Жанр: Боевик
День луны
...мерный район
поиска уже известен.
Все напряженно следили за экраном. Но среди находящихся в зале был один
человек, который нервничал больше обычного. Видя, что все внимание
присутствующих приковано к экранам, он неслышно вышел из зада и направился в
пустой кабинет, где раньше сидел Дмитриев, а до него Абуладзе. Вытащил из
кармана носовой платок. Снял трубку и быстро набрал номер.
- Да, - подняли трубку на другом конце телефонного провода.
- Быстро уходите, - сказал звонивший, - они вас засекли. И скажи, чтобы
больше не звонил из Германии. Он под наблюдением немцев.
- Ясно.
Звонивший положил трубку, осмотрелся и вышел в зал, где все смотрели на
экраны.
- Фирма "Марк Лтд." зарегистрирована в прошлом году. Офис находится по
адресу...
Пока дежурный говорил, оперативная группа ФСБ ухе неслась в автомобилях по
указанному адресу.
- Внимание всем постам, - приказал министр МВД, поднимая трубку. - Оцепить
район. Проверять все машины без исключения.
Премьер облегченно вздохнул, глядя на Абуладзе. Потом шутливо спросил:
- Ну теперь мы можем не готовить наш самолет?
- Не знаю, - честно ответил Абуладзе, - подождем, пока все не закончится.
- Какой вы, однако, пессимист! - разочарованно заметил премьер.
Оперативная группа ФСБ неслась к месту, указанному для них, сразу на
четырех автомобилях. Из УВД Москвы выехали три машины в этом направлении.
Дмитриев вытер пот, выступивший у него на лбу, и подошел к директору ФСБ.
- Что делать, если капсулы у них? - спросил он.
- Нужно заставить их сдаться, - резко сказал директор, - а если не захотят,
выжечь всех огнем. Надеюсь, в огне погибают эти проклятые бактерии?
Генерал Лодынин посмотрел на них и подозвал Абуладзе.
- Будь готов туда выехать, - очень тихо сказал он, - а то эти ребята могут
там все перевернуть. Нужно будет действовать очень деликатно.
- Пошлите своих людей в Шереметьево, - попросил Абуладзе. Лодынин быстро
взглянул на него.
- По-прежнему не хочешь верить?
- Пошлите людей, - упрямо сказал Абуладзе, - они убили столько человек не
для того, чтобы так просто отступить. И уловка с контейнером была не просто
вызовом. Это было подтверждением их профессионализма.
Пошлите людей, - повторил он, - еще не вечер, генерал, все может
измениться.
Москва. 15 часов 30 минут
От предвкушения скорого успеха Абрамов нервно подгонял водителя. Нужно было
проверить оба адреса, которые ему дал раненый террорист. Оба адреса. Куда лучше
поехать в первую очередь? Он даже не подозревал, как много зависит от его слов.
И наконец принял решение.
- Сначала проверим их место у Речного вокзала, - сказал он, - а потом уже
посмотрим, что там в другом месте.
Водитель кивнул головой, увеличивая скорость. К нужному дому они подъехали
в половине четвертого. Абрамов посмотрел на часы.
Звонить сейчас в центр, пока у него не было конкретных результатов, не
имело смысла. Там уже наверняка знали о новых требованиях террориста. Но он
обязан был узнать последние новости из АТЦ, и поэтому он поднял рацию.
- Что там у вас нового? - спросил он у дежурного в АТЦ.
- Террорист дважды звонил из Германии, - доложил офицер, - сейчас пытаются
установить, кому именно в Москву он звонил.
- Скоро мы об этом сами узнаем, - сказал Абрамов и приказал водителю:
- Давай быстрее.
Машина въехала во двор, и трое сотрудников ФСБ быстро поспешили в подъезд.
Лифт, к счастью, работал, и они поднялись на нужный этаж. Позвонили в дверь.
Никакого ответа.
Второй звонок, и снова ничего. Словно никого не было в доме. Абрамов
посмотрел на одного из своих сотрудников.
- Отмычки у тебя с собой?
- В машине, - кивнул офицер.
- Быстро за ними. Подожди.
