Жанр: Боевик
День луны
... Иначе его сразу бы
засекли. Но почему привезли именно сюда его, раненого и никому не нужного?
Почему не оставили в автобусе?
Он беспокойно задергался. Первые выстрелы, взрывы из гранатометов. Смерть
Буркалова. Ранение Ваганова. Кажется, одного из нападавших ему удалось
застрелить. Так почему его все-таки привезли сюда? Какую информацию хотят
получить террористы? О захваченном ими биологическом оружии? Похоже на то.
Хотя... если они не знали, что именно они хотят захватить, то никогда бы не
напали. Он снова попытался подняться. Нет, ранение в грудь достаточно тяжелое. А
в соседней комнате продолжали говорить:
- Почему ты думаешь, что все будет вечером? Седой говорил, что мы должны
быть готовы к двенадцати часам дня.
- Правильно. Но только готовы. А реально все начнется не раньше пяти-шести
часов вечера. Им тоже нужно дать время. Собрать такую сумму денег, камушки,
подготовить самолет - это тебе не так просто. Нужно дать им хоть какое-то время.
- А если они за это время нас обнаружат и перебьют?
- Ну и что? - насмешливо спросил Лось. - Пусть даже обнаружат. Капсулы ведь
все равно не найдут. А ради этих капсул они на все пойдут, лишь бы их выкупить.
Седой говорил, что это самое страшное оружие, изобретенное человеком.
- Так на кой мы его отдаем? Может, нам лучше его себе оставить?
- Ох и дурак ты! - с презрением произнес Лось. - Зачем нам эти капсулы? Что
мы с ними будем делать? Ты умеешь с ними обращаться? Или Седой умеет? Да зачем
они нам?
Получим свои деньги и отвалим. Пускай здесь остаются со своими капсулами и
сами все подчищают.
- А этого зачем привезли сюда? Он ведь ранен тяжело, все равно сдохнет. Мог
бы и там окочуриться.
- Нельзя, - засмеялся Лось, - там ведь не дураки сидят, все хорошо
понимают. А вдруг кто-нибудь сообразительный попадется? И тогда все начнет
узнавать, откуда напавшие на контейнер люди знали об этих капсулах, о перевозке
контейнера, о его охране? Понимаешь, что тогда будет?
- А откуда мы узнали?
- Этого и мне не сказали. Но майор очень подходящий для этого человек.
Пусть все думают, что он и сообщил нам эти сведения. Поэтому майор нам очень
нужен. Очень. И вечером мы его с собой в аэропорт возьмем. Пусть там все его
увидят. Лишь бы не сдох до вечера.
А потом в самолете можешь делать с ним все что хочешь. Это будет уже
отработанный материал.
Сизов слушал, вцепившись зубами в подушку, чтобы не закричать. Значит, все
оставшиеся в живых офицеры и солдаты считают его предателем. Значит, так сообщат
его жене и детям. Значит, так будут думать о нем все остальные. От этой боли он
едва не заорал. Он представил себе, как женам Ваганова и Буркалова сообщат о
предательстве майора Сизова и смерти их супругов, ставших результатом подобной
измены.
Он вспомнил жену, сына, дочь. Значит, если он умрет сегодня, то весь мир
будет считать его предателем и подонком. Нет, закрыл глаза майор, так не
получится. Он ведь даже не знал, когда и кто повезет этот контейнер. Значит,
предатель все-таки был, и этот предатель находится на очень ответственном посту,
если знал все подробности маршрута, время и место перевозки контейнера с
капсулами. Нет, снова подумал Сизов, давая себе в душе клятву. Он не может
сегодня умереть. Он обязан вернуться к своим. Ползком, но вернуться. У него
просто нет права на смерть.
Москва. 14 часов 20 минут
Это было третье место, куда они приехали.
В первом не оказалось никого. Во втором за дверью были слышны только
испуганные женские голоса. Оказалось, что брат Игоря давно продал свою квартиру,
переехав в другой город.
