Жанр: Боевик
Ловушка для героев
...просил Синбирцев.
- Там и пересекали. В том самом месте.
- Дьявол!
Вьетнамец прополз на коленях к одной обочине тропы. Потом к другой. Потом
обследовал прилежанщий к тропе лес на несколько метров в обе стороны. Его
товарищи давно прошли, а он все еще о чем-то размышлял, перебирая пальцами
пыль на дороге.
- Неужели учуял? - сам себя спросил команндир.
- Если учуял - то хана! - ответил "замок".
- Ты бы лучше не каркал!
- А тут каркай не каркай. Зачем бы ему было по тропе на карачках ползать?
Он что, золотое кольцо в прошлом году на этом месте обронил? А теперь ищет?
Или его радикулит скрутил? Именно здесь? След он увидел. След! Точно тебе
говорю! И теперь начнет его разматывать. И на нас напорется...
- Нет. Раскрываться нам нельзя, - задумчиво сказал командир, - никак
нельзя. На этой территонрии хозяева они...
- Можно, нельзя, кто теперь спросит.
- Категорически нельзя... - еще раз повторил, словно что-то решив про себя,
командир. - Кудряншов.
- Я!
- Далидзе.
- Я!
- Вам необходимо сделать так, чтобы... В обнщем, чтобы все было нормально.
- Не поняли, товарищ командир.
- Он не должен сообщить о нас своим... своему командованию.
- Как это? - все никак не могли взять в толк приказ капитаны.
- Так! Не должен!
- То есть вы хотите сказать?..
- Именно это я и хочу сказать! Точнее, приканзать!
- Но он же...
- Выполняйте распоряжение! И по возможноснти тихо.
- Может, мы его лучше в плен возьмем? - ненуверенно предложил Резо. - Или
припугнем как следует.
- Капитан Далидзе! Вы слышали мой приказ?
- Так точно!
- Так почему вы еще здесь?
Капитан Кудряшов и капитан Далидзе вытянунли из ножен штык-ножи. И выползли
из убежища. И поползли в сторону тропы. Медленно, словно им в карманы
нагрузили пудовые гири.
Вьетнамец выпрямился и быстро пошел по тропе.
Теперь, чтобы он не успел уйти, надо было дейнствовать быстро и решительно.
Совсем не так, как это делали разведчики.
- Кудряшов! Далидзе! - громким шепотом принказал командир.
Капитаны оглянулись.
- Вернитесь.
Капитаны недоуменно переглянулись.
- Ладно, оставайтесь здесь. Я сам, - сказал конмандир и, расстегивая ножны
закрепленного на понясе кинжала, поднялся из убежища. - Капитан Синбирцев
остается за меня.
- Есть.
- Набрали салабонов. Мать их... Простейшего дела сладить не могут...
Пригибаясь, прячась за стволами деревьев, бесншумно перебегая от куста к
кусту, командир двинулнся вдоль тропы, чтобы выйти вьетнамцу наперерез. В
его движениях, в том, как он шел, как пригибался, как быстро исподлобья
осматривался по сторонам, было что-то звериное, что-то не оставлявшее
жертве надежд на спасение.
Разведчики остались в убежище. Они сидели на корточках, глядя друг на друга
и сквозь друг друга. Их лица ничего не выражали. Кроме ожидания. Ожидания
неизбежного.
Командир вернулся через пять минут. Ожестонченно отирая руку и рукав пучком
травы.
- Ну? - взглядами спросили разведчики своего командира. Хотя и так все было
понятно. Командир устало сел на землю.
- Кудряшов! Далидзе! Федоров! Возьмите сапернные лопатки. И пойдите туда.
Вон туда, за те деревья. И... Только живее. У нас нет времени. Они могут
скоро хватиться его. И вернуться... Кузнецов, Смирннов - в охранение.
Капитаны, механически подчиняясь приказу, отнстегнули лопатки и пошли за
деревья.
- Впрочем, нет, - вновь остановил их команндир, - мы все равно не успеем.
Положите его в плащ-палатку и тащите сюда. Закопаем его дальше. По дороге.