- Помогите! - кричал кто-то из дома. - Помогите мне!
- Быстро, - снова сказал Абрамов. Офицер поспешил вниз по лестнице, не
дожидаясь лифта. Через пять минут они открыли дверь, врываясь в квартиру. В
гостиной стоял прикрепленный к батарее наручниками неизвестный им человек. Перед
входом в комнату на полу лежал труп другого мужчины. Рядом валялся автомат. Один
из сотрудников ФСБ наклонился над убитым. Абрамов прошел к окну, где стоял
незнакомец.
- Вы кто такой? - строго спросил подполковник.
- Анджей. Я хозяин квартиры, - торопливо глотая слова, сказал хозяин
квартиры.
- Кто это вас так?
- Седой, - торопливо сказал поляк, - они поехали к Ларисе. Освободите меня.
- А кто это лежит на пороге вашей комнаты?
- Это мой телохранитель Миша Кривой.
Они его застрелили. И поехали к Ларисе.
- Адрес, адрес какой? - поняв, что все решают секунды, закричал Абрамов.
- Ломоносовский проспект, двадцать три.
Но вы не успеете. Он уехал примерно час назад. Сейчас он вернется обратно.
Хотя бы для того, чтобы убрать такого свидетеля, как я.
Абрамов включил рацию.
- Внимание, - передал он, - Ломоносовский проспект, двадцать три. Группу на
выезд.
Очень срочно.
- Вас понял, - быстро ответил ему дежурный, - мы свяжемся сейчас с УВД
города.
- При чем тут УВД? - закричал подполковник. - Нужно быстрее выезжать.
- Наши оперативные сотрудники выехали в другое место. Мы сумели установить,
где именно находится руководитель террористической группы. Есть подозрение, что
капсулы у него.
- Черт вас возьми! - выругался Абрамов. - Звоните в МУР. Только быстрее.
Он достал из кармана оружие. Посмотрел на одного из своих сотрудников.
- Выйди и закрой дверь, - сказал он, - мы останемся здесь. А труп этого
типа оттащите в другую комнату. Хотя нет, оставьте его на месте, а то они сразу
догадаются. Водителю скажи, чтобы был на месте. Пусть сообщает нам, кто войдет в
подъезд нашего дома. А ты будь на верхнем этаже. Когда они зайдут в квартиру,
войдешь следом за ними, перекрывая им дорогу обратно.
Его офицеры быстро выполнили приказ.
Один из сотрудников вышел из квартиры, закрывая за собой дверь. Абрамов
подошел к Анджею, помог открыть наручники. Поляк потер затекшие руки.
- Спасибо, - сказал он, - но втроем или вчетвером вы с ним не справитесь.
Это Седой.
Он настоящий дьявол, а не человек.
- Как его фамилия? - спросил подполковник.
- Этого никто не знает. Раньше он, кажется, воевал в Афганистане. Но как
его зовут, не знает никто. И с ним женщина. Эта больная идиотка. Она и
застрелила моего телохранителя.
Подполковник снова поднял рацию.
- Группа из УВД уже выехала на место, - доложил дежурный.
- Кто-нибудь у вас остался на месте? - недовольно спросил Абрамов.
- Несколько человек есть.
- Пусть приедут к нам. В МВД не сообщайте. Судя по всему, здесь можно
захватить одного из руководителей группы террористов, напавших на контейнер.
- Вас понял, - торопливо подтвердил дежурный. - Сейчас соберем всех, кто на
месте, и отправим к вам.
- Троих будет достаточно. Больше не нужно, - отключился Абрамов. Он с
любопытством осмотрелся вокруг. - Ну и квартира у тебя, Анджей, настоящий
воровской притон.
Я раньше не верил, что бывают такие квартиры. Теперь вот поверил. Кто
приезжал к тебе до Седого?
- Двое парней. Они просили спрятать их ненадежнее. Не знаю, но, кажется,
они боялись Седого.
- Которому ты рассказал о них.
- А что мне оставалось делать? Молчать?
Тогда бы и меня, как моего телохранителя, отправили бы на тот свет. Вы
думаете, было бы лучше?