И тогда Седой назвал третий адрес. Адрес дома у станции метро "Речной
вокзал". За рулем сидела Карина, которая выбирала самый короткий маршрут для
проезда по городу.
Подъехав к дому, она плавно затормозила и взглянула на сидевшего рядом
Седого.
- Опять пойдешь вместе с этим? - спросила она, кивая на заднее сиденье, где
сидел Леший. Тот, казалось, не реагировал на ее обидные слова, вызываемые
очевидной ревностью женщины к этому непонятному существу, значившему так много
для Седого.
- Если хочешь, пойдем с тобой, - пожал плечами Седой. - Леший, ты
останешься в машине. - Он вышел из автомобиля и, как обычно, не оборачиваясь,
пошел к дому. Карина, сильно хлопнув дверью, отправилась следом.
Она знала, что он никогда не пользуется лифтом, предпочитая подниматься
пешком. Вот и сейчас он поднимался достаточно быстро, так быстро, что она еле
поспевала за ним. У нужной ему двери он остановился. Не дожидаясь, пока она
догонит его, позвонил в дверь.
- Кто там? - спросили за дверью.
- Свои, - ответил Седой, продолжая звонить в дверь.
- Кто это свои? - спросил тот же голос.
- Мне нужен Анджей. Я Седой.
За дверью кто-то хмыкнул и удалился. Через минуту открылась дверь, и Карина
с удивлением увидела направленное на них дуло автомата.
- Давайте пушки, - потребовал незнакомец. Седой протянул свой пистолет.
- У нее нет оружия, - быстро сказал он вместо женщины. Дверь открылась, и
они вошли в квартиру, оказавшуюся огромными апартаментами, где были соединены
несколько квартир. В большой гостиной на диване в экзотическом шелковом халате
их ждал хозяин квартиры. Не дожидаясь приглашения, Седой сел в кресло. Карина
села в соседнее. Телохранитель хозяина квартиры остался стоять у входа в
комнату.
- Давно тебя не видел, Седой, - сказал Анджей. - Зачем приехал?
- Давно, - согласился Седой. Он не любил перекупщика и никогда не имел с
ним никаких дел, лишь иногда бывая в тех местах, где любил бывать и Анджей.
- Твоя девочка? - спросил Анджей, показывая на Карину, словно ее здесь
вообще не было.
- Я ищу своих ребят. - Седой проигнорировал вопрос хозяина квартиры.
- Каких ребят? - удивился Анджей. Или сделал вид, что удивился.
- Двое моих ребят прячутся от меня. Один из них Игорь, здоровый такой тип.
Ты должен его помнить.
- Не знаю такого, - пожал плечами Анджей, - может, когда-то и был, но
сейчас не помню.
- Мне они нужны, Анджей, - угрюмо сказал Седой, словно не слушая его, - мне
они очень нужны. А ты мог их спрятать. У тебя ведь есть несколько надежных
убежищ в городе.
- У меня ничего нет, - нервно дернулся Анджей.
- Ты не понял. - Седой говорил, глядя поляку в глаза своими немигающими
зрачками, чем очень нервировал хозяина квартиры. - Я пришел к тебе не в гости.
Эти ребята серьезно прокололись. На них мертвяки висят. А ты их покрываешь.
- Почему я покрываю? - суетливо-обиженным голосом спросил Анджей. - Просто
я говорю, что их здесь не было.
- Не было, да? - спокойно переспросил Седой и вдруг метнулся, словно
лопнувшая пружина. Он прыгнул через столик, опрокинув на пол вазу с фруктами, и
схватил за горло Анджея, повалив его на диван и держа в руках нож.
Стоявший в дверях телохранитель даже не успел понять, что именно
происходит. И когда опомнился, то сразу навел автомат на напавшего гостя.
- Стой! - грозно крикнул Миша. Он передернул затвор автомата, и в этот
момент резко выхватившая из-под джинсовой куртки пистолет Карина сделала выстрел
в его сторону. Миша упал сразу как подкошенный. Он только дернул ногами, лежа на
полу. Расплывающееся вокруг головы большое темное пятно неопределенного бурого
цвета красноречиво свидетельствовало о неожиданной кончине Миши Кривого. Карина
замерла на мгновение и лишь затем опустила пистолет. Испуганный Анджей, забыв
про нож у собственного горла, переводил изумленный взгляд с лежавшего тела на
женщину.