Где-нибудь километрах в двух от тропы. Так понадежней будет... Ну куда вы
всей толпой? Он же легкий...
Вьетнамца, по неосторожности остановившегося на тропе, зарыли в
малоприметном месте. Вместе с карабином и всеми его вещами. И разметали
образонвавшийся холмик. И утрамбовали каблуками землю. И обсыпали место
прелой листвой. Так, чтобы его никто и никогда не нашел.
Вьетнамец не успел сказать о своих подозрениях соплеменникам.
- Теперь ходу! - приказал командир. - Здесь нам долго оставаться нельзя.
Здесь мы наследили.
Разведотряд вытянулся в колонну по одному. И побежал. Быстро, но осторожно.
Подальше от менста совершенного им преступления. И в противопонложную от
той, куда следовало двигаться, сторону.
Через час отряд повернул. Через два повернул еще раз. Через пять - вернулся
на нитку первонанчального маршрута.
Еще через двадцать часов, после еще одной дневнки, разведчики вышли в
искомый квадрат.
- Где-то здесь, - сказал командир.
- Где конкретно?
- Откуда я знаю? Здесь... Надо привязаться к местности. А потом начать
поиск. Расстелили карту.
- Значит, так: северо-восток - горная гряда, занпад - река, юго-восток -
отдельно отстоящая сканла, - показал на топографические значки
опознанвательных "маяков" командир. - Точка схождения азимутов - район
нашего интереса. Где нам и рыть землю...
Огляделись.
- Вон гряда. Вон скала. Где-то там должна быть река. Если она есть - все
сходится.
Река была. И еще было многокилометровое пронстранство непролазных джунглей,
где следовало иснкать чужой, потерпевший аварию самолет. На карте район
поиска укладывался в несколько квадратных сантиметров. И оттого внушал
гораздо больше оптинмизма, чем его реальный, на местности, прототип. По
которому предстояло путешествовать ножками, а не остро заточенным
карандашом.
- Здесь хлебать не перехлебать...
- Все равно что иголку в стоге сена. Который дома...
- Отставить разговорчики! - пресек капитунлянтские настроения командир. -
Стог не стог, а иснкать надо. И найти надо! Поэтому поступим следуюнщим
образом. Разделимся на четыре группы. Команндир первой - Кудряшов. Второй -
Пивоваров. Трентьей - Далидзе... Четвертой... Первая, вторая, третья группы
- ведут прочесывание параллельными курнсами по следующим направлениям...
Четвертая - обеспечивает охранение. Ну и вообще, на всякий случай. Встреча
через каждые два часа в следующих контрольных точках. Всем все понятно?
Всем было все понятно.
- В случае возникновения непредвиденных обнстоятельств засвеченная группа
выбирается самостонятельно, уводя противника вот сюда... Прочие в бой не
ввязываются, отступая по следующим направленниям... Точка сбора вот
здесь... В двадцать три часа тридцать минут и в четыре часа тридцать минут
кажндых последующих суток. Но не далее трех суток. В самом крайнем случае -
встречаемся на поберенжье в точке эвакуации. Все! Разошлись.
Четыре группы разведчиков рассыпались в стонроны, враз исчезнув в
непролазных дебрях джунглей.
На этот раз шли развернутым строем, как при фронтальном наступлении на
заведомо слабого пронтивника. Как при кинематографической психичеснкой
атаке. В пределах видимости один - другого.
Два часа поиска. Контрольное время. Встреча.
- У вас есть что-нибудь?
- Ничего.
- У нас тоже ничего.
- И у нас.
- Расходимся?
- Расходимся. Еще два часа.
- Пусто?
- Пусто.
- И у нас то же самое... Еще два часа.
- Как у вас?
- Боюсь, так же, как у вас. Стерильно.
- Это верно, что стерильно.
- Может, тут и нет ничего? Может, информатонры оплошали? Или место аварии
перепутали? Или те обломки вывезли давно?
- Может, и вывезли. Только искать все равно придется.
- Что искать?
- Бублик. Или хотя бы дырку от бублика. Если того бублика нет.
- Какой такой бублик?
- Самолет. Либо место, где он развалился. Либо место, где он исчез. Либо
место, где он никогда не падал... Короче, хоть что-нибудь. Которое - вынь
да положь!..