- Для тебя, наверно, нет, - рассудительно сказал подполковник.
- Я тоже так думаю. Поэтому пришлось сказать им место, куда я их послал.
Бедная Лариса, - лицемерно вздохнул Анджей, - я знаю ее столько лет! Святая
мадонна, они еще могут убить и ее! Седой ведь не человек. Это дьявол.
Он всегда все знает и все рассчитывает. Иногда мне кажется, что он умеет
читать чужие мысли.
- Как зовут тех, кто к тебе приходил?
Анджей метнул на подполковника подозрительный взгляд.
- Откуда я знаю? - спросил он. - Сюда приходят разные люди.
- Не валяй дурака, - посоветовал Абрамов. - Так как их звали?
Анджей облизнул губы. Впрочем, отпираться в подобной ситуации было глупо. И
опасно.
- Игорь и Равиль. Фамилии я, к сожалению, не спрашиваю. Но первого,
кажется, фамилия Коробов.
- Теперь верю, - удовлетворенно кивнул подполковник. - Когда войдут за
тобой, ты должен стоять у батареи. Так, как раньше.
- Господи, - испугался Анджей, - вы хотите опять меня приковать
наручниками?
- Конечно. Иначе они не пройдут в комнату. А здесь мы их встретим.
- Хорошо, - согласился поляк, - но только не нужно застегивать наручники.
Можно просто надеть один конец мне на руку, а другой зацепить за батарею, не
защелкивая наручников. Иначе я не смогу потом освободиться.
- Потом я тебя сам освобожу.
- Это еще неизвестно, - вздохнул Анджей, - вас двое в квартире, и их будет
двое.
Чем кончится ваша дворянская дуэль, мне неизвестно. И я очень не хочу снова
рисковать.
- В доме есть оружие?
- Откуда? Конечно, нет.
- А автомат твоего телохранителя?
- Это было его собственное, личное оружие. Откуда я знаю, где он его взял!
Но у меня никогда не было даже перочинного ножика.
- Как зовут женщину, которая была с Седым?
- Не знаю. Честное слово, не знаю. Кажется, Марина или Карина. Но точно не
знаю.
Раздался мелодичный сигнал вызова. Абрамов включил рацию.
- Во двор вошли двое, - доложил водитель, - идут к вашему подъезду. Двое
мужчин.
Вошли в подъезд.
- Спасибо, - отключился Абрамов. Достав пистолет, он проверил свое оружие.
- Идут, - негромко сказал он. Офицер ФСБ, вытащив оружие, прошел в другую,
смежную с гостиной комнату.
- Иди к батарее, - приказал Абрамов, выходя из гостиной и заходя в соседний
кабинет.
Анджей поплелся к батарее. Все замерли.
Седой и Леший вошли в подъезд. Все было тихо. Леший недоверчиво огляделся,
словно чуя беду. Он повертел головой, но ничего не сказал, поднимаясь следом за
Седым.
Убийство парня оставило горький вкус неприятной победы у самого Седого. Он
до последней секунды не знал, что будет делать. Убьет парня или даст ему
благополучно уйти.
Пересилило своеобразное "чувство ответственности". О сегодняшнем нападении
никто не должен был знать. До пяти часов вечера оставалось не так много времени,
и он не имел права рисковать. Поэтому в самый последний момент он все-таки
выстрелил парню в спину.
Сейчас, поднимаясь по лестнице, он уже не думал об Анджее. Спекулянт и
перекупщик, сводник и гомосексуалист, Анджей не вызывал у него никаких
сожалений. Его просто нужно было раздавить как неприятную, омерзительную зеленую
муху, внезапно залетевшую в комнату.
Они поднимались медленно, не торопясь.
Еще оставалось время, чтобы спокойно убрать Анджея и поехать к Аркадию
Александровичу.
Еще было очень много времени.