- Вы его убили? - почему-то шепотом спросил Анджей.
- Нет, - спокойно ответил за Карину Седой, - она пригласила его к себе на
чай. Где ребята?
- Что? - поперхнулся Анджей. Он вдруг понял, что эта странная парочка, так
некстати явившаяся к нему, не остановится ни перед чем. Если они так спокойно
убили Мишу, то следом точно так же спокойно убьют и его.
- Не надо! - закричал в ответ на собственные мысли Анджей, забыв о вопросе.
- Где ребята? - снова спросил Седой.
- Они, они... они у Ларисы, - залепетал Анджей, - она их прячет в своем
доме. Там две квартиры, ложная стена, две квартиры, ложная стена... - повторил
он дважды.
- Поедешь с нами, покажешь, - поднялся с дивана Седой, убирая нож, - и
оденься.
- Нет! - Халат на Анджее развязался, и было видно его белое, почти женское
тело. - Нет, - умолял поляк, - они меня убьют. Я не могу туда ехать. Пожалуйста,
не надо. Они заплатили мне деньги.
Он был прав, и Седой это знал. Жизнь в колонии научила его уважать
воровские законы.
- Хорошо, - сказал он. - У тебя есть в доме наручники?
- Наручники? - удивился Анджей.
- Только не говори, что их нет.
- Есть, - сказал Анджей, - в другой комнате. В шкафу. Я принесу.
- Сиди. - Седой поднялся, вышел в другую комнату и вернулся с наручниками.
Он подошел к Анджею.
- Встань, - спокойно попросил он. Анджей поднялся с дивана. Седой подошел к
окну, сильным ударом отодвинул в центр комнаты два стула и небольшую вазу, убрал
ковер и, подозвав к себе Анджея, приковал его к батарее, убедившись, что ни до
одного предмета в комнате поляк дотянуться не сможет.
- Сиди тут, - приказал он, - если найду ребят, приеду и освобожу тебя.
Какой адрес?
- Ломоносовский проспект, двадцать три.
Там рядом магазин "Изумруд", - пролепетал Анджей. - На третьем этаже. Там
две квартиры вместе и ложная стена.
- Начерти схему, - приказал Седой, протягивая ручку и салфетку. Не
дожидаясь ответов Анджея, из квартиры вышла Карина. Она была как слепая. Седой
вышел следом. Женщина, спотыкаясь, спускалась по ступенькам, потрясенная
происшедшим убийством.
Они познакомились два года назад, когда Карина приехала в ночной бар вместе
со своим очередным поклонником. Карина была красивой женщиной, уже достаточно
известной к тому времени в Москве среди определенных кругов. Такие красивые
женщины обычно нигде не работали и ничем не занимались, предпочитая кормиться за
счет своих поклонников и полностью отдаваться этому хлопотливому занятию. Это не
были проститутки в обычном смысле слова. Это были просто элегантные и красивые
женщины, готовые составить компанию состоятельному спутнику.
У Карины подобный опыт был "обогащен" молодыми годами, когда она работала
девушкой по вызову и даже попала на два года в колонию за помощь торговцам
наркотиками. Именно там она научилась жестокости, иногда проявлявшейся у нее
спонтанно и необдуманно.
В тот вечер она впервые увидела Седого и смогла оценить по достоинству
этого мужчину, когда он увел ее от поклонника, горячего южного мужчины,
оскорбленного подобным отношением к себе. При выходе из бара их ждали четверо
друзей южанина. Седой изувечил всех четверых. Он дрался, как пантера, как дьявол
и оказался победителем, получившим вместо приза Карину.