Глава 24
Группа армейских коммандос, проходящая в штабных документах под шифрокодом
К-27, отрабантывала приемы преодоления водных преград. С иснпользованием
подручных средств. Ну в смысле с тем, что под руку попадет.
- Лейтенант Доутсон.
- Я! Сэр!
- Приготовиться к выполнению упражнения.
- Но, сэр...
- Что вас беспокоит, лейтенант Доутсон?
- Дело в том, сэр, что я не умею плавать. Сэр!
- Совсем?
- Совсем!
- Тогда считайте, вам повезло, лейтенант Доутнсон. Тогда вы выполните
показательное упражнение по скрытой переправе через водное препятствие,
нанходящееся в непосредственной близости от позиций противника, в момент
ведения им боевых действий. Уверен - выполните с оценкой "отлично".
- Почему? Сэр!
- Потому что вам не надо будет плавать. Вам нандо будет преодолеть водную
преграду по дну.
- Как по дну?! Сэр!
- Так - по дну! Ножками!
- В полной выкладке?
- В самой полной.
- Разрешите оставить хотя бы винтовку. И граннаты. Сэр!
- Почему?
- Они железные...
- А вы предпочитаете надувные? Лейтенант Донутсон!
- Я! Сэр!
- Приготовиться к выполнению упражнения! Надеть винтовку. Пристегнуть
подсумки с боекомнплектом. И гранаты. Двойной запас гранат.
- Но... сэр!
- Тройной запас гранат!
- Но...
- И минометную плиту... Для усиления огневой мощи подразделения. Вы все
поняли, лейтенант Донутсон? Или вы желаете получить еще минометный ствол?
- Я все понял! Сэр!
- Отлично!
Лейтенант перекинул через шею ремень винтовнки, пристегнул к ремню подсумки
с патронами, нанвесил гранаты, приторочил к спине тридцатипятинфунтовую
опорную минометную плиту, прикрепил к поясу карабин страховочного троса.
- Разрешите приступить к выполнению упражннения? Сэр!
- Валяйте, лейтенант Доутсон. А то вы мне нандоели тут со своими
препирательствами.
Лейтенант Доутсон зажал в зубах загубник дыхантельной трубки и шагнул за
бортик учебного бассейнна. Вообще-то не бассейна - просто ямы, заполненнной
грязной, непрозрачной водой, прибывающей из неизвестного источника. Не
исключено, что в том числе из расположенного невдалеке батальонного
сортира.
С мощным всплеском лейтенант Доутсон сгинул в мутных водах рукотворного
водоема. На поверхнности остался только серый надувной набалдашник
дыхательной трубки. Из которого доносились какие-то неясные, сдавленные
хрипы и всхлипы. Набалндашник медленно поплыл к противоположному краю
бассейна.
- Лейтенант Браун.
- Я! Сэр!
- Дайте-ка мне имитационную гранату.
- Зачем? Сэр!
- Не задавайте идиотских вопросов! Дайте мне имитационную гранату.
Лейтенант Браун снял с пояса гранату. Проводянщий занятие
капитан-инструктор выдернул из грананты предохранительную чеку и бросил ее
в дальний угол бассейна. Граната утонула. И тут же, в том менсте, где она
упала в воду, вздулся и с глухим утробнным звуком лопнул здоровенный
воздушный пузырь. Который, по всей видимости, и должен был изобранжать
ведение противником боевых действий.
Набалдашник дыхательного шланга дернулся, как поплавок, который потянула
вниз заглотившая крючок рыба, и остановился. Рядом с ним закипели мелкой
пеной пузырьки.
- Лейтенант Доутсон допустил типичную ошибнку, - сказал капитан, указывая
пальцем на пузырьнки. - Он недостаточно плотно зажал зубами загубник,
возможно, даже зажал губами, а не зубами, как положено, и потому при взрыве
попавшего в воду боеприпаса выпустил его. Что не случается, когда данное
упражнение выполняется правильно...
На поверхности активно лопались и шипели пунзыри вытесняемого из легких
лейтенанта Доутсона воздуха.