Карина, сидевшая за рулем, вдруг что-то почувствовала. Она не понимала, что
именно, но это было непонятное чувство безотчетной тревоги. Их автомобиль стоял
на улице. Седой по привычке был осторожен, не разрешая въезжать во двор. Карина
вышла из автомобиля, осмотрелась, проверила свой пистолет, лежавший у нее в
сумке, и решительно пошла во двор. Эта машина, стоявшая в левом углу двора, ей
очень не понравилась. И водитель, непрерывно смотревший на подъезд дома, где жил
поляк, ей тоже не понравился. Она прошла мимо, направляясь к подъезду. Водитель
на нее не реагировал. У него была установка передать сообщение о двоих мужчинах,
и он не обратил внимания на хрупкую девушку, в нерешительности застывшую
посредине двора.
Леший достал ключи. Оглянулся. По-прежнему никого не было, но его смущало
нечто непонятное. После своего ранения в Афганистане и контузии он вообще вел
себя странно, иногда чувствуя приближение человека там, где другой ничего не
сознавал. Может быть, именно за эту его способность Седой всегда возил его с
собой.
Абрамов еще раз проверил свое оружие. Все было в порядке. Он усмехнулся.
Если ему удастся захватить хотя бы одного террориста живым, то это будет самый
настоящий триумф.
Он чувствовал проснувшийся охотничий азарт, словно в нем заговорили гены
тысячи предков, выходивших на охоту в поисках добычи. К осознанию охоты
примешивалось и чисто "цивилизованное" чувство удовлетворения достигнутым и
перспектива предстоящего успеха. Он с удовольствием подумал, что все центры,
штабы, группы так и не смогли сделать того, что удалось ему. И вспомнил
Борисова, которого давно и откровенно не любил за педантизм и излишнее
равнодушие.
Леший наконец открыл дверь. Еще раз оглянулся. Никого не было. Но что-то
продолжало его волновать. Седому передалось его волнение.
- В чем дело? - тихо спросил он.
Леший, сделав рукой предупреждающий жест, чтобы Седой оставался на пороге,
сам осторожно приоткрыл дверь, входя в квартиру.
Там все было очень тихо, и Седой вдруг понял, что именно смущает Лешего.
Ведь по ситуации прикованный к батарее поляк обязан был догадаться, что они
пришли за ним. И не должен был так подозрительно молчать. Седой достал оружие,
по-прежнему не входя в квартиру.
Леший осторожно двигался к гостиной. Он вдруг замер. Труп. Когда они
выходили отсюда, труп лежал не так. Левая рука убитого была под телом. А сейчас
руку кто-то вытащил, и она только прижата к телу. Так и есть. Здесь были люди.
Он повел пистолетом в другие комнаты.
Посмотрел в гостиную. Там молча стоял Анджей. Леший видел только его ноги.
Он заглянул чуть дальше. Анджей стоял у батареи, не двигаясь. Он был напуган, но
не так, как полагалось быть испуганным в подобных случаях.
Он явно чего-то ждал. И в этот момент кто-то появился из смежной комнаты.
- Беги! - закричал Леший, стреляя в мелькнувшую тень. Седой повернулся.
Сверху с лестницы кто-то быстро спускался. Уже не раздумывая, он выстрелил в
неизвестного и бросился бежать по лестнице. Леший, выстрелив несколько раз,
собирался отступать, когда почувствовал сильный удар по спине. Он обернулся.
Сзади стоял неизвестный, целя ему прямо в лицо. Леший понял, что это последнее
мгновение его жизни. И, поняв, как-то по-особенному торжествующе улыбнулся. В
следующее мгновение подполковник Абрамов всадил ему пулю точно в голову. Как на
тренировках, когда вместо живого человека они стреляли в мишени.
Седой, скатившись по лестнице, выбежал из подъезда. Он слышал выстрелы, уже
понимая, что Леший не имеет шансов уцелеть. Выскочив из подъезда, он побежал по
двору, когда услышал, как незнакомый водитель, выпрыгнувший из машины, громко
крикнул ему:
- Стой! Стрелять буду!
Седой обернулся и в этот момент споткнулся, полетев на землю. Это было
обидно, глупо и несправедливо. Первый раз в жизни ему действительно не повезло.
Пистолет выпал из рук, и он понял, что все кончено. Рывок за пистолетом мог
закончиться пулей в голову. Но сдаваться не имело смысла. Он все-таки рванулся
за пистолетом, ожидая, когда в его тело вонзится страшная боль.