Привыкшая к мужскому обожанию, к вечно голодному блеску в глазах окружавших
ее самцов, она впервые столкнулась с непонятным равнодушием мужчины, который был
рядом с ней. Нет, в сексуальном плане он был вполне нормальным человеком, но вне
постели был нелюдимым, мрачным и никогда не реагирующим на ее позывы человеком.
За все время знакомства он не сказал ей ни одного ласкового слова. Просто дарил
иногда баснословные подарки и молча смотрел, как она восторгается ими.
Постепенно она стала догадываться о его истинных занятиях. Но никогда ни о чем
не расспрашивала.
Эта была странная форма любви, в которой один позволял другому любить себя.
И если всегда в этой привычной для себя роли была сама Карина, то теперь все
поменялось местами. Она почувствовала, как в душе просыпается нечто неведомое ей
самой, нечто сильное и глубокое, способное доставить счастье и ей.
Ведь по-настоящему счастлив бывает не тот, кого любят, а тот, кто умеет
любить.
В этом сказывалась и причудливая жизнь самой Карины, когда количественное
насыщение эротической жизни неизменно требовало своего выхода в эмоциональном
плане. Ведь голая эротика быстро приедается. И партнером, который стал для
Карины откровением, был Седой, чье имя она так до сих пор и не знала.
А попытки дважды узнать его имя не привели ни к чему. Он просто делал вид,
что не слышал ее вопроса.
Про нападение на военных Седой сказал ей только вчера. Они лежали в
постели, и он просто рассказал ей о том, что завтра они уезжают из страны. И что
будут очень богатыми людьми. О самом нападении на колонну он ничего не сказал. И
только ночью, когда он неожиданно поднялся, чтобы одеться, он наконец вкратце
рассказал ей о сегодняшнем плане, подробно объяснив, где и когда она должна
будет его ждать.
Она не знала, что решение о ней он принял давно. Еще тогда, когда был в
числе троих людей, узнавших о наличии подобного плана нападения на воинскую
колонну. Они готовились к подобному событию очень тщательно, но все равно
поступивший сигнал о времени и месте нападения оказался достаточно неожиданным.
Их троих собрали на даче и объявили о месте и начале нападения. Аркадий
Александрович, Лось и Седой слушали сидевшего напротив них человека, понимая,
как продуманно и долго готовился этот план. Именно тогда они и решили для себя,
кто поедет с ними в эту поездку. И тогда же решили, кто не поедет, заочно
приговорив всю группу Карима.
Сейчас, спускаясь по лестнице, она с ужасом и удивлением думала, что убить
человека оказалось так просто и так легко. Ее пугала именно эта мысль о легкости
содеянного. Это было обидно и несправедливо. На одном из поворотов она замерла,
чувствуя, как с непривычки кружится голова. Прислонилась к стене.
Седой прошел мимо нее, даже не спросив, в чем дело. Она вздохнула и пошла
следом за ним.
Москва. 14 часов 30 минут
Совещание началось ровно в четырнадцать тридцать. Один за другим сюда
прибыли почти все руководители силовых министерств. Прибыл тучный премьерминистр,
недовольный и мрачный. Не здороваясь ни с кем, он проследовал в кабинет
министра обороны, чтобы открыть там общее совещание оперативного штаба,
созданного Президентом.
Прибывший почти сразу следом за ним мэр города, напротив, несмотря на
мрачную обстановку, успел поздороваться со всеми офицерами, увиденными на его
пути. И тоже проследовал в кабинет министра.
И только затем сюда начали приезжать гости, один вид которых заставлял
нервничать всех дежурных в этот день офицеров и генералов. Премьер начал
совещание точно по графику. В большой кабинет министра обороны собралось человек
сорок - все, кто так или иначе был причастен к решению этого вопроса.
По настоянию генерала Лодынина сюда пригласили и Абуладзе с Борисовым,
которые скромно сидели в углу кабинета.
Последним в кабинет вошел министр иностранных дел. Он был не один. Сразу за
ним в кабинет протиснулся тучный генерал, задыхавшийся от спешки и весьма
напуганный таким количеством многозвездных генералов и министров. Абуладзе,
показав на него, шепотом спросил у Борисова:
- Это Солнцев?