- Лейтенант Джонстон! Лейтенант Смит!
- Да! Сэр!
- Вытяните лейтенанта Доутсона. И окажите ему первую помощь. Если она
понадобится.
Лейтенанты впряглись в уходящий под воду странховочный трос и выволокли
оглушенного однополнчанина на поверхность.
Хватая раскрытым ртом воздух, словно вытащеннный из воды карп, и поводя во
все стороны бессмыснленными, как у того же карпа, глазами, лейтенант
Доутсон медленно возвращался в сухопутную жизнь.
- Данное упражнение предстоит пройти всему личному составу подразделения, -
злорадно предупнредил капитан-инструктор. - В обязательном понрядке!
Несостоявшийся утопленник начал кашлять и интенсивно сплевывать попавшую в
рот воду.
- Лейтенант Доутсон! Вы меня слышите?
- Да... Сэр...
- Довожу до вашего сведения, что вы не выполннили упражнение. Я ставлю вам
неудовлетворительнную оценку. Кроме того, вы потеряли винтовку и один
подсумок...
- И что мне теперь делать? Сэр!
- Искать винтовку. И подсумок. И повторять упражнение.
- Когда?
- Когда вы окончательно придете в себя. Нанпример, через двадцать минут. А
пока... лейтенант Браун.
- Я! Сэр!
- Приготовиться к проведению упражнения.
- Какого? Сэр!
- По скрытному преодолению водной преграды, находящейся в непосредственной
близости от позиций противника, ведущего боевые действия...
Значит, опять будут глушить гранатами... И за каким... им нужна эта
воинская специальность? Лучнше было бы в связисты пойти. Или в бармены, в
арнмейский дансинг...
- Разведгруппе К-27 прибыть на стрельбище... Получить боевые патроны...
Приготовиться к стрельнбе из положения лежа... стоя... в падении... с
движущегося по грунтовой дороге автомобиля... из подствольного
гранатомета... Закончить упражнение...
- Разведгруппе К-27 прибыть в атлетический зал...
...На полосу препятствий...
...В лингафонный кабинет...
...На саперный полигон...
...На...
И так изо дня в день. Ей-богу, на реальных боенвых легче...
- Командиру разведгруппы К-27 срочно явиться в штаб к полковнику Эдвардсу.
- К кому?
- К полковнику Эдвардсу!
Странно. Полковник Эдвардс не являлся официнальным куратором группы.
Скорее, куратором курантора. То есть не самым маленьким, с точки зрения
рядового исполнителя, начальником. И поэтому нинкогда не общался с
подразделением напрямую. Тольнко через непосредственного командира. Или
путем спущенных сверху письменных распоряжений. Сам всегда оставаясь в
тени. А тут вдруг соизволил лично. Это что-то да значило...
- Ты случаем не знаешь, зачем я полковнику? - придержал командир
разведгруппы посыльного.
- Конечно, не знаю. Мое дело маленькое, как у швейцара, - пойти передать,
вернуться - отрапорнтовать. В общем, чемодан поднести. А что в чемоданне,
меня не касается.
- Ну тогда рапортуй...
- О чем?
- О том, что командир подразделения коммандос К-27 прибудет через десять
минут.
- Почему через десять?
- Потому что мне еще себя в порядок привести надо. Я же не на любовное
свидание иду, где встренчают по прошлым заслугам.
- О'кей! Через десять так через десять...
Вызов в штаб к высокому начальству ничего донброго не сулил. Орденов,
поощрений и отпусков на родину разведгруппа не ожидала. Значит, подъем по
тревоге. Или, как минимум, какие-нибудь "добронвольно-принудительные"
хозработы. Что тоже, коннечно, не сахар...
Черт. Ну куда свежие лезвия запропастились?! Каждый раз, когда надо...
- Командир группы К-27 первый лейтенант Вильямс. Сэр!
- Проходи, лейтенант. Рассказывай, как там уснпехи у твоих парней?
- Успехи соответствующие. Соответствующие планам учебно-тренировочных
мероприятий. Сэр!
- А физподготовка? Вы там вроде с физподготовкой маленько недотягивали?