- Стой! - закричал снова водитель, целясь прямо в Седого. И в этот момент
прозвучал выстрел. Водитель, недоуменно оглянувшись рухнул на землю. За его
спиной стояла Карина с пистолетом в руках. Седой посмотрел ей в глаза. На одно
мгновение. Но это было мгновение высшего счастья для женщины. Он не произнес
более ни слова, но все было сказано в это мгновение. Быстро подняв пистолет, он
побежал к выходу со двора. Через минуту они уже отъезжали от дома.
- Спасибо, - сказал Седой, когда они были достаточно далеко. Женщина
посмотрела на него, ничего не сказав. Он увидел, что на его сотовом телефоне
горел огонек вызова. Телефон зазвенел в очередной раз. Он раскрыл телефон,
поднимая его к себе.
- Это я, - быстро сказал Аркадий Александрович, - у нас неприятности.
Встречаемся у вокзала. Я передам тебе капсулу. Через сорок минут тебе нужно быть
в депутатской комнате в Шереметьево-1. Самолет с деньгами будет готов к пяти
тридцати.
- Понял, - сказал Седой, отключая телефон. Карина посмотрела на него. -
Останови машину, - вдруг попросил он.
Она удивленно посмотрела на него. Нужно было уходить от возможной погони.
Но она все-таки затормозила. И снова посмотрела ему в глаза. И тогда он ее
поцеловал. Никогда в жизни он не целовал ее именно так - как-то по-особенному
волнующе, нежно и страстно.
Она поняла, что он вручает ей награду. Самую лучшую награду в ее жизни. Про
два совершенных ею убийства она уже не думала. Женщина была вполне счастлива.
Москва. 15 часов 40 минут
Если посчитать общее количество автомобилей, рванувших к особняку Аркадия
Александровича, то можно было смело утверждать, что их число перевалило за два
десятка. Все имеющиеся в наличии силы оперативных групп ФСБ и МВД бросились к
этому дому, пытаясь блокировать террористов в их собственном логове. Параллельно
по компьютерным данным антитеррористического центра ФСБ и информационного центра
МВД вырисовывалась следующая картина.
Фирма "Марк Лтд." была зарегистрирована в прошлом году. Основателем фирмы
был Аркадий Александрович Майский, довольно известный бизнесмен и коммерсант. В
городе его считали удачливым дельцом, умело вкладывающим свои доходы в наиболее
выгодные отрасли - строительство и банковское дело.
Майский имел коммерческие интересы сразу в нескольких банках, и по
распоряжению премьер-министра все руководители этих банков должны были строго
отчитаться по счетам "удачливого" бизнесмена.
Телефон, куда звонил террорист из Германии, принадлежал компании "Марк
Лтд.". Им также принадлежал особняк, к которому сейчас уже подъезжали сотрудники
ФСБ и милиции. Абуладзе ловил все новые сообщения с каким-то болезненным
выражением лица. Чтобы не нервировать остальных, он хотел пройти в комнату, где
сидел до сбора столь представительного собрания. Лодынин, поняв его замысел,
повернулся следом за ним. Но, повернувшись, он увидел, как оттуда выходит
генерал Зароков. Заметив его, генерал улыбнулся.
- Попросил мне привезти из дома форму.
А то неудобно. Все нормально одеты, а я в парадной форме.
- Конечно, - понимающе кивнул Лодынин, входя в комнату первым. За ним
последовал Абуладзе.
- Ты чего такой мрачный? - спросил Лодынин. - Вечно ты всем недоволен.
- Не нравится мне все, что здесь происходит, - честно признался Абуладзе, -
ну не нравится, и все. Ты ведь знаешь, как я чувствую. А сейчас я чувствую, что
все это гиблый номер. Они предусмотрели какую-то хитрость, которую я не могу
разгадать. И самое главное, мы не знаем до сих пор, кто сообщил им о времени и
пути следования нашей колонны.
- Если найдем террористов, все узнаем, - успокоил его Лодынин. - Я сам с
ума схожу.
Ко мне внуки приехали из Санкт-Петербурга.