- Кажется, да, - также шепотом ответил Борисов, - но я точно не знаю.
Совещание начал премьер. Он обвел всех строгим взглядом и начал говорить:
- Все уже знают, зачем мы здесь собрались. Сегодня утром террористы напали
на нашу воинскую колонну, убили несколько наших людей и похитили контейнер с
капсулами. Про капсулы тоже все знают. Террористы звонили уже трижды. Не будем
долго говорить, у нас нет времени. Поэтому каждый из выступающих может коротко,
в нескольких словах, сказать все, что он думает по этому поводу. - И он строго
посмотрел на министра обороны, как на главного виновника случившегося.
- Мы сразу создали оперативный штаб по решению ситуации с контейнером, -
коротко доложил министр, - сумели засечь контейнер со спутника. К сожалению,
наша первая попытка окончилась неудачей. Двое террористов погибли. У нас тоже
были потери... - Он посмотрел по сторонам и добавил:
- Мы потеряли вертолет с несколькими сотрудниками спецназа. В настоящее
время мы пытаемся установить, кто именно мог похитить капсулы и где они сейчас
находятся. Сам террорист звонит из Германии. За его машиной мы ведем непрерывное
наблюдение. По нашей просьбе Министерство иностранных дел договорилось с
немецкой стороной, чтобы они также проследили за его автомобилем. - Он обвел
всех растерянным взглядом и добавил:
- Мы подключили к делу и специальных экспертов Главного разведывательного
управления Генштаба.
Министр иностранных дел кивнул головой, подтверждая слова своего военного
коллеги. За ним поднялся директор ФСБ. Он говорил четко, коротко, очевидно,
заранее продумав свою речь:
- Наши сотрудники подключились к решению проблемы только два часа назад. Мы
уже имеем некоторые результаты, которые могут помочь нам в установлении и
розыске преступников. Судя по нашим данным, двое преступников сейчас находятся в
городе и их активно разыскивают бывшие товарищи.
Абуладзе нахмурился. Почему этой информации не было в Министерстве обороны?
- Тяжелораненый террорист, попавший в больницу, до сих пор не пришел в
сознание, - продолжал директор. - Что касается исчезнувшего с места происшествия
майора Сизова, то мы активно ведем его розыск.
Вот сукин сын, весело подумал Абуладзе.
Сразу подставил своего военного коллегу и отвел удар от своего ведомства. В
случае неудачи всегда можно свалить всю вину на военных.
- Какой майор? - спросил премьер. Министр обороны посмотрел на генерала
Колесова. Начальник Генштаба понял его взгляд и быстро поднялся.
- Во время нападения на нашу колонну пропал майор Сизов. Среди мертвых и
тяжелораненых он не обнаружен. Сейчас мы ведем его поиски, - доложил он. Премьер
не стал задавать лишних вопросов, и Колосов сел на место, вытирая пот большим
носовым платком. Следом встал министр внутренних дел.
- Мы задействовали систему "Сирена".
Оцепили город, взяли под особый контроль аэропорты. Нашли трупы двух
офицеров ГАИ, которые погибли на своем посту. Их автомобиль до сих пор не
найден. Нашли машину "Скорой помощи", на которой террористы совершили нападение.
В больнице, где лежит бандит, нами установлен специальный пост.
Машина, тревожно вспомнил Абуладзе, как же он мог упустить этот момент!
Автомобиль ГАИ до сих пор не найден. Ведь, по логике, террористы должны были
сразу бросить этот автомобиль. Или получше спрятать тела офицеров милиции. Тела
найдены, а машина нет.
Он нахмурился. Он обязан был вспомнить про машину ГАИ. Так просто не
бывает. Машину ГАИ давно должны были найти. И, зацепившись за этот момент, он
нахмурился, продолжая напряженно размышлять. Отрапортовавший министр внутренних
дел сел на место.