- С физподготовкой все в порядке. В рамках сунществующих учебных
нормативов. Сэр!
- Ну тогда ладно. Тогда тебе мою просьбу будет выполнить не сложно.
- Какая просьба? Сэр!
- Пустяковая. Смотаться в ближайший уик-энд на материк, в один известный
мне квадрат. О котонром я скажу позже. И кое-что там забрать. То, что наши
армейские коллеги по глупости потеряли. А тенперь хотят непременно вернуть.
Как ты на это смотнришь?
А как можно смотреть на просьбы начальства? Как собака на брошенную
хозяином после команды "апорт!" палку. С энтузиазмом и готовностью
оправндать высокое доверие...
- Мне бы хотелось узнать подробности предстонящей операции. Сэр!
- Ну какие подробности? Никаких подробноснтей. Я же сказал - почти
прогулка: погрузиться на вертолеты, пролететь пару часов, сесть, найти
пропанжу и вернуть ее законному владельцу. Или, если это по каким-то
причинам будет невозможно, уничтонжить на месте.
- И больше ничего?
- И больше ничего.
- Что вы называете пропажей? Сэр!
- Кое-какую электронную начинку потерпевншего аварию самолета "Фантом".
Пока до нее другие не добрались.
Предложенная задача была действительно проста и абсолютно по силам любому
рядовому вокзальнонму носильщику - поднял, поставил, перевез. Согланшаться
без возражений на подобного рода приминтивные операции - значило терять
свое элитное лицо. И квалификацию. Опускаться до уровня рядонвого
подразделения на командных побегушках. Утранчивать боеготовность, за
которую в конечном итоге спрашивают с непосредственного "нижнего"
команндира, а не с его высокого, отвлекающего личный сонстав от боевой
учебы начальства.
Тут есть над чем подумать. И что возразить...
- Вообще-то это работа не нашей компетенции. Наш отряд специализирован на
другого рода операнциях. Мне кажется, здесь достаточно будет выучки
рядового пехотного подразделения.
- Ну ты скажешь тоже - рядового.
- Ну тогда "зеленых беретов". Или морпехов.
- Да знаю я, что не вашей компетенции. Знаю, что вы для другого дела
назначены и что по воронам из тяжелых орудий не стреляют. Но только нет у
мення сейчас никого подходящего в наличии. Только вы. А дело не ждет.
- И все же мне кажется, что рисковать личным составом специализированного
подразделения, преднназначенного для ведения долговременных разведопераций
на территории условного противника по меньшей мере нерационально.
- А никакого особого риска нет. Эта территория нам подконтрольна. И
настроена дружески. Надо только подлететь, погрузить и вернуться обратно.
Ранбота пяти минут.
- Разрешите задать вопрос? Сэр!
- Валяй.
- Я никак не могу понять, почему для решения подобной простейшей задачи
задействуют именно нас?
- Потому, что тебя не спросили! Ты, видно, лейнтенант, действительно что-то
недопонимаешь... И совсем не о том думаешь. Ты бы лучше, чем раснсуждать о
том, по какому поводу тебя на задание понсылают, озаботился тем, как это
задание качественнней выполнить. Еще вопросы? По существу.
- Следует ли мне поставить в известность о ханрактере операции своего
непосредственного начальнника?
- Он уже в курсе. Ровно настолько, насколько ему положено быть в курсе.
- В таком случае я прошу разрешения задейстнвовать его в разработке
оперативных мероприятий...
- А вот этого разрешения я тебе, лейтенант, дать не могу. Эта работа только
наша. Твоя и моя. И знать о ней в подробностях положено только тебе и мне.
И еще кое-кому там, - ткнул полковник пальцем в потолок. - Оттого и
посылают в дело тебя, а не обычных морпехов. Уяснил наконец суть проблемы?
Теперь все встало на свои места. Раз приказ иснходил "оттуда", значит,
подразделение получало донстойную работу. Достойную их статуса. А то, что
она не из самых опасных и трудоемких, тем лучше для подразделения.
- Можно еще один вопрос? Сэр! Полковник согласно, хотя и настороженно
кивннул.
- Этот сбитый "Фантом"... за обломками котонрого нас... это обычный
"Фантом"? Или...