Мой сын сейчас там служит. И все они в Москве. Представляешь, что будет,
если разобьют хоть одну капсулу?
- Поэтому я и хочу гарантий, - раскатисто заметил Абуладзе, - а у меня их
нет. Пока какие-то отрывки сведений. Нужно проверить, нет ли у Майского знакомых
летчиков.
- Летчиков? - не понял Лодынин.
- Когда я разговаривал с террористом, он мне сказал, что им не нужен
экипаж. Это значит, что у них есть свои летчики. Нужно проверить, не было ли
среди знакомых Майского летчиков. А если были, где они сейчас находятся.
- И зачем только я дал согласие на твой уход? - развел руками Лодынин. -
Конечно, проверим. - Он быстро вышел из комнаты.
Абуладзе сел на стул, обхватив голову руками.
В соседнем зале продолжалась обычная суматоха, а он сидел и думал.
Нападение было спланировано по всем правилам военного искусства. Было
выбрано лучшее место для засады, подготовлены люди. Для отвлечения внимания
подогнали машины "Скорой помощи" и ГАИ. Автомобиль ГАИ, вспомнил он. Это мучило
его весь день. Почему до сих пор не найден автомобиль ГАИ? Зачем террористам так
тщательно прятать автомобиль, если они не спрятали трупы офицеров ГАИ?
Второй вопрос: кто сообщил террористам о времени перевозки контейнера? И не
просто сообщил. Рассказал об охране, объяснил про маяк на контейнере. Помог
устроить засаду, в которой погибла группа спецназа. Кто это мог сделать? Кто мог
знать обо всех этих деталях?
Лодынин, Зароков, Лебедев, Масликов, Солнцев. Неужели он должен подозревать
одного из этих генералов? Или поверить, что предателем был майор Сизов? А
детский паровозик?
Это, конечно, вещь иррациональная, ее к фактам не причислишь, но не верит
Тенгиз Абуладзе в такого чудовищного отца. В предательство верит, в измену может
поверить. Во все что угодно. Но не в обман собственного сына.
Сизов мог просто сказать: куплю тебе новый паровозик. Или пришлю новый
состав с паровозом. Если это он, то полученных денег могло хватить на десять
большегрузных составов с паровозами. И зачем ему рисковать? Спокойно улетит с
террористами, а потом вызовет к себе жену и детей. В условиях победившей
демократии в России никто не станет отыгрываться на семье террориста. Даже на
семье такого предателя, как Сизов. Если, конечно, он предатель.
Третий вопрос: куда они собираются лететь? Судя по спланированному
нападению и разыгранной как по нотам акции уничтожения вертолета спецназа, они
обо всем прекрасно осведомлены. В таком случае куда они денутся? Их выдаст любое
европейское или азиатское государство. В Скандинавию? Швеция и Норвегия могут не
выдать. Но они конфискуют все деньги с возвратом их России, а террористам дадут
пожизненное заключение. В страны СНГ? Это вообще немыслимо. Ни один руководитель
в странах СНГ, даже в таких крупных, как Казахстан иди Украина, не пойдет на
подобную провокацию. Это будет означать потерю собственного имиджа во всем мире.
Да и оба президента не захотят прослыть в мире пособниками террористов. Не
говоря уже о всех остальных. В республиках Средней Азии и Закавказья террористов
арестуют, едва они сойдут на землю. Ни один президент не захочет иметь таких
гостей на собственной территории.
Остается Белоруссия. Глупо думать, что дружественное государство может
разрешить хоть как-то вопрос в пользу террористов. Скорее их президент устроит
показательный суд с показательным приговором. Он более решительный человек, чем
многие его коллеги. А деньги вернет России, в этом можно не сомневаться.
Остается Молдавия. Неужели их лидер действительно захочет принять подобный
груз? Маловероятно. У него собственные проблемы с Тирасполем. Страны Прибалтики?
Тоже не подходит. Предоставить такой изумительный шанс Москве ввести свои войска
в страну, поддерживающую террористов? И ведь никто, ни одна страна в мире и
пикнуть тогда не посмеет.
Террористов осуждают все. Все без исключения.