Каждый руководитель заботился прежде всего о том, чтобы выгородить своих
людей и собственное ведомство. За ним докладывал министр финансов. Он узнал о
происшедшем только час назад. В Центральном банке пообещали выделить деньги на
общую сумму около ста миллионов долларов в различной валюте, преимущественно в
долларах и немецких марках, приготовив все к шести часам вечера. Банкиры
пообещали к этому времени предоставить и свои золотые запасы примерно на
двадцать пять миллионов долларов. В эту сумму включены и взятые у нескольких
крупных частных фирм различные драгоценности. Взятые, конечно, под гарантию
правительства.
- И этого вполне достаточно, - гневно заявил премьер. - Такую сумму платить
негодяям! Совсем совесть они потеряли.
- Террористы просили полмиллиарда, - рискнул напомнить министр обороны.
- А вы готовы отдать им все деньги, генерал, - гневно заметил премьер, -
все ваше министерство столько денег не получает в год, сколько они хотят на свои
расходы. Позор! Не можем ничего сделать с террористами.
Министр обороны, не решаясь возражать, замолчал.
- Когда будет звонить этот террорист? - спросил премьер, взглянув на часы.
- Двадцать минут четвертого, - доложил Колосов.
- Значит, у нас есть еще время. Столько денег готовы отдать негодяям! Лучше
бы часть денег потратили на наших профессионалов.
А то совсем разучились работать. У нас ведь создан антитеррористический
центр. Чем они занимаются?
Директор ФСБ поискал глазами своего заместителя и кивнул тому, приглашая
ответить.
Генерал Дмитриев быстро поднялся из-за стола. Он понял, что нужно
рассказать о ходе поисков, чтобы как-то смягчить гнев премьера.
Правда, при этом он сильно рисковал вызвать гнев военных, еще не знавших о
погибших после нападения террористах.
- Мы разработали комплекс мер, необходимых для обнаружения нападавших
бандитов, - начал свой доклад Дмитриев. - Сегодня в Москве, уже после нападения,
случилось два странных взрыва. В первом случае взорвался микроавтобус, в котором
находилось пять человек. Мы сумели установить, что это бьиГ автобус террористов,
возвращавшихся после нападения на контейнер с капсулами. По счастливой
случайности, самих капсул в машине не было. Но террористы погибли все пятеро.
Военные ошеломленно смотрели друг на друга. Министр обороны от ярости кусал
губы.
Значит, ФСБ уже несколько часов водила их за нос. Зная о таком случае, они
не сообщали сюда, в здание на Арбате, пытаясь сами сорвать лавры победителей. И
едва не испортив все дело. Абуладзе как-то сильно крякнул, покачав головой.
Подобные вещи почти всегда случались между соперничающими спецслужбами.
- Спустя полчаса мы обнаружили еще одного террориста, также погибшего от
взрыва бомбы. Вернее, обнаружили то, что от него осталось. Однако даже это...
эти останки позволили нам установить, что террорист был сначала тяжело ранен в
живот, а уже затем взорвался...
- Какие подлецы! - не сдержался Абуладзе, наклонившись к Борисову. - Ну
почему они не сказали об этом нам чуть раньше!
- Мы сумели установить идентичность обоих взрывателей. Очевидно, одна
группа террористов решила избавиться от другой группы террористов. При этом двое
нападавших явно принадлежат ко второй группе. Они как раз сдали своего товарища
в больницу и, бросив свой автомобиль, попытались скрыться в городе. Но я уверен,
что очень скоро мы сумеем установить их местонахождение. - Дмитриев победно
посмотрел на растерянных и ошеломленных генералов, раздавленных ничтожеством
собственного ведомства, и сел на место.
Премьер одобряюще кивнул ему головой. Он был явно доволен.
- Что с самолетом? - спросил он. - Почему не вызвали представителя
гражданской авиации?
- Он за городом, - доложил его помощник, - будет здесь через пятнадцать
минут.
Но он передал, что самолет будет готов к пяти часам.
Резко зазвонил телефон. Премьер недовольно посмотрел на министра обороны и
сам снял трубку телефона.
