята та американка! Из-за чертовой
бабы он сейчас здесь. Поток черных мыслей Гонсалеса прервала вспышка света. Перед
ним появилось фантастическое существо: наполовину человек, наполовину животное.
Мощный торс был бронзовым. Вокруг талии повязан кусок яркой красно-желтозеленой
ткани. Бедра покрыты перьями. Лицо скрывала маска, какая может
привидеться только сумасшедшему в кошмарном сне: длинная желто-зеленая морда,
голодный взгляд и звериный оскал, открывающий острые клыки. С головы на спину
падал длинный плюмаж из перьев. Чудище замерло как статуя, сложив на груди руки.
- О Матерь Божия! - донеслось слева от Гонсалеса.
- Замолчи! - Гонсалес резко оборвал капитана катера-амфибии.
Нужно молчать, иначе их застрелят, а Гонсалес не хотел умирать из-за
хныкающего труса. Человек, стоявший справа, нравился Раулю больше. Ловкий,
плавно двигающийся, такой же убийца, как и он сам. При других обстоятельствах
Гонсалес с удовольствием поговорил бы с ним на профессиональные темы. Своему
страшному ремеслу сирота Рауль обучился в нищих кварталах Буэнос-Айреса. Он был
предводителем банды, услугами которой пользовались местные бизнесмены.
Солидные люди страдали от преступного сброда, и малыш Рауль предложил
владельцам магазинов и ресторанов помочь избавиться от малолетних бандитов. Он
внедрялся в группировки таких же малолеток, как и сам, и, улучив момент,
расправлялся со спящими дружками с помощью ножа или гарроты. Став постарше,
Рауль начал получать задания посерьезнее. Конкуренты, политики, неверные супруги...
Он с легкостью отправлял людей на тот свет. Огнестрельное оружие, нож, пытки -
годилось все. Гонсалес всегда выполнял пожелания заказчиков и заслужил
соответствующую репутацию.
Вспышка.
В круге света появилась еще одна фигура в маске. Рычащий ягуар с высунутым
кроваво-красным языком.
Гонсалес выругался про себя. Стоять на холоде, пока какие-то идиоты щеголяют в
карнавальных костюмах! Это нечестно. И все из-за маленькой неудачи. Братство
наняло Рауля Гонсалеса для особых заданий. Он даже не знал, кто эти люди. (Зато они
знали о нем все.) Однако работа была нетрудной, а деньги платили хорошие. Как и в те
времена, когда он работал на улицах. Ждешь звонка, внедряешься в группу и
убиваешь. Ничего сложного. Так было и в Марокко.
Марокко. Да чтоб ему никогда не слышать названия этой страны!
Простая работа, сказали по телефону из Мадрида. Безоружные, ничего не
подозревающие ученые. Нужно внедриться в группу, а потом перерезать всех, как
овец, в собственных постелях, быстро захоронить трупы и уничтожить следы. Если бы
не эта стерва с русским именем! О, Иисус Мария, у него были кое-какие планы на счет
этой дамочки. Уж он бы насладился этим стройным телом. Сколько раз Рауль
наблюдал, как она расчесывает великолепные, цвета золотой пшеницы волосы, а они
переливаются в солнечных лучах. Разговаривая с ним, она всегда была вежлива, но
Гонсалес чувствовал презрение. Эта дрянь будто стряхивала докучливого муравья со
своей стройной ноги. А он бы заставил ее молить о пощаде! Она бы сама предложила
свое роскошное, прекрасное тело...
Вот только она не спала, когда Рауль вошел к ней в палатку. Ее там не было.
Проклятая баба убежала, как ветер. Братство трижды пыталось покончить с ней, и ни
одна попытка не увенчалась успехом. Утопить ее в море не смогли. А ударный отряд,
посланный на научно-исследовательское судно, сам оказался в роли жертвы.
Единственный уцелевший - командир амфибии - стоял сейчас рядом с Гонсалесом.
При таком повороте событий неудивительно получить приказ явиться сюда.
Гонсалес предполагал, что понесет наказание, его гонорар будет урезан, а потом ему
дадут новое задание. Однако вместо этого люди, вооруженные автоматами, посадили
его под замок вместе с другими провинившимися. С наступлением темноты их вывели
во двор и велели ждать. Шевелиться и разговаривать запретили. За нарушение приказа
- расстрел на месте. Так они и стояли, не шелохнувшись, в темноте и слушали
отдаленное завывание койотов.
Снова вспышка.
Появилась третья фигура, в маске Смерти - пустые глазницы и жуткая ухмылка.
Откуда-то раздался голос, усиленный акустической аппаратурой.
- Приветствую вас, братья мои, - пророкотал он с аристократическим
кастильским прононсом.
- Приветствуем вас, господин Алкон, - донеслось нестройное эхо невидимых в
темноте людей.