- За обломками обычных "Фантомов" посылают сборщиков металлолома. Но я тебе
этого не говорил. А ты этого не слышал. Понял, лейтенант?
- Да! Сэр!
- Ну тогда так, командир, собирай свою гварндию, оружие, снаряжение и будь
готов к вылету.
- Когда?
- Не позднее послезавтрашнего вечера.
- А время?
- О времени будет сообщено дополнительно... Остаток дня, вся ночь и весь
следующий день прошли в лихорадочных сборах. Разведчики чистинли, проверяли
и отстреливали оружие, зашивали изондранную на полосе препятствий
камуфляжную унинформу, получали специальное снаряжение и инструнмент,
знакомились с топографией места действия... В общем, вели обычную, только
ужатую до нескольнких десятков часов подготовительную работу. ...-
Боекомплект стандартный?
- Стандартный. Патроны, гранаты, противопенхотные мины. Только в двойном
объеме.
- Зачем в двойном?
- Затем, что на этот раз нам их на себе не таснкать. На этот раз и их и нас
привезут и увезут. В лучншем виде. Как на такси. Так что можно позволить
себе лишний запас...
...- Веревки, самоспуски брать?
- Самоспуски бери. На всякий случай. Может, опять их у вертолетчиков не
окажется...
- А компас?
- Компас? За каким нам компас, если мы от вертолета дальше чем на двести
метров отходить не будем?
- Значит, не брать?
- Значит, бери. Для душевного спокойствия... За полчаса до истечения
контрольного срока разведгруппа завершила подготовительные мероприянтия и
"села на чемоданы", переместившись в специнально отведенную для подобных
целей "транзитную" казарму с армейскими складными кроватями, бинльярдным
столом, мини-баром, заполненным безалнкогольным пивом и тоником, с
телевизором, кипами журналов, залом атлетических тренажеров, душем и сильно
располагающими к отдыху креслами. Со всем тем, что обеспечивает человеку
относительно комнфортное существование. Снижает вероятность, что при
тревожном сборе его придется разыскивать, Прончесывая прилегающие
окрестности силами нескольнких сводных батальонов. И препятствует лишним
контактам, в ходе которых возможно сболтнуть конму-нибудь что-нибудь
лишнее...
Между собой разведчики называли это подобие гостиницы "накопителем". По
аналогии с аэропорнтом. Отсюда прямой ход был на трап "вертушки" или
самолета и на войну. С перспективой возможного возвращения на медицинских
носилках или в цинконвом гробу.
Поэтому, несмотря на комфорт, бесплатное пиво и ничегонеделание, эту
"гостиницу" не любили. Именно за это и не любили. За ничегонеделание. За
тягостное, как жевательная резинка, ожидание. И за стоящую за всем этим
гнетущую неизвестность.
- Ну что, покатаем? - лениво предлагал лейтеннант Браун.
- Покатаем, - так же лениво соглашался лейтеннант Блейк.
- Два шара от левого борта в угол, - показывал кием на дальнюю лузу
лейтенант Браун.
- О'кей!...
По телевизору "измыливали" очередную оперу. Без начала и без конца.
- Мне бы их проблемы, - вздыхал лейтенант Доутсон, наблюдая страсти,
бушующие на экране. - Я бы их мигом разрешил.
- Каким образом?
- С помощью одной случайно забытой в гостинной гранаты...
- А я буду спать, - предлагал свой рецепт борьнбы со скукой лейтенант Смит.
- Как долго?
- Пока не лопну.
- А если лопнешь?
- Тогда от грохота проснусь...
Пять часов...
Десять...
Пятнадцать...
Бильярд, телевизор, бар, тренажер, снова бар и снова телевизор.
И решительно никаких новостей.
- Эй, командир, может, о нас забыли?
- Может, и забыли...
- А может, ты от нас что-нибудь скрываешь?
- Может, и скрываю...
И спустя полчаса пронзительный зуммер тревоги.
- Подразделению К-27 на выход!
Слава богу - дождались.
Бросить как есть бильярд, недопитое пиво, раснкрытые журналы. Убирать их
будут другие. У кого счетчик не стучит. Заправить обмундирование.