- Да, - сказал он, - кто это говорит? - Очевидно, сообщение ему
понравилось, если он довольно кивнул головой и сказал, обращаясь к министру
иностранных дел:
- Вот звонят ваши немцы. Хоть они нормально работают.
Министр иностранных дел, быстро выйдя из-за стола, подошел к телефону.
- Я понял, - сказал он, - передайте, что мы благодарим и просим продолжать
наблюдение. - Он положил трубку и посмотрел на собравшихся. - Звонили из Бонна.
Им удалось найти автомобиль, в котором едет террорист.
Он прошел Платлинг и сейчас пересекает мост через Дунай, держа направление
на север, к Баварскому лесу.
Все радостно загудели.
- Разрешите, - вдруг раздалось с дальнего края стола. Все посмотрели в ту
сторону. Министр обороны нахмурился. Это был тот самый чудаковатый грузин. Зачем
вообще пустили на совещание этого бывшего полковника ГРУ?
Но он ничего не сказал.
- Да, - разрешил премьер. Полученные сообщения подействовали на него
благотворно. Ему показалось, что вся проблема уже решена.
- Полковник Абуладзе, - поднялся с места пожилой мужчина, сидящий у самых
дверей, - бывший полковник ГРУ, - поправился он. Премьер все еще по привычке
продолжал кивать головой.
- Мне кажется, мы совершаем ошибку, - доложил Абуладзе, - мы сумели найти
террориста благодаря его звонку к нам и выйти на его сотовый мобильный телефон,
опознав систему связи и кодовую информацию, на которой он работает. Все это
хорошо, но недостаточно.
Директор ФСБ нахмурился. Какой-то старик смеет учить стольких генералов.
Министр обороны уже приготовился прервать говорящего.
- Дело в том, - продолжал Абуладзе, - что террорист звонил к нам уже три
раза. Три раза, - снова сказал он, - и каждый раз слышал от нас что-то новое в
ответ на свои ультиматумы. И ни разу он никому не позвонил. Вы понимаете мою
мысль? У него в машине второй телефон. Другой телефон. По которому он говорит со
своим шефом. Ведь ему нужно обо всем договориться, получить инструкцию. Он не
может быть их руководителем. Во-первых, ни один руководитель террористов просто
не стал бы так рисковать, понимая, что его можно засечь и арестовать. А вовторых,
руководитель этой операции наверняка находится в Москве, чтобы управлять
непосредственно на месте всеми событиями.
Пока он говорил, генерал Дмитриев и генерал Семенов вскочили на ноги. Оба
контрразведчика поняли, что именно хотел сказать полковник Абуладзе. И оба
посмотрели друг на друга.
- Вы считаете... - понял мысль Абуладзе министр иностранных дел, - что
немецкая сторона должна определить, какие именно разговоры он ведет из своей
машины, попытавшись выйти на второй телефон?
- Вот именно, - кивнул Абуладзе, - у нас совсем мало времени.
Министр иностранных дел снова бросился к телефону. Только у стола он,
опомнившись, спросил у премьера:
- Вы разрешите?
- Да, конечно, - кивнул премьер. Он с любопытством посмотрел на
говорившего.
- В последний раз вы разговаривали с террористом? - спросил премьерминистр.
- Я, - кивнул Абуладзе.
- В таком случае будете говорить с ним еще раз. Я думаю, ни у кого не будет
возражений? - спросил премьер. Министр обороны понял, что этот раунд он все-таки
выиграл.
А директор ФСБ зло посмотрел на генерала Дмитриева. Такая ценная мысль
обязана была прийти в голову одному из его подчиненных.
Сам Дмитриев в это время нервно усмехнулся.
Он подумал, что Абрамов теперь просто обязан добиться успеха. Чтобы утереть
нос военным, а заодно и этому бывшему полковнику, непонятно каким образом
вытащенному сюда из нафталина.
Министр иностранных дел, закончив свой разговор с помощником, положил
трубку и, обращаясь к премьеру, доложил:
- Сейчас они еще
...Закладка в соц.сетях