- Мы знаем, для чего здесь собрались. Трое из нас получили задание и провалили
все. - Голос сделал значительную паузу. - Наказание за провал - смерть.
Значит, пуля неминуема, подумал Гонсалес. Жаль. Хорошая штука - жизнь. Он
представил, как смертельная порция свинца превратит его тело в кровавое месиво.
Только бы все произошло мгновенно... Ноги заныли от долгого стояния. Вдруг из
темноты вылетел и упал впереди какой-то круглый предмет. Сначала Гонсалес принял
черно-белый шар за футбольный мяч, но, приглядевшись, увидел, что на нем
изображены черепа.
В громкоговорителях снова загремел голос:
- Вам дается шанс выиграть свои жизни. Мяч определит - жить вам или умереть.
Огни внезапно погасли. Три фигуры в масках исчезли, но только на миг. Разом
загорелись сотни ярких ламп, и Гонсалес увидел, что он и другие провинившиеся
находятся между двумя параллельными каменными стенами. Трое в костюмах сняли
маски и стояли у дальнего края поля. На обеих стенах примерно посередине было по
кольцу, а рядом с ними - изображения голов попугаев. На трибунах, расположенных
над стенами, в полутьме виднелись сотни зрителей.
- Мяч решит вашу судьбу, - вещал голос. - Это поле - Космос. Аллигатор,
Ягуар и Смерть символизируют богов подземного мира. Они ваши противники.
Правила такие же, как и две тысячи лет назад. Боги играют только ногами. Вы
используете руки и ноги. Ваша цель - провести мяч на другой конец поля. Команда,
которой удастся забросить мяч ь кольцо, побеждает. Проигравшие будут наказаны.
Гонсалес стоял, словно громом пораженный. О Господи! Они будут гонять мяч,
чтобы спасти свои жизни! Еще мальчишкой ему доводилось играть в уличной команде,
а потом - в команде любителей. У него неплохо получалось. Но сейчас он, конечно,
не в форме: чрезмерные возлияния, наркомания, женщины. Впрочем, несмотря на все
излишества, тело Гонсалеса оставалось крепким.
- Играли раньше? - спросил он сотоварищей по несчастью, стараясь не
шевелить губами.
- Немного, - ответил убийца. - Был форвардом.
- Я - вратарем, - сказал командир амфибии.
- Игра будет стоить нам жизни, - продолжил Гонсалес. - Здесь нет правил. Все
средства хороши. Понятно?
Двое понимающе кивнули.
"Боги" на дальнем конце поля ждали начала действия.
- Бью, - сказал Гонсалес.
Он сделал несколько шагов назад, сфокусировался на мяче, разбежался и резко
ударил. Мяч оказался тяжелее, чем ожидал Рауль. Нога заныла. Гонсалес постарался
вложить в удар всю силу, но, увы, цели не достиг. Мяч ударился о стену и откатился к
тройке противника.
Один из оппонентов повел мяч ловко и быстро, словно молния. Двое других
прикрывали его с флангов. Они походили на братьев-тройняшек: одинаковые
мускулистые бронзовые тела, одинаково подстриженные темные волосы и одинаковые
беспристрастно-равнодушные глаза.
Ведущий заметил, что Гонсалес движется к нему, и передал мяч на левый фланг.
Но у Рауля созрел другой план. Мяч его не интересовал. Хитрый убийца произвел в
уме простые вычисления. Если травмировать одного из противников, то команда врага
потеряет тридцать процентов личного состава. Рауль Гонсалес наметил цель - игрока,
который только что передал мяч.
А предполагаемая жертва хладнокровно ждала приближения Гонсалеса. Затем
"бог" сделал шаг в сторону и подставил хитрецу ножку. Рауль с размаху рухнул на
землю, растянувшись во весь рост.
Не обращая внимания на боль, он вскочил на ноги и постарался включиться в игру.
Его сотоварищ по команде безуспешно пытался завладеть мячом, ударив противника в
грудь локтем.
Гонсалес набросился на игрока, ведущего мяч, всем телом. Тот упал на колени,
однако тут же поднялся и последовал за товарищем по команде, который перехватил
шар с черепами и повел его в противоположный конец поля. Гонсалес в ужасе смотрел
на происходящее.
Так быстро.
Трое на одного.
На их половине стоял один лишь капитан амфибии в роли вратаря.
"Бог", ведущий мяч, оценил ситуацию и решил сам забить гол, а не передавать на
фланг. Капитан амфибии разгадал замысел и, не дожидаясь худшего, бросился на
врага, нанеся мощный удар локтем в челюсть. Послышался хруст сломанной кости.
"Бог" упал на землю, изо рта струйкой потекла кровь. Гонсалес от волнения судорожно
хватал воздух ртом. Усп
...Закладка в соц.сетях