Разонбрать рюкзаки и оружие. Схватить тюки с общим снаряжением. И кубарем
вниз по лестнице. К стоянщей у входа машине.
Можно было бы и не кубарем, а неспешно, сонхраняя чувство собственного
достоинства и целостнность нижних конечностей. Но тогда можно нанрваться на
неприятность. А вдруг это не боевой выход, а учебный? И внизу ждет не
машина, а хитнрец-инспектор с запущенным секундомером в руке. Проверяющий
скорость сбора по тревоге. И такое бывало в жизни боевых разведчиков. Не
успел скантиться вниз, а тебе - отбой! И ступай отдыхать в свою казарму.
Если, конечно, уложился в отпущеннные временные нормы. А если не уложился -
то пеняй только на себя...
Нет, на этот раз не инспектор. На этот раз машинна. С откинутым задним
бортом.
Быстро побросать внутрь тюки. Помогая друг другу, запрыгнуть самим.
Рассесться по скамейкам. Захлопнуть борт. Доложить о готовности к началу
движения.
Снова нет инспектора? Снова никто не смотрит на секундомер и не проверяет
порядок укладки снанряжения? Значит, все как на самом деле. Значит, все
серьезно. Без дураков,
А хорошо это или плохо, может показать только время. Если с победой и без
жертв - то хорошо. А если нет... то лучше бы инспектор...
- Вы там нормально?
- Нормально!
- Тогда приготовиться к движению! Машина тронулась и покатила к аэродрому.
Ну правильно, куда еще? Не в бордель же... К сожаленнию.
На бетонной полосе лениво раскручивали винты три армейские "вертушки".
- Это вы, которые..? - спросил, ткнув пальцем в подошедших разведчиков,
высунувшийся из блинжайшей кабины пилот. - Это вас мы должны..? - показал
большим пальцем в небо.
- Мы, - так же жестом ответил командир коммандос. - Это нас надо...
Пилот снял наушники, отодвинулся от окна пинлотской кабины и тут же возник
на срезе люка салонна, поманив командира пальцем.
- Это место нашего нахождения, - ткнул он пальцем в обозначенный на карте
аэродром. - Это точка назначения, - ткнул еще раз.
Командир согласно кивнул.
- Летим следующим образом, - отчеркнул ногнтем на карте широкую дугу. - Или
вот так, - опуснтил дугу ниже и сломал ее в нескольких местах резнкими
поворотами, вписанными в рельеф местности, отраженной на листе узнаваемыми
топографическинми значками. Посмотрел вопросительно. - Ну как?
Командир прикинул предлагаемые маршруты с точки зрения поставленных перед
ним задач и вынбрал второй. Прямая, она, конечно, короче, но пронходит
слишком близко к населенным районам, житенли которых могут неправильно
истолковать пролет над их территорией военных вертолетов. Даже несмотря на
то, что настроены они к USA, по их уверенниям, вполне дружелюбно. Чужая
страна, она и есть чужая страна. И незащищенной спиной к ее
народоннаселению без крайней необходимости лучше не понворачиваться.
- Вот так, - повторил ломаный путь по листу карты командир коммандос.
- О'кей! - кивнул пилот. Снова ткнул в небо, растопырил четыре пальца: -
Загружайтесь. Вылет через четыре минуты! - И прошел в кабину.
- Личному составу к погрузке! - жестом приканзал командир.
Отряд разделился на равные части и разбежался к вертолетам. Сели по бортам
вплотную друг к другу, зажав винтовки между ног.
Пилот еще раз на всякий случай высунулся из канбины в салон.
- Как у вас?
- Все в порядке!
- Тогда взлетаем.
Винты наддали обороты, "вертушки" мелко занвибрировали, качнулись и
оторвались от бетонной полосы.
На вираже в раскрытом люке мелькнул аэрондром, далекие казармы, полигон.
Вертолет выровннялся и встал на курс.
Полтора часа туда, час, в худшем случае два на месте, полтора обратно. В
общей сложности четыре-пять часов. К вечеру будем дома.
Если, конечно, что-нибудь такое не случит
...Закладка в соц.сетях