Страны Восточной Европы, условно говоря, делятся на две группы. Болгария,
Румыния, Югославия, Словакия, Босния, Греция, Македония, не задумываясь, выдадут
террористов России. Чехия может попросить не казнить их.
Чешский президент дорожит своим имиджем гуманиста. Но тоже выдаст
террористов. Остаются Польша и Венгрия. Там социал-демократические
правительства. Они, конечно, вернут деньги, но на выдачу террористов могут не
пойти, чтобы не давать своим оппонентам возможности обвинений в симпатиях к
Москве.
Однако в таком случае террористы получат на всю катушку - пожизненное
заключение.
Абуладзе вздохнул. Про страны Западной Европы он и не думал. Там давно
знают, что с террористом нельзя договариваться ни при каких условиях. Любая
уступка террористам вредна - такого принципа придерживались в Западной Европе.
Они даже не станут церемониться. Просто арестуют и выдадут террористов
российским властям. Может, Майский хочет лететь в Израиль, рассчитывая, что
такое количество денег смягчит позицию израильского правительства?
Тоже не подходит. Израильтяне, выдавшие несколько лет назад воздушных
террористов, захвативших детей и потребовавших самолет в Израиль, даже не станут
торговаться. Для израильского правительства потакать подобным террористам, даже
если среди них будут евреи, все равно что расписаться в собственном ничтожестве.
Опять-таки в лучшем для террористов случае они получат пожизненное заключение. А
деньги, конечно, вернутся в Россию, здесь и Израиль торговаться не будет.
Может, какая-то азиатская страна? Пакистан? Нет. Они уже посадили одну
группу террористов, решивших бежать в эту страну. Содержание в тюрьме было
настолько отвратительным, что заключенные со слезами на глазах умоляли отправить
их в Россию. Иран?
Или Ирак? Может, Сирия? Тоже не подходит.
Их и так обвиняют во всем мире в потакании терроризму. Зачем им новые
проблемы? Даже за такие деньги.
Индия? Выдаст немедленно. Просто развернет самолет и прикажет лететь в
Москву.
Китай? Может не выдать. Но в таком случае показательно казнит террористов
на площади.
И выдаст все деньги обратно. Турция? Они однажды уже не выдали литовцев,
убивших бортпроводницу. Но посадили их в собственную тюрьму. У турков свои
проблемы. Они не станут бросать вызов всему цивилизованному обществу. Тогда куда
все-таки полетит этот самолет? - со злостью ударил кулаком по столу Абуладзе.
Вошел генерал Лодынин.
- Я дал указание, - сказал он, - все связи Майского проверяем. Но летчиков
среди его знакомых нет. Хотя есть данные, что в молодости он дружил с одним
испанцем.
- С каким испанцем? - не понял Абуладзе.
- В тридцатые годы в СССР приехало много испанских детей, - пояснил
Лодынин, - это были дети социалистов и коммунистов.
Часть из них осталась навсегда здесь, а часть уехала в Испанию сразу после
смерти Франко.
Так вот, среди уехавших был Мигель Переда.
Довольно неплохой летчик. Работал на внутренних линиях Москва-Тбилиси,
Москва-Ставрополь. Были сведения, что он был связан тогда с так называемыми
"цеховиками" - владельцами подпольных цехов в кавказских регионах. Возил их
продукцию. Но доказать тогда ничего не смогли. За границу его тогда не пускали,
он все-таки был испанцем. Но он уехал из нашей страны десять лет назад. И живет
сейчас в Барселоне.
- А он не приезжал к нам за эти десять лет?
Лодынин усмехнулся.
- Так и знал, что спросишь. Сейчас проверяют через наше посольство в
Испании. Сделали срочный запрос. Сегодня воскресенье, и трудно найти сотрудников
на работе, тем более в нашем посольстве в Испании.
- Больше никого?
- Больше никого нет. Ты думаешь, Переда прилетел специально в Москву, чтобы
пилотировать отсюда самолет? Это выглядело бы слишком невероятно.
- Верно, - согласился Абуладзе, - но нам важно знать, когда
...Закладка в соц.сетях
